Текст книги "No pasaran! Они не пройдут! Воспоминания испанского летчика-истребителя"

Автор книги: Франсиско Мероньо Пельисер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Часть вторая

И снова в бой

Приложение

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

No pasaran!

Они не пройдут!

Воспоминания испанского летчика-истребителя

Франсиско Мероньо Пельисер

Москва

«Эксмо» «Яуза» 2008

ББК63.3 М 64

Francisco Meroño Pellicer DE NUEVO AL COMBATE

По материалам сайта «Я помню» www.iremember.ru Оформление художника С. Груздева

Мероньо Пельисер Ф.

М 64 «No pasaran! Они не пройдут!» Воспоминания испанского летчика-истребителя. – М.: Яуза; Эксмо, 2008. – 448 с.: ил. – (Война и мы. Окопная правда).

ISBN 978-5-699-24493-5

Молодой испанец Франсиско Мероньо Пельисер в самом начале Гражданской войны вступил добровольцем в ряды республиканской армии. Успешно закончив курсы истребителей, как подающий большие надежды, он был направлен в Советский Союз, где весной 1937 года проходил обучение в летной школе.

Вернувшись в Испанию, молодой пилот три года провел на фронте. За это время Франсиско Мероньо Пельисер, вскоре прозванный фашистами Красным Дьяволом, из новичка превратился в аса, в 100 воздушных боях сбив 20 самолетов противника.

После падения Республики капитан Мероньо эмигрировал в Советский Союз, а с началом Великой Отечественной войны добровольно вступил в ряды Красной Армии, чтобы защищать свою вторую Родину. Летая на различных типах истребителей, испанский ас защищал небо Москвы, Тулы и Курска. В боях над Курской дугой он был тяжело ранен, но все же вернулся в строй. Всего в ходе Великой Отечественной войны Франсиско Мероньо Пельисер сбил 7 немецких самолетов, увеличив свой личный счет до 27 вражеских машин.

Эта книга – увлекательный рассказ о воздушных боях и боевых товарищах, о поражениях и победах, о братстве советских и испанских летчиков, зародившемся во время Гражданской войны в Испании и навсегда соединившем их на полях сражений Великой Отечественной.

ББК63.3

©

ISBN 978-5-699-24493-5 ©

Д. Мероньо Пельисер, наследники, 2008 ООО «Издательство «Яуза», 2008 ООО «Издательство «Эксмо», 2008

Часть первая

В небе Испании

Моя семья выражает глубочайшую благодарность всем соотечественникам, друзьям, которые помогали нам в этом проекте. Среди них: Фидеско, Унед, Адар и другие. Прошу прощения, что не могу перечислить все имена, так как данный список нескончаем.

Долорес Мероньо Пельисер, любящая дочь

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА К ПЕРВОЙ ЧАСТИ

Выразить глубокое уважение героям борьбы против фашизма в Испании и сохранить навечно память о них – святой долг оставшихся в живых... Именно поэтому я посвящаю книгу тем друзьям и братьям по духу, рядом с которыми мне пришлось сражаться бок о бок, участвуя в событиях, потрясших Испанию – мою Родину. В канун Второй мировой войны Испания была превращена фашизмом в испытательный полигон для его оружия. На ее территории около трех лет длилась неравная схватка между плохо вооруженными народными массами, отстаивавшими демократические свободы, и мятежниками, поддерживаемыми фашистскими Германией и Италией.

Эта книга о боевых друзьях-летчиках, которые пали смертью героев, защищая испанскую землю от ненавистного фашизма, и о тех, которые остались живы, но провели многие годы на чужбине или в концентрационных лагерях.

До сих пор сжимается сердце от боли, когда вспоминаешь детей, женщин, стариков – невинных жертв фашизма, кровавые расправы, учинявшиеся над мирным населением захваченных франкистами испанских городов и сел, горе людей, которых навсегда разлучил фашизм – одни остались в порабощенной Испании, другие были вынуждены эмигрировать.

