Текст книги "Служить и защищаться (СИ)"

Автор книги: Хелена Руэлли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)

Глава 38

Келеах мгновенно умолк. Рэйшен с насмешливым презрением глянул на него. Раб есть раб, что с него взять.

– Келе, зачем ты здесь? – укоризненно проговорила Элина. – Иди в комнаты, нечего шляться по ночам по всему караван-сараю. Иди, иди, я скоро приду.

Келе, то и дело оборачиваясь, скрылся из виду. Элина повернулась к Рэйшену:

– Что вы на этот раз не поделили?

– Да как обычно, – нехотя буркнул Рэйшен.

– А именно? Я ведь не знаю, что вы обычно делите.

– Тебя.

Рэйшен сполна насладился ошарашенным лицом Элины и не стал ничего объяснять.

– Сама у своего раба спроси. Мне даже говорить об этом неловко.

Элина плохо представляла себе, о чём Рэйшену неловко говорить, но решила и впрямь расспросить раба, что произошло.

– Ладно, Рэй, как хочешь. Но и с тобой надо поговорить. Не в коридоре, конечно.

Рэйшен прикрыл за Элиной дверь, по привычке окинув коридор острым взглядом. Элина, удобно угнездившись на кровати Рэйшена, сразу перешла к делу:

– Значит, так: со стороны короля нам ничего не грозит, разве что мне он устроит выволочку по возвращении. Но здесь опасно, меня могут укокошить в любой момент, начиная с завтрашнего полудня, если мой план не удастся.

– Стой, стой, давай по порядку! Кто тебя укокошит и за что?

Элина вкратце объяснила, отчего эльфы могут решить, что Элина – лишний элемент в здешней картине мира. Теперь ошарашенным выглядел Рэйшен.

– Вот это да! А я-то думал, что наш Тэбдин – помнишь лекаря из моего клана? – выжил из ума и болтает старческую чушь! Мол, Шианнон не хочет допустить, чтобы у нас родились дети и всё такое, поэтому так шарахнула тебя молнией…

При воспоминании о Тэбдине, которого она прозвала "доктором Менгеле", Элина скривилась. Да и про Шианнон, мать Рэйшена, вспоминать не хотелось.

– Эли, а что за план у тебя?

Элина рассказала, с каким поручением Лоркан отправлен по злачным местам. Рэйшен вскочил с места, явно раздосадованный:

– Почему он? Почему не я? Или ты думаешь, что я справился бы хуже?

– Рэйшен, мне нужно, чтобы громилы не могли точно описать внешность человека, нанявшего их. Лоркан подходит идеально, он неприметный, а тебя всякий назовёт.

– Ну и что?! У тебя королевская грамота и кольцо наследника! Ты можешь делать всё, что захочешь!

– Но не грабить же подданных короля!

– Да ты можешь просто запретить Лорилле идти в горы! Прикажи вернуть флакон с твоей кровью!

– Дело получит огласку. Слухи расползутся и дойдут до вольных гномов, а потом и до эльфов. Раз я вначале сдала образец крови, а потом пошла на попятный, значит, я точно знаю, что обнаружат в моей крови эльфы. И меня по-прежнему надо убрать, чтобы не разбавлять кровь дроу, не смешивать расы. А так – Лориллу ограбили случайные воришки, а её подозрения и догадки – это лишь подозрения и догадки.

Рэйшен принялся мерить широкими шагами тесную комнату.

– Эли, тебе надо быть осторожнее. Слишком уж дерзко ты себя повела.

– Не думала услышать это от тебя! Тебе и самому надо вести себя потише, я-то знаю, зачем тут Гвенедд шарится! Она за тобой охотится, не иначе!

Рэйшен несколько смутился. Он не думал, что Элине известно о том тайном визите Гвенедд. Как она узнала? Сама подглядела или донесли? Интересно, кто? Может, это её раб расстарался, чтобы представить Рэйшена в наихудшем свете?

– Прогони его! – вырвалось у Рэйшена. – Продай или передари!

– Кого? – Элина не поняла хода мыслей дроу.

– Твоего раба! Он достал меня! Я за себя не ручаюсь!

Элина ухватила Рэйшена за руку, ощутив под пальцами мозоли на его ладони от оружия, и усадила на кровать.

