Текст книги "Мы - Николай Кровавый! [СИ]"
Автор книги: Игорь Аббакумов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 45 (всего у книги 46 страниц)
– Они ещё как следует не оценили япошек, – говорил мне Василий Иванович, который явно имел свои источники информации в Штатах, – Не только рядовой обыватель, но и крупные политики считают, что японцам просто повезло. Повезло в том, что Америка в этих водах была недостаточно сильна, а потому потерпела неудачу. Мириться без заметной победы они не собираются. Правда, им нужно много времени, чтобы собрать достаточные силы на Тихом океане. Но уже морально готовы продолжать войну столько времени, сколько это потребуется.
– Как вы думаете, что им в ближайшее время потребуется от нас? – на всякий случай спросил я своего собеседника.
– Могу только предполагать. Скорее всего, в связи с форс-мажорными обстоятельствами, они приостановят выполнение контрактов, заключенных с нами по Дальнему Востоку. Нет, если конечно мы решим воевать в союзе с ними, они конечно продолжат работу. А так – извольте бриться господа!
А ведь он прав. Скорее всего американцы попробуют столкнуть нас с японцами лбами. Ведь если мы вступим в войну, они как союзники мгновенно получают во временное пользования наши порты на Тихом океане. А вот это мне как раз не нужно. Во всяком случае до апреля месяца. Да и там можно не очень спешить. Если японцы раньше времени не дернутся, то в апреле отряд Рожественского будет отдыхать на Гавайях. Ну а Владивостокская эскадра получит возможность без помех пройти боевое сколачивание. Но помогать американцам мне стоит. Чтобы японцам жизнь мёдом не казалась. Вот только чем я могу помочь? Делиться разведывательной информацией? У меня в том районе сейчас работают корабли гидрографической службы и ведут систематическое наблюдение за Японскими островами наши дирижабли. Хорошо конечно, но мало. Хотя, пора пускать в ход наших флотских диверсантов. Несколько джонок с китайскими экипажами организовать можно. И задачу им поставить соответствующую.
– Василий Иванович! Делайте что хотите, но не позже, чем через месяц, мне нужны торпедные аппараты с торпедами и морские мины, именно те, которые использует американский флот. Не удивляйтесь моей просьбе. Коль японцы ведут войну с американцами, значит их не должно удивлять то, что под самым их носом завелись американские диверсанты, которые коварно минируют их гавани и торпедируют по ночам их корабли.
Василий Иванович не высказал никакого удивления, а спустя несколько дней сообщил мне, что из Пусана в Императорскую гавань уже идёт транспорт с потребным мне грузом.
– Эскадра Симса конечно выполнила требование о сдаче боезапаса на корейские склады. Но охрана этих складов относится к своим обязанностям слегка безответственно, – объяснял мне секрет быстрого успеха Василий Иванович, – но если вновь потребуется подобный «товар», то приобретать его придётся в самой Америке. Потому что японцы не идиоты и могут потребовать провести ревизию складов в Пусане.
– Тогда напрягайте своего агента и пусть он производит закупки нужного нам товара.
– На чьё имя направлять этот товар?
– Получатель – фирма некой Мадам Вонг.
– А она уже существует? Впрочем, чего это я? Вы шутник ещё тот. Но ведь судя по псевдониму, Мадам Вонг самой не с руки являться за покупками. Кто её контрагенты?
– Мистер Бэтмэн и мистер Спайдермэн.
Как известно, в каждой шутке есть только доля шутки. А рано овдовевшая Ольга Ивановна Любимова, ещё молодая и симпатичная албазинка лет тридцати, умела не только шутить. Будучи чистокровной китаянкой, вышедшей замуж за русского купца и покрестившись перед этим в православную веру, она жила сейчас одна одинёшенька, если не считать её малолетней дочери. С момента поступления на службу в диверсионные силы Российского Императорского флота, ей предстояло надолго забыть свои прежние имена. Отныне её звать просто: Мадам Вонг. Руководительница преступного синдиката, который в данный момент заключил некое соглашение с американским флотом. Такова её «легенда». Не стану говорить о том, каким образом она попалась на глаза нашему Бойко, да я и сам не в курсе всех подробностей. Но учитывая её прежнюю биографию и происхождение, я принял решение о создании в Азиатско-Тихоокеанском регионе подконтрольную нам структуру, которая будет работать на нас десятилетиями.
