Текст книги "Вальс с судьбой(СИ)"

Автор книги: Галина Дианина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)

   – Идемте, герцогиня.

   Я протянула ладонь, и мы, сделав шаг в марево Перехода, оказались на склоне горы.

   Свет полной луны ярко освещал каменный уступ. Холодный, порывистый ветер, каменистые отвесные склоны, чернота леса где-то у подножия гор и бездонное звездное небо над головой... Маленький фиер вышел из Перехода позади нас и, вскрикнув, расправил крылья. Налетевший порыв ветра встопорщил белую шерстку, но фиер лишь глубоко вздохнул и, не оглядываясь, устремился к обрыву. До нас ему не было никакого дела.

  Несколько шагов... Толчок... Расправленные крылья... Три сильных взмаха...

   – Лети, малышка. Лети, – принц Кейкор отпустил мою руку и сделал шаг вперед.

   Его взгляд был прикован к удалявшейся белой фигуре, а я почувствовала, как мои глаза застилает пелена тумана.

  Знакомое море, ласкающее твои босые ступни... Холодный, пронизывающий ветер треплет волосы... Ранее голубая гладь воды потемнела, и разъяренные волны накатывают на мелкие камни берега... Небо вдали полыхает редкими вспышками...

  – Все готово, Повелитель.

  Ты вздрагиваешь и резко оборачиваешься. Подошедший мужчина смотрит на тебя с надеждой и обреченностью. Странный взгляд. Странные глаза. Серые, словно туман... Странное лицо... Резкие хищные черты лица, чуть заостренные уши, иссиня-черные прямые волосы...

  – Повелитель...

  Ты киваешь (Я?!) и бросаешь последний взгляд на море и небо.

  – Идем.

  Ты быстрым шагом устремляешься к замку, что цепляется за скалу, словно птица за ветку. Последний оплот, уцелевшая твердыня в этом сошедшем с ума мире... Воин, в странных одеждах и с незнакомым клинком на поясе, идет следом.

  Ты идешь по тропинке... Взбегаешь по лестнице... Открываешь дверь... Пустые залы, гул торопливых шагов, что эхом отражается от стен... И вереница портретов на стене.

  Перед последним ты замираешь.

  На холсте изображена семья. Счастливая семья. (Да, непривычной внешности... но их можно назвать красивыми). Мужчина чем-то похожий на того, кто встретил тебя на берегу, женщина и трое детей. Мальчик и две девочки. Но у всех – ярко-синие глаза. Бездонные, словно море. Или небо.

  Ты сжимаешь кулаки и до боли впиваешься ногтями в ладони.

  Все мертвы. Даже малыш Айк, даже красавица Суэрти... Эта война не щадит никого.

  (Кто такие Айк и Суэрти? Кто? Эти дети?!)

  С тихим рыком ты толкаешь дверь в одну из комнат. Комната завораживает. Даже в сотый раз (Сотый?!). Ты словно попадаешь в пещеру: стены комнаты пересекают жилы драгоценного камня. В глазах рябит от разноцветья... Лишь алтарь в центре комнаты, как всегда, матово-черный, а пентаграмма на потолке над ним – идеально правильная.

  Ребенок, что лежит на алтаре, сонно молчит.

  Ты приближаешься и смотришь на годовалую девочку. Малышка слюнявит палец и смотрит на мир затуманенными синими глазенками. Когда же взгляд задерживается на тебе, ее губы растягиваются в счастливой улыбке.

  – Па...

  Ты вздрагиваешь и на мгновение прикрываешь глаза.

  – Время...

  – Я знаю. Время уходит. Приступим.

   Ты берешь заранее приготовленный кинжал и, прошептав над лезвием несколько слов, резко проводишь по своей вытянутой руке. Кровь быстрыми каплями опадает вниз, и малышка замирает, глядя, как они впитываются в ее кожу, словно в песок. А ты все говоришь и говоришь... Слова слетают с губ, заплетаясь во фразы, в мелодию... Голос то опадает до шепота, то, подобно крику, отражается от стен...

   И Сила привычно откликается на твой зов.

   (Привычно?!)

   Камни в углах пентаграммы зажигаются красным огнем, и ее рисунок льется на алтарь, словно мириады маленьких песчинок. Начав движение медленно, потоки вскоре закручиваются в спирали и, набирая скорость, ввинчиваются в камень алтаря...

