Текст книги "Мы - Николай Кровавый! [СИ]"
Автор книги: Игорь Аббакумов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 46 (всего у книги 46 страниц)
Одновременно с устройством системы полезащитных лесонасаждений планировалось создание оросительных систем. Например, устройство около четырёх тысяч прудов и водоёмов для разведения рыбы.
– Ваше величество, – уверял меня Дмитрий Иванович, – Если этот план будет выполнен, то мы не только покончим с голодом в России, но и сумеем прокормить половину населения Земли!
– Погодите Дмитрий Иванович! Умерьте свой пыл! Половина население Земли – это на сегодняшний день порядка 750 миллионов человек. Вам что, охота их превращать в тунеядцев, благополучно существующих за счет труда русского мужика?
– Но ведь к концу 20 века в России будет жить около 500 миллионов человек! Так что кормить придётся не тунеядцев, а в основном своих людей и страны с плохой урожайностью. В обмен на товары…
– Дмитрий Иванович! Опомнитесь! Если для прокорма этого числа людей хватает труда ныне живущих, то что будут делать остальные жители Империи? Тунеядствовать. Я понимаю, что вы скажите мне о развитии промышленности. Но у меня вопрос: Куда девать произведенный этими людьми товар? Вы понимаете, что они произведут больше, чем это необходимо им самим и даже половине мира? Получается выбор: либо тунеядствует две трети нашего населения, паразитируя на труде оставшейся трети, либо мы превращаем в тунеядцев половину мира, паразитирующих на труде русского человека!
Менделеев был потрясен. Мечтая с помощью науки вырвать Русь из нищеты, он даже не задумывался о том, что сытое общество может оказаться ещё менее справедливым.
Впрочем, какое мне дело до будущего, до которого я не доживу и в котором реализацию долгосрочных программ могут вообще похерить? Тот же самый план преобразования природы рассчитан на три десятка лет. А я столько проживу? Вполне может статься, что потомки не станут его доводить до конца. Но даже выполненный на треть, он принесет стране большую пользу.
А вообще, стоит подумать над тем, чтобы смена правителей, не вела к отмене принятых ранее программ развития. Правда, тут у меня есть один вариант. В моем времени подобная программа была инициирована Сталиным. Так в чем же дело? Сейчас Иосиф Виссарионович не борется с властью, а сотрудничает с ней, как и многие, известные мне революционеры. В данный момент курсант Джугаев проходит курс обучения на одном из полигонов моей «десятки». Срок обучения невелик: всего полгода и прапорщик запаса Джугаев получит некоторое представление о военном деле. Полученные там знания, он должен был закрепить на войне с японцами. Но война не состоялась и свежеиспеченный офицер запаса вернется в политику. Но ведь его военная подготовка ещё не закончена! Не только его. Вместе с ним проходили обучение и Владимир Ильич, и Феликс Дзержинский. А со временем, точно такую же подготовку пройдет и Михаил Фрунзе. В дальнейшем я планировал организовать для перспективных политиков Высшие курсы управления, где обязательно будет военная кафедра. Но ведь кроме военного дела, эти люди в состоянии освоить много чего. Так почему бы того же Сталина не подготовить соответствующим образом, а затем включить его в состав ответственных исполнителей задуманной мной программы? То, что я знаю про этого человека, говорит о том, что начатое дело он никогда не бросит на половине пути. Не будет меня, завершит эту работу он. Главное – повысить его уровень компетентности в подобном вопросе.
Учреждая Менделеевскую премию, я как то упустил из виду то обстоятельство, что у Нобеля помимо учёных, премию его имени могли получать литераторы. Когда спохватился, было уже поздно. Потому что переписывать утверждённое один раз положение о премиях – дурное дело. К тому же, где деньги, там и склоки. А литераторы, это народ более ревнивый и склочный нежели учёные. Не хватало ещё, чтобы какой-нибудь писака, своими воплями о попранной справедливости, мешал работать истинным творцам науки. Что тут можно сделать, подсказала мне вдовствующая императрица:
– Ники! А почему бы для представителей искусства не учредить премию, подобную Менделеевской? В России много талантливых писателей, поэтов, художников… Лично я готова вложить свои средства в это благородное дело.
