Текст книги "Служить и защищаться (СИ)"

Автор книги: Хелена Руэлли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)

Глава 54

Выйдя на вечерние улицы города, Элина вздохнула с облегчением. Ей не доставил удовольствия допрос, в отличие от Дэвлина.

– Слушай, Эли, я побегу, а? – Дэвлин не преминул напомнить о себе. – Меня ждут, да и мальчики там без присмотра…

– Конечно, – рассеянно кивнула Элина и тут же добавила, – спасибо тебе за помощь. Отдыхай, ты заслужил.

Брови Дэвлина поехали вверх.

– Я думал, ты скажешь что-то типа "свободен" или "можешь идти". А тут – целое спасибо…

– Ладно, – усмехнулась Элина, – свободен, можешь идти.

Дэвлин с Рэйшеном фыркнули, и Дэвлин заторопился покинуть город, пока не заперли ворота на ночь. Рэйшен дождался, пока Дэвлин скроется из виду, и спросил:

– Как ты собралась отправить в Глорк этого… Тибула? Мы будем возвращаться и потащим его с собой?

– Нет, конечно. Я не собираюсь делать из королевских экспедиторов каких-то тюремщиков. Этот парнишка, сын казначея, поедет домой, вот и прихватит с собой нашего преступника. Солдат у него в сопровождении предостаточно.

– А если он откажется?

– Я ведь и приказать ему могу. Он знает и о королевском кольце, и о королевских полномочиях. Не откажется. Приедет в Глорк героем, как-никак, притащил бандита, замешанного в заговоре против короля.

– А мы когда вернёмся?

Элина вздохнула. Она сама не знала, но явно не скоро.

– Рэйшен, если хочешь, поезжай в столицу с этим Лонвалем…

– Не хочу. На что мне эта столица? А сама-то ты куда хочешь?

– У меня уже нет права хотеть. Мне надо дождаться реакции короля на всё произошедшее. Лонваль напишет письмо отцу, – Элина не удержалась от подколки, – твоей любимой гномьей почтой. А казначей найдёт способ доложить королю. Короче, карту надо бы составить… Ну, карту территорий клана Эльгиниррок. А теперь ещё надо изловить Гвенедд… И этот клятый Тахирджон, жаль, что Дэвлин его не поймал тогда…

– А я думал, что в Жадвиль придётся ехать, – неожиданно сказал Рэйшен. – Если Талула добыла яд для короля, её тоже судить надо. И повесить.

– Надо, – вяло согласилась Элина. – А тебе её не жалко? Вы всё-таки долго были вместе и всё такое…

– Да ну, – отмахнулся Рэйшен, – когда это было…

– Но мы не можем ехать ни в Жадвиль, ни в Глорк, пока у меня на хвосте сидит Гвенедд со своей собачкой Тахирджоном. Они будут пытаться меня убить снова и снова. И однажды достанут. Тахирджон прикрывается кровной местью, я его, конечно, понимаю. А Гвенедд хочет получить тебя обратно. И вернуть в свой клан. Думаю, её отцу ты больше нужен как солдат, неспроста он тут территории разведывает.

– Ну и фантазия у тебя, Эли! – изумился Рэйшен. – Надо ж такое придумать!

– Нет у меня больше сил придумывать. Домой хочу. Устала, еле ноги тягаю.

Рэйшен готов был нести её на руках до караван-сарая, но Элина, конечно, ни о чём его не попросила и даже не опёрлась на его руку, подставленную как бы невзначай. Это было понятно: после язвительных слов Дэвлина Элина не хотела показывать свою слабость. В точности как дроу.

* * *

Келе вернулся поздно, потому что ждал, пока девушка в швейной мастерской закончит возиться с Элининой формой. Работы оказалось много: на одежде засохла кровь и грязь, но стирать возможности не было, и девушка-мастерица отчищала ткань как могла. Потом требовалось аккуратно зашить рукав и бок, которые поспешно распарывали у лекарей. А так как девушка оказалась не только мастеровитой, но и любопытной, работа вперемежку с беседой продлилась до вечера.

