Текст книги "Роза в хрустале (СИ)"
Автор книги: Иванна Осипова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц)
19
Среди страха и отчаянного неверия в происходящее, в голове Маргариты прочно обосновалась одна мысль. Неизбежно и окончательно. Она точно знала, что после всего случившегося умрёт. Найдёт способ сразу же убить себя, пройдя по пути любой ведающей Хриллингура, ставшей жертвой палача тени. Крупный и высокий, Красс придавил её к полу, подгрёб под себя, тяжело прерывисто дыша в лицо, и продолжая посмеиваться.
– Как же хорошо, что у тебя связаны руки, милая. Так же проще, правда?
Извиваясь, Маргарита брыкалась, не тратя силы на крики. Что толку кричать, если они в каменном мешке подвала? Но Красс оказался таким сильным и железной хваткой сдавил бедра, не давая пошевелиться. Ей удавалось отворачиваться от его жадного рта, но ненавистные губы оставляли влажные следы на шее и щеках. От запаха незнакомых специй и пота затошнило. Платье сбилось на поясе в жёсткий комок, а Красс чуть приподнялся, одним движением сдирая с неё последнюю преграду из ткани. Она в бессилии зарычала, осознав, что прямо сейчас всё рухнет, исчезнет та прежняя Маргарита, которой она была. А дальше останется только смерть. И больше никакой надежды на счастье с любимым. Не спутница, ни невеста, ни ведающая стихии. Не будет ничего.
В отчаянии, Маргарита вцепилась зубами в первое же место, до которого смогла дотянуться. Красс взвыл и, широко размахнувшись, ударил пленницу по лицу. Он угрожающе нависал над жертвой, а Ри ощутила, как потекла тонкая струйка крови из носа.
– Проклятое семя! Клянусь, ты ответишь за это. Отработаешь не единожды, умоляя простить, – он намотал тёмные локоны на руку, потянул с силой, чтобы прижать голову Маргариты к полу.
– Фолганды стояли перед Древом, думаешь, я испугаюсь какого-то жалкого червя с Юга, – невероятная и всепоглощающая ярость придала ей сил, чтобы отползти немного назад из-под Красса.
Грязно выругавшись, он попытался снова подмять её под себя и заверишить начатое. Только внезапно лицо его перекосило, он сделал глубокий судорожный вдох, отпуская Ри, скрюченные пальцы начала царапать собственную шею. Широко раскрыв глаза, Маргарита наблюдала за тем, как искажается и бледнеет его лицо, а следом окрашивается в багрово-синие оттенки. Красс дёргался, сидя на застывшей от ужаса жертве, пытаясь высвободиться из невидимой удавки, а через минуту захрипел и мешком повалился на Ри. Лицо мертвеца уткнулось ей в плечо. Крик рвался наружу, но она даже вдохнуть не могла толком под тяжестью тела.
Мёртв. Красс был недвижим и деревенел. Разум Маргариты начал рассыпаться, перестав понимать происходящее. Она впала в состояние похожее на сон с открытыми глазами, уже ничего не чувствуя и не воспринимая. Какие-то обрывки событий, происходивших совсем недавно то и дело всплывали в памяти, не задевая эмоции. Казалось, что она не имеет никакого отношения к тому, что, происходило с совсем другой девушкой. Всё глубже, она погружалась в полную отрешённость.
Как же много всего случилось ужасного, что сил у Ри совсем не осталось, но она не была бы Фолганд, не сумей довольно быстро выкарабкаться из ступора. Стихии, запертые в теле, болезненно скручивались, пробуждая её. Пришло понимание, чего ей удалось избежать, хотя бы на время, и это придало сил. Неважно, какая магия убила мерзавца, но спасение пришло. Она ещё поборется за жизнь. Она – Фолганд, и так просто похитители не смогут её сломать.