   Яркая вспышка озаряет помещение, на мгновение ослепляя... Но так и должно быть.

   Ты бережно берешь девочку на руки и заворачиваешь в протянутое тебе покрывало. Она спит. Ты нежно касаешься ее лба губами, и протягиваешь сверток замершему рядом мужчине.

   – Заботься о ней. Служи ей. Береги ее. Она – наша надежда...

   Мужчина принимает ребенка и склоняет голову, но ты уходишь, не оглядываясь. Ты не хочешь, чтобы кто-либо видел слезы, вставшие в твоих глазах.

   Ты бежишь по лестнице, что спиралью уходит ввысь. Выше и выше. Ты поднимаешься на башню, что называется Поднебесной. Не зря называется.

   Ты замираешь.

   Небо, что уже несколько лет не знало солнечного света, раскалывается молнией над твоей головой и выдыхает утробным, рокочущим громом. Небо, как и ты, замирает. Вдох... Мгновение... И тонкие линии воды прорезают холодный воздух, натянувшись, словно струны, между небом и землей.

   Ты, хрипло рассмеявшись, поднимаешь лицо навстречу потокам дождя и раскидываешь руки...

   (Нет-нет-нет! Не-е-ет!)

  Порыв ветра, ударивший в лицо, ослепляет и оглушает... Ты падаешь, больно приложившись плечом о мокрый камень, перекатываешься и поднимаешь голову... Мокрые пряди длинными сосульками налипают на глаза, но ты, наконец, уверена, что это действительно ТВОИ глаза...

  Потому что сквозь пелену дождя от замка стремительно удаляется... величественный и прекрасный... золотой дракон.

  Мне никогда еще не было так плохо. Словно выплываешь из вязкого киселя, а к ногам привязаны камни... и воздуха не хватает... и вдруг кто-то резко выдергивает на поверхность... Вдох.

   Я открыла глаза и посмотрела на склонившегося надо мной принца Кейкора. Я лежала на холодных камнях. Мы были все на той же скале.

   В глазах принца была тревога, нешуточная тревога.

   – Что с Вами? Беата!

   Я, чувствуя, что силы ко мне возвращаются, хмыкнула:

   – Меня зовут не Беата, принц Кейкор.

   Мужчина мгновение смотрел мне в глаза, а потом произнес:

   – А мне все равно, – и, подхватив меня на руки, встал: – Вам надо отдохнуть и придти в себя. В конце концов, это я притащил Вас в эти горы... Это моя вина.

   Я вновь хмыкнула, и когда мы оказались в знакомом кабинете, попросила принца поставить меня на пол. Мужчина мою просьбу выполнил, правда, усадив в одно из кресел. Что ж, тоже вариант.

   – Что с Вами случилось, Беата? Я успел подумать, что Вы... умерли.

   Сцепив руки, я смотрела в пол и думала. С каждым мгновением я все яснее понимала, что судьба давала мне шанс разобраться не только со своим прошлым, но и с настоящим. Вопрос лишь в доверии.

   – Я могу просить Вас о помощи, принц Кейкор дин кер Остарм?

   Принц кашлянул и, приподняв бровь, сел в кресло напротив:

   – Конечно, Беата д'Айрам. Все, что в моих силах, я обещаю сделать.

   Я улыбнулась. Похоже, все же увижу одно весьма удивленное лицо... лицо принца. Удобнее устроившись в кресле, я произнесла:

   – Мое имя не Беата д'Айрам, принц.

  Мужчина снисходительно улыбнулся, а я негромко продолжила:

  – ...Мое имя – Эрлина ди Нуарэль. Я дочь архимага Лирима ди Нуарэль и Вельяры. Двадцать лет назад я родилась в забытой Богом деревушке Аргра...

  Лицо принца Кейкора потеряло снисходительность, он, слушая меня, подался вперед. Мысленно я усмехнулась.

  – ...Я не знаю, почему отец поселился там. И я не знаю, кто убил его и мою мать, кто сжег наш дом. Мне тогда было семь. До недавнего времени я не помнила прошлого, не хотела вспоминать, но этот бал... Лишь выбирая имя я узнала про архимага Лирима ди Нуарэль, главу Гильдии и Советника короля. И все вспомнила. В Аргра его все знали как Лира Нуара. Ну а мы с братом не знали, сколь известно имя Лирима ди Нуарэль, – я перевела дух и продолжила: – Только мне всегда снились эти сны... Раньше – один сон. Но недавно появились новые. Последний – на той площадке в горах. Так сильно и внезапно они меня еще не накрывали – обычно снились ночью. Я не понимаю, что это. Возможно, Вы объясните?..

