Текст книги "Хроники ключников. Бунт теней (СИ)"

Автор книги: Галина Черкасова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

– Лиа, тень победила тебя? – спросил Женя, делая ещё один шаг к пленнице. Та резко вскинула голову и не без ярости посмотрела на князя. Где-то в глубине пепла, затянувшего глаза, полыхнул огонь.

– Я сохраню свой разум и заберу силу тени! – рявкнула она так громко и гневно, что Женя отшатнулся, а маги бросились в пещеру, на ходу раскидывая сети. – Потому что мы должны сражаться! Откройте глаза, слепцы! Тени вокруг вас пляшут танец смерти! В этом мире два бога!

– Идем, – Тэй потянул князя в первую комнату. – Нечего здесь делать.

– Уберите сети! – Женя не стал повторять дважды, а играючи рассеял заклинания слуг. – Тахар, твою мать, ты слышал, что она сказала?! Я подозревал, что так оно и есть! Она подчинила себе тень!

Тэй последний раз бросил взгляд на девушку. Глаза её снова затянуло серой пеленой, а лицо приняло отрешенное выражение.

– Пошли, – он отвернулся.

Женя все же соизволил последовать за другом, но в коридоре остановил его.

– Если рубиновая победила тень, мы должны узнать, как она это сделала, – князь сам заговорил, как одержимый.

– И что? У неё с головой не всё в порядке. Точнее, всё не в порядке, – Тэй нахмурился. – Сомнительная победа. Хочешь пойти по её пути?

– А если это единственный не тупиковый путь и придется выбирать между ним и смертью?

Разведчик нахмурился.

– Не тупиковый? В таком случае, не веди меня по нему – лучше сразу убей, – Тэй сдержанно кивнул и, не дожидаясь ответа, развернулся и поспешил прочь.

Женя долго смотрел ему вслед. Тэй явно принял его слова на свой счет. Предсказание провидицы о мертвых крыльях не давало Тахару покоя. Князь понимал его – он сам не мог забыть о срыве, когда против воли накинулся на сестру. И если Тэй видел выход в собственной смерти, то у Жени такой роскоши не было – на плечи единственного наследника Гешета ложилась ответственность за целый клан.

Глава седьмая. Изумрудная смерть

– Я не могу находиться здесь дольше, – проворчал Максим, поправляя черную тунику. Теперь-то маги постарались – утром он летал к озеру и, вернувшись, без проблем смог перекинуться, сохранив зачарованное одеяние.

Полет захватывал Макса с головой – осознание собственной силы, мощи огромных крыльев, смертоносности когтей, клыков и рогов прибавляло столько уверенности, что ею можно было затопить все шесть миров. Но перед каждым оборотом Макс ощущал какой-то панический, сродни фобии, страх – а что, если не получится? Что, если он больше не сможет стать драконом? Да каким! Самым огромным в мире!

От которого всем что-то нужно. Макс вздохнул.

– Вы должны понять меня, князь, – он обернулся. Ттлет, стоя к нему спиной, разглядывал рельефы на потолке.

– Как вы думаете, Рэй, магия всесильна? – спросил венценосный, не глядя на собеседника.

– Магия существует лишь потому, что существует разум, – Макс не понял сути вопроса, поэтому ответил заученной во Рве аксиомой. – Магия – есть воздействие разумного существа на ореол. Значит, влияние магии ограничено... возможностями мага.

– А тени не думают?

– Тени третьего мира? Нет. Хотя..., – задумавшись, Макс потер ладонью подбородок. – Если тень захватывает мага, впускающего её в тело, тут вопроса нет. Он сам открывает ей путь. Но что происходит с обычными разумными, которые даже ореола не чуют? Как тени смогли пожрать всех до единого рубиновых?

– Они умерли, и некому было предать их тела священному пламени Кхелет?

– Все разом? Мор? – Макс покачал головой. Его гибель рубиновых интересовало мало – он не собирался возиться с проблемами третьего мира. Но Ттлет не унимался.

– Вы думаете, кто-то помог рубиновым пасть во тьму? Кто-то направляет их теперь?

– Я не знаю, – Макс подошел к князю и, запрокинув голову, тоже уставился на рисунки. На зеленом потолке в виде рельефа были изображены сценки из жизни слуг – сбор урожая, выпас скота, ткачество, обработка камней и металлов, изготовление утвари, прокладка коридоров магами-строителями. Но не было здесь, как и в пещерах серебряных, ни единого изображения дракона. Разве только где-то в глубине грота художники прошлого изловчились увековечить образ Воина тысячелетия.

