Текст книги "Хроники ключников. Бунт теней (СИ)"

Автор книги: Галина Черкасова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц)

– Рэй сказал, дочь лавы боится общих купален.

– Я не местная, – ответ прозвучал резко.

– Знаю, – женщина, усмехнувшись, скрестила руки на груди. Незнакомка была вызывающе красива. Как-то брат упомянул, что в клане есть женщины, за любовь которых мужчины готовы разворотить вулканы.

– У них лава не только в глазах, но и в самой крови, – меланхолично говорил Женя. – Мужчины с ума сходят от их второй ипостаси, но, даже становясь драконами, эти роковые огнеглазые летают порой дальше и выше сильнейших сынов ветра.

И вот она стояла передо мной – истинная дочь лавы, воплощение огня, страсти и женской силы.

– Так ты хочешь искупаться или нет? – женщина подмигнула. – Есть у нас пара укромных уголков, где можно отдохнуть от крылатых прилипал и поговорить о битвах, воинах и детях.

Интересно она расставила приоритеты. Я нехотя поднялась с кровати.

– А полотенца есть?

– Покрывала. Меня зовут Кэзрах, – как бы между прочим бросила она. – И... О, Рэй, мой дорогой маг, не бойся за неё.

Максим стоял у входа в пещеру, прислонившись спиной к каменной стене. Рядом с ним, сидя прямо на полу, играл с перышком из серьги Зу. Мальчишка, завидев нас, подскочил и, чинно выпрямившись, уставился на мою спутницу. Та отвесила ему легкий щелчок по лбу и поманила меня за собой.

– Ногу в воде долго не держи! – услышала я вслед.

– Приятно, когда о тебе заботятся, – немного досадливо заметила Кэзрах. – Ты давно знаешь Рэя?

– Я знаю только Максима.

– Чужой мир, чужие имена. Это так... запутано.

Я промолчала.

– Идти долго, – предупредила Кэзрах. – Поведу по лабиринтам, где шастают слуги, иначе налетим на сынов ветра, а мы же не хотим с ними встретиться?

– Совсем не хотим.

– Прекрасно. К тебе уже прилетали ночные гости?

– Был один.

– Один? – Кэзрах обернулась, удивленно посмотрела на меня, а потом, заметив мое замешательство, запрокинула голову и звонко расхохоталась. – Хахаха, конечно! Ты слишком не похожа на серебряную. Стройная, ладная, но волосы темные, а кожа светлая. Или же... Они просто боятся князя. Гешет почти не говорит о тебе. Ждут первого полета, да одарит тебя Кхелет крыльями.

"Не дождутся", – гордо подумала я.

Мы шли довольно долго. Иногда в коридорах нам встречались слуги, но они либо вообще не обращали на нас внимания, либо сдержанно здоровались. Кэзрах, виляя бедрам, плыла впереди и отвечала на приветствия едва заметным кивком. Со стороны этот жест выглядел очень надменно, что не могло не смущать.

Нога начинала ныть, я немного устала, да и душновато было у основания горы.

– Сюда, – Кэзрах резко повернула направо и... исчезла в полумраке. Я застыла, не успев проследить, куда она пропала, и в нерешительности переминалась с ноги на ногу.

– Дочь лавы? – позвала я, и Кэзрах появилась в паре метров от меня.

– Полотно, – пояснила она, откидывая занавесь. – Скрывает нашу обитель от дурного глаза и сынов ветра. Входи.

Я, прижимаясь спиной к теплой, влажной стене, проскользнула внутрь небольшой, пещеры с низким потолком. Кэзрах, пригнувшись, двинулась к зеленому озерцу, вдоль которого, между камней, были разложены длинные колбы со светящимся мхом внутри. Две женщины, по шею погрузившись в воду, сверкали огненными глазами в полумраке пещеры. Заметив меня, дочери лавы заулыбались, но ничего не сказали.

– Платье клади у светоча, – объясняла Кэзрах, ножкой поправляя одну из колб. – Если хочешь потереться, отломи дышащий камень, его много у берегов. Ближе ко входу сложены чистые покрывала и острые камни-бритвы. Когда вылезешь обсыхать, не поворачивайся спиной вон к тому коридору, – женщина указала на узкий проход, темнеющий слева от нас. – Там где-то дыра наружу, и очень дует. И береги голову, потолок неровный. Поняла?

