355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » И. Баранов » Главный конструктор В.Н. Венедиктов. Жизнь, отданная танкам » Текст книги (страница 21)
Главный конструктор В.Н. Венедиктов. Жизнь, отданная танкам
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 04:45

Текст книги "Главный конструктор В.Н. Венедиктов. Жизнь, отданная танкам"


Автор книги: И. Баранов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 26 страниц)

В.Д. ТУМАСОВ

В истории танкового конструкторского бюро «Уралвагонзавода» 1960-х годов осталась заметной работа над созданием истребителя танков ИТ-1. Именно тогда, впервые, мне довелось работать под началом В.Н. Венедиктова, который в должности заместителя главного конструктора курировал наше бронекорпусное бюро. Мне, совсем еще молодому конструктору, после службы в Советской Армии, было поручено разработать для ИТ-1 фильтро-вентиляционную установку повышенной производительности. Тогда, при рассмотрении разработанных вариантов конструкции фильтро-вентиляционной установки меня приятно удивило и даже поразило то, с каким вниманием, тщательностью и глубиной («до последнего винтика»), были рассмотрены Валерием Николаевичем проработки и выбран вариант конструкции для утверждения у главного конструктора.

В проведении этой работы немаловажным был вопрос приобретения фильтра ФПТ-200. Дело в том, что в то время промышленностью было изготовлено всего 40 опытных фильтров ФПТ-200, причем для ИТ-1 выделение такого фильтра не предусматривалось. И только благодаря постоянным, настойчивым требованиям В.Н. Венедиктова в переписке и по телефонным переговорам с чиновниками соответствующих Управлений Министерств обороны и оборонной промышленности был положительно решен вопрос изготовления одного фильтра ФПТ-200 для изделия ИТ-1. Мне же пришлось «мотаться» между министерствами, институтом химии – разработчиком фильтра ФПТ-200 и котельно-радиаторным заводом – изготовителем фильтров, расположенным в г. Электросталь Московской области. И, наконец, фильтр ФПТ-200 нам удалось приобрести. При получении этого фильтра было очень приятно услышать, как начальник отдела сбыта завода в моем присутствии сказал своим подчиненным: «Смотрите и учитесь, как Тагил решает проблемные вопросы!» Не могу не отметить, что фильтро-вентиляционная установка с фильтром ФПТ-200 на истребителе танков ИТ-1 работала безотказно.

В процессе проведения крупномасштабных испытаний практически всех основных образцов объектов БТТ на воздействие отравляющих веществ с боевой концентрацией мне довелось быть представителем от промышленности по ИТ-1 и непосредственно участвовать в испытаниях этой машины. Валерий Николаевич организовывал помощь в подготовке ИТ-1 к испытаниям и пристально следил за ходом этих испытаний. Однажды Валерий Николаевич мне подсказал, как можно было выйти из положения, когда полевые мыши за одну ночь съели резиновые прокладки под защитой воздухозаборного устройства. В процессе проведения работ по созданию ИТ-1 под руководством В.Н. Венедиктова, наблюдая его подход к разработке конструкций и проявление твердого характера, уже тогда я проникся к этому человеку большим уважением.

С начала серийного производства танка Т-72 в 1974 году В.Н. Венедиктовым постепенно и целенаправленно проводились работы по модернизации танка, в том числе и по защите от противотанковых средств поражения. В числе первых крупных мероприятий по модернизации танка было создание конструкции верхней лобовой детали (ВЛД) корпуса – высокозащищенной верхней броневой части лобовой проекции корпуса танка, составляющей примерно 80 % площади этой проекции.

Однако оформление решения по внедрению в серийное производство на танке Т-72 новой конструкции ВЛД, существенно повышающей бронезащиту танка, неожиданно встретило препятствие в лице нового Начальника ГБТУ МО Ю.М. Потапова. Здесь, по моему мнению, сыграли роль отголоски негативного отношения к принятию на вооружение и постановке на серийное производство танка Т-72 со стороны некоторых высокопоставленных чиновников, ярким представителем которых являлся Ю.М. Потапов.