И действительно, про художников и скульпторов я как то забыл. Да и архитекторов забывать не след. И потому в России появилась новая премия. Назвал я её Пушкинской. Почему так? А потому что Пушкин – это наше всё. Про это любой гимназист знает. И вручалась премия за выдающиеся успехи в области литературы, художественном творчестве, архитектуре и кинематографии. Последнее тоже важно. Ибо как наверное ещё скажет один известный деятель: «Пока народ наш неграмотен, важнейшим из искусств для нас является кинематограф и цирк».
Учредив премию, я сразу позаботился об устранении вопиющей несправедливости. Первым лауреатом Пушкинской премии в области литературы стал Лев Николаевич Толстой. Я не являюсь ценителем и поклонником его творчества. Ту же «Войну и Мир» я так и не смог осилить, невзирая на усидчивость и уникальную способность выслушивать любой бред с внимательным выражением на лице. Но ведь уже сейчас Лев Николаевич считается великим писателем. А эти уроды из Нобелевского комитета сочли его недостойным этой самой премии в области литературы. Ну что же, нет «нобелевки» – будет «пушкинка». Она кстати, размером побольше. Да и вручают её не только русским деятелям искусства. Например, в области кинематографа, первыми лауреатами стали братья Люмьеры. А что, разве не заслужили? А из литераторов, вторым лауреатом стал Редьярд Киплинг.
А времени на всё задуманное мной не очень много. Успехи внутренние стали возможны лишь потому, что внешних врагов удается либо стравить между собой, либо заинтересовать их чем то иным. Рано или поздно, но возможности водить всех за нос у меня не будет. Пока что весь мир имеет обо мне превратное представление. Мой отказ от экспансии воспринимается как обыкновенная трусость. За границей об этом пишут и говорят без всякого стеснения. Да и в родном Отечестве хватает дураков. Видимо мало кто понял, что экспансия идёт полным ходом. Только она приняла другие формы. Я старательно привязываю к России Корею, способствуя этим защите Приморья. Особый Коммунистический район в Северной Маньчжурии постепенно становится самодостаточным. И хотя формально он является частью Северной Цин, на деле однако, чиновники Цыси туда и носа не кажут. А уж про Албазинское Православное войско и говорить не стоит. Туда не кажут носа даже коммунисты. Сама Северная Цин, слепленная на скорую руку из инородческих окраин, стремительно теряет черты китайского государства. И все эти территории активно осваиваются русским капиталом. И если никто нам не помешает, то к середине десятых годов, они превратятся в нашу ресурсную базу и защитный буфер. Да и в качестве союзников эти образования уже сейчас имеют для нас немалую ценность. Там ведь не только инородцы живут. Китайцы тоже убегают в северные провинции бывшей Маньчжурской Империи. Там им живется спокойней и вольней.
Не стоит забывать и о Гавайском королевстве. Официально, оно находится под протекторатом Австро-Венгрии. А на деле оно экономически зависит от нас. Да и не только в экономическом плане. Внутреннюю политику королевства уже определяют выходцы из России. И мысли о том, как это влияние сделать ещё большим, у меня есть.
В отличии от Востока, экспансия на Балканы не столь масштабна. В первую очередь я забочусь об усилении наших позиций в Болгарии, постепенно способствуя её превращению в самое сильное государство на Балканах. Конечно, чем то приходится жертвовать. Например – Сербией и Албанией. Мне всё-таки удалось убедить австрийцев и они, проведя с нашей помощью переговоры с Турцией, выкупили обременявшие османов территории. Отныне в Албании стоят австрийские гарнизоны, а претендовавшая на эти земли Италия, жалуется кайзеру Вилли на коварство союзника. То, что с обретением Албании, проблемы у австрийцев только начнутся, об этом мало кто догадывается. Потому что греки и черногорцы тоже мечтали округлить свои владения за счет албанских земель. Правда, австрийцам плевать на эти мечтания. Они сейчас делят с королём Мирко боснийские земли. А я им в этом всячески помогаю.
