Текст книги "Тени тянутся из прошлого (СИ)"

Автор книги: Гульнара Черепашка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 41 страниц)

Глава 50

– Ненавижу тебя, – поведала Ловелла.

– Невероятная новость, – Охитека не удержался от ехидства. – Я потрясен!

– Еще и ерничаешь, – сокрушенно заключила она.

– Мне показалось, или ты только что проглотила какой-то емкий эпитет, который должен был охарактеризовать меня и мое отношение к жизни? Кажется, эпитет был… крупный. Не подавилась?

– Завидуй молча, – огрызнулась жена. – Что, своя же служба безопасности покормить забыла? Скажи, почему в новостях крутят видео с твоим разбитым флайером?

– Медузий хвост! – ругнулся он. – Я и забыл про это. Алита, – спохватился он.

– Алита спит. Долго ревела, сидела рядом со мной, пока я пыталась до тебя дозвониться. Пришлось сказать ребенку, что ты вообще-то до крайности живучий и везучий ушлепок. Так что навряд ли тебя удалось бы так легко грохнуть. Где ты торчишь?

– В Колизее, – сознался он после некоторого раздумья. – Решил посетить храм, помолиться…

– Угум. Выпить с почтенным Токэлой, – ядовито отозвалась она.

– Повидать, – поправил Охитека. – Вэл. Только не говори, что переживала за меня.

– Да кому ты нужен! Я за дочь переживаю и за ее душевный покой. А вот она за тебя волнуется. Еще не понимает, какое это гиблое дело. Возвращайся в Уру, – мрачно добавила она.

– Я как раз собирался этим заняться. К слову, не удивлюсь, если найду свой флайер ровно на том самом месте, где его и оставил.

– Ты ехал на флайере до самого Колизея?

– Почти. На ум не возьму, какой задницы пещерной таксы кто-то решил, что разбитый флайер какого-то недотепы принадлежит мне. К слову, где он разбился-то?

– А ты новости посмотри, – ехидно отозвалась жена. – Скажу Алите, что дозвонилась до тебя, как проснется. Не вздумай опять засунуть куда-нибудь телефон! Она непременно захочет проверить и сама позвонит тебе.

Отбой. Нэси со вздохом запихнул телефон в карман. Предварительно включил звук.

– Оставайтесь на богослужение, – предложил Токэла. – Дочка ведь сумеет дозвониться до вас, когда это понадобится. Ей главное – знать, что вы живы. А рядом ей нужна мать. Не кто-нибудь другой. Вам нужно привести в порядок мысли и чувства. Вера – лучшее лекарство ото всех горестей и тревог. Она напоминает нам всем о вечном и неизмеримо высшем и большем, чем мы все.

Охитека кивнул. Здесь жрец прав – он с головой погрузился в земные дела. Страшно сказать – даже на святотатство решился ради решения суетных проблем.

Ему жизненно необходимо забыть на время обо всех делах. Даже о самых важных и срочных. Забыть, очистить мысли. Заставить глупый разум вспомнить о том, что породило его – а заодно и все, что существует. Все, что окружает и влияет на этот самый разум.

*** ***

Охитека скинул координаты оставленного флайера сервисной службе корпорации. Пусть забирают. В конце концов, это – не его личная машина. Пусть и одна из усовершенствованных специально для него. Возиться самому категорически не хотелось. Как и ехать через два континента самому. Набегался, хватит.

Перья надо лбом и бровями надежно скрыл качественный тональный крем.

Нэси сейчас видом напоминал тощего подростка-неформала. Синяя куртка из дешевого кожзама с металлическими шипами и заклепками, рваные штаны из кожзама же, только потемнее – по последней моде. Толстовка с растянутым воротом, многочисленные цепи из недорогого сплава с имитацией природных кристаллов на подвесках. Накладные заклепки, приделанные на уши, брови и даже на губу.

Платиновые волосы благодаря тональному средству приобрели синевато-серый оттенок.

Охитека сидел, развалившись, на заднем ряду сидений в скором межконтинентальном поезде, в самом углу.

Наушник воткнул только в одно ухо, сам уставился в экран телефона.