Скитаясь две недели по кабинетам и коридорам ГБТУ в поисках своей опоры среди должностных лиц, способных оказать мне помощь в утверждении решения у Начальника ГБТУ, я сожалел, что мое прибытие в Москву состоялось после смерти бывшего начальника ГБТУ МО главного маршала БТВ А.Х. Бабаджаняна, скончавшегося в день моего прибытия в столицу. Маршал был убежденным сторонником создания танка Т-72 и вместе со своим аппаратом сотрудников оказывал «Уралвагонзаводу» и УКБТМ всяческую помощь. С того скорбного дня прошло немного времени и вот со мной идти к Ю.М. Потапову дружно отказались начальник отдела В.Н. Кузнецов, начальник НТК ГБТУ В.П. Дикий и, даже, заместитель начальника НТК ГБТУ Л.Н. Карцев – бывший главный конструктор нашего КБ. Потребовалось решительное вмешательство В.Н. Венедиктова в затянувшуюся бюрократическую волокиту с принятием важнейшего решения по повышению защитных свойств танка Т-72, прежде чем Ю.М. Потапов утвердил этот документ.

В начале 1980-х годов после военных событий на Ближнем Востоке в СССР появилась возможность проверить защиту лобовых проекций танков самым могущественным израильским подкалиберным снарядом М111 (лицензионный аналог американского М735). В.Н. Ведениктов в соответствии с приказом Министра оборонной промышленности в срочном порядке организовал масштабные работы по повышению уровня защиты танка Т-72. Непосредственным руководителем работ был назначен заместитель главного конструктора Н.А. Молодняков. Работы проводились совместно с ВНИИСтали в два этапа: первый этап – по ОКР «Отражаемость-2» и второй – по ОКР «Отражаемость-1». Схемные и конструктивные решения по защите повышенной эффективности появлялись в результате кропотливых, настойчивых поисков коллективов двух отделов броневой защиты корпуса и башни, после рассмотрения их у главного конструктора («вытаптывания» – как любил говорить В.Н. Венедиктов).

Поясню, как проходило «вытаптывание» сложных проблемных вопросов в кабинете главного конструктора. Обычно такие вопросы рассматривались после окончания рабочего дня по предварительной договоренности начальника соответствующего отдела с Валерием Николаевичем Венедиктовым. Для того, чтобы вынести на главного конструктора обсуждение своих проблем надо было применить смекалку, как «обойти» начальника отдела силовых установок Э.Б. Вавилонского, для которого пребывание вечером в кабинете Венедиктова стало привычным делом. С заводским вечерним гудком Эрий Борисович вместе со своими сотрудниками (часто с исследователями) занимал место за столом совещания напротив Валерия Николаевича, садился в положение «правая нога перекинута через колено левой ноги», выкладывал на стол сигареты, зажигалку, после чего начиналось многочасовое рассмотрение, обсуждение и решение проблемных вопросов. Часто в таких обсуждениях принимали участие заместители главного конструктора, курирующие тот или иной отдел.

