![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vshody-vlasti-si-376809.jpg)
Текст книги "Всходы Власти (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 40 страниц)
– А на самом деле вся конструкция рассыплется, превращаясь в стихийный провал, который может навредить самому мастеру. – полуутвердительно предположил герцог.
– Да, и с водой такое происходит чаще всего. Вода – стихия текучая, изменчивая… С популярностью воды в методиках защиты соперничает воздух, но обычно неизменно проигрывает. Создать плотный воздух – задача почти невозможная, ибо это противоречит самой сути стихии. Поэтому воздушники чаще всего создают свою защиту не на основе уплотнения, а на основе движения. Закручивают вокруг себя вихрь, сдувающий и отклоняющий всё, что в него попадает. Создают мощный ураган, отталкивающий противников. Или, быть может, отталкивают сами себя…
– А если мастер не молод? Тогда, получается, таким образом можно держать защиту, подпитывая свои силы с помощью провала, до бесконечности?
Дряхлый мастер лишь покачал головой.
– Многие пытались, конечно. Никому пока не удалось. Любая манипуляция с энергиями требует потратить от тебя частичку собственной внутренней духовной силы. Хотя бы крупицу. А наши собственные силы отнюдь не безграничны. Нет, разумеется, их можно восполнить, если вокруг достаточно разлитого в пространстве нейтраля. Но это зачастую требует переработки его в подходящий и привычный мастер энергетический подтип, и самое главное, времени… А в бою, когда ты держишь защиту, счет этого времени идет на мгновения. Проще всего держать защиту на стенах. Сейчас мы уже перебили большую часть крылатых тварей в королевствах, но в старые времена это был настоящий бич городов. Мастера дежурили сутками, ожидая нападения виверн или грольфов. Но даже если ты успешно будешь восстанавливать силы раз за разом после каждого боя, способа обходиться без сна с помощью одной лишь энергии никто еще не придумал.
– Этот вопрос всегда занимал меня. – заметил герцог, скосив глаза на парящий в воздухе чайник. – Что мешает в случае опасности просто взлететь в воздух? У вас, например, отлично получается контролировать множество мелких предметов…
– Это следствие опыта и привычки. – польщено улыбнулся старик. – В моей башне всё лежит на своём месте, и я хорошо знаю, как привести это в движение. Поднять в воздух те же предметы на другом месте, где незримые простому глазу токи энергий мне незнакомы, намного, намного тяжелее. Вы же не думаете, что они летают сами по себе, стоит мне пожелать того? Попробуйте провести рукой под чайником, например.
Рекомый чайник подлетел к столу и завис над ним, повинуясь желанию старого волшебника. Герцог с любопытством поводил под ним рукой, и в момент, когда он это делал, чайник слегка покачивался, чуть проваливаясь вниз.
– Я чувствую потоки воздуха. Словно тонкие, но мощные струйки ветра держат его на весу. – восхищённо произнёс лорд Бастиона.
– Всё верно. И чтобы поднять один предмет, требуется создать несколько целенаправленных плотных потоков, и ежесекундно менять их направление. Непростая задача, и чем тяжелее предмет, тем сложнее это сделать: ведь мощные потоки, потребные для поднятия весомого объекта, могут и повредить его. А ведь человек довольно хрупок…
– Можно одеться в доспехи. – предложил герцог. – Полагаю, хороший комплект защитит от плотных струй ветра?
– Не всё так просто. – покачал головой дряхлый кудесник. – Над этой задачей бьётся не первое поколение мастеров воздуха. – Во-первых, нужна точка опоры. Если ты поднимаешь в воздух сам себя, то таковой у тебя нет, и её надо искать на земле. Чем выше ты поднимаешься, тем дальше точка опоры… Помимо этого, ветер изменчив. И по мере движения требуется постоянная и очень точная коррекция потоков. Очень легко провалиться в воздушную яму и разбиться. И, наконец, самолевитировать выше нескольких сотен метров практически невозможно – мешает предел Кистинга. Совокупность множества причин мешает даже просто взять и высоко подкинуть себя в незнакомом месте, не говоря уже о полноценном полёте. Хотя некоторым мастерам воздуха удаются длинные прыжки, но не более того…
– Предел Кистинга? – вежливо обозначил вопрос герцог.
