Текст книги "Служить и защищаться (СИ)"
Автор книги: Хелена Руэлли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)
Глава 9
Клодия поднялась до рассвета: сегодня на её постоялом дворе дел намечалось больше обычного. Её дети – дочь Тати и сын Эри – всегда помогали ей, хоть и с неохотой. Нужно было заходить к Тати в комнату, чтобы растолкать лентяйку. Клодия с недоумением огляделась в маленькой девичьей. Никого. Постель не смята. Заболталась с подружкой и заснула у неё? Клодия нерешительно подошла к комнате Поллианны и, немного помявшись под дверью, вошла внутрь. Снова никого и нетронутая постель. Клодия тихо вышла и уже на лестнице, ведущей на первый этаж, схватилась за сердце. Куда могли подеваться эти девчонки? Может, что-то случилось?
Должно быть, она произнесла эти слова вслух, потому что Эри, её маленький безотказный мальчик, шагавший мимо, сонно ответил:
– Да не волнуйся ты так, мам, скоро придут.
Клодия бросилась к сыну и пребольно схватила его за ухо.
– Где они? Ты что-то знаешь? Говори сейчас же!
Эри жалобно сморщился и захныкал, но Клодия была неумолима:
– Отвечай, где они?
– Почтенная дара, за что ты мучаешь мальчугана?
Клодия не любила, когда в её дела вмешиваются незнакомцы, и собиралась ответить что-то резкое, но… За спиной немолодого мужчины с военной выправкой прятались обе девчонки и Тони впридачу!
– Ах, вот вы где! – Клодия выпустила ухо сына, и Эри моментально удрал в сторону непрошеного заступника. – Где это вы шатались?
– Мы не шатались! – возмущённо пискнула Тати, не решаясь выбраться из-за спины незнакомца. – Мы хотели помочь даре Элине!
Клодия упёрла руки в бока и набрала побольше воздуха в грудь. Сейчас она выскажет всё, что думает, об их драгоценной даре Элине, о её беспутном дроу, о дурном примере, который Элина, да и Полли, если уж на то пошло, подают молодым незамужним девушкам…
– Почтенная хозяйка, не трать свои силы на этих беспечных птах, – Лоркан всё ещё умел передвигаться быстро и бесшумно. – Позволь, я всё объясню. Моё имя Лоркан, я служу под началом дары Элины в королевской спецслужбе…
Девушки выдохнули. Лоркан умело отвёл грозу: Клодия слушала его, затаив дыхание. Этому способствовал и ореол опытного властного мужчины. Правда, удрать молодым искателям приключений не удалось. Клодия ненадолго отвлеклась от Лоркана и сурово приказала:
– А ну-ка, любители ночных сражений, закатали рукава и взялись за работу!
– Это будет только справедливо, – буркнул обиженный Эри, потирая красное распухшее ухо.
Лоркан выразительно указал подбородком на дверь кухни. Без всякой охоты, но молодые люди принялись за дело. Лоркан тем временем продолжал что-то говорить хозяйке постоялого двора. Взгляд Клодии смягчился, по губам скользнула улыбка. Лоркан увлёк женщину куда-то в сторону, и до самого обеда их не было видно. После Клодия незаметно заняла своё место, а Лоркан больше не появлялся.
– Где тебя носит? – возмущённо спросил Ингерам, когда Лоркан проскользнул в их комнату. – И вид такой довольный, словно ты двойное жалованье получил!
– Лучше, приятель, лучше, – осклабился Лоркан. – Я получил мечту любого отставника – вдовую хозяйку постоялого двора…
У Ингерама отвисла челюсть:
– Это про Клодию, что ли? Да уж, времени даром ты не теряешь! Но как же твоя Акке?
– Акке там, в Глорке, а Клодия здесь, в Рудном Стане, – ответствовал Лоркан, с наслаждением вытягиваясь на своей койке. – Скажи лучше, я что-нибудь пропустил?
– Неа. Эли спит или делает вид, что спит. Наш слабонервный блевун сидит у себя в комнате тихо, как мышка. Рэй тоже носа не кажет, только слышно, как он по комнате мечется…
– И чего мечется? Подумаешь, девки малость укатали его да кнутом похлестали, – буркнул Лоркан. – Шёл бы к своей Эли, она бы его утешила. Для дроу только в радость, если баба за него убивать готова…
Ингерам только головой покачал. Не понимает Лоркан ни дроу вообще, ни Рэйшена в частности! Однако говорить об этом Лоркану бывший лейтенант ничего не стал: тот уже заснул, блаженно похрапывая.