– Князь, я покину Изумрудное гнездо сегодня.

Ттлет, наконец, взглянул на собеседника. Слабая улыбка тронула его губы.

– Окажите мне честь, воин, – тихо произнес он. – Слетайте со мной к Великому разлому.

Макс нахмурился. Он, конечно, мечтал когда-нибудь облететь родной мир, но начинать экскурсию с логова проклятого клана в сопровождении князя изумрудных не собирался.

– Зачем вам я?

Недоумение Макса смутило князя.

– Я – не маг, но моя жена, – Ттлет запнулся. – Она говорит, что тени волнуются. Не представляю, как это выглядит, но она не только из-за кладки стала неспокойной. Все маги это чувствуют. Что-то будоражит ореол. Кто-то... что-то надвигается.

Макс промолчал. Он-то теней не слышал, и понятия не имел, о чем говорил Ттлет.

Князь изумрудных выдержал долгую паузу и, не дождавшись ответа, едва слышно спросил.

– Ведь вы явились усмирить тени, не так ли?

"Никуда я не являлся", – зло подумал Макс, но сказать Ттлету, что он никогда не ощущал и слышал темных духов, не решился.

– Лучше вам поговорить об этом с Зарго, – сухо промолвил он.

– Он счел мою задумку небезопасной, – Ттлет, осмелев, позволил себе толику раздражения. – Даже для жрецов.

– Не могу с ним не согласиться.

– С чего же начать? В моем клане мало магов, и если мертвых придет больше...

Он замолчал на полуслове и сокрушенно покачал головой. В комнату вошел Зарго Штег.

– Черный Дракон, – нетерпящим возражения тоном произнес ключник. – Сегодня мы отправимся в Ров. Жрецы ждут нас.

Ттлет не сводил глаз Воина тысячелетия.

"Это меня не касается", – Макс отвернулся. Ему следовало думать о более важных для него вещах.

– Зарго, мне нужно поговорить с тобой о ключнице шестого мира. Пора пересмотреть условия её пребывания здесь, – заявил он.

– Шестой мир, – Ттелт покачал головой, проходя между Зарго и Максом. – Теперь всё ясно...

Страж, потеряв мысль, долго смотрел ему вслед.

– Ты хотел поговорить о ключнице, Рэй, – напомнил Зарго, скрещивая руки на груди. В такой позе он походил на грозного пирата шестого мира. – И о неких условиях...

– Ты знаешь, что я имел в виду, – стряхивая оцепенение, бросил Макс.

– Решил, что мы поменялись местами, и мои поручения ты с некоторых пор выполнять не обязан? – Зарго усмехнулся.

– Я давно тебе не подчиняюсь, – отрезал Макс. – Как страж ключника шестого мира...

– А ты определись, Рэй, кто ты теперь – Черный Дракон или страж, бог или слуга, – жрец широко улыбнулся, показав ослепительно белые зубы. – Кхелет и Хатра дали тебе крылья Воина тысячелетия, но как ими пользоваться, увы, не научили.

Макс напрягся, сжав зубы. Зарго играл. Как всегда.

– Мне не ведома воля богов.

"Да и боги мне неведомы".

– Верю, Рэй, верю, – жрец кивнул. – Но крылья ты получил не случайно. Ореол кишит тенями, один из кланов пал, коль скоро падут другие? Вопросов много. Нам нужны ответы, а тебе?

– Мне нужны ключница и дверь в шестой мир.

Зарго помолчал, раздумывая.

– Ты выяснил, что за существо охотилось за духом-проводником Пусть? – спросил он издевательски дружелюбным тоном.

– Нет, – Макс отвернулся и вперился в стену. – Как я могу что-то предпринять, сидя здесь?

– Значит, выбираешь путь мага-хранителя?

– У меня есть обязательства перед свитой.

– Мы можем назначить ключнице нового стража.

– Не раньше, чем я сам узнаю, что произошло по ту сторону двери.