По всем новостным каналам, говорите. Если по всем – значит, на каком-нибудь одном да найдет. Вот, скажем, Центральный канал Совета трех континентов. Как раз очередной выпуск новостей.

Не прекращаются поиски пропавшего чиновника из муниципалитета Соу. Почтенный Пова исчез прямо из своего кабинета посреди рабочего оборота.

Стражи мира сбиваются с ног, опрашивая всех, кто в последний раз видел его. Коллеги открыто высказывают предположение, что исчезновение чиновника связано с его профессиональной деятельностью.

Последнее вызвало усмешку. Ну, не ошиблись коллеги!

Практически одновременно с почтенным Повой пропало еще около десятка ответственных лиц из разных структур города. Несколько ранее начались поиски крупного бизнесмена и мецената Макки, который тоже по сей момент не найден. Как и несколько его ближайших помощников.

Что за медузья слизь!

В муниципальных структурах уголовник на уголовнике, уголовником погоняет. И всем плевать. Подумаешь – ничего необычного!

В конце списка уважаемых лиц мельком помянули солистку вейских ведьм, которую так же продолжают искать.

Угум, продолжают. Но явно не так рьяно, как прежде. Еще бы – тут новые потери, куда более важные. Даже обидно немного за ведьмочку. Та еще штучка, конечно. Но это хотя бы не шелупонь из криминальных кругов. Да еще и талантливая, и симпатичная. А ей внимания – не больше, чем уличной бродяжке.

Впрочем, о ней хотя бы вспомнили. О нем – ни слова.

Поразительное неуважение. Только-только вопили о безвременной гибели молодого, подающего надежды, дельца. Действующего члена Совета трех континентов. И все – спустя несколько часов можно забыть о нем. Зато поиски его арестантов ведутся по сей момент. И это явно кажется журналистом чрезвычайно важным. Досадно, медузы их всех побери!

Охитека зевнул. Один четный оборот провел с Ясом, второй – в беседе с почтенным Токэлой. А потом – служба в храме. Сейчас аккурат разгар рабочего оборота.

Седьмой час. И до дома еще часа два. Есть-таки свои преимущества в передвижении под землей, по прямой. По рельсам. Все равно быстрее, чем за рулем. Пусть даже его машины и быстрее типовых. Спать в поезде он не рискнет. Кто знает, чего можно ожидать! Хотя никого, кроме него, кажется, такие соображения не волнуют.

А может, обыватели меньше склонны бояться за свои жизни и имущество?

Надо найти выпуск новостей за конец предыдущего оборота. В этом о нем не упомянули и словом. А Вэл уверяла, что его подбитый флайер крутят по всем новостным каналам!

Она, к слову, не сказала, где именно его подбили: на дороге к Соу или к заводу.

Вот сейчас и выяснит. Отличное средство от сна в неурочном месте! Охитека принялся листать ленту новостей, пытаясь угадать, который из выпусков должен быть посвящен его нескромной персоне.

Вэл звонила часов семь-восемь назад. Едва ли она решила выждать после показа выпуска. Значит, незадолго до ее звонка выпуск и крутили.

Сообщили и забыли. Ну да, он-то не исчез таинственным образом!

А вот и кадр смачного взрыва. Похоже, оно. Охитека кинул исподтишка короткий взгляд по сторонам, убеждаясь, что никто не смотрит на него, и включил видео.

*** ***

– …и кое-кто уже задается вопросом: чего же ожидать теперь, – радостно и бодро вещал журналист. – Очередного чудесного воскрешения непотопляемого дельца, или все-таки этот инцидент станет для него фатальным?

Инцидент. Нэси остановил запись. Посидел немного, глядя в застывший экран, потом запустил воспроизведение дальше.

– Наверняка телезрители еще помнят происшествие с вылетом флайера именитого нэси из числа членов Совета за пределы скоростной трассы, идущей по межконтинентальному мосту, и падение в залив. Для тех, кто не запоминает имена и лица дельцов, прошедших ценз в Совет, уточняем – нынешнее происшествие касается того же самого почтенного нэси. Господина Охитеки из числа молодых, но весьма амбициозных бизнесменов.

Он снова остановил запись. Нет, этот репортер определенно перебарщивает с формулировками! Или он считает, что может себе это позволить?

