Текст книги "Хроники ключников. Бунт теней (СИ)"

Автор книги: Галина Черкасова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

– Разве он собирается уходить? – осторожно поинтересовалась я, хотя предполагала, что знаю ответ. "Я оставлю этот мир, как только жрецы допустят тебя к дверям".

Зольза прищурилась.

– Страж идет за ключницей, – холодно ответила она. – А Рэй хочет быть хорошим стражем. Он стремится уберечь тебя ото всех опасностей, которыми изобилует твой нелегкий путь. Но он, гоняясь за тобой, забывает, что и остальные нуждаются в его защите. Подумай о них. Изумрудные, юные рубиновые, свободные, твой клан, твой... брат.

Я отвернулась.

– Что вы хотите от меня?

– Всего лишь одного – отдай нам Черного Дракона.

Я нахмурилась, слабо понимая, что значат эти её слова.

– Я не могу указывать... Рэю.

Зольза улыбнулась ещё шире и, протянув руку, погладила меня по плечу.

– Но ты имеешь на него влияние. О, дитя, не отрицай. Он связан с тобой не только обязательствами стража перед ключником, но и словом, что дал твоей матери.

Я молчала.

– О, да, – продолжала петь Зольза. – И чем-то ещё, невидимым и тонким...

– Что вам от меня нужно? – процедила я, не решаясь, однако, смотреть на жрицу. От взгляда на неё начинала кружиться голова.

– Мы должны вместе бороться с тенями. Под черным крылом Воина тысячелетия.

– Согласна, – я собралась с духом и все же взглянула на Зользу. – Ведь вы сами со Здесь справиться, увы, не можете.

Глаза Зользы сузились, улыбка сползла с лица, как многоножка с камня.

– Пусть рассказал тебе сказочку? – прошипела нефритовая, и от её свистящего шепота дрогнул ореол. – И что ты из неё поняла, ключница?

– За ваши ошибки кхелет хатра платят слишком дорого.

Перед глазами замерцали мушки, меня вдруг замутило, и земля под ногами качнулась. Зольза до боли стиснула мое плечо.

– Глупое дитя... Мы платим за ошибки предков кровью нашего потомства. А ты... Ты, венценосная, сколь высоко ценишь себя?

– Макс сам волен решать, что для него правильно, – с трудом вымолвила я, дергая плечом и пытаясь сбросить руку нефритовой.

Зольза подалась вперед.

– Тогда не навязывай ему свое "правильно".

– Кэзрах, Саша! – но я, не обращая внимания на оклик, продолжала таращиться на Зользу. В ушах неприятно зазвенело, и если бы не Кэзрах, подоспевшая, как всегда, вовремя, я бы упала. Дочь лавы подхватила меня под руки.

– Бедная девочка, совсем измучилась, – зацокала Зольза, отстраняясь. – За ней глаз да глаз нужен, как за яйцом. А тут такая жара. Черный Дракон.

Нефритовая поклонилась и прошла мимо, поводя бедрами. Макс и подошедший вместе с ним агатовый проводили Зользу одинаково ненавидящими взглядами.

– Чего она хотела? – буркнул страж, глянув на меня.

– Познакомиться, – я сделала вид, что просто опираюсь на руку Кэзрах, хотя голова ещё кружилась.

– Нефритовой погани обязательно всюду таскаться за тобой? – сварливо поинтересовалась дочь лавы. – Ядовитая, как слепень.

– И липкая, как дерьмо, – согласился агатовый. – Зря она тут одна бродит.

– Так проучите её, – Макс пожал плечами. – Мешать не буду.

– Учтем, Черный Дракон, – хитро усмехнулся тот. – Где хотите подождать вожаков?

Макс, вместо ответа, кивнул мне.

– Жарко?

– Не то слово, – язык еле ворочался.

– Может, в купальни? – встрепенулся агатовый. – Они есть в скале, где прячутся реки. Прохладно, и крылья расправить можно во всю ширь.

– А у нас есть время? – спросила я. – Кэз сказала, что мы должны улететь.

– Некуда торопиться, – коротко отозвался Макс.

Мы с Кэзрах переглянулись.

– Я позову Дэра, – бросила серебряная и, отцепив меня от своей руки, поспешила к взлетной площадке.

– Крог, покажешь путь? – обратился Макс к агатовому, который провожал Кэзрах хищным взглядом.

