Текст книги "Руины предателя (ЛП)"

Автор книги: Эрин Бити

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

ГЛАВА 76

Алекс беспокоился, как отреагируют люди на закованного в цепи кимисарского пленника, но как только он вошел в городские ворота, его протащили пешком в окружении бойцов на лошадях. Из своего кокона он почти ничего не видел и не слышал. Они поднялись на вершину холма по тропинке, которая не была крутой, но делала путь очень долгим.

Его ввели не во дворец, а скорее под него. Тюрьмы его не пугали – у них всегда были слабые места. Возможно, побег наконец-то удастся, но без Сальвии и Николаса он не уйдет.

Однако он не рассчитывал на столь чистую тюрьму. Алекса раздели догола, побрили голову и большую часть тела. Затем его посыпали мерзким порошком, чтобы уничтожить оставшихся вшей. Одежду бросили на тележку и повезли через прихожую к печи. Потеря записок и письма Сальвии ощущалась им сильнее, чем потеря отмычки в сапоге. Это было почти как потерять ее, но он ничего не мог поделать.

Ему выдали залатанные бриджи и легкую рубашку, которую Алекс не спешил надевать, чтобы еще на несколько минут снять кандалы. Когда он добрался до своей камеры, без сапог и полосок ткани, обвязанных вокруг запястий, его руки были в крови, а лодыжки опухли от синяков. Соломенный поддон в углу выглядел свежим, и он опустился на него, когда решетка закрылась и заперлась за ним.

Возможно, ему следовало открыться. Сальвия и Николас находились во дворце наверху, и, судя по всему, с ними обращались хорошо. Если казмуни доверяли им, их слово могло освободить его. Или же их связь с ним может разрушить это доверие. Сейчас это не имело значения. Даже если бы он смог заставить стражников понять, что он деморанец, не было никакой гарантии, что они расскажут об этом кому-то еще. Их задача – задержать его. Кем бы он был, не имело значения.

Алекс прислонился к стене и закрыл глаза. Сегодня он будет отдыхать. Завтра он решит, что делать.

– Кимисарец. – Грубый шепот прервал его дремоту.

– Я сплю, – ответил Алекс на кимисарском.

– Они сказали, что тебя поймали возле Деморы, – сказал голос.

– Так и было, – пробормотал Алекс, его слова были густыми от сна. – И что?

– Ты один из людей капитана Хазара?

Это имя заставило Алекса вынырнуть на поверхность сознания.

– Да, а ты?

– Нет, но я знал его много лет назад.

Алекс заставил себя открыть глаза.

– Как ты сюда попал?

Мужчина облокотился на решетку в камере напротив, изучая Алекса острыми золотисто-карими глазами, устремленными на странно тонкий нос.

– Мы приехали на задание. Долго здесь не задержимся.

– Казнь? – Сердце Алекса заколотилось при этой мысли. Большинство кимисарских шпионов в Деморе оказывались в блоке, и наоборот.

Кимисарец пожал плечами.

– Что-то вроде этого. У тебя есть имя?

– Гиспан. А ты?

– Стеш. – Он показал большим пальцем на комок, спящий в соседней камере. – Это мой брат Кэмрон. – Он придвинулся к решетке. – Так что там делал Хазар?

Алекс вкратце рассказал, как кимисарский капитан несколько месяцев разбрасывал свою компанию и собрал их вместе, чтобы совершить побег, как только Джованский перевал очистится от зимнего снега. О плане использовать принца Николаса в качестве заложника он умолчал.

Стеш слегка фыркнул.

– Как всегда герой. Не мог просто бросить этих идиотов, которые сами попали в ловушку.

Все еще играя роль, Алекс огрызнулся.

– Это говорит человек, сидящий в тюрьме.

– Я не жду, что кто-то придет за мной, если я потерплю неудачу.

– Откуда ты знаешь Хазара? – Спросил Алекс.

