Текст книги "Роза в хрустале (СИ)"
Автор книги: Иванна Осипова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 27 страниц)
48
Маргарита и Дарион шли молча. Маг продолжал оберегать её, Ри чувствовала, но бездна, в которую она заглянула, словно пролегла между ними. Что-то неправильно с магом, но ей трудно было понять, не зная всего.
Неужели это всё из-за его детства и того ужаса, что с ним сотворили изуверы Хриллингура? Они сломали его, а теперь Дарион готов сломать того, кто дорог. Рациональная часть Маргариты прекрасно разложила факты, объяснила для неё самой, подсказывая, что от Люция следует держаться подальше, но сердце не хотело соглашаться. И глядя в спину магу, который всегда шёл впереди, она вновь мечтала исцелить его, собрать осколки и склеить своей любовью. Вот только хочет ли он этого сам?
Он остановился и дал знак, чтобы Маргарита стояла тихо. Сам прислушивался и глубоко вдыхал воздух.
– Дым, – она прошептала тихо-тихо, а Дарион нервно повернул к ней голову, глядя очень свирепо, и Ри закрыла рот ладошкой.
Потоптавшись некоторое время, они обошли заросли кустарника и густой подлесок, оказавшись на краю поляны. Чёрный остов дома ещё дымился, среди разваленных угольных брёвен виднелись остатки домашнего очага и утвари. Ни живых, ни мёртвых они не нашли.
Дарион стал очень бледен и, как-то особенно, сосредоточен, глядя на пожарище. В какой-то момент он с силой потёр лицо ладонями, будто хотел отогнать видения прошлого. Маргарита поняла это по глазам мага.
Похромав к вкопанной возле остатков дома скамье, Люций тяжело сел боком, снял сапожок и с видимым усилием осторожно положил ногу на деревяшку. Без стихий его увечье стало создавать неудобства.
– Посидим немного. Палачи не вернутся. Они обходят стороной те места, где оставили пепелище. Некоторое время.
Маргарита с радостью села рядом, осмотрелась. Некоторые хозяйственные пристройки прогорели не до конца, остался цел навес и даже белье сушилось на верёвке. Она приняла решение.
– Я сейчас, – она убежала, сняла несколько застиранных вещей и скрылась за навесом.
– Кричи, если что, – проворчал маг ей вслед, хмуро, и мысленно ругаясь на бестолковую свою ногу, которая болела всё сильнее.
Не возвращалась Маргарита довольно долго, и Дарион подскочил с лавки, быстро сунул ногу в сапожок, высматривая её, изувеченную сторону лица свело судорогой, когда представил, что рядом оказались дозоры и успели перехватить девчонку. Голос разума подсказывал, что он точно услышал бы шум и крики, но сердце тревожно сжалось. Куда бежать не представлял.
– Я тут, – она появилась с другой стороны леса, помахала рукой и ушла под навес.
Дарион удивлённо хмыкнул и сел обратно. Ри переоделась в мужские штаны и рубаху, завязала волосы, чтобы не мешали, платье пока свернула и бросила на скамью. Он не видел, с чем она там возится, но вскоре, Маргарита подошла с глиняной чашкой, где загустевала подозрительного цвета масса, горячим котелком с взваром и тряпками.
– Ногу давай, – она так строго посмотрела на него, что маг опять поднял ногу на лавку, молча наблюдая, как Ри смачивает тряпье в котелке, накладывает на ногу, втирает мазь из чаши, немного болезненно надавливая на точки на щиколотке, где особенно тянуло.
Дарион уцепился руками за скамью, сжал с силой. Внутри пекло от нежности, благодарности и горькой вины. Вид тонких пальцев Маргариты, касающиеся искривлённой стопы и неприятных шрамов, рук, исцеляющих его, почти ласкающих, вызывал жгучую боль. Он не имеет права на подобное. Не заслуживает. Особенно после того, что случилось недавно. Синяки на её запястьях становились чёрными пятнами на его душе.
– Жаль, без стихий, – она вздохнула, взяла длинный лоскут, который вымачивала в котелке и плотно перевязала ногу мага. – Всё, – взглянула со счастливой улыбкой, вызвав новые муки Дариона.