– Конечно, Черный Дракон. Идите за мной, – отозвался тот и облизнулся.

Макс протянул мне руку. Я тут же вцепилась в его локоть, помотала головой, силясь прийти в себя.

– Тебе что-то сказала Зольза? – спросил Макс, хмурясь. – На тебе лица нет.

– Говорила о твоей значимости, – тихо ответила я.

– Угрожала?

– С чего бы?

– Жрецы иначе говорить не умеют.

Мы помолчали. Агатовый, шедший впереди, разгонял зевак, облепивших площадку в надежде увидеть Черного Дракона. Даже золотым пришлось перекинуться – их оттеснили к самому краю. Свободные кхелет хатра в человеческом обличии будто воплощали в себе идею единства многонационального мира. Светловолосые и рыжие, с белой, почти прозрачной кожей и темной, как шкура Черного Дракона, они смотрели на нас глазами цвета лавы.

Вот слуг среди них почти не было.

Я покрепче вцепилась в руку Макса.

– Мне нужно тебе кое-что рассказать, – шепот потонул в гуле голосов, но страж меня услышал.

– Позже, – отозвался он, настороженно оглядывая взиравших на него отщепенцев.

– Никому не доверяешь?

– С некоторых пор даже себе.

Значит, и он сам понимает, что изменился.

– Ты внушаешь им благоговейный ужас.

– Не я, а то, чему предшествует мое появление.

– Сюда! – агатовый протиснулся в коридор, который вел к выделенной нам с Лиа пещере. Здесь же нас догнали Кэзрах и Дэр.

Мы миновали пещеру, поднялись вверх, едва ли не до самого леса, а потом коридор повел вниз. С каждым шагом дышать становилось легче. Из глубины тянуло прохладной свежестью. Макс подстраивался под мой шаг, давая возможность передохнуть, и к купальням я спустилась в бодром расположении духа. Крог, шедший впереди, остановился перед травяным пологом, преградившим нам путь и, перед тем, как эффектно отдернуть его, провозгласил.

– Великолепный купальный грот, где мечтают побывать даже боги!

И он нисколько не преувеличил.

Перед нами предстала огромная, светлая пещера, сокрывшая от удушливого жара в своем нутре бесценные сокровища – прохладные зеленые озера. На множестве белых колонн, по форме напоминавших песочные часы, вокруг узкой середине, обхватив её тонкими усиками, висели темно-лиловые, похожие на виноградные, гроздья. Среди продолговатых ягод ютились нежно-сиреневые цветы, вокруг которых порхали крупные, с ладонь, бабочки. Их голубые крылья, украшенные витиеватыми серебристыми линиям, источали призрачный, завораживающий свет. Из-за этого свечения казалось, что над поверхностью зеленых озер танцуют духи.

– Проходите, – агатовый отступил в сторону. – Маленькое озеро справа – мелкое, вода там плотная, но теплая. Центральное – общее, но сейчас вас никто не потревожит. Слева – озера-близнецы, прозрачные и прохладные, очень глубокие в центре.

– Здесь можно утопить Зользу, – задумчиво прошептала Кэзрах.

– У нас мало тканых покрывал, – как бы между прочим заметил агатовый. – И они не очень хороши.

– Брось, Крог, – Макс вяло отмахнулся. – Благодарю за помощь. Проследи за тем, чтобы нас никто не беспокоил. Особенно жрица, а то придется последовать совету Кэз.

Агатовый ещё потоптался у входа, повздыхал, оглядывая Кэзрах, да так и ушел ни с чем, что-то бормоча себе под нос.

Кэз и Дэр долго не думали – оба выбрали большое центральное озеро, мигом скинули зачарованные наряды и вошли в воду.

– Княжна! – Дэр ударил широкой ладонью по поверхности, подняв тучу брызг. – Искупайся!

Вытаращив глаза, я оглядывала обнаженного сына ветра, который выжидательно смотрел на меня. Кэзрах, по шею опустившись в воду, закусила губу, силясь не засмеяться.

– Дэр, оставь княжну в покое, – наконец, вымолвила дочь лавы. – Не забывай, откуда она.

– Прости, – Дэр, добродушно улыбнувшись, отвернулся, показав мне теперь ещё и свой зад.

– Окунешься здесь или пойдем дальше? – насмешливо поинтересовался Макс.