Продышавшись, как была научена отцом, Маргарита медленно выползла из-под Красса, сумев сбросить его с себя. Во рту снова пересохло. Красс приносил воду, и источник должен быть рядом. Перевернувшись на живот, Маргарита заставила себя встать на колени. Она ощущала невероятную разбитость и слабость. Руки и ноги тряслись, и с трудом ей удалось выпрямиться во весь рост. Оглядев тёмные углы, проделав несколько шагов к противоположной стене, она нашла огромную бочку полную воды. Брошенный похитителем ковш остался валяться на полу, но со связанными руками она все равно не могла им воспользоваться. Не размышляя, Маргарита решительно опустила голову к воде, налегла всем телом на край бочки, чтобы только дотянуться губами. Затхлый запах ничуть не смутил её. Она пила жадно и с наслаждением.
– Что ты сделала, ведьма!? – нервный и даже пугливый выкрик заставил Ри отпрянуть от бочки к стене.
Второй южанин оказался молодым и круглолицым. Выпяченная толстая нижняя губа его тряслась, а взгляд скакал между телом Красса и пленницей.
– И с тобой сделаю! – она по глазам поняла, насколько боится её этот незнакомый мужчина и сделала вид, что готова броситься к нему, не спешащему подходить ближе. – Отпустишь меня, останешься жив.
Он попятился, упёрся в стенку, рука потянулась к рукаву камзола.
– Не подходи, ведьма! – кинжал в его нетвёрдых руках то и дело описывал дугу.
Маргарита вложила всё возможное презрение во взгляд и расхохоталась. Таких трусливый мужчин ей видеть не приходилось. Она смеялась, отдавая миру весь бесконечный ужас только что ею пережитый и сжимавший внутренности.
– Во имя Древа! – другой голос, грубый и низкий, откатился от стен. – Убери кинжал.
– Она убила Красса! Девка и без рук колдует! Ты помнишь, что бывает, когда появляется ведающий, чарующий без рук, – он взвизгнул.
Невысокий, кряжистый человек, вырвал кинжал из рук перепуганного подельника, мрачным и тяжёлым взглядом оценил тело на полу и прижавшуюся к стене хрупкую фигурку Ри.
– Почему ты не следил за Крассом? – кажется он понял что-то, так внимательно рассматривал беспорядок в одежде Маргариты. – Всё равно, что оставить мышь в сырной лавке.
Маргарита почувствовала, как щёки залила краска.
– Ненадолго, – забормотал трусливый похититель смущённо. – У меня дела. Я не думал, что придётся забросить продажи. Без меня доход…
– Ты ходил в свою лавку? – вкрадчиво медленно проговаривая слова, собеседник развернулся к нему и замахнулся для удара.
Сжавшись, круглолицый закрылся руками.
– Нет-нет! Хотел, но увидел патруль…
На него перестали обращать внимание, переключившись на Ри.
– Как ты убила Красса?
Он так смотрел на неё, что Маргарита не смогла солгать.
– Задохнулся сам, когда…
– Не ври мне! – сурово прикрикнул, подошёл ближе поднеся кинжал к горлу.
Коснувшись кожи, острие прочертило тонкую дорожу. Он смотрел прямо в глаза Маргарите, и она увидела в них свою смерть. С таким нельзя играть. Как бы подтверждая эту мысль, похититель надавил чуть сильнее. Ри не могла видеть, но точно знала, что потекла кровь.
– Фолганды не лгут! – выдержала тяжёлый взгляд серых глаз, напомнившей ей о чём-то, но сумбур в голове не давал сосредоточиться. – Красс попытался взять меня, но его убила какая-то магия. Мне нужны руки для сплетения чар. И вы же сами заблокировали мою магию.
– Тебя больше не тронут, – будто устало он расслабил руку. – Пока не тронут, – и посмотрел так, словно обещал сделать с ней лично то, чего так и не добился Красс.
Его полные губы приблизились к губам Маргариты, но ничего не произошло, и она облегчённо выдохнула. Больше с ней не разговаривали. Мужчина убрал кинжал, поднял тканевый пояс мертвеца и завязал пленнице глаза. Дрожащие ноги перестали держать, и она сползла по стене на пол.
– А что с…телом? – трусливый заговорил поспешно и тихо.
– Ты проворонил Красса – тебе и убирать!
– Куда? Как?!
– Твоя забота, – резко рявкнул второй, но более спокойно добавил. – Прикопай за воротами. Пока ночь.