– Ага, – выслушивая лекцию, я нетерпеливо поглядывала на озеро. Наконец-то! Вода! Она оказалась плотной и теплой, каждый шаг поднимал со дна мутную взвесь, и я всерьез испугалась за ногу – раны, хоть и затянулись, могли воспалиться, а тут вряд ли есть средства от заражения крови. Кэзрах спустилась следом за мной, и я смущенно отвела взгляд. Моя новая знакомая в ореоле пара, поднимающегося от озера, походила на порожденное огнем божество, прекрасное и величественное.

– Кэз, Рахик искал тебя, – заметила одна из женщин, проплывая мимо. – Он мнит себя твоей судьбой.

– Он не сможет догнать меня в небе, – фыркнула Кэзрах, подплывая к берегу и цепляясь за камни. – Вот, держи.

Она протянула мне кусочек чего-то, напоминающего пемзу. Камешек от соприкосновения с водой обильно пенился и при обтирании приятно пощипывал кожу. Я блаженно вздохнула, массируя им шею и затылок.

– Ты – дочь дочери князя? – вторая женщина, выбравшись на берег, села на расстеленное меж камней покрывало и, опустив в воду стройные, длинные ноги, принялась ими болтать. – Наследник – твой брат? Вы не похожи.

– В отца пошлаааа, – протянула я, откидывая голову и погружаясь в воду, которая толкала тело на поверхность.

– Наследник неприступен, как скала, – сокрушенно заметила вторая, выныривая позади нас. – Что за женщины ему нравятся?

– Не знаю, – я закрыла глаза и улыбнулась. – Никогда не интересовалась.

– Как твое имя?

– Саша.

– Сааашааа, – повторила Кэзрахтнепривычное слово. – Почему вокруг тебя всегда крутится Рэй?

– Он учит меня магии, – я по пояс вышла из воды и встряхнулась. Стало холодно, и пришлось залезть обратно. По телу побежали мурашки, и меня повело.

Вволю наплававшись и приведя себя в порядок, Кэзрах села на берег и накинула на плечи покрывало. Две другие женщины, обсохнув, уже надевали платья.

– Хватит париться, – моя спутница похлопала по камню рядом с собой. – Выбирайся.

Кивнув, я поспешила к ней и, напоследок поболтав ногами, выбралась на берег.

– Так ты давно знаешь Рэя? – спросила Кэзрах, зевая.

– Не очень, – меня клонило в сон, и разговаривать не хотелось.

– Может, к тебе редко летают гости, потому что ты слишком часто путаешься со слугой?

Я вздрогнула и удивленно посмотрела на Кэзрах. Она же выжидательно глядела на меня. Пришлось вместо ответа пожать плечами.

– Конечно, Рэй – маг, но бескрылый, – дочь лавы принялась болтать сама с собой. – Его наглости и спеси не выдержали бы даже не небеса, да простит меня Хатра! Чего он только не творил здесь, пока не ушел в Ров. Правда, потом стало ещё хуже. Он как-то заявился в горы с посланием от жрецов, как раз после боя за поля водопадов, где один из наших магов слился с тенью и уничтожил полководца клана золотых. Гешет прочитал письмо и бросил гонца в яму. Вот это была игра! Рэй надавал тумаков трем сынам ветра, да так, что те едва смогли выбраться наружу.

– Да? – я зевнула. – С помощью магии?

Кэзрах одарила меня презрительным взглядом.

– Нет, с помощью болтовни! Конечно, он прибегнул к чародейству. Гешет, говорят, даже хотел его убить, так он был зол. Но тут вылетел твой брат, и Рэй не стал с ним тягаться. Ничего не сделал. Игра закончилась, а Рэй исчез. С тех пор его никто не видел. Говорили, он ушел гулять по мирам. А теперь он снова здесь, и Гешет опять бросил его в яму!

– Да, бросил, – протянула я, обводя пещеру взглядом. – Это ваше укрытие?

– Наше тайное убежище, – Кэзрах улыбнулась и, наклонившись назад, пошарила рукой под плоским камнем. – Вот, почисти зубы. Только сплевывай сок вон в ту ямку, у правой ноги.

Дочь лавы протянула мне не очень приятный на вид пучок склизких водорослей.

– Что это? – поморщившись, спросила я.

– Аса-ну-ло, перья водяного змея, – пояснила Кэзрах, закидывая себе в рот маленький шарик. – Не бойся, они безвкусные, зато зубы будут чистыми. Сок дурманит, поэтому жуй недолго и сплевывай.