– Почтенный Охитека внес немало весьма смелых – мягко говоря – предложений за последние восемь лет, – продолжил бойкий журналист, когда запись возобновилась. – И это уже третье громкое покушение на него за нынешний сезон. Невольно напрашивается вывод – кому-то господин Охитека очень и очень насолил!

Изумительная проницательность. Он с трудом сдержал саркастическую ухмылку.

– На сей раз флайер почтенного дельца взорвался в воздухе по дороге к Соу.

Здесь репортер сделал паузу, в которую и вклинилась запись взрыва, которая привлекла внимание нэси на заставке сюжета. Он внимательно наблюдал, как пикирует флайер за ограждение дороги и взрывается, влетев носом в землю. Кустарник, покрывавший почву по бокам трассы, немедленно запылал. В воздух потянулись черные шлейфы дыма.

Охитека нахмурился. Люди-то успели покинуть машину?!

Он включил запись взрыва на повтор. Нахмурился, вглядываясь в то, как несется к земле подбитый агрегат.

Внутри флайеров, принадлежавших его компании, имелись системы катапультирования. Вот только на записи он не заметил в воздухе людей. И это вызывало неприятное чувство. Нэси сам себе удивился – неужто сделался сентиментален?

И тут же одернул сам себя. Время ли для таких вопросов?! Нужно срочно выяснить – кто пострадал и насколько. И принять меры.

Значит, подбили его по дороге в Соу. Любопытно, что сталось с процессией, отправленной им к заводу. Возобновил запись.

– По имеющимся на текущий момент данным, все, кто находился в рухнувшем флайере, погибли. Спастись не удалось никому, – продолжил вещать журналист – со слишком жизнерадостной физиономией, как на вкус Охитеки. Мог бы хоть для приличия изобразить подобие скорби по погибшим! – Впрочем, уже высказываются предположения, что одиозный делец снова ускользнул от покушения. И что на момент падения в салоне флайера его не было.

Медузий хвост! А он становится предсказуемым.

– На место крушения немедленно выдвинулись стражи мира и флайеры экстренной медицинской службы. Однако, насколько нам известно, их опередила корпоративная служба почтенного Охитеки. Два флайера остались, спустившись к пострадавшему агрегату. Еще трое пустились в погоню за неизвестным, который произвел ракетный выстрел, появившись над равниной слева от дороги буквально из ниоткуда. Остальные продолжили движение в сторону Соу. Наша информационная служба уже сделала запрос в штаб-квартиру корпорации господина Охитеки, но ответа по сей момент так и нет.

Охитека остановил запись.

Прикрыв глаза, откинул голову на спинку кресла. Глубоко вздохнул. Все-таки его флайер подбили в направлении Соу.

О том, что он летит туда, сообщал только Кэтери. Он ведь…

Да будь оно все проклято! Он решил проверить Кэт, отправив кортеж в сторону Соу, и теперь… вроде как убедился в том, что слив информации идет с ее стороны.

Нет, это нелепо! Кэт не может.

Хотя почему, собственно? Потому что сам он по-прежнему питает теплые чувства к ней, в память о прошлом? Или в надежде на будущее…

Стиснул зубы. Отчаянно хотелось кого-нибудь пристукнуть. Сначала – пристукнуть, потом – самому с разбегу влететь в стенку поезда головой. В груди кололо.

Звякнул телефон, отвлекая от тяжелых мыслей.

– Господин Охитека! – раздался в динамике бодрый голос. – Рад вас слышать. Я отправил людей за флайером. Звоню спросить – где вы сейчас находитесь. Отправлю несколько звеньев охраны за вами – не время разгуливать в одиночестве!

– Где я? – переспросил нэси, оглядываясь по сторонам.

Запеленговать наверняка не могут. Во-первых, он в подземке. Во-вторых – на его телефоне по-прежнему стоит блокировка, установленная храмовниками. И голос незнакомый…

– Из какого вы подразделения? – невпопад вопросил он.

– Я – временный исполняющий обязанности руководителя отдела безопасности! Замещаю господина Настаса в его отсутствие.

Заместитель Настаса! Охитеку словно ударило током. Он и забыл про Настаса.