– Твой путь всё равно пройдет через Ров, – Зарго протянул руку и, с силой сжав плечо Макса, склонил голову и заглянул собеседнику в глаза. – Кого обманываешь, Рэй? Какой слуга не мечтает о крыльях? Сколько безумцев, обделенных поцелуем Кхелет, погибло в жерлах священных вулканов? А сколько их отправится туда, когда узнают, что Воином тысячелетия стал обычный слуга... Готов уйти сейчас? Разве ты не желал покорить ветер? Ощутить в глотке ярость пламени?

"Это было слишком давно". Лет десять назад он даже не раздумывал бы.

Река не изменилась – изменился путник.

– Будешь умолять остаться, жрец? – в голосе скользнули нотки презрения. К самому себе.

– Ха! – Зарго убрал руку так резко, что страж пошатнулся. – Хахахах! Умолять тебя?! Да что ты знаешь о силе Воина тысячелетия, Рэй, тщеславный ты простак!

– Крылья даются для войны, – злобно ответил Макс. – В Пустоту вашу войну и вас всех вместе взятых!

Улыбка сползла с лица Зарго.

– Бог с душой слуги, – бросил он, и ярость отразилась в огненных глазах. – Каждое захваченное тело, каждый пожранный разум будет на твоей совести.

– Я отвечаю только за ключницу. Ты ей угрожал. Её безопасность ещё зависит от выполнения мной твоего поручения?

– Оно теперь бессмысленно, как и твое пребывание среди нас... до некоторого момента, – Зарго отступил и, вытянув руку в сторону выхода, произнес. – Уйдёте в шестой мир – дверь я больше не открою. Даже если Пусть будет в опасности, вряд ли мы сможем помочь. У нас СВОЯ война. И он тут будет лишним.

– Я лечу к серебряным, – Макс резко развернулся и, проходя мимо Зарго, задел того плечом. Ключник остался неподвижен.

– Мы будем ждать, Черный Дракон, – тихо произнес он. – Мы умеем ждать...

***

Я не очень аккуратно приземлилась на скалистый уступ, нависавший над берегом. Когти заскрежетали по камням, ветер дернул в сторону, и мне чудом удалось удержаться. Выбрав удачную позу, я вытянула шею и огляделась по сторонам. Пейзаж не впечатлял – серый песчаный пляж тянулся в обе стороны до самого горизонта, а впереди серебрилось барашками пены полотно океана. Темно-синие волны лениво набегали на берег, и также лениво скользили обратно, оставляя на песке длинные, витиеватые стебли черных водорослей. Вот один стебель ожил, изогнулся и, выпустив три пары кривых ножек, потрусил к нагромождению камней, окаймлявших побережье.

Тэй предупредил, что к воде приближаться небезопасно, поэтому я, чинно сложив лапы, наблюдала за прибоем с облюбованного уступа.

– Можешь перекинуться, – маг, пройдя мимо, похлопал меня по боку, и уже через мгновение я балансировала на камнях, где до оборота с трудом могла уместить передние лапы. Тэй протянул руку и, помогая спуститься, словно бы невзначай прижал меня к себе. Я аккуратно отстранилась и поежилась.

– Здесь холодно.

– Можем пройти между скал, к косе, там не так ветрено.

– Ничего страшного, – я обернулась, чтобы посмотреть на океан. Серые облака медленно ползли над водным простором, нет-нет да пропуская луч солнца к синему полотну. Барашки, попадая в полосы света, мигом вспыхивали серебром.

– Тогда останемся здесь, – Тэй подошел к самому краю и, сев меж камней, свесил ноги со скалы. – Это Зокто – великий синий луг. Видишь, там, вдали, столб поднимается к облакам?

– Это смерч? – спросила я, осторожно опускаясь на камни и стараясь удержать в поле зрения странную картину. От водяного столба, уходившего высоко в небо, в разные стороны тянулись кривые сучья, на концах расщеплявшиеся тонкими ветками. Издали казалось, что огромные деревья из воды врастают точно в облака.

– Говорят, это умершие слуги, – отозвался Тэй. – Души кхелет хатра, умирая, взмывают в небо, к звездам, а души слуг уходят в океан. Тянутся к небу, ищут путь к крылатым собратьям, и, рассказывают, даже находят его.

Что-то в тоне рассказчика смутило меня.

– Ты с этой легендой не согласен?

– Легендой? – он едва заметно улыбнулся. – У нас даже нет подобного слова. Любое объяснение сойдет за правду, потому что истина никого не интересует. Так оно и к лучшему.