Эта книга не претендует на охват всех памятных событий с момента фашистского мятежа в 1936 году и до окончания национально-революционной войны в Испании в 1939 году. В ней рассказано о боевом пути некоторых эскадрилий республиканской истребительной авиации на различных участках фронтов – Мадридском, Арагонском, Левантском, на Эбро и в Каталонии; показаны подлинные эпизоды борьбы республиканской авиации, военными пилотами которой были юноши 18—22 лет, окончившие краткосрочные курсы вождения боевых самолетов. А ведь на подготовку пилотов раньше, в мирное время, отводилось несколько лет! Эти люди в тяжелых боях против натренированного и коварного врага приобретали свой опыт, часто вступая в воздушные схватки с превосходящими силами противника. Молодые республиканские пилоты не раз выходили победителями в этих сражениях.

В книге отражена огромная работа героической коммунистической партии Испании, во главе которой в те годы стоял Хосе Диас, человек неистощимой революционной энергии, подававший пример коммунистам, следовавший марксистско-ленинскому учению. Несмотря на все трудности, он сумел добиться создания в республиканской авиации Института политических комиссаров. Будучи интернационалистом, он приложил много сил для укрепления связей с коммунистической партией Советского Союза, с великой Страной Советов, без помощи которой практически не было бы республиканской авиации. Выполняя свой интернациональный долг, советский народ в сложных международных условиях направил в республиканскую Испанию новую военную технику и лучших людей, воспитанных коммунистической партией. Эти люди шли в бой, презирая опасность, движимые

стремлением победить фашизм. В Испанию добровольно шли лучшие из лучших советских военных специалистов-авиаторов: советники, пилоты, механики. Они делали все возможное для развития республиканской авиации.

СССР направил в Испанию свою первоклассную по тем временам авиационную технику – истребители И-15 («чатос» – «курносые»), И-16 («москас» – «мухи»), бомбардировщики СБ («Катюши») и P-Z («Наташи»). Многие республиканские пилоты были обучены в авиационных училищах Советского Союза.

В небе Испании мы сражались вместе – советские и испанские летчики, сражались, как братья. Дружба между нашими народами нерушима, ибо она скреплена кровью, и это никогда и никто не сможет перечеркнуть.

Придет время, и народ Испании зажжет в память о погибших героях Вечный Огонь. Он никогда не забудет, чем был для него Советский Союз, без помощи которого наша молодая армия не смогла бы вести такую длительную борьбу с франкистскими мятежниками, вооруженными до зубов германо-итальянским фашизмом.

Пользуясь возможностью, я выражаю глубокую благодарность пилотам республиканской авиации – Антонио Ариасу, Ладислао Дуарте, Мануэлю Фернандесу Санчесу, Доминго Бонилья и другим за их помощь при сборе материалов для этой книги.

Автор

БЕЗРАДОСТНОЕ ДЕТСТВО

Мурсия – мой родной город. Мурсия – это центр исторически сложившегося района, расположенного на юго-западе Испании. С востока на запад его пересекают небольшие горные отроги, являющиеся продолжением андалузских горных хребтов. К северу простирается Ламанчское плоскогорье с засушливым климатом. В южной части района – еще одна равнина, бедная водой. Поэтому возле городов Мурсия, Мула и Лорка располагаются большие поливные поля, основным источником для орошения которых служат воды бассейна реки Сегура. Экономика района в основном сельскохозяйственная, лишь в Картахене и Ла-Уньоне имеются серные шахты. Картахена – прекрасный морской порт и крупная военная база. В самом городе Мурсия мало промышленных предприятий, не много и исторических памятников. Гордость города – старинный кафедральный собор, построенный в стиле барокко.

Говорят, что 14 лет – это наиболее подходящий возраст, когда следует начинать строить свое будущее. Именно тогда необходимо выбрать жизненный путь, который позволит тебе быть полезным обществу и реализовать собственные жизненные цели. И это не пустые слова! Однако в этом возрасте у

человека еще слишком мало опыта, чтобы суметь предугадать все превратности судьбы.