Кроме этого необходимо было спроектировать, изготовить макеты различных вариантов броневых преград, а также организовать и провести стрельбовые испытания. И здесь неоценима заслуга Валерия Николаевича. Достаточно сказать, что в ходе выполнения двух тем «Отражаемость-2» и «Отражаемость-1» под непосредственным его руководством было спроектировано, изготовлено и испытано свыше тридцати макетов по защите корпуса. При этом для минимального увеличения массы, на что постоянно обращал внимание заместитель главного конструктора Н.А. Молодняков, конструкция броневой преграды против средств поражения была выполнена многослойной (металл+воздух) в отличие от преград с различными наполнителями. Насколько важны и срочны были эти работы, можно исходить из следующего. За ходом работ и сроками их выполнения следило зоркое око ВПК при Совете Министров. Поэтому, на конечном этапе работ на Кубинском танковом полигоне, где подводились итоги по результатам всего комплекса исследований, на каждодневных утренних совещаниях заместитель командира Г.М. Козлов требовал от меня – представителя УКБТМ – быстрейшего, окончательного принятия решения по выбору конструкции защиты танка Т-72. Дело в том, что из-за огромного объема испытаний, которые проводило УКБТМ на полигоне института испытания металлов в Нижнем Тагиле, мы действительно сдерживали сроки выполнения работ на Кубинском полигоне. Однако сдерживание работ всем приходилось терпеть из-за высокого авторитета Валерия Николаевича. В комиссии по проведению работ так и витало мнение: «Он что-то придумает!» И он придумал! По завершении комплекса испытаний нам удалось отстоять свои схемные и конструкторские решения по повышению защиты лобовых и бортовых проекций и внедрить их в серийное производство на танках Т-72А, Т-72Б.

Валерий Николаевич требовал от меня оперативно (ежедневно и не по одному разу) освещать ход проводимых испытаний в 38 НИИИ БТТ.

Мне одному из представителей промышленности было разрешено иметь связь по аппарату «ВЧ» из кабинета начальника института генерал-лейтенанта В.М. Антоневича. Это позволяло мне экономить несколько часов времени в сутки, т. к. исключало поездку на главпочтамт в Москву поздно вечером или длительно ожидать связи с главным конструктором на почте железнодорожной станции «Кубинка-1».

Внедрение в серийное производство на танке Т-72А одного из вариантов усиленной защиты верхней лобовой детали корпуса было оформлено соответствующим извещением с назначенным сроком внедрения. Однако, отдел снабжения завода своевременно не заказал необходимый металлопрокат. Это ставило под угрозу срыва внедрение вышеуказанного мероприятия в производство в установленные сроки. Дело в том, что после заказа, необходимый металлопрокат мог поступить на завод только через полгода. Я доложил о состоянии дел Валерию Николаевичу. Он, пригласив меня с собой в кабину, где размещалась связь «ВЧ». Венедиктов убедил Б.А. Комиссарова – заместителя председателя ВПК в необходимости внедрения важного мероприятия на танке Т-72А. Он попросил оформить поручение руководству «Магнитогорского металлургического комбината» о незамедлительном изготовлении необходимого количества нужного металлопроката. Уже через месяц металлопрокат был поставлен на «Уралвагонзавод». Этот случай свидетельствует о том, что среди высшего руководства страны авторитет В.Н. Венедиктова был также очень высоким. От его просьб нельзя было просто отмахнуться.

В это же время на Западе появились новые противотанковые ракетные комплексы, обладающие большой бронепробивной способностью кумулятивными средствами поражения. УКБТМ совместно с ВНИИСтали, в соответствии с приказами Министра оборонной промышленности, была выполнена крупномасштабная ОКР «Контакт». Для УКБТМ эта работа заключалась в оснащении навесным комплексом динамической защиты (ДЗ) танков Т-72А и Т-62, а совместно с омским КБ – и танка Т-55.

Все конструкторские разработки «вытаптывались» в кабинете главного конструктора. Нами был разработан единый для всех основных образцов БТТ Советской Армии унифицированный контейнер ДЗ, который отвечал требованиям быстросъемности, а также живучести при движении техники во всех дорожных условиях.

В ходе выполнения ОКР комплекс навесной динамической защиты был внедрен в серийное производство на танке Т-72Б в 1984 году. Но работа по ОКР «Контакт» на этом не закончилась. Необходимо было поднять уровень защиты не только от кумулятивых средств поражения, но и от бронебойно-подкалиберных снарядов повышенного могущества. Новые пути решения проблемы, как всегда, находились в кабинете главного конструктора.

В результате продолжения напряженной и кропотливой работы, при совмещении результатов ОКР «Контакт» с результатами работ по теме «Отражаемость-1», была разработана конструкция встроенной динамической защиты (ВДЗ). ВДЗ была имплантирована в танк Т-72Б в 1987 году.