Он взял её за руки, целуя каждый след собственных пальцев на кисти, надолго застывая в касании губами, отчаянно, горько и нежно. Маргарита склонилась, положив голову поверх его низко опущенной головы. Так и сидели вдвоём, не двигаясь, не говоря, в странном сплетении тел и душ, таком же болезненном, как и всё остальное в жизни мага из Хриллингура.
– Тебе лучше держаться дальше от меня, – он резко выпрямился, руки Ри выскользнули из его пальцев. – Я сломаю тебя. Причиню не меньшую боль, чем мог причинить Эльсвер. В чём-то я…такой же как он, – Дарион с трудом проговорил это.
– Неправда, – она прильнула к магу, обхватила ладонями голову, их безмолвие раскрыло для Маргариты истину – Люций любит её. – Ты лучше их всех. Позволь себе не бояться и быть счастливым. Это не просто, но ты сможешь.
Он повёл узкими плечами и попытался вырваться из её рук.
– Кривое дерево не выправишь, Ри.
– Ты сильный. Никто бы не смог пройти твой путь так, как это сделал ты. Ты не видишь себя со стороны, а я вижу другого Дариона – сильного и прямого, светлого и достойного.
– Ты видишь призрака Маргарита. Дарион, о котором ты говоришь, умер в возрасте семи лет и потом умирал снова и снова, превратившись в гниль, когда ему исполнилось пятнадцать Ты же знаешь. Я слишком испорчен для тебя, испорчен во всех смыслах.
– Нет, тот Дарион ещё жив! – Ри положила руку ему на грудь. – Он здесь. Позволь ему жить, не убивай. Не позволяй им победить тебя, – она стала очень серьёзной. – Я всегда буду помнить о настоящем Дарионе и, когда ты сделаешь мне больно, вольно или невольно, всё равно моя любовь останется с тобой, – Маргарита поднялась, ей тяжело давались слова о чувствах, не умела, не знала, как правильно сказать, любое слово казалось тусклым по сравнению с тем сиянием, что она ощущала в сердце.
И она поняла, почему он не приходил. Зачем закрылся от всего мира в землях Люция. Дарион спрятался от самого себя. Осознав это, Маргарита решила бороться за него, вместе с ним и против него. Пусть придётся снова заглянуть в бездну, но она вытащить оттуда мальчика, которого убивали много лет.
Дорога сделалась лёгкой и обрела светлые краски. Лес не изменился, положение их оставалось страшным и неясным, но Маргарита радовалась каждой минуте. Дарион рядом. Такой сложный, болезненно закрытый, но любящий и любимый. История родителей была примером для Маргариты, и она спасёт своего мага. Наверное, так и становятся настоящими спутницами. Для неё это будет урок терпения и любви, а она всегда была прилежной ученицей.
К вечеру они забрались в очень густой подлесок, Ри даже решила, что заблудились, но Дарион упрямо раздвигал ветки и шёл вперёд, придерживая гибкие деревца и кусты, чтобы и Маргарита могла пройти. Она не хотела сбивать спутника и молчала, сгорая от любопытства. Кажется, маг вёл их в очередное тайное место, где можно спокойно заночевать.
И действительно, Люций широким жестом отодвинул поросль деревцев и открылся тёмный пролом.
– Не бойся. Нам не придётся ночевать в пещере, – маг заметил, как она нерешительно остановилась возле входа.
Он протянул Маргарите руку, и вместе они оказались во мраке. Ри боялась не отсутствия света, зрение магов позволяло свободно двигаться, а диких животных. Без магии они вряд ли справились бы с крупным хищником. Правда, она и не знала, водятся ли в Хриллингуре опасные звери. Грустно усмехнувшись, Ри подумала, что самые опасные животные юга – сами южане.
Всё время она чувствовала руку Дарионе в своей руке и успокоилась. Петляющий узкий ход оказался коротким, и они быстро вышли на почти круглую поляну с маленьким водопадом. Вода лилась прямо из разломов камня и падала в углубление, где с трудом мог поместиться один человек. Не водоём, скорее большая чаша.
