![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vshody-vlasti-si-376809.jpg)
Текст книги "Всходы Власти (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 36 (всего у книги 40 страниц)
Глава 43
День следовал за днём, и ожидание становилось буквально невыносимым. У меня начала буйствовать паранойя.
Я удвоил охрану. Затем – увеличил в пять раз. Через неделю удесятерил, а ещё через неделю, взяв себя в руки, вернул охрану к обычной удвоенной смене.
Роланд мне ничего не говорил, однако в глазах капитана гвардии отчётливо читалось, что эта бессмысленная и ненужная возня. В городе расквартированы тысячи наших солдат: опасаться нечего… А половина гвардейцев Арса, что выжили во время штурма, перешли под начало герцога Конта.
Бывший наследник Арса вообще покинул город, и как мне доложили, королевство, не вынеся позора.
Я подумывал прикончить его, однако пришлось бы резать и всю семью, но тогда может возникнуть подозрительная параллель с Палеотрой, где планировалось именно это.
Не стоит оставлять таких следов. Не так уж много угрозы представляют эти люди.
И всё же чувствовал я себя как на иголках. Я уже морально успел смириться с тем, что условия Имматона невыполнимы, и письмо Улоса буквально перевернуло всё с ног на голову.
Потому что, если верить старику, у меня есть все шансы стать бессмертным. Жертвы на севере уже готовы, всего пара месяцев подготовки и ключевые добровольцы, что станут точками фокуса, отделяли меня от ритуала.
Мне начали мерещиться тени ассасинов в тёмных углах, притом что такой профессии в королевствах отродясь не было. Не доросло ещё общество до такого, а затем грянула всеобщая промывка мозгов добросердечностью.
Я даже специально Элдриха опрашивал на предмет подобных тайных организаций и орденов, но древний король лишь развёл руками, сказав, что если было необходимо, он просто приказывал гвардейцам прирезать неугодного.
Я стал проверять еду на яды. Вновь начал спать в латах, словно во время войны или похода. Иногда мне стало казаться, что за мной следят, и я несколько раз приказывал гвардии прочесать подозрительные места.
Умом я понимал, что это просто паранойя. Понимал, что ритуал может не получиться. Но когда от потенциального бессмертия тебя отделяет всего несколько человек, и твой вернейший слуга пишет, что нашёл их…
Выше моих сил было ничего не делать, чтобы обезопасить себя! Я был так близок! Ведь сейчас идеальный момент для удара!
А вдруг кто-то сможет путешествовать во времени, чтобы убить меня прямо сейчас, прямо перед обретением бессмертия? Нет, охрану стоит ещё раз увеличить… А вокруг спальни сделать ещё больше ловушек.
Достаточно мощных, чтобы стереть в пыль даже высокотехнологичного убийцу. Нельзя оставлять никому даже малейшего шанса.
Когда фантомное чувство слежки стало почти физически невыносимым, слуги доложили, что Латризмагиус хочет поговорить со мной.
Обычно я сам приходил к дракону. Впервые он проявил инициативу самостоятельно. Что же, по крайней мере, это интересно…
– Ты хотел меня видеть.
Дракон благосклонно кивнул, слегка высунув голову из-под своего гигантского навеса, что защищал его непогоды.
– Крылья наконец зажили, и я собираюсь улетать. – прямо и без уловок сказал Латризмагиус. – Поэтому, полагаю, настало время поговорить серьёзно.
– Я внимательно слушаю. – кивнул я.
Мы о многом успели поговорить, пока раны дракона заживали. Но, видимо, настало время подвести итог наших отношений.
Дракон пододвинулся ко мне, пристально разглядывая мою реакцию на свои слова. Его огромные вертикальные синие зрачки были больше моего щита…
– Признаюсь, сперва я думал, что твоё милосердие – это уловка. Что ты решил вытянуть из меня какие-то знания, а затем убить, пока раны ещё не зажили. Или, быть может, попытаться подчинить меня, тем или иным образом заковав меня, пока я сплю, ослабленный. Воспользоваться помощью мастеров людей или шаманов детей льда. Но к моему удивлению дни шли, а ничего подобного не предпринималось. Ты исполнял все мои капризы, никогда ничего не требовал – лишь просил, и даже не пытался хитрость выудить из меня знания, которые ещё не положено знать людям.