– Как он, кстати, себя чувствует? Недосуг было выяснить – то одно, то другое.

– Благодарю! Идет на поправку, – отрапортовал собеседник.

– Это хорошо, – протянул нэси. – Да! Я и правда сейчас… один, – спохватился он.

Огляделся. Чуть не ляпнул – без охраны! Нарочно ведь маскировался под обывателя, который не знает, что такое – ездить в сопровождении охраны.

Ну конечно! Настаса-то он решил, что обезвредил. Только ведь тот не один такой был. У него остались единомышленники в системе охраны. А внутри системы информация расходится и легко может попасть в руки осведомителя.

– Господин Охитека! – окликнул его собеседник. – Скажите, куда выслать отряд. Ваши кортежи подверглись нападению и в направлении Соу, и по дороге к заводу!

Вот так-так! Значит, и тут, и там успели. И сейчас остается только прижучить его здесь, в метро. А что – удобно: из подземки никуда особенно не денешься. И формально он сам будет виноват: нечего кататься без охраны, среди обывателей.

Главное – Кэт ни при чем. Она могла слить инфу насчет Соу, но про завод ничего не знала! Он еще раз огляделся по сторонам.

– Еду в сторону Гагигэби, – сообщил негромко. Минут через тринадцать заедем по трассе семь, пересечем город и по той же трассе семь поедем в направлении Наваджибига, ко второму подводному тоннелю.

– Подводному тоннелю? – растерялся собеседник. – На флайере?

– Такси – наземная машина.

– Прекрасно! Люди вас встретят возле подводного тоннеля или внутри.

– Я остаюсь на связи, – хмуро отозвался Охитека.

Положил трубку. Чтоб его! И ведь он не удивится, если под раздачу попадет какой-нибудь наземный автомобиль с ничего не подозревающими пассажирами. Подло получилось. А этот тип не упустит случая. Подумав, набрал сообщение командиру храмовников. И тот спустя минуту прислал ему номер и характеристики машины.

«Он ведь спросит, на какой именно машине вы едете. Отправляйте! Никто из обывателей не пострадает. А мы сумеем накрыть всех, кто примет участие».

Охитека перевел дух. Если дело в руках храмовых бойцов – можно жить спокойно. Они разберутся и с излишне резвым заместителем почтенного Настаса, и с его подручными.

К тому же – кто знает? Возможно, те и впрямь попытаются не разнести машину, а пересадить нанимателя со случайного такси к себе? Как бы ни было – совсем скоро он получит полный отчет с видеозаписью от храмовников. Там и решит, как поступить.

*** ***

Надо бы поискать в новостях и тот флайер, что сбили по дороге к заводу. Или это прошло мимо внимания журналистов?

Охитека вновь принялся бесцельно листать новостные сводки.

К слову, отчета с завода так и не поступило. Вообще. Ни с завода, ни от охраны. Только от заместителя Настаса сейчас и услышал. Любопытно, второе покушение вообще попало в поле зрения журналистов?

В новостных сводках – ничего. Ну, или он так искал. Вообще, хотелось спать. Голова не соображала.

Подумав, скинул сообщение секретарю с просьбой срочно найти все новостные выпуски, связанные с последними покушениями. И ссылки на всю найденную информацию отправить ему. Немедленно.

Вздохнул. Совсем обленился. Помнится, до сих пор он ни разу не перекидывал на подчиненных обязанность искать для него информацию. Осталось только переложить на секретаря чтение отчетов, что шлют ему Кэт, Телатки, Яс и все остальные. Составлять по ним краткие пересказы и присылать ему.

Встряхнул головой. Осталось только на покой уйти. Не рановато ли?

Додумать не успел. Телефон звякнул сообщением – секретарь выполнил поручение с поразительной быстротой. Минута хоть прошла?

Ссылок оказалось аж с полдесятка. Охитека покачал головой – а сам он рылся в залежах новостных сообщений! Теряет хватку. Открыл первую.

С одной стороны – заметно менее зрелищно, чем в варианте с Соу. Таких ярких взрывов не было. С другой… три машины! Три из кортежа.