   Погрузившись в воспоминания, я очень подробно описала принцу Кейкору то, что видела чужими глазами. Знать бы еще чьими... Закончив, посмотрела на задумчивого принца. Он сидел, откинувшись на спинку кресла и оперев подбородок на кулак. Молчание затягивалось.

   – Принц... Кейкор...

   – Я здесь, – мужчина вынырнул из размышлений: – Скажите, у Вас был брат или Вы его выдумали?

   – Был, – я решила, что доверять надо либо полностью, либо не доверять вовсе: – Мы расстались восемь лет назад, и я ничего о нем не слышала. Надеюсь только, что он жив. Но какое отношение к моим снам имеет мой брат? Ему никогда не снилось ничего подобного...

   Принц Кейкор, вздохнув, встал и подошел к знакомому шкафчику. На этот раз он достал из него бутылку с янтарным коньяком и два стакана. Что ж, пожалуй, это действительно будет не лишним.

   Я взяла протянутый мне стакан и, сделав маленький глоток, посмотрела на принца, который вновь удобно сел в кресло напротив. Коньяк обжег горло, но согрел и успокоил трепыхавшуюся душу. Я тоже откинулась на спинку кресла. Где-то глубоко в душе мой внутренний голос ехидно хмыкнул: еще неделю назад я и представить себе не могла, что буду столь пристально смотреть на принца Кейкора дин кер Остарма.

   – Вы спросили, какое отношение к Вашим снам имеет Ваш брат. Никакого. Просто я хотел знать о его судьбе. Выходит, тогда, в саду, Вы рассказали мне почти правдивую историю гибели своих родителей, – принц Кейкор поставил на столик нетронутый стакан и продолжил: – Что же касается Вашего сна... Я постараюсь выяснить, почему он мог присниться. Но Вы сказали, что снов было несколько. Расскажете об остальных?

   Мужчина многозначительно умолк, и я с горьким смешком рассказала содержание предыдущих снов.

   Принц, дослушав, произнес:

   – Гвеар'л'Орлинге... Странное имя и очень странный сон, Эрлина. Наверное, даже более странный чем тот, что приснился Вам в горах. Вызывает закономерный вопрос: Вы верите в Светлого Ланойира?

   – Да, конечно, – я улыбнулась, скрыв за улыбкой страх, ведь власть Храма была велика: – Как же иначе?

   Принц Кейкор промолчал, пристально меня рассматривая. Улыбнулся.

   – Я не знаю, почему Вам снятся эти сны. Знаю только, что в древних легендах часто упоминаются некие Повелители, что погибли еще до Пришествия Светлого Ланойира. Увы, сведений о тех временах очень мало. К тому же, я никогда не интересовался тем, кто такие эти Повелители. Не мои интересы, сами понимаете. Но я выясню. Все, что есть в королевской библиотеке про Повелителей, Вы будете знать, Эрлина. Если хотите.

   Мужчина посмотрел на меня, ожидая ответа. Я задумалась. Нужны ли мне эти Повелители? Нужны ли мне ответы? Внутренний голос ясно говорил, что ответы принесут лишь большие неприятности на... голову. Беда была в том, что я не знала, минуют ли меня эти неприятности, если спрячусь за незнанием. Скорее всего, нет. А значит...

   – Хочу. Кто предупрежден, тот вооружен. Так, кажется, говорится? Но в первую очередь я хочу знать, кто и за что убил моих родителей.

   Принц кивнул.

   – Я тоже. Поэтому, поверьте, узнаю. Слишком много сделал Лирим ди Нуарэль для Варамарка... А, значит, и для меня.

   Взгляд принца Кейкора, обращенный куда-то вглубь себя, был столь уставшим, что я засомневалась в возрасте молодого принца. На мгновение. Потом мужчина улыбнулся, и мои странные мысли развеялись без следа.

   – Полагаю, Вам стоит вернуться домой, герцогиня д'Эррив. Могу ли я проводить Вас? – встав, принц протянул мне руку.

   – А Вы уверены в том, что не пожалеете, барон р'Эссэ? – я кокетливо хлопнула ресницами.