– Ритуальный круг! – вышло немного громче, чем она хотела и эхо повторило её слова.
Дарион приложил палец к губам и улыбнулся. Маги стояли возле площадки с четырьмя жертвенниками, посвящёнными разным стихиям. Центральная площадка обрамлялась белыми камнями. В центр они не пошли. Люций разложил костёр у выхода из пещеры. Ни один маг не стал бы делать этого в самом круге. И сидя возле огня, насыщаясь кроличьим мясом, тихо переговариваясь с магом, Ри испытывала полное успокоение.
– На севере есть остров, – шептала она. – На нем ритуальный круг. Отец с мамой проводили там защитный ритуал. Мама уже была беременна мной и братом. Я читала, что финал ритуала – это наивысшее единение мага и его спутницы, дарующее магические силы и защиту.
– Только от магии, – Дарион рассматривал жертвенники и белые камни, лицо его казалось неподвижным. – Против кинжала или яда защиты не работают, – он помолчал. – Здесь принято у магов заключать брак в ритуальном круге. Говорили, что я зачат во время ритуала, поэтому мама считала меня очень удачливым и способным, – помрачнев, маг отвернулся. – Да, уж. Удача. Нечего сказать.
– Разве нет? – Ри нежно коснулась его плеча. – Ты жив, а это главное.
– Давай спать, – он стал осматриваться, чтобы устроится в стороне от неё.
Но Маргарита освободила немного места на расстеленном плаще.
– Иди ко мне. Так теплее и…надёжнее. Рядом не так страшно.
С сомнением Дарион смотрел на предложенное место. Они поместятся, но … В его голове существовало столько причин, почему не следует этого делать, а Ри просительно заглядывала в глаза. Дарион сдался, но лёжа лицом к лицу с Маргаритой оставил небольшое расстояние между ними.
– Расскажи мне о розе в хрустале, – после длительного молчания и попыток уснуть спросила она.
– Мой дар тебе, – маг снова хмурился.
– Какая в нем магия?
– Я разорвал сделку с богом низин, и он охраняет тебя. Да, и куб у меня с собой, – Дарион приподнялся и достал из мешка подарок.
Они вдвоём смотрели на розу – свежую, будто омытую росой, и свободную от тумана. Хрусталь оставался прозрачен, как и было прежде.
– Опасности больше нет, – улыбка тронула губы мага.
– Конечно, ведь ты рядом, – Маргарита потянула его к себе. – Обними меня. Только обними. И мы уснём вместе.
Руки Дариона легли ей на спину, удерживая, точно она собиралась сбежать, а он не мог позволить этому свершиться. Маргарита одной рукой касалась его волос, а другой груди, чувствуя биение сердца. Они засыпали обнявшись, согревая друг друга телами и дыханием, ставшим общим на время.
49
Верея опустила руки.
– Ты был рабом? – в её глазах тесно сплелись ужас и сочувствие.
– Нет, беспечным юнцом, – умывшись, Скай отыскал рубаху. – Поверил тому, кому нельзя верить, – зачем только говорит об этом с девчонкой, сам не понимал. – Подвёл близких. Чуть не погубил всех.
– И теперь не веришь никому, – она не спрашивала, сама утверждала то, в чём Скай не сразу признался и самому себе.
– Никому нельзя верить кроме родной крови, – он упрямо сжал губы.
– Иногда родная кровь это не только кровь, – ведающая смотрела на Фолганда с той спокойной уверенностью и пониманием, как могут лишь истинные женщины-маги, будто богини земель на время проявляют себя в них.
Заворожённо Скай не мог отвести взгляда от Вереи, такой хрупкой, что хотелось всегда быть рядом и защищать, и такой сильной, точно сама могла встать рядом наравне и закрыть от бед.
– Наша кровь смешалась, когда палачи тени хотели забрать тебя. Случайность…
Она молчала. Они оба знали, что исполнили часть брачного ритуала.
«Может быть поэтому происходят все эти странные вещи?» – подумалось Скаю. Ведающая взяла его за руку.
– Иногда случайность – следствие того, что у нас нет выбора.
Высвободив руку, он пошёл к навесу, обернулся, холодный, с острым взглядом менталиста
– Когда у меня нет выбора, я делаю так, чтобы он появился. Я решаю.