– Будем с вами откровенны, – говорил Ольге Ивановне наш Бойко, – жизнь течет и меняется. Может случиться так, что в России, да и в Китае произойдёт революция и сменится режим правления. Для вас и ваших соратников это ничего не должно значить. Ваш принцип: «Всегда с Россией и с Китаем и никогда против России и Китая».
«Мадам Вонг» – это не более чем оперативный псевдоним. А официально, в мир явилась некая Ван Сяомин. Соответственно и дочь её, которую с момента рождения звали Екатериной, теперь официально зовут Ван Сюин.
Задача нашей агентессы была на первых порах простая: вербовка среди интернированных в Корее китайских моряков. При этом, вербовать их так, чтобы они и под самыми страшными пытками твердили, что работают на Америку и что их кураторами являются господа Бэтмен и Спайдермен. Под этими псевдонимами с китайцами работали всё те же Бондарев и Скорин. Правда в чинах они уже подросли и числились «мокрыми» штабс-капитанами. И оба намертво усвоили принцип: никогда не работать от имени России! Только от имени той страны, которая указана в задании. Раз Америка находится в состоянии войны с Японией, то они и работали с китайцами от имени американского флота.
Спустя месяц, из Императорской гавани в небольшой корейский рыбацкий порт пришли две парусно-паровых шхуны, оборудованных для совершения диверсий на море. Первая шхуна имела ниже ватерлинии на внешней стороне корпуса два решётчатых торпедных аппаратов. Вторая – оборудование для скрытой минной постановки. И обе имели на борту радиопередатчик системы Марконни. И когда перегонные экипажи сменили моряки китайского флота, то война с японцами для нашей диверсионной службы началась. Переход до японской базы в Сасебо прошел без помех. Под покровом темноты, одна шхуна выполнила скрытую постановку двух минных банок, а вторая, подкравшись на дистанцию торпедного залпа, выпустила обе торпеды в ничего не подозревающую «Асаму».
Успеху операции способствовало то, что японцы такой пакости не ожидали и охрана водного района ими не велась. Из двух выпущенных торпед в «Асаму» попала одна. А китайцы сумели благополучно улизнуть. На одной из выставленных минных банок подорвался британский пароход груженный углем, а второю банку японцы сумели обнаружить.
Разобравшись с происхождение выставленных мин, японцы подняли вопль на весь мир о пиратских действиях американцев. Их воплю вторил помешанный на «Американском Ледоколе» Витторио Резун, сообщивший в своей газетной статье немало интересных подробностей. Оказывается, «Асаму» атаковала подводная лодка ВМС САСШ Holland VI, которой командовал лейтенант Гарри Колдуэлл. Откуда это Резуну известно? А других, хорошо подготовленных командиров подводных лодок у американцев нет. Не принимать же в расчет тех офицеров, которые проходят подготовку в Ньюпорте и Род-Айленде, для службы на лодках типа «Plunger»! Это еще щенки в сравнении с таким тузом подводной войны, каким является лейтенант Колдуэлл. По имеющимся у Резуна сведениям, в прошлой войне, на совести этого пирата две успешные атаки испанских торговых судов. Как могла подводная лодка, дальность плавания которой не превышает 200 миль, а в подводном положении – 30 миль, оказаться у берегов Японии? «Ищите корабль-матку господа!» – писал Резун, – «Она где то рядом с вами!»
Спустя пятнадцать дней, на выставленной минной банке подорвался японский пароход, перевозивший в Японию станочное оборудование из Германии, а ночной торпедной атакой был потоплен другой японец, перевозивший хлопок. И на этом успехи китайских товарищей закончились. Нет, японцы их так и не поймали, хотя весь их флот искал таинственных злоумышленников. Неудачно искал. Потому что им нужен был корабль-матка и на скромные грузовые шхуны они не обращали внимания. У китайских товарищей кончился невеликий запас торпед и мин. Поэтому они ушли в Макао и спрятав в арендованном портовом складе специфическое «оборудование», до поры до времени занялись обычными коммерческими перевозками. Но дело они сделали большое. Оправданиям американцев никто не верил. Тем более, что они были не без греха. Как стало известно, в Сан-Франциско началось переоборудование шести транспортов под носители надводных и подводных минных катеров. Для них были срочно заказаны двенадцать подводных лодок типа «Plunger» и столько же миноносок типа «Никсон». На текущий момент, это был единственный способ хоть как то дотянуться до Японии.