И что за технологию применили нападавшие? Летевшие над дорогой флайеры просто вдруг вильнули один за другим в сторону, покидая кортеж. И, отлетев от дороги на достаточное расстояние, чтобы никого не зацепить взрывом, просто один за другим вмазались в землю. Без взрывов, огня, практически бесшумно. Возможно, последнее – просто эффект записи. Но впечатление картина произвела шокирующее.

Нэси не стал открывать остальные ссылки. Нащелкал новое сообщение секретарю – сделать отчет к его приезду: потери в результате обоих покушений, в том числе – по людям.

Нет, остальное он, пожалуй, посмотрит позже. Когда доберется до дома и отоспится. А пока с него хватит. Требовать отчета с того, кто сейчас находился во главе его службы безопасности, он тоже не станет. Все равно его ждет выбор между двумя вариантами: или снять его с должности – да и вообще, убрать подальше от корпорации. Или снять с него голову. И Охитека после всего увиденного склонялся ко второму варианту.

Глава 51

Добраться до конечной станции в Уру Охитека не успел. Видеоотчет пришел прямо в сообщения.

Отправленные заместителем Настаса люди не стали даже делать вид, что пытаются пересадить работодателя в одну из своих машин.

Охитека поморщился, когда яркий взрыв посреди тоннеля расползся по всему экрану.

Ехал бы он и правда в такси – успел бы разве что опознать свою охрану в несущихся навстречу машинах. Как четыре флайера ухитрились попасть в подводный тоннель, тянущийся под заливом меж двух континентов – осталось загадкой. О том, как будет решать этот вопрос с владельцем тоннеля, СМИ и общественностью, нэси постарался не думать. С этой проблемой придется разбираться долго. И от пятна на репутации он долго не отмоется.

Флайеры, катящие по проезжей части, просто в полусотне метров от машины, номер которой Охитека отправил заместителю Настаса, вышли на встречку. Авто между собой и целью распихали по сторонам – кого на встречную полосу, кого – к обочинам.

Двое – перекрыли путь вперед. Двое – выдвинулись вперед, взяв в клещи. И шарахнули с трех сторон ракетами. Прямо в тоннеле! От картины Охитеке сделалось дурно. Это как нужно обнаглеть, чтоб вытворять такое?!

Хотя им-то чего наглеть. Пятно ляжет на погибшего нэси! А что: покушение на него, силами его же охраны. Спохватившись, отключил видео, набрал сообщение.

«Ваши люди живы?»

Не хватало еще жертв среди храмовников! Их достаточно и среди обывателей.

«Наши – живы. Среди обывателей тоже никто не пострадал».

Как быстро пришел ответ! Нэси моргнул. Ощущение, будто командир храмовников держал телефон наготове, ожидая именно этого вопроса.

«Благодарю за заботу».

Он перевел дух. Люди не пострадали – вопреки чудовищной картине на видео. Ну да, командир храмовников ведь обещал ему это! Значит, самое страшное – это повреждения самого тоннеля и пострадавшие машины. Попытался прикинуть сумму ущерба. Скривился – по всему выходило, что дыру в бюджете эта история ему пробьет немалую.

Что он там думал о возобновлении работ в своем доме на побережье? Разморозить строительство подводного тоннеля, ведущего прямиком из-под дома по дну в отдаленную точку. Подводный ангар с компактным плавательным агрегатом…

Во всяком случае, он подумывал о такой возможности после запуска пилотного производства магических кристаллов. Но… видно, пока что придется отложить. Снова. На неизвестный срок.

Кинул взгляд на часы. Почти полтора часа до прибытия.

Как же долго тянется это время! В голове крутится какая-то ерунда, сил пересматривать новостные выпуски – нет. Можно почитать отчеты, которые ему присылали за последнее время. Но нэси опасался, что заснет прямо над каким-нибудь из них. Хотя просто так он заснет еще быстрее.

Подумав, включил в наушнике какую-то бодрую дискотечную музыку. И завел будильник – на случай, если все-таки отключится.

Танцевальная мелодия раздражала. И почему он не захватил с собой чего-нибудь пожевать? Охитека огляделся. Это скорый межконтинентальный – здесь купить еду можно разве что в автомате в конце вагона.

Нет, пожалуй, есть такую гадость не стоит. Лучше потерпеть.