– Прекрати мельтешить и постарайся думать хладнокровно. Ну, куда я его выгоню? На улицу? И куда он пойдёт? В бордель?

– А хотя бы и так! – выпалил дроу.

Элина встала рядом с Рэйшеном. Когда он сидел, а она стояла, они были почти одного роста, и Элина могла смотреть дроу прямо в его упрямое лицо. Она не удержалась и ласково взъерошила его светлую шевелюру.

– Рэйшен, я совсем не хотела такого подарочка, и он мне действительно не нужен. Но выбросить его, словно надоевшего щенка, я не могу. Я подумаю, что с ним делать. Но для меня это не самый важный вопрос, пойми. Если меня придут убивать, судьба Келе больше от меня зависеть не будет… И эльфам плевать на все мои полномочия, ты сам это знаешь…

Элина гладила Рэйшена по лицу, по длинным нервным ушам. Постепенно яростный блеск в его фиолетовых глазах угас, и дроу прижал Элинину руку к своей щеке:

– Всё уладится… Ты справишься, я уверен.

Элине было приятно, что Рэйшен так верит в неё. На какой-то миг ей показалось, что всё как прежде, что можно прижаться к его горячему телу и забыть обо всех заботах в его объятиях… Однако Рэйшен мягко отстранил её и покачал головой:

– Прости, Эли… Ничего не выйдет. Наверное, я тебе таким не нужен. И насчёт раба я погорячился.

– Рэйшен, не глупи! Ты нужен мне всегда! Любым!

– Любым? А если бы мне руку оттяпали? Или ногу?

– Мне плевать! Подумаешь, рука, нога! Когда мы рванули за тобой, я боялась только одного – что тебя уже убили! Даже не знаю, что бы я тогда с ними сделала…

– Прости меня, Эли, я втянул тебя в неприятности, – теперь Рэйшен искренне сожалел о совершённом поступке. – Я-то больше всего боялся не того, что меня убьют или покалечат, а того, что ты меня не простишь. Ну, ты же говорила, за других женщин…

Элина схватилась за голову и закатила глаза:

– Ты не видишь разницы, когда ты волочишься за другими юбками и когда тебя оглушили и удерживали насильно, фактически в плену!

Рэйшен пожал плечами. Разницы он действительно не видел. Но если её видит Элина, это ему только на руку.

Глава 39

К себе Элина вернулась гораздо позже, чем рассчитывала. Келеах, нетерпеливо ожидавший хозяйку, видел, что она слегка взвинчена. Потянув носом, он ясно понял, что именно бесит Рэйшена. Да, запах другого мужчины слышался отчётливо, вот только раб не мог высказать ни слова недовольства. Впрочем, другой запах внушил ему надежду – запах желания… Однако Элинины слова развеяли эту надежду без остатка.

– Объясни мне, Келе, что ты сказал Рэйшену. Зачем ты вообще полез к нему?! Тебе мало было, что он чуть не придушил тебя? Захотелось довести это до завершения?!

– Я хотел как лучше, – оправдывался Келеах, – я предложил один способ, который мог бы помочь Рэйшену…

Элина навострила уши:

– Какой именно способ?

– Я подумал, что нам следовало бы провести время втроём…

Элина успела раз пять моргнуть, открыть и закрыть рот, прежде чем до неё дошёл смысл сказанного. Её молчание Келе расценил как согласие и продолжил:

– Понимаешь, даже если у Рэйшена ничего бы не получилось, ему было бы полезно просто поприсутствовать, посмотреть…

Келе наконец-то расшифровал выражение Элининого лица и заткнулся. Раньше Элина никогда не задумывалась, как Рэйшен относится к сексу втроём, но, видимо, отрицательно. Удивляло только одно – почему Рэйшен не распустил кулаки и не "поучил" это озабоченное злосчастье.

– Я не знал, что тебе претит мысль об отношениях втроём, – пролепетал Келеах, пытаясь как-то исправить ситуацию. Получилось плохо. – Я слыхал, что человеческие женщины согласны на любые причуды ради утех с дроу… А ты больше похожа на женщин-дроу, чем на людей, и я подумал, что…

Голос его звучал всё слабее, пока не умолк вовсе. Элина не отрываясь смотрела в ореховые глаза Келе, поразившись, до чего дрессировка изуродовала мысли и дух этого несчастного. Он сейчас лишь создавал дополнительные проблемы. Что же предпринять, чтобы во время возможных передряг он не болтался под ногами?