Элина проснулась под вечер и даже не сразу сообразила, отчего это у неё жутко болят руки и плечи. И вообще, где это она? Впрочем, воспоминания быстро вернулись, и Элина со стоном схватилась за голову. Одеться пришлось в цивильную одежду – форму сейчас где-то отчищали от крови и кишок. Брр, ну и гадость!
По мере одевания Элина выяснила, что стёрла ноги. Накануне она не удосужилась сменить сапоги для верховой езды на другую обувь, и результат не замедлил себя ждать. С шипением и ругательствами Элина извлекла из сумки ботинки (да-да, из королевского гардероба) и заживляющую мазь. Следовало бы поберечь эту мазь для Рэйшена, но Элина припомнила, как он не захотел даже остаться в её комнате, чтобы поговорить, и махнула рукой на экономию.
Поговорить с Рэйшеном всё же было необходимо, и Элина, немного прихрамывая, поплелась искать его дверь. В комнатах, где располагались Элинины люди – Лоркан, Ингерам и Руфус – было тихо, а во всём караван-сарае кипела жизнь. Сновали туда-сюда гномы с подносами, тазами и кувшинами горячей воды, полотенцами… должно быть, весть об Элининых "подвигах" разлетелась по городу, поэтому ей уступали дорогу, кланялись, а некоторые даже отводили глаза.
Элина опасалась, что Рэйшен не впустит её, но дроу открыл дверь, словно ждал Элининого появления. Элина радостно встрепенулась, но Рэйшен немедленно искривил губы в брезгливой гримасе:
– Входи, раз пришла. Впрочем, ты, как обычно, слишком поздно.
Элина вспыхнула от гнева, но удержалась от злого ответа. Она теперь не просто безвестная трактирщица из глухомани. И не жадвильская бунтовщица. Она возглавляет королевскую спецслужбу и, в конце концов, она – глава клана горных дроу!
– Если бы я поверила твоему письму, которое мне передал какой-то родственник этого старого паука Андебрингера, то меня бы здесь не было. А ты, Рэйшен, усердно оплодотворял бы ныне покойную Инафай…
На миг лицо Рэйшена исказилось, и у Элины промелькнули две мысли: она всё-таки перегнула палку, а ещё Рэйшен сейчас её прикончит… Однако дроу тоже сумел взять себя в руки.
– Где деньги, которые ссудил мне банк?
– У меня, – холодно ответила Элина, – и я никому их не отдам.
Рэйшен начал было спорить, но Элина сумела растолковать ему, как именно хотел нажиться старый Андебрингер, как провоцировал Рэйшена на переписку и отслеживал её. Настроение у дроу после этого стало хуже некуда.
– И ещё одно. Рэйшен, ты собираешься остаться на королевской службе? – задала Элина самый животрепещущий для себя вопрос.
Рэйшен молчал и на Элина старался не глядеть. Ох, не к добру это!
– Я не знаю, – наконец ответил дроу. – Мне надо подумать.
Элина тихо выдохнула.
– Хорошо. Думай, но не очень долго.
– А если я откажусь?
Глава 10
У Элины всё сжалось внутри. Рэйшен уйдёт, и тогда у неё будет очень мало шансов дожить до срока, указанного Невидимыми Господами. А о том, чтобы достичь определённого уровня благоденствия, уже и речи не шло.
– Хорошо, Рэйшен, – стараясь казаться спокойной, проговорила Элина, – если откажешься, так тому и быть. Только прошу тебя не принимать решения до нашего возвращения в Глорк.
– А, может, я и не захочу ехать в Глорк?
Элине показалось, что Рэйшен насмехается над ней, и гнев внутри неё вспыхнул с новой силой.
– Ты свои хотелки уже исполнил! Что из этого вышло хорошего?! Уж потерпи до Глорка, будь так добр! Я, понимаешь ли, не могу явиться к Витерию после непонятного отсутствия и заявить, мол, бегала за Рэйшеном, а он решил всех нас кинуть и уйти восвояси. Ох, и обрадуется Витерий! А чтоб было ещё веселее, он позовёт палача и велит вздёрнуть меня повыше, чтоб увидела напоследок, по каким дорожкам мой милый от меня улепётывает…
– Ладно, хватит! – грубо перебил её Рэйшен. – До Глорка так до Глорка. А мы скоро туда отправимся?