Дракон пододвинулся ко мне, пристально разглядывая мою реакцию на свои слова. Его огромные вертикальные синие зрачки были больше моего щита…
– К чему ты клонишь? – прищурился я. – Всё это всего лишь жест дружбы. Именно так поступают с теми, кого хотят видеть своим другом.
– Дружба не даётся так просто. – фыркнул дракон. – Это нечто большее. Но я подумаю об этом. Пока же… Я признаю за собой долг. Возьми это.
Дракон раскрыл гигантскую когтистую пятипалую лапу, что была больше меня, повернув её ко мне ладонью. На ней лежал небольшой, размером с яблоко, синеватый шарик, похожий на красивый недрагоценный камень.
– Что это?
– Сигнал. – слегка дёрнул крылом дракон, поднимая волну пыли. – Разбей его, когда захочешь поговорить, и подожди несколько часов. Я прилечу.
– И как далеко распространяется твой долг? – улыбнулся я. – Чем ты готов расплатиться за него?
Латризмагиус рассмеялся глубоким, рокочущим смехом, что напоминал бурление вулкана.
– Не жди, что я буду твоим питомцем, который будет возить тебя на спине и сражаться с твоими врагами. Но всё же… Есть множество вещей, что ведомы мне, и неведомы тебе. Я не откажу тебе в совете, и, возможно, помощи, столкнись ты с неизведанным. И если ты когда-нибудь встретишь погребальный костёр, достойный новой легенды, ты всегда можешь позвать меня зажечь его пламя. Я думаю, в тебе есть мудрость, король, а значит, ты воспользуешься моей помощью тогда, когда это будет действительно необходимо. А пока прощай… и удачи!
Дракон взмахнул крыльями, поднимаясь высоко поднимаясь на четырёх лапах, и навес, что служил ему укрытием долгие месяцы, разлетелся в щепки, забарабанил по моим латам, заставив меня прикрыть забрало рукой.
Затем, совершив ещё одни могучий взмах, Латризмагиус оторвался от земли и улетел куда-то на запад, вдоль гор, медленно поднимаясь всё выше и выше. Я долго стоял и наблюдал за исчезающей в облаках и сливающейся с небесной синевой фигурой, пытаясь понять, верное ли решение я принял. Это покажет лишь время.
Когда дракон окончательно скрылся в небесах, я оглядел разрушенный навес и улыбнулся. Вот же позёр… Конечно, тот легко мог вылезти на площадку рядом с навесом и взлететь с неё, но предпочёл разрушить конструкцию.
Быть, может, драконы просто любят крушить вещи? Или, по крайней мере, один конкретный дракон?
Улос прибыл через десять дней после отлёта дракона, а за неделю до приезда прислал письмо. Причём весьма необычным образом. Ранним утром меня разбудил стук в окно.
Напряжённо приготовившись к бою, я с удивлением обнаружил за окном птицу. Небольшую, похожую на чёрного голубя…
Птица была мертва. Нежить… И к лапке было привязано письмо.
Я с интересом осмотрел птичку. Это было что-то новое. Изобретение самого Улоса? Или какого-то члена культа? Довольно занятное поднятие. Нет, поднять птицу несложно, но вот сделать это так, чтобы она сохранила способности к полёту, и могла найти неизвестного короля в незнакомом городе – это уже довольно искусный уровень. Ещё не мастер, но уже весьма неплохо…
Улос сообщал в письме, что они в неделе пути от Септентриона и интересовался, какие меры по обеспечению секретности им стоит предпринять по прибытии в город. А также оставлял инструкции для ответного письма.
Немного подумав, я написал им, чтобы они вышли на северную сторону гор и встретили меня с чёрными рыцарями там. А затем, отправив письмо с птицей, приказал сонным гвардейцам на входе привести ко мне графа Роланда.
– Роланд, я скоро отправлюсь на северную сторону гор. – сообщил я капитану гвардии.