– Келе, принеси мне бумагу, чернила и стилос. Я знаю, у нас тут где-то есть…

Раб покорно выполнил распоряжение. Элина уселась за стол, разгладила желтоватый лист и призадумалась.

– Скажи, Келе, какими словами правильно записать вольную? Ты больше не будешь рабом.

Келеах смотрел на свою хозяйку с таким ужасом, будто у неё выросли рога и хвост. Через миг он бросился перед ней на колени и запричитал:

– Прошу, умоляю, не делай этого! Не гони меня! Куда я пойду?! Я ничего больше не умею! Умоляю, прошу! Просто говори мне, что и как делать, я готов на всё! Если я сейчас сильно провинился, накажи меня, только не прогоняй! Там, на полке, моя плётка! Рядом с ошейником!

Теперь Элина глядела на эту истерику с ужасом. Плётка?! Этого ещё не хватало! Что вообще с этим делать?

– Келе, помолчи и послушай меня, – раба словно выключили. Он всё ещё стоял на коленях, но из его рта не вырывалось ни единого звука. – Я напишу тебе вольную, но выгонять не буду. Я возьму тебя в услужение. Ты будешь следить за моей одеждой, чистить её и разглаживать, выполнять мелкие поручения, прибираться в комнатах, а также собирать седельные сумки и седлать мою лошадь. Денег я тебе платить не буду, ты будешь работать за еду и кров.

Честно говоря, такие условия мало отличались от рабства для Келе, но для Элины было кое-что важное:

– И ты, Келе, больше никогда не будешь лезть ко мне в постель. Сейчас я придумаю, как всё это записать, и с этого момента ты будешь числиться не рабом, а моим комнатным слугой.

Келе молчал: разрешения говорить ещё не было. Он лихорадочно обдумывал, к добру или к худу эти перемены. Кажется, он перехитрил сам себя, стремясь отодвинуть от хозяйки её любовника. Элина тем временем быстро писала, время от времени макая стилос в чернила. Келе заворожённо смотрел на это действо. Он не ожидал, что какая-то человечка может быстро и ловко составить нужную бумагу. Элина закончила, размашисто подписалась, выудила из внутреннего кармана королевское кольцо и поставила печать в конце.

– Теперь ты, – она подвинула стилос и документ Келеаху и добавила, – прочитай вначале, а потом подпиши, здесь, внизу.

Келе продолжал стоять на коленях и внимательно пробежал глазами бумагу. Хозяйка всё предусмотрела, ничего не забыла.

– Если у тебя нет возражений, то подписывай, – настаивала Элина. – Если возражения есть, говори, составим протокол разногласий.

Келе молча подписал.

– Можешь подняться с колен. Ты теперь не раб, и нечего тут ползать и унижаться. Никто не посмеет надеть на тебя ошейник или хлестать плёткой. Запомни это. И теперь ты сам несёшь ответственность за свою жизнь и поступки. Сглупил, полез к Рэйшену, который тебя недолюбливает, – получишь по шее. Думай о последствиях. А вообще, ты увидишь, что свобода – штука отличная. Ты сам можешь распоряжаться своей жизнью, как ты захочешь, понятно?

Келе поднялся. Может, всё будет не так плохо, как он решил вначале. В договоре служба прописана пожизненно, в случае смерти хозяйки опекать Келеаха будет Поллианна, с которой он был уже знакóм. Обязанности были не столь уж обременительны.

– Что мне теперь делать, дара Элина?

Элина устало вытянула ноги:

– Я думаю, нам обоим надо ложиться спать. В разных комнатах!!! А вообще, завтра с утра метнёшься к гномам, пусть чинят нашу дверь, что за безобразие такое, того и гляди убийцу подошлют, а у нас даже дверь не запирается. Выговор тебе за это.

Выговор Келе не понравился, но Элина говорила не злобно, а как будто шутя. А дверь и впрямь надо починить, хозяйка права.