– Мессир Кистинг был мастером, который математически вывел зависимость сложности прямого управления энергией от расстояния. Предел Кистинга – это расстояние, удалившись на которое, мастер гарантированно теряет возможность манипулировать энергией. Оно составляет примерно 2783 шага и его называют лигой Кистинга. Это примерно полторы морских лиги, но на практике возможности даже самых опытных мастеров не позволяют покрыть дистанцию больше чем в пару сотен шагов, за редким исключением.
– Нет предела совершенству… – неопределённо протянул герцог. – А что насчёт приземления?
– Зависит от ситуации. – дёрнул щекой старик. – опытный мастер воздуха может упасть с практически любой высоты и уцелеть. Вот только достать такого обалдуя из горной пропасти может быть задачей крайне непростой. Однако обстоятельства бывают разные: раны, усталость, недостаток концентрации… Молодой мастер может и разбиться, поэтому лучше его страховать. К тому же неопытность может привести к тому, что упавший с большой высоты не слишком плавно погасить скорость падения, создавая восходящие потоки, или, наоборот, сделает это слишком хорошо. Травмы, вплоть до летальных, вполне возможны. Помню, во время моего преподавания ученики развлекались таким образом: Левитировать себя, конечно, ни у кого не получалось, но вот несколько товарищей вполне могут подкинуть своего друга на несколько десятков метров. Не всегда получается приземлиться удачно, а уж нагоняев от старших мастеров сколько было… Сколько ни запрещай, всё равно рискуют, негодяи. – старик сокрушённо махнул рукой и покачал головой, выражая неодобрение рискованной молодёжи.
– Что-то мне подсказывает, что в своё время и вы были не без греха. – хитро улыбнулся герцог. – С воздушной защитой мне всё, в принципе, ясно. Что насчёт огненной?
– По молодости всякое бывает, – степенно согласился почтенный мэтр. – Но в том и состоит мудрость, чтобы не допускать ошибок молодости. Что же до защиты на основе огня… – пожилой маг лишь отрицательно покачал головой. – Теоретически возможно. Но слишком сложно и энергозатратно. Создать плотный огонь: задача из разряда фантастики, сама стихия этому сопротивляется, аналогично воздуху. Запустить его в движение в несколько раз сложнее, чем создать воздушный поток, для которого это естественно. Поэтому практика стихийной огненной защиты, как правило, применима только в случае столкновения с тварью, владеющей стихией воды на высоком уровне. А таковые крайне редки. Огненные щиты и сферы используют не чаще, чем чисто энергетические щиты на основе света, жизни, или чистого нейтраля. Мне доводилось слышать, что красные башни владеют подобными техниками: на случай нападения морских тварей на побережье. Но даже они наверняка применяют их не слишком часто: слишком много сил на это требуется.
– А энергетические щиты? – педантично уточнил лорд Талион.
– Это явно не из разряда того, что освоит молодой мастер. – хмыкнул пожилой кудесник. – Щит из чистой энергии нужен для того, чтобы противостоять противоположной стихии. Или любой другой энергетической атаке. Твари, способные на подобное крайне редки и известные мне упоминания о встречах с ними можно пересчитать по пальцам. Поэтому дать вам какой-то ясных и чётких критериев по поводу такой встречи я не могу: слишком это индивидуально. Помню, когда я ещё был учеником в Твердыне Истины, наш преподаватель защитных техник показывал нам собственную придумку: ячеистая, словно сетка, сфера, сотканная из чистого нейтраля. Выглядело впечатляюще и держало любые удары как материальные, так и нет, но от кого им отбиваться? Старик мог продержать его от силы полминуты, потом выдыхался, даром что сильный мастер был. Любая материальная защита на основе стихий была бы эффективнее. Говоря же о свете или жизни… У них просто нет противоположностей. Тьма есть отсутствие света, смерть – отсутствие жизни. Такая защита возможна, но это бессмысленная трата сил, вот что я вам скажу.