– Сколько людей выделить в охрану? – флегматично осведомился граф, уже успевший привыкнуть к моей паранойе.
– Нисколько. – покачал головой я. – Я возьму с собой только гигантов из северного ветра. У меня есть кое-какие дела с северными шаманами, о которых никому не стоит знать.
– Учитывая, что последнее время вы ожидали покушения на свою жизнь, хотя я и совсем не понимаю, с чего вдруг, вы не находите, что такое решение слегка… опрометчивое? – нахмурился Роланд.
Я заложил руки за спину и обернулся к окну.
– Мне нужно, чтобы кто-то обеспечил порядок в городе, и герцог Конт хорошо справляется… Но за этим тоже нужен присмотр. Я могу рассчитывать на тебя, пока Элдрих с Шериданом осаждают последние замки не сдавшихся лордов?
– Вне всяких сомнений, милорд. – твердо ответил Роланд.
– Хорошо. Тогда расквартированная в городе часть армии переходит под твоей командование до моего возвращения. Если я задержусь… Вскрой это письмо. Но только если меня не будет слишком долго, ясно? По меньшей мере полгода.
Граф кивнул, и бережно засунул письмо за пазуху. Я оставил инструкции на случай своей смерти: назначил наследником Шеридана, а Элдриху переназначил руководство культом смерти. Старый противник Палеотры с радостью вырежет всю их королевскую семью: уверен, там будут личные счёты.
Если с ритуалом что-то пойдёт не так, пусть мои приближённые развлекаются. Три королевства – уже достаточно для небольшой империи…
Дальше настало время поговорить с последними рыцарями смерти, что остались после битвы с драконом. Часть удалось сшить по кускам и разморозить… Но некоторых нет.
Десять пронзающих мрак, включая Крегорна, погибли в том бою. Остальных удалось вернуть в строй.
В их компании я покинул Септентрион. Мы расположились на небольшом холме, неподалёку от города, который служил ориентиром: именно здесь я собирался встретиться с Улосом и его людьми.
– Кто из вас теперь главный? После смерти Крегорна? – задумчиво осмотрел я шлемы рыцарей смерти.
Великаны слегка отличались ростом, но доспехи были почти одинаковые. Сложно отличить одного от другого.
Пронзающие мрак переглянулись, как мне показалось, с лёгким недоумением.
– Мы ждали, пока вы назначите кого-то. – пробасил один из них. – Но самый уважаемый здесь я. Меня зовут Лейв, я был одним из старейшин северного ветра.
– Значит, тебе и быть главным. – пожал плечами я. – Вы же всё из северного ветра, верно? Поэтому я могу доверять каждому из вас. Странно, что это вызывает у вас недоумение. Могли бы и сами назначить сотника.
– Вообще-то, мы больше удивлены тем, что вы называете это смертью. – хмыкнул Лейв. – Мы же уже мертвы, разве нет? Я всегда думал, что это своего рода посмертие, что заменяет уход к духам.
– Возможно, это выглядит так, но на деле нет. – отрицательно качнул я головой. – Скорее, это своего рода задержка на этом свете. Я привязал ваши души к мёртвым телам, и не дал им уйти за грань. Но если кто-то из вас окончательно падёт в битве: как вышло с драконом, например, то произойдёт всё то же, что обычно, душа также уйдёт в мир духов. Хотя, возможно, это может занять столетия битв, потому что уничтожить таких как вы может только крайне могущественная магия или крайне сильный зверь. Полагаю, пронзающий мрак может даже пережить попытку съесть себя, ибо если желудочная кислота монстра не может разъесть металл, то и вашу укреплённую мёртвую плоть не сможет. Но даже если и может, то всегда можно выбраться наружу, пробив дорогу в его плоти. Даже дракон смог убить всего десяток, прежде чем мы его победили.
Рыцари смерти поочерёдно переглянулись. И как-то существенно повеселели.
