Текст книги "Седьмой царевич. Том 4 и Том 5 (СИ)"

Автор книги: Иван Шаман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 28 страниц)

Можно принять обезбол. Уколоться и забыться, но в таком случае я буду сам медленней соображать. Да и шевелить пальцами в достаточной степени не смогу. На нормальное, естественное заживление уйдёт пара месяцев, которых у нас, конечно, нет. А значит, остаётся лишь один вариант, который мне вообще ни разу не нравился. Но выхода всё равно нет.

– Где тут у вас ванная? А лучше бассейн, – спросил я у первого попавшегося на пути аристократа, с формой, включающей герб на лацкане. Мужчина, лет тридцати пяти, с явными следами усталости и недосыпа, посмотрел на меня круглыми глазами. – Я одарённый воды, и мне она нужна. В больших количествах.

– А, стихийник… – что-то решив для себя, кивнул мужчина. – Первый этаж, западное крыло. Там и сауна, и хамам, и бассейны с подогретой или ледяной водой. На любой вкус.

– Понял, спасибо, – кивнул я, примерно сориентировавшись, и толкнул локтем Костю. – Пошли, времени не так много.

– Куда мы в таком виде?

– В госпиталь, – ответил я, успокоив товарища, но при следующих словах он вздрогнул. – Настю заберём и потом уже по саунам.

– Ты псих, если себя не жалко, хоть о девушке подумай. Она же вообще по полной выложилась, до дна резерв выжала!

– Как будто в первый раз, – слабо отмахнулся я и направился по уже знакомому маршруту. Костя в процессе нашёл частоту, на которой сидели пилоты и, включив рацию, поднёс мне к лицу. – Господа, вы как там? Груз не потеряли?

– Князь? Всё в норме, заправляемся, груз спит, – почти без заминки ответил пилот. – Какие будут приказы?

– Проверьте капельницу со снотворным. Проснётся раньше времени – от борта даже пыли не останется, – предупредил я. – Если всё в норме, наденьте на него парашют и продолжайте обслуживание. Как будете готовы – сообщите.

– Тут парни просят подвесы сменить… – начал было пилот.

– Нет, без вариантов. Кому утюжить и без вас есть, а на случай эвакуации нам вертолёт нужен позарез. Через час отправляемся искать наследника престола.

– Принято, ваше сиятельство, – не стал дальше оспаривать приказы командир. Вообще, я его понимал, когда тебе, военному с двадцатилетним стажем, командует какой-то сопляк, невольно задумаешься о неподчинении. Тебе же по-любому лучше видно.

– Опять вы⁈ Убирайтесь отсюда немедленно! – на пороге госпиталя встретила меня криками медсестра. – Это женские палаты! Что вы делаете⁈ Ей нужны отдых и сон! А ну оставьте её в покое, немедленно! Охрана!

Объяснять ей, что Насте сейчас не столько капельница и покой, сколько заряд опустевшего резерва нужен, я объяснять не стал. Благо сама девушка спала и сопротивляться не могла, так что я, несмотря на боль, поднял её на руки и вынес из стационара, стараясь не конфликтовать с персоналом. Медики, особенно на передовой или в прифронтовых госпиталях, зачастую святые люди, которые о своей выгоде вообще не думают. Ещё такие только в скорой встречаются. Вот и медсестра не отстала от нас до самого последнего конца.

– Слушай, может, я понесу? – спросил Костя. – У меня руки не так травмированы, а тебе явно тяжело и больно.

– Спасибо, но свою девушку я буду нести сам. А руки… это не надолго, – стараясь не обращать внимания на причитания сестры, ответил я. Вскоре мы нашли банный комплекс, и я, не снимая одежды, вместе с Настей на руках, зашёл в чашу с водой. Горячие струи били нас со всех сторон, и даже я, при своём не слишком развитом сродстве, почувствовал, как внутри шевелится стихия.

Что уж говорить о Насте, которая быстро порозовела. Дыхание её стало размеренным и глубоким, лицо разгладилось. Был, правда, у процедуры и неприятный момент, о котором я не подумал. Медицинская ночнушка, промокнув, стала почти совсем прозрачной, и смутившийся Костя отвернулся. Медсестра завелась по новой, и в этот момент Настя глубоко вздохнула и открыла глаза.