– Мне нужно уладить кое-какие дела. Думаю, это займёт денёк-другой…
Рэйшен, успокоившись, согласно кивнул. Обнадёженная, Элина подступила ближе к нему:
– Рэйшен, дай я посмотрю твою спину, может надо мазью…
– Нет! Я не хочу, чтобы ты прикасалась ко мне!
Дроу отпрянул, раздувая ноздри, словно норовистый конь. Элина от неожиданности чуть не повалилась на пол.
– Хорошо, хорошо! – в примирительном жесте она выставила руки перед собой. – Я ухожу.
С горькой улыбкой Элина повернулась к Рэйшену спиной и, подволакивая натёртые ноги, направилась к выходу. Она прекрасно понимала, что означает это нежелание прикосновений. Отвращение. Нелюбовь.
– Постой, – вдруг окликнул её Рэйшен, – ты чего хромаешь? Ранена? Она чем-то зацепила тебя?
– Это тебя уже не касается, – не оборачиваясь, ответила Элина.
Ну, в самом деле, нельзя же признаваться, что просто стёрла ноги в кровь по собственной глупости! Пусть Рэйшен думает, что Элина пострадала в драке. Беспокоится. Горечь немного отступила. Раз беспокоится, значит… Впрочем, может, теперь Рэйшен возненавидит Элину за то, что она прикончила будущую мать его ребёнка? Элина потрясла головой, отгоняя наваждение. Что сделано, то сделано. Теперь надо думать о других вещах. К примеру, посетить бы префекта, вытребовать для своих дроу разрешение беспрепятственно заходить в город…
Своих дроу! Надо же! Элина хмыкнула. Однако время было позднее, и все присутственные места уже закрылись. Значит, к префекту придётся идти утром.
– Дара Элина, дара Элина! – гном из здешней обслуги настойчиво дёргал её за рукав. – У городских ворот двое дроу. Говорят, тебя хотят видеть.
– Ну, пусть идут сюда, – пожала плечами Элина.
– Нет, дара, стражники боятся впустить их, да и поздно уже, скоро ворота закроют.
Судя по дальнейшим объяснениям гнома, это были те самые ворота, через которые Элина и её экспедиторы уходили к Синим горам. Что ж, придётся идти и разбираться. А ведь воинственная Инафай и её брат проходили когда-то беспрепятственно. Наверняка платили мзду стражникам, без взятки вход для дроу в Рудный Стан заказан.
У городских ворот собралась небольшая группа зевак, с десяток мужчин в лёгком подпитии. Двое стражников, пыжась и краснея от натуги, загородили собой вход. А перед входом с лёгкой улыбкой на устах стояла Фаирн. В одной руке она держала поводок, который тянулся к шее высокого гибкого мужчины-дроу. Его русые волосы были неровно обрезаны и не доставали плеч. Такое Элина видела у дроу впервые, обычно их гривы ниспадали до пояса.
Мужчина стоял смирно, даже глаз не поднимал, но Фаирн развлекала себя и публику тем, что время от времени дёргала за поводок. Во второй руке Фаирн держала плеть и периодически виртуозно щёлкала ею, заставляя всех присутствующих невольно вздрагивать.
– Ясного всем неба, почтенные дары! – громко сказала Элина.
Зеваки и стражники повернулись к Элине, глазея на неё с не меньшим интересом, чем на дроу. Фаирн стояла к Элине лицом и давно заметила её появление. Она в последний раз щёлкнула плетью и ловко скрутила её в руках.
– Ясного, матрона! – с весёлой дерзостью в голосе поприветствовала Фаирн Элину и тут же обратилась к мужчине, дёрнув за поводок. – Почему не выказываешь должного почтения?
Мужчина-дроу, к которому были обращены последние слова, опустился на одно колено. Он по-прежнему молчал, не поднимая глаз, а неровно обрезанные волосы скрывали его лицо.
– Префект не дал нам разрешения на вход в город? – деловито поинтересовалась Фаирн.