Глубоко вздохнув, я закинула водоросли в рот. Вкуса у них действительно не было, а по консистенции они напоминали морские гребешки.

– Пока глава рода не выбрал тебе мужа, придется мириться с ночными гостями, – цокнув языком, произнесла Кэзрах. – В бою видишь ярость многих, но далеко не все они способны на толику нежности.

– Сынам ветра не принято отказывать?

– Что?! Вот ещё! – Кэзрах фыркнула. – Мы тоже воины, мы идем на бой крыло к крылу с мужчинами, и до союза мы проводим время с теми, с кем хотим. Это очень полезно. Главы родов, чаще всего, далеки от дел войны и ночи, они знай себе сидят у гнезд да проверяют яйца, пока матери охотятся. Им можно дать совет, если уж кто-то приглянулся так, что сама жаждешь выбрать его для совместного полета.

– Так чье слово важнее – мужчины или женщины?

– Важнее слово главы рода, – отозвалась Кэзрах. – Но никто не запрещает с ним спорить.

– А что такое "роды"? Кто ближе к правителям, тот и благороднее?

Кэзрах, сплюнув, непонимающе уставилась на меня.

– Есть какая-то иерархия? Какой род ниже, какой выше? – пояснила я.

– Ах вот ты о чем! – дочь лавы кивнула. – Есть род правителей – венценосные. Мы же – их воины. Каждый род отвечает за отдельную боевую позицию, и так испокон веков. Принадлежность к роду определяет твое место в битве – атакуешь ли ты у земли, заходишь с боков, поднимаешься ли за облака или таишься в ожидании скрытого удара.

– А когда заключаются союзы, приходиться переучиваться? Дочь лавы уходит в другой род?

– Нет, что за глупости! – Кэзрах махнула рукой. – Союз – это совместный полет, дар ветра, и сильные дети, дар лавы. Нет союза – нет полета, а будучи человеком о детях лучше не думать. Чего доброго, принесешь слугу. Первое яйцо откладываешь в гнездо рода сына ветра, второе в свое, третье – снова в гнездо крылатого. У венценосных не так – если один из союза князь или княжна, все яйца несешь в их гнездо.

– Постой, а кхелет хатра вообще любят друг друга? – меня смутил рассказ дочери лавы.

– Кто-то любит, кто-то нет, – Кэзрах, поднявшись, беззаботно пожала плечами. -Сплевывай и пойдем, холодно.

Только тут я поняла, что за всё это время ни разу не выплюнула сок. Выбросив жвачку, я быстро нацепила платье. Мне уже начинало казаться, что земля уходит из-под ног.

– Хочется спать? – Кэзрах отдернула полог. – После купания всегда так. Запомнила, куда идти? Эй, слуга! Собери мокрые покрывала.

– Нет, – честно призналась я, пропуская внутрь пещеры молоденькую девушку.

– Тогда попроси слугу меня найти, если захочешь искупаться, – женщина улыбнулась. – Ты – другая, и с тобой интересно.

До своей пещеры я добиралась, как в тумане. Ноги стали ватными, глаза слипались, хотелось пить и спать. У входа Кэзрах сдала меня Максиму.

– Спасибо, – промямлила я, зевая во весь рот.

– Готовь крылья, дочь лавы, – ответила Кэзрах. – Мы ещё искупаемся с тобой в облаках! Рэй, – и голос женщины стал мурлыкающе-нежным. – Рада была повидать тебя, чародей.

– Взаимно, – в тон Кэз ответил Максим.

Я обернулась и не без недовольства заметила, что огнеглазая и маг, усмехаясь, смотрят друг на друга. Отчего-то стало обидно, и я почувствовала себя лишней.

– Как прошло? – спросил Максим, входя за мной в пещеру. Уже стемнело, в небе сияли звезды, а в пещере – мох.

– Отлично. Только давай оставим тренировки на завтра, – дойдя до постели, я свалилась на неё ничком. Столбик рамки уже успели вправить, а полог заменить. – Спать хочу.

Злость осталась, но я забыла, почему она появилась.

– Тогда я пойду.

– Нет, стой, – перевернувшись на спину, я села. – Мы разговаривали с Кэзрх... с Кэз о союзах драконов. Она так странно об этом говорила. Тут что, все живут войной?