Получив однажды от мамы 15 песет, с трудом выкроенных ею для меня из скудного семейного бюджета, я купил билет на французский фильм «Крылья», снятый по мотивам событий Первой мировой войны 1914—1918 гг. После просмотра фильма у меня появилось страстное желание стать летчиком, но я понимал, что только счастливая случайность может позволить моей мечте осуществиться. В монархической Испании летчиками могли стать только выходцы из привилегированных слоев общества – приближенные к королевской семье, буржуа, миллионеры, члены королевской семьи: то есть те люди, которые считали себя наделенными «высшими человеческими качествами». Лишь в очень редких, исключительных случаях человек из простой семьи мог стать летчиком. Я же родился в бедной, многодетной семье рабочего, и самое большое, на что я мог рассчитывать, – это поступить солдатом на службу в военную авиацию и готовить самолеты для полетов этих благородных сеньоров. Кроме того, чтобы научиться летать, было необходимо оплачивать расходы на горючее, ремонт, уход за самолетами и многое другое. Все это было по карману только состоятельным людям.

Преждевременная смерть матери 26 августа 1931 года стала самым тяжелым событием для меня и оставила глубокий след в моей жизни. Она заставила меня отказаться от всех юношеских мечтаний, надежд и веры в счастливое будущее. Отец взял меня с собой на стройку плотины в устье реки Мундо. Там я обучался всем профессиям понемножку: переносил ведра с водой и железные трубы, рыл траншеи, заливал цемент, раздувал горн в кузнице. По вечерам я запускал двигатель электрогенератора, чтобы осветить помещения, где танцуют, смеются, играют и шутят в то время, как я плачу в этом невыносимом для моего сердца шуме, наводящем на меня непреодолимую тоску и уныние. Во всей этой противоречивой для меня обстановке я пытался учиться.

У меня было всего два друга: Хосе, которого люди его возраста по неизвестной для меня причине называют «Зайцем», и моя собака Том. Хосе – высокий, сильный, немного сутулый, по характеру суровый человек, всегда вынашивающий свои проблемы в себе. Таким его сделала жизнь и тяжелый труд. На левой руке у него татуировка, которую ему нанесли, когда он в 18 лет попал в тюрьму в Картахене: ошибка молодости, за которую ему пришлось заплатить 18 годами, проведенными в тюрьме. Однажды, купаясь с Хосе в реке, я набрался храбрости и спросил:

– Откуда у тебя эта татуировка?

Тогда Хосе и рассказал мне, что попал в тюрьму за любовную связь с 14-летней девочкой, единственной и избалованной дочерью в богатой семье, где он, 18-летний, был в услужении. Сейчас ему на вид было 40—50 лет. Когда начались работы по сооружению плотины, Хосе появился там с женой и сыном: все трое с котомками за плечами и палками в руках. Прибыв на место, они вооружились лопатами и за несколько дней отрыли себе пещеру, выбросив наружу несколько кубометров земли. Их примеру последовали и другие рабочие, и вскоре был пocтроен поселок Лас-Куэвас (Пещеры). Такие поселки нищеты в то время в Испании можно было видеть во всех провинциях. Они строились на ничейных землях – в районах, затопляемых реками, на бесплодных, никем не обрабатываемых участках.

Я не помню, как началась наша дружба с Хосе и на чем она была основана. Может быть, на том, что я тоже

привык переносить все молча и в одиночку. Здесь дружба являлась редкостью – все подавляла тяжелая и изнурительная работа. Вокруг высокие мрачные горы, безжизненные камни, земля, обожженная солнцем, – черная, как и сама жизнь и будущее всех этих людей, собравшихся на строительство плотины. С другой стороны горы уже не такие высокие, и жизнь не такая мрачная. Там среди зелени и высоких сосен возвышаются дома администрации строительства. Единственным моим развлечением в этих местах стали рыбалка и охота, возможность любоваться красотой и могуществом гор, высокими соснами, ощущать пьянящий аромат свежести горных лугов, наблюдать, как на голых скалах, постоянно сражаясь за свою жизнь, вырастают деревья и кустарники.