Держа в руках свёрнутую хозяйскую форму, Келе шагал по караван-сараю и думал, что, пожалуй, свобода – это не так уж плохо, как ему показалось вначале. За знакомой дверью слышались голоса. Келе навострил уши и, узнав оба голоса, сразу поник. С Элиной пришёл Рэйшен. Привкус свободы оказался с горчинкой.

– А, явился! – Рэйшен говорил так, будто это он был хозяином Келе. – Тебя только за смертью посылать.

Келе глядел на хозяйку: лицо бледное, уставшее, под глазами залегли тени. Ей бы прилечь, отдохнуть. Или вина горячего со специями. Неужели Рэйшен этого не видит? А если не видит, значит, Келе сделает всё сам. Хозяйка внимательная, она оценит и поймёт, кто старается ради неё, а кто…

– Брось эти тряпки! – продолжал командовать Рэйшен. – Надо воды тёплой принести. И бинтов.

Келеах тонко улыбнулся, убедился, что Рэйшен видел эту полуулыбку и взъярился, и лишь тогда положил Элинину форму и вышел. Рэйшена он боялся, но знал, что при Элине не посмеет ничего сделать.

– Эли, выгони его! Достали эти его ухмылочки!

Элина, уставшая до полусмерти, нашла в себе силы съязвить:

– А что не так? Ухмылочки не нравятся? А когда ты вот так же ухмылялся в лицо Витерию, король почему-то не спешил тебя выгнать! А он тебя так же недолюбливает…

Рэйшен прекрасно помнил, как Элина унижалась перед Витерием, умоляя его не трогать дроу. Поэтому сейчас дроу лишь шумно выдохнул и произнёс:

– Надеюсь, этот болван способен хоть воды принести… У тебя повязка присохла, отдирать больно будет.

* * *

Руфус возвращался от лекарей, немного успокоившись. Первый восторг по поводу чудесного "излечения" утих, и теперь молодой человек обдумывал слова, подслушанные у гномов. Почему Эдилер хочет сколотить свою, гномью дружину по охране порядка на улицах? Ну, подумаешь, у Лориллы вырвали в толчее сумку из рук, так в родном Жадвиле такое было сплошь и рядом, да и в Глорке надо было держать ушки на макушке. Тем более, что Лоркан сумку нашёл и вернул хозяйке.

И какая связь между порядком на улицах и налогами, что собирает король? Отец Руфуса тоже считал, что король берёт себе слишком много. Хватит, мол, кормить столицу, надо и себе чуть-чуть оставлять. Вообще в налогах и податях Руфус не разбирался, а отец не спешил ничего ему объяснять.

И отчего Лорилла так отговаривала своего мужа от создания гномьей стражи? У кого бы спросить? Лоркан, как обычно, лишь обругает. Ингерам тоже не слишком разбирается в таких вещах. Дроу Руфус даже в расчёт не брал. Келеах понятия не имеет о мироустройстве, а Рэйшен… Тоже не имеет. Спрашивать надо у Элины. Отец её терпеть не мог, но считал, что она хитра и опасна. Значит, она сможет объяснить, что тут происходит. Заодно и порадуется за Руфуса и его здоровье.

Глава 55

Ночь тёмной рекой затопила Рудный Стан, поглотила улицы, дома, городские стены, разлилась до самых Синих гор и прильнула к их широкой и холодной каменной груди. Внизу, в катакомбах клана Эльгиниррок, продолжалось веселье. Оно приняло не совсем пристойные формы к великой радости «лучших парней казармы» и некоторому замешательству Дэвлина. Однако порция фасах-травы примирила его с действительностью, а Мадогу и Меуригу придала новых сил. Женщины клана просто радовались жизни, гостям и щедрым милостям новой матроны.