– Хм, – Максим, подперев плечом столбик, скрестил руки на груди и задумчиво уставился в небо. Сейчас он был гораздо красивее этих надменных огнеглазых здоровяков. – Крылатые импульсивны, но чувства между ними протекают иначе, чем в нашем мире. Союз заключается раз и на всю жизнь. Глава рода дает право на первый полет и... Что? Что ты на меня так смотришь? Эй, Саша? Ты в порядке?

В его голосе послышались нотки беспокойства, и мне стало совсем хорошо.

– В полном, – я улыбнулась, показав белые зубы. – А что с чувствами у слуг?

– Всё просто. Обычно, обыденно, по-человечески, – Максим вскинул одну бровь. – Ты жевала аса-ну-ло?

– Да. Аснас... Луло..., – я закусила губу и махнула рукой.

– А тебе говорили, что сок полагается сплевывать? – страж склонился надо мной и, взяв за подбородок, запрокинул голову. – Глаза в кучу. Так мы магию с тобой не разбудим.

"Он же маг... Мой финансовый директор – крутой маг..."

Глядя на Максима, я что-то думала о драконах, о купальнях, о мире, в котором готовятся к смерти каждый день, о своей прошлой жизни, о дочерях лавы и сынах ветра, летающих друг с другом среди облаков и о замечании Кэзрах, что я, вроде как, выгляжу очень даже ничего.

– Макс, – протянула я, хватая его за запястье. – А ты хотел бы быть драконом?

– Как можно хотеть того, чего точно никогда не получишь? Я – маг, большего мне не надо, – страж дернулся, пытаясь высвободиться. – Ложись спать. Всё равно сейчас разговаривать бесполезно.

– Ты не хотел бы летать? – так и не поняла, сказала я это или подумала.

– Саша, отцепись.

– Нет, стой, – я потянулась и, встав на ноги, запрокинула голову и заглянула ему в глаза. – Кэзрах рассказывала мне о той игре в яме, где ты победил трех драконов.

– Это было давно, – Максим недовольно посмотрел на меня. – Давай-ка ты все же ляжешь спать. Мне не нравится твой настрой. Эти водоросли здорово сносят крышу.

– Моей крыше уже ничего не грозит, – я прижалась к стражу, положив ладони ему на грудь. Стоило мне ощутить его запах, услышать удары сердца, как голова пошла кругом. – Я видела, как ты сражался с тенями, как ты прикрывал меня. Это... так...

– Сашаааа, – протянул он. – Пожалуйста, иди в кровать. Водоросли – штука заводная, завтра будешь жалеть о том, что сейчас говоришь.

– Останься, пожалуйста, мне так хорошо с тобой, – я прижималась к нему всё сильнее, а он даже не подумал положить руки хотя бы мне на спину. – Пока ты рядом, я верю, что шестой мир существует. Что туда можно вернуться. И посмотреть телевизор. Вместе.

– Так, иди сюда, – он рывком поднял меня на руки, и я тут же вцепилась ему в плечи, довольно посмеиваясь про себя. Упершись коленом в кровать, Макс положил меня на постель и хотел было выпрямиться, но я не собиралась отпускать мага так просто. Обвив руками его шею, я потянула стража к себе. На мгновение он будто бы поддался, склонившись надо мной, а потом заглянул в глаза и резко отстранился. Момент был упущен. Я закрыла лицо ладонями и глубоко вздохнула.

– Попрошу принести тебе воды, – бросил Максим, поднимаясь.

– Мааакс, – позвала я, обнимая подушку и ощущая прилив острого разочарования. – А почему в яме ты не стал сражаться с моим братом?

Хотелось спросить что-то другое, но мысли разбежались, и эта первой попала на язык.

– Я знаю, чьи вы дети, – отрезал страж и задернул полог.

– Жаль, что о тебе я почти ничего не знаю, – то ли подумала, то ли вслух сказала я.

***

Хорошо, что утром я не встретила Макса. Память милостиво сохранила события вчерашнего вечера до мельчайших подробностей, чем повергла остальные мысли в шок. Я понятия не имела, как себя вести и что теперь говорить моему стражу. Но рано утром, ещё до восхода местного светила, ко мне, едва не сметя полог, ввалился Женя. Я снова не узнала его и, перепугавшись, зарылась в одеяло.

– Вставай, вставай, вставай, – торопил он. – Ты спала?