– Вам следовало более подробно объяснить это раньше. – высказал общее мнение Лейв. – Мы все полагали, что жертвуем своим посмертием ради такой силы. Но если нет… Да каждый второй стареющий воин, что уже завёл детей, согласиться на такое. Что может быть лучше, чем сделать дряхлеющее тело почти неуязвимым орудием смерти, которое если и найдёт конец, то только в поистине достойной битве? Уверен, духи предков достойно примут тех, кто пал в битве с драконом!
Остальные великаны согласно загудели, развеселившись, и принялись обниматься и хлопать друг друга по плечам, словно услышали отличные новости. Я смотрел на это с недоумением.
Трудности перевода между языками, не иначе…
Улос прибыл через два дня после моего выезда из города. И с ним было семнадцать человек.
Это было дальше больше, чем необходимый минимум. Старик, похоже, пытался набрать людей с запасом. Но вот когда их фургон с одиноким конга подъехал к нашему холма, я понял в чём дело.
Восьмерых из семнадцати я знал лично. Потому что это были мои собственные, королевские рыцари, посланный заниматься культом, чтобы пристроить их хоть к какому-то важному делу.
Я подошёл к старику и обнял его.
– Рад тебя видеть, Улос. Идёмте, я уже всё подготовил.
Я не знал, кого приведёт старик, но заранее позаботился о том, чтобы закупить в последний поход этих людей лучшие деликатесы, что можно было достать в Арсе и даже больше: послал людей в ближайшие города Ренегона и Ганатры за подобным. Рыцарями смерти не нужна еда, но с тем чтобы разбить обширную, человек на двадцать, палатку, и накрыть на стол они справились.
За этим столом мы и расположились, закрыв вход в шатёр. Я внимательно оглядел новоприбывших: мои рыцари были одеты в привычные им доспехи, купленные когда-то ещё в Ганатре, и щеголяли плащами из чёрного меха. Остальные девять человек, помимо Улоса… Это были молодые парни лет двадцати-двадцати пяти. Явно разного происхождения, но все держались слегка неловко и смущённо, видимо, зная что перед ними король.
Я ожидал стариков, но старый слуга вновь сумел меня удивить.
– Полагаю, мы не были представлены. Моё имя Горд, я рыцарь-странник и король Ганатры. С недавних пор ещё и владыка Южного Арса: это северное королевство было мною недавно завоёвано и поделено между Ганатрой и детьми льда. Это самоназвание северных варваров, если кто не знает. Вы могли видеть их в Септентрионе или среди моей охраны. – я кивком указал на выход из шатра.
– Полагаю, своих рыцарей вы и так помните, милорд. – улыбнулся Шимуль, ловко подхватив со стола какую-то круглую сладость и закинув в рот. – Остальные сами представятся, не разваляться. Не стесняйтесь, молодёжь, сегодня здесь все свои. Мы все принадлежим к одному братству, помните?
– Признаться, я слегка удивлён, увидев вас здесь. – покачал я головой. – Что Улос рассказал вам?
– Я сказал всем, что вам необходимы полностью добровольные жертвы для крайне важного ритуала. – подал голос старик. – Все присутствующие выразили своё согласие.
Я обвёл взглядом собравшихся. Никто не дрогнул при этих словах. А затем вопросительно посмотрел на Шимуля. Нет, я был уверен в тех, кого сам посвящал в рыцари, но самопожертвование…
– Не думайте, что мы не понимаем, что происходит. – хмыкнул старый десятник. – Ясно, что мы давно стали вам обузой, и вы просто пытаетесь пристроить нас к какому-то делу, милорд. Идя на север, мы ожидали, что один из десяти станет рыцарем, но выжили почти все. Мы получили богатство, рыцарство, и достаток для наших семей: иные воины поколениями служат и умирают ради того, что досталось нам за пару лет. Я трезво оцениваю собственные способности и понимаю, что десятник среди простых наёмников это мой предел, и остальные тоже. Так что если вам нужны наши жизни… Я не прочь отдать свою. Я добился всего, чего хотел в жизни, и даже больше. Денег, оставленных семье, хватит и на моих правнуков, и у остальных, уверен, дела не хуже. Я верю, что это достаточно важно. Мы бросили жребий между собой, кстати, и Бролан выиграл. Поэтому его среди нас нет: остался заправлять нашим братством. Даже хорошо, что ему повезло: тот всегда был самым амбициозным среди нас.