   – О том, что провожу Вас домой? Почему? Скорее Вы можете пожалеть, приняв мое приглашение... Впрочем... Те, у кого Вы живете, знают Ваше настоящее имя, Эрлина?

   – Нет. Тот, у кого я живу, ничего не знает. Все эти годы я просто пыталась выжить. Вы ошибаетесь, считая, что я живу в доме герцога д'Айрама. Это я ввела Вас в заблуждение тогда. Я была той служанкой. Впрочем, я и не служанка.

   – Кто же Вы? – принц Кейкор рассмеялся, окинув меня восхищенным взглядом.

   О-ля-ля... Восхищение принца. Не перебор ли?

   – Я – помощница лекаря Ильяра Сактора. Лина. Безродная, бедная, незаметная.

   – Вы шутите. Безродная, бедная и незаметная помощница лекаря Ильяра Сактора не смогла бы попасть на королевский бал в экипаже герцога Йорама д'Айрама.

   Я заливисто рассмеялась и подала принцу руку. Что ж, пусть думает, что хочет. Провожать меня ему все равно придется в лавку Ильяра Сактора. Сожалела я лишь о том, что не попрощалась с Миларой, но возвращаться в зал не хотелось: слишком велика был вероятность столкнуться с ее братом.

   К сожалению, судьба распорядилась по-своему: Ламиар д'Айрам вышел во двор, провожая какую-то отъезжавшую чету, и, конечно же, увидел меня.

   – О, герцогиня д'Эррив... Я не чаял уже увидеть Вас... Неужели Вы собираетесь нас покинуть?

   – Уже нет, – я улыбнулась остолбеневшему Ламиару и томно произнесла: – Просто барон р'Эссэ показывал мне местные конюшни...

   – В третий раз? – судя по гневу в голосе, Ламиар потерял-таки контроль.

   – Что Вы имеете в виду?! – мой голос превратился в лед.

   – То и имею. Уж не знаю, что наобещал Вам этот барон, но уж я точно лучше него.

   Ламиар протянул руку, чтобы схватить меня за локоть, но я, ожидая чего-то подобного, отскочила и умоляюще посмотрела на принца:

   – Барон, неужели Вы позволите этому... мальчишке оскорблять меня?!

   – Мальчишке?! – Ламиар резко стянул с руки перчатку и бросил к ногам принца Кейкора: – Я не могу вызвать... Вашу даму... Поэтому вызываю Вас, барон р'Эссэ! Здесь и сейчас.

   Принц Кейкор, до этого лишь внимательно наблюдавший за разгоравшейся ссорой, усмехнулся и поднял брошенную ему перчатку.

   – А Вы уверены, юный герцог д'Айрам? Я принимаю Ваш вызов, хотя поединки на королевском балу и запрещены нашим мудрым королем. Впрочем, думаю, мы ограничимся первой кровью. Выбирайте себе секунданта. Встретимся в саду через десять минут.

   Ламиар, побледневший, когда услышал свое настоящее имя, сдержанно кивнул и, развернувшись, скрылся в зале. Принц же пристально посмотрел на меня.

   – И чего же Вы добивались, герцогиня д'Эррив? Вы жаждете его смерти? Или моей?

   Чтобы скрыть смущение, я с вызовом посмотрела в глаза мужчины:

   – Я хотела поставить на место того, кто слишком часто распускал руки, зная мое происхождение и считая, что я должна радоваться оказанному вниманию. А я не радовалась. Я, как ни странно, свою честь и гордость ставлю выше приличий. Ну и... я не думала, что он посмеет бросить вызов. Тем более, зная о моей безродности...

   – Вот значит как... Что ж, надо и мне поискать секунданта, – принц Кейкор сделал шаг к залу и обернулся: – Спасибо. Мне давно не приходилось драться на дуэли. Как-то никто не бросал вызов...

   Я усмехнулась и, догнав принца, взяла его под руку:

   – Неужели Вы думаете, что я пропущу эту дуэль, барон?

   – Увы, нет.

   Смеясь, мы вошли в зал, где играла музыка и танцевали пары.

  * * *

   Огромный королевский сад позволял найти укромную полянку, а кто, как ни принц, мог сделать это даже в темноте.

   Мы впятером молча шли сквозь тихий лес, и два факела выхватывали причудливые фигуры из ночи. Вместе с Ламиаром пришел герцог д'Эриль. Секундантом принца был герцог д'Виар. Я поежилась. Месть перестала приносить радость. Эта игра вдруг стала чужой, я здесь была лишь зрителем.