– Размышляла, – фыркнула я, протирая глаза и садясь на кровати. – Что случилось?

– Есть дело. Идем.

– Куда?

– Увидишь.

Повторять не пришлось, я поправила платье, глотнула воды из кувшинчика, стоявшего на каменном цилиндре в нише за кроватью и, встряхнувшись, поспешила за братом.

Мы прошли по коридору в ту сторону, куда вчера вела меня Кэзрах, но свернули в другой проход, к лестнице, идущей наверх. Женя выглядел возбужденным, всё время оборачивался и шумно вздыхал, всем видом выражая нетерпение. Несколько коридоров, в которых было множество дверей, мы буквально пробежали. У одной из комнат болтали три женщины-слуги. Заметив нас, они замолкли, поклонились и, проводив нас взглядами, сдержанно захихикали.

– Они надо мной смеются? – растеряно оглянувшись, спросила я.

– Какая разница, идем.

Миновав, как я поняла, жилые помещения, мы оказались в неком подобии кладовой. Почти всё пространство здесь занимали мешки, бочки, корзины, огромные кувшины, сетки с сушеными фруктами и, вроде бы, грибами. Было темно, холодно и тесно, но брат, схватив за руку, потащил меня вперед, петляя между горами мешков и тюков. Когда мы выскочили на свет, Женя резко остановился, и я на полном ходу носом влетела ему промеж лопаток.

– Ай!

– Иди сюда, – он потянул меня к себе, и я, шагнув вперед, увидела, что стоим мы на краю пропасти. Она не была темной, а как раз наоборот сияла так ярко, что до мельчайших трещинок просматривалось узкое, похожее на черную змею дно. Зеленый мох, огромными пятнами разросшийся на неровных серых стенах пропасти, хоть и освещал всё пространство внутри провала, со стороны походил на коварного паразита, решившего пожрать камень.

– Посмотри вверх, – посоветовал брат, и я, отступив от греха подальше назад, запрокинула голову. На каменном куполе, который распростерся над разломом, черной краской был нарисован невероятно огромный дракон. Одно его крыло уходило к сияющей синевой неба арке, другое – в темноту пещеры. Передние лапы гигант прижимал к груди, задними будто бы отталкивался от противоположной стороны пропасти, помогая себе тонким хвостом. Рогатая голова дракона, державшаяся на неестественно изогнутой длинной шее, нависала над нами, а глаз без зрачка, оранжево-алый, как пламя, довольно недружелюбно взирал на нас.

– Мне в его взгляде всегда чудится укор, – тихо произнес брат. – Миф об очередном идеальном боге, придуманный жрецами, чтобы хоть как-то контролировать магов.

– Ты не веришь в Черного Дракона? – спросила я.

– Да никто в него давно не верит, – брат махнул рукой. – Даже сами жрецы. Пугают, что если мы прибегнем к магии теней, те овладеют нашим разумом и уничтожат всю расу.

– Но вы не боитесь и продолжаете пользоваться тенями?

– Не каждому это дано.

– Тебе же дано.

– Мне – да, – Женя пожал плечами – Эд учил меня использовать тени, но в шестом мире они – слабые и пугливые темные духи, а здесь – сильны, но опасны.

– Слабые духи располосовали мне ногу, – недовольно заметила я.

– Тут с их помощью мы разбираем на чешуйки своих врагов, – тихо произнес кто-то за нашими спинами. Я, не решившись обернуться, недоуменно посмотрела на брата. Голос был мне не знаком – мягкий, приятный, похожий на голос скорпиона-проводника Это, только чуть ниже. Женя ответил мне улыбкой и, взмахом руки указав на изображение Черного Дракона, бросил.

– Если сюда заявится Воин тысячелетия, по чешуйкам придется собирать нас.

– Хотел бы я посмотреть на этого бога, – незнакомец шагнул вперед и, замерев по правую руку от меня, вскинул голову и насмешливо продолжил. – Откуда он приходит? Когда решает, что настало время? Прилетит, весь такой огромный, а дальше? Все кланы пересрутся и объявят его вождем?

Я искоса посмотрела на говорившего. Он оказался чуть выше меня. Его серебристый наряд ничем не отличался от платьев остальных кхелет хатра, но короткие взъерошенные волосы, были темными, почти черными. Когда незнакомец обернулся, обернулась и я. Он был не старше Жени, возможно, даже моложе. Тонкие плавные черты лица, высокий лоб, насмешливо вскинутые брови, скептически поджатые губы и глаза терракотового цвета, глядевшие на меня не без иронии – вот таким я впервые увидела...