При свете лампы Рэйшен сердито сверкнул глазами на Келеаха, и тот чуть не выронил таз с тёплой водой. Да, в помощники такого не возьмёшь, особенно если нужно сменить повязку. Вдобавок у Рэйшена не хватило терпения размочить повязку как следует, и в результате его стараний Элина взвыла и попыталась треснуть незваного лекаря кулаком. Всё обошлось, драки не случилось, а рана, заботливо обработанная настоящими лекарями, уже начинала затягиваться.

– Всё же Дар Дриады – отличная штука, – самодовольно отметил Рэйшен, будто это он облагодетельствовал Элину таким подарком. – Всё заживает, как на дроу. Смотришь, завтра и повязка не понадобится.

– Может, и сегодня уже не надо, – пробурчала Элина.

– Надо, надо.

За дверью послышался шум, разговор и возня.

– Дара Элина, к тебе Руфус! – громко сообщил Келе из-за двери.

– Мелкий паскудник, нет от него покоя ни днём, ни ночью, – сквозь зубы процедил Рэйшен и тут же рявкнул, – пусть ждёт!

Руфус, впрочем, не сильно расстроился. Он немедленно принялся нашёптывать Келеаху о своих сегодняшних приключениях. Келе был благодарным слушателем: не перебивал, кивал и поддакивал в нужных местах. Под конец Руфус так увлёкся, что проболтался о том, с кем он так весело провёл время. Келе, до того слушавший вполуха, чуть не подскочил на месте.

– Ты что, Руфус! Как ты мог! У неё жених! А если он узнает?

– Тоже мне жених, – с лёгким презрением отозвался Руфус, – сын пекаря. Что он мне сделает?

– Тебе – ничего, а девушке жизнь может испортить!

Руфус непонимающе глядел на приятеля. Такие мелочи, как жизнь девчонки с постоялого двора, его не заботили. Что, в конце концов, с ней станется?

– Это подружка Полли. Если она пожалуется, а Полли расскажет хозяйке…

Руфуса по-прежнему ничего не смущало:

– Да я и не собирался от дары Элины имя девчонки скрывать. Келе, да что ты, в самом деле?! Я-то думал, хоть ты за меня порадуешься, а ты…

– Я очень рад за тебя, правда, но что-то меня тревожит… Некрасиво как-то вышло.

К этому моменту Рэйшен уж закончил "перевязку", а точнее, обматывание Элининого плеча и руки толстым слоем ткани, а сама Элина нырнула в рубаху, зашипев от боли и неудобства. Пришлось Рэйшену соорудить и поддерживающую повязку.

Руфусу пришлось подождать ещё немного, пока Келе принёс для Элины подогретого вина со специями и тарелку с какими-то гномскими закусками.

– А мне? – недовольно спросил Рэйшен.

Келеах проигнорировал и соперника, и его вопрос. Вот ещё, он теперь свободный дроу и не обязан выполнять прихоти кого попало! У него есть хозяйка, и он слушает только её. Ноздри Рэйшена раздулись. Его терпение иссякло, и наглого раба следовало проучить.

– Келе, – мягко проговорила Элина, – принеси, пожалуйста, и ему порцию. И себе с Руфусом возьми вина, гномы пусть запишут на мой счёт.

При этом она ласково коснулась его плеча и красиво уложенных волос. Цирюльник молодец, постарался как следует, теперь бывший раб выглядит по-человечески, то есть, тьфу, просто хорошо выглядит. Келеах взглянул на хозяйку, придав лицу обожающее и преданное выражение. Впрочем, она, кажется, на это не купилась. Зато Рэйшен дошёл до точки кипения. Отметив это, Келе рыбкой скользнул за дверь. Руфус, не отличавшийся умом и наблюдательностью, ничего не понял, но почувствовал, что в комнате витает некое напряжение.

Элина откинулась на тощие подушки. Рэйшен пытался их взбить, но практики у дроу в этом деле было маловато, так что результатом стала лишь парочка вылетевших на пол перьев.