Я помню, как Хосе спросил меня:

– Ты действительно хочешь посвятить свою жизнь авиации?

Здесь все звали меня «Летчиком», и Хосе был посвящен в мои планы.

– Настанет и мой день. Я уверен, что он настанет и я обязательно стану летчиком, чего бы мне это ни стоило!..

ФАШИСТСКИЙ МЯТЕЖ

В ясный и солнечный день 18 июля 1936 года по радио города Тетуана сообщили: «Над территорией Испании безоблачное небо». В этот день начался фашистский мятеж.

Масштаб случившегося указывал на предательство многих высших военных чинов. И результатом этого стал мятеж, равный которому еще не знала история Испании. Генерал Франко и его люди забыли историю страны. Какие невежды! Какую ошибку они совершили,

сбросив со счетов наш отважный, непобедимый народ! Они затронули те чувства патриотизма, которые жили в глубине души каждого испанца на протяжении многих веков. Ведь в жилах нашего народа бежит такая же горячая кровь, как и у героев Палафокса¹и Франсиско Хавьера Кастаньоса², а наши сердца бьются так же непокорно, как бились сердца Фермина Галана и Гарсии Эрнандеса³. А наши женщины, наши прекрасные женщины! В них живет революционный дух Августины де Арагон!⁴

Вспышки фашистского восстания происходят то в одном, то в другом районе страны. Где-то они подавляются народным сопротивлением, где-то фашистам удается побороть его. Безоружное, разрозненное, но не павшее духом народное ополчение постепенно гасит очаги мятежа. Мужчины, женщины и даже дети лавиной обрушиваются на фашистов с криком:

– А пор эльос! – На них!

В эти дни в Мурсии также произошли отдельные вспышки фашистского восстания, которые были подавлены трудящимися. В атаки против фашистов ходили и мы, группа мурсийских юношей. В первые дни мятежа у нас почти не было оружия. Поэтому его передавали из рук в руки, забирали у погибших бойцов, чтобы снова и снова продолжать борьбу.

Так было и во время боя за казарму в Аграмоне, провинция Альбасете, где засела часть гражданских гвардейцев, перешедших на сторону фашистов. Жестокий бой завязался у стен казармы. Народ штурмом взял эту крепость, и в наших руках оказалось много оружия и боеприпасов.

Другой очаг фашистского мятежа вспыхнул в Эльине.

– А пор эльос! — Этот крик подхватывают все, и толпа, ослепленная ненавистью, бросается туда, стирая фашистские следы с тротуаров родных улиц.

Уже у входа в селение нас встречает плотный ружейный огонь. Пули свистят и словно остро наточенные ножницы садовника состригают листву оливковых деревьев. Но мы не сдаемся, а только крепчаем духом. На звук ожесточенной перестрелки к нам прибывает подкрепление. Огонь не прекращается ни на минуту, и снова звучит команда: «Вперед, в атаку! А пор эльос! А пор эльос!» И разношерстная толпа плохо вооруженных людей с отвагой снова бросается на фашистов.

Вот уже некоторым из нас удалось забраться на крышу казарм, где засели фашисты. В окна летят бутылки с зажигательной смесью. Бой продолжается, обстановка накаляется с такой же силой, как растет гнев и ненависть людей. Наконец в одном окне появляется белая тряпка, привязанная к швабре. Люди, уверенные в том, что фашисты сдаются, прекращают наступление, выходят из укрытий и идут к казарме, но их встречают пулеметные очереди. У нас много погибших – но оружие павших бойцов уже в руках тех, кто горит желанием отомстить и кто, поспорив с судьбой, бросается на врага с еще большей силой.