– Тэйхет Тахар, – представил незнакомца Женя. – Тэй, это моя сестра, Саша.

– Наслышан, – сын ветра учтиво поклонился. – Ты ни капли не преувеличил, когда говорил, что она – красавица.

– Спасибо, – я, досадливо вздохнув, провела рукой по коротко стриженым волосам. – А вы...

– Ты.

– Ты – маг?

Тэя мой вопрос развеселил.

– И очень талантливый, – он картинно выпятил грудь и, вскинув руку к куполу пещеры, изрек. – Я могу сделать то, что миллионы жителей шести миров даже не видели и не...

– Тэй, – оборвал его Женя. – Успокойся. Давай займемся делом.

Парень сдулся и недовольно посмотрел на моего брата.

– Ты испортил мне весь выход.

– Я хотел, чтобы Саша увидела, как устанавливается связь, – проигнорировав слова Тэя, заявил брат. – Боюсь, она мне не верит. Не совсем верит

– Что ж, – Тэй изобразил на лице серьезность. – Поэтому тебе нужен я. Решил поддержать полноценный разговор? Ясно. Как обычно, в воздушные комнаты?

Женя кивнул.

– Ты готов? Слышал, вчера был тяжелый вылет, – спросил он.

– И вовсе не тяжелый, если бы Хэзу не вздумалось задрать оленя. Потеряли время и чуть не остались без хвостов, когда явились золотые, – Тэй фыркнул. – У Хэза слишком жирная задница, чтобы прятать её, и слишком неуемный аппетит, чтоб хоть чуть-чуть её уменьшить.

– Тахары – разведчики, – объяснил мне Женя. – Давайте-ка поторопимся, пока твой страж не заметил пропажу.

– Максим не должен ничего знать?

– Максим? – Тэй, шедший позади, поравнялся с нами. – Ох уж эти имена шестого мира! Он – Рэй, и один из жрецов. Так что, да, если хочешь общаться со своей матерью, пожалуй, с ним стоит болтать поменьше.

– Сейчас мы поговорим с мамой?!

– Я надеюсь, – Женя обернулся, замирая у края пропасти. – Держись за стену, подо мхом есть перила. Придется немного спуститься вниз. Там несколько пещер, где нас не застанут не маги.

Я поежилась, вглядываясь в разлом. Женя шагнул за край, на ступеньку, выбитую прямо в стене, и, обернувшись, протянул мне руку.

– Мы делаем что-то запрещенное? – спросила я, заколебавшись.

– Зачем нам лишние глаза и уши? – зевая, отозвался Тэй. – Давайте поживее, хочу есть и спать.

– Клан знает, что его маги прибегают к теням, – ответил Женя, помогая мне спуститься. – Но деду не нужны проблемы со жрецами. Поэтому он посоветовал быть осторожными.

Я только крепче вцепилась в руку брата и сосредоточила внимание на мхе, который густо покрывал стену разлома.

– Сдались вам эти тени...

– Сдались? – возмущенно переспросил Тэй. – Ты хоть понимаешь, о чем говоришь? Ты же сама маг!

– Проводник сказал, что скрытый, – протянув свободную руку, я коснулась пальцами зеленого покрывала. Оно оказалось мягким и воздушным, похожим на пух. Не без труда нащупав выбитые в стене перила, я ослабила хватку, решив проявить самостоятельность. В ответ Женя сам взял меня под локоть. – Мы уже три дня тренируемся, но ничего не выходит.

– С кем? – поинтересовался Тэй.

– С Рэем.

– О, вот уж кто точно ярый противник теней.

– Он – сильный маг.

– Но трусливый, – отрезал разведчик. Меня возмутил его тон.

– Вот и нет, – вступилась я за стража. – Я слышала, что в яме он в свое время навалял трем драконам.

– Каков герой! А большеЭ о той игре ты ничего не знаешь?

– Ну, кто-то во время боя с золотыми воспользовался тенью, убил полководца, а Макса прислали жрецы с посланием. Гешет письмо во внимание не принял и бросил гонца в яму, где тот и доказал свою правоту.

– Друг, – недовольно позвал Женю Тэй. – Твоя сестра говорит о слуге, как влюбленная. Не пора ли ей открыть глаза на Рэя?