– А что если соединить два типа защиты? – немного поразмыслив, спросил герцог. – Общие достоинства будут нивелировать недостатки друг друга. Например, соединить водную сферу и каменную…
Дряхлый старик расхохотался. Он смеялся долго и искренне. Утерев слезы, он наконец ответил:
– Вы прямо как ребёнок, только услышавший о возможностях нашего искусства. Эта мысль не нова и часто возникает у новичков. Действительно, идея-то отличная… Но, как часто это бывает с отличными идеями, множество подводных камней найдётся и здесь. Если коротко, это просто слишком сложно. Знаете, сколько времени занимает обучение полноценного мастера, если мы говорим об одном направлении?
– Нет. – честно признался герцог. – Никогда не задумывался. Наверно, лет пять-десять?
– Промахнулись раз в пять. – хмыкнул почтенный маг. – От десяти лет до пятидесяти, в среднем: двадцать пять – тридцать. С учётом того, что обучение мы стараемся начинать как можно раньше, лет с пяти-семи, всё равно полноценный мастер редко покидает монастырь или иную школу раньше тридцати. Нет, бывают, конечно, особенные таланты. На моей памяти самым молодым мастером в Ренегоне был мастер Гастон. Он сейчас, вроде, советник у иерарха. Стал мастером воды в семнадцать – изрядно способный юноша. До последнего конклава его в следующие иерархи пророчили, бывало… Думаю, к сему дню они вторую стихию освоил.
– Тогда получается, талантливому мастеру ничего не мешает комбинировать стихии?
– Если бы. – грустно покачал головой старик. – Обширная тема, сразу всё и не охватишь. Но если говорить коротко, одновременно преобразовывать и использовать больше одного вида стихийной энергии – задача для мастера экстра-класса. Для этого требуется, немного – немало, разделить свое собственное внимание сразу на два направления. Запараллелить сознание, понимаете? Вот вы сможете сражаться двумя руками с двумя противниками одновременно? С каждым – отдельной рукой?
Герцог на миг представил себе такую картину. В голове она укладывалась плохо.
– Нет. – признал лорд Бастиона. – Наставник по фехтованию всегда учил меня действовать в бою всем телом, как единое целое с оружием и доспехами…
– Вот и у нас так. Единое целое со своей стихией… Опытный мастер, конечно, может быстро переключаться с одной стихии на другую, если хорошо владеет обеими. История знала примеры таких мастеров: это были величайшие магистры своего времени, основатели новых орденов. Скопус Око Бури, Шаолис Вулкан, Вульф Терновник… Но даже им нечасто удавалось одновременно совместить две стихии в одном приёме. Понимаете, стать мастером даже в одном направлении весьма непросто и занимает немало времени и сил. А стать мастером в ещё одном – ещё больше, потому что со временем разум костенеет, привыкает к манипуляции определёнными типами энергии. Для того чтобы обойти этот вопрос, нужно сразу, с нуля, учить мастера-универсала. Но никто так не делает, это признано бесперспективным.
– Но почему? – удивился герцог. – Если это позволяет обойти ограничения, почему сразу не начать воспитывать мастеров, что владеют двумя-тремя стихиями?
– Это вредит обучению. Замедляет его. Крайне сложно для ученика, практически невозможно. Сначала ты учишь парня огню, а потом воздуху, а потом воде… И с каждым приёмом ему необходимо подстраиваться заново, ломая привычную схему об колено. Справиться с таким один из тысячи, если не меньше. А из остальных просто выйдут скверные мастера-недоучки, даже спустя десятилетия. Помимо этого, страдает боевая эффективность. Мы живём в опасном мире, а воспитать опытного мастера-боевика, сидя за стенами городов, невозможно. Конечно, мы присматриваем за учениками и прикрываем их, даём охрану… Но если добавить к этому ещё и плохую программу обучения, гибнуть будет слишком много.