– Пойдем, – быстро согласилась я. Мы прошли к холодным озерам – двум зеленым полукругам, меж которых тянулся настолько узкий перешеек, что идя по нему ноги приходилось ставить точно одну перед другой. Миновав его, мы оказались у мелководья – почти у самого свода пещеры. Я осторожно, вытянув ногу, пальцами проверила воду. От прохладного, освежающего касания по телу побежали мурашки, и я, осмелев, сделала шаг вперед.

– Что ты хотела мне рассказать? – спросил Макс, проходя мимо.

– Я ду... Твою мать, Максим!!! Ну ты же из шестого!!!

Эхо повторило мой злобный вскрик, и я отвернулась, покраснев до корней волос. Страж застал меня врасплох.

– Я из третьего, – недовольно заметил мой спутник. – Что же ты так не орала, когда Дэр раздевался?

– Не знаю...

– По лесу изумрудных я тоже без одежды бегал.

– Действительно.

– Саша, – я услышала плеск воды. – Мне сейчас не до стеснений. Если для тебя это слишком – иди в соседнее озеро. Я подплыву к перешейку.

Не оборачиваясь, я согласно кивнула и, выйдя из воды, направилась ко второму водоему. Приготовившись стянуть платье, оглянулась – Макс подплыл к перешейку и, повернувшись ко мне спиной, закинул руки на берег.

– Черт с вами, – прошептала я, быстро скинула одежду и в два прыжка ушла на глубину. От погружения захватило дух. Потянуло было вниз, но я, окунувшись, мигом поднялась к поверхности, покрутилась на месте, и принялась нарезать круги. Вода не была холодной – я чувствовала себя вполне комфортно. Дышать стало легче, мысли истончались, как туман под лучами солнца, и, в конечном счете, оставили меня наедине с прохладной негой. Рассмеялась Кэзрах, и я, вздрогнув, вернулась с небес на землю. Бросила опасливый взгляд на Макса, но он все также сидел в воде у перешейка. Набрав в легкие воздуха, я нырнула к серебристому дну. Казалось, что оно находится в какой-нибудь паре метров, но, удостоверившись, что это не так, я вернулась на поверхность. Снова задержала дыхание и, незаметно подплыв к перешейку, подняла целую тучу брызг. Макс запрокинул голову, и, усмехнувшись, поинтересовался.

– Отошла?

– Да, – я зацепилась за небольшой выступ на каменной стене, разделявшей озера, и замерла, по грудь укрывшись за перешейком. Макс развернулся ко мне и, чуть приподнявшись, положил локти на берег. Только тут я заметила на его груди розоватый широкий шрам у самого сердца.

– Откуда это? – спросила я тихо, сама испугавшись вопроса.

– От жрецов, – равнодушно ответил Макс, проследив за моим взглядом. – Дело в том, что Черный Дракон – это не просто черная ящерица. Воин тысячелетия – носитель знания и силы Это.

Я нахмурилась.

– Проводник Это в твоем теле?

Макс какое-то время пристально смотрел на меня. Видимо не ожидал, что я так быстро пойму его объяснение.

– Верно.

– Выходит, Черный Дракон и Проклятый – две крайности этого мира, – я не сводила глаз со шрама. – Это и Здесь. Ты и Тэй.

– Тэй? – Макс подался вперед. – Тэй Тахар – Проклятый?

Я отвернулась, зажмурилась, осознавая, что подписываю Тэю смертный приговор.

– Да, Максим. Здесь пытается захватить его разум.

– Что значит "пытается"?

– Тэй забрал меня из обители, мы говорили с ним потом... В поле... Он сопротивляется влиянию Здесь, борется с его волей. Спроси у Пусть – он всё расскажет!

– Зачем он забрал тебя из обители?

– Хотел спасти, защитить...

– От теней, которые туда привел?

– Тени привел Здесь.

Приготовившись к спору, я с вызовом посмотрела на Макса.

– Здесь говорил с тобой? – спросил он.

– Да. Когда брал верх над Тэем.

– И что ему нужно?

– Он хочет заполучить Пусть в союзники.

– А что Пусть?

– Боится, что Проклятый сможет повлиять на него через меня.

– Он может?

– Пусть считает, что да.

Макс невесело усмехнулся.

– Говоришь, он хотел тебя защитить? – во взгляде его читалась холодная ярость. – Удача, что он не убил тебя.