– Он – её страж, – пробурчал Женя, отворачиваясь от меня. Я покраснела и вперилась в ступеньки.

– Что ж, замолкаю.

– Да нет же, расскажи, как всё было на самом деле, – попросила я, пытаясь справиться со смущением.

– Прекрасное решение. Тогда слушай, дочь лавы, – Тэй смаковал каждое слово. – Рэй явился сюда, в свой клан, с требованием от жрецов выдать им мага, слившегося с тенью во время кровопролитного боя у водопадов, где сыну ветра удалось убить полководца золотых и, спутав их планы, спасти жизни многим хорошим воинам. Для нас он стал героем. Настоящим героем, а не мифом, как Черный Дракон. Пусть его имя знают немногие, зато всем известен его подвиг. И что же? Рэй объявил, что наш герой – само зло во плоти! Что его нужно предать смерти, чтобы тьма не воцарилась над миром. Пытаясь выслужиться перед жрецами, Рэй подрался в яме с тремя драконами, которые и так были измучены сражением. Хорош он, да?

В голосе Тэя сквозила такая неприкрытая ненависть, что начинало казаться, будто маг злится на меня.

– И кому же известно имя героя? – тихо спросила я.

– Только тем, кто сражался с ним плечом к плечу, тем, кто видел, как он стал тенью.

Внезапно перила кончились, и рука провалилась в пустоту. Женя удержал меня от, казалось бы, неминуемого падения.

– Мы пришли, – сказал он, прижимая меня к себе.

Тэй проскочил мимо нас и исчез за зеленым покрывалом. Я отстранилась и, вопросительно вскинув брови, взглянула на брата. Женя, виновато улыбнувшись, в ответ прикрыл глаза.

– Ты говорил, что никогда не пускал тени далеко в разум, – прошептала я, отводя взгляд. – А что же ты сделал тогда?

– Подчинил тень себе, – ещё тише произнес брат. – Они всегда слушаются меня, каким бы сложным не был ритуал.

– А что случилось несколько дней назад?

– Поэтому сейчас с нами Тэй, – невпопад ответил Женя. – Не хочу рисковать, пока всё не выясню.

Я нахмурилась, чуя подвох, но спорить не имело смысла.

Выходит, мой брат рисковал жизнью в небесах сражений и подставлял себя под удар черных жрецов ради победы клана. И именно Макс должен был узнать, кто слился с тенью в битве за поля водопадов. Дед не просто бросался словами, когда говорил, что готов атаковать Ров, если на жизнь его детенышей покусятся жрецы. Один раз он уже унизил их, кинув гонца Черного Дракона в яму. А что Максим? Он ведь догадался о роли Жени в сражениях. Тэй говорил о маге презрительно, с ненавистью, но Макс вовсе не предавал клан, скорее, даже наоборот. Он не исполнил поручение черных жрецов, оставив Женю в покое. Как он там сказал... "Я знаю, чьи вы дети". Может, дело вовсе не в верности клану, а в моей матери? И сколько лет прошло с тех пор? Я знала Максима от силы года полтора, но это вовсе не означало, что он пришел в шестой мир так недавно. Сколько раз Женя сливался с тенями в погоне за победой? Сколько раз рисковал жизнью и разумом ради клана? Срывался ли он раньше...

Мне было необходимо изучить магию, понять её, осознать угрозы и преимущества, которая она несла. В противном случае тайны моей семьи грозили навечно остаться для меня тайнами.

Собравшись с духом, я решительно шагнула под полог из зеленого мха.

После сияющей пропасти пещера показалась очень темной и тесной.

– Бу, – произнес откуда-то справа Тэй, и в центре, из мусорной ямы, в мгновение ока выросло пламя. Оно пожирало сухие ветки, куски коры и какой-то хлам, треща и сыпля искрами. Мой новый знакомый стоял у стены, прислонившись к ней и скрестив руки на груди.

– Ну что? – с порога поинтересовался Женя.

– Добро. Он согласен.

– Садись, – брат указал мне на пол у самого входа. – И смотри. Ни звука.

Я послушно кивнула и вся обратилась во внимание. Тэй подошел к костру и встал так, что его тень, удлинившись, убежала до самого конца пещеры. Маг повернулся к нам спиной и, склонив голову на грудь и вскинув руку, сжал пальцы в кулак. Какое-то время ничего не происходило, и я, завозившись, вопросительно глянула на стоявшего поблизости брата. Тот только приложил палец к губам, ничего не ответив.