Он замолчал, а я, любопытствуя, потянулась к нему и, склонив голову, заглянула в его лицо.

– А ты? Для тебя важна истина?

Тэй, опустив глаза, посмотрел на меня и как-то по-особенному тепло улыбнулся.

– Если полезна, то да, – он перевел взгляд на океан. – Я думаю, эти представления устраивает некая местная форма жизни.

– Разумная? – мне хотелось задавать Тэю вопрос за вопросом, но не ради того, чтобы узнать ответ, а чтобы просто его слышать.

– Вряд ли. Этот феномен, – сын ветра махнул рукой в сторону океана. – Результат влияния на ореол.

Деревьев становилось всё больше. Синие ветви, прошивая облака, тянулись ввысь и, переплетаясь между собой, образовывали гигантскую сеть.

– Колдуны развитых миров утверждают, что магия есть целенаправленное воздействие разумного существа на ореол, – продолжал Тэй. – В шести мирах живет немало созданий, которые, не обладая развитым мышлением, легко вступают во взаимодействие с ореолом. Такие процессы называют псевдомагией. Но кое-чего теоретики не учитывают – ни один маг не может так чутко воспринимать ореол, как существо, жизнь которого от него зависит.

Тэй замолчал, давая время обдумать услышанное. Но мне не хотелось тишины.

– Что такое "ореол"? Пусть все уши прожужжал своими рассказами.

– И ты ничего не запомнила? – насмешливо спросил Тэй.

– Я бы хотела послушать тебя.

Маг был польщен, и я получила ещё одну приятную улыбку.

– Ореол – это аура мира. То, из чего всё произошло и то, чем всё станет. Чем плотнее ореол – тем сильнее магия. Одни утверждают, что плотность связана с близостью к центру Хаоса, вокруг которого вращаются миры, другие говорят, что дело не в Хаосе, а в потоках энергии, что движутся меж мирами. Там, где они текут быстрее – ореолы размыты и слабы.

– Мне обязательно это понимать, чтобы научиться колдовать?

– Нет. По мне – это все полнейшая чушь. Пустота и Хаос – слова, которые придумали только для того, чтобы никогда не понимать их смысла. Одно верно – ореолы существуют.

– И ореол одного мира не похож на другой, – вставила я, припомнив болтовню Пусть.

– Ага, – Тэй кивнул. – Суть магии в том, что ты используешь энергию ореола в своих целях. Нет никаких заклинаний, хотя многие придумывают песни, стихи и вычурные фразы, чтобы было легче сосредоточиться. Нет никаких резервов, потому что не в чем их накапливать. Маг – не хомяк, за щеки мощь не закинет. Всё дело в том, сколько ты можешь взять у ореола за раз, не навредив себе и окружающим.

Тэй поднял руку, сжал кулак, а когда раскрыл его, на ладони оказался маленький сиреневый шарик. Шарик стал расти, раздуваться, а потом неожиданно взмыл вверх и завис над нами.

– Чем плотнее ореол, тем больше ты можешь взять из него энергии, – продолжал Тэй, поднимая к небесам второй шарик, третий. – И тем легче с нею справиться.

– Пусть говорил, что есть сильные маги, которые могут ходить по мирам. Они не умирают при адаптации. Но есть и слабые – те, кому не под силу создать даже проводник. В чем тут дело?

– В восприятии ореола. Одни чувствуют его подсознательно, как воздух, но взаимодействовать с ним не могут, поэтому и адаптация для них смертельна. Другие ощущают ореол во всей его мощи. И плывут по нему, и играют с волнами, и подчиняют себе его порождения.

– Порождения?

– Ореолы населены. В потоках и вихрях зарождаются напитанные энергией духи. Светлые – это блики, легкие и слабые. Темные – тени, тяжелые и сильные. Говорят, тени появились из-за хаотичного воздействия первых магов на ореол. Колдуны древности хватали энергию и скидывали её обратно, не зная, что с ней делать. А она накапливалась и густела.

– Магический мусор.

– Да, верно, – Тэй снова улыбнулся и, похлопав меня по колену, так и оставил ладонь на моей ноге.

– Зачем маги используют тени? – машинально спросила я. Теперь для меня куда больший интерес представляла рука собеседника, нежели разговоры о колдовстве. Но после моего вопроса Тэй вдруг напрягся. Он убрал руку с моего колена, сжал губы, нахмурился, вглядываясь в феерическую игру океана и ореола.