– Мы вместе пошли в армию в шестнадцать лет, – ответил Стеш. – Расстались пять лет назад, когда я ушел в долофан. С тех пор мы с ним не виделись, но его благородная жертва – вернуться за вами – меня нисколько не удивила.

Долофаны были шпионами и убийцами. Неудивительно, что Стеш ожидал казни. Алексу никогда не доводилось разговаривать с таким.

– Я тоже хотел стать долофаном, – сказал Алекс. – Но меня не приняли. Так и не узнал, почему.

– Я могу ответить на этот вопрос только по твоему виду, – сказал Стеш. – Ты один из тех дураков, которые думают, что честь что-то значит. – Он откинул голову назад и закрыл глаза. – Прямо как Хазар.

ГЛАВА 77

Сальвия почти не поверила в предоставленные им покои. Пока несли горячую воду, принцесса Лани показала ей апартаменты, включавшие собственную уборную с ванной, вмонтированной в пол, гардеробную размером с комнату Сальвии в Теннеголе и гостиную, которую можно было отгородить от спальни. На стенах висели светло-голубые и золотые гобелены, придававшие комнате воздушность, а широкая кровать была украшена шелковым покрывалом с вышивкой. Хозяйка провела Сальвию через занавески и вывела ее на улицу, в частный внутренний дворик, откуда открывался вид на закрытый сад размером с усадьбу. По краям двора сквозь спутанные лианы жасмина виднелось еще несколько мраморных веранд.

Лани указала на одну из них.

– Эта к моим комнатам.

Если Николасу отвели покои принца, то неудивительно, что их поселили в собственном крыле королевской семьи, но это смущало. Либо Беннет хотел оказать им честь, либо присматривать за ними. Или и то, и другое. После того как Лани отреагировала на приказ Беннета, Сальвия не решилась спрашивать, кем была или есть Тамоса, но по роскоши комнат и отсутствию матери Резы догадаться было нетрудно.

Пока Сальвия принимала ванну, Лани исчезла и вернулась с платьем, похожим на то, что носила она сама, с длинными драпированными рукавами и квадратным воротником, но цвет платья был розовато-оранжевым, что, как знала Сальвия, придавало ей болезненный вид. Она подумала, не специально ли Лани это сделала, пока принцесса не скривила губы, глядя на нее, и не извинилась, сказав, что это, пожалуй, единственное платье, которое ей хоть немного подошло.

Лани дала ей одежду из собственного гардероба. Однако принцесса была немного выше и гораздо стройнее. Сальвия ожидала, что весь ужин ей придется перекладывать платье, чтобы вырез не висел так низко, но Лани принесла золотой поясок, чтобы закрепить его.

– Как выглядят деморанские платья, Сальвия? – спросила принцесса, завязывая узел, который почему-то напоминал бутон розы.

Она не носила платья со времен Теннегола. Алексу больше всего нравилось темно-синее.

– Хм… – Сальвия пыталась вытеснить эту мысль из головы и найти что-то, что позволило бы ей понять язык. – Юбки намного… больше. А женщины часто носят то, что называется корсетом. – Она указала жестом на свою талию. – Он делает середину маленькой и держит тебя прямо.

– Мне бы это не понадобилось, – возвышенно сказала Лани.

Принц вошел через боковую дверь, соединявшую их комнаты, его медные кудри были уложены в пучок. Его официальный наряд был очень похож на тот, что был на Беннете, когда они познакомились, но Николас шел в пиджаке длиной до колен и с высоким воротником.

– Вы оба готовы, – сказала Лани, одобрительно кивнув. – Скоро придет кто-нибудь, чтобы отвести вас к ужину, но, если позволите, мне еще нужно подготовиться. Она грациозно удалилась, заставив Сальвию задуматься о том, как она могла дополнить свой внешний вид.

– Что теперь? – спросил Николас. Он выглядел как маленький мальчик в одежде своего отца. Вместе, подозревала Сальвия, они выглядели как потерявшиеся дети, но, возможно, так было даже лучше. Они не выглядели угрожающе.