– Свят, – улыбнулась девушка, прижавшись ко мне. – Какой интересный сон…

– Это не сон. И не загробный мир. Мы пока живы. Так что вот.

– Живы… живы это хорошо, – сказала Настя, мутным, но быстро обретающим ясность взглядом обведя купальню. – Так. Ой. Так… мне бы халатик или полотенце.

– Вот! А я вам говорила! Вы подвергаете девушку опасности, ей строго противопоказаны водные процедуры, – по новой завелась медсестра, на что Настя лишь поморщилась. – Немедленно выньте её и верните в госпиталь.

– Спасибо за заботу, но боюсь, на это у нас нет времени, – ответил я, и уже понявшая, что происходит, девушка кивнула. – И вообще. Она мне не девушка, а жена.

– Что? – удивлённо спросил Костя, от неожиданности даже обернувшийся. – Блин, извините, забыл.

– Дорогой, можешь посадить меня на скамью, всё будет в порядке. Найди мне, пожалуйста, полотенце и… выйдите все, мне нужно несколько минут полного контакта с водой. Потом расскажешь, что происходит, – попросила Настя, и я не нашёл причины ей отказать. Уже через полчаса мы сидели всей компанией, разве что Юли не хватало, и пересказывали увиденное.

– Мы из штаба ушли минут за десять до вас, ничего существенного там не было, – пояснил Тим. – Сходили на стену, проверили передовые позиции. Дела наши печальны, можно даже сказать безнадёжны, но прямо сейчас держимся. Армия мертвецов продвигается куда тяжелее, чем можно было ожидать. Щиты не спасают, когда проникающий в них воздух разогрет до нескольких тысяч градусов, так что твари выживают лишь благодаря колоссальным куполам.

– Разбить? – тут же предложил Костя.

– Это была первая мысль, но не выйдет, они многослойные, – пояснил Туча. – Прямо перед нашими позициями, километре в полутора, засел младший лич с сотней-другой пастухов. Они гонят орду мертвецов, но сами вперёд пока не суются. Не знаю, чего ждут.

– Вариантов масса. Может, готовят големов из останков, силы собирают или ждут, пока будет прорван отдельный участок, чтобы бросить на него все силы, – пожав плечами, предположил я. – А может, всё ещё проще, и они просто ждут, пока через прорыв пройдёт их главнокомандующий.

– У этих тварей ещё и командующий есть? – удивился Костя.

– То, что есть – гарантирую. А вот то, что он здесь и сейчас тут появится – вообще не факт, – заметил Тим. – Сведения, откуда он взялся в прошлый раз, противоречивые. Кто-то говорил из разлома, а кто-то из другого испытания.

– Это сейчас вообще неважно. Главное – найти тело цесаревича. Тогда император согласится нанести ядерный удар.

– А ты, похоже, на сто процентов уверен, что он мёртв, – удивилась Хана, и я согласно кивнул. – Ладно, ну, допустим, мы сходим. Но тебе-то куда с такими руками? Ты же ни автомат держать не сможешь, ни знаки чертить.

– Дорогой, только не говори, что ты меня за этим разбудил и в ванную кинул, – подозрительно глянула на меня Настя.

– Ты же знаешь, я без тебя не обойдусь, – легко согласился я.

– Хорошо, – улыбнулась девушка и взяла мою ладонь в свои. Честно сказать, было больно, очень. Но я терпел. Эффект стал заметен почти мгновенно, что не укрылось от глаз окружающих, и если Тим воспринял всё как само собой разумеющееся, Хана и Костя смотрели, выпучив глаза.

– Да как так-то? – не выдержав, спросил Костя, когда я для проверки несколько раз сжал пальцы. Покраснение всё ещё оставалось, но синюшного оттенка не было и в помине, а главное – без боли и риска, что при первом же нажиме опухлость вернётся.