Главное – никого не прибить ненароком за оставшееся время. Усмехнулся, вспомнив, как Роутэг с Кэт независимо друг от друга поставили ему диагноз: неконтролируемая вспыльчивость при голоде. Ведь правы были оба!

Ладно, решено: он не станет принимать фатальных решений и отдавать приказов о том, чтоб снять с кого-нибудь голову, пока не поест. На это-то его самоконтроля хватит?

*** ***

В квартире оказалось пусто. Ни дочери, ни жены.

Ну, у Алиты в это время занятия. Хотя они уже должны подходить к концу. А Ловелла наверняка не хотела сталкиваться с ним дома. Тем более, он четко дал ей понять – в этом жилище ей не будут рады. Во всяком случае, он – точно не будет.

Нет, всё потом! Сейчас – в душ и спать.

Куртку с заклепками швырнул прямо на пол. Аляпистые украшения с претензией на брутальность горстью свалил на журнальный столик. Жуя на ходу кусок вяленого мяса, потопал в душ.

Освежившись, снова направился на кухню. Хотелось есть!

Вот только спать хотелось сильнее. Решено: сделает бутерброд, чтобы перебить немного голод. Когда проснется – поест нормально.

В результате бутерброд на тарелке так и остался на столе – рядом с горкой молодежной бижутерии. Нэси принес его в комнату, рассчитывая поесть, сидя на удобном диване. На этом диване и заснул, сам не заметив, как. Вообще, он собирался прочесть отчеты по покушениям, которые как раз пришли незадолго до его возвращения домой. Видимо, укладываться на подушку для этого не стоило.

Вот только… когда он успел съехать-то на подушку? Надо бы попросить у Кэт каких-нибудь витаминов для памяти…

*** ***

– А я тоже хочу такие штуки! – Алита с восторгом перебирала легкомысленно брошенные им безделушки.

– В своем репертуаре, – Ловелла презрительно покривила губы.

– Мне нужно было добраться до Уру, – раздраженно буркнул Охитека. – Слышала такое слово, как маскировка?

– Слышал такое слово, как личная охрана? – передразнила жена.

– Слышал. Еще и видел. Моя личная охрана разнесла к пещерным таксам подводный тоннель на полдороге между Уру и Наваджибигом, пытаясь меня прикончить.

– Даже собственная охрана пытается тебя прикончить. И я их понимаю!

– Вэл, – нэси нахмурился. – Ты забываешься.

– Да что ты! – вспылила жена. – Скажи еще, что намерен припомнить мне все прегрешения, – щеку дернул нервный тик, белые перышки над правой бровью встопорщились. – На себя взглянуть не пробовал?! Еще и на виду эту дрянь оставил. Видно, нарочно, чтобы дочь увидела! Алита, ты же девочка! – воззвала она к разуму дочери. – И, – осеклась, глядя на малышку.

Та бросила перебирать многочисленные цепи и заклепки. И теперь, усевшись на диван, деловито жевала бутерброд, который Охитека так и не съел.

– Пойду приготовлю ужин, – Вэл развернулась на носках и потопала на кухню. – Конечно же, ты не озаботился тем, чтоб в доме постоянно находился повар.

– Постоянно?! – возмутился нэси. – Я и сам в состоянии приготовить себе обед, если это необходимо! – и обернулся к дочери.

– А ты мне купишь такие же украшения? – осведомилась Алита с набитым ртом, запихивая последний кусок.

– Обязательно, – заверил Охитека. – Только эти тебе будут велики. Нужны такие, чтобы подходили на тебя. А то будешь выглядеть, как…

– Как кто? – бровки малышки сошлись на переносице.

– Как будто стащила у кого-то эти украшения, – он вздохнул. – Как будто некому купить тебе твои, которые будут подходить на тебя по размеру. Слишком большие украшения выглядят так же, как и слишком большое платье. Вот представь, что ты на танцы пошла… в моих растоптанных ботинках, допустим.

– Фи! – Алита сморщила носик. – Мне мамины туфли больше нравятся.

Охитека расхохотался.