Внезапно пламя начало блекнуть, постепенно становясь из ярко-рыжего тускло-желтым. Воздух в пещере загустел, потемнело, а тень Тэя рванула вверх, к потолку, и, через мгновение превратилась в силуэт человека. Черно-серая фигура то теряла очертания, то становилась удивительно четкой, будто некий герой немого кино сошел с экранов прямиком в нашу реальность.

– Очень рад видеть всех вас в сборе, дети, – раздался голос, стоило тень пошевелить губами. – Саша, мое почтение. Женя, Тэй, доброго времени суток.

Голос пару раз скатывался до шипящего шепота, но в целом говорил Эдгард (я сразу узнала близкого знакомого моей матери) внятно и четко. Женя вскинул руку, приветствуя учителя, я кивнула, а Тэй, скрестив руки на груди и зевнув, выдал.

– Здравствуй, отец.

Прищурившись, я уставилась на молодого мага. Так вот в чем дело! Третий и шестой мир, оказывается, очень тесно переплетаются.

– Что на родине? – спросил Женя. – Как мама? Мы можем её увидеть?

– В компании полный кавардак, – отозвался Эдгард, одергивая серый пиджак. – Кое-кто уже греет зад в кресле генерального директора. Макса благополучно записали в трупы, как Арсения и Гену. Пока не лезу, ибо дело это не мое и мне не интересно. Не люблю я толпы чародеев.

– А мама? – пропищала я.

– Мама идет на поправку, её здоровью ничего не угрожает, вот только есть несколько проблем, – Эдгард обернулся, замолчал на несколько секунд, и снова продолжил. – Она ничего не помнит про этот мир. Твердит, что живет среди кхелет хатра, что она – маг, и ей нужно в Ров. И болтает она преимущественно на вашем языке. Медперсонал с ума сходит, я тоже к этому близок. Ничего не могу у неё спросить – что, как, кто.

– Господи, – я прижала ладони к щекам. – Мама...

– Утверждают, что из-за сильного нервного потрясения, она могла сойти с ума, но мы-то с вами знаем, что она в себе. Я бы забрал её из больницы, но меня не признают её родственником, ищут тебя, Женя, и водят к ней психиатра.

– С взяткой не прокатило? – спросил брат, хмурясь.

– Главврача взяли две недели назад, пока никто не соглашается, – в голосе Эдгарда послышалось недоумение. – Попробую поискать иные ходы. Может, за это время она вспомнит свою жизнь в шестом мире. Хотя, думаю, её лучше перекинуть к вам. Как дела, ключница?

– Жрецы не хотят отпускать меня, пока я не владею магией. Боятся за Пусть.

– Похоже, они правы. Что-то у нас ворошит ореол, не пойму что. Вот и сейчас слышу помехи – шепот духов.

– Этого ещё не хватало, – процедил Женя. – А остальные? Что думают?

– Некоторые особо трусливые особи хотели удрать на родину, но не нашли ключницу. Я не распространялся о том, где прячется Саша. Сейчас никому нельзя доверять.

– Арсений не показывался?

– Нет. Курга тоже не видно.

– Ясно. Если что решим с дверями, я выйду на связь.

– Я рядом с ней, – отозвался Эдгард. – Тэй, привет родным.

– Передам, – раздраженно бросил юноша.

– До связи.

Силуэт Эдгарда стал уменьшаться и, в конце концов, слился с тенью Тэя. Парень вздрогнул, вытянул руку и попятился, словно кто-то толкнул его назад. Пламя костра почернело, тени у сводов пещеры, меняя очертания, потянулись к огню, и в тот же миг я услышала тихий голос.

– Ищет... Ищет... Идет... Через тени... Ждет... Ищет...

Тэй, расправив плечи, обернулся. Его глаза потухли, их затянуло белесой пеленой, лицо стало пепельно-серым, а губы шевелились, будто он что-то говорил. Я вскочила на ноги и отступила к выходу, однако Женя выглядел спокойным.

– Стой, – бросил он. – Всё в норме.

И действительно, через мгновение Тэй встряхнулся, сморгнул и настороженно оглядел нас.

– Слышали?

Мы, как по команде, кивнули.

– Что это было? – спросила я, озираясь по сторонам.