Они укрылись под крышей от внезапного дождя, с губ Вереи не сходила чуть заметная улыбка. Продумав всё, младший маг отбросил вопросы, не относящиеся к делу, стремился быстрее закончить с одним делом, чтобы вернуться к другим. Он беспокоился за отца больше, чем за сестру, догадываясь, что Эльсвер способен на любую жестокость.
– Так, порталы умеешь делать?
– Здесь не принято, – Верея отвечала охотно и лицо тоже стало серьёзным. – Нам недоступны такие схемы.
У Ская от удивления слетела вся холодность.
– Не принято сплетать порталы? Как такое может быть?
Пожав плечами, Верея не знала, что и ответить.
– Но если бы вы умели, то легко уходили бы от палачей! Вот, смотри!
И он вскочил, сконцентрировался, пытаясь создать особый портал, какие делают менталисты. Работа шла легко, но распадалась, не дойдя до точки. Несколько раз пробовал Скай создать переход к водопаду, далеко не стал, но каждый раз порталы уничтожались.
– В Хриллингуре невозможно использовать схему порталов! – новость не порадовала.
– Всегда так было. Старые маги говорят, что всё дело в землях Хриллингура. Они очень капризны по отношению к магам. Могут одарить силой, а могут отнять. Некоторые маги способны построить разлом, но всегда удавалось сделать это на самом побережье. Стоит отступить вглубь земель и ничего не выходит.
– Хорошо. На порталы рассчитывать не станем, – Скай вернулся под навес, продолжая думать о деле, вспомнил, что Дарион умел сплетать портал в Хриллингур, пока не стёр сам для себя схему, но маг не сказал о подобных ограничениях. – Что ты знаешь про тайные места на болотах?
Руки Вереи резко сжали краешек скамьи, где она сидела, ведающая покосилась на мага, даже немного отодвинулась.
– Ты умеешь не доверять, – насмешливо губы Ская изогнулись, сделав его лицо по-мальчишески юным.
Внимательным взглядом менталиста он зацепил направление взора Вереи, заставляя смотреть только ему в глаза. Понимал, что поступает некрасиво, но искушение было велико, поэтому не отпустил. Щеки Вереи порозовели, губы приоткрылись, а дыхание сделалось тяжёлым и прерывистым. Расслабленное тело потянулось к магу, голова откинулась, доверчиво обнажая шею, губы замерли возле его губ. Она была такая манящая, жаркая и абсолютно беззащитная перед ментальной магией. Любая его прихоть могла быть исполнена тут же.
Он увидел собственное отражение в расширенных, затуманенных желанием зрачках Вереи. Младший маг не мог рассмотреть деталей, но очень чётко представил со стороны своё лицо с ледяной бесчувственной улыбкой. Сразу стало противно. Что он творит? Зачем играет с девчонкой? Отец не подал бы ему руки, если бы узнал. А всего лишь хотел выведать сведения.
Скай решительно начал уничтожать схему подчинения, когда звонкая пощёчина рассекла воздух, щеку обожгло ударом.
– Никогда. Так. Не делай, – в ярости Верея вскочила со скамьи, медовые глаза потемнели.
Его стыд был таким же жгучим, как взгляд ведающей, стоящей перед ним с гордо поднятой головой, решительная и неистовая. Он увидел, как вспыхнули все стихии вокруг неё, окрасившись в огненные цвета.
Как он мог так обидеть её принуждением? Сердце защемило, и Скай рывком словно вырос над ней, маленькой, но сейчас она была сильнее него. Он постарался сделать взгляд мягче, осторожно протянул руки, в которые она потянулась уже по собственной воле.
– Прости-прости меня, медовая девочка, – губы сами шептали нежные слова, касались её волос и висков. – Эя, – поцелуем коснулся лба, её имя прозвучало выдохом, коротким и жарким.
– Никогда не принуждай меня. Ведающие сами решают, – Верея прижалась щекой к груди Ская, руки обхватили плечи. – Силой от нас можно получить лишь мёртвую плоть.