– Руфус, что случилось? Ведь ты же не просто поболтать пришёл в такой поздний час?

Руфус растерял все слова и промычал что-то невнятное. Мрачный взгляд Рэйшена не прибавлял уверенности в себе. Элина отхлебнула подогретого вина. Рэйшен демонстративно принюхался к питью, но не нашёл, к чему придраться. Руфусу тоже захотелось выпить чего-нибудь для храбрости. Хорошо бы Келе поскорее вернулся. Элина выжидательно смотрела на Руфуса, и он наконец решился. Он честно рассказал о своём флирте с Тати и обо всём, что из этого получилось. Он признался, что очень обрадовался, потому что проклятой Гвенедд не удалось лишить его мужской силы. И что Эдилер Кристалфист не одобрил поведения Руфуса с точки зрения нарушения процесса лечения. Рэйшен при этих словах закатил глаза.

– Я надеялся, что ты, дара Элина, порадуешься моему излечению, – обиженно проговорил Руфус, вмиг став похожим на капризного ребёнка.

– Я радуюсь, – Элина говорила вполне серьёзно, – на самом деле радуюсь, причём куда больше, чем ты можешь себе представить.

Рэйшен метнул на Элину беспокойный взгляд: уж не собирается ли она поделиться с Руфусом сведениями о состоянии самого Рэйшена?

– Однако я знакома с матерью этой девушки, – продолжила Элина, – и мне вовсе не хочется выслушивать от неё жалобы и обвинения.

Руфус не знал, что на это ответить. Зато Рэйшен ответил с солдатской прямотой:

– Клодия может ничего и не заметить. В последнее время она спуталась с Лорканом, так что её контроль за дочерью изрядно ослаб.

Элина схватилась за голову, чуть не выронив при этом опустевший кубок:

– Путается с Лорканом?! А получше она никого не нашла?! Надеюсь, уж он-то не прибежит сюда, чтобы поделиться со мной впечатлениями.

Руфус и Рэйшен бессовестно заржали.

– Нет, Эли, Лоркан поделится впечатлениями с Ингерамом. Ему этого достаточно, к тебе бежать он побоится.

Келеах принёс вино и закуски, и разговор возобновился. Рэйшен прочно занял позицию рядом с Элиной и победоносно глянул на бывшего раба, мол, тебе тут ничего не светит!

– Я очень рада, Руфус, что ты здоров. Для меня очень важно было это услышать. Но прошу тебя, оставь в покое эту девушку, нельзя, чтобы королевские экспедиторы были замешаны в скандал.

Руфус улыбался и кивал. Он знал, что не послушает этого доброго совета. Элина тоже знала. И знала, что не будет проверять Руфуса, потому что завтра с самого утра надо организовать конвой для арестованного по имени Тибул.

Глава 56

Ночью в участке Городской Стражи очень скучно. Никто не хочет нести вахту ночью, ведь спать нельзя, а заняться особо нечем. Сегодняшняя ночь стала особенно противной, потому что впервые за долгое время в участке появился арестованный.

В Рудном Стане преступников немного, это очень спокойный и благопристойный город. Конечно, есть мелкие воришки-карманники, базарные жулики и нечистые на руку торговцы, но они не опасны. Таких достаточно припугнуть, и они уже готовы и штраф оплатить, и прощенья у обжуленного простофили попросить.

Сегодняшний мужик совсем другой породы. Если бы не сломанная нога, наверное, пришлось бы подкрепления просить. А может, даже на поклон к той бабе из столицы идти, просить, чтобы своих страшных дроу прислала. Кто ещё справится с таким бандитом? Только ещё худшие бандиты! А то, что Тибул бандит, не вызывало у стражников никакого сомнения: и ухмыляется не хуже этих диких дроу, и человека убить ему – что муху прихлопнуть. Стражники слышали, что он рассказывал на допросе, и сразу поверили, что он мог совершить любое злодейство. Вон, не побоялся же в эту бабу стрелять из лука, не посмотрел даже, что её злющие дроу охраняют…

В общем, спать было нельзя ни в коем случае, не приведи Небеса что случится! Стражники, как и полагалось, вначале обошли здание по кругу. Ничего подозрительного не обнаружилось. Впрочем, всё так и должно было быть. Посидев немного внутри, стражники проведали арестованного. Он сидел в своей "кладовке", напротив зарешеченного окошка, прислонившись к стене.