– Анастасия – гениальный триединый маг, – напомнил я, вызвав у девушки улыбку. – И главная, основная её стихия – вода. А тело наше состоит из воды больше чем на семьдесят процентов. Кровь и вовсе на девяносто плюс.

– Погоди, выходит, что, можно любые раны за пару минут излечить? – продолжил расспрашивать Алабай.

– Кости срастить куда сложнее, а вот с мягкими тканями – довольно просто, – скромно ответила Настя.

– Ага, если у тебя есть резерв архимага и опыт, очень много опыта, – хмыкнув, поправил её Туча. – Но вообще, если есть силы, стоит вначале заглянуть в госпиталь.

– Резерва на донышке плещется, – поморщившись, ответила подруга.

– Значит, остаёшься здесь и копишь, – решительно сказал я. – Это не обсуждается. Я бы на самом деле и Костю с Ханой не брал… Нечего вам делать за стеной.

– Меня такое предложение, насколько понимаю, не касается? – обречённо спросил Тимофей.

– Кто-то должен прикрыть мне спину и вытащить в случае чего.

– Я тебя одного не пущу, – строго проговорила Настя.

– Так я не один, я с нашим бегающим ежом.

– Не волнуйся, – попробовал успокоить мою девушку Туча. – Верну его почти в целости и сохранности, лучше подкопи резерв. Вряд ли дальше будет проще.

– Я с вами пойду! – упрямо проговорил Костя.

– Двое легко затеряются за грудами тел. Трое или четверо – уже нет. Я бы пошёл один, но риск понимаю. По той же причине соваться к врагу на здоровенной жужжащей штуке – тупая идея. – возразил я. – Вы будете нашей встречающей группой. На случай если нам понадобится прикрытие. Да и госпиталь бросать нельзя. Штаб опять же…

– Ладно, понятно всё, – недовольно сказала Настя. – Но тогда ты выходишь не раньше, чем собственный резерв будет на максимуме.

– С этим всё просто, я свои воду и воздух вообще не трогал, – успокоил я девушку. – Жаль только, что у меня твоего опыта нет, иначе бы сам вылечился.

– Ну, зато разрушать ты умеешь в десять раз лучше, – отмахнулась Настя, а потом прижалась ко мне. – Обещай, что вернёшься.

Глава 44

Работать в паре с Тимом, вернувшим себе память будущего, было одним удовольствием. В основном даже команд не требовалось, хотя нам и пришлось как следует приодеться, прежде чем нырнуть в дымовую завесу.

В первую очередь – нательное бельё с гелем, чтобы даже в случае ранения не истечь кровью. Затем противоосколочные арамидные костюмы одарённых, дорогие, но стоящие каждой копейки. Куда легче, чем аналоги для штурмовых подразделений. Ну и, наконец, верхний слой – бронежилеты, ботинки со вставками, каски, тактические наушники, респираторы и очки наблюдения смешанного режима.

Последние были настоящим произведением искусства, совмещая ИК, УФ и обычный диапазоны, а заодно защищая от ярких вспышек. С помощью этих приборов можно было не задумываться, находимся ли мы в тумане, дымовой завесе или на открытом воздухе. Им было всё едино.

Респираторы хоть и ухудшали дыхание, но позволяли относительно спокойно проходить задымление, отравляющие или раздражающие газы. Небольшим, но существенным бонусом являлось то, что они гасили шум от дыхания и разговоров, позволяя общаться почти неслышимо для врагов.

В оружии мы были консервативны. Насколько это возможно. Учитывая, кто был нашим противником, в пистолетах и автоматах смысл исчезал напрочь. Тим выбрал себе в качестве первички ружьё с барабанами на двадцать патронов. Я взял шестизарядный гранатомёт и два патронташа к нему. Много времени постарался не тратить, но положил себе как осколочно-фугасные, так и более специфичные, вроде светошумовых, дымовых и гранат объёмного взрыва, в общем, на все случаи жизни.

Естественно, оружие использовать сразу мы не собирались, как и конструкты или стихию. Только полный псих может рассчитывать пробиться в толпу зомби с боем. Тем более что это были не заражённые и не страдающие от бешенства, а настоящие мертвецы, ведомые искажённой магией порядка. Скорее даже марионетки, сохранившие часть способностей и воспоминаний.