– Тэй не причинит мне вреда, – слишком уж пылко выпалила я, и Макс, вскинув брови, посмотрел на меня недоуменно. Я выдержала взгляд стража, плотно сжала губы. Только вот румянец, заливший щеки, сдал с поличным.

– Ясно, – вынес свой вердикт Максим. – Как тебе удалось убежать от него?

– Ни от кого я не убегала! – соврала я. – Мы оказались у Великого разлома.

– Чисто случайно?

– Из-за меня! Я не знала, куда лететь! Когда Тэй отрубился, я решила отнести его в Ров.

– Похвально. Дальше.

– Но дороги не знала, оказалась у разлома, а там... Там всё плохо. Всю пропасть заливает чернота вперемешку со звездами. Густая вязь, даже дышать трудно. Тэй провел нас до самого дна. И не единая тень меня не тронула. Зато с Пусть они болтали, как со старым знакомым.

– Кто? Здесь?

– Все тени вместе взятые! Они называли Пусть "сильнейшим".

– Проклятый затащил тебя на дно разлома. И что вы там нашли?

– Не Проклятый, Тэй!

– Саша, мне жаль, но...

– Тебе-то что жалеть, ты его терпеть не мог, – разозлилась я. – Лиа победила тень, и Тэй сможет.

– Здесь – непростая тень. Где же Тэй сейчас?

– А Тэй – непростой маг! Не знаю, он... Он остался в разломе.

– Он напал на тебя?

Я колебалась лишь секунду, но этой секунды оказалось достаточно, чтобы Макс сделал выводы.

– Саша, его разум захватил Здесь.

– А твой разум, что, захватил Это?! – в сердцах бросила я. – Иначе почему ты меня не слушаешь?!

Макс шумно выдохнул, покачал головой.

– Ты сама не хочешь ни о чем говорить. Каждый ответ приходиться вытягивать, как клещами. Поговори со мной спокойно, и я постараюсь тебя понять, хорошо?

Я по нос погрузилась в воду, слушая стража.

– Прости, – ответила, вынырнув.

– Ладно, – Макс кивнул. – И ты меня. Значит, без тайн и недомолвок?

Естественно, что о поцелуе я умолчала. Впрочем, Макс и так понял, что я неравнодушна к Тэю. Страж слушал внимательно, и мне отчего-то стало спокойно под его взглядом. Глаза Макса, без всполохов пламени, смотрели снисходительно и чуть устало, но то были глаза человека, и я смела надеяться на человеческое отношение к ситуации.

– Потом я увидела Лиа. Она каким-то образом чует свет и тьму. Может найти и тебя, и Тэя.

Макс почесал шрам, задумчиво оглядывая озеро за моей спиной.

– Но что случилось с тобой? – тоскливо спросила я.

– Постой, – произнес он, прижимая руку к сердцу. – В разломе был статичный телепорт?

– Так сказал Тэй.

– Ты больше никому об этом не говорила?

– Нет.

– Отлично. Продолжай в том же духе. И, возможно, нам удастся докопаться до истины, – он, поморщившись, мотнул головой. – Ладно, собирайся. Меня уже, наверное, ждут.

– А мне ты ничего не расскажешь? – спросила я, отталкиваясь от перешейка. Макс неопределенно пожал плечами. Черт возьми, он что-то понял, но не собирался делиться со мной своими мыслями. Просто нырнул, эффектно поставив точку в разговоре.

Я быстро подплыла к берегу, оглядела полотенце, похожее на плед, решила им не обтираться, и, кое-как отряхнувшись и натянув платье, решительным шагом направилась к Максу, желая во что бы то ни стало вывести его на чистую воду. Страж пледом не побрезговал и теперь стоял на берегу, одетый, с тряпкой-полотенцем на плече.

– Слушай, ты вообще собираешься... Макс?

Он поднял голову, посмотрел на меня невидящим взглядом и стал оседать. Вскрикнув, я подскочила к нему, помогла опуститься на землю.

– Макс? Макс?! – я склонилась над стражем, ставшим белым, как полотно, и, схватив его за плечи, легонько тряхнула. – Маааакс!!!

– Тихо, тихо, – он прикрыл глаза, ртом хватая воздух. – Без... паники.

– Что случилось? – Кэзрах и Дэр спешили к нам. Оба одетые, слава богам.

– Рэй! – огнеглазая, рухнув перед Максом на колени, встревожено оглядела его. Дэр замер рядом.