Глава 40

Ранним утром Лоркан уже был в условленном с новыми знакомцами месте. Ждать пришлось недолго: вдалеке уже раздался характерный шум и крики, топот ног, свист и глумливый хохот. Значит, гномка уже отправилась в горы, а нанятые Лорканом проходимцы разыграли своё представление. Вскоре эти молодчики стояли перед своим нанимателем, а грязные лапы грабителей сжимали добротную дорожную сумку.

Лоркан подошёл к грабителям, однако не слишком близко, чтобы не получить предательский удар от этих замечательных людей. От обоих разило перегаром после ночной гулянки. И они, похоже, передумали отдавать сумку своему нанимателю.

– А чё там внутрях, а? – грубо спросил один. – Мож, нам самим такое надобно?

– Да, – подхватил его подельник, – нам посмотреть хотца сильно, мож, мы продешевили?

– Смотрите, – согласился Лоркан.

Грабители, настроенные пререкаться и спорить, несколько растерялись, но сумку открыли и принялись рыться в ней.

– Ишь, глянь, бутли какие-то! И чё в них, а? Не выпивка часом?

– Не вздумайте пить, дуралеи, это зелья дроу, – честно предупредил Лоркан. – И я не знаю, что это за зелья и как они работают.

Жулики призадумались. Травиться им не хотелось. Лоркану подумалось, что даже поганое уличное ворьё умнее Руфуса, который по просьбе смазливой бабы отхлебнул из бутылочки неведомое питьё.

– Слышь, а зачем той гномке дровские зелья? Она чё, травить кого собралась? Мож, надо Городской страже донести?

– Доноси, – легко согласился Лоркан. – Только объяснишь, откуда у тебя эта сумка.

– А я скажу, что ты велел отобрать у гномки. Всё расскажу, как было.

– Рассказывай, конечно, – поддержал Лоркан эту идею. – Стража тебе поверит. Да, поверит каждому слову.

Громила умолк.

– Э, а ты чё, издеваесся над нами, што ль? – возмутился второй.

– Нисколько. Мы с вами просто обсуждаем, как поступим дальше. Я предлагаю отдать сумку мне, плачу вам деньги, вы уходите кутить на эти деньги. Вино, пиво, мясо, девки… Вы предлагаете забрать сумку себе, и на этом мы расстаёмся. Что ж, меня это устраивает. Денег у вас нет, сумку вы не продадите, она приметная, дровские снадобья толкнуть местным зельеделам не выйдет. Гномка побежит к страже, а также к своим родичам, вас найдут и накажут. Причём лучше, если вас найдёт Городская стража, тогда вас накажут по закону, а если найдут гномы, то законы у них свои, сами знаете.

– Откель ты только на нашу голову взялся, такой умный, – буркнул один из грабителей, пока второй копался среди бутылочек. – Мы, мож, зелья-то повыливаем, а бутли алхимикам местным продадим.

– Дело хорошее, – одобрил Лоркан, – но для начала алхимики вам честной цены за бутли не дадут, а потом донесут на вас Городской страже, потому что у вас бутлей таких быть не должно.

Мужик, который рылся в сумке, выудил один из флаконов и поднял его на уровень глаз.

– А ента чё за оно такое, а? На кровь похоже…

– Точно, кровь, как есть кровь! – завопил второй, и от его крика первый бандит выронил флакон прямо на камешки под ногами.

Бутылочка разбилась, и красная жидкость разлилась по траве, пробившейся через камни к солнцу. Лоркан лишь усмехнулся. Полдела сделано.

– Ты чё наделал, а? Эт не я, эт ты наделал, бездарь криволапый! – грабители принялись переругиваться между собой, и из сумки вылетел ещё один флакон, разлетевшись осколками у ног спорщиков.

Спор и ругань тут же прекратились. Как бы ни были глупы и пьяны грабители, они понимали, что сейчас могут лишиться своего почти честного заработка.

– Э, слышь, мужик, забирай своё добро, раз оно тебе так нужно!

Лоркан неприятно усмехнулся:

– Теперь, когда два флакона разбиты, цена сумки уменьшилась.

Лица бандитов вытянулись.

– Мы так не договаривались, – угрожающе сказал тот, что держал сумку Лориллы в руках.