Так что шли мы медленно, лавируя между монстрами и стараясь никого из них не задеть. Нам без труда удавалось обвести вокруг пальца обычных тварей и погонщиков. Единственная реальная опасность была в младших личах. Ну и самозваном боге смерти, но так как я не видел летающей пирамиды, то и сам босс из разлома пока не появился.

Правда, и тела принца или его сопровождающих мы пока не нашли. Приходилось тщательно осматривать местность, хотя мы и получили фотографию отряда царевича буквально перед выходом. Увы, пусть он и был облачён в экзоскелет с дополнительной бронёй, которой нам не досталось, но маскировочная подсветка существенно усложняла поиски. А ещё броня его была теплопоглощающая, хотя мертвецы вообще в ИК-диапазоне не светились.

Но отражённого света хватало, а на приборах поиска отображались направления ко всем рациям в округе. Не стрелочками или точками, а вонами на синусоиде, где сигнал ярче-тише. Но даже это помогало находить тела. По-хорошему их нужно было сжигать, чтобы не дать оживить, но во время вылазки мы себе такой роскоши позволить не могли.

– Тц, – притормозил Тим, и посмотрев в сторону, куда он указывал, я понял, что обойти такую толпу нам не удастся. Монстры стояли сплошной стеной, будто выстраиваясь для решительной финальной атаки. А может, так оно и было. Хоть авиация и артиллерия продолжали утюжить поле всем, чем было, взрывы становились всё реже. Техника ушла на дозаправку, снаряды в боеукладках первой очереди подходили к концу, а пока подвозят новые, работала одна пушка из пяти.

Нам это тоже было на руку, всё же шанс гибели от дружественного огня никогда не равняется нулю. Разве что в мирное время. Но пока плюхи летели дальше, тут и там вспыхивая на зелёных силовых куполах мёртвых.

– Может, пора? – тихо спросил Туча, оглянувшись на меня.

– Рано. Попробуем пройти по краю, – не согласился я, и товарищ только пожал плечами. Пока нас не обнаружили, но риск становился всё выше. Как и «зловещая долина», когда мы приблизились к мертвецам.

Они не дышали, не переминались с ноги на ногу, не моргали. Просто стояли, покачиваясь только тогда, когда сзади подходили новые зомби и толкали уже готовых к атаке. Никогда не привыкну. И желания такого нет.

– Не пройдём, – едва слышно прошептал Тим, когда мы оказались буквально окружены противником. – Пора?

– Нет. Попробуем иначе, – покачав головой, ответил я. От врагов нас отделяло метров двадцать, не больше. К счастью, непрекращающийся грохот взрывов существенно облегчал задачу, и, дождавшись, пока в небе появится очередной росчерк снарядов, я выстрелил из гранатомёта по ходящему за рядами мертвецов пастуху.

Яркая вспышка и ударная волна не оставили на нём даже царапины, тварь умудрилась накрыть себя куполом. Зато все зомби, как один, повернулись к погонщику и немного сдвинулись. Чуть-чуть. Едва заметно. Но нам этого хватило, чтобы протиснуться между рядами, а заодно скинуть маячок и дымовую завесу.

Пока пробирались между мертвецами и выискивали невоскрешённые трупы, я успокаивал себя воспоминаниями о будущем и о наших врагах.

В языке древних было много полезных символов. Военного, административного и бытового значения. На что не хватало одной руны – составляли слово или фразу. Так что и «зрение в темноте» там присутствовало. К счастью для нас, погонщики, хоть и стояли на пару ступеней выше рядовых воинов, но были из той же иерархии и не обладали большим запасом разнообразных знаков.

Другое дело Личи. Вот уж кто владел если не всеми, то большинством знаков, и даже умел использовать рунные слова и фразы. Вероятно, дело было в их изначальном статусе или происхождении.

В прошлом цикле всех врагов делили условно на четыре категории. Самая массовая, не обладающая знаками вообще, или одним-двумя максимум – рабы или простолюдины.