– Тени..., – произнес он тихо. – Это тот самый резерв энергии, которого магам так не хватает. Стоит притянуть к себе тень, как она уже не отстанет, и за ней придут другие. Оглянуться не успеешь – и ты уже в центре внимания, выбираешь себе самую темную и самую сильную.

– А их энергия никогда не иссякнет?

– Когда тень вселяется в тело, она получает возможность напрямую взаимодействовать с ореолом. Маг этого даже не замечает, а энергия, между тем, копится. Тело – это ложка, вилка, тарелка – прибор, с помощью которого тень отрезает куски от ореола и жадно их пожирает. Понимаешь теперь, почему они так стремятся захватить тела? Мы для темных сущностей как носители, шанс на вечную жизнь, ведь в ореоле они все равно в скором времени рассеиваются. Тени без тела нестабильны. Выходит своего рода симбиоз – тень копит энергию, ты этой энергией пользуешься, а тень пользуется тобой и тянет все больше и больше, укореняясь в теле и разуме.

Я молчала, ожидая продолжения, но Тэй не спешил. Он словно обдумывал, что мне следует знать, а о чем лучше умолчать.

– Чем чаще маг использует одну и ту же тень, тем сильнее она становится, – сын ветра вообще отвернулся от меня, и теперь я видела лишь его затылок и шею. Захотелось прикоснуться к нему, провести пальцами по смуглой коже от уха до плеча. Это странное желание окончательно выбило почву из-под ног, и я, покраснев, опустила голову.

Ну что за глупости...

– Приходится часто менять партнера, – бросил он, и я, забыв о смущении, оторопело уставилась на него. – Порой вокруг их так много, что не понимаешь, с кем, когда и как творил магию.

– А с людьми у тебя такого не бывает? – спросила я. Тэй не заметил подвоха.

– Тень захватывает мага, когда достаточно сильна, – продолжал он. – А с обычными людьми... Постой, о чем ты? – он обернулся и, посмотрев на меня, осекся на полуслове. Некоторое время мы пристально вглядывались в лица друг друга. Глаза сына ветра полыхали огнем, и это пламя напомнило мне ужас лавового плена.

– Продолжай, – сдавленно попросила я. Тэй тряхнул головой, избавляясь от своего наваждения.

– Про что мы говорили?

– Как тени захватывают обычных людей.

– Все разумные связаны с ореолом, – Тэй пожал плечами. – Чем сильнее тень, тем больше вероятность, что она сможет пожрать немага. А легче всего это сделать, когда разум угасает. Проще говоря, когда жертва умирает.

– А что ты чувствуешь, впуская тень?

Тэй какое-то время мрачно смотрел на меня, а потом, не выдержав, улыбнулся. Я облегченно выдохнула и шлепнула его по плечу.

– Забавный, по-твоему, вопрос?

– Нет, – ему не без труда удалось вернуть серьезность и спрятать улыбку, плотно сжав губы. – Просто ты... А, ладно. Что я чувствую?

Тэй посмотрел на океан и, задумавшись, замолчал. Я проследила за его взглядом. Стволы синих деревьев истончились, и теперь вода потоками ниспадала вниз, поднимая тучи брызг.

– Чувствую..., – повторил сын ветра и заговорил нарочито медленно, растягивая слова, словно давая мне время обдумать и принять его откровения. – Невероятную силу, которую дарует власть над темной сущностью, азарт. А ещё жажду... Это странное ощущение. Ты сдерживаешь тень, заставляешь её служить тебе, и вроде бы ты – победитель. Есть и власть, и сила... Но всё тебе мало. Ощущение необузданной мощи пьянит. И ты хочешь поглотить больше, хочешь впустить в себя всю силу ореола, хочешь... получить абсолютную власть над... тенью. И из-за этого теряешь власть над собой.

Последняя фраза прозвучала глухо. Стало не по себе. Мгновение назад Тэй улыбался так открыто и радостно, что мне не хотелось, чтобы он отворачивался. А теперь сын ветра был мрачен, как небо над океаном.

– Извини, – я прикоснулась к его ладони, которая покоилась на камнях у моего бедра. – Мне не следовало задавать подобный вопрос.

– Ну почему же? – он поймал мою руку и потянул меня к себе. – Нужно смотреть своим страхам в глаза. Как же иначе с ними бороться?