Если пожилой наёмник не врал, я бы не удивился, что Бролан как-то подтасовал результаты жребия. Но впрочем… Это было не так уж важно. Поэтому я просто благодарно кивнул, принимая объяснения, а затем вопросительно уставился на молодых членов культа, одетых в чёрные балахоны. На самом деле в одежде собравшихся так или иначе присутствовала чернота: подозреваю, Улос решил использовать этот цвет для ассоциации со смертью.
Кое-чему старику, конечно, стоило ещё поучиться. Я бы одевал членов культа в яркие и цветастые мантии: чтобы никто ничего не заподозрил.
– Я бы хотел, чтобы все представились и озвучили свои мотивы. – мягко попросил я парней.
– Меня зовут Жан. Я сын городского стражника. – назвался первый из парней, голубоглазый блондин с простоватым лицом. – Я всегда был по жизни неудачником, и потому не боюсь смерти.
Остальные культисты скосили на него подозрительные взгляды.
– Что? – всплеснул руками тот. – Это правда!
– Голан. – представился второй парень, кареглазый брюнет с кудряшками – Сын торговца. – Полагаю, я точно знаю сколько стоит моя жизнь, и получил куда больше. Наследство от папани мне всё равно не светит, а так… Чего прозябать жизнь, зарабатывая по мелочи? Лучше яркая, но быстрая жизнь.
Сын торговца с интересом и явным удовольствием принялся причмокивать копчёным мясом и сыром, без стеснения наслаждаясь деликатесами.
– Леон. Я безотцовщина, и был просто чернорабочим, до того как попал в братство. – развёл широкими, мозолистыми руками самый крупный детина из присутствующих. – Меня привлекает возможность поучаствовать в чём-то значимом. А крестьянские жизни всё равно никто не считает.
Наёмники посмотрели на него с недовольством.
– Да-да, знаю, вы тут все благородные рыцари теперь. – хмыкнул детина. – Но я не первый день на свете живу. Это мне ещё повезло в городе работать, а иные… Деревня пропала, сожрал кто-то всю? Ну, бывает, бабы ещё нарожают, дело-то житейское. Скажете, иначе когда было? Двум смертям не бывать, а одной я не боюсь. Да интересно же. Вот, удостоился чести с королём за столом посидеть. Не зря согласился, значица.
Крестьянин длинной лапой без тени смущения подтянул к себе большой окорок и принялся его грызть в одно лицо.
– Петро. – представился невзрачный коротко стриженный паренёк с водянистыми глазами. – Мой отец был рыцарем, но в оруженосцы меня никто не взял, говорят, слишком тщедушный и слабый. Меня привлекают идеи братства.
– Кола. Тоже безотцовщина, как Леон. – подал голос низковатый, тощий паренёк. – Я вырос на улицах Дереи. – Культ помог мне в трудное время, и многим таким как я. Я здесь из благодарности.
– Хелн. Мой отец был капитаном корабля, что погиб в море. Мастер Улос подарил мне с братом хороший корабль, и мы кинули жребий, кто заплатит за это. Я вытянул короткую.
Капитан несудьбы выглядел слегка раздосадованным этим фактом, но решительным.
– Лонис. Я сын рыбака. Я просто не хочу жить. Почему бы не послужить хорошему делу напоследок?
Брюнет с грустными зелёными глазами вяло смотрел на деликатесы, даже не делая попыток что-то съесть.
– Деймол. Я четвёртый сын одного из графов Палеотры, и, по всеобщему мнению, позор семьи. – представился рыжий парень с холодными глазами. – Может, и так, но Улос обещал мне возмездие. Пусть и не своими руками, но я хочу, чтобы моя семья была уничтожена.
– Ты помнишь имена всех членов его семьи? – посмотрел я на старика.
– Да, милорд. – кивнул Улос.
– Хорошо, тогда отправь письмо Элдриху, прежде чем мы начнём ритуал. Пусть бирюзовая гвардия займётся ими во время переворота в Палеотре.