Значительно меньше, но всё же больше десятой части – бойцы. Они владели базовыми боевыми символами: щит, меч, копьё, доспех и лук. Иногда даже были способны создавать самую простую и распространённую форму – Воина.

Третья, довольно редкая, примерно один на тысячу простолюдинов и сотню воинов – погонщики мёртвых. Бывшие администраторы, управители, посланники правителя. По большей части они все обладали Куполом и десятком-другим базовых символов для строительства или руководства. Что не делало их менее опасными, ведь они могли совмещать эти руны в слова.

Последней категорией были те, кого в прошлом цикле мы называли личами. Малыми и обычными. Наши учёные, те, кто выжил в момент начала апокалипсиса, утверждали, что раньше личи сами могли быть учёными, хотя, скорее, выполняли роль жрецов. Эти твари легко и непринуждённо использовали весь алфавит древних. Составлять целые фразы, а главное – поднимать новых мертвецов и создавать из непригодных тел големов.

Учитывая, что древние так и остались в сословном обществе, несмотря на кучу прошедшего времени, то и социальная структура у них сохранилась как в Египте, в четвёртой тысяче лет до нашей эры. То есть над всеми остальными стоял фараон. Вернее сказать, сидел. На своём высеченном из нефрита троне.

Бог смерти, что б ему пусто было. Некоторые всерьёз предполагали, что эта тварь была первой, кто открыл законы мироздания и стал бессмертным в полном смысле этого слова. Ну или не мёртвым, не способным умереть окончательно. Сколько было потрачено времени, чтобы его уничтожить?

Ядерных ударов… пожалуй, штук пять. Самоотверженных героических вылазок, которые по всем свидетельствам заканчивались ликвидацией тела и смертью героев, – семь. Его кидали в кислоту, разрывали конструктами, расстреливали из пушек. Про ядерные взрывы я уже говорил?

Так что нет, мы не рассчитывали уничтожить верховного лича, но вот его армию вполне можно было сократить если не до нуля, то, по крайней мере, в разы, а там уже можно зачистить территорию, и поймав тварь… что? убить? Так пробовали. А если… он же тяжелее воды!

– Свят, ты чего застрял? – толкнул меня в плечо Туча.

– Я понял, как эту тварь прибить можно, – не веря собственному прозрению, выдохнул я. – Выкинуть его на фиг в океан!

– Выкидывали, он возвращался по дну, – напомнил Тимофей.

– Нет, ты не понял. Выкинуть его в океан, что в испытании. И закрыть к чертям портал. Замуровать его с нашей стороны. Он бессмертный? Ну вот пусть ходит-бродит там всю оставшуюся вечность.

– Хм. Да нет, бред какой-то… хотя, чёрт, а ведь может сработать! – удивлённо признал Туча. – Но где вход в портал, а где мы. К тому же лича ещё победить надо. А для этого найти тело царевича.

– Тихо… – прошептал я, припадая к земле и увлекая товарища за собой. Толпа, которую мы оставили далеко позади, заколыхалась и пошла на штурм. А через секунду по нашим маячкам обрушились артиллерийские удары.

Даже тактические наушники едва спасли от оглушительных взрывов. Огненные цветки поглотили первые ряды зомби, но лишь скользнули по куполам погонщиков. Но прущие вперёд твари вскоре натолкнулись на разбросанные мины. В ход пошло всё, что было в арсеналах, включая древние противопехотные образцы, раскидываемые с помощью кассетных бомб. Канонада длилась минут пятнадцать, за которые нас не раз и не два засыпало землёй, и на излёте попадали осколки. А мы лишь отползали, вжимаясь в перепаханное снарядами поле.

– Хорошо работают, шельмы, – искренне восхитился Тим, сквозь дым и пепел наблюдая за разорванными телами. Увы, даже лишившись ноги, руки или половины туловища, зомби продолжали ползти в направлении, которое указывали пастухи. – Пора?

– Чёрт с тобой! – поморщился я и, сменив частоту, вызвал пилотов нашей МИшки. – Борт, это Князь, скидывайте подарочек перед нашей позицией, вглубь рядов противника. Не меньше пятисот метров.