А наши дела шли своим чередом. Я продолжал накопление сил на Дальнем Востоке и это отрезвляюще действовало на японцев. Нападение на Корею было ими отложено до лучших времен. А лучшие времена наступали как раз у нас. Дожить без войны до апреля 1904 года у нас вышло. Именно в этот день, в Жемчужную гавань на Гавайях зашел крейсерский отряд Рождественского, а Владивостокская эскадра приступила к боевой учебе.
В отношении армейских частей вышла небольшая заминка. Весенняя распутица еще не кончилась, поэтому с выходом на учение сибиряки немного задержались. Но это не беда, сейчас по их душу едут инструктора из гвардии, а возглавляет их аж целый военный министр. Вот он и проведёт серию учений, начиная от полковых и заканчивая окружными.
Ну а чтобы японцам жизнь не казалась слишком прекрасной, следовало найти серьёзное занятие для их флота. Моя задумка с Мадам Вонг сработала не до конца, потому что мир ничего не слышал о её пиратском синдикате. Пора нашей пиратке начинать выходить из тени. Для этого, пришлось через агентов «сливного бачка» оповестить американское правительство о том что есть на свете парни, способные немедленно выполнить ту работу, которую пока что не в состоянии сделать американский флот. Ребята эти конечно узкоглазые, зато умеют рисковать и дорого за свои услуги не возьмут. Американцы заинтересовались этим предложением и арендованный Ольгой Ивановной особнячок в Макао навестили два посланца. Встретившись с хозяйкой, они представились:
– Мисс! Меня зовут Сэм Джексон, а моего приятеля Питер Джонсон.
Английского языка Ольга Ивановна не знала. Учить его она начала буквально месяц назад, а пока что переговоры велись с участием переводчика. Когда гости с истинно американской непосредственностью предложили ей заключить сделку с флотом САСШ, она сочла нужным слегка их осадить.
– Господа! Вы должны понимать, что наш бизнес не любит огласки. Приходится хранить много разного рода тайн. Тайной покрыты не только наши намерения, но и свои имена приходится скрывать. Вы назвали свои настоящие имена. Это опрометчиво и несерьёзно. Если хотите иметь с нами дело, то стоит обзавестись псевдонимом. Вы согласны?
Гости сочли это требование разумным и в знак согласия дружно закивали головами.
– С этого момента мне неизвестно, кто такие господа Джексон и Джонсон, я знаю других людей. Вас зовут мистер Бэтман, а вас – мистер Спайдермен. Отныне, под такими псевдонимами вы и должны вести с нами дела.
Придумала Ольга Николаевна здорово. Посланцы были не кадровыми разведчиками, а представителями военно-морского лобби. То есть – политиканы, которые по случаю войны таким именно образом выполняют свой патриотический долг. Никакого подвоха они не заподозрили. А он был. Отныне Бондарев и Скорин, которые действовали под теми же самыми псевдонимами, могли подсунуть американцам хорошенькую такую свинью.
А пока суть да дело, шли переговоры между американскими эмиссарами и Мадам Вонг. Причем, то что предлагали американцы, привело меня в неописуемый восторг. Дело в том, что формирование на Тихом океане крупного военно-морского соединения было делом долгим. А обывателю, который заодно избиратель, слышать про успехи американского флота хотелось уже сейчас. Наш «сливной бачок» своим предложением о найме местных пиратов, попал в самую точку.
Итак, люди Мадам Вонг должны начать подрывать японскую морскую торговлю и заодно рыболовство. При этом, совершая нападения на суда, они должны демонстрировать американский флаг. Не возбранялось нападать и на европейские суда тех стран, которые ведут недружественную политику в отношении Америки. Но эти нападения нужно производить только под одним из китайских флагов – либо флаг Северной Цин, либо флаг Китайской республики.
В обмен на согласие, Ольга Ивановна договорилась о поставках для судов её флотилии разного рода военного имущества. Торпеды, морские мины, малокалиберные пушки и пулемёты, винтовки с револьверами, радиостанции. Оплата за операции на море – через гавайский филиал «краснозвёздного банка». За этим проследит один из агентов самой Мадам Вонг.