Юноши в любопытством навострили уши, услышав слово переворот, оторвавшись от еды.
– Элдрих – командир особого отряда моей гвардии, что состоит из высшей нежити, пронзающих мрак. – ответил на невысказанный вопрос я. – Там лучшие из лучших, с тем чтобы взял замок одного графа и вырезать всех там они справятся без напряжения. Сейчас он занимается подавлением восставших лордов южного Арса. Независимо от произошедшего с нами, о желании Деймола позаботятся.
– Что вы имеете в виду, под произошедшим с нами? – уточнил последний, неназванный юноша. – Я думал, мы тут в качестве жертв, с вами-то ничего не должно произойти.
– Ты не представился. – заметил я.
– Так ли вам важно моё имя и мотивы? – хмыкнул парень.
– Мне важно. – твёрдо ответил я.
Возможно, это был самый важный и ответственный ритуал в моей жизни. Я не испытывал чувства благодарности к этим людям… Мне вообще не свойственно подобное. Но я хотел запомнить это время. Это время и этих людей. Быть может, однажды это сослужит мне хорошую службу.
– Моё имя Эскилион. – вздохнул парень, откинув чёрный капюшон и показав лысую голову. – Я адепт круга огненных башен… Бывший адепт. Меня выгнали, и мне неплохо удаётся искусство смерти. Пусть я и не стал мастером огня, но это всё ещё для меня важно. Я здесь ради искусства. Искусства нейтраля, или искусства магии, как зовёт это мастер Улос.
– Эскилион создал ту птицу, с помощью которой я посылал вам письмо. – подал голос Улос.
– Весьма неплохая работа. – одобрительно кивнул я. – Это будет крайне полезно, причём не только нам, а возможно, многим в королевствах. Отвечая на твой вопрос, Эскилион… Ритуал, что мы будем проводить, будет призван даровать мне бессмертие. И он крайне сложен и энергозатратен. Если что-то пойдёт не так, и будет допущена ошибка, вероятно, нас всех просто сотрёт в прах мощным выбросом смерти.
– Вы имеете в виду, что-то вроде бессмертия мастера Улоса? – уточнил юноша. Семнадцать добровольных жертв – это очень много силы. Должно хватить на любой ритуал, но чтобы в прах…
– Нет, совсем нет. – покачал головой я. – Бессмертие совершенно другого типа. Полное и почти абсолютное. Полагаю, никто и ничто не сможет уничтожить того, кто получил его. И источниками энергии там будет случить отнюдь не вы. Ваша роль совсем другая. Вы должны стать фокусировочными узлами, направить, укрепить и преобразовать потоки силы на меня. Прямо сейчас армия северных варваров готовит на заклание семнадцать тысяч человек, по тысяче на каждого из вас. Ни один материал, ни одно создание не способно выдержать на себе прямой поток силы смерти из тысячи жертв, и потому мне нужны вы: адепты смерти, что добровольно послужат подобным узлом. Это жертва не потому, что вы здесь жертвы, а потому, что после такого не выживают.
За столом повисло молчание. Я невозмутимо взял закуску и принялся открывать новый кувшин.
– По этой самой причине, кстати, я хочу сказать, что если кто-то из вас хочет отказаться и уйти прямо сейчас, ему стоит сделать это и за этим не последует никаких последствий. Потому что если место одного из фокусировочных узлов займёт недобровольная жертва, есть вероятность, что весь ритуал пойдёт вразнос, и мы все просто умрём, а жертвы тысяч человек окажутся напрасной тратой жизней в никуда. И по этой же причине, если у вас есть вопросы – любые вопросы – что волнуют вас и заставляют сомневаться, задавайте их прямо сейчас. Чтобы всё получилось, здесь не должно быть сомнений и колебаний. Иначе вы просто убьёте и себя, и нас, причём, совершенно напрасно убьёте.
Мои рыцари приняли эти известия с флегматичным спокойствием. Притерпелись к жертвоприношениям под руководством Улоса, не иначе. Да и с войной они знакомы… Так что бывшие наёмники просто пожали плечами и принялись с удовольствием чавкать.