– Принято, через пять минут будем над вами, держитесь, – раздался голос в наушнике, и тут же отрубился. Нам же оставалось лишь наблюдать за тысячами монстров, надвигающихся на стену. Выдадим себя сейчас, придётся пробиваться с боем и о поисках можно забыть.

– Вон они, – толкнул меня локтем Тим, показав наверх. – Хорошо идут.

– Не отнять, – хмыкнув, согласился я. Вертолёт летел в окружении тепловых ловушек, дымов и вспышек ракет. Пилоты, уже выяснившие, что главное – это высота и манёвры, старались не лететь по прямой, виляя словно на слаломе. И когда над нами пронеслось голубое брюхо, из тушки выпал свёрток.

Метров через сто над ним развернулся парашют, а когда до земли осталось полкилометра, укол адреналина сработал, окончательно выдавив снотворное. Безумец, в которого я подселил сошедшие с ума души героев, очнулся. Возможно, меня они ненавидели, но куда больше они ненавидели зомби и их хозяина. И разверзся Ад.

Дождь из метеоров обрушился на одного из младших личей, сметая со своего пути все щиты и преграды. Земля начала плавиться. В небеса ударили гейзеры перегретого пара, в котором враги варились до такого состояния, что мясо сползало с костей. Конструкты рушились под яростными атаками стихийной магии, и молчаливое наступление армии мёртвых на несколько минут захлебнулось, не в состоянии переварить такого противника.

Сильнейшие герои, прошедшие через тысячи сражений, получившие прямой доступ к стихиям земли, огня и воздуха. Теперь они исполняли свой последний долг, выжигая врагов целыми толпами. И пусть ветер снёс парашют в сторону прорыва, на несколько километров, даже с такого расстояния было понятно, что битва даётся тварям большими потерями.

Воины и рабы не могли пробиться через стихийные удары. Ты можешь биться клинок к клинку, можешь навалиться толпой, но что ты станешь делать, если земля у тебя под ногами трескается, расплывается, становясь лавой, и ты сгораешь, едва ступив на неё? И то, что зомби не чувствовали боли и страха, сейчас наоборот играло с ними злую шутку. Гнало вперёд, на буйство стихий.

– Подъём! Нечего за представлением следить, – потянув за собой Тима, сказал я, и мы побежали дальше, к следующему сигналу рации. Затем к ещё одному и ещё. Архимаги продолжали свою безнадёжную схватку, резерв человеческого тела давно был исчерпан, и они сжигали в пылу схватки собственные души, напрямую черпая силу из стихийного хаоса. Пожалуй, лишь их безумие позволяло держаться столь долго.

– Представь, если они всех перебьют? – с надеждой и иронией проговорил Туча.

– Я только за. Даже если потом они придут за мной, – выдохнул я, переворачивая тело очередного солдатика. Простите нас ребята, мы не могли прийти раньше, командование не послушало нас, не дало приказ на отход, не решилось применить ядерное оружие сразу.

Я понимал, что это не моя вина, что невозможно отвечать за всех разом, но просто не мог по-другому.

А потом я увидел его. Вернее их. Едва успел схватить за эвакуационную лямку Тучу, и рухнуть вместе с ним на землю, когда раздались слитные пулемётные очереди. При этом били по нам.

– Какого хрена⁈ – в голос возмутился товарищ, а в следующее мгновение увидел, кто в нас палит, и усмехнулся. – Нашлись, потеряшки.

– Жаль, что мы опоздали, – ответил я, когда Тим поставил купол. Оглянулся, прикидывая расстояние до стены. – Километра полтора. Всех не утащим. Работаем.

– Принято, – легко согласился Туча, и вокруг купола появились золотые шипы, крошащие набегающих мертвецов в труху. И с обычными тварями мы справились бы вообще без проблем, с любым их количеством, но, к сожалению, у принца была действительно хорошая команда, при жизни.

Вместе с пулемётными очередями, которые почти не вредили куполу, на нас обрушились огненные шары, метровые сосульки и каменные шипы. И это бы многострадальный конструкт Тима пережил, если бы к ним не добавились стрелы и копья Порядка. Несколько попаданий, и купол рассыпался золотыми искрами.