– Господа! – заявила Ольга Ивановна после того, когда достигнутое соглашение было изложено в письменном виде и заверено её нотариусом, – я жива до сих пор лишь потому, что следую одному мудрому правилу: с заказчиком лично я встречаюсь только один раз. Бывает, что приходится проводить повторную встречу. Но это касается только недобросовестных заказчиков. Вы наверное поняли, зачем я хочу видеть их повторно. И ни разу в жизни, я не встречаюсь с одним и тем же деловым партнёром трижды. Поэтому, заключив сделку, вы должны забыть навсегда этот адрес. Переходим на безличные контакты через курьеров.
Раскачивался наш липовый синдикат недолго. Силы его в данный момент были невелики. Для боевых операций на море имелось лишь два подходящих судна. Но за время, проведённое нашей агентессой в Макао, добавилось ещё два судна: старый грузовой пароход, который должен сыграть роль судна снабжения и яхта океанского класса, на которой должен был действовать штаб операций.
Как только от американцев стали поступать деньги и оговоренное в контракте имущество, «преступный синдикат» немедленно приступил к работе. К концу лета, численность флотилии за счет трофеев, достигла восьми судов. Проблем с набором экипажей тоже не было. Интернированные в Пусане моряки китайской речной флотилии, после беседы с вербовщиками, увольнялись со службы и тем самым обретали свободу действий. Естественно, что обретенной свободой они пользовались однообразно: поступали на службу в синдикат Мадам Вонг.
Служба у Мадам Вонг только на первый взгляд казалась весёлой и романтичной. А на деле, лучшей каторги и выдумать было невозможно. Основные операции – минирование территориальных вод Японии. Тут ничего не отдавалось на волю случая. С поставками вооружения всё было очень сложно. Американцы его могли производить в любых количествах, но тайно поставлять в тех же самых количествах не могли. Поэтому от штаба Мадам Вонг требовалась качественная работа по анализу действий японского флота. Как военного, так и торгового. Её яхта представляла собой плавающий штаб, где принималась по радио самая разнообразная информация, проводился анализ поступивших сведений и вырабатывались боевые задания судам пиратской флотилии. Любой, кто вздумал бы произвести досмотр её яхты, идущей под швейцарским флагом, обнаружить что либо криминального не вышло. Богатая китаянка со своей дочерью совершает прогулки по морю. Экипаж корабля: русские, но с паспортами Швейцарии. Есть ещё китайские стюарды. Но про то, что те и другие кадровые офицеры соответствующих флотов – никаких сведений не было. А ведь именно они и являли собой мозговой центр флотилии. Они принимали по радио сведения, полученные нашей морской разведкой. Именно они анализировали сложившуюся обстановку. И именно они составляли план очередной операции. Толк от этого был великий: торговые суда европейских стран стали реже ходить в Японию. Объём торговли не уменьшился, но дополнительная перевалка грузов возникла.
На минах, выставленных в японских водах, подрывались не только японские суда. Англичане в связи с этим, не очень охотно соглашались везти грузы в Японию. Зато как ликовали американцы! Тут правда, не обошлось дело без выдумок. Расизм и сексизм сыграли свою роль. Захлёбываясь от восторга, американская пресса печатала статьи про успехи «крейсерской флотилии коммодора Уонга». Ольга Ивановна этим немедленно воспользовалась, вытребовав патент на временное офицерское звание. От американцев не отставали и китайцы. Те воспевали подвиги «капитана Вонга». Ну а наша пресса сообщала о том, что настоящим героем крейсерства является китайский адмирал Ван Ю-шин. Британцы, внимательно следившие за развитием событий на Тихом океане, подозревали много кого. Но того, что так способна сработать Россия, не догадывались даже они. Под подозрением была Америка и Германия. Правда, первой они опасались пакостить слишком откровенно. Растущая как на дрожжах американская армия сосредотачивалась у канадской границы. С Германией же было ещё интересней. Японская эскапада в Шанхае, способствовала частичному вытеснению американского капитала из Китая. Но немедленно, на место американского, туда рванул германский капитал. Войска Не Шичена при этом, невзирая на понесённые потери, слабее не стали. Американские поставки сменились германскими. А возникшее в тылу интервентов партизанское движение курировал немецкий майор Леттов-Форбек.