Вот на одно из деревьев, что повыше, взбирается крепкий загорелый парень и, словно с трибуны, обращается к своим братьям:

– Камарадас! Началась гражданская война, самая жестокая и страшная, уносящая жизни братьев по крови, ставших по разные стороны баррикад. В ней нет места прощению и состраданию, в ней только жизнь или смерть. Не верьте их лживым обещаниям. Во многих городах враг уже раздавлен благодаря героизму наших мужчин и женщин. Вперед, камарадас! Победа близка! А пор эльос!

Через несколько минут, когда победа была почти вырвана у фашистов, вражеская пуля попала мне в ногу. Я упал. В горячке боя я поднимаюсь с пыльной земли – и снова падаю...

В больнице у меня достаточно времени, чтобы подумать о свершившемся и о своей дальнейшей судьбе. Мне приходится выбросить из головы мысли о моем детстве, потому что главное сейчас совершенно другое. Буду я летчиком или нет – трудно загадывать, но главное – драться с фашистами. Летчиком, если это станет возможным, – но сражаться обязательно!

А в стране происходили важные события. К этому времени, хотя и было отбито наступление фашистов на Мадрид, они овладели Бадахосом, захватили Эстремадуру и соединили таким образом силы Севера и Юга. В зоне Касерес – Мерида – Бадахос Франко сконцентрировал почти одни наемные войска и собрал оружие, предоставленное нацистскими Германией и Италией. На вооружении этих войск были новейшие немецкие и итальянские танки, пушки, бомбардировщики и истребители. Ими были захвачены Талавера и Толедо. Но за это время была создана и

Народная Армия, наведен элементарный порядок в республиканском тылу. На всех важных и опасных участках находились коммунисты, не щадившие ни сил, ни своих жизней для отпора врагу и защиты республики. К середине октября 1936 года в Испанию, по просьбе республиканского правительства, начало поступать превосходное советское оружие – винтовки, пулеметы, артиллерия, танки, самолеты, приобретенные на средства советских трудящихся.

Несколько дней спустя, после того как моя рана затянулась и на ней образовался бордовый рубец, хромая, я взобрался в поезд, переполненный грязными измученными людьми. Все они с бог весть каким оружием направлялись в Мадрид. При себе я не имел ни одного документа, удостоверяющего личность, и только мое изможденное войною лицо служило мне пропуском при любой проверке.

С каждым ударом колес моего вагона у меня сжимается сердце, и комок желчи подкатывается к самому горлу. Нечем дышать, я не могу разговаривать, а в горле слюна смешивается с горьким дымом, испускаемым паровозом. Я уже не могу переносить все это, но вот наконец звучит спасительный гудок, извещающий о прибытии на станцию.

Наконец Мадрид! Все у меня здесь вызывает восхищение: широкие величавые улицы, множество автомашин и людей, яркая реклама, городской шум и толчея. Я иду по улицам Мадрида, и у меня нет времени, чтобы в полной мере насладиться их красотой. Успеваю замечать только высокие здания, широченные площади, театры и кинотеатры – а также мешки с песком, защищающие от пуль и осколков снарядов памятники культуры.

Я смотрю на небоскреб, где размещена телефонная станция, и поражаюсь тому, какая жестокость царит в сердцах людей в час войны. Здание, восхищающее своей неприступностью, смотрит на Мадрид двумя большими проломами, пробитыми в стенах верхних этажей артиллерийскими снарядами. Я задираю голову как можно выше, и тут же толпа уносит меня в неизвестном направлении. Очнувшись на углу улицы, я вижу, как женщина, вооруженная охотничьим ружьем, продает жареные каштаны и лотерейные билеты. «Как пройти к аэродрому Куатро Вьентос?» – спрашиваю я ее. Женщина неохотно указывает мне направление черным от каштанов пальцем. Я продолжаю свой путь по одной из центральных улиц Мадрида – Гран Виа, заполоненной автомобилями, повозками, красными крытыми двуколками, которые тащат мулы, ослы и лошади. Вместе с толпой, скапливающейся на пешеходных переходах, я перехожу на другую сторону улицы. После тишины и спокойствия родных мест многообразие и шумная многоликость города кружат голову.