– Я ещё не была у него, – сообщила Элина. Она уже уяснила, что важно не заискивать и не извиняться, а вести себя нагло и уверенно, и не только с дроу, – очень уж устала. Тяжёлая оказалась работёнка – убивать. В сон потом клонит, понимаешь ли.
Элина видела, с каким жадным любопытством зеваки ловят каждое слово. Эти слова разлетятся по всему Рудному Стану, будут перевраны и искажены, а потом вернутся к Элине и её людям, чтобы безмерно удивить.
– Это понятно, – кивнула Фаирн, – шутка ли, так располосовать тело! Пока его тащили к жертвеннику, столько кровищи натекло…
– Ты распорядилась, чтобы всё вычистили?
– Обижаешь, матрона! – Фаирн вернулась к лёгкому шутливому тону.
– Впустите их, – приказала Элина, ткнув стражникам под нос грамоту с королевской печатью.
Стражники вначале заартачились, но, взяв с Элины обещание, что она заступится за них перед префектом, пропустили обоих дроу. Зеваки цепочкой поволоклись следом, не желая упускать бесплатное представление, однако гномы в караван-сарае увлекли всю компанию ротозеев в обеденный зал. Для хозяев получилась двойная выгода: новые гости заказали гномьего пива, а заодно принялись развлекать постояльцев рассказами об Элине и дроу. Похоже, сплетни полетят по всему королевству.
В своих комнатах Элина предложила Фаирн и парню на поводке присесть к столу. От еды Фаирн отказалась (за себя и за парня), а своего спутника отправила в уголок на пол. К удивлению Элины, парень не прекословил, только умоляюще глянул на Фаирн. В этот момент стало заметно, что кожа у него под глазом рассечена до крови. Заметив Элинин взгляд, парень снова опустил голову и устроился на том месте, которое ему указали. Дождавшись, когда усядется сама Фаирн, Элина упёрла руки в бока:
– Объясни-ка мне, что происходит. За что ты отправила его на пол? Он что, буйный, почему ты держишь его на привязи?
– Я объясню, матрона, – Фаирн стала серьёзной. – Это раб, и сидеть с ним за одним столом у нас не принято. Конечно, если ты прикажешь, я подчинюсь…
– Не будем нарушать традиций.
При этих словах Фаирн просияла. Человечка весьма неплоха!
– Тогда я объясню про буйство. Так-то он смирный. И в деле своём искусен, всегда стремится угодить, но… Сегодня ему какая-то вожжа под хвост попала, стал он мне перечить, вот и пришлось поучить его немного…
Видимо, рассечённая скула была следствием этих "поучений".
Глава 11
Зачем Фаирн притащила с собой раба, Элина спрашивать не стала, были вопросы поважнее. Для начала Элина пообещала с утра отправиться к префекту и выбить разрешение на вход для дроу. При слове «выбить» глаза Фаирн сверкнули, а раб съёжился в своём углу.
– Эх, мы могли бы что-то купить-продать! – мечтательно протянула Фаирн. – раньше всё это делалось через Инафай с Тахирджоном, и грабили они нас изрядно.
– За какие деньги вы собираетесь здесь что-то покупать? – изумилась Элина. Она уж грешным делом подумала, что её дроу ограбят каких-нибудь почтенных горожан, не иначе.
Фаирн даже обиделась:
– Ну, многие из нас у вольных гномов подрабатывают, а те, у кого рабы есть, они рабов посылают на заработки… Должны же мы чем-то питаться! Просто в итоге часть денег уплывала в карманы Инафай…
"И так мы подойдём к выплатам налогов в казну. Надо будет уточнить процент", – Элина любила заранее знать цифры.
– Но это потом, как разрешение дадут, – Фаирн ненадолго замялась, а потом продолжила, но уже без прежнего воодушевления. – А ты ведь, дара Элина, не собираешься жить у нас постоянно?
Элина едва удержалась от победоносной усмешки. Фаирн сама заговорила о том, что беспокоило Элину.
– Да, Фаирн, всё так. Я состою на службе короля Атрейи и должна буду вернуться в столицу. Поэтому мне понадобится помощница в клане, а ещё лучше – наместница. Умная, быстрая, понимающая… Достойная моего доверия.
Глаза Фаирн загорелись надеждой. Сейчас она напоминала Элине желтоглазую хищную птицу, готовую сорваться в полёт. Элина умолкла, давая возможность Фаирн сказать своё слово.