Судя по звукам тело Красса потащили к выходу, а Маргарита прислонилась к стене, глаза закрывались от усталости. Одна радость, что успела насытиться водой, но вскоре она предвидела новые проблемы – потребности тела станут помехой. В другом состоянии могла бы попытаться переработать стихии, вывести лишнюю воду, но потоки закрыты. Спать. Она должна немного поспать. Иначе сил совсем не останется.
Провалившись в омут, Маргарита проснулась внезапно, казалось, кто-то коснулся плеча, но поняла, что это обман чувств из-за плотно завязанных глаз – все остальные ощущения обострились. Похитители тихо спорили в стороне. Она не знала сколько времени прошло, но тело уже настойчиво требовало позаботиться о себе.
– Никчёмный идиот! – тот, суровый, похититель, что пришёл последним, явно был в гневе. – Не будь твой род частью Древа, ни за что не связался бы!
– Там были люди, – беспокойный шёпот испуганно долетал до Маргариты, видимо трусливый негодяй не выполнил задания. – И наш род ничуть не хуже вашего, Дес`Ринн, и намного богаче.
– И ты бросил тело посреди дороги, глупый Кадегер! – похоже Дес`Ринн не собирался спорить. – Управа ищет девку Фолганд, а ты им дал такую хорошую зацепку. Легко проследить откуда приехал Красс. Для мага не трудно узнать, как он погиб и размотать весь клубок. Они закроют порт.
– Чего же мы тянем!? – взвился Кадегер, голос стал звучать громче и истеричнее. – Фолганд найдёт нас.
Раздался скрип, напомнивший Ри о дверях. Она ничего не видела с завязанными глазами, но тонкий слух достраивал для неё то, чего нельзя было разглядеть.
– Что происходит, Ринн? – глухой голос, сухой и бесцветный, влился в общий разговор.
Третий, теперь их было трое в подвале, а всего четверо похитителей, если считать вместе с покойным Крассом. Маргарита запомнила это. Как и Стефан Фолганд, она невольно откладывала для будущих раздумий различные факты. И она мучительно пыталась вспомнить откуда знает названные имена. Ри точно видела их написанными, но где и когда – это оставалось загадкой.
– Я говорил, не бери Кадегеров и Красса, – прозвучал жёсткий ответ, и тяжёлое молчание несколько минут висело между собеседниками.
– Каждый хотел поучаствовать, ты же помнишь, – всё так же сухо ответил третий с явным хриллингурским выговором, а Маргарита почему-то начинала дрожать от этого голоса, показавшимся знакомым. – Маг должен знать. Я выясню, что случилось с Крассом. Его невоздержанность опередила события. Но каждый род имел право на вклад.
– Но не каждый захотел воспользоваться правом, нашлись и предатели Хриллингура!
– Разберёмся с ними позже. У нас есть для этого и силы, и средства, а главное – желание. Пора навести порядок на юге. Для отъезда всё готово. Люди и лодка ждут. Отведём Фолганд наверх, чтобы приготовилась. И накорми, – он был очень спокоен и не отвлекался на такие мелочи как мертвец Красс или истерика Кадегера.
Размышляя над этим, Маргарита выделила третьего, как вожака. У них обязательно должен быть кто-то главный. Пока никто больше не подходил на эту роль.
– Я завязал ей глаза. Спит. Кадегер займётся.
Третий не ответил, не счёл нужным. Вновь скрипнула дверь.
20
Помня каждый шаг, которые делал в старом доме мага, Скайгард сразу же завернул в маленький кабинет, где и находился портал. Странная конструкция между двумя высокими подсвечниками оставалась на своём месте, точно и не прошло пяти лет. Мало кому из магов могло прийти в голову обозначить границы входа в другой мир таким образом. Портал светился золотистыми оттенками, мягкими, тёплыми, как солнечный осенний день.
– А я его запечатывал снаружи, – Стефан помнил, что пять лет назад позаботился о безопасности Фолганда и закрыл, как мог, чужое творение. – Лжец! – мысль, что Люций наедине проводил время с Маргаритой, прикасался к ней – жгла не хуже огня.
– Схемы ментальной магии, – младший маг проверил первым плетение хитрого Дариона. – Любопытно сделано.
– Стихии использовал для усиления, – Стефан, подняв руку, поднёс ладонь к сиянию. – Талантливый, мерзавец, – он продвигался вперёд до тех пор, пока не наткнулся на препятствие.