  – Осторожно, корень, – герцог д'Виар придержал меня за локоть, и я благодарно улыбнулась юноше.

  Мы пришли.

  Секунданты приняли у мужчин клинки и, сблизившись, померили их длину. Факелы, воткнутые прямо в землю, хорошо освещали поляну и, получив назад свое оружие, принц Кейкор и Ламиар начали поединок.

   Принц выжидал, парируя выпады юного герцога. Со стороны было хорошо видно, что принц Кейкор играл. Он мог выиграть бой за несколько секунд, но это было бы слишком унизительно для Ламиара, да и принц не получил бы ни капли удовольствия от столь редкой для него дуэли.

  Это видела даже я. Не замечал этого лишь опьяненный превосходством Ламиар. Он наступал, нанося удар за ударом и заставляя барона р'Эссэ отступать и защищаться. Барон отступал. Отступал и ждал. И в какой-то одному ему понятный момент принял удар вскользь и, закрутив, отбросил прочь вывернувшийся из руки Ламиара клинок. Ламиар остолбенел.

  – Продолжим? – принц Кейкор подошел к упавшему клинку и протянул его владельцу.

  – Да! – Ламиар выхватил оружие и почти сразу же бросился в атаку.

  Вспышку посланной вместе с выпадом магии почувствовала только я. Вскрикнув, рванула вперед, но оказавшийся рядом герцог д'Виар перехватил меня и крепко прижал к себе. Я лягнулась. Не со зла, скорее по привычке. Бедный герцог со стоном согнулся.

  Мимоходом извинившись, я впилась взглядом в дуэлянтов. Не знаю, как (не видела!), но принц Кейкор отразил выпад Ламиара и, судя по плотно сжатым губам, тоже почувствовал Силу.

  Применение магии в дуэли было запрещено. Строго запрещено.

  Я посочувствовала Ламиару. Несмотря на то, что дуэль эта принесет ему лишь царапину, он навсегда лишится своего Дара. Таковы законы Гильдии. Когда же станет известно, что столь подлый удар был направлен против принца... Мне действительно стало жаль Ламиара д'Айрама.

  Вот только я ошиблась в холодности принца Кейкора. Это была холодная ярость – и очередной промах Ламиара, закончился воткнутым в его грудь клинком. Принц резко выдернул обагренную кровью сталь, а Ламиар со стоном рухнул на землю.

  Я зажмурилась. Хотелось закричать. Хотелось вернуть время вспять и все переиграть. Я хотела проучить брата Милары, но не хотела его смерти. Ничто не может стоить чьей-то жизни, а уж тем более, моя гордость.

   – Все в порядке, герцогиня. Он жив, – герцог д'Виар мягко коснулся моего плеча, и я открыла глаза.

   Ламиару помогали встать. Да, он был ранен – рука прижималась к груди, зажимая глубокую рану – но был жив.

   – Обопритесь на мою руку, на Вас нет лица, – Радайк д'Виар подал мне руку, на которую я с благодарностью оперлась.

   В этот момент судьба ввела новых лиц в свою игру: на поляну вышли пять вайнгорров под командованием пожилого воина. Им понадобилось лишь несколько мгновений, чтобы понять, что произошло. Пожилой воин изменился в лице.

   – Дуэль?! Ваше Выс...

   Под пристальным взглядом принца Кейкора, воин осекся и закончи фразу иначе:

   – ...высокомерие, милорды, не понравится Его Величеству! Следуйте за мной.

   Принц выругался сквозь зубы и, подойдя ко мне, тихо произнес:

   – Как жаль... Впрочем, я представляю лицо бедного юноши.

   Посмотрев на стоявшего рядом со мной герцога, он добавил:

   – Герцог д'Виар, окажите мне еще одну услугу: проводите герцогиню. Боюсь, встреча с королем может затянуться, а я обещал доставить ее домой еще до появления этого наглеца.

   – С удовольствием... барон, – д'Виар многозначительно хмыкнул.

   Принц Кейкор намек проигнорировал. Взяв меня за руку и поднеся ее к губам, он произнес:

   – Я не убиваю детей, герцогиня. Надеюсь увидеть Вас на балу завтра. Уверен, я успею выполнить Вашу просьбу. Хотя бы отчасти.

   Через мгновение мы с герцогом д'Виаром остались на поляне вдвоем.

   Я вздохнула.