А вот юноши переглянулись, ведя какой-то незримый диалог. Между собой они все были явно знакомы, и хорошо друг друга знали.
– Мне интересно узнать про переворот в Палеотре. – подал голос Деймол. – Это напрямую связано с тем, почему я согласен на это.
– Я договорился с верховным магистром красных башен о смене королевской династии Палеотры. – ответил я. – Сейчас к этому идёт подготовка, но затем, объединёнными силами красных башен и нашего братства мы вырежем королевскую династию Палеотры, обвинив их в случившемся на конклаве. Меня после этого должны выбрать новым королём, и Эрнхарт Грицелиус сейчас активно работает над этим. Я когда-то спас его жизнь, и меня даже прозвали за это героем Дереи, может, вы слышали.
Судя по лицам парней, выросших именно в Дереи, это историю они знали.
– Герой Дереи… Будущих король трёх королевств… куда я попал? – потряс головой Лонис. – Я просто помереть хотел, а тут явно закручивается что-то предельно масштабное.
– Лониса мучает неразделённая любовь. На последнем издыхании, бедняга, но воли покончить с собой не хватает. – флегматично заметил Петро. – Мы все ему сочувствуем. Даже в бордель с нами напоследок не пошёл, представляете?
– Ну, осталось тут недолго, что я могу сказать. – развёл руками я.
– Что вы будете делать дальше? Я имею в виду, став бессмертным королём трёх королевств? – полюбопытствовал Жан. – Я, конечно, тот ещё неудачник, но интересно – жуть! Вы, наверно, самый успешный человек в королевствах!
– Не слушайте Жана. – лениво протянул Голан. – На самом деле, деньги, корабли и прочее это всего лишь мелочи и последние просьбы. Он весьма неплох в искусстве, и на самом деле, нас всех здесь собрали идеи братства. Мастер Улос всегда говорил, что обретение настоящего бессмертия это наша общая цель, и мы готовы были принести себя в жертву ради этого. Ради будущих людей. Никто и не думал, что это будет так скоро: вот это настоящая неожиданность. Но после таких слов никто точно не откажется, скорее, наоборот.
– И всё же я отвечу на всё, что вы захотите узнать. – одобрительно улыбнулся я. – Полагаю, в таком деле не должно быть недосказанностей… Я планирую постепенно объединить все королевства в одно, и стать единоличным правителем людей. Захват Арса, переворот в Палеотре – это ступени этого пути. Будет сложно пройти эту дорогу не будучи бессмертным, правда? Легко свернуть себе шею… Поэтому и нужен этот ритуал.
– А зачем вам это вообще нужно? И зачем нужно королевствам? – с интересом спросил Деймол. – Разделение не просто так придумано, управлять людьми так удобнее. Один король не может охватить все проблемы. Жили же как-то столетия все королевства, основывая новые, и неплохо жили.
– Графья, может, и неплохо. – протянул Леон. – Но вот про простых людей я бы так не сказал. Поработай грузчиком в порту месяц-другой, а потом рассказывай про неплохо жили… Я-то ещё ладно, силач, а если силы в руках мало?
Деймол лишь гордо вскинул подбородок, проигнорировал чернорабочего.
– Мне это нужно, потому что я люблю власть. Вот и всё. А что до королевств…
Я на миг задумался, как бы лучше ответить.
– Я думаю, объединение – это естественный процесс любого общества. Всего тысячу лет назад, во время сотворения, люди представляли собой всего лишь несколько разных племён. Но они объединились и создали королевство. Рано или поздно и сами королевства объединятся в одно, больше государство. Объединение сил общества способствует его процветанию и рациональному использованию ресурсов. То, что может сделать деревня, никогда не сделает сотня людей по отдельности, и это утверждение верно и в случае больших масштабов: королевство способно на большее, чем каждый его город.
– И что вы будете делать, став королём королей? – пристально посмотрел на меня Леон. – Все оставите по-старому?
Его не единственного волновал этот вопрос, и потому все вокруг затихли, прислушиваясь.