Король Мирко, благодаря этому сейчас в Сербии популярен. И тут тоже мало кто думает о том, что все эти приобретения никак не усилят захватчика. Что пройдёт несколько лет и мысли о новом переделе территорий посетят головы всех правителей окрестных стран. Пусть делят! Главное – не за наш счет. А австрийцы весьма скоро убедятся в том, что число врагов их государства значительно возросло. Взять ту же Польшу. Там сейчас обстановка весьма непростая. Удовлетвориться независимостью лишь на части своих земель, поляки не в состоянии. Да и в этой самой независимости их не всё устраивает. Например, готовящийся занять королевский престол Анджей Первый им сразу не по нраву пришелся. Потому что москаль и схизматик! И толку с того, что королева будет полячкой и католичкой! Фактически, власть Анджея Первого будет первое время обеспечена штыками его латышской гвардии, недавно вернувшейся с несостоявшейся войны, да саблями туркестанской военной полиции, которую ляхи уже искренне ненавидят. Правда, тот же Дмовский, который станет премьер-министром в независимой Польше, готов мириться с существующим положением. Ради светлого будущего Великой Польши. А оно уже сейчас задается мной и французами. С французами всё ясно: им нужен союзник на востоке и потому они всячески опутывают Польшу долговыми обязательствами. Но ведь это не гарантия того, что хитрые поляки не попытаются избавиться от своих обязательств, переметнувшись на сторону кайзера. И вот тут уже я помогаю французам, пуская в ход своих специалистов из «сливного бачка». Как обычно, польские проблемы озвучивает знаменитый Юзеф Геббельсовский.
Геббельсовский отдает дань прошлому величию, когда под скипетром польского короля находились Украина, Белоруссия, Смоленщина и половина Прибалтики. Но это – вопрос будущего и к тому же только часть вопроса. Толку полякам от земель, где население чуждо им и по происхождению, и по вере. В первую очередь нужно заниматься освобождением тех земель, на которых проживают их соплеменники. Например, в австрийских владениях их весьма много и завбывать о братьях по крови не след. Но и во владениях Вильгельма Второго тоже хватает и поляков, и старых польских городов. Достаточно вспомнить Познань, названный немчурой Поссеном. А родной польский Гданьск, который переименован в Данцинг? Но наибольшая обида в сердце истинного поляка сидит от потери старого польского Кролевца, переименованного в Кёнигсберг. И вообще, пора вспомнить о том, что при Болеславе Храбром, польскими считались земли до Одера и Нейсе. Хотя, это не предел. Ведь Болеславу временами принадлежали Чехия и земли полабских славян. Так что о границе по Эльбе забывать не след! – убеждал публику Геббельсовский. Что делать с засевшей в этих, исконно славянских землях, германцами?
Часть германцев следует депортировать за Эльбу, часть – ассимилировать, несогласных – уничтожить! Евреи? Да, есть такие! Непонятно, что с ними делать? Да вы что? С ними как раз полная ясность: чемодан, вокзал и этот самый их Израиль, который им организуют Ротшильды на турецких землях!
Подобного рода статьи нашего подставного певца польского величия, сами поляки воспринимают без всякой критики. Французы, курирующие своего союзника, как то пытались сбить подобные настроения, да махнули рукой, вовремя поняв, что Манька Величка – дама заразная и обычным способом эту заразу не вылечишь. Правда, сейчас французам не до перевоспитания поляков. У них сейчас по всей стране идут такие споры и склоки, каких не было во время «Дела Дрейфуса».
Сенсация, под названием «Роза Тампля» обрушилась на них столь внезапно, что их правительство некоторое время пребывало в ступоре. Конечно, те же социалисты автоматически дали ожидаемый от них ответ, обозвав всяческими нехорошими словами русский царизм. И это на фоне заявлений бундовцев о том, что некие тёмные силы во Франции, хотят под шумок погубить Российскую Империю! Повод для протеста образовался очень даже прекрасный! Вот они эти самые «тёмные силы»! Своими словами они только придали дополнительный вес показаниям бундовцев! Этой оплошностью немедленно воспользовались правые партии, обвинившие социалистов в подрывной работе. Ишь чего удумали! Ради солидарности со своими идейными собратьями из Второго Интернационала, готовы забыть о страданиях истинных французов в Эльзасе и Лотарингии! На чью мельницу льете воду господа марксисты? Боши вам рукоплещут. И не только боши. Эта самая «Роза Тампля» тоже потирает свои грязные ручонки. А может вы и с ней спутались?
Так возник «тамплиерский скандал». Бдительные граждане мгновенно сделали нужную стойку и начали перемывать косточки тем, кто был указан в нашем списке. А что государство? А государство решило, что береженого бог бережет и начало потихоньку отправлять в отставку указанных в списке должностных лиц. Правда, совсем тихо это сделать не удалось, ибо несправедливо пострадавшие подняли в прессе шум, всячески пытаясь доказать свою невиновность. Этим они только плеснули бензинчику в огонь бушевавших страстей. Началась травля не только указанных в списке людей, но и всякого, кого сочли подозрительным. Полным ходом шла чистка государственного аппарата, политических партий, частных фирм. Обнаружив очередного еврея, гомосексуалиста или просто экстравагантную личность, бдительные граждане задавали себе вопрос:
– А не является ли данный месье «розовым тамплиером»?