– Быть может, стоит ввести промежуточный ранг? – задумчиво произнёс герцог. – Есть же подмастерья у алхимиков или сапожников.
Дряхлый маг неожиданно резко вскинул голову и вцепился в подлокотники.
– Никогда! – рявкнул он. – Сапожники и алхимики пусть делают что хотят, но применять их стандарты на высокое искусство управления мистическими энергиями – совершенно недопустимо! Помяните моё слово, стоит начать так делать, и с этого-то и начнётся деградация нашего искусства! Подумать только, выпускать недоучек! Да пусть лучше сидят в монастырях до глубоких седин, чем позорят гордое звание мастера!
Дальше старик надолго замолчал, погрузившись в свои раздумья, и, кажется, даже слегка задремал. Эта вспышка гнев, похоже, отняла у него последние силы. Поняв, что тот закончил, герцог неспешно поднялся из кресла и потянулся к кошельку.
– Оставьте, лорд Талион. – хмыкнул через полуприкрытые глаза старик, услышав звон монет. – Неужели вы думаете, что я бедствую? Мне не нужны ваши деньги. Заходите ещё. Приятно встретить благородного и вежливого слушателя, вспомнить былые деньки. Удачи вам в охране вашего охламона.
– Благодарю за вашу мудрость, мессир. – неглубоко, но почтительно склонил голову герцог, перед тем как уйти.
В дверях лорда Бастиона нагнал старческий голос.
– И вот ещё что, герцог… Вам, это, наверно, не пригодиться, но добавлю для полноты картины. – герцог навострил уши. – Лучшей магической защитой среди всех людей владели верховные иерархи. Мне не довелось видеть этого лично, но другие мастера рассказывали, как видели нашего покойного иерарха в бою. То ещё зрелище: чистая, прозрачная, сияющая от града ударов сфера. А вокруг неё бушует огненный вал, неукротимая стихия. Не знаю, почему верховные не учат кого-то ей. Быть может, Отец запретил, а может, слишком сложно. Слыхал я, что пробить её можно только не меньше чем дюжиной одновременных атак, да, и то, только если мастер сплохует. Божественная защита, да. Лучше не бывает. Не иначе, их тому сами боги учили…
Герцог уже покинул небольшую, но уютную башню, а дряхлый мастер магии ещё долго смотрел на город, вспоминая дни былой силы и могущества. У него не было ни малейшего сомнения, что посетивший его лорд справится со своей задачей – тот был, определённо, серьёзной и основательной личностью, и старый маг был рад, что смог внести свой маленький вклад в обеспечение жизни наиболее талантливых мастеров нового поколения.
К закату старик незаметно для себя уснул в кресле. Ему снились могучие бури, гигантские рукотворные скалы, огненные валы и могучие цунами, что покоряли своей воле мастера, что придут за ним.
Наутро он даже не вспомнил, что кто-то посещал его. Что взять с дряхлого, доживающего последние годы старика?
Герцог Талион Бастион покинул башню дряхлого волшебника, широко вдохнув полной грудью и расплывшись в довольной улыбке.
Отъезд верховного иерарха, безусловно, несколько спутал его планы. Но для опытного стратега противник, ускользнувший от удара, это время, выигранное на то, чтобы подготовиться ещё лучше.
И он будет готов. Ловушка будет безупречна.
Глава 9
Как много смысла могут вместить в себе всего два слова – королевский бал. Это и громадный, роскошно украшенный зал в сердце замка, сотни гостей, изысканные напитки и яства со всех уголков королевства и не только. Это встречи и интриги, сплетни и танцы, возможность познакомиться, обсудить дела и представить высочайшей публике что угодно и кого угодно.
Бал начинался в полдень, но уже с раннего утра мне приходилось сидеть в бальном зале, на специально подготовленном для меня троне, и согласовывать с капитанами гвардии схему безопасности мероприятия.