– Ломать – не строить. – покачал головой я. – Легко сломать уклад жизни, и сложно его улучшить. Разумеется, некоторые реформы будут проведены. Потребуется единый для всех людей свод законов, несколько новых государственных служб, обеспечивающих базовые нужды всех, медицина, общая стража, сеть осведомителей для меня лично, чтобы быть в курсе того, что где происходит… Я не намерен менять текущий строй, однако, разумеется, я буду всячески способствовать развитию нашего общества в целом, гася негативные и вредящие людям тенденции и облегчая путь позитивным и полезным.
– Выходит, вы человек чести? – удивился Кола. – Если говорите о благе для всех людей…
Я коротко рассмеялся.
– Нет, не думаю, что могу себя так называть. Напоказ, возможно, но в узком кругу? Дело в другом. Я просто достаточно умён, чтобы осознавать несколько вещей. Нет никакого смысла выжимать последние соки из крестьян, дабы обеспечить себе роскошную жизнь. Это бессмысленно, вредно, и даже опасно. Королевства ещё не знали такого в своей истории, и об этом не принято задумываться, но сотня крестьян с вилами вполне может насадить на них барона и его людей, если тот будет плохим лордом. Это работает и в большем масштабе: я сам сейчас устраиваю переворот в Палеотре, что будет мешать людям сделать то же со мной, пусть я и буду править королевствами? Лучший способ избежать подобного это обеспечить максимально хорошую жизнь людям.
– Но для такого совсем необязательно как-то развивать общество. – заметил Деймол. – Проще оставить всё как есть. Даже наоборот, давить развитие, чтобы остаться на вершине и тратить меньше ресурсов на обеспечение. То, что понимают под хорошей жизнью крестьяне, сильно отличается от того, что понимает под хорошей жизнью даже сын торговца.
Четвёртый сын графа показал глазами на Голиса, и тот согласно кивнул.
– Здесь вступает в дело мой собственный эгоизм и жадность. – пожал плечами я. – Вы, вероятно, считаете что то, что имеет сейчас король вершиной достатка человека: лучшая еда, женщины, дворцы и любые прихоти… Но мне достоверно известно, что это не так. Чем более совершенно и развито общество, тем большее количество благ оно способно предоставить тому кто на его вершине. Поэтому это совершенно точно в интересах бессмертного короля: развивать это самое общество. Или, как минимум, если мне вдруг станет лень всем этим заниматься спустя много столетий, стоит оставить систему стабильной, позволяя ей развиваться.
Я не обманывал парней. Представляя собой человека из более высокоразвитого общества, мне действительно порой не хватало многих вещей. Попробуй себе найти бурлящую джакузи с подогревом в средневековье.
Только ради этого стоит развивать технологии, право слово. Я не намеревался быть ярым прогрессором… Нет, я просто намеревался спокойно и приятно жить вечно, не мешая людям развиваться самим. Спонсировать свободными деньгами обучение, открывать школы и больницы…
Медицина и образование – важные столпы любого общества. Если держать их в порядке, то остальное приложится само по себе. Конечно, я не забывал и об опасности переворота и смены общественного строя… Разумеется, секретная служба моего величества будет получать карт-бланш на любые действия, направленные на укрепление моего положения и пересечение переворотов, получая лучшее финансирование.
А ещё лучше сделать таких две, чтобы доносили друг на друга… Или три. Но это дело будущего.
– Полагаю, у меня больше нет вопросов, Ваше Величество. – кивнул мне Деймол. – Я готов. Думаю, мы все даже более убеждены, чем были. На самом деле, это даже странно: король Палеотры, например, изрядный консерватор и зачастую выступает против любых новшеств, что могли бы облегчить жизнь простого люда. Но при этом сам он считает себя человеком чести и благороднейшим из людей.
– Понятие благородства – вещь растяжимая. – хмыкнул Кола. – Все мы в братстве знаем его цену. Но Деймол прав, в этом есть странная ирония, что тот, кто открыто признаётся нам в собственной жадности и любви к власти, планирует сделать для общества больше чем тот, кто искренне считает себя доблестным и благородным. Впрочем, по меркам многих лордов, все собравшиеся здесь не более чем подлые убийцы…