– Я хочу посмотреть твои комнаты, – сказала Сальвия, и он повел ее в обратном направлении. Дверь между апартаментами была заперта, но только со стороны Сальвии. Она осмотрела его комнаты, запоминая все точки доступа.

– Ты не доверяешь Беннету? – спросил Николас.

– Меня беспокоит не только он, – ответила она, нажимая на стену в поисках потайных дверей. – Принцесса Лани сказала нечто такое, что заставило меня подумать, что не все здесь рады нашему прибытию. – Она обернулась и увидела, что принц стал бледным. – Всевышний Дух, Николас, я просто осторожничаю.

– Дело не в этом, – сказал он. – Я вспомнил твои слова, сказанные в дороге, о том, что через несколько лет я смогу вести переговоры о заключении договоров.

Улыбка, которую она вернула, была такой же доброй, как и та, что была раньше.

– Я не думаю, что ты будешь вести переговоры по договорам, которые будут заключаться непосредственно в этом месте, но то, что ты сделаешь и чему научишься, окажет огромное влияние на все, возможно, в течение следующих ста лет. Представь себя хорошо и узнай все, что сможешь.

Николас закрыл глаза и вздрогнул, сжав кулаки. Сальвия подошла ближе и обняла его за плечи.

– У тебя все получится. Не волнуйся.

– Я боюсь, – сказал он. Слезы начали струиться по его щекам. – Я почти ничего не понимаю из того, что говорят люди, и еда странная, и одежда колючая, и…

– Я думала, тебе нравится еда.

Ее слабая шутка не помогла.

– Мне нужна моя мама, Сальвия, – всхлипнул Николас. – Я хочу домой.

За последний месяц принц вырос на целый дюйм, что позволило Сальвии забыть о том, что он всего лишь мальчик, да еще и защищенный. В общем, до сих пор он держался вполне достойно.

– Я отвезу тебя домой, Николас, – сказала она. – Это обещание.

– А если они не позволят нам уехать? – Он фыркнул и вытер нос о рукав с золотой нитью. – Что, если они узнают, кто я на самом деле?

– Я думала о том, чтобы рассказать им, но позволь мне принять это решение. – Сальвия отступила на шаг и поправила пиджак, заставив его посмотреть ей в глаза. – Что касается того, что нам не дадут уехать, то мы разберемся с этим, когда это произойдет. Я отвезу нас домой. Просто доверься мне.

ГЛАВА 78

Кроме короля и принцессы Лани, на ужине присутствовали два члена совета. Они сидели по обе стороны от Беннета и обсуждали государственные дела. Сальвия сидела напротив Николаса, у которого, очевидно, вернулся аппетит, и рядом с военным министром – напыщенным человеком с поросячьими глазками, напоминавшим Сальвии ее дядю Уильяма.

Лани сидела на противоположном от Беннета конце стола, на ее шее теперь красовалось ожерелье, дополнявшее золотистое сияние ее кожи и сверкавшее рубинами, такими же красными, как ее накрашенные губы. Судя по тому, как ее взгляд останавливался на всем, что находилось в комнате, кроме министра финансов, Сальвия подозревала, что большая часть внешнего вида Лани была направлена на него. Не то чтобы Сальвия могла ее винить. Хотя он был, вероятно, вдвое старше Лани, он был подтянут и красив, а седеющие волосы придавали ему мудрость и серьезность. Определенно, он был предпочтительнее мужчины рядом с Сальвией, который все время смотрел на нее и принюхивался, словно в ее платье было что-то гнилое.

Поскольку ни один из служителей не завел разговора ни с Сальвией, ни с Николасом, развлекать их пришлось Лани. Сальвии приходилось напоминать себе, что казмуни действительно проявляют вежливость, игнорируя ее, но в какой-то момент она сказала Лани, что чувствует себя странно.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду, – ответила Лани. – Но весь Совет будет разговаривать с тобой, когда ты предстанешь перед ними.

Сальвия