Ближе к осени, японцы сумели нанести «флотилии Уонга» несколько поражений. Практически все корабли флотилии, участвовавшие в нападениях, были потоплены, а экипажи уничтожены. Но это не ослабило накал борьбы на море. Штабная яхта и суда снабжения работали как и прежде. Новые корабли и новые экипажи возникали буквально из пустоты, потому что денег американцы не жалели. Но ожидать боевой активности от самого американского флота не приходилось. Слишком сложным был процесс подготовки операций. Адмирал Дубасов предполагал, что настоящая боевая работа у американцев начнется в 1905 году. Ну и ладно. Меня это устраивает. Принцип: «Воевать чужими армиями и на чужие деньги» пока что действует. Разве что сейчас он мной применен на море.
Вся Европа возмущалась действиями «американцев», которые не соблюдали принятых в мире правил ведения крейсерской войны. На что американцы отвечали, что лично их страна никогда не брала на себя принятых в мире правил. А значит, может воевать по собственным правилам. Сейчас, когда прошел первый шок, вызванный японским вероломством, американцы пришли к выводу, что если у них руки коротки, то у прочих стран они ещё короче. Даже Британия не в состоянии перебросить в Новый Свет армию, чья численность сравнялась бы с американской. Во всяком случае, быстро это не сделаешь. Да и к тому же, несложно было устроить британцам серьёзные проблемы в той же Южной Африке, где у них руки так и дошли до бурских республик. Колониальная война в Китае и так их вынудила ослабить имеющиеся в прочих колониях гарнизоны. Сил не было даже на то, чтобы обуздать наглого бельгийского короля, который отжал у англичан Анклав Ладо, в месте с портом Реджаф и обещал, что вернет англичанам эти земли только после своей смерти. И при этом, помирать почему то не спешил.
Между тем, война на Тихом океане вступила в новую стадию. По мере готовности рейдеров – носителей подводных лодок и миноносок, они начали действовать в районе Каролинских островов и Марианских островов, создав тем самым японцам неслабые проблемы. Оба архипелага ещё не имели значительной ценности для Японии. Переселение поданных микадо на эти острова началось совсем недавно. Сахарный тростник, который они там выращивали, мало влиял на рост благосостояния населения империи. Оживлённого судоходства в этом районе не было и потому работы американским рейдерам, да ещё столь специфической конструкции, было немного. И тем не менее, они в этих водах появились и начали беспокоить население островов. В Метрополии про это узнали не сразу. Но как только узнали, немедленно послали туда крейсерский отряд адмирала Уриу. Месяц японцы охотились за американцами, но так никого и не встретили. Потому что противник не стал испытывать судьбу и своевременно убрался, так и не применив на практике ни миноносок, ни подлодок.
Не смотря на отсутствие результатов, американцы были довольны произведенным рейдом. Зато у японцев между армейской и флотскими фракциями возникла по этому поводу склока. Армия считала, что будущее благополучие страны зависит от того, сколько территории на Азиатском материке удастся поставить под свой контроль. Необходимость посылать дополнительные войска для защиты мелких островов за тысячи миль от Японии, ломала их прежние планы. К тому же, успешно защищать разбросанные на огромном пространстве клочки суши, без помощи флота не выйдет. А флот – сегодня здесь, а завтра там. Надеяться на его помощь можно, но не всегда. С другой стороны, армейцы понимали: американцы сунулись в эти воды не просто так. Стоит немного прозевать и они устроят на том же Сайпане или Гуаме базу для своего флота. И тогда борьба с ними осложнится. Понимали это и флотские. Поэтому кое-какие меры они приняли. В частности, добившись решения о размещении на островах сильных гарнизонов, Императорский флот приступил к строительству пунктов базирования для своих кораблей. Именно тогда на Каролинские и Марианские острова хлынул поток грузов. В местных водах сразу стало оживлённо. А американцы даже носа туда не казали. Их понять можно: посылать вспомогательные крейсера на убой, занятие было неразумным. Поэтому они решили переложить заботу по очистке местных вод от японских транспортов на людей Мадам Вонг. А что наша мадам могла в этот момент сделать? Флотилия только-только восполнила понесенные потери. Охота на кого-либо, при наличии в этих водах крейсеров Уриу, делом было гибельным. И тем не менее, штаб её флотилии решил рискнуть. Соваться непосредственно именно в эти воды, пираты не стали. Зачем? Достаточно перехватывать идущие от метрополии пароходы в самом начале пути. Такое решение привело к успеху. Десяток пароходов был перехвачен именно в начале пути. Три парохода были взяты на абордаж и захвачены вместе с грузом. С остальными абордаж не вышел и они были просто торпедированы. Причем, парочка торпедированных пароходов даже сумели дотянуть до ближайшего порта. И снова японцы начали охоту за досаждавшими им пиратами. На этот раз, штаб флотилии, извлекший уроки из недавних неудач, увел флотилию в район Зондского архипелага. Ловить их там кому либо, было занятием безнадёжным. В местных водах никогда не переводились пираты и контрабандисты, а потому возможностей благополучно переждать тяжелые времена, всегда была.