Необходимо особо отметить, что проведение этих работ по повышению уровня защиты основных броневых проекций танка Т-72Б позволили обеспечить защиту от 120-мм БПС М829 американского танка М1 «Абрамс», который считался самым грозным по поражающей способности.

По моему мнению, неоценимая заслуга В.Н. Венедиктова по защите танка Т-72 и его модификаций состоит в том, что он планомерно занимался вопросами повышения уровня защиты как бы поэтапно, но основательно: от боеприпаса одного могущества переходил к боеприпасу следующему – повышенного могущества: от «Заколки» к «Надежде», от «Надежды» к «Ванту» (названия ОКР по совершенствованию БПС. – Прим. Э.В.) и т. д.

Очень большое внимание уделял В.Н. Венедиктов вопросам обеспечения живучести экипажа и внутреннего оборудования танка. По замечаниям из мест эксплуатации, по результатам испытаний танков Т-72, Т-64 и Т-80 по теме «Каток» и испытаниям контрольных корпусов с башнями танка Т-72 и его модификаций составлялись планы – графики разработки мероприятий со сроками внедрения в серийное производство. Валерий Николаевич постоянно, настойчиво «выжимал» из отделов разработку этих мероприятий. По внедрению их на танке, а также выполнения новых разработок, начальниками военного представительства на «Уралвагонзаводе», на соответствующих извещениях делались особые отметки о необходимости проверки этих мероприятий в составе очередного контрольного корпуса с башней.

В это время практически всеми основными отделами КБ было внедрено на танках ряд крупных мероприятий, повысивших живучесть экипажа и внутреннего оборудования: по противоминной защите и от ударной волны взрыва ядерного боеприпаса, по приведению передней подвески ходовой части в нормальное рабочее состояние; по размещению оборудования в танке (например, ЭМУ и коробки К-2) в местах, наименее нагруженных при снарядных попаданиях; по изменению крепления узлов на броневых деталях через переходные кронштейны, по переносу на внутренние узлы (топливные баки – стеллажи, стеллаж аккумуляторных батарей и др.) с броневых деталей элементов электрооборудования и т. п.

На границе 1970-1980-х гг. В.Н. Венедиктовым была развернута бурная деятельность по модернизации танка Т-62, непосредственным руководителем работ был назначен тот же Н.А. Молодняков.

Силами УКБТМ совместно с ВНИИСтали были найдены схемные решения и разработаны модульные конструкции дополнительной защиты лобовых проекций корпуса и башни, получившие прозвище «Брови». Бортовые проекции корпуса танка были оборудованы резино-тканевыми экранами. Модули дополнительной защиты представляли собой полую многослойную сварную металлическую конструкцию, залитую специальным наполнителем. Предполагалось, что металлические конструкции модулей будет изготовлять «Уралвагонзавод». Оставалось найти изготовителя наполнителя. Валерий Николаевич добился через соответствующие министерства и ведомства расширения производства наполнителя на химическом предприятии в г. Ижевске. После этого был решен вопрос организации производства модулей дополнительной защиты.

Значительно сложнее обстояли дела по модернизации танка в части противоминной стойкости. В это время неизгладимый след в памяти советского народа оставили военные действия в Афганистане ограниченного контингента советских войск для оказания помощи правительству ДРА.

Войска Советской армии были оснащены танками Т-62. Вопрос о повышении противоминной стойкости танков Т-62 обострился, когда душманы начали минную войну. Работы по противоминной стойкости танков Т-62 были поставлены под контроль ВПК при Совете Министров и ЦК КПСС. В срочном порядке при непосредственном участии Валерия Николаевича была разработана дополнительная защита сотовой конструкции передней части днища. Нами совместно с представителем МОП был сделан доклад заместителю начальника отдела ВПК Ю.П. Костенко о конструкции и намеченной организации производства деталей для усиления днища. Мероприятия были одобрены. Танк Т-62, оснащенный ими, был испытан на минный подрыв. Результаты испытаний были признаны эффективными.