– Вэл, ты это слышала? – крикнул он. Поднялся и потопал на кухню, поделиться соображениями с женой. – А ты еще сетуешь, что наша дочь на девочку не похожа. Как по мне, очень даже похожа, – прибавил он тише, останавливаясь в дверях кухни. Туфли ей все-таки нравятся твои, а не мои.

Ловелла на это фыркнула недовольно.

– Боюсь, даже мои туфли не спасут ситуацию, если она нацепит такую дрянь, – дернула неопределенно головой.

– Вэл, ты ничего не понимаешь, – Охитека отмахнулся. – Мы поедем в магазин нормальных украшений. Разумеется, эту бижутерию оставим дома. И там предоставим Алите возможность выбрать то, что ей по душе.

Она хмыкнула, взглянула на него задумчиво.

– Ладно, признаю. План неплохой, – вынесла она наконец вердикт. – Должно сработать! И главное – никаких споров и возмущения, – даже слегка улыбнулась. – Пожалуй, я тебя недооценивала.

– На редкость высокая оценка, – он усмехнулся. – Нечасто я такой удостаиваюсь!

– Старайся лучше – глядишь, будешь удостаиваться чаще, – отмахнулась Ловелла.

Охитека хмыкнул. Все как в старые добрые времена. Словно и не было ни ссоры, ни мыслей о разводе.

Он привалился плечом к дверному косяку. Алита была занята в комнате украшениями – и до родителей ей дела не было. К лучшему. Если и поссорятся – малышка не заметит. Не надо только делать этого громко.

– Слушай, Вэл, – окликнул он. – Почтенный Нуто, – и смолк на секунду, наткнувшись на ее помрачневший взгляд. – Просто… как тебя так угораздило, а?

– А что мне оставалось? – фыркнула жена. – Ты же занят постоянно своей ненаглядной работой. До жены и дела нет!

– Ну, я так и думал, – он кивнул.

– О, ты еще и думать умеешь.

– Скажи, чего хочешь ты сама? – он не стал обращать внимания на издевку. – Предпочтешь развестись или остаться вместе? Брак у нас сложился откровенно неудачно.

– Ты меня спрашиваешь, чего я хочу?! – поразилась она.

– Я хочу решить вопрос мирно, – Охитека пожал плечами. – Лучше, чем есть, вряд ли будет. Я останусь сухарем, с головой закопавшимся в работу. И безумным прожектером, спускающим деньги на сомнительные аферы. Все останется по-прежнему. Мы вроде как уже выяснили, что тебя это не устраивает. Поэтому… подумай, каким ты хочешь видеть свое будущее.

– О. А тебе, выходит, безразлично? Наплевать, уйду я или останусь?

Охитека подумал с полминуты.

– Знаешь. Тебя это, конечно, обидит. Но мне плевать. Наш брак не сложился, с этим ничего не поделаешь. Единственный аргумент за то, чтобы остаться вместе – Алита. Она всего этого не заслужила.

– Понятно, – Ловелла кивнула. – И после нашего расставания… ты сразу помчишься к своей ненаглядной Кэтери, так?

– Это вряд ли, – Охитека хмыкнул. – С Кэт у нас не сложилось еще в прошлый раз. Не вижу ни единой причины, почему могло бы сложиться сейчас, восемь лет спустя. У нее своя жизнь, у меня – своя. С тобой мне ужиться не удалось. И я почему-то подозреваю, что не уживусь вообще ни с кем.

– Драмы-то сколько, – фыркнула жена и ехидно улыбнулась. – Я подумаю над твоим заманчивым предложением. Все-таки это так неожиданно, такие решения не принимают сгоряча.

Он невольно усмехнулся. Вэл в своем репертуаре! Это ему в ней и нравилось – в конце концов, не зря он когда-то на ней женился.

Выхватил ломоть мяса у нее из-под рук, и Ловелла метнула в него недовольный взгляд.

– Мне кажется, или ты пытаешься помочь мне принять правильное решение? – ехидно осведомилась она. Он лишь пожал плечами. – Вот и отлично, – она кивнула. – Пожалуй, я откажусь от этого невероятного предложения. В конце концов, мне тоже важен душевный покой дочери.

– Что ж, – он медленно кивнул. – Но ты ведь понимаешь, что повторение нынешней истории недопустимо?