Скайгард молча повторил манёвр отца, пытаясь пройти внутрь. Двойная неудача. И оба Фолганда, анализируя схемы, чувствовали, что запрет поставлен на кровь рода. Земля единая с ними ничего не скрыла. Стефан собрал все сведения от стихий. Ни один Фолганд не сможет проникнуть в земли Дариона Люция.
Две тёмные высокие фигуры, одинаковым жестом сложив руки на груди, молча стояли возле золотистого портала. Один, почти точная копия другого. Мрачно и сосредоточено отслеживали тонкие линии магических схем, каждый свою.
– Заговор на кровь рода, – наконец, сказал Скайгард. – Может быть, кровь против крови поможет.
И без рассуждений, бесстрастно достал кинжал из сапога, порезал ладонь и коснулся портала. Отец не успел и слова сказать. По тёплому сиянию прошла волна голубых искр.
– Ты не подумал об опасности, мальчик, – старший маг с сомнением посмотрел на сына.
– Нечего терять, – пожал плечами Скайгард. – Пострадал бы я, а ты продолжил дело. Главное спасти сестру.
– И как бы мы жили без тебя, ты подумал? Нечего терять…, – Стефан ворчал, но понимал, что на месте сына поступил бы так же.
Достав кинжал, Фолганд-старший рассёк ладонь, но только дал крови каплями пролиться на пол. Его интересовали узы крови и информация, которую они могут дать. Яркое пятно портала светилось в сером размытом мире. Обветшалое пространство сплошной тени. Память места оказалась настолько пуста, что маг поразился – редко, за все многочисленные просмотры, встречал подобное. И все же, из дальних углов выскребая образы, он увидел нечёткие фигуры, заходящие и покидающие портал.
– Как в трактире, – ему не нравилась мысль, что из земель Люция постоянно перемещаются люди. – Что им нужно в Фолганде? Лжец Дарион задумал очередную мерзость? – губы зло и презрительно сжались. – Неисправим.
Промолчав в ответ на ядовитый монолог отца, Скай лишь нервно покрутил головой. Недовольство Фолганда-старшего очень просто было объяснить – Люций, словно вор проник в семью, покусившись на любимую дочь. Посмел в тайне встречаться с Маргаритой и задурил девочке голову. Скай не представлял, как бы они повели себя, приди маг открыто к Фолгандам и попроси позволения ухаживать за Ри, как это принято в землях.
– Будем ломать, – Стефан протянул обе руки к порталу, пальцы чуть шевелились, улавливая тонкие нити и активные точки схем.
Младший маг сел на пол, расслабился, настраивая разум, и принялся за ментальную часть замка. Для Скайгарда портал состоял из огромного количества дроблёных многогранников, вложенных друг в друга. Ему удалось выделить среди них те, что отвечали за блокировку входа крови рода.
За временем они не следили, работали в полной тишине, одновременно меняя структуру входа в земли Люция. Дарион действительно был одарённым магом, сумев создать сложнейшее сочетание двух магических практик. Молнией в сознании Скайгарда пролетела мысль, а какой смысл в столь серьёзной защите портала. По словам мамы он разорвал все связи с Маргаритой, спрятался в своём мире. Неужели от девчонки Фолганд закрылся хитрый маг? Скай не понимал такого странного поступка.
И вот, настал тот момент, когда портал стал поддаваться. Блокирующие схемы были убраны двумя магами, истратившими почти все силы.
– Осторожнее, Скай, – напомнил Стефан, прежде чем они вошли в портал.
От старой истории у Фолгандов осталось мало приятных воспоминания, а земли Люция запомнились искажёнными и умирающими под влиянием Кукловода. Пройдя через пролом, они не сразу смогли поверить, что это то места, куда завело их расследование исчезновения Маргариты.
Прежде белёсое и неживое небо уходило за горизонт, где лежало закатное солнце, окрашивая ясную светлую синь в золотисто-оранжевые оттенки. Поражённые, маги несколько минут стояли, глядя на смешение цветов, на подсвеченные ярким светом, размазанные облака вдалеке и ещё более далёкие заснеженные вершины. Немного позже внимание их переключилось на ровные квадратики полей чуть ниже холма, на котором они стояли. Сочная зелёная трава под ногами чуть шевелилась от ветра, а с полей изумительного лавандового цвета доносились цветочные ароматы. По песчаной дороге вдоль полей человек неспешно вёл под уздцы забавную пятнистую лошадку.