Схема руководства гвардией Ганатры была предельно проста. Десятки возглавлялись десятниками, сотни – сотниками, а над сотнями стояли гвардейские капитаны, число которых в разное время могло колебаться от трёх до двух дюжин, и под их началом, в зависимости от влияния, приближённости к королю, и знатности рода могло находиться от одной до десяти сотен. Сами капитаны отчитывались только перед королём или назначенным им генералом, чьё место на данный момент занимал герцог Шеридан.
Сам на балу он не присутствовал, сославшись на армейские дела, но я знал, что он снял пятерых из девяти гвардейских капитанов сразу, как вступил в должность, сославшись на преданность его брату и недостаточную надёжность.
Из оставшихся четыре двое были рыцарями, один – графом, и самый последний был самого что ни на есть сиволапого крестьянского происхождения.
До моего прихода к власти он вообще командовал всего одной сотней, набранной по остаточному принципу, из таких же крестьян. Сословное деление во всей красе…
Его звали капитан Дигус. Самый что ни на есть обычный мужик лет сорока с густой пшеничной бородой и совершенно неаристократической мордой. Немного поразмыслив, я приблизил его к себе, выдав ему под командование три сотни. А вторым приближённым капитаном сделал графа Роланд, что был самым знатным из оставшихся капитанов.
Первого – по соображениям верности. Поднятый с низов и приближённый ко мне, мужик будет верным как собака. Второго – по соображениям приближения к аристократическому кругу. Граф Роланд смотрел на Дигуса как на вошь, но никаких оскорблений и пренебрежения в моём присутствии себе не позволял.
Сейчас я со скучающим выражением лица наблюдал, как два моих ближайших капитана спорили. И недостаточно красноречивый Дигус этот спор явно проигрывал.
– Безопасность короля в приоритете. Мало ли какой лорд чего нехорошего задумает. Так мы его сразу, раз, и в темницу. – сделал Дигус характерный жест.
– Подобный подход как раз и приведёт к тому, что среди знати возникнет недовольство. – холодно парировал граф Роланд, аристократично вздёрнув подбородок. – Мы должны предельно вежливо обращаться со светом, особенно на первом королевском балу. Это представление Его Величества всей элите страны, и от этого зависит слишком многое.
Граф бросил на меня вопросительный взгляд, как бы спрашивая разрешения. Я кивнул.
– Его Величество ещё не слишком прочно сидит на троне. И мы, как гвардия, обязаны всеми силами способствовать упрочнению его положения. – понизив голос, тихо сказал Роланд.
– Вот именно! – вскинулся Дигус. – Именно это я и…
– Довольно. – властно сказал я, прерывая спор. – В ваших словах есть резон, но я несогласен с вами обоими. Возглавлять охрану мероприятия будет капитан Роланд. Дигус, тебе необходимо проследить, чтобы замок никто не посетил и не покинул незаметно.
Дигус густо покраснел, вспомнив вчерашний визит Кадогана. Именно его люди стояли тогда на страже.
– Вы не совсем правы, Роланд. Двое из трёх герцогств мои. – тихо ответил я графу, когда Дигус удалился.
– Вы так доверяете герцогу Шеридану, Ваше Величество? – невозмутимо осведомился капитан.
– Вполне достаточно, чтобы не бояться брошенного вызова. Но доля истины в ваших словах тоже есть, поэтому я оставляю вам возможность действовать на своё усмотрения в деле пресечения драк, дуэлей, и обеспечения порядка. Полагаю, вы знаете элиту Ганатры лучше меня.
– Я не подведу вас, Ваше Величество. – с достоинством поклонился граф.
Роланд провёл некоторую ротацию стражи перед балом, заменив имеющуюся, состоящую из наиболее опытных мечников, на совсем иной контингент, ориентируясь в первую очередь на знатность и высокое происхождение бойцов.
Не всегда эти параметры совпадали, далеко не всегда, и именно поэтому в гвардию набирали всех.