– И что ты предлагаешь? – она фыркнула недовольно.

– У меня будет пара условий. И тебе придется их принять.

– Выгодная коммерческая сделка стремительно обрастала отягощениями и дополнительными условиями, – пробормотала Ловелла. – Я как-то подзабыла, что ты за тип! Жесткие переговоры – это же твой конек.

– Не преувеличивай, – Охитека поморщился. – Я не собираюсь выворачивать условия начисто. Я так никогда и не делаю…

– Ну-ну, – Вэл дернула плечом. – Ладно, расскажешь о своих условиях. Мне просто любопытно будет послушать.

– Послушаешь, – посулил Охитека, энергично кивнув. – В ближайшие часы поедем в офис – там все и услышишь.

Она кинула на него настороженный взгляд. Наверняка будет недовольна, узнав, каким способом он решил себя обезопасить. Да и их с дочерью заодно – что бы она ни думала по этому поводу. Подавил вздох. Нужно приготовиться еще к одной стычке. Мирная жизнь ему уже даже не снится!

*** ***

– Подписывай, – мрачно приказал Охитека.

– Ты шутишь?!

– Никаких шуток. Вэл, это гарантия твоей безопасности и Алиты. И моей тоже, да. Я, знаешь, и о своей безопасности тоже беспокоюсь. Пока есть хоть малейший шанс дотянуться до моего состояния через тебя или через нашу малышку – моя голова под ударом. И мне это уже надоело. За столько-то лет!

– А если я подпишу, – зашипела она.

– Все будет прекрасно! То, что унаследуешь ты в случае моей смерти, нельзя будет через тебя получить. Не выйдет, скажем, жениться на тебе – и получить доступ к состоянию по праву наследования. Владеть им сможешь только ты, как моя жена. В случае же, если с тобой что-то случится, та часть состояния, что ты унаследовала от меня, уходит либо Алите – если она успеет к тому моменту достичь совершеннолетия и подписать такой же договор с общиной. Или уходит непосредственно общине.

– И наша малышка остается с пустыми руками!

– Зато живой. И с неплохими шансами выжить. К тому же я не верю, что Токэла оставит нашу дочь ни с чем. Он вернет ей к совершеннолетию если не все состояние, то его часть.

– О. И ты готов довериться этому хитрому койоту!

– Ему я готов довериться больше, чем кому угодно другому, – мрачно отозвался он. – И уж, во всяком случае, больше, чем какому-нибудь проходимцу, который попытается прибить нашу девочку, чтобы прикарманить ее наследство!

– Знаешь, я всегда знала, что наш брак – это чистый расчет с обеих сторон, – грустно проговорила Ловелла. – Но мне это казалось вполне приемлемым. Меня это устраивало! Я думала, мы будем сообщниками.

– Я тоже так думал, – резко отозвался он. – Да вот беда: тебя мои методы не устроили!

– Я не знаю ни одного разумного человека, которого устроили бы твои методы! – загорячилась она. – Ты же творишь дичь! Мало того, что не прибыльную дичь – ты ее творишь себе в убыток.

– Вэл, убытки и инвестиции – разные вещи. Любое новое дело может выглядеть убыточным. На старте. Иногда это продолжается несколько лет. И ты заговариваешь мне зубы, – прибавил он, видя, что она готова разразиться негодующей тирадой. – Тебе придется подписать это. Это в твоих же интересах, – устало вздохнул. – Да и выбора у тебя особого нет.

– Или развод, или вот это, – она неприязненно ткнула пальцем в документ.

– Нет, если тебе хочется развода, – он пожал плечами. – Только на кой?

– Ты что, меня отговариваешь? – она нервно хохотнула. – Тебе-то он будет на руку!

– А мне на кой?

– Ну… сможешь воссоединиться со своей ненаглядной Кэтери, – ядовито процедила Вэл.

– У Кэтери восемь лет, как своя жизнь, – он пожал плечами. – Как, собственно, и у меня. И мы уже это обсуждали. А вот Алита была расстроена после нашего отъезда без тебя.

– И тебя беспокоит настроение дочери.

– Меня беспокоит настроение и душевный покой дочери. И тебя тоже.