– За спину! – вовремя прикрыв товарища щитом, приказал я и тут же начал обстреливать противника собственными символами. Благо удерживать одновременно две-три базовых версии я научился ещё в прошлой жизни, а мой щит, из-за размера и плотности, выдержал куда больше ударов, чем купол.

– Готов, – буркнул товарищ, когда я пронзил стрелой очередного противника, и тут же переключился на гранатомёт.

– Жди. Работаем по мелочи и отступаем,– приказал я, подавая пример.

– Не легче его тут добить? – спросил Туча и высунулся из-за моей спины, чуть не получив копьё прямо в голову.

– А тащить до стены ты его на горбу будешь? – поинтересовался я, и товарищ, согласившись с такой логикой, взялся за ружьё. – На счёт три отбегай, потом меняемся.

– Принято, – ответил Тимофей, отстреливаясь и готовя конструкт. Отбежал от меня на максимальную дальность, создал широкий купол, и я тут же бросился к нему.

Десять секунд, три смены. Два опустевших бубна у Тима, пустой барабан у меня и снова купол. Короткими перебежками, под ударами вражеских зомби и воинов, мы сумели преодолеть почти километр, когда один из младших личей соизволил-таки отвлечься от сражения с воплощением стихий и заняться нами.

Сразу стало не до смеха. Рабы и бойцы будто вспомнили об армейской дисциплине, и больше не бросались по одному, навалились на нас ровными шеренгами. Будь дело тысячу лет назад, да даже в начале двадцатого века, тут бы нам и пришёл конец. Но мы успевали не только отражать вражеские конструкты, но и отстреливаться.

Зажигательная граната, и вспышка пламени заставляет лича податься назад, закрыться телами своих слуг. На несколько секунд он прекращает творить конструкты, и этого времени нам хватает, чтобы отступить ещё на полсотни метров, одновременно направляя на противников два сложных начертания.

Гигантский меч обрушивается на ряды наступающих, и располовиненные зомби валятся на землю, пока конструкт не сталкивается с мощным куполом лича. Царевич и его отряд не отстают ни на шаг, у них давно кончились патроны, и они рвутся к нам, используя резервы стихий и простые конструкты.

Облачённый в бронированный экзоскелет принц оказался настоящим талантом. Целых два рунных слова – Меч и Щит. Не знаю уж, по праву рождения или пройдя испытание, но в дополнении к современному обмундированию это выглядело внушающе. Но только не для нас.

– Щас даст! – крикнул Туча, поняв, что я сосредоточен на отбивании атак принца и его телохранителей. – Купол!

В последнее мгновение товарищ успел выдернуть меня из боя и поставить защиту, когда на участок вокруг нас обрушился поток стрел, бьющий по площади и не делающий разбора на своих и чужих. Удар лича был такой силы, что конструкт Тимофея быстро покрылся трещинами и я едва успел создать свой, когда он лопнул.

– Надо валить гада, – зло выдохнул Туча. – Всех их. Иначе они достанут нас первыми. Дальше отступать не сможем.

– Ну, варианты есть, – усмехнулся я, удерживая щит на предплечье и снаряжая очередной барабан. – Ладно, ты прав, придётся тело тащить. Но здесь недалеко осталось.

– Готов, – кивнул товарищ, и я тут же сунул ствол за конструкт, посылая гранаты одну за другой. Две фугасных, четыре дыма. – Ставлю!

– Держи, родной, секунд двадцать надо, – рухнув на землю и тут же начав чертить рунную фразу, сказал я. Купол ощетинился тысячью мечами, выбегающие из дыма монстры тут же лопались, разлетаясь под вращающимися лезвиями, а я наскоро воспроизводил «лес копий». Не самая сложная рунная фраза была весьма эффективна на ограниченной площади, а больше нам пока и не требовалось.

– Есть! – предупредил я, и тут же защита распалась, а в следующее мгновение перед нами из земли выскочили тысячи золотых копий, пронзая и зомби, и их конструкты. Получилось проткнуть даже нескольких погонщиков. Лишь младший лич каким-то чудом умудрился уцелеть, но это ему не помогло.