В условиях, когда коронные торговые караваны требовали действительно надёжной защиты от местной фауны, ни один монарх не мог позволить себе набирать гвардию по принципу одной лишь знатности. Хотя, конечно, при прочих равных это имело значение…
Зал постепенно наполнялся. Слуги притащили длинные столы, начиная расставлять на них закуски и напитки. Устилали весь пол коврами королевских цветов, вывешивали картины и гобелены.
Бальный зал в королевском замке Ганатры, конечно, уступал тому, что я видел в Ренегоне. Но всё же это было большое, хорошо освещённое помещение с высокими потолками и живописными резными колоннами и балюстрадами, что могло вместить в себя несколько сотен человек.
Как и большая часть внутреннего убранства замка, бальный зал был выполнен в мягких, сине-бирюзовых цветах короны Ганатры.
Периодически ко мне подходили слуги и уточняли различные мелочи на предмет музыки и смены блюд. В этот момент мне остро не хватало Улоса.
К примерно восьми часам утра мне это всё настолько надоело, что я покинул бальный зал и приказал слугам провести меня в покои Кианы.
Новоиспечённая баронесса тоже приехала на бал. Черноволосая теперь уже леди была заспанная и слегка удивлённая королевским визитом.
– Я давно тебя не видел и соскучился по женскому обществу, а королевские дела перед балом навевают на меня тоску. – прямо заявил я девушке.
– Думаю, с этим я могу помочь. – не стала спорить бывшая наёмница.
Киана развязала кожаный ремешок и тряхнула роскошной гривой длинных и чёрных как смоль волос, одновременно скидывая с себя ночную рубашку и оставаясь обнажённой. Немного полюбовавшись точёной, стройной фигуркой с небольшой, острой грудью, я схватил её в охапку и повалил на кровать.
Больше в это утро мы не разговаривали. Надо полагать, безотказные женщины – одно и преимуществ бытия аристократом. В конце концов, какой смысл быть королём, если ты не используешь свои привилегии?
К полудню, пребывая в гораздо более добром расположении духа, я вернулся в бальный зал. Проснувшиеся гости постепенно прибывали, заполняя пространство. Кого здесь только не было: известные рыцари и богатейшие торговцы, градоправители и удачливые капитаны, знатные лорды и лучшие из мастеров магии.
Улос хорошо подготовился и пригласил на мой первый бал всех наиболее знатных, богатых, или влиятельных людей Ганатры.
Какого-либо общего дресс-кода я не заметил. Каждый старался нарядиться по-своему – рыцари надевали начищенные до блеска доспехи, знатные леди щеголяли в самого разного покроя платьях, торговцы надевали объёмные наряды и похвалялись дороговизной ткани. Беднее всего были одеты горожане, но даже те принарядились как могли.
Большинство прибывших сразу разбились на группы по интересам. Поближе ко мне разместилось две группы аристократов, внимательно изучающих меня периферийным зрением. Чуть поодаль – торговцы и градоправители. В центре зала сгруппировались мастера, разделившись на две группы: представители воды и огня держались обособленно, и бросали друг на друга отнюдь не самые добрые взгляды. Делегация Грицелиуса держалась гордо и посматривала на магов Ганатры с превосходством, но конфликты провоцировать, судя по всему, не планировала, пребывая в меньшинстве.
Помимо герцога Шеридана, из важных для меня людей на балу отсутствовал сам Грицелиус, мой казначей и адмирал Толф. Слуги доложили мне, что прошлым вечером те заперлись в покоях казначея и яростно, громко спорили. Судя по всему, это продолжалось до сих пор…
Когда слуги закончили с расстановкой горячих блюд и поместили перед моим троном последний элемент стола, я поднялся с трона и выпрямился, слегка взмахнув полами длинной сине-бирюзовой королевской мантии и окинул взглядом зал.
Негромкие разговоры мгновенно стихли, и несколько сотен пар глаз скрестились на мне.