– Ты это, – сказали ему стражники, – поспал бы лучше. А то потом мало ли как сложится!

Тибул оскалился в ответ:

– В Бездне отосплюсь. Но спасибо за беспокойство.

Стражники проверили, насколько хорошо заперта дверь, чем вызвали приступ невесёлого смеха у Тибула:

– Думаете, я куда-то сбегу? С такой-то ногой? Даже если повезёт, и меня не повесят, я уже никогда бегать не смогу…

Стражникам не полагалось вести долгие беседы с арестованными, поэтому, убедившись, что всё в порядке, стражники вернулись к себе. От скуки решили сыграть в кости. Азартные игры в участке были строго запрещены, но кто ж узнает? Игра шла с переменным успехом, но в конце концов удача повернулась лицом только к одному из играющих. Проигравший немного поругался, но после со вздохом согласился заказать пива в ближайшей к участку забегаловке. Что поделать, настоящие мужчины не играют на интерес.

В тихом Рудном Стане в такое позднее время почти все кабачки и трактиры были закрыты, но кто ж откажет стражам порядка? Вот и сонный хозяин забегаловки не посмел. Шепча что-то сквозь зубы, он спустился в тёмный погреб и наощупь нацедил здоровенный кувшин пива. К пиву уважаемым стражникам захотелось колбасы и хлеба. Пришлось дать и это. Денег, конечно, платить они не собирались. Хозяин проводил обнаглевших стражников и запер за ними дверь.

– Как всегда, не заплатили? – принялась пилить его жена. – Сколько можно это терпеть? Обирают как хотят, за что мы только налоги платим…

– А кому ты пожалуешься? – с философским видом вопросил хозяин, забираясь в ещё не остывшую постель. – Префект и слушать не станет, это всё его люди, а до короля далеко…

– Зато есть королевские эс…ис… ик… Тьфу, ну и слово придумали, не выговоришь! – в сердцах проговорила жена. – Ну, женщина у них главная, которую подстрелили возле цирюльника. Та, за которой дроу ходят. Ей можно прошение подать. А уж она решит, сама разберётся с этими лихоимцами али королю передаст.

– Глупая ты баба, – проворчал хозяин забегаловки, ворочаясь с боку на бок. – А вообще, конечно, видно будет, может, оно и правильно…

Выпивка на дежурстве – это было ещё хуже азартных игр. Но начальство уж точно до утра не появится. И вообще, нынче начальство, включая самого префекта, ходит на цырлах перед этой бабой из Глорка. А баба со своими дроу уже убралась восвояси, противно даже подумать, чем они там теперь занимаются. Но главное – сейчас они здесь не появятся.

Стражники хлебнули пива и, чуть захмелев, стали рассуждать о том, какие же дрянные настали времена. То ли дело раньше! Тогда никакой дроу не смел и носа сунуть в город, не то что по крышам носиться и стрелять в добропорядочных горожан. Видимо, благодаря пиву у них как-то выскочило из головы, что раньше Рудный Стан терроризировали брат и сестра, возглавляющие здешний клан дроу. Ни один стражник не посмел бы остановить эту неуправляемую парочку. Рассуждения "а вот раньше" продлились почти до самого рассвета.

Да, и пиво раньше было лучше, а это жидкое какое-то. Видать, хозяин кабачка совсем обнаглел, разбавил пиво водой. И кому, спрашивается?! Защитникам своим, которые охраняют его от диких дроу и днём, и особенно ночью! Негоже такое пиво стражникам пить!

– Но не выливать же?