Лицо Стефана разгладилось, взгляд прояснился.
– Здесь столько…
– Любви, – Скайгард напротив, нахмурился, вспоминая, как пять лет назад бросал в изувеченное лицо Дариона жестокие слова о его неспособности полюбить свои создания и отсутствии любви в нём самом.
– Неужели у него получилось, – покачав головой, Стефан проверил мир на магию, обнаружив, что всё пропитано стихиями намного большими, чем земли Фолганда. – Идеальное место для мага – сильное, полное жизни, юный неиспорченный мир.
– И всего-то за пять лет, – добавил младший маг. – Что же будет дальше?
Вопрос не требовал ответа. Вместо этого Фолганд-старший осмотрелся более внимательно, обнаружив поселение по левому склону холма. Не сговариваясь, они спустились к крепким деревянным строениям. Как и прежде несколько домов стояли вместе вокруг колодца, разделённые другими хозяйственными постройками.
Невысокая тоненькая девушка возилась у колодезной каменной кладки, тёмные локоны рассыпались по плечам.
– Ри! – бегом, Скай оказался рядом, осторожно развернул девушку к себе и тут же разочарованно отшатнулся. – Простите. Я ошибся.
А Стефан наблюдал и сохранял в памяти увиденное. Мир Люция рассказывал магу удивительные истории творения, однако, пришлось отвлечься от его совершенства. Крестьянка была старше Маргариты, но сохранила девичью фигуру, только лицо выдавало возраст – лицо, так похожее на облик похищенной дочери и одновременно совсем чужое.
– Что же он сотворил здесь? – тихо, сам себя спросил Фолганд-старший, продолжая стоять немного в стороне.
Крестьянка улыбнулась незнакомому юноше.
– Вы из замка? – отложив работу, она с любопытством рассматривала магов.
Скай помнил грубые лица бездушных творений Дариона – нелепые поделки полуслепого неумелого подмастерья. Как же изменились они, получив тонкие, чёткие черты и явную разумность.
– Мы гости Дариона Люция, – немного помедлив, Скай все-таки назвал его, надеясь, что местные жители знают настоящее имя своего лорда, с него бы сталось придумать и вымышленное. – Но заблудились немного. Лорд в замке?
Глаза женщины непонимающе округлились.
– Я не знаю «лорд», – она смутилась. – В замке управляющий Ророн. Если вам нужен толкователь, то он на том холме живёт, – и она указала рукой себе за спину.
– Толкователь? Люций?
– Он самый. Вы же к нему в гости идёте? – теперь она с подозрением покосилась на Стефана, обратившего внимание на двух молодых девушек. В поселении появились тоненькие брюнетки, которых так легко было спутать с Маргаритой, особенно не видя лиц.
Заметив чужаков, девицы смутились, не стали подходить ближе, только иногда смеялись, шушукаясь и выразительно поглядывая на Скайгарда. Он посуровел и отвернулся. И в землях Люция та же история, словно и не покидал столицы.
– Благодарю за помощь, – сдержанно простившись, Скай решительно направился в указанном направлении.
Они неспеша поднимались на холм, обдумывая увиденное, немного сбитые с толку тем, что весь мир вокруг, так или иначе напоминал им о Маргарите, словно растворенной в землях Люция. Было о чём поразмыслить перед будущей встречей с Дарионом, прозванным его творениями «толкователем».
21
Небольшой белёный дом стоял на плато, упирающееся в новый склон, который простирался всё дальше и выше. Разнотравье густым ковром покрывало холм, и только вокруг дома земля была тщательно утоптана. Ухоженное и аккуратное подворье, хозяйственные пристройки, сам дом – всё дышало уютом и теплотой.
– Мы ошиблись, – тихо сказал Стефан. – Маг не может жить в таком месте.
– Спросим у этого «толкователя», где Дарион, – с отцом Скайгард был полностью согласен – для Люция, каким он его знал, всё чрезмерно чужеродно и странно. А крестьянка, должно быть, что-то напутала.