– Многие из вас слышали обо мне, но, полагаю, видят меня впервые. – медленно начал я. – Моё имя Горд. Сегодня я – законный король Ганатры. Год назад я был рыцарем-странником, который, увидев добрые земли и честных людей Ганатры, не мог не возмутиться тем, что ими правит король, недостойный своего королевства. Я собрал армию. Нашёл недостойных лордов, о которых шла злая молва. Кто-то из вас, возможно, помнит, как я пришёл в этот зал уже герцогом, что решил свергнуть недостойного. Элион Ганатра был скверным королём и злостным нарушителем традиций. Он не ушёл в монастырь, скрыв свой дар к мистическим искусствам. Занял трон, презрев право его старшего брата. Я бросил ему вызов достоинства и победил его в честном бою. – я на миг прервался, внимательно обведя взглядом зал. – Кому-то это может показаться немыслимым: стать королём из простого рыцаря всего за год. Но мы, странники, всегда были и будем лучшими из рыцарей людей. И пусть моё восхождение навеки будет примером тому, на что способна честь, доблесть и мужество настоящего рыцаря, когда он сражается за правое дело.
Я протянул руку, и слуга немедленно поднёс мне кубок.
– Поднимем кубки за честь, мои дорогие гости. Сегодня мы празднуем её торжество!
Зал ответил мне нестройным гулом. Я же внимательно выискивал взглядом недовольных скривившихся. Таковые были, но не слишком много. Большинство заняли нейтральную позицию.
Меня это вполне устроило. Я поймал на себе пристальный взгляд герцога Эдриана. Посмотрев старому лорду прямо в глаза, я медленно прикрыл веки, давай утвердительный ответ на его невысказанный вопрос.
– Но прежде чем мы начнём празднества, есть ещё одна вещь ради которую я должен объявить. Граф Харн, выйдите вперёд.
Бывший герцог центральных земель отделился от группы аристократов и вышел на ковер перед моим троном, не дойдя до возвышения пару шагов. Он смотрел на меня с подозрением и опаской, явно не ожидая ничего хорошего от короля, который ранее лишил его герцогского титула.
– Лорд Харн, я бросил вам вызов достоинства, и вы признали поражение, не став проливать лишнюю кровь. Многие люди считали вас самым недостойным из великих лордов Ганатры. – лорд мрачнел с каждым моим словом. – Они ошибались. Как и я ошибался в вас. Слухи не всегда бывают правдивы. Уже став королём, я изучил вашу биографию более подробно, и теперь я считаю, что должен принести вам свои извинения. Вы примете мои извинения?
Брови бывшего герцога взметнулись ввысь. Такого поворота он явно не ожидал. Я поднялся с трона и протянул мужчине руку. Осмотревшись вокруг с лёгкой неуверенностью и неверием, он внимательно посмотрел на меня и пожал протянутую руку. А затем натянул на лицо непроницаемую маску.
– Разумеется, я принимаю ваши извинения, Ваше Величество. Все ошибаются.
– Помимо этого, я хочу объявить о назначении нового великого лорда Ганатры. Королевские земли и так велики, и если помимо них мне придётся защищать ещё и целое герцогство, у меня совсем не останется времени на сон. – широко улыбнулся я и обвёл взглядом гостей.
Многие затаили дыхание, ожидая объявление нового герцога.
– Я не вижу никого, кто подошёл бы на этом место чем Лорд Харн Ржавый. Если кому-то есть что сказать против его назначения, говорите сейчас, или молчите всегда.
Какая-то дама в толпе ахнула. Слева послышались всхлипы: какая-то брюнетка средних лет в довольно скромном для бала платье расплакалась. Лорд Харн бросил ей успокаивающий взгляд. Похоже, это была его жена.
Непроницаемая маска слетела с лица герцога, обнажая все его многочисленные эмоции. Неверие, растерянность, радость…
Воистину правду говорят: отними у человек то, чем он больше всего дорожит, а затем верни это, и он будет счастлив.
Затем Харн отвёл от меня взгляд и принялся внимательно, пристально осматривать группы аристократов, периодически задерживая тяжёлый взгляд то на одном, то на другом незнакомом мне лорде.