Модернизацию танков Т-62 предполагалось проводить на заводах капитального ремонта Министерства обороны. А вот какому предприятию сколько и каких деталей для усиления днища нужно было производить – вопрос оставался открытым. Как остро стояла проблема изготовления узлов и деталей для усиления днища, приведу пример. На одном из совещаний у начальника 7 ГУ МОП о состоянии дел по усилению днища на танке Т-62 начальник главка В.Я. Нежлукто спросил: «Какой предполагается порядок сборки конструкций для усиления днища?» Я стал докладывать. А когда произнес слова: «Несущую раму конструкции и броневые листы к ней мы предлагаем изготовлять на Уралвагонзаводе…» В.Я. Нежлукто вдруг вскочил на ноги и закричал: «Вы кто? Вы где работаете? Вы понимаете, что это очень большая загрузка завода! Я вас выгоню с работы!» Но не выгнал.

Для решения этого сложного вопроса у начальника 7 ГУ МОП собрали представителей промышленных и военных организаций. В начале рабочего дня, убедившись в том, что ни одна организация не намерена на себя брать большой объем работ, В.Я. Нежлукто, сказал: «Пока не договоритесь, из этой комнаты никто не выйдет». И покинул свой рабочий кабинет.

Деваться было никуда! К 17 часам дня договоренность была достигнута и даже составлены перечни узлов и деталей, которые должно было изготовлять каждое из предприятий. Конечно же, эта разборка не прошла без моих консультаций и выслушиваний советов Валерия Николаевича.

Как мне казалось, В.Н. Венедиктов не любил общаться с чиновниками любого ранга. Это мне приходилось неоднократно наблюдать. Находясь в Министерстве оборонной промышленности или в Министерстве обороны, перед посещением руководителей Главных Управлений, он не заходил в кабинеты младших сотрудников, в отличие от других главных конструкторов – А.А. Морозова, Н.С.Попова, Н.А. Шомина. Каждый из названных главных конструкторов, прежде чем зайти к старшему по рангу чиновнику, как правило, общался с младшими. Мне кажется, такое поведение Валерия Николаевича не давало ему ничего хорошего, так как младшие чиновники, как правило, много знают и могли дать совет В.Н. Венедиктову в выработке решения по тем или иным важным вопросам. Валерий Николаевич довольно часто отправлял на совещания в вышестоящие организации, в том числе и на коллегию МОП, за себя своих заместителей, находя для этого убедительный повод.

Валерий Николаевич очень любил трудовой коллектив КБ. От него можно было часто слышать, что ему без такого сплоченного, слаженного коллектива ничего бы не сделать и не добиться.

Венедиктов был одинаково внимателен к каждому члену своего коллектива – и к своему заместителю и к уборщице. Хочется проиллюстрировать это примером.

Моему брату – исследователю Владимиру Дмитриевичу Тумасову, мастеру спорта СССР по мотоциклетным видам спорта, тяжело заболевшему после многочисленных травм, необходимо было пройти обследование в онкологическом отделении специализированной больницы. Однако свободных мест в больнице не было. А брат при этом мучился от сильных болей в позвоночнике (первичный диагноз – рак позвоночника в поясничной области). Валерий Николаевич, отложив все свои дела, занялся этим вопросом. Он настоял на немедленном размещении в онкологическом отделении этой больницы Тумасова, проведении медицинского обследования и назначении эффективного лечения. Страшный диагноз подтвердился. Но после проведенной операции и прохождения курса лечения В.Д. Тумасов прожил еще около 5 лет!

Заботливое отношение Валерия Николаевича к труженикам КБ заключалось и в том, что как правило, он каждую неделю совместно с членами партийного и профсоюзного комитетов КБ проводил приемы членов коллектива по всяким житейским вопросам. В ходе этой работы многим работникам оказывалась необходимая посильная помощь.