– Матрона, у тебя есть женщина, готовая помочь во всём! И ей можно доверять!
– Вот оно как? – Элина нарочно подпустила в голос разочарования. – Жаль, что наши с тобой точки зрения разошлись.
Фаирн ошалело уставилась на Элину.
– Разошлись?! Но почему?!
– Потому что я хотела поставить наместницей тебя. А ты о ком говоришь?
– Я… это… Ну, о том же.
Элина больше не стала сдерживаться и рассмеялась в голос. Фаирн вначале глянула на неё с обидой, потом заулыбалась, а после и вовсе присоединилась к смеху. Усмехнулся даже раб в углу.
– Как мне объявить тебя наместницей? – спросила Элина, отсмеявшись. – Заключим договор на бумаге? Или мне следует появиться в ваших катакомбах, всех собрать и объявить обо всём лично?
– И то, и другое. Давай вначале договор, а потом, как с префектом договоришься, обо всём сама и объявишь.
Эллина вновь усмехнулась. Настоящая политика получается: достигни дипломатического успеха, а после объяви об этом своему народу.
– Фаирн, когда я приду говорить со всеми, я буду настоятельно рекомендовать принять подданство Атрейи.
Воодушевление дроу поугасло:
– Подчиниться человеческому королю? Никто этого не захочет. Что хорошего это сулит нам?
– А ты считаешь, что Гвенедд, посланница клана Подземных Пещер, появилась здесь просто так? Её отец ведёт непрестанные войны с соседями за территории. Ваш клан – лёгкая добыча. Если вдруг отец Гвенедд пришлёт полсотни воинов, вы сможете отбиться?
Фаирн в волнении закусила губу:
А если он никого не пришлет? Наши территории не граничат с его…
– Да, не граничат, но, может, ему нужны рабы. Вы отобьётесь? Молчишь? А если клан перейдёт под руку короля Витерия, король будет обязан вас защитить. Любой из вас сможет обратиться в суд, если его обидят, или найти работу в городе…
– Зачем нам ваш суд? У нас свои законы!
– И как решаются споры?
– Ну, матрона обычно решает, – стушевалась Фаирн. – Или в честной схватке.
– Ага, и матрона наподобие Инафай честного решения не вынесет никогда. А после схватки будут или трупы, или калеки. У нас в клане наблюдается избыток населения?
Фаирн согласилась с доводами Элины, хоть и с неохотой. Что ж, многие гномы были подданными Атрейи. Это не мешало им жить по своим обычаям, вести дела и поддерживать отношения с роднёй из вольных гномов. Были, конечно, и плохие примеры. Инкубы почти полностью ассимилировались с людьми, тролли тоже, но люди их не слишком-то жаловали…
– Сама понимаешь, дроу это не грозит, – усмехнулась Элина. – Вы-то с людьми уж точно не смешаетесь.
– Так подпишем договор, матрона? А в знак признательности я дарю тебе своего раба!
Элина оторопела:
– Слушай, раба не надо. Ну, зачем он мне? У меня даже личной служанки нет, и ничего, обхожусь.
– Вот видишь! Даже служанки нет! Тогда такой раб тебе особенно нужен! Вот, глянь договор. Кстати, его Келе составлял. Он умён и образован, помимо всего прочего.
– Келе? – переспросила Элина, не сообразив, о ком идёт речь.
– Да, так его зовут, – Фаирн мотнула головой в сторону раба.
Элина уже разворачивала плотный желтоватый лист и читала текст. Надо же, эти ребята неплохо подготовились!
– Ну как? – Фаирн пыжилась от гордости. – Хорошо составил?
Элине этот договор напомнил генеральную доверенность из её прошлой жизни. Молодец этот Келе, ничего не скажешь. Может, такой раб ей и вправду нужен? В договор оставалось только вписать имена и поставить подписи, что Элина с Фаирн и сделали.
– А второй экземпляр где? – спохватилась Элина, когда Фаирн упрятала договор за пазуху.
– Да зачем тебе? – искренне изумилась наместница-дроу.
– Чтобы ничего не забыть и не перепутать, – тонко улыбнулась Элина. – Если у тебя Келе такой грамотный, он в нашем присутствии перепишет, а мы заверим.