Но никто не высказался против. Выждав подходящую паузу, я снял с шеи длинную платиновую цепочку, на которой носил герцогский перстень из белой стали.
– Носите свой титул с гордостью, честью и достоинством, герцог Харн, великий лорд Ганатры. Полагаю, это кольцо придётся вам как раз впору.
Несколько мгновений, словно не веря в то что видит, мой бывший противник рассматривал цепочку с кольцом на своей ладони. А потом аккуратно, недрогнувшей рукой расстегнул её и уверенно надел перстень на средний палец.
– Можете не сомневаться, Ваше Величество. Я вас не подведу. – серьёзно ответил он.
– А теперь время праздновать! Ешьте и пейте, друзья мои! Сегодня день торжеств. – хлопнул в ладоши я, когда Харн вернулся к группе аристократов.
И, первым подавая пример, поднялся с трона и спустился к центральному столу, садясь на приготовленное специально для короля массивное, удобное кресло.
Заиграла лёгкая, мягкая музыка. Первые, самые молодые пары начали танцевать. Гости приступили к пиру. Но не успела закончиться даже первая порция изысканных закусок, как произошло событие, которое заставило всех оторваться от своих занятий.
Бальный зал имел много входов и выходов, дабы при необходимости любой из гостей, включая короля, мог легко отлучиться и ускользнуть, чтобы уединиться ради беседы или чего-то ещё. Но имелся и центральный вход, большие, более четырёх метров в высоту створки ворот, через которые обычно вносили мебель для торжеств.
И сейчас они с грохотом распахнулись, срывая запертые засовы. А затем небольшая, состоящая из двух десятков северных гигантов процессия вошла в зал, не спрашивая разрешения.
Я узнал их, конечно. Пятеро моих учеников, Исгерд, пятёрка шаманов и десяток воинов что были назначены моими телохранителями когда-то. Замыкал процессию почти четырёхметровый гигант в тёмных, грубых, слегка закопчённых и явно сделанных наспех латных доспехах из дешёвого железа.
Это был Крегорн, мой первый рыцарь смерти. И несмотря на заметное невооружённым взглядом низкое качество его брони, выглядел он внушительно.
Капитан Роланд, до сего момента тихо стоящий в углу у трона, нахмурился и сделал несколько жестов гвардейцам, положив руку на меч. Гвардейцы заняли подходящие позиции для боя, часть – скрылась в боковых выходах, уйдя за подкреплением. Тем временем седовласый шаман вышел прямо на самый центр зала, и, глядя на меня, чётко сказал на чистом языке людей:
– Все наши задачи на севере выполнены, верховный. Воины Северного Ветра готовы идти в бой по твоему приказу.
Я посмотрел на Исгерда с лёгким прищуром. Наедине эта ехидна вела себя не в пример более колко и саркастично. Это была игра на публику… Вот только об этом визите мы не договаривались. Я ждал его прибытия с севера, но не так…
Сам шаман невозмутимо делал морду кирпичом и ждал моего ответа.
– Отрадно это слышать, Исгерд. – благосклонно кивнул я. – Будьте моими гостями. Присаживайся рядом и обязательно отведай птицы: уверен, в ваших землях таких не водиться, а повара сегодня хорошо постарались.
Близость посадки к королю, разумеется, выдавала очевидные симпатии. Но поскольку со светом Ганатры я пока был знаком слабо, все места вокруг королевского седалища за столом занимали мои гвардейцы, коим надлежало уступить место гостям, ежели на то будет моя воля.
Исгерд, ничуть не смущаясь, злобно зыркнул на гвардейца по правую руку от меня, и, тот, повинуясь моему почти незаметному кивку, уступил место. Стул жалобно заскрипел под тушей более чем трёхметрового великана, но всё же выстоял. Остальные дети льда неторопливо рассеялись по залу, направляясь к столам с закусками и немедленно принялись их хрумкать, не обращая внимания на людей рядом с собой.