Я не сопротивлялась. Даже не думала об этом. Тэй, откинувшись назад, лег прямо на камни, увлекая меня за собой. Я нависла над ним и заглянула в глаза цвета лавы.

– Это был четвертый урок, – произнес он, улыбнувшись, и, подняв руку, коснулся пальцами моей щеки.

– Я тебя не боюсь, – тихо ответила я, наклоняясь ещё ниже.

Вдалеке заревел дракон, за ним второй, чуть ближе, и третий, совсем рядом. Я вздрогнула и отстранилась. Тэй, приподнявшись на локте, прислушался, раздраженно фыркнул, нахмурился, явно недовольный тем, что нас прервали. Я выжидательно посмотрела на сына ветра, но он лишь раздосадовано мотнул головой и, быстро поднявшись на ноги, протянул мне руку.

– Пора возвращаться, – прозвучал ответ на мой немой вопрос. – Какое-то срочное дело, зовет наследный князь. Ни мига покоя, тени им в глотку!

Я приняла руку Тэя, и он рывком притянул меня к себе. Мгновение мы смотрели друг на друга, а потом огнеглазый отступил, оставляя меня одну в объятьях холодного ветра.

– Мне нужно торопиться, – бросил он.

– Ты научишь меня общаться с тенями? – спросила я, скрещивая руки на груди и потирая плечи. – Я хочу поговорить с мамой... Как ты тогда беседовал с отцом.

Тэй вскинул брови.

– Ты меня вообще слушала? С тебя хватит Пусть.

– Но...

– С отцом я свяжусь ещё раз, – резковато перебил он, а потом, чуть мягче, добавил. – Скажу тебе, когда он почтит меня своим вниманием. Но, будь покойна, твоя мать в безопасности.

Тэй отвернулся и приготовился спрыгнуть с уступа, но я вовремя поймала сына ветра за локоть. Черт, да что с ним такое? Можно подумать, мы не сможем снова остаться наедине.

– Почему ты так уверен? – от холода зуб на зуб не попадал. Я едва не прикусила себе язык.

– Если бы что-то пошло не так, Эд предупредил бы нас, – Тэй ободряюще похлопал меня по ладони и, отвернувшись, бросил. – К тому же, твоя мать – единственная женщина, которую любил мой папаша.

***

Похоже, даже окружающий мир, переняв его гнев, стал меняться. Небо затянули низкие тучи. Марево приближающейся грозы сковало воздух. Ветер затих, но лишь для того, чтобы набраться сил перед бурей. Макс чувствовал это и торопился – при порывах летать он не умел. За ним едва поспевал жрец Ррем, бывший в молодость свою крылатым клана изумрудных. Макс бы позавидовал его ловкости и умению, но сейчас он был слишком зол, чтобы обращать внимание на спутника. Тот сопровождал его от Изумрудного гнезда, так как новоиспеченный крылатый плохо представлял, где находится обитель серебряных. Но их путь оказался напрасным. Мало того, что за вулканами их задержали разведчики, так ещё и прибывший на зов Эхтен, выслушав Макса, дал понять, что свою сестру ему не доверит.

– Опасность подстерегает её и с этой стороны, – князь не без неприязни оглядывал его черный наряд. – И с той. Я не уверен, что ты сможешь защитить Сашу.

– Я выбил ей право пройти в шестой мир, – Максим едва сдерживал ярость, а вот Эхтен вел себя издевательски спокойно. – Я – её страж. Или ты не доверяешь выбору своей матери?

– Нет, не доверяю. И с тобой я Сашу не отпущу. Лети в Ров, тут жрецам не рады, – Эхтен скрестил руки на груди и вскинул голову. Было в его позе что-то несгибаемое, мощное, повелительное. "Ещё переплюнет Гешета", – со злостью подумал Макс.

– Позже её могут и не выпустить, – процедил он.

– Ты что-то не договариваешь, страж, – Эхтен не сводил с него тяжелого взгляда огненных глаз. – Жрецы поставили тебе условие? Ты у них на привязи, Черный Дракон?

– Со жрецами я могу разобраться, – Макс огляделся. Серебряные смотрели на него с интересом, не более. – Князь, она проведет меня в шестой мир, я отправлю её в безопасное место, а сам постараюсь выяснить, в чем дело. Всю жизнь в третьем мире ключница сидеть не сможет.

– Она останется здесь на столько, на сколько я сочту нужным.