К концу года активность крейсерской войны сошла на нет. А меня возникла одна интересная идея. Почему бы не попросить Ольгу Ивановну, чтобы её люди слегка пошалили в водах Охотского моря. Тут ведь совмещается буквально все: охота с торговым и промысловыми флотами Японии, очистка местных вод от браконьеров, демонстрация американского и китайского флагов. Ну а укрыться в следующем году пираты могут на Алеутских островах, на которых американцы начали срочно строить ВМБ.
Послесловие
Политика политикой, но про науку я тоже не забывал. Кроме доставшихся мне по наследству научных учреждений и обществ, было образовано много новых. Все эти новые общества объединял Менделеевский комитет. Нужно сказать, что само его образование способствовало разделению русских учёных на две касты. Кого то интересовали фундаментальные исследования и они группировались вокруг Академии Наук. И теоретически могли рассчитывать на получение Нобелевских премий. Теоретически – это потому, что финансирование фундаментальной науки осталось на том же самом уровне, что и было во времена царствования моего реципиента. Эти сливки научного общества могли рассчитывать на публикацию результатов своих исследований в известнейших журналах. Ну и самым привлекательным для этих людей было участие в международных научных тусовках. И тем не менее, они начинали завидовать «менделеевцам» так, что я начинал беспокоиться за состояние здоровье самого Дмитрия Ивановича. Как ни крути, но сказки о благородстве светил науки сказками и являются. Ничего со времён Михайло Васильевича Ломоносова не изменилось. То сборище амбициозных личностей, каким и являлась наша Академия Наук, таковым и осталось. Нет, люди там конечно собрались не бездарные. Ведь попадали туда за реальные, а не мнимые заслуги. Но интриги, подсиживания, написание доносов… всё это никуда не исчезло. Причем, культурное доносительство в последнее время даже усовершенствовалось. Правда, морды друг другу, как это было во времена Ломоносова не били. Но в этом не было и нужды. Того же Дмитрия Ивановича не стеснялись выставлять перед международным научным сообществом как шарлатана, мракобеса и антисемита. Причем, в качестве доказательства его антисемитизма, подавалась Таблица периодических элементов. Именно она и фигурировала в коллективном письме профессоров Московского и Петербургского университетов, поданного на моё имя. Но пожалуй самым страшным, как казалось этим господам, было обвинение Менделеева в милитаризме. А вот это было сущей правдой. Среди ученых был моден пацифизм. Но странное дело: именно пацифисты, в своём стремлении сделать всяческие войны невозможными, с энтузиазмом трудились над созданием систем массового уничтожение людей. Достаточно вспомнить Гатлинга и Нобеля. И именно их достижения, ненавидимая им военщина охотно принимала на вооружение. Был и у меня подобный пацифист. Причем, талантом превосходящий Дмитрия Ивановича.
Михаил Михайлович Филиппов был действительно гением. Писатель, философ, журналист, физик, химик, экономист и математик, популяризатор науки и энциклопедист… Его исторический роман «Осаждённый Севастополь», был отмечен сочувственным отзывом севастопольского ветерана Льва Толстого:
«Роман даёт совершенно ясное и полное представление не только о Севастопольской осаде, но и о всей войне и причинах её».
И именно этот пацифист сейчас увлеченно работал на ненавидимую им военщину. Причем, его исследования финансировались намного щедрей, чем работы прочих учёных. Специально для него в Туркестане был построен научный центр с прекрасными лабораториями и жилым городком. Административно-хозяйственную часть тянул на себе один из отставных генералов, чье обязанностью было удовлетворять все бытовые вопросы и запросы учёных. Правда, сами учёные особых капризов не проявляли. Но их жёны и подруги были намного требовательней. И потому, научный городок, названный Филиппградом, имел всё необходимое для удовлетворения запросов культурной публики.