– Ик! Выливать нельзя! Но можно арестованному дать, может, в последний раз он пива попьёт!

– Надо бы, как-никак, он тоже человек! Для сугреву и лечения! Он же от энтих дроу пострадавший!

Идея обоим стражникам очень понравилась. Они прихватили остаток пива в кувшине и фонарь и отправились к помещению, где держали Тибула. Дверь отперли не без труда, и виновато в этом было выпитое пиво. Зато Тибула стражники увидели в том же положении, в которомего и оставили. Он по-прежнему сидел, опираясь спиной о стенку напротив зарешеченного оконца и, казалось, спал, опустив голову на грудь.

Вдруг фонарь дёрнулся в руке одного из стражников.

– Постой-ка, это ещё что? – его голос стал абсолютно трезвым.

Стражник вытянул вперёд руку с фонарём. И в этом неверном дрожащем свете стало видно, что по шее и груди Тибула сбегают вниз чёрные дорожки. Не пить больше пива Тибулу – кто-то всадил маленький узкий кинжал узнику прямо в горло.

Глава 57

Когда Элину потрясли за плечо, она подскочила. Нет, рука больше не болела, Дар Дриады по-прежнему делал своё дело, заживляя раны с потрясающей скоростью. Побудка в такую рань означала только одно – неприятности. Судя по лицам Рэйшена и Лоркана, крупные неприятности. За спинами Элининых людей (и нелюдей) маячил какой-то смутно знакомый мужик. Вид у него был мрачный и виноватый.

– Чё надо? – спросонья невнятно проговорила Элина.

Рэйшен ухватил мужика за шиворот и, словно паршивого кутёнка, выволок вперёд. Тот не сопротивлялся и, чуть помедлив, начал рассказ о ночном происшествии в участке. По мере рассказа сон отступал от Элины.

– А сам-то ты кто такой? – спросила она.

– Я старший по этому участку, – нехотя ответил мужик.

– Ага. Старший. Понятно, – и, чуть помедлив, Элина рявкнула, – все вон отсюда! Дайте мне одеться!

Рэйшен и Келеах не торопились покидать Элинину спальню, вызывающе уставившись друг на друга. Нашли время, бараны! И Келе что-то сильно осмелел, волю, видать, почувствовал. Под гневным Элининым взглядом оба дроу нехотя убрались за дверь. Теперь можно было размотать тугую повязку и одеться по-человечески. Почищенная форма сидела почти так же хорошо, как раньше. Молодец Келе, не зря целый день вчера где-то проболтался, работу сделал отлично. Надо не забыть похвалить. Тайно от Рэйшена. Тьфу, вот уж нашла проблему! Тут прирезали ценного арестанта, замешанного в заговоре против короны, а она думает о склоках между дроу!

– Идём в участок, – бросила Элина всем, кто толпился за её дверью.

– Хозяйка, может, хоть поешь? – робко заикнулся Келе.

– Позже! – Элина начала раздражаться, и вот что получил бывший раб вместо похвалы. – Жди здесь! Без дела по городу не ходи!

И Келе остался, а старший стражник по участку, а также Рэйшен, Лоркан и Ингерам повлеклись за невысокой женщиной с растрёпанными тёмными волосами.

* * *

Лонвалю принесли письмо от отца спозаранку, молодой человек ещё спал и видел очень интересные сны. В них фигурировала статная девушка с толстой светлой косой и ясными, словно летнее небо, глазами. Наверное, поэтому Лонваль очень удивил посыльного, приложив письмо к носу и блаженно закатив глаза.

– Дар Лонваль? – неуверенно спросил посыльный.

Голос постороннего человека вывел Лонваля из состояния сладкой полудрёмы.

– А? Что такое?

– Это письмо от дара казначея, – повторил посыльный.

– Да-да, благодарю, – Лонваль поспешно отнял конверт от лица и потянулся за кошелём, чтобы дать посыльному мелкую монету за услугу.