Некоторые улицы перегорожены баррикадами с бойницами, из которых торчат дула винтовок. Фронт сравнительно недалеко – иногда доносятся артиллерийские раскаты, но народ, кажется, не сильно обеспокоен этим. Несмотря на рвущиеся на соседней улице мины из минометов, жизнь продолжает течь своим чередом. Кафе и рестораны, как всегда, заполнены людьми, которые не прочь насладиться бокалом вина или кружкой пенного пива.

Тут же, неподалеку, на взрыв сбегается толпа, и на носилках уносят двух раненых людей – мальчишку, у которого взрывом оторвало ногу, и женщину с залитым кровью лицом, лишившуюся руки. Женщина – без сознания, а мальчик молча смотрит на толпу, не осознавая, что же с ним произошло. Погибших уже не трогают, стараясь оказать помощь раненым. И такая картина повсюду: смерть, разрушенные здания, стоны и страдания раненых, крики матерей, отчаянно пытающихся найти своих детей, и рыдание детей, оплакивающих своих погибших родителей.

Блуждая по страдальческому городу, сам не знаю как, под вечер я наконец добрался до аэродрома Куатро Вьентос. Ноги уже не слушались меня, но я не обращал на них внимания, понимая, что наконец достиг своей цели. Здесь я знакомлюсь с ребятами, так же, как и я, мечтающими стать летчиками. Время летит быстро. Нас строят в несколько шеренг между двумя белыми длинными зданиями, и мы слушаем краткую речь. Нас хвалят за стремление стать добровольцами военной авиации, в ряды которой нас и зачисляют. Но авиации нужны не только летчики, но и механики, оружейники, стрелки бомбардировочной авиации – и особенно рядовые солдаты, которых так не хватает в трудный час, переживаемый Испанией. Со временем мы сможем обучиться всем этим специальностям и стать настоящими профессионалами. А сейчас те, кто согласен посвятить себя службе в военной авиации, будут направлены в самые горячие точки, где их помощь особенно необходима.

Итак, нужно сделать первый выбор: «Ты согласен?» Оказывается, согласны все. Ребята понимают – путь один: сражаться! Уже вечером нас сажают в грузовики и отправляют на железнодорожную станцию – на ту же самую, на которую я прибыл рано утром. День был так перегружен событиями, что вчерашнее – тяжелые минуты расставания со своим отцом, братьями, друзьями – я вспоминаю как что-то отдаленное. События стремглав проносятся в этот важный для меня день, и вот я уже не просто отчаянный парень без документов, идущий навстречу своей мечте, а солдат республиканской армии, направляемый на выполнение особой задачи.

Оказывается, мы едем в Мурсию, мой родной город. Рано утром, почти на рассвете, поезд проходит недалеко от моего дома. Там, конечно же, никто уже не спит, но отец и представить себе не мог, что в этом поезде едет его сын.

Рассвет над Мурсией встречает нас свежестью, яркими красками полей, садов и цветников. Как никогда, хороша и прекрасна эта земля со своими роскошными цветами, апельсиновыми рощами, сочной зеленью тщательно ухоженных садов. А как прекрасны ее девушки в национальных одеждах, музыка и мурсийские песни! Кажется, ничто не указывает на то, что в Испании уже ручьями льется кровь, унося в своем потоке жизни сынов и дочерей.