   Как бы отделаться от герцога? Раскрывать свое истинное положение в обществе еще и перед ним мне совершенно не хотелось.

  Взгляд со стороны.

  Радайк д'Виар.

   Ахар сем Хааррэш! Как же эта дуэль и эта герцогиня не вовремя!

   Пришлось покинуть королевский дворец, а ведь я чувствовал, что близок к цели. К тому же, герцогиня пыталась от меня отделаться... Неужели я такой урод? Соблазн поддаться ее кокетливым уговорам был велик, но я же изображал герцога, а у знати свои понятия о чести и этикете. И вот мы едем в экипаже по ночным улицам Оратана.

  Когда дворец скрылся из вида, я спросил:

   – Куда отвезти Вас, герцогиня д'Эррив?

   Девушка вздохнула так тяжело, словно я просил открыть мне великую тайну. Хотя, возможно, так она и считала: отвезя ее домой, я узнаю ее настоящее имя. Ох уж эта знать! Не знает, чем заняться – выдумывает игры и забавы. Впрочем, мне это оказалось лишь на руку: как иначе я смог бы попасть во дворец? Пес! Придется завтра вновь изображать из себя герцога.

   – В лавку Ильяра Сактора.

   От неожиданности я даже вынырнул из размышлений. Она что, совсем дурочка? Стараясь быть вежливым, произнес:

   – Боюсь, что в такое время лавка закрыта, герцогиня...

   – Я знаю, – девушка снисходительно улыбнулась (похоже, дураком она посчитала меня): – Я там живу, герцог д'Виар. Жаль, что сказка закончилась. Теперь Вы знаете, что я не знатная дама, а значит, завтра мне путь на бал закрыт.

   Я переваривал полученную информацию. Недоверчиво переваривал и, не выдержав, расхохотался: а мы с ней, оказывается, стоили друг друга! Бедная девушка оскорблено вскинула подбородок, и я поспешил извиниться:

   – Простите меня, герцогиня. Я не со зла. Просто не ожидал подобного ответа... Не беспокойтесь, я не помешаю Вам наслаждаться королевскими балами.

   Теперь на меня недоверчиво смотрела лже-герцогиня. К счастью, мы приехали. Я вышел из экипажа и подал девушке руку. Странно, но сделал это с большим удовольствием, чем когда подавал руку знатным дамочкам. Я улыбнулся.

   – До свидания, герцог.

   Девушка открыла дверь и, обернувшись, сняла маску. Улыбнулась.

   Я замер, словно дерево, столь же неподвижное и неразумное. Наконец, протолкнув комок эмоций внутрь, вытолкнул наружу некое подобие слов:

   – Могу я... зайти. Глотнуть воды...

   Эрлина посмотрела на меня очень подозрительно, но мне было все равно. Обернувшись, я приказал извозчику ждать меня и вошел вслед за девушкой в лавку.

   Запалив лампу и налив в стакан воду, Эрлина обернулась ко мне. Взгляд ее был колючим, и я понимал ее. Явился тут парень... ночью... к ней в дом.... Я усмехнулся и уже не смог стереть с лица улыбку.

   – Что здесь смешного, герцог? Или Вас забавляет жизнь тех, кто беднее Вас?

   – Нет. Нет, поверь, не забавляет.

   – Поверь? Кажется, мы не переходили на 'ты'...

   – Скорее, мы не переходили на 'вы', – пробормотал я себе под нос и, глядя в глаза сестре, произнес: – Присядьте, пожалуйста.

   Эрлина, к счастью, мою просьбу выполнила без вопросов. Впрочем, судя по ее настороженному взгляду, она просто выжидала: бежать или ударить.

   – Ни то, ни другое, – произнес я и снял маску.

   Эрлина побледнела. Хм, выходит, я не сильно изменился...

   – Райк? Райк!

   Девушка бросилась мне на шею. Со смехом и слезами.

   – Райк! Ты?! Как?! Где ты был? Как ты оказался на балу?

   Я посадил сестру обратно на стул и улыбнулся.

   – Давай поговорим обо всем завтра, сестричка. Это разговор не пяти минут, а я хочу еще вернуться на бал.

   – Зачем?

   – Завтра, все – завтра, – я мягко поцеловал ее в висок.

   Какая же она стала красавица! Хотелось остаться и расспросить ее о жизни... Совесть вовремя напомнила мне о том деле, ради которого я, собственно, пробирался на королевский бал.