Они заметили, что в открытой со всех сторон пристройке, где крыша поддерживалась деревянными стропилами и подпорками вместо стен, копошится человек. Тихо, осторожными шагами Фолганды приблизились. Руки Стефана наполнились стихиями для сплетения защит.
Невысокий мужчина в белой рубахе и простых тёмных штанах, заляпаных краской, возился у верстака. Запах лавандового масла пропитал воздух.
– Добро пожаловать в земли Люция, господа маги.
Человек неторопливо оставил своё дело и развернулся к гостям. В прошлом, Дарион показался Скаю тусклым и нелепым. Серое нескладное из-за переломов лицо, серые волосы. Сам, скорее ветошь, чем молодой мужчина. Изломанное, больное дерево, чахнущее и подтачиваемое изнутри. Надломленность продолжала чувствоваться в нём и теперь, но что-то изменилось – плечи расправились, расслабленное лицо говорило о внутреннем покое. Дарион обрёл краски и яркие оттенки, став больше похож на того себя, каким должен был стать от природы.
И, кажется, он волновался: развёл руками, как бы говоря: «Вот, тут я и живу»; провёл всей пятерней с тонкими пальцами по коротким медово-русым волосам, что и стриженные пытались виться крупной волной; иронично и как-то горько улыбнулся, только перебитая часть лица осталась неподвижной.
– Надеюсь, вы не перетрудились, взламывая портал? Налить воды?
Скай думал, что сразу же, встретив Люция, придавит его, стиснет горло, как тот предпочитал поступать сам, и заставит признаться во всём. Но этот, новый Дарион, не располагал к настолько яростным действиям. Маг смотрел на незваных гостей открыто, со сдержанным удивлением. И это не только разозлило, сломав замысел. Младший Фолганд испытал тихую радость, от того, что бывший враг сумел исцелиться. Или хитрый Люций создал лишь иллюзию? Верить ему Скайгард не собирался.
За спиной мага, на верстаке, стояла готовая колыбель, которую тот покрывал специальным лаком. Ментальные схемы полностью пронизывали резное дерево. Это Скай заметил быстро. Проследив взгляды Фолгандов, хозяин улыбнулся.
– Когда творишь мир и людей, приходится воспитывать их с самого первого дня. Так, чем могу быть полезен, господа? Неужели Фолганды соскучились по убийце, отбывающем наказание? – прежний, язвительный тон вернулся на своё положенное место, если Дарион и изменился, то не во всём. – Вижу, что уроки пошли впрок воронёнку, – он так пронзительно заглянул в глаза Скайгарда, что тот весь напрягся, вытянулся, готовый броситься вперёд в случае опасности.
Стефан молчал, наблюдая за происходящим, мысленно выстраивая разговор, и готовый удержать сына от необдуманных поступков. И его удалось удивить магу из Хриллингура.
– Твои создания не признали тебя? – в ответ губы Ская растянулись в холодной улыбке. – Они не знают, кто такой лорд. Ты живёшь на отшибе…
В светло-карих глазах Дариона появилось сочувствие, отчего Скай мигом проглотил оставшиеся язвительные слова.
– И правда…, – уголки губ Дариона опустились. – Уроки Мальтуса оставили свой след не только на теле. И мои, видимо, тоже, – эта мысль опечалила его настолько, что маг рассеянно начал перекладывать инструменты на верстаке, отвернувшись от Фолгандов.
А у Скайгарда побелело и застыло маской лицо – слишком хорошо читал душу Фолганда хитрый маг.
– Не хочу быть лордом над ними, – собравшись с мыслями, Дарион обернулся и сел на лавку рядом. – Я толкователь справедливости и только. Наивно и глупо было думать о переделке мира, поэтому теперь я делаю, что могу.
– Как ты посмел встречаться с моей дочерью за спиной у родных? – Стефан выдохнул слова, разозлился на себя, потому что не с этого собирался начинать. – Какого тёмного лика, женщины этих земель похожи на Маргариту!?