– А Саша знает о твоем решении? Черт, Женя, мы должны найти убийцу Генсера!

Князь молчал, внимательно наблюдая за Максом, а тот все больше и больше распалялся, налетая на упрямство серебряного.

– Нельзя сидеть, сложа руки!

– Мы и не сидим, – как бы между прочим бросил Эхтен. – Я приведу Сашу в Ров, когда придет время. Может, сегодня, может, через год.

– А ты не думаешь, что здесь она в большей опасности, чем в шестом?

– Нет.

Макс усилием воли подавил приступ бешенства.

– Дай мне поговорить с ней, – смиренно попросил страж.

– За неё отвечаю я.

– Мне нужно узнать, что за тварь атаковала нас. Сильная тварь, Эхтен, очень сильная.

– Верю, – в глазах князя отразилась вспышка далекой молнии. – А что, если Саша проведет тебя в шестой мир, а потом вернется обратно? Такой вариант устроит?

Макс заколебался. Он понял, к чему клонит Эхтен.

– Да, устроит, – о том, что Зарго пообещал не пускать их обратно, Макс решил умолчать. Не верилось, что Это мог бросить Пусть.

– То есть страж готов покинуть ключника? – Женя позволил себе усмехнуться. – Рэй, ответь по чести, ты хочешь удрать отсюда из-за новой роли? На тебя давят?

Макс перевел дух. Парень спросил напрямую. Этим-то молодой князь ему и нравился.

– Нет, – он обвел взглядом серебряных воинов и, шагнув ближе к собеседнику, добавил. – Мое мнение не изменилось. Я дал Зарго понять, что здесь не останусь.

Женя, склонив голову, кивнул. Похоже, ответ его устроил. Однако в своем решении он был непреклонен.

– Я приведу в Ров Сашу, когда всё взвешу, – произнес он, отступая. – Пойми, один раз, когда она была с тобой, ей здорово досталось. Больше я рисковать не хочу.

Женя подал своим спутникам знак, и те, расправляя крылья, один за другим, взмывали в небо

– Сейчас тебе принесут Славу, – князь повел плечами, разминаясь перед оборотом. – Он слишком глуп и подставляет Сашу. Лучше ему быть во Рве.

Макс, хмурясь, наблюдал, как драконы, ловя крыльями ветер, исчезают за горным склоном, служившим им переговорным пунктом. Славу опустили на землю очень аккуратно, но он не переставая ругался, огрызался и даже попытался удрать. Завидев Макса, бородач будто бы успокоился, однако, стоило тому принять вид черного дракона, как поток ругательств низвергся с новой силой.

– Ты понесешь его, Ррем, – бросил Макс. Он боялся раздавить слишком маленького для его когтей человека.

Так они и пролетели всю дорогу до Рва – драконы молчали, а Слава орал.

Видя внизу ту дорогу, по которой многие ходили лишь на двух ногах, Макс не ощущал восторга. Поэтому что его снова несли чужие крылья. Ему не было места в третьем мире. Он привык так считать.

Во Рве его встречали... восторженно. Жрецы, получившие поцелуй Кхелет, устроили в воздухе целое представление – были здесь и изящные серебряные, и могучие золотые, и юркие зеленые, и гибкие, как змеи, нефритовые. Среди жрецов сохранились представители вымерших кланов – трое аметистовых, рожденные среди магов, кружили высоко в небе, лениво взмахивая огромными фиолетовыми крыльями. Ходили слухи, что среди одиночек, странствующих по миру, сохранились и топазовые, и карнеоловые.

Но Максу было все равно. Не отвечая на приветствия пролетел он в воздушные ворота, находившиеся высоко над землей, и, лихо развернувшись, застыл перед бескрылыми магам, столпившимися под сводами гигантской пещеры.

– Значит, время пришло, – верещали они.

– Тени ведут против нас войну! И боги послали нам Черного Дракона.

– Быть битве! Быть битве за свободную смерть!

Макс, сев, оглядел жрецов. Позади него приземлялись и перекидывались драконы. От пламени факелов, размещенных на стенах ведущего к залам коридора, в пещере было светло до боли в глазах. Отблески огня отражались на гладковыбритых макушках жрецов.

– Мы ради приветствовать тебя в нашей обители, Черный Дракон! – вперед вышел Зарго Штег. – Да славится сила твоя, да славятся черные крылья!