– В норме, – удивительно зло отрезал страж, открывая глаза и приподнимаясь на локтях. – Идите, я догоню.

– Сдурел? – возмутилась я. – Ты на ногах стоять не можешь.

– Я сказал, идите! – Макс отшвырнул от себя руку Кэзрах, когда та попыталась погладить его по щеке. От этого жеста мне стало неуютно. Огнеглазая смутилась, распрямилась, как пружина, и, вскочив на ноги, сделала Дэру знак следовать за ней.

– Княжна? – воин протянул мне руку.

Я лишь отрицательно покачала головой.

– Подождите нас у выхода.

Когда серебряные удалились, Макс снова лег на каменный пол. Я вытащила плед из-под его плеча и, свернув валиком, положила стражу под голову.

– Из-за шрама? – как можно спокойнее спросила я, задержав ладонь напротив сердца. По пальцам побежали голубоватые искорки.

– Да.

– Жрецы пытались тебя убить?

– Почему же пытались? У них всё получилось. Иначе Это не стал бы частью Черного Дракона.

Я до крови закусила губу. Тень всегда ждет смерти носителя, чтобы укорениться в его теле.

Макс кашлянул и, оттолкнувшись от пола, сел.

– А Это тебя не угробит? – я переместилась за спину стража и, встав на колени и чуть подавшись вперед, положила ладони на плечи Макса.

– Черт его знает, – снова покашляв, ответил он. – Говорит, что нужно набраться сил.

Пальцы чуть покалывало. Я применила самое простое заклинание, направленное на улучшение самочувствия.

– Быстро научилась, – Макс, почувствовав силу ореола, вздрогнул. – Женя помог?

– Тэй.

– Ясно.

Страж вскочил так резко, что я, потеряв опору, едва не упала. Он пошатнулся, не без труда удержал равновесие и, выпрямившись, протянул мне руку.

– Идем, – потребовал он.

– Тебе бы не мешало отдохнуть, – процедила я.

– Пускай Это заботится о моем самочувствии.

Я, пожав плечами, вцепилась в его ладонь и рывком поднялась. На миг мне показалось, что сейчас он просто упадет вместе со мной, но Макс резко притянул меня к себе.

– Запомни, – свистящим шепотом произнес он. – Что бы ни случилось, я сначала твой страж, и только потом Черный Дракон. Не слушай жрецов. Я всегда буду рядом.

Посмотрев на него снизу вверх, я открыла было рот, чтобы признаться, как скучала по его уверенности и упрямству. Хотела сказать, что мне очень жаль, и ему следует беречь себя, но вместо этого...

– Таков твой долг, страж.

– Вот и славно, ключница.

***

Сердце ворочалось под ребрами, между ударами неприятно вздрагивая, трепыхаясь, как пойманная птица. Макс, конечно, не подавал виду и даже слушал, что ему говорили вожаки отщепенцев – нефритовый, агатовая и рубиновый. Совет они начали с благодарностей за визит, потом зачем-то принялись рассказывать, как появилась их стая, что такое свобода от кланов...

Бессмысленная трата времени. От них всего-то и требовалось, что последовать за ним.

Золотые уже были предупреждены и, конечно же, выказывали недовольство – в качестве незваных гостей с них хватало серебряных. Чтобы Зольза не нервировала отщепенцев, Макс отослал её договариваться с нефритовыми. Изумрудным сейчас уж точно было не до беженцев – больше половины их гнезд разорили тени. Загорные леса затихли и опустели, покинутые ловкими, зелеными охотниками, крылья которых теперь несли смерть своим же соплеменникам.

– Вчера свободные рифов были атакованы тенями, – сокрушенно покачала головой агатовая, миниатюрная женщина с длинными прямыми волосами цвета платины. К слову сказать, Крог вообще был лысым. Он занял место на скамье подле агатовой. – Я запретила любопытным приближаться к южному побережью, но собственными глазами видела, как мертвые крылья облепили рифовый утес. Ужасное зрелище!

– Скоро придет и наша черед, – буркнул рубиновый. Этот был самым молодым – массивный, светлокожий, рыжеволосый, он не сводил глаз с Лиа. Ещё бы! Одинокая венценосная, последняя княгиня погибшего клана оказалась в долгу перед его племенем. Такой расклад сулил неплохие перспективы. – Пришло время объединить силы.