В моей памяти отложилось ощущение того, что Валерий Николаевич, уже проживая в г. Челябинске, очень скучал о Нижнем Тагиле, о родном коллективе КБ. Как-то я позвонил Валерию Николаевичу в Челябинск с сообщением о причитающемся ему гонораре по изобретениям. По-моему, сообщение о гонораре не произвело на него никакого впечатления. А вот звонок из Тагила его очень взволновал. Посыпались его вопросы: «А помните, как мы сделали это…?», или «А помните, как мы выполнили то…?» Чувствовалось, что Валерию Николаевичу очень не хватало общения с коллективом, где прошли его плодотворные, полные творчества лучшие годы. Эти разговоры по телефону с Валерием Николаевичем у нас были долгими…

Подытожу сказанное мной: Валерий Николаевич Венедиктов был грамотным специалистом высочайшего класса с государственным мышлением. Конструктором с большой буквы, руководителем большого коллектива.

Он видел далеко развитие событий в танкостроении.

А.Ф. УСКОВ

В период с 1966 г. по 1972 г. я был военным представителем на «Уралвагонзаводе», в том числе с 1969 г. по 1972 г. при «Отделе 520» (позднее – УКБТМ) и «Опытном цехе 540». В этот период времени шла отработка танка Т-72. Поэтому мне часто приходилось пересекаться с главным конструктором танка Т-72 Валерием Николаевичем Венедиктовым. Хочется отметить его высокую целеустремленность в достижении результата. В ходе отработки танка Т-72 выявлялось много недостатков. Он больно переживал из-за этого и принимал все меры, не считаясь с возникающими трудностями и тратой личного времени.

Вспоминается один случай, когда в процессе пробеговых испытаний срезало поддерживающий каток и испытания были остановлены. О ходе испытаний постоянно докладывали в министерство и в отдел ЦК. Задержка в испытаниях нового танка не допускалась. Как раз в эти сутки я работал в ночную смену, и все происходило на моих глазах. Валерий Николаевич создал ударную бригаду из конструкторов, технологов, рабочих разных цехов и механика-водителя (он же высококлассный слесарь). Эта бригада за одну ночь, под его личным контролем, разработала новую конструкцию поддерживающего катка, разработала технологический процесс изготовления деталей, изготовила их, к утру произвела сборку и крепление поддерживающего катка на новом месте и предъявила мне как военпреду для принятия установки катка на соответствие новым техническим условиям. Все было сделано как надо, я, естественно, все принял. Валерий Николаевич был очень удовлетворен достигнутым результатом и на моих глазах расцеловал всех присутствующих членов бригады. Такое отношение к работе, строгое и в тоже время сердечное отношение к людям было для него характерно всегда.

Как главный конструктор он умел быстро оценивать возникающие ситуации и сразу принимал решение. В этом отношении вспоминается один пример. После усовершенствования ходовой части на танке Т-72 в части улучшения ее динамических характеристик мне пришлось проверять результаты доработки в процессе пробега за рычагами танка. Валерий Николаевич вместе с конструкторами приехал понаблюдать за ходом пробеговых испытаний. Однако он долго не задержался при этом процессе. После того, как я с места разогнал танк и на большой скорости преодолел канаву, которая отделяла исходное положение танка от трассы для пробеговых испытаний, он сразу сел в машину и уехал. Мне об этом было неизвестно. Сделав круг по трассе, я полагал, что он будет стоять около трассы и наблюдать за движением танка. Не обнаружив его, я несколько расстроился, подумав, что здесь что-то не так. Потом выяснилось, что за какие-то 100 м разгона танка и преодоление канавы он уже сумел оценить достигнутый уровень динамических характеристик ходовой части танка, и больше времени ему не требовалось.

Вот таким помнится мне Валерий Николаевич Венедиктов, хотя с того времени прошло уже почти 40 лет.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю