![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vshody-vlasti-si-376809.jpg)
Текст книги "Всходы Власти (СИ)"
Автор книги: Гэвин Магнус
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 40 страниц)
Глава 5
Темп королевской жизни, конечно, серьёзно отличается от жизни простого рыцаря или путника. В какой-то мере я даже рад был окунуться в пучину ежедневных дел, королевских аудиенций, указов, разговоров с советниками…
И всё же этого было мало. Далеко от привычного мне темпа жизни. В первую очередь ощущения. Магистр Пикус жил в северной короне. Вызов туда идёт больше недели… А потом ещё столько же ждать…
Я успел продумать разговор за один вечер, а ждать его ещё три недели!
В эти томительные дни ожидания меня посетило прозрение. Я понял, зачем средневековые короли устраивают балы!
Когда пересечь страну из угла в угол занимает больше месяца, ждать, пока вызванные люди явятся к тебе может быть очень утомительно. А королевский бал – отличный повод пригласить всех нужных людей разом. И, главное, событие рядовое, никто ничего не заподозрит.
Проникнувшись этой великой мудростью, я немедленно приказал слугами начать приготовления.
В течение следующей недели Улос трижды приходил согласовывать списки приглашённых. Слегка поразмыслив, я пригласил всех своих ближних людей, всю большую часть высшей знати начиная от графов, известных мне крупных дельцов страны и магистров водной цепи.
Личные приглашения были высланы теперь уже графу Харну, леди Беатрис, и двум великим лордам Ганатры: герцогам Шеридану и Эдриану.
Пока шли приготовления, мне пришло письмо от Грицелиуса. Старик в крайне восторженных тонах поздравлял меня с короной, предупреждал, что король Палеотры пока займёт выжидательную позицию и не будет ничего предпринимать, а также сообщал, что сам немедленно выезжает ко мне с делегацией магистров красных башен и будет примерно через две-три недели после получения письма.
Как раз к балу успеет.
В противовес успехам в государственном управлении, на личном фронте меня, увы, поджидали неудачи.
Киана до сих пор оставалась в герцогстве на хозяйстве. Остальные охотницы, исключая Мелайю, не проявляли никакого энтузиазма. Нет, конечно, я мог легко затащить в постель любую служанку… Или пройтись по борделям с верными рыцарями… Однако, за обе жизни простые и понятные всем развлечения порой начинают приедаться. Поэтому я начал ухаживать за леди Беатрис. И, вопреки моим ожиданиям, та отнюдь не распахнула новому королю двери своей спальни с радостным визгом.
Я приглашал даму посмотреть портреты королей Ганатры и старые гобелены. Дама с удовольствием смотрела, а затем покидала замок. Я предлагал морскую прогулку на флагмане королевского флота. Леди морщила носик на запах рыбы в порту, а затем предлагала покинуть корабль и прикупить мне новый камзол. Я дарил дорогие подарки. Их благосклонно принимали, но на этом всё.
В средневековом обществе не так-то много способов удивить женщину, если так подумать. Но я старался. Организовал небольшой рыцарский турнир с объявлением красивейший леди, и намекнул победителю признать таковой леди Беатрис. Заказал зеркало в полный рост и портрет у лучшего художника страны!
Леди Беатрис благосклонно принимала все знаки внимания, и полностью игнорировала все намёки на постель. И это при том, что она вдова, и мой секретарь совершенно точно выяснил, что у неё нет любовника!
Поразмыслив, я решил подождать бала и поставить там вопрос ребром. Я отнюдь не монах, чтобы терпеть подобное вечно!
– Женщины… И чего ей не хватает? – высказал я в воздух, стоя на балконе.
Улос отделился от ниши неподалёку и подошёл ко мне, присоединяясь.
– Сие великая загадка нашего мира, милорд. Я прожил больше шести десятков лет, и так и не понял их. – философски ответил старый слуга.
Я не стал говорить ему, что вопрос был риторический. В конце концов, пожалуй, старик был одним из немногих кому я полностью доверял.
– Ты был женат? – полюбопытствовал я.
– Дважды, милорд. У меня уже есть внуки. Правда, все они давно забыли старого Улоса и даже не подозревают, каких высот я добился у вас на службе. Если ничтожному слуге будет дозволено советовать, то я бы рекомендовал и вам обзавестись потомством. На войне бывает всякое, а династия должна остаться.
– Я планирую жить вечно. – зевнул я.
– Это имеет и другой смысл. – пожал плечами старый слуга. – За династией пойдёт больше людей, чем за одним человеком. Один король – это возможность, династия – это надёжность.
Старик был прав, конечно. Но обзаводиться семьёй я совершенно не хотел. Хотя, если так подумать… Возможно, политический брак бы пригодился. Если это исключит одно королевство из стана моих противников, неудобство определённо стоит того.
– Раз уж ты взялся меня поучать, разузнай все слухи на этот счёт. – хмыкнул я. – У кого из других королей есть дочери на выданье? С кого можно побольше стрясти?
Улос лишь грустно кивнул, как он делал каждый раз, когда я добавлял ему работы.
– Я всё разузнаю, милорд. Но это займёт время. Несколько месяцев, как минимум. Обстановка меняется, в таком деле нельзя рассчитывать лишь на слухи. Надо будет разослать людей по королевствам.
– Это определённо не тот вопрос, с которым стоит торопиться. – кивнул я. – К тому же, у меня и так есть дети. По крайней мере, один точно должен быть.
– Могу я узнать, кто его достопочтенная мать? – осторожно поинтересовался слуга.
– Одна шлюха из Таллистрии хотела от меня ребёнка. – равнодушно дёрнул плечом я. – Я не стал отказывать.
Старик даже как-то воодушевился. Словно это был его внук. Но вскоре снова взял себя в руке, возвращая привычное услужливое выражение лица.
Я видел некоторую иронию в том, что подобные вещи значили для него намного больше, чем для меня. Наверное, это и называется верность.
– Как твои навыки алхимии, кстати? Это ведь была твоя страсть. – поинтересовался я.
Улос на миг замер, словно погрузившись в воспоминания. Я его не торопил.
– Не знаю, милорд. Мне не с чем сравнивать. Мне удаётся варить все составы, описанные в трудах великих алхимиков: требуется лишь аккуратность и точность. Однако я слишком стар, чтобы придумать что-то новое, и мне сложно определить качество своего варева. Вроде работает, но насколько хорошо… Не так просто это понять.
– Ты мог бы вступить в гильдию алхимиков. – предложил я. – Получить официальный ранг, определить свои навыки. Признание, опять-таки. Если потребуется, я могу оказать протекцию.
Мой первый слуга долго молчал на такое предложение. На его лице отражалась разная гамма чувств. Сомнения, нерешительность…
– Нет. – неожиданно стальным голосом решительно отказался он. – Знание это сила, а вы научили меня тому, что никогда не следует выставлять всё свои силы напоказ. Никто и никогда не заподозрит в старом никчёмном слуге алхимика. Пусть это будет моей тайной. Моим секретом. Хороший зельевар я или нет, что-то я точно умею. Быть может, однажды это пригодиться.
Я легко улыбнулся. Пожалуй, он действительно кое-чему научился.
Магистр Пикус прибыл за неделю до бала. Я ещё раз прокручивал в голове схему вербовки, идя длинными коридорами королевского замка.
Замок был велик. Целая крепость, рассчитанная на три тысячи постоянно гарнизона гвардейцев. Сейчас их количество снизилось: я позволил всем желающим уйти со службы после восхождения на трон, таким образом избавляясь от тех, кто сохранял верность прошлому королю.
Большую часть слуг в замке составляли именно семьи гвардейцев. Но не всё – даже королевского замка не хватило бы, чтобы содержать здесь три тысячи гвардии с семьями. Большая часть семей жила в Небулосе, до которого было всего полдня пути.
Я всерьёз задумался о том, что возможно, стоило бы перенести резиденцию в столицу. Эта привычка аристократов Ганатры держать города отдельно от крепостей порой вызывала проблемы и задержки.
Специально для магистра я приоделся, сменив подобранный леди Беатрис камзол на длинную, роскошную королевскую мантию из синего меха и бирюзового бархата. Одел на себя корону. Была мысль напялить ещё и перстней, коих в сокровищнице было немало, но я всё же отбросил её, сочтя излишеством. Не хватало ещё, чтобы я выглядел в них как незрелый юноша, что дорвался до игрушек.
Я встретил своего будущего советника в тронном зале, сидя на троне. Пожалуй, он мог бы этим гордиться – в целом я предпочитал избегать этого места, принимая ближний круг в более удобных местах. Тронный зал же было решено оставить для приёма населений – чего пока за время моего правления не встречалось, или официальных делегаций.
Тронный зал был местом, которому легко придать пышный и официальный антураж. Позвать трубачей, гвардейцев, наряженных слуг… Трон находился на возвышении, покрытый синей тканью. Удивительно, но я нашёл сбоку маленький тайник, где была слегка пыльная бирюзовая подушечка. Сам трон был чист, но никто из слуг так и не решился дотронуться до неё без приказа…
Сделав зарубку в памяти сказать Улосу, чтобы трон хорошо почистили и заменили подушечку, я обратил взор на дверь, которую двое гвардейцев открыли перед магистром Пикусом.
Магистр тоже приоделся. Тяжёлая плотная темно-синяя роба с вышитыми на ней золотистыми волнами. Аккуратно уложенные седые волосы. В его взгляде сквозила настороженность.
– Проходите, магистр. – радушно улыбнулся я. – Нам есть что обсудить.
Магистр медленно, неторопливо подошёл поближе к трону и не дойдя несколько метров замер. Пока он шёл, он неспешно оглядывался по сторонам, с лёгким удивлением и опаской осматривая пустой зал с колоннами.
– Ваше Величество. – поприветствовал меня магистр бесстрастным тоном и изобразил вежливый поклон.
– У меня есть для вас весьма важное предложение, магистр. – не стал долго расшаркиваться я. – Предложение, от которого вы не сможете отказаться.
Пикус не изменился в лице. Но вот его поза неуловимо для невнимательного взгляда дрогнула. Если бы я не изучал его столь пристально и внимательно, если бы мы не провели столько месяцев бок о бок в экспедиции, это можно было легко не заметить.
Но я понял, что старый, опытный магистр воды приготовился к бою. Бою насмерть. Как было тогда, когда он шел договариваться с кракеном. Как тогда, когда мы вошли в город гигантов… Такого поворота я и сам не ожидал, но это сказало мне многое.
Неудачный выбор слов – мелькнула досадная мысль.
– Я хочу, чтобы заняли место королевского советника по вопросам мистических искусств. – не стал затягивать опасную паузу я.
Магистр странно дёрнулся, моргнул и замер в довольно нелепой позе.
– Что? – недоумённо переспросил он.
– Я хочу, чтобы вы заняли место королевского советника. – терпеливо повторил я. – Мастер, что был при дворе Элиона, был уволен незадолго до моего восхождения на трон и покинул королевство.
В тронном зале повисло молчание. Похоже, у старого мага случился своеобразный разрыв шаблона. Я же лихорадочно раздумывал, что именно из моих действий в его отношении заставило его накрутить себя до такой степени, что он ожидает от меня даже не опалы, а чего-то настолько плохого, что готов драться насмерть? За время экспедиции он видел многое, но ничего критичного. Присяга гигантов? Воскрешение Мелайи? Резню в замке графа он не видел, штурм королевского замка тоже… Поднятие пронзающих мрак, жертвоприношение гигантов: всё это было вне его глаз. Неужели он как-то отследил что-то, что счёл слишком вырывающимся из привычного поведения других людей? Мы не расстались друзьями, конечно, но готовность к смертельному бою с другим человеком – это совершенно не то, что можно было ждать от жителей королевств.
– Это своего рода шутка, Ваше Величество? – наконец, нашёлся со словами и осторожно спросил меня магистр.
– Нет, это вполне реальное предложение. Место пустует, а мне пригодился бы опытный мастер в советниках. Вы показали себя таковым. – спокойно ответил я.
Магистр соединил рукава мантии, пряча в них руки. Его взгляд непонимающие стал блуждать по залу, то и дело останавливаясь на мне с нечитаемым выражением. Но одобрения и радости там совершенно точно не было.
– Мне удивляет ваша реакция. – заметил я. – Это почётное место, а вы совершенно не рады. А ведь вы состоите в Цепи Воды, которую я совсем недавно приблизил к себе и которой даровал многие привилегии.
– Я голосовал против вашего предложения на совете магистров. – глухо ответил Пикус.
– Вот как? И почему же? Это хорошее, честное предложение. И это совершенно точно место, которое ваш орден заслуживает. Вы произвели на меня хорошее впечатление за время нашей совместной экспедиции. Что вызывает у вас столь резкий негатив? – я приподнял бровь, изображая на лице резкое недоумение.
Магистр Пикус глубоко вдохнул воздух, словно ныряя в воду.
– Что случилось с гвардейцами, что охраняли барбакан, Ваше Величество?
Вот это вопрос уже заставил меня всерьёз нахмуриться. Я применил искусство смерти при штурме королевского замка. Лавина небольших, но смертоносных проклятий выкосила элиту королевской гвардии, позволив нам взять барбакан в короткие сроки и открыть путь в замок. Этот вопрос я держал на личном контроле и приказал гигантам тихо и без лишнего шума похоронить павших в том бою от моей руки. Откуда он мог знать об этом?
Готовый к бою магистр Пикус смотрел на меня тяжёлым, водянистым взглядом, ожидая ответа.
– Они погибли. – медленно ответил я. – Такое случается в бою, порою, независимо от нашего желания. Хорошего воина в битве ведёт не разум, а рефлексы, порой даже – инстинкты. Иногда такое приводит к смертельным ударам, и неважно, хотел ты того или нет.
Магистр отвёл взгляд, о чём-то задумавшись. Я не знал, умеет ли старый маг определять ложь с лету, навроде того, как делали это шаманы варваров, но решил подстраховаться и обмануть его, не сказав ни единого слова лжи.
– Куда больше меня интересует, откуда ВЫ об этом знаете. Ведь я лично отдавал приказ похоронить этих людей, отдавай им последнюю честь. И я не помню вас в списке тех, кому я велел это сделать.
Пикус грустно усмехнулся и покачал головой.
– Как многое вы ещё не знаете о Ганатре, Ваше Величество… Я живу в столице. Просто находился в Северной Короне по делам ордена, когда герцог приказал мне отправиться с вами. Когда-то обязанности похоронных обрядов делились между Цепью Воды и церковью, но после расформирования церкви все они легли на нас. В большом городе умирает немало стариков, поэтому дел много, и работают на этом поприще все свободные мастера и даже магистры. Нас не так-то много. Я лично хоронил этих людей. Северные гиганты чётко исполнили ваш приказ – так, как они понимали. Тихо и не объясняя ничего нашли ближайшего знакомого им и посвящённого, пусть и частично, в ваши дела людского шамана и велели ему позаботиться о погребении воинов. – Магистр ненадолго замолчал, переводя дыхание. А затем поднял на меня печальные глаза. – Я видел их тела. Бледные, ссохшиеся, некоторые – словно изъедены чем-то изнутри. И без единой внешней раны. Мне доводилось хоронить павших от многих тварей, но такого я не видел никогда. Мне довелось узнать, на что способны вы, и ваше смертоносное искусство. Я помню, как гасли жизни десятков змей, напавших на ваше судно. Помню, тот чёрный торнадо, что уничтожил тысячи тварей на побережье диких земель. Всё это проявления одной силы, и я не стыжусь признаться, что боюсь её, потому что не знаю, где лежит грань этих пугающих способностей. Уничтожение города? Десятка городов? Целого королевства? Ни один мастер не способен на такое. Да даже дюжина мастеров не сможет это повторить!
Магистр резко ссутулился и опустил взгляд в пол. Постояв так немного, он всё нашёл в себе силы и стержень поднять на меня твёрдый взгляд.
– Я знаю, я не вправе требовать у вас ответы на эти вопросы. Пока вы применяли эту силу для того чтобы одолевать врагов рода людского, тварей, что считают людей за пищу, я ликовал тому, на что вы способны. Но убивать подобным людей… Это же просто безумие! Мастера никогда не применяют своё искусство против других людей, это же просто нонсенс, ещё первые жрецы Отца наложили табу на это!
Я молча поднялся с трона и медленно подошёл к магистру, опустившись с ним на один уровень. Это заставило его напрячься, но в противовес ему, я был совершенно безмятежен.
– Искусством смерти может овладеть любой человек, как и искусством жизни. – посмотрел я прямо в глаза магистру. – Это сродни тому, как благородные лорды усиливают себя, впитывая жизнь своих вассалов. Только наоборот. Жизнь и смерть. Два великих искусства, как две стороны одной монеты.
С этими словами я оттянул рукав, снял перчатку и продемонстрировал змеящиеся чёрные нити на своей руке.
– Но ничто не даётся даром. Смерть берёт плату за своё могущество. Тогда, на пляже, я был близок к тому чтобы сам превратиться в прах.
– Что же до убийства людей… Следуйте за мной. Я хочу вам кое-что показать.
С этими словами я развернулся и покинул зал. Магистру не оставалось ничего иного, как последовать за мной.
В гробовом молчании, мы проследовали коридорами замка к балкону недалеко от моих покоев. Солнце было в зените и ярко освещало гладкий серый камень замка, играя бликами на нём. Зелёная листва окрестных перелесков казалось золотой от игры света. Окинув взглядом зелёный ковёр высокой травы вдоль дороги к столице, я безмятежно заявил:
– Прекрасная ночь, не правда ли?
– Сейчас день, Ваше Величество. – недоумённо заявил магистр.
Я легко прищурился и посмотрел на собеседника.
– Я думаю, сейчас ночь. Тёмная, без единого лучика солнца. Это очень просто понять, стоит лишь выглянуть с балкона. Странно, что вы этого не видите, магистр. Возможно, вы сошли с ума и принимаете желаемое за действительное?
С этими словами я обнажил меч и принялся отражать его лезвием солнечный зайчик, играясь.
Глаза старого мага воды расширились в понимании.
– Вы лжёте! – Воскликнул он. – Вы совершенно точно знаете, что сейчас день! Вы сумасшедший, безумец!
– Скажите мне, магистр, как отличить нормального, разумного человека от безумца? – спросил я, вглядываясь в отражение меча.
– Безумец совершает странные, нелогичные, и даже не продиктованные текущим душевным состоянием вещи. – шумно вдохнул воздух Пикус. – Такие, какие не делает большинство других людей. Например, убивает других людей, или лжёт.
– Значит, по-вашему, первый король Ганатры был безумцем? – спросил я, задумчиво смотря в отражение меча.
В мече отражался молодой черноволосый мужчина с ровным носом средних размеров и высокими скулами. Короткая чёрная борода обрамляла скулы и подбородок. Пожалуй, уже стоило вызвать цирюльника до бала и привести себя в порядок. Что-то заработался я в этом замке…
– Насколько я знаю из уроков истории, короли-основатели были мудрыми лидерами и хорошими правителями. Иначе им не удалось бы основать свои королевства. – холодно ответил Пикус, поджав губы. – Они были совершенно не похожи на вас, Ваше Величество.
– Вот как? Пожалуй, у меня найдётся ещё кое-что для вас. Следуйте за мной.
Магистр слегка поколебался, прежде чем последовать за мной в этот раз. Но всё же любопытство мастера победило.
В этот раз я привёл Пикуса в королевский склеп. Он удивлённо осматривал гробы, явно не понимая, зачем мы здесь.
Я подошёл к саркофагу основателя Ганатры и постучал по нему.
– Поднимайся, старый кусок костей. Есть разговор.
Магистр с крайним изумлением смотрел, как крышка саркофага сама открылась, и оттуда выбрался голый скелет с багровым сиянием в глазницах. Его глаза, казалось, вот-вот расширяться до такого состояния, что выпрыгнут из орбит.
– Ещё раз назовёшь меня так, и будь уверен, я найду способ насадить твою голову на пику. Прояви уважение, личинка короля, или никогда не станешь великим правителем. – холодно проскрипел скелет.
Я не стал на это отвечать, но тон сменил. Ни к чему портить отношения на пустом месте – скорее, мне было просто интересно посмотреть на его реакцию.
– Пожалуй, я был слишком резок. Примите мои извинения, лорд Элдрих. Сегодня напряжённый день. Не будете ли вы так любезны рассказать немного мне и моему будущему советнику по мистическим вопросам о том, как вели себя короли в ваше время? Помнится, вы рассказывали мне, что вам довелось насадить немало людей на этот самый меч…
Я вновь обнажил родовой королевский клинок, любуясь им.
Лич издал скрежет, напоминающий смех.
– Его зовут Погибель Первых, если ты вдруг не знаешь. Да, я убил немало людей этим клинком. О, порой это было особое удовольствие. Есть что-то прекрасное для настоящего воина в том, чтобы пустить кровь какому-нибудь мерзавцу. Как-то раз банда разбойников из Палеотры решила пощипать наших торговцев. Королевство тогда только развивалось, налаживало торговые связи с Палеотрой и Ренегоном. Южане тогда душили бандитов у себя по страшному, и те порой бежали к нам. Одна такая банда раздобыла пару неплохих кораблей и стала перехватывать судна между Небулосом и посёлком на самом севере, где жил один мой старый знакомый: пройдоха по имени Скопус. Тот ещё был скупердяй, скажу я вам. Те бандиты были хитрыми: перехватывали только каждое десятое судно. Долгое время мы не могли понять, почему суда пропадают, а когда поняли – рассказал один спасшийся чудом моряк – не могли отловить. Те прятали судна в одном неприметном гроте, сразу и не скажешь, что там есть пещера в скалах… Помню, как я был счастлив, когда нашёл их. Так долго за ними гонялся. Пришлось даже казнить пару заезжих щеглов из Ренегона, что стали пускать слухи, будто король начал сдавать.
Скелет оскалил зубы.
– Я первым пошёл на абордаж и прикончил капитана. Помню, как приятно было добивать выживших. Пленных мы не брали, что толку с этой мрази. Славное было дельце.
– История, что заслуживает уважения. – улыбнулся я. – Думаю, хороший король не должен давать спуску всяким мразям, что пытаются опорочить его имя. Честь короны легко потерять, а вот вернуть – почти невозможно.
Магистр Пикус слушал наш диалог с непроницаемым лицом.
Основатель Ганатры важно кивнул, соглашаясь.
– Может, из тебя ещё выйдет толк. Ты правильно мыслишь. Помню, был у меня славный бой у одного брода на границе между Палеотрой и Ганатрой. Спесивый наследничек тогдашнего южного короля повадился обирать наших пограничных крестьян, намереваясь сманить их вместе с частью земли.
– Битва у рубинового брода. – прошептал магистр.
– Рубиновый брод? – Элдрих Ганатра раздражённо махнул рукой. – Придумывать глупые и бесполезные названия для рядовых событий, вы, мастера, конечно, мастаки. Впрочем, битва там была приятной. Пустили кровь их королевской гвардии, да так, что воды стали красными. А я лично отрубил сначала руку, а затем и голову принцу Палеотры. Помню, как мои ребята пытались выловить её из реки, чтобы полюбоваться. До заката пытались, но всё же нашли, молодцы. Зацепилась волосами за камни у берега, повезло. Насадил её на пику прямо на границе: хотел бы я увидеть лицо его папаши, когда тому об этом доложили. – рассмеялся страшным, скрипучим смехом скелет. – Стервец ещё дважды войну объявлял, но мы оба раза умыли их кровью, да так, что на третий раз не хватило.
Скелет травил байки ещё несколько часов. Историй у древнего короля было в достатке. Магистр стоял и крайне внимательно слушал, боясь вмешиваться. В основном это были рассказы о стычках с соседями, усмирении непокорных лордов, охоте на редких тварей или бандитов… Но бывали и вещи поинтереснее, навроде отношений с церковью и Цепью Воды, что была основана как раз в те времена. Про экспедиции на ближайшие к королевству острова… Порой я задавал уточняющие и наводящие вопросы.
Но если нежить не знала усталости, то мне стоять на месте спустя несколько часов просто надоело. Я всё же был человеком, и ноги затекали: они не железные. Так что я распрощался с древним королём и жестом велел магистру следовать за мной.
В полном молчании мы дошли до моего кабинета. Я добродушно разлил напитков по бокалам. Пикус немедленно схватил свой и присосался к нему, утоляя жажду. Старик выглядел усталым: мастера и так не отличаются хорошими физическими кондициями, а он уже был немолод, и стоять несколько часов подряд было для него тем ещё испытанием.
– Как это возможно? – наконец спросил магистр.
– Что именно? – уточняюще поднял бровь я. – Вы про ожившего Элдриха Ганатру или про его истории?
– Я помню, как вы вернули в наш мир свою охотницу на корабле. – магистр гипнотизировал взглядом бокал, задумчиво катая в нём остатки сока. – Полагаю, с королём-основателем произошло явление схожего порядка, хотя выглядит он куда более страшно. Нет, меня больше интересуют это истории. Это звучит невозможным. Люди не убивают людей, не лгут, не совершают тех вещей, что он описывал. Это просто невозможно, подобные поступки полностью исключены в нашем обществе.
– Вы неправы. – мягко прервал магистра я. – Подобные поступки норма для любого человеческого общества. В разных соотношениях, но всё ещё норма. И не только для людей, для большинства разумных существ. Ненормально как раз то, что происходит сейчас в королевствах. Это можно было бы списать на то, что церковь Отца несёт милосердие в массы, но знающий человек, увидев ситуацию со стороны, однозначно окрестит её как до невозможности странную. А вот изнутри это понять крайне сложно.
– Вы знаете больше, чем сказали, Ваше Величество. – полуутвердительно сказал магистр, внимательно смотря на меня.
– Знаю. – кивнул я. – Но вот готовы вы ли вы услышать больше? Услышать то, что возможно, сломает привычную вам картину мира?
К его чести, магистр Пикус не раздумывал ни мгновения.
– Готов.
– То что описывает король, чистая правда и совершенно нормальная картина для текущего уровня развития нашего общества. И она будет сохраняться ещё долгое время. Цивилизация должна пройти через множество этапов развития, и это – один из них. Вы знаете три священных завета Отца? В частности, про свободу?
– Знаю. – коротко ответил магистр.
– Так вот, всё что напридумывала церковь про милосердие, ответственность, честь и долг, и прочее бла-бла-бла в целом полезные для общества вещи. Нет ничего плохого в их продвижении. Но неистовая вера в них отрывает людей от реальности. Это как надеть в длинном путешествии на голову мешок, внутри которого изображена ровная, чистая дорога, и идти вперёд, не обращая внимание на окружение. Нетрудно понять, куда приведёт такой подход, верно? Однако именно это не так важно. Им бы всё равно не удалось навязать свои ценности всем людям, и общество развивалось бы естественно и гармонично вопреки их пропаганде. Сильные бы всё равно правили, а наивные мечтатели или погибали бы, или расставались с иллюзиями. Вот только кто-то крайне могущественный решил вмешаться в развитие людей естественным путем. Он повесил на людей своеобразные незримые оковы, тем самым лишая их свободы выбора. Человек не может солгать не потому, что такова ему природа, а потому, что незримые путы на его разуме мешают ему это сделать. То же самое и с убийствами, и со всеми прочими вещами, которые описывал лорд Элдрих, что не встречаются в наши времена.
Магистр молчал несколько минут, обдумывая мои слова.
– Но кто способен на подобное? И почему Отец ничего не предпринял, если это так?
– Вы осознаёте тот факт, что вольно или невольно, но иерархи церкви – пособники того, кто это сделал? Однако это прямо противоречит первым заветам.
– Я осознаю это. – медленно произнёс Пикус. – Но вы не ответили на вопрос, Ваше Величество.
– Во-первых, это не так просто заметить, потому что подобные путы на людях отлично ложатся на церковные заветы. Во-вторых, Отец всерьёз занят в данный момент и обращает на нас мало внимания. Ещё несколько столетий назад всё было нормально, а в масштабах богов столетия вполне могут быть секундами. В-третьих, почему вы решили, что он ничего не предпринял? Вы так уверены в своих возможностях отследить все действия нашего создателя?
Я на миг взял паузу, отхлёбывая из кубка. Пикус сжал свой до белых костяшек от нетерпения.
– Я не знаю, кто за это ответственен. Зато я знаю, как вернуть всё на круги своя. Оковы неволи, что сковывают поведение людей, практически невозможно сорвать, не зная о них. И всё же это случается, просто с лёгкой руки церкви таких людей клеймят безумцами и сумасшедшими, хотя они-то как раз на деле совершенно нормальные люди. Просто сделавшие выбор в пользу себя, а не в пользу общества, вот и всё. Но разумный человек, полностью осознающий ситуацию, вполне может, приложив силу воли, сорвать с себя незримые цепи подчинения. Разрушить нити кукловода, что возомнил себя вправе вершить судьбу нашей расы. Я намерен разорвать их всё.
– А ли стоит это делать? Ведь выбор в пользу общества идёт на благо всем нам. – задумчиво спросил в пустоту Пикус.
– Создатель нашей расы считал, что мы должны быть свободными. – холодно отрезал я. – Если вы считаете, что мы должны быть слугами неведомого кукловода и плясать под его дудку, быть может, вам стоит прекратить считать себя человеком. Я верю, что людям по силам самим разобраться, что для них хорошо, а что плохо. Что если та же тварь решит, что людям будет полезно убивать всех стариков, потому что их содержание обходится обществу слишком дорого?
Тоже будем следовать благу общества?
Магистр вздрогнул от такого предположения.
– Наверно, вы правы. Не знаю. Я всё ещё чувствую внутренний протест против тех дел, о которых говорил лорд Элдрих. – тяжело вздохнул Пикус.
– Внутренний протест, который был навязан вам. Так искусно и глубоко, что вы считаете его своим. Но так ли это на самом деле? Вы уверены, что не сделали бы ничего в своей жизни для себя, будь у вас такой выбор?
– Нет. Не уверен. – мрачно ответил магистр.
– Так что вы скажете на моё предложение, магистр? Поможете мне изменить этот мир? Встанете на мою сторону? – спросил я.
– Полагаю, теперь вы расскажете мне, почему я не могу отказаться. – грустно усмехнулся Пикус. – Убьёте меня, если я скажу нет? Или придумаете его чего похуже? Пожалуй, в чём я теперь точно не сомневаюсь, так это в ваших способностях придумать что-то похуже смерти.
Магистра передёрнуло. Возможно, мне удалось бы убедить его угрозами. Вот только мне нужен был добровольный помощник. Пожалуй, стоит надавить немного с другой стороны.
– Вовсе нет. – легко пожал плечами я. – Вы мой подданный, а Цепь Воды – королевский орден. Я лишь возьму с вас слово молчать и спокойно отпущу вас. Так или иначе, вы поработаете на благо Ганатры в том или ином ключе, лишать королевство просто так хорошего магистра – бессмысленно. Мне понравились ваши способности во время экспедиции. Вы хороший, опытный и знающий многое мастер. Я был бы рад видеть вас на этом посту, но если вы решительно против, пожалуй, у меня есть на примете и другие кандидаты.
На лице Пикуса появилась лёгкая тень гордости и слабое любопытство.