И писали доносы в полицию. Жертвы чисток тоже не молчали и пытались с помощью суда доказать свою невиновность. Увы! Доказывать что ты не верблюд, занятие иногда совершенно бесполезное. Социалисты даже пытались организовать массовые протесты среди французских пролетариев, против гонений на невинных людей. Результат затеянной ими агитации был не тот, какой они ожидали. Французские пролетарии тоже читали газеты и потому у них возникли некоторые подозрения:
– Месье! Так вы «красный» или «розовый»?
Никогда ранее, марксисты не имели столь низкой популярности. Зато оживились анархисты, у которых возникла надежда на небывалый рост популярности среди французских пролетариев.
Придя к выводу, что антисемитизм во Франции ещё крепок, потянулись на Ближний Восток евреи. Правда, почему то среди них не было представителей богатейших фамилий. Людей типа Ротшильдов волшебным образом ни в чем не обвиняли. А куда податься прочим жертвам травли? Для таких как они, существовала Америка, которая принимала всех гонимых.
А я в это время решал множество внутренних проблем. Взять например такую вещь как автобусы. Думаете, что они России не нужны? И правда, жить в городе, в котором нет автобусов не очень удобно. Но мне эти машины нужны были не для города, а для деревни.
А понадобились они мне для ликвидации неграмотности среди населения. Дело в том, что этим я начал заниматься практически сразу после своего появления в этом мире. И не преуспел. Более того, результат был даже хуже, чем у моего реципиента. Тогда я тупо увеличил число народных учителей, привлекая к этой работе ссыльных революционеров. Результат улучшился. Но ненамного. Сами судите: от того, что народную учительницу Надежду Крупскую выслали из столицы в Шушенское, количество грамотеев останется прежним. Вся разница в том, что в городе она учила рабочих, а в Шушенском крестьянских детей. Перемена мест слагаемых в чистом виде.
За счет наведения некоторого порядка в финансах и сокращения части затрат, я увеличил число школ и учителей. Стало лучше, но не совсем. Потому что помимо сёл, в империи были ещё деревни. В чем разница? А вот в чем!
Главное отличие села от деревни – наличие храма. Поэтому по праздничным дням в сёла стекается народ с окрестных деревень. Села по праздникам вмещают в себя помимо местных жителей, много пришлого люда. Помимо храма в селе имеется лавка. А то и несколько. Часть сел, помимо лавок имеют базары. А в деревню приходят в лучшем случае коробейники. В селах всегда есть и мельница, и кузница. А в деревне крестьянин в основном надеется на свои умения. Есть в сёлах и представители власти, и околоток, а порой и больничка. В общем, село более цивилизованное место, нежели деревня. Ведь не просто так в России, тёмного и неграмотного человека именуют деревенщиной, а не селюком. К чему это я? А к тому, что устроить школы в сёлах было несложно. И это делалось уже давно. Но ведь из тех 80 % населения, что именуют сельским, половина его живёт как раз в деревнях. Которые и расположены в стороне от удобных путей, и народ в них малочисленней. В общем, если сельская община ещё могла потянуть содержание церкви или школы, то деревенская такого себе позволить никак не могла. Государство? А где я столько денег на школы возьму?
А теперь представьте себе, как деревенскому пареньку или девчонке посещать сельскую школу. Вы своего маленького ребенка отпустите в школу, до которой нужно идти три десятка вёрст по зимней лесной дороге? При этом учтите, что встреча с волчьей стаей или медведем-шатуном вполне вероятна.
Так что без организации интернатов при сельских школах, никак не обойтись. Вот только село – это не город. В селе и воскресный день может оказаться рабочим. То есть, родителям недосуг будет забирать дитяти своё на побывку. И что вырастет из безотцовщины при живых родителях? Так что организация автобусного сообщения в сельской местности напрашивалась сама собой. Вопрос только: где эти автобусы взять? Да ещё в огромном количестве. Сперва я сделал заказ Яковлеву и Фрезе, но то, что у них получилось, меня не устроило. В качестве кареты «Скорой помощи», получившийся микроавтобус сойдёт. Но только в городе. А во-вторых, производить сотню штук в год – это не то, что требуется нашей стране.