– Подумаешь, поиграл немного с девочкой, – Дарион повёл плечами, сощурился, иронично рассматривая теперь старшего Фолганда и, похоже, остался доволен. – Всё в рамках приличий. Я знаю правила магов. Да, и не интересуют меня все эти бессмысленные телодвижения. Сам знаешь, практикующий маг всегда сумеет получить пользу от желаний плоти. К тому же, это было так давно…, – и иронию унесло быстрой водой, как не бывало, тень легла на лицо хозяина земель. – Похожи… похожи, но все они не Маргарита.
Стефан запомнил ту мгновенную боль, что увидел в Дарионе при упоминании Ри. Боль, которую тот умело спрятал за привычным сарказмом. Даже Скай заметил, погасил ярость от насмешки мага, поняв, что не так всё просто в истории с сестрой.
– Где Маргарита? – Стефан задал вопрос, но ответ знал – дочери в землях Люция не было и нет.
– Я давно не выходил в Фолганд. Сдержал слово мага…Почти сдержал. Признаю, один раз нарушил запрет.
– Значит, не ты убил снова? Туман, влага низин, удушье, – на время Стефан отложил в сторону увиденное через узы возле портала, позже спросит, почему столько людей перемещается через него в Фолганд.
Дарион сидел, опустив голову, и после слов Стефана резко вскинулся, взгляд заметался, потемнел.
– Вы правы, – слова тяжело пробились из него. – Я убил. Что с Ри?
Почему-то, признание мага не принесло Фолгандам радости. Напротив, плечи Скайгарда опустились, нервным движением он сложил руки на груди, а отец на мгновенье отвёл взгляд от Люция. Они не произнесли ни слова. Скай достал хрустальный куб с розой из дорожного мешка и поставил на верстак напротив Дариона. Короткого взгляда оказалось достаточно, чтобы маг вскочил с места, и невольно запустил пальцы в собственные волосы, пытаясь совладать с собой.
– Вы не можете её найти.
Он не спрашивал, утверждал с такой неистовой уверенностью, наполненной отчаяньем, что Фолганды побледнели, но ожидали объяснений.
– Я решил – это какая-то глупость с туманом, мертвецом… Случайность из-за подарка, который сработал не так, как нужно. Больше удивился, почему вы ищете Маргариту у меня, – Дарион опустил руки, пальцы оставались сжаты, но он уже совсем не выглядел взволнованным. – Пять лет назад, только поселившись в своих землях, я разорвал сделку с богом низин, поместив в этот куб. Я сделал его стражем и защитником для твоей дочери, Стефан Фолганд. Поэтому отчасти, я виновен в гибели того, кто посмел тронуть Маргариту. Каждый, кто попытается навредить Ри – умрёт.
– Неплохая новость, – фраза Скайгарда прозвучала так холодно и ехидно, что и Дарион покачал головой.
– Плохая новость – чем дальше она от дара, тем меньше шансов на защиту. Подождите немного. Работу закончу и пойду с вам, – Люций осмотрел свою мастерскую, немного растеряно и часто моргая, словно не понимал, а что он тут делает. – Сделка отменена, но я придумаю, чем помочь.
– Мы дошли по следу до Красного угла. Там же нашли тело потом, – теперь Стефан решил говорить только о деле с Дарионом, все личные вопросы они выяснят, когда найдут Маргариту. – След нехороший. У Ри закрыты связи стихий с внешним миром.
– Она не может сплетать схемы? – Дарион короткими быстрыми мазками заканчивал работу с колыбелью, пропитывая лаком дерево.
– Боюсь, что так.
Маг надолго замолчал, полностью сосредоточившись на ментальных схемах и лакировке колыбели. Закончив дело, Дарион убежал в дом и вернулся через некоторое время полностью одетый для дороги, на ходу проверяя хорошо ли вложен кинжал в сапог. Стало заметно, как маг подволакивает ногу – вместе со сделкой окончательно пропали чары и способность двигаться легко, старые изъяны остались при нем. Он подхватил колыбель, пояснив:
– Предупредим, что ухожу.
Создав портал, Люций провёл через него и Фолгандов. Из пролома они вышли во дворе небольшого замка. Ведя гостей по внутреннему переходу, маг постоянно кивал каждому, кого встречал. Кто-то улыбался ему, кто-то прижимался к стене или просто хмуро отворачивался. Но как заметил Скай, первых было намного больше.