– Да, – подтвердил Лоркан, – мы договаривались, что вы заберёте сумку и принесёте её мне. За свои услуги вы получаете деньги, и мы расстаёмся. Мы не договаривались, что вы начнёте потрошить и бить флаконы.

– Слышь, ты, нас-то двое, а ты-то один…

"Только вы пьяные, а я трезвый, – подумал Лоркан, – и опыта в таких делах у меня побольше вашего". Тем временем грабитель, чьи руки были свободны, полез за ножом. Лоркан мгновенно прыгнул к нему, выкрутил руку и отобрал нож.

– Дерьмовый у тебя ножик, – холодно проговорил спецпорученец, толкая бандита на землю. Тот лишь поскуливал от боли в заломленной руке.

Тот, который держал в руках сумку, от страха и неожиданности протрезвел.

– Э, слышь, не надо, прекрати, мы ж пошутили.

Лоркан мерзко ухмылялся, продолжая заламывать руку своей жертве.

– Да забери ты это барахло, на фига оно нам сдалось!

С этими словами грабитель швырнул сумку Лориллы к ногам Лоркана, а точнее, к ногам своего приятеля, который тихо подвывал от боли и унижения. В сумке что-то жалобно брякнуло. Лоркан подумал, что разбился очередной флакон, но уж с этим ничего не поделаешь, всё укладывалось в легенду, которую сочинила Элина. Даровитая всё-таки баба, способна целой бандой руководить. Впрочем, в Жадвиле так оно и было, недаром покойный барон убрать её хотел. Лоркан толкнул захваченного громилу носом в каменистую землю и одновременно ловко ухватил сумку.

– Что ж, деньги я вам заплачу, но сумка стала ещё дешевле, ведь там опять что-то разбилось.

Лоркан швырнул на землю пригоршню монет. При этом он мысленно подсчитал, сколько останется в его карманах из тех денег, что выдала Элина. Что ж, она не жадная, мелочиться не станет. Это, в конце концов, небольшая премия спецпорученцу за труды. Отобранный нож Лоркан выкинул в разросшийся бурьян неподалёку.

Глава 41

Дэвлин провёл весьма интересный вечер и очень напряжённую ночь. В горном клане почти не было мужчин, так что он сразу понял, зачем их приглашают «в гости». Правда, оставалась небольшая вероятность того, что «гости» закончатся ударом по голове, как было с Рэйшеном. Но всё обошлось.

Девицы были, конечно, не слишком хороши собой. Дэвлин при мысли о том, что пришлось перетерпеть Рэйшену, насмешливо фыркнул. Зато все были приветливы и обходительны. Угощений и вина не жалели. Чуть позже появились гномы из здешних, вольных племён. Они притащили музыкальные инструменты и затеяли песни и танцы, при этом сами налегали на еду и выпивку так, будто голодали не меньше амаркады.

Очень скоро появился и гномий порошок – фасах-трава, вызывающая видения. Дэвлин отказался, мало ли что можно сболтнуть в этом кумаре. Вот только своих мальчиков предупредить он не успел. Мадог, которого обнимали две девицы сразу, уже тянулся за понюшкой фасах-травы. Меуриг допивал вино из огромного кубка, которого хватило бы, чтобы свалить тролля. Не такого серолицего скромнягу, каких шпыняли в человеческих городах, а из тех, первых, великанов и силачей.

Дэвлин пожалел, что не напомнил своим воспитанникам о запретах, но – увы! – здесь не казарма. И, кажется, Элина, эта хитрющая тварь, обвела Дэвлина вокруг пальца. Заманила в сладкую ловушку. Впрочем, рядом сидела Элинина подельница, Фаирн, кажется, так её зовут, и заглядывала Дэвлину в глаза, ласково прикасалась к нему… В итоге Дэвлин сдался, принял вино от Фаирн и крепко обнял её. Радостные искорки в её глазах заставили его отбросить осторожность.

В целом ночь удалась. Звуки музыки слышались до самого утра и, наверное, пирушка продолжалась, но Фаирн увлекла Дэвлина в дальние комнаты, где было потише и поспокойнее. Дэвлин не догадывался, но Фаирн просто старалась избежать посягательств остальных женщин на свою добычу. Другим пусть достанутся те двое мальчишек, тем более что сами мальчишки были не против.