У гномов-хозяев раздобыли чернила, бумагу и стилос. Фаирн грубо схватила раба за ошейник и дёрнула, но Элина окриком остановила её:
– Ну-ка, лапы прочь от моего имущества! Он же теперь мой, так?
Фаирн с почтительным поклоном отошла в сторону. Элина осторожно расстегнула жёсткий ошейник. Кожа у раба была такая же горячая, как у Рэйшена, и ошейник оставил на ней бледный след.
Пока Келе переписывал договор, Элина заметила, что он старается держаться неестественно прямо, как будто прикосновение рубашки к спине причиняет ему боль. "Надо будет проверить, не располосовала ли Фаирн ему спину", – решила Элина. Видимо, в клане Эльгиниррок любили развлечения с плёткой.
– Готово, – Келе протянул Элине лист, исписанный ровным округлым почерком.
Голос у раба был мягкий, вежливый. Элина глянула в ореховые глаза Келе – тот снова отвёл взгляд.
Фаирн, весёлая и довольная, распрощалась со своей матроной и поспешила вернуться к соплеменникам, чтобы "порадовать" их вестью о своём возвышении. Келе с непонятным отчаянием поглядел вслед прежней хозяйке. Элина удивилась. Неужто он так был к ней привязан?
Глава 12
– Скажи, Келе – это твоё настоящее имя?
Раб наконец решился поглядеть в лицо Элине.
– Моё имя – Келеах, – учтиво ответил он. – Но обычно меня называют Келе. Для краткости.
Элина немного помолчала, чувствуя себя неловко, но потом собралась с духом:
– Келе! Сними рубашку!
– Уже? – с непонятной растерянностью переспросил раб, но тут же спохватился. – Да, хозяйка, как прикажешь.
Он принялся стягивать рубаху, и Элина убедилась в своей правоте: плечи и спина Келеаха были располосованы точно так же, как у Рэйшена.
– Штаны тоже снимать? – уточнил раб, комкая рубаху в руках.
– Что-о? – изумилась Элина. – Зачем это? Не знаю, что ты себе надумал, но я просто хотела обработать твои раны. Да, я знаю, что на дроу всё быстро заживает, но это не означает, что вас не надо лечить.
Прикосновения новой хозяйки были осторожными и бережными, она старалась не причинить боль (уж в этом-то Келеах разбирался!). Когда Элина добралась до лица, Келе прикрыл глаза: прохладные пальцы касались его кожи так нежно и чувственно, что он уже был не против дальнейшей службы у новой хозяйки…
– Всё, можешь одеваться, – бодро проговорила Элина.
– Уже?
– Да что ты заладил: "уже" да "уже"? Ночью здесь не так уж тепло, чтоб с голым пузом бегать! Мы с тобой сейчас попросим у хозяев тюфяк, одеяло и подушку, не идти же к ним раздетым!
– А зачем тюфяк и… остальное?
– Как зачем? Тебе же надо где-то спать? Устроим тебе постель вот тут, на этой широкой лавке у стены…
Келе был слегка ошарашен таким подходом. Он ожидал чего-то другого от этой службы. Новая хозяйка не отставала от него:
– Кстати, за что Фаирн взъелась на тебя?
Келе молча вздохнул. Элине подумалось, что Фаирн взбесила его заторможенность, но Келе наконец решился ответить:
– Я… Я не хотел, чтобы она отдавала меня тебе. Отказывался идти… Ну, и получил.
– А почему отказывался?
– О людях говорят много плохого…
– И в основном не ошибаются, – криво усмехнулась Элина, припомнив и барона Жадвильского, и его гвардейцев, и Квэддо с Харленом, и даже Сныста. – Но что ты слышал именно обо мне? Поделись, пожалуйста, интересно же.
Ох, как Келе не хотел говорить! Вполне возможно, что хозяйка разгневается, и провинившийся раб получит новую порцию побоев. А от такой, как Элина, можно ожидать и ножа в бок. И смолчать нельзя. Келе видел, что хозяйка теряет терпение.
– Я просто уже привык к Фаирн. Знал, чего от неё ожидать. А ты… Я видел, во что ты превратила Инафай…
Келе опасался, что гневливая хозяйка сейчас схватится за плеть, однако Элина лишь грустно качнула головой:
– Да, ты прав, мерзко получилось. Но поверь, Келе, у меня нет привычки убивать тех, кто мне не нравится. С Инафай другая история, это личное…
– Ты была в своём праве, и можешь ничего не объяснять, – поспешно сказал Келе.