На станции Алькантарилья, недалеко от города Мурсия, мы получаем приказ покинуть поезд и пересесть в грузовики. На них мы должны направиться куда-то – направление движения нам неизвестно. Командует нами сержант Мартинес, прирожденный военный. Его выправка и командный голос вызывают уважение и не оставляют ни тени сомнения в том, что этому человеку пришлось через многое пройти и немало повидать в своей жизни. Сержант садится в головной грузовик, и вся колонна направляется по центральной улице селения, где справа и слева установлены лотки с всевозможной зеленью, ящики с зеленым перцем, корзины с красными помидорами, горы салата, сельдерея, петрушки, мешки с турецкими бобами. Затем мы выезжаем из поселка на широкую мощеную дорогу, над которой нависли большие ветви с густой листвой столетних деревьев, образовавших многокилометровый коридор, защищающий от зноя палящего солнца. Через несколько километров мы сворачиваем налево, на узкую пыльную дорогу. Справа и слева от дороги растут тутовые деревья, увешанные сладкими черно-розоватыми плодами. Сквозь листву деревьев мелькают стены глинобитных хижин, а около них, на плетнях, сверкают на солнце тысячи шелковичных коконов.

Моторы напряженно работают – машины взбираются по склону холма, затем спускаются вниз и замирают перед оградой обветшалого каменного здания с обвалившимися углами и покрытыми мхом стенами. Когда-то это была крепость, подобная древним кастильским крепостям, но многие годы ее стены служили обителью священнослужителей, основавших в ней монастырь. Сейчас же это наше первое пристанище, ставшее венцом долгого пути.

Мы выходим из машин и начинаем изучать окрестности. Напротив главного фасада крепости тянется гряда холмов, теряющаяся где-то далеко на горизонте. Холмы пересекает густой лес, упирающийся в излучину реки Сегура, которая служит естественным рубежом на подступах к крепости. Это мрачное и тоскливое место, не сулящее ничего хорошего.

Здесь мы впервые знакомимся с капитаном Урсаисом. Это крепкий мужчина с сединою на висках. По пронизывающему насквозь, «до печенок», взгляду сухого неулыбчивого капитана сразу видно, что это человек железной дисциплины, настоящий представитель военных старой закалки. Как мы узнали позже, капитан был монархистом и даже служил при дворе инструктором гимнастики. Сейчас он служит республике, хотя в нем много недовольства, которое он и не пытается скрыть. Он за строжайшую дисциплину – и это мы вскоре почувствовали на себе. Зовет он нас при этом «красавчиками», и мы начинаем называть его так же.

Встречает он нас с тростью в руках. Ею он и указывает на место построения, поторапливая нас, словно пастух свое непослушное стадо. Мы строимся, и он вкратце, без лишних слов, излагает положение дел. По команде «Разойдись!» мы идем внутрь крепости, чтобы выполнить поставленную задачу по переоборудованию помещений церкви в казарму, где мы должны расположиться, чтобы изменить уклад жизни, существовавший здесь многие десятки лет. От запаха ладана и пережженного прогорклого лампадного масла у меня перехватывает дыхание. Закопченные стены бывшего монастыря украшены иконами и религиозными фресками, а в алтарях по-прежнему стоят фигурки святых. Книги, Евангелия, молитвенники весом в несколько килограммов, ризы, свечи, митры, разнообразные штандарты с редкостными и необычными украшениями, кресты, подсвечники, потиры и многие другие предметы религиозных обрядов – все, что раньше было самым сокровенным, сейчас уносится в подвалы. Казарма должна выглядеть казармой!

К концу дня, с наступлением темноты, мы решаем позабавиться: переодеваемся в одежды священнослужителей и организуем «крестный ход». Хименес – самый высокий из нас – наряжается епископом, другие облачаются священниками и служками, и мы со свечами в руках, распевая революционные песни, устраиваем шествие по темным коридорам бывшего монастыря. Наша веселая процессия длится недолго и вскоре прерывается капитаном Урсаисом, который, изливая свой гнев, невзирая на ранги и титулы, наносит беспощадные удары палкой, не щадя ни «епископа», ни других «священников». Вне себя от злости, капитан Урсаис приказывает нам построиться, и в течение двух часов, не позволяя расслабиться ни на секунду, он отчитывает нас, закаляя нашу дисциплину.