Пришлось кланяться паровозникам. Они к этому времени уже освоили производство «Ржевца» и при надлежащем финансировании готовы были резко нарастить их производство. Все-таки паромобиль производить было легче, чем автомобиль с бензиновым двигателем. При этом, паромобили намного выносливей и сроки службы у них исчисляются десятками лет. Скорость? Недавно в Англии был установлен рекорд скорости на них. 209 км в час – это и для конца 20 века вполне прилично. Меня лично устроит и меньшая скорость, ведь по нынешним дорогам один черт больше 40 км в час мало где дашь. Деньги я нашел, и через год мне показали автобус с паровым двигателем. Приличная оказалась машинка, но цена! Пришлось вносить коррективы. Вместо автобуса возник бортовой грузовой автомобиль, где вместо сидений были обыкновенные лавки. Вместо закрытого салона – тент. А что? В СССР подобным образом весьма долго перевозили людей. А крестьянские дети неприхотливы, как неприхотлив солдат.
Этот вариант «Ржевца» меня устраивал со всех сторон. Часть дня возим детей из деревень в сельскую школу, а большую часть дня можно использовать для хозяйственных перевозок. Снял тент, убрал скамьи и грузовик готов к работе. Причем, грузовик, который не очень требователен к качеству топлива. Совсем как паровоз. И производить его мне обещают в количестве пары тысяч в год. Это в самом начале. А там и до десяти тысяч могут дойти. Вы представляете мою радость? Ладно в мирное время. Но во время войны, эти машинки неплохо послужат на фронте! Вот ещё один малозаметный со стороны элемент подготовки к войне. Иметь десятки тысяч грузовиков – это очень даже неплохо. Вопрос только в том: кто в мирное время будет ими распоряжаться? Как кто? А директор школы разве не управится с небольшим автопарком? Да он с этими машинами сразу становится уважаемым человеком! А что: в понедельник детишек завезли в интернат, в субботу развезли по домам, а в течении недели работай и работай по заказам обывателя. Стоп! Но ведь деньги от этого осядут в директорском кармане! А это неправильно. Значит, социализируем хозяйственную деятельность школьного персонала. Прописываем в уставе сельской школы, что прибыль от хозяйственной деятельности распределяется между всеми членами трудового коллектива. Значит, к казенному жалованию, сельский учитель получит надбавку от результатов хозяйственной деятельности. Причем, можно даже с учителей уплату налогов не требовать. Люди ведь важным делом заняты.
Утвердив все эти положения, я задался простым вопросом: а так ли нам нужна эта всеобщая грамотность? Вернее, нужно ли нам то, что под этим понимают? А понимают у нас под этим как раз всеобщее начальное образование. А какой толк с этого? Ну научился человек читать, писать и четырем действиям арифметики. Что это ему даст? Нам столько писарей и не нужно. Умение читать газету? Ага, в моем времени тоже газеты читали. Которые в тайных типографиях печатали. И не получили в итоге ничего кроме страшной смуты.
Нет ребята! Нам разруха не нужна! Если уж замахиваться, то и бить нужно сильней. Чем вас не устраивает всеобщее неполное среднее образование? Оно еще лет пятьдесят будет достаточным для большинства населения. А то ведь стыдно сказать: у нас сейчас для получения первого офицерского чина достаточно четырёх классов образования! Позор! У кайзера Вилли подобный образовательный ценз у унтер-офицеров, а не офицеров. Значит, поднимаем планку выше и начинаем именно с сельских школ.
Итак, в сельской школе отныне учатся семь лет. Это принципиально! Обучение совместное для парней и девчонок. Но не по всем предметам. Что изучаем? Естественно-научные дисциплины – обязательно. Словесность – это как Бог Свят! Иностранные языки? К черту их! Зачем они сельскому жителю? Только время зря потратишь. В иных местах полезней знать татарский или чукотский языки, нежели французский. А если кто-то пойдёт дальше, то он при желании выучит любой язык самостоятельно. А что ещё? Уроки труда! Для пацанов в мастерских, для девочек – в швейных мастерских. Лишнее умение для крестьянина лишним не будет. Вот от такого образования будет больше толка. И если не отступать от задуманного, то где-то к 1915 году система неполного среднего образования будет распространена повсеместно.