Дэвлин привык просыпаться рано, не изменил этой привычке и сейчас. Из-за выпитого вчера вина он не сразу сообразил, где находится и как сюда попал. К счастью, прежде чем пускать в ход кулаки, он осмотрелся. Рядом с ним сладким сном спала женщина, и на миг у него замерло сердце. Нет, не Элина. Женщина-дроу. Шианнон?! Нет, волосы не серебряные. И тут он всё вспомнил и даже не понимал, радоваться ему или плеваться.

Дэвлин осторожно выбрался из кровати. Женщина продолжала спать и даже улыбалась во сне. Фаирн – он вспомнил её имя. Все его вещи были на месте, ничего не пропало. Дэвлин быстро оделся и бесшумно выскользнул из тёмной комнаты. Надо было найти своих подопечных.

Дэвлин шёл по коридору на запах вчерашней пирушки. Конечно, так можно было найти кухню, а не то помещение, где состоялась гулянка, но характерный запах фасах-травы не дал заблудиться. Гномов уже не было и в помине, на столах стояли тарелки с недоеденными остатками, между блюдами там и сям валялись опрокинутые бутылки. Дэвлин не страдал похмельем, но отчего-то потряс несколько бутылок по очереди, пытаясь добыть из них последние капли вина. Не вышло. Хорошая гулянка получилась, мясо доесть не смогли, но вино выхлестали! Ай да девицы у Эли в клане!

Где же Мадог и Меуриг? Дэвлин прошёлся по коридору, заглядывая за каждую незапертую дверь. Запертую он бы вышиб. Где-то в конце коридора послышалось нетрезвое хихиканье и невнятный разговор. Дэвлин встопорщил чуткие уши. Это Мадог. И ещё три женских голоса. Он пошёл на голоса и без зазрения совести отворил дверь.

Увидев своего наставника, Мадог несколько смутился, в отличие от девиц, которые дружно захихикали и даже не подумали прикрыться. Дэвлин улыбнулся им в ответ и сказал Мадогу:

– Выпить сегодня можешь, но немного, а фасах-траву больше не нюхай, поплохеет.

Мадог кивнул, с надеждой глядя на Дэвлина. Тот продолжал ухмыляться:

– Ладно, можешь остаться тут до моего распоряжения. Но когда получишь вызов – чтоб явился ко мне без промедления! А Меуриг где?

Вместо Мадога нестройным хором ответили девицы:

– Должен быть недалеко. Да в соседнем коридоре, там комната удобная.

– Передадите ему мои слова, – Дэвлин ещё раз улыбнулся девицам, уже приветливее, и добавил, – матрону не забудьте потом поблагодарить. Мадог, это тебя тоже касается. И раба её больше не трогайте.

Дэвлин понимал, что юнцам, которые впервые вырвались из казармы и увидели мир, больше всего сейчас хотелось бы продолжить это весёлое и приятное развлечение. Что ж, можно немного поиграть в доброго командира и разрешить им чуть-чуть позабавиться. Да и местному клану это лишь на пользу.

Самому Дэвлину следовало вернуться в Рудный Стан. Его беспокоило всё, что происходит вокруг Элины: никогда не бывало, чтоб жалкая человеческая самка зарезала матрону клана, пусть даже такого слабого. Странно выглядели теперь отношения Элины с Рэйшеном. Появления и исчезновения Гвенедд тоже были подозрительны. Клан Подземных Пещер просто так своих лазутчиков не посылал, а в том, что Гвенедд – лазутчица врага, Дэвлин не сомневался. Ему казалось, что правящая семья клана Речного Песка совсем перестала ориентироваться в большой политике, и тем самым губит клан.

Когда Дэвлин проходил мимо той комнаты, где ночевал, что-то толкнуло его зайти, чтобы попрощаться с Фаирн. Ему казалось, что она заслужила пару тёплых слов.

– Уже уходишь? – в голосе проснувшейся Фаирн прозвучали нотки разочарования. – Не желаешь перекусить перед уходом?

Дэвлин протянул руку, чтобы провести по её серым волосам:

– Распорядись, чтоб к вечеру приготовили что-нибудь свежее. К закату вернусь.

Глаза Фаирн заблестели:

– К закату? Распоряжусь!

– И прикажи, чтобы никакой больше фасах-травы!