С каждым днем нашей службы дисциплина становится все строже и строже, и мы начинаем понимать наше предназначение. Бывший монастырь и впрямь превратился в настоящую казарму с подобающими военными порядками, где больше нет места ребяческим выходкам. Нас переодевают в военную форму и отдают под командование сержанта Мартинеса. Ежедневные изнурительные занятия, строевая подготовка и служба делают из нас мужчин, заставляя забывать о гражданских слабостях. Несколько часов в день мы маршируем на склоне горы, отрабатывая строевые приемы, повороты «кругом», «налево», «направо». Мы также тренируемся в стрельбе, изучаем винтовку, пулемет и положения уставов.

Наступает торжественный день присяги у знамени – когда каждому выпадает честь дать клятву Родине. Руководит церемонией капитан Урсаис. В один из самых значимых дней в жизни каждого из нас мы присягаем на верность Испании, выражая готовность в любой момент отдать свои жизни за ее свободу и независимость. Затем мимо импровизированной трибуны мы проходим в сомкнутом строю, демонстрируя нашу строевую выучку, полученную в течение долгих часов изнурительных тренировок. Наконец мы настоящие солдаты революции, стоящие на страже нашего государства.

Тянутся однообразные дни, заполненные очередными нарядами и занятиями в казарме. А я все мечтаю о небе – высоком и настолько родном для меня! Я никак не могу свыкнуться с мыслью, что мне, может быть, так и придется служить на земле. Но однажды у меня появляется надежда: вызывают добровольцев на курсы по подготовке авиационных механиков. Пытаясь использовать каждый шанс, чтобы быть поближе к самолетам, я, не раздумывая, даю согласие. Я успешно прохожу медицинскую комиссию, сдаю экзамены – но время летит, а меня никак не вызывают. Я начинаю терять надежду...

Но несколько дней спустя, утром (врезавшимся в мою память приятной свежестью и запахами расцветающих пышным ковром мурсийских лугов), когда лучи восходящего солнца еще только появлялись из-за горного хребта, прозвучал сигнал тревоги. Теряясь в догадках и сгорая от нетерпения поскорее узнать, что же случилось, мы становимся в строй. Наконец звучит команда «Смирно!», и появляется капитан Урсаис с неизменной палкой в руке, чтобы сказать нам хорошую новость. Без лишних объяснений и преамбул он заявляет о причине столь внезапного утреннего построения: «Кто хочет стать летчиком, шаг вперед!»

Вот он, долгожданный момент! Все как один делают шаг вперед, а мне кажется, что раньше других его делаю я, стараясь всеми силами уцепиться за предоставленный шанс. На миг мне представляется некая галерея с белыми высоченными мраморными колоннами, бросающими огромные тени, в которых постепенно блекнет моя удача. Но тут же видение уходит, и остается только реальность. Капитан Урсаис своей палкой, словно владыка жезлом повелевая, разделяет нашу колонну на две части. Он способен сделать нас счастливыми или несчастными одним мановением! К моей радости, я остаюсь справа, попадая в группу счастливчиков. Звучит команда, и мы выходим за ворота. Никогда мне не казались столь красивыми здешние места! Лес уже не такой угрюмый и мрачный, как раньше. Его заливает своими яркими лучами утреннее солнце, словно специально подсвечивая каждый отдельный листочек. Мы направляемся на аэродром,

расположенный в окрестностях Алькантарильи. Там нас уже ждет работа – разгрузка огромных деревянных контейнеров с самолетами, которых позже окрестят «москас» – «мухами»⁵.

Хотя еще ничего особенного не произошло, но я все же рад, что передо мною открываются новые горизонты, и будущее видится мне еще более счастливым. Заливаясь потом, передвигать тяжеленные контейнеры и доставать новенькие самолеты – вот в чем заключается наше счастье сейчас, счастье тех, кто живет лишь одною мечтой – стать летчиком.

ПЕРВЫЕ СОВЕТСКИЕ САМОЛЕТЫ ОТПРАВЛЯЮТСЯ В МАДРИД