   – Спокойной ночи...

   Эрлина вновь повисла у меня на шее и с неохотой отпустила.

   – Спокойной ночи, Райк, – произнесла она мне в спину.

   Надев маску, я закрыл дверь и вскочил в экипаж.

   – Назад, во дворец!

   На душе было радостно, как никогда. Я и не надеялся отыскать Эрлину! Давно не надеялся...

   Что ж, теперь мне обязательно удастся задуманное. Теперь есть ради кого мстить и кого терять.

  * 7 *

   – ..! – весьма емко и неприлично выразила я свое отношение к дрогнувшей руке и к неожиданным посетителям. Ну почему я забыла запереть лавку?! Читать, похоже, умели не все...

   Скептически посмотрев на оставшуюся во флаконе жидкость и на ее несоизмеримо большое количество в котелке, я возвела очи к потолку и философски фыркнула. Эликсиру 'просто Эвара' катастрофически не везло: первый вариант был испорчен мною по причине витания в беззаботно-счастливых облаках, второй – выкипел, пока я рассказывала Сактору о дуэли, опустив подробности имен и титулов, ну а третий... Н-да... При таких пропорциях я поостерегусь испытывать его даже на крысах... Жалко хвостатых. Добавив еще одно тихое емкое словцо, я вылила очередную смесь в помойное ведро и, на ходу вытерев руки прихваченной с полки тряпкой (вроде вчера она была чистой... или это была не она?), я вышла в зал и улыбнулась посетителям. И с трудом удержалась от еще одного неприличного. Или лучше двух – по одному на каждое лицо.

   Первый посетитель с любопытством рассматривал развешанные по лавке травы (некоторые даже попробовал лизнуть – отравиться не отравится, но пыль вытрет). Его черные спереди коротко стриженые волосы были сзади собранны в короткий хвостик, изящная одежда и клинок на поясе подчеркивали мужественность и благосостояние воина, а в его карих глазах, наверное, утонуло не одно девичье сердце. Второй посетитель изображал из себя изящное дополнение к интерьеру в виде облокотившегося на стойку красавца-нелюдя. Первый был Райком, а второй – Эваром.

   Я все-таки выругалась. Тихо, себе под нос, но по тому, как усмехнулся Перворожденный, заключила, что слух у Эвара был под стать его ушам. Такой же... кхм... тонкий.

   Тем временем Райк, наконец, меня заметил и радостно произнес:

   – Эвар, позволь представить тебе мою сестру Эрлину.

   – Лину, просто Лину,– я мило улыбнулась обоим и подошла к стойке: – Вот только мы уже знакомы, странно, не правда ли?

   Под моим взглядом Эвар даже бровью не повел, но когда наткнулся на не менее пристальный взгляд Райка, поднял руки и с усмешкой произнес:

   – Откуда я мог знать, что это твоя сестра?

   – А как же семейное сходство? – не удержалась я.

   – Оно же на лбу не написано, – Эвар столь внимательно посмотрел на упомянутую часть лица, что я смутилась.

   Райк же оперся на стойку по другую сторону от меня и спросил:

   – И когда вы успели познакомиться?

   – Пару дней назад. Господин Эвар решил заказать несколько особых эликсиров и очень удивился, получив отказ... Странно, не правда ли?

   Перворожденный скривился, услышав повторно знакомый оборот, а я мысленно погладила себя по голове: где и когда еще я смогу сказать столько тонких гадостей этому высокомерному Перворожденному? Его 'проверка' осадком осталось где-то в душе...

  Райк вновь смотрел на моего клиента пристальным взглядом.

   – Эвар?

   – Что – Эвар? Я просто проверял... гм... твою сестру. Я ведь прекрасно знал, где и в каком виде подобрал девушку Ильяр, и как она чуть не обокрала своего спасителя, между прочим. Хотел проверить, пошло ли ей на пользу воспитание Сактора.

   Теперь уже пристальный взгляд Райка достался мне. Увы, если он хотел увидеть мое смущение, то сильно просчитался. Эвар живо напомнил мне прошлое и, хотя с тех пор я сильно изменилась, гладить меня 'против шерсти' было опрометчиво даже сейчас. Поэтому, наткнувшись на мой взгляд, Райк сам смущенно опустил голову.

   – Прости...