– Славятся! Славятся! – вторили жрецы. Их было так много, что Макс подтянул хвост, стараясь не задеть ни одного муравья из копошащейся вокруг него кучи. Закрыв глаза, он перекинулся, а когда открыл их, увидел недоумение на лицах собравшихся.

– Не огнеглазый? – спросил кто-то, и шум голосов слился в единый поток. – Он был слугой?

– Такое возможно?

– Я же говорил вам, неверящие!

По пещере пронесся магически усиленный голос Зарго.

– Лишь Кхелет и Хатра ведомы пути ореола!

– Боже, как я домой хочу, – простонал Слава, выглядывая из-за плеча Макса. – Ну, ты учудил, Саныч. Дома только не говори, что ты бог. Поймут неправильно.

Максим пропустил слова привратника мимо ушей. Зарго сделал знак идти за ним.

– И где же ключница? – тихо поинтересовался он, оглядываясь. Жрецы единым потоком устремились следом за своим богом. Коридор, всегда хранивший тишину, наполнился голосами, звуками шагов, треском магических светляков, которые жрецы запускали к потолкам.

– Эхтен приведет её позже, – Макс старался сдержать ярость, но против воли ответ прозвучал злобно и раздосадовано.

– Серебряный клан верит только в своих воинов, – отозвался Зарго. – Изумрудные, нефритовые и золотые доверяют нам. Они почтут за честь встать под твое крыло.

– Кажется, вопрос закрыт.

– А серебряных ждет участь рубиновых, если они не опомнятся, – продолжал ключник. Они свернули из общего коридора в длинный туннель, ведущий к залу с дверями. Слава и Ррем шагали сзади.

– Как ключница отнеслась к твоему выбору? Она так же ненавидит нас, как и ты?

– Она слишком молода, чтобы принимать такие решения.

– Для совета у неё есть Пусть.

– И свита, – отрезал Макс.

– Мы, наконец, возвращаемся домой? – поинтересовался Слава. – Просто прекрасно!

Он продолжил что-то болтать, но остальные не слушали его.

– Свита..., – задумчиво протянул Зарго. – Я со свитой устроил праздник в твою честь. Ты вытерпишь наше общество, Рэй?

Макс не ответил. Гнев накрывал его с головой. Он ни на что не мог повлиять.

Чем дальше они шли, тем тише вокруг становилось. Голоса из общего коридора уже не долетали до них.

– Так мы скоро домой вернемся? – не отставал Слава.

– Ты видишь здесь ключницу? – процедил Макс, не оборачиваясь.

– Что? – не расслышал привратник.

– Ничего, – говорить не хотелось. – Я должен сплясать перед вами?

Зарго, шедший впереди, помедлил.

– Достаточно простого приветствия, – насмешливо заметил ключник. – Проявление высокомерия будет очень некстати.

– Замечательно.

Пройдя несколько развилок, они, наконец, замерли перед сводчатой аркой. Весь потолок украшали мелкие рисунки, но Макса всегда привлекало одно-единственное изображение. Прямо над аркой красовался ааргат – гигантский скорпион с прозрачным панцирем. Ааргаты в изобилии водились в лесу кристальных пик и подчас вырастали до размера подростков изумрудных. В отличие от своих маленьких собратьев, прозрачные или кристальные скорпионы не были ядовиты, но, тем не менее, представляли опасность для молодняка.

Искусно выполненный рисунок, сияя в полумраке арки, напоминал Максу изображение созвездий в шестом мире.

Зарго остановился и пропустил Макса вперед. Черный Дракон первым шагнул в зал шести дверей. Три привратника, два приближенных мага и страж, столпившись в центре, о чем-то оживленно беседовали. Заслышав шаги, все шестеро обернулись. Макс хорошо знал только троих – горбоносого привратника Регго Сторза из клана золотых, куда более светлого, чем Зарго, Лледа из клана изумрудных, второго привратника, жутко болтливого старика, который не брезговал связываться с тенями, и мага Зользу Коль – нефритовую жердь. Она и сейчас походила на палку, замотанную в длинный черный халат. Зольза не любила драконью ипостась, очень редко перекидывалась и предпочитала не выползать изо Рва. Макс знал, по меньшей мере, двадцать жрецов, которые утверждали, что спали с Зользой, причем некоторые умудрялись оказаться в её постели одновременно с другими собратьями.