– Я не собирался…, – его полоснуло по душе – она решила, что он хотел принудить её к близости. – Мне нужно знать о доме на болотах, но получилось вот так…
Удивительно, но Верея не разозлилась ещё больше, расхохоталась, уткнувшись лбом ему в грудь и Скай не смог не присоединиться к веселью.
– Зачем тебе этот дом? – отсмеявшись она открыто смотрела в глаза менталисту.
– Моя сестра сбежала от главного Ринна. Знакомый маг спрячет её на болотах. Мы должны встретиться.
– От Ринна!? – её глаза округлились. – И Ринн-изувер упустил жертву? Боюсь, что никогда вы не сможете скрыться от него. Добьётся своего. Ринны и Уинки. Страшнее них нет.
– Кадегеры?
– Торговцы, больше думают о прибыли, чем о жестокостях.
Скай заинтересовался.
– Остальные?
– Слышала, что Малаты при новом главе всех рабов выпустили, но могут и врать, – Верея совсем успокоилась и смотрела на мага так светло, что Скай с трудом удерживал маску безразличия.
– И откуда ты это всё знаешь, сидя в лесу?
– Много магов ходит по лесу, рассказывают. Про тайное место мало знаю, но мой учитель точно ведает. Есть секретная тропа через зыбкую топь. Только забрали же его и остальных. Как и многих других. Никто не возвращается.
– Я обещаю сделать всё возможное, – Скай взял её за руки, чувствуя, какая сила идёт от маленьких пальцев, она окутывала его этой энергией, как если бы он ведал стихии. – Ещё один день, и завтра я смогу что-нибудь разведать.
– Как? – она испуганно сжала его пальцы, уже теперь пытаясь не отпустить на верную гибель. – Тебя поймают. В замке полно стражи и палачей.
– Завтра увидишь, – все-таки добилась от него настоящей улыбки без примеси ментального холода.
Скай смотрел так, будто хотел весь облик уместить в памяти, взгляд скользил по меди волос, тонким бровям; немного крупным, но с упрямыми и суровыми линиями губам. И что такого особенного в Верее, что не выкинуть теперь из головы. Или из сердца? Он замер, вслушиваясь в себя, улавливая малейшие движения души, анализируя. Никаких приворотов или схем не ощутил. Фолганд хорошо помнил тёмный огонь от зачарования Дариона, но ничего подобного не нашёл в себе. Не чувствуя стихий, он сумел опознать другой огонь, не дурная магия и не стихийное зачарование. Огонь было его собственным порождением – светлый и жаркий, такой звенящий, что хотелось делать только хорошее и всегда видеть улыбку Вереи.
50
– Почти добрались.
Маргарита не верила тому, что только что сказал маг. Они стояли на узкой кромке, где земля, усыпанная лесным сором, прошлогодней листвой и ломанными веточками, превращалась в ноздреватый бледный мох.
Дарион ходил вдоль края болота, смотрел и что-то искал. Потом, он взял две толстых палки и одну отдал Ри.
– Пойдёшь за мной. Смотри зрением мага и увидишь путь. Ступай ровно по следам.
Она глубоко втянула воздух, чтобы рассеялся страх. Не хотелось подводить мага. А Дарион приблизился, чуть коснулся губами уголка рта Маргариты.
– Не бойся. Я рядом и смотрю за тобой. Готова?
Ри кивнула, нежный, почти братский поцелуй обжёг губы. Когда они остановятся в убежище, опасности станет меньше, как всё сложится между ними? Сможет ли она пробиться к Дариону? Настроена она была решительно.
Маг провёл её вдоль кромки болота.
– Смотри.
Взором мага Маргарита увидела светлые пятнышки, словно солнечные зайчики, повисшие над топью. Крупные искорки вились дорожкой вглубь болота, где терялись в стене зелёных зарослей. Очень осторожно Дарион продвигался по световой змейке, проверял полкой надёжность мха, который прогибался под ногами, а в ямки набиралась вода. И каждый раз сердце Ри падало вниз вместе с телом, теряющим опору, холодные струйки пота потекли по спине. Ей никогда не приходилось пересекать болото. В лесах возле столицы топь не встретишь, а дальше, на севере, Фолганды не бывали. Скай с отцом путешествовали несколько лет назад, могли встречать нечто подобное, а Ри впервые столкнулась с этим.