Воспользовавшись резким замедлением врагов, я создал баллисту и метнул её в купол лича, а следом послал несколько копий. Не выдержавший такого давления купол твари лопнул, и очередной конструкт пробил ему плечо, выведя правую руку из строя. Это не лишило его силы полностью, но замедлило, и Туча сразу, без затей прострелил монстру башку.

Тяжёлая пуля двенадцатого калибра прошибла череп зеленокожей твари и разорвала голову, словно переспелую тыкву, на сотни ошмётков.

– После такого не воскреснет, – довольно усмехнулся Туча.

Я его веселье поддерживал, но пока у меня были собственные задачи, вернее, одна. Шагнув на встречу набежавшему из дыма отряду царевича, я активировал форму Воина. Первый из телохранителей рухнул, когда мои пальцы сомкнулись на его голове и сжались, сминая и шлем, и всё, что было под ним. Второй успел замедлиться и даже создать ледяной шип, но тут же получил кулаком в лицо. Удар был такой силы, что у мертвеца оторвало шею. И только на третьем мне пришлось потратить несколько секунд.

Надо отдать должное, сплав технологий, которыми являлась броня с экзоскелетом, и магии порядка, делали из принца действительно опасного противника. Он рубился как проклятый, фехтовал, словно был рождён для этого и даже умудрился выдержать несколько моих ударов, едва не развеяв мою боевую форму.

Но я тупо был сильнее. Как говорил один мудрый человек, если ты можешь пятнадцать минут махать двадцатикилограммовым дрыном, никакое фехтование тебе не нужно. Тут же у нас было классическое правило: против лома нет приёма.

Поймав лезвие меча ладонью, я сжал пальцы, разрушая вражеский конструкт, а затем перехватил принца за руку и просто пнул по ноге. Моторы жалобно взвыли, конечность выгнулась под неестественным углом и не желала больше шевелиться. Но мертвяк не чувствовал боли и был готов биться до последнего. Что я ему и обеспечил, только куда аккуратнее, чем в случае с телохранителями.

Отчекрыжил Максимилиану голову от туловища. Рана получилась не слишком аккуратной, так, мало того, из шеи ещё и кровь полилась. Не успела до конца остыть после смерти. Хорошо хоть выходила не толчками, а равномерно. Не из-за работы сердца, а просто под давлением.

– Всё, нужное у нас есть, уходим! – приказал я, снимая форму воина и засунув голову в ранец.

– Слушай, но это же принц. Думаю, тело тоже надо принести, – вовремя призвал к моему разуму Туча. Я поморщился, но правоту товарища признал. В результате пришлось вновь активировать форму воина и, взвалив на себя тело в броне, рвануть в сторону стены.

Благо потерявшие лича зомби на некоторое время словили апатию. Мы легко пробились к своим и даже застали финальный момент схватки Архимагов, находясь на стене. Это был воистину шикарный аккорд.

Пусть с такого расстояния было невозможно рассмотреть, что происходит в эпицентре схватки, но в последний миг вокруг безумцев вспыхнуло, и началось настоящее извержение. Пусть и продлилось оно несколько секунд, но на поле боя осталось километровое лавовое озеро, поглотившее десятки тысяч врагов, и сейчас оно медленно остывало.

– Честь и слава, – мрачно проговорил я, провожая товарищей в последний путь и успокаивая себя тем, что их версии в настоящем останутся живы.

– Лучшие, – кивнул Тимофей, поджав губы.

– Штаб, это Святослав, тело царевича у нас.

– Ваше сиятельство, как я рад вас слышать. Жаль, что его высочество не выжил, я немедля сообщу императору, – быстро протараторил Носов, отключился, но всего через несколько секунд вновь вышел на связь. – Государь требует вас к себе, вместе с телом. Немедля. Скажите, где вы, я вышлю машину.

– Сейчас выясним… – оглядевшись сказал я и, дойдя до ближайшего поста, поинтересовался координатами. Через пятнадцать минут, промчавшись на бронированном джипе по идеально ровным асфальтовым дорогам, мы уже входили в столичный императорский замок.