   Я невольно горько усмехнулась, и, тряхнув головой, мягко произнесла:

  – Не надо, Райк. Это – прошлое. Главное, что ты сейчас здесь. Расскажи лучше, чем ты все эти годы занимался? Костюм у тебя хорош, да и вчерашний наряд впечатлял... К тому же, мне хотелось бы узнать побольше и о твоем друге: не каждый день выпадает такой случай. Пойдемте в подсобку. Я продолжу сотворение эликсиров, заказанных Эваром, а ты, Райк, будешь рассказывать...

   В небольшой комнате места для троих было, мягко говоря, маловато, а потому Эвар остался стоять в дверном проеме, подпирая плечом косяк. Причем делал он это со столь изящной и непринужденной грацией, что впору было писать портрет.

   Я ополоснула котелок, набрала в него воды и вновь поставила на огонь. Открыла несколько флаконов, коробочки с высушенными и измельченными травами и, вооружившись ложкой с длинной ручкой, посмотрела на Райка:

   – Ты не молчи, рассказывай. Я умею слушать и работать одновременно, тем более что пока вода еще не закипела.

   Райк вздохнул, видимо, собираясь с мыслями, и начал свой рассказ:

   – Я принял тогда предложение Ральда и вместе с ним уехал из города. Ральд ехал на запад, в Лартон. Он многому научил меня в пути, за что я всегда буду ему благодарен. Наверное, если бы не эти уроки, мне не удалось бы столь быстро завоевать то место в обществе Лартона, какое я занимаю ныне. Нет, я не принадлежу к расфуфыренной знати. Я – наемник. Учитывая же приграничное местоположение Лартона, эта работа приносит неплохой доход. Впрочем, сама понимаешь, наемником я стал отнюдь не сразу: мне ведь тогда было только двенадцать. Бегал сначала этаким служкой... поди-подай-принеси,.. а потом... Потом мой тогдашний господин решил поживиться на землях Иллир'ена. Там часто браконьеры шалят, только недолго. Пограничная охрана у Перворожденных та еще. Вот и мы... недолго шалили. Господина убили, а мне повезло: решили взять живым. Мне тогда пятнадцать было, так что заканчивал свое обучение я в Иллир'ене...

   Райк умолк. Помешав булькающее варево и добавив в него очередные несколько капель, я испытующе посмотрела на брата:

   – И?

   Райк хмыкнул:

   – И все. Иллир'ен я покинул два года назад вместе с Эваром и надолго осел в Лартоне.

   – И все? – я посмотрела на брата с ехидной улыбкой: – Хорошо, буду задавать наводящие вопросы, если полного рассказа от тебя не дождешься. Для начала скажи, почему это тебя не убили в Иллир'ене? За какие такие заслуги?

   Райк переглянулся с Эваром, чем еще больше меня раззадорил:

   – Уж не шпион ли ты, часом? Так сказать, на пару с другом...

   Брат невесело засмеялся и произнес:

   – Нет, Лина, не шпион. Просто я спас Эвару жизнь. Еще тогда, мальчишкой, которого пленили и вели на смерть. Я и сам удивился собственному поступку, а уж отец Эвара и подавно. Так я обрел право на пребывание в Иллир'ене.

   Я милостиво кивнула, стараясь не ронять столь часто отвисавшую челюсть, и задала следующий вопрос:

   – Ясно. И неужели в Лартоне вы с Эваром столь свободно работаете в паре? Это рядом-то с Иллир'еном?

   На этот раз мне ответил Эвар – от неожиданности я чуть не уронила ложку. Надо же, он столь неподвижно стоял, что я успела о нем как-то подзабыть...

   – Как раз в Лартоне я могу чувствовать себя в большей безопасности, нежели здесь. Там люди, конечно, больше всех пострадали за время войн, но все закончилось почти полвека назад. За это время люди поняли, что мы не только не кровожадные, но и вполне выгодные соседи. А торговля, как известно, самый верный путь к сердцам и умам. Здесь же, в столице, эльфов не то что не видели, но о них даже толком и не слышали. Лишь страшные сказки перед сном, – Эвар возмущенно фыркнул: – Такими темпами наши страны не скоро смогут нормально уживаться рядом. Пограничные стражи каждый месяц отлавливают по несколько десятков браконьеров и горячих юных героев, мечтающих о подвигах. Надоело, право. К тому же, если уж с браконьерами разговор у нас короток, то что делать с прыщавыми юнцами? Отшлепать и отправить домой? Пробовали – не помогает.