– Сейчас отдохнём, – Дарион не обернулся, сам тяжело дышал, подтягивая ногу.
Ри подумала, что стоит заняться лечением мага, когда они остановятся в убежище. При обучении Вельда много времени уделяла целебной магии. Маргариты охнула и закусила губу. Она и забыла, что магии у неё теперь нет. Ну, ничего. Умения зелейника остались при ней.
Вероятно, Ри слишком громко выразила чувства, потому что маг резко развернулся с тревогой, не устоял на покалеченной ноге и его пошатнуло назад. Здоровая ступня коснулась мха, вдавила его, утопая в грязной жиже, которой становилось все больше, а нога Дариона стремительно исчезала в ней. Побледнев, он пытался опереться на палку и вторую ногу, но искривлённая ступня плохо слушалась. С сухим треском палка переломилась.
Все происходило так быстро, так неожиданно для Маргариты.
– Отходи дальше, – он зло бросал слова. – Иди по огням. Иначе топь заберёт тебя следом за мной.
Словно в подтверждение его слов, прогибающееся полотно мха начало колебаться.
– Нет! – Маргарита подалась к магу, перехватив палку двумя руками, вытянув их вперёд.
– Убирайся, глупая девчонка, – Дарион продолжал проваливаться в хлюпающую грязь. – Одни беды от тебя!
– Держись! – она не слушала его обидных слов, пропускала мимо сознания, главным было вытащить мага.
Застонав и скрипя зубами, Дарион схватился за палку, боялся использовать силу, стянуть с тропы хрупкую Ри.
– Не жалей меня, глупый маг! – она стала такой яростной, что Дарион не мог ослушаться, подтянулся, чувствуя, как Ри напряглась и помогает ему.
С глухим чавканьем топь отпустила мага, приняв в жертву только сапожок. Молча и тяжело, они выползли на островок суши посреди болота. Это была временная передышка. Маг сел на землю, привалился к стволу дерева. Опираясь на палку Маргариты пыталась отдышаться. Мышцы дрожали после сильного напряжения.
– Не пугай меня больше так, – мрачно маг рассматривал грязную по колено ногу без сапога.
– Глупый, – она была спокойна внешне, но внутри всё переворачивалось и билось стихиями, только выхода для них не было. – Думал, наорёшь на девчонку, и она сбежит? Бросит мага умирать? Никогда от тебя не уйду. И не смей умирать без меня!
Сказала с такой решимостью, что Дарион не смог ничего ответить, смотрел с грустью и горечью. Как бы и правда не пришлось им умирать вместе. Слишком хорошо знал он Хриллингур и местную знать. Ни один из них не выпустит из рук то, что считает своим. А играть и охотиться кланы любили и умели.
Вторая часть пути обошлась без приключений. Маргарита вздохнуть боялась и молчала, чтобы внимание Дариона оставалось сосредоточено на дороге. Они прошли через заросли кустарника и Ри удивлённо распахнула глаза.
На сухой и утоптанной земле стоял длинный добротный дом с пристройками. Трава за пределами подворья была сочная, зелёная, с вкраплениями маленьких белых цветов, стелющихся ковром. Эта мирная картина успокаивала душу, казалось, что в мире нет ни кланов, ни Эльсвера, ни палачей тени. И Маргарита повернула голову к магу, улыбка осветила лицо.
– Мне нравится здесь.
Тихий шорох рядом заставил её вздрогнуть, поднять руку для сплетения чар и снова вздохнуть. Она опять забыла, что магии больше нет. А ведь прошлое на мгновенье показалось только сном.
Дарион с ехидной улыбкой протянул руку в траву и поднял за загривок кролика. Этого зверья действительно было много в Хриллингуре, но скоро Ри и смотреть на крольчатину не сможет.
– Нам на ужин.
– Жалко. Но…, – всё же она была прагматична и понимала, что еда им нужна.
Вместе они осмотрели дом. Похоже, в убежище часто бывали маги. В погребе полки ломились от запасов, постель со свежим бельём, целый комод одежды, дрова под навесом.