Оставшись один, юноша плеснул в лицо прохладной воды из тазика для умывания, чтобы отогнать яркие ночные видения и сосредоточиться на отцовском послании. Отец писал, как обычно, сдержанно и несколько иронично. Да, ему удалось переговорить с королём, новая фаворитка не имеет большого влияния на адара, так что её требования притащить эту простолюдинку и наказать её по всей строгости успехом не увенчались. Адар, обдумав всё как следует, решил, что новые подданные ему нужны, это будет полезно для его образа как мудрого и понимающего правителя, собирателя земель Атрейи. Кстати, неплохо бы составить карту новых земель, пусть даже приблизительную. Если в команде дары Элины есть человек (или не человек, это неважно), который может это сделать, пусть сделает. Если нет – пусть наймут подходящего умельца, Рудный Стан к границе близко, умелец найдётся. С дроу пусть договаривается сама дара Элина.

Конечно, казначей не стал писать сыну, как трудно было успокоить взволнованного монарха. Он побаивался дроу, а потому и недолюбливал их. Вначале король возмущался:

– Нашла кого ввести в число подданных Атрейи! Дроу! Дроу!!! Диких, злобных и… И нецивилизованных! А всё отчего?! Отчего, я тебя спрашиваю, дар Колле! Оттого, что она спит с одним из них! И я это терплю!

На сдержанное замечание о том, что Элина имеет право спать с кем угодно, потому что не принадлежит семье короля и не является его, кхм, фавориткой, Витерий неожиданно ответил:

– И очень плохо. Лучше бы была. Я, между прочим, думал, не дать ли ей какой-нибудь скромный титул и право пожизненного пользования какими-нибудь землями…

– Она не согласится, адар.

– Знаю. А если дать ей титул баронессы Жадвильской? Пусть едет туда со своей бандой и наводит порядок, а?

– Это громкий титул, и с баронством уже связан скандал. Вдобавок такие титулы не даются просто так, адар. Они давались после войны за объединение королевства, но сейчас…

– Да, войны сейчас нет, и хвала Небесам за это!

– И нашему мудрому правителю, – угодливо добавил казначей.

Витерий принял лесть благосклонно.

– Так вот, за раскрытие заговора против короны было бы возможно…

– Но, адар, заговор не раскрыт полностью. Дара Элина так и не узнала, кто поставщик отравленного вина, поэтому со временем может зародиться новый заговор, и к этому преступнику или преступникам могут обратиться очередные заговорщики.

У Витерия сразу испортилось настроение. Не слишком приятно обнаружить, что твой собственный сын, твой первенец, твоя гордость злоумышляет против тебя, потому что, мол, старик зажился на свете.

– Элина нашла гнездо заговорщиков здесь, в замке, – хмуро отметил король, – не думаю, что в ближайшее время история повторится. Но ты прав, она обойдётся без титула. Пусть её любимые дроу ей титулы присваивают.

Казначей умолчал о том, что уже присвоили и даже присягнули на верность. Вдобавок разговор пришлось прервать, потому что прекрасная Шайлих всюду совала свой прехорошенький носик, а потом, видимо, доносила мужу всё, что удалось разнюхать. А уж Квирка никак нельзя было причислить к друзьям короны.

В конце письма Лонвалю разрешили (или потребовали, тут уж как посмотреть) остаться в Рудном Стане, желательно свести с дарой Элиной знакомство поближе, чтобы быть в гуще событий. Можно поддерживать дружбу с Руфусом Жадвильским, но быть осторожным, чтобы он не впутал молодого перспективного придворного в дурную историю.

Дочитав до конца, Лонваль подскочил с радостным криком и станцевал вокруг кровати что-то невообразимое. Дроу бы обзавидовались. Честно говоря, юноша в этот миг подумал о Поллианне, у него появлялась прекрасная возможность провести рядом с этой красоткой больше времени. Предостережение отца о дурных историях Лонваль никак не связал с образом юной девушки.