Знание хозяйских тайн до добра не доводит.
– Да, я была в своём праве, – усмехнулась Элина, – с точки зрения дроу. Я в любом случае убила бы Инафай, просто мне не надо было потрошить её, словно рыбу. И, кстати, я никого не луплю кнутом и не жгу. Ведь те несколько круглых белых шрамов – это ожоги, верно?
Раб кивнул. У него по спине пробежала дрожь при воспоминании о красивой утончённой эльфийке, которая спокойно и методично жгла его кочергой. Новой хозяйке знать об этом ни к чему. И так она смотрит на него с подозрением.
Отправившись за постелью, Келе и Элина наткнулись на Рэйшена. Увидев выражение его лица, Келе изрядно струхнул и отступил за спину Элине. Это не укрылось от Рэйшена, и он гнусно ухмыльнулся. Сейчас это был тот дикий необузданный наёмник, о котором рассказывали страшные байки по всему королевству. Однако Элину, кажется, ничто не испугало.
– Отчего не спишь, Рэйшен? Спина беспокоит? Может, всё-таки надо…
– У тебя, как я посмотрю, новая игрушка, – грубо оборвал Элину на полуслове дроу и тут же ехидно добавил, – матрона.
Элина вздёрнула подбородок. Негодование вскипело в ней, и сдерживать злость стоило немалого труда. Как у Рэйшена получается мгновенно выводить её из себя?
– Я в своём праве, Рэйшен. И для тебя я не матрона, а дара старший экспедитор. Не путай, пожалуйста.
– Слушаюсь и повинуюсь, – Рэйшен отвесил насмешливый поклон. – Забавляйся со своим утешителем, дара старший экспедитор, потому что я больше не смогу тебя развлекать!
– Что за бред ты несёшь, Рэйшен? Иди и проспись, что ли. Келе, давай двигайся, я не собираюсь слушать эту чушь полночи, завтра с утра мне к префекту топать!
Рэйшен смотрел вслед им обоим. Вот кто заменит Элине самого Рэйшена – этот изнеженный смазливый раб! Рэйшен даже не понимал, зачем он нагрубил Элине. Он больше не винил никого в своих злоключениях, кроме себя самого. Из-за своей непроходимой тупости он больше не сможет быть рядом с Элиной. Что делать с королевской службой, Рэйшен ещё не решил. Служба ему нравилась, но видеть, как в Элининой постели окажется "подарок" от клана Эльгиниррок, было выше его сил.
На следующее утро Элина отправилась к префекту, предоставив Келе самому себе. Келе убедился, что хозяйка не вернётся, и тщательно осмотрел её вещи. Он не собирался ничего красть, упаси Небеса и сохрани Паучья Королева! Но вдруг среди барахла найдётся что-то, что поможет злосчастному рабу лучше понять новую хозяйку? Порывшись в сумках, Келе не обнаружил ничего, что не знал бы о хозяйке до этого. Может, аккуратно выспросить у её подручных?
За окном послышался шорох. Келе мгновенно прижался к стене так, чтобы ничьи любопытные глаза не смогли заметить его. Когда звуки стихли, Келе сложил все вещи в прежнем порядке и решил появиться в обеденном зале. Элина не была похожа на тех, кто пожалеет кусок хлеба с сыром и кружку пива своему слуге.
На ловца, что называется, и зверь бежит. У Келе была цепкая память даже на человеческие бледные лица, поэтому он сразу узнал юношу, которого вырвало при виде распоротого живота Инафай, и мужчину, который был тогда рядом с ним. Оба сейчас выглядели бодрыми и весёлыми и явно собирались завтракать. С ними был и тот, кто оттащил Элину от мёртвого тела противницы. Этот молодчик с жидкими патлами до плеч показался Келеаху скользким и мутным типом. Он тогда не поспешил на помощь Элине, а откровенно ждал, кто победит.
Все трое приветственно замахали руками, приглашая Келе к своему столу. Интересно, знают ли они о его статусе раба? Или для людей это неважно? Келе подошёл к Элининым подчинённым.
– Здорóво! Ты, говорят, слуга нашей старшей экспедиторши? – благодушно спросил патлатый тип.
– Да, – сдержанно ответил Келе.