Но самое главное происходило на примыкавших к городу научных полигонах. На полигоне Ф-1 исследовались свойства миллиметровых электромагнитных волн. На полигоне Ф-2 велись работы по передаче энергии взрыва на значительные расстояния. Но самые перспективные работы велись на полигоне Ф-3.
Дело в том, что я как то задумался о том, что нам пора начинать работы в области ядерной физики. Выделять достаточные средства для этого я был уже в состоянии. Да на начальном этапе этих средств немного и требовалось. Дело оставалось за малым: найти того безумного учёного, который потянет эту программу и уговорить его этим делом заняться. Михаил Михайлович нужной степенью безумства как раз обладал. «Осталось только уговорить невесту»(с). И я обратился за содействием в этом вопросе к «неизвестным отцам». Увы! Оказалось, что технических специалистов в их команде было слишком мало. Несколько медиков, связист, моряк и авиатор. Остальные сплошь финансисты да менеджеры. Впрочем, был ещё десяток специалистов в области рекламы. Именно последние и помогли решить мою проблему. Они конечно не учёные, но про ядерное оружие слышали немало. Поэтому, составленный ими реферат на заданную тему, произвел на Филиппова неизгладимое впечатление. Вот оно оружие, которое разом покончит с войнами!
И теперь Михаил Михайлович трудился не покладая рук и потихоньку начинал опережать своих европейских коллег, которые тоже интересовались чем то подобным. Ну а чтобы наш гений раньше времени не откинул копыта, его предупредили про опасные свойства радиации и подсказали способы уменьшить вредное воздействие на человека. Кстати, в нашей истории он погиб 12 июня 1903 года проводя эксперимент с моделью примитивного лазера с химической накачкой. Но теперь этого никто не допустит. И за здоровьем, и за соблюдением правил техники безопасности следят специально обученные люди. Да и режим секретности таков, что преждевременная утечка ценной информации маловероятна.
Но не одним Филипповым живет прикладная наука. Макаров, окопавшийся на Севере, сумел самостоятельно найти средства на развитие нужных ему отраслей прикладной науки. Основанный им на Мурмане Институт исследования Арктики и Антарктики – это уже солидное по любым меркам учреждение.
Но и Менделеев не отстает от требований времени. Им уже основаны десятки исследовательских центров по всей стране. И каждый центр имеет в своём распоряжении научно-производственную базу и образовательные учреждения. Исследования в них ведутся либо на заданные темы, либо по свободным темам. Для последних существует такое понятие как «грант». Тут источники финансирования не только казённые. Что-то заказывает государство, что то заказываю я, оплачивая из собственных доходов. Часть грантов идёт от «неизвестных». А что то от прочих частных лиц.
А вот с результатами работ я поступаю не так, как принято в научном сообществе. В свободной публикации их нет. За этим следит Особая Цензура. И объясняется это не столько интересами державы, сколько желанием уберечь самих учёных от воровства идей разного рода проходимцами. Это находит понимание в их среде.
А какой скажите «выхлоп» от этих трат? Он уже есть! Если не касаться чисто военно-прикладных исследований, то и кроме них есть значимые достижения. По результатам проведенных Василием Робертовичем Вильямсом в Астраханской губернии экспериментов, разработан план борьбы с засухами, пыльными и песчаными бурями. И с нового, 1905 года этот план начнется приводиться в действие. Предусматривая создание 8 крупных лесных государственных полос в степных и лесостепных районах Российской империи общей протяжённостью свыше пяти тысяч вёрст.
Эти полосы должны пройти:
по обоим берегам р. Волги от Саратова до Астрахани – протяженностью 900 вёрст; по водоразделу pp. Хопра и Медведица, Калитвы и Березовой в направлении Пенза – Екатериновка – Каменск (на Северском Донце) – протяженностью 600 вёрст; по водоразделу pp. Иловли и Волги в направлении Камышин – Царицын – три полосы протяженностью 170 вёрст; по левобережью р. Волги – четыре полосы протяженностью 580 вёрст; от Царицына к югу на Степной – Черкесск – протяженностью 570 вёрст, по берегам р. Урала в направлении гора Вишневая – Оренбург – Уральск – Каспийское море – шесть полос (три по правому и три по левому берегу протяженностью 1080 вёрст; по обоим берегам р. Дона от Воронежа до Ростова – две полосы протяженностью 920 км; по обоим берегам р. Северского Донца от Белгорода до р. Дона – две полосы протяженностью 500 вёрст.