– И к чьим воротам полетишь ты? – прохрипел нефритовый. Этот был слеп на один глаз. С подобными ранениями драконы редко поднимались в бой – они в основном добывали руду или, если чуяли ореол, прокладывали в обители с помощью магии и грубой силы новые коридоры. Конечно, им помогали при охоте, но все однозначно считали покалеченных обузой и гадали, когда же те уйдут умирать и освободят клан от обязанности за ними присматривать. Нефритовый же либо был виртуозом полета, либо каким-то образом использовал магию для ориентации в пространстве. То, что он единственный маг из всех троих, сомневаться не приходилось – у его плеча маячил самый настоящий проводник – ярко-синий всполох. Ко всему прочему, ряд обыденных движений нефритовый заменял заклинаниями. Перед ним сам собой поднимался зеленый полог, из бочки с водой выскакивал черпак, магическим образом придвигалась скамья. Теперь Макса не удивлял тот факт, что отщепенцы носили зачарованные наряды – некрасивые, грубые, но четко отыгрывающие изменения ореола во время оборота. К тому же, у любого сильного мага непременно имелись и ученики – преданные, внимательные, почтительные. Неплохая поддержка в свободном клане.

Макс не сомневался, что голос нефритового слышали все. Вожак был худ, кособок, говорил хрипло и рокочуще и вряд ли его голову украшал венец, но он умел управлять, не возводя свое мнение в статус неоспоримо верного, но делая его таковым силой убеждения. Макс завидовал ему. Сам страж никогда и подумать не мог, что встанет во главе кхелет хатра. Сказал бы ему кто об этом лет десять назад, он бы умер со смеху. Теперь же для веселья поводов не осталось.

Крог привел его, Лиа, Дэра и двух золотых в круглый зал, посреди которого размещался массивный, грубо сколоченный, квадратный стол, окруженный скамьями. Вожаки сели спиной к одному из сводов. Справа от них располагался проем, ведущий в коридоры, слева – проход к отдельной взлетной площадке. У каждого из четырех углов стола высились продолговатые сосуды, по форме напоминавшие бочки. То были огромные, полые внутри плоды местного кустарника, в которых свободные хранили воду. У воды, правда, появлялся кисловатый, как от лимона, привкус, зато она отлично утоляла жажду.

Поначалу Макс решил, что вести беседу он будет в присутствии своих спутников исключительно с вожаками. После разговора в купальнях Сашу в вопросы борьбы с тенями страж решил не впутывать, и Кэзрах осталась присматривать за ней.

Какого же было удивление Макса, когда в пещеру, где Черного Дракона ждали вожаки, кроме них набилось ещё три-четыре десятка отщепенцев. Сыны ветра и дочери лавы, считавшие себя свободными от условностей и войн кланов, и вели себя соответствующе – галдели, толкались, порой даже переругивались. От шума и духоты Максу постепенно становилось хуже, и он начал творить одно заклинание за другим, чтобы хоть как-то прийти в себя.

– Мы никогда не просили ничьей помощи, – гордо заметила агатовая. – Но времена изменились. Великий разлом наполнился тенями, и миру явил себя Воин тысячелетия. Впереди – великое сражение, этого никто не может отрицать.

Дочь лавы вскинула голову и победно глянула на нефритового.

– Скажи нам, Черный Дракон, – начал тот, игнорируя тираду собеседницы. – В чем смысл твоего появления? Ты можешь изгнать тени из разума одержимых? Очистишь разлом священным пламенем? В чем твоя сила?

– Ну и вопрос, Гэльзар! – возмутился рубиновый. – Черный Дракон объединит кланы в борьбе с тенями. Он, как венценосный, который...

– Тебе напомнить, почему все мы здесь? – перебил его нефритовый. – Напомнить, как довлеет воля венценосных над кланом? Их приказы неоспоримы, их слово непреложно, их власть нерушима. Им слепо верят, перед ними приклоняются, ради них идут на смерть...

– Не ради них, – тихо произнесла Лиа.

– Что? – переспросил нефритовый и грозно рявкнул, перекрывая болтовню соплеменников. – Да помолчите вы! Кому говорю!

В пещере повисла тишина.

– Сыны ветра и дочери лавы идут на смерть не ради венценосных, но ради клана, – ответила Лиа, вскинув голову и смело посмотрев в лицо сурового вожака. – Венценосные – залог равноправия в клане.

Нефритовый фыркнул.

– Вот я, дитя, не венценосный. А меня слушают, уважают, доверяют. Отчего?

– Потому что вы маг?

"Великолепна", – восхитился про себя Макс. Юная дочь лавы, покорившая тень! Кто бы ещё мог похвастаться таким достижением в мире, где темные духи сильны, алчны и безумны...

Нефритовый, усмехнувшись, обернулся к агатовой.

– Рагна, я среди вожаков, потому что маг?

– Нет, слепец, потому что ты умен, опытен и знаешь дикую сельву, как когти своих передних лап.

– Диар?

Рубиновый, скрестив руки на груди, пожал плечами.

– Не буду отрицать, что ты имеешь влияние и благодаря магии тоже.

Нефритовый пожевал губу. Перевел взгляд на Лиа, потом снова посмотрел на рубинового.

– А вот вам и влияние венценосной! – выдал он, ударяя ладонями по столу. – Заворожила, да?

Рубиновый закатил глаза. В пещере поднялся жуткий шум. Макс, про себя пожелав всем провалиться в Великий разлом, поднялся на ноги и, прислонившись бедром к краю столешницы, заговорил.

– Меня мало волнует ваше отношение к кланам и их венценосным, – потирая переносицу, произнес он. Свободные, в один миг замолчав, жадно ловили каждое слово живого бога. – Как не крути хвосты, выхода у вас два – бороться с тенями одним, как это сделали обитатели рифов, или, поборов спесь, объединиться с другими кланами, как это сделали серебряные, золотые, нефритовые, изумрудные и рубиновые.

Лиа согласно кивнула, её жест повторили остальные спутники Макса.

– Бог, о котором сотни лет блеют жрецы, – прохрипел нефритовый, усмехаясь. – Предлагает нам умереть свободными или среди грезящих о войне животных. Ведь конец один, правда? Милуют тени, прикончат навязанные тобой союзники.

– Перемирие объявлено, вас никто не тронет.

– Чтобы кхелет хатра перестали убивать друг друга, им нужен бог, – нефритовый тоже поднялся и, раскинув руки, оглядел присутствующих. – Но кто же защитит всех нас от алчности и жестокости жрецов? Ведь ты один из них...

Проводник вожака раздраженно зажужжал. Свободные загалдели.

– Все дело в твоей ненависти к жрецам, Гэльзар! – рявкнул Диар, вскакивая. – Ты видел детей из рубинового клана? Видел их родителей, убивающих друг друга? Ты борешься лишь за себя! Довольно предрассудков, одноглазый маг!

– Пустоголовый ребенок, – процедил Гэльзар, и Макс все понял. Нефритовый, как опытный делец, набивал себе цену, рассчитывая на более выгодные условия сделки, а молодой рубиновый горячился и сливал его партию. Стоило бы посмотреть, что будет дальше, но усталость задушила интерес на корню.

– Жрецы не причинят вам вреда. Никто никому не причинит вреда, – примирительно произнес Макс, пытаясь сосредоточиться. Решение витало в воздухе. Вот бы поймать его, бросить в толпу, и пускай думают, а он, наконец-то, пойдет спать. – Тени не остановятся, не уйдут сами. Заставят вас убивать своих детенышей, потому что маленькие им не нужны.

Встрепенулась агатовая.

– Мы могли бы отправить детей к свободным на острова, пока угроза не минует.

– Угроза не минует никогда, если мы не дадим бой теням! – вскричал рубиновый. – Их будет всё больше и больше! Ты же маг, Гэльзар, ты должен понимать!

– Мне хватает сил и ума не якшаться с темными духами, – угрюмо ответил нефритовый. – Но что делают жрецы? Они клялись защищать кхелет хатра от теней, но перед нами лишь Черный Дракон. Почему же они бросили своего бога? Или та надменная дрянь, почтившая нас своим вниманием, пришла помочь? Так она воротит нос и шипит, как змея у кладки. Где были жрецы, когда тени заполонили Великий разлом? А после? И носа ни один не кажет к краю тьмы! Кто укрыл рыжеволосых детенышей и позаботился о них? Кто спас эту венценосную? Жрецы?!

– Меня укрыли серебряные, – встряла Лиа. – Они вступили в схватку с полчищами теней. Крылом к крылу мы сражались с князем Эхтеном за обитель серебряных.

"И тебя чуть не разорвали золотые", – подумал Макс, но, конечно же, промолчал.

– Вы сражались! Но спешили ли к вам жрецы? Помогли ли в битве?

Лиа отвела взгляд и покачала головой.

– Лишь потом..., – но ей не дали договорить.

– Нет! – не унимался нефритовый. – Они сидят за стенами Рва! Не потому ли, что сами повинны в бунте теней? А, Черный Дракон? Что ты на это скажешь, слуга с крыльями бога?

Макс оперся пальцами на столешницу, чуть подался вперед, не сводя глаз с нефритового, и заговорил – громко, уверенно, безапелляционно.

– Мое предложение будет таким – все свободные отправятся в Ров, а жрецы, как самые сильные и способные маги, готовые бороться с тенями... призванные бороться с тенями..., займут позиции у Великого разлома, в том числе здесь, в вашей обители. Мы создадим оборонительный рубеж. Нападения теней не должны быть неожиданностью для воинов объединенной армии.

В напряженной тишине, что воцарилась в пещере, отчетливо прозвучало насмешливое фырканье.

– Красивы речи твои, Черный Дракон, но каковы будут действия? – спросил нефритовый, прищурив глаз.

– Всему свое время, – бросил Макс и, решив для себя, что совет окончен, развернулся и пошел прочь.

– Как прошло? – у входа в пещеру его поджидала Саша.

"И что так переживает", – мелькнула сонная мысль.

– Мое дело предложить, – ответил он, проходя мимо. – Дальше дойдут своим умом.

Ключница, кажется, говорила что-то ещё, но Макс не слушал. Стоило ему рухнуть на кушетку, как сон мигом сморил его.

Это сидел на плече своего ключника. Ключник был стар и дряхл, и проводник чуял, что дни его соратника сочтены. Скоро, совсем скоро Это останется один, и свита предложит ему выбрать из достойнейших магов. Мужчина, что сидел напротив, не подходил для этой роли. Слишком честолюбивым, хитрым и скрытным был чужак из четвертого мира. Это досадливо клацнул жвалами. Его ключник вздрогнул и, расправив худые плечи, откинулся на спинку деревянного стула-трона.

– Я не пущу тебя в свиту, Осис, – прокряхтел старик. – Я стар, но ум мой ясен.

– Чем я не угодил тебе, Фимор Сиреневые крылья? – мужчина, мягко улыбнувшись, подался вперед. Его стул качнулся и заскрипел. – Тебе ведома моя сила. Разве не нужна она вам, хранителям врат? Двоих моих спутников ты оставил в свите, но кто они в сравнении со мной?

– Изгои, – буркнул старик.

– Изгои, – повторил Это. – Не слышишь советов, не считаешься с мудростью вечной, магией древней. Согласился быть слугой, но не смирился с волею тех, кто укрыл тебя за дверью третьей. Осис, сила твоя неоспорима, но не нужно нам её. Иди своей дорогой.

Мужчина выпятил нижнюю челюсть, упрямо мотнул головой.

– Я смогу возвысить свиту. Третий мир – темный мир, разумные его жестоки и дики. Им нужна новая вера. Им нужен новый панте...

– Третий мир – не твой мир, – перебил его ключник, не желая слушать оскорбительные для Кхелет и Хатра речи. – Ты утомляешь меня, Осис. Иди прочь. Служи прилежно крылатым господам.

Маг рывком поднялся, со злостью пнул стул, на котором сидел, а потом, закрутив его в световом потоке, разбил об стену. Во все стороны полетели щепы. Ключник не дрогнул.

– Я сумею сделать ваш мир моим! – выплюнул Осис, сжимая кулаки, и вылетел из комнаты, окрыленный собственным гневом.

– Он чувствует тени, – произнес Это. – В четвертом мире слабы для него темные духи, во втором – умны слишком. Он останется здесь.

– Здесь, – эхом повторил ключник.

В углу закопошился мрак, потянулся через всю комнату по вымазанному глиной полу.

– Чуешь силу Осиса, Здесь? – спросил старик, поднимая дрожащую руку. Тьма потянулась с пола рваным лоскутом и у самой кисти ключника приняла форму изящной ладони. Черные длинные пальцы коснулись скрюченных пальцев старика.

– Он ладит с темными духами, – свистящий шепот наполнил комнату. – Подчиняет себе слабых и сильных. Он опасен для вас?