– Болото отделяет убежище полностью от леса, – пояснил Дарион. – Но по магическим тропам можно выбираться за дровами или собирать хворост. Нам это делать опасно, поэтому придётся топить торфом. Там дальше за домом есть хорошее место для добычи. Дым заметить не должны – деревья здесь вокруг очень высокие и густые.
– Я видела запасы рядом с дровами, – привыкая к роли хозяйки, Ри осматривала очаг и стол. – А маги? Они не будут против, что мы тут…
– Убежище и существует для таких как мы. Не беспокойся. Возможно, скоро придут другие. Да, за домом родник.
– Да тут можно жить до старости, – настроение Маргариты становилось всё лучше, ей легко дышалось на острове, а страхи отступили.
Дарион нашёл новую обувь и переоделся. Когда он разжёг огонь и принёс освежёванную тушку кролика, Маргарита уже вовсю стучала ножом и нарезала овощи. Всё у них выходило ловко и быстро, словно всю жизнь прожили вместе в этом доме. Маг бросил мясо на стол и не задумываясь протянул руку к ножу, намереваясь отнять его у Ри. Он стоял позади очень близко, коснулся её всем телом и замер, тонкие пальцы легли на руку Маргариты. Она ощущала его дыхание на шее, всё ближе и ближе, пальцы касались руки лёгким ласкающим движением. Не вынеся напряжения, Ри повернула голову и увидела его жаждущие приоткрытые губы.
«Поцелуй, ну же! Поцелуй меня!»
Она изнывала в этих странных объятиях. Дарион дышал тяжело, сбивался. Обречённо убрал руку и отступил.
– Мясо я сделаю, – голос его был хриплым.
С досадой Маргарита уступила место у стола. Смотрела, как напряжена спина мага. Непробиваемый, глупый маг. Как ей бороться за него?
– Завтра соберу травы, посмотрю твою ногу, – она сложила руки на груди, как любил делать Стефан, ощущая так себя сильнее.
– Не нужно. Сам разберусь, – холодно ответил, словно чужой.
Ри сделалось неловко, и она ушла готовить кровати. В дальней части дома было несколько маленьких комнат с матрацами прямо на полу, а в одной комнате обнаружилась довольно широкая постель. Как раз для супружеской пары.
Как раз…она вздрогнула. Какая они пара? Дарион не ляжет рядом, если и одного поцелуя не добиться от него. Маргарита измучилась. Чувствовала, как притягивает маг, как сам желает быть рядом, и тут же отталкивает. Но она обещала никогда не оставлять его, ведь он тот самый, её маг, а она спутница Дариона Люция. Нельзя идти против стихий, делая себя несчастными. Значит, она будет терпелива.
В комнату заглянул Дарион, порылся по углам, забрал какую-то шкуру, одну подушку и верхнее одеяло.
– Буду спать у очага ближе к дверям.
Маг собрался охранять дом и ночью. В их ситуации это казалось логичным и не лишним. Ужинали молча, один раз Дарион сказал, что собирается заниматься ментальной магией. Ри кивнула и обещала не тревожить. Она легла отдохнуть и заснула.
Проснулась Маргарита посреди ночи. Ей показалось, что где-то вдали раздаются приглушенные звуки, может быть даже голоса. Подскочила на постели. Сердце замерло. Прильнув к окну, Ри пыталась различить хотя бы что-то среди черноты. Зрение мага показало привычное – кустарник, через который виднелись редкие огоньки тайной тропы, далёкий лес. И там, в лесу, двигались неясные тени, отсвет костра заревом мазал деревья.
Где Дарион? Она осторожно во тьме добралась до общей комнаты с очагом. Фигура мага чётким контуром была прорисована на фоне окна. Резко развернулся, услышав шаги.
– Утром завесим окна. Иди спать.
– Нас нашли? – её голос задрожал, лицо Эльсвера всплыло в памяти, весь ужас дороги до Хриллингура вернулся.
Стоя во тьме, Дарион не торопился подходить к ней, а Маргарита чувствовала, как необходимы ей сейчас его объятия, но между ними словно пролегла пропасть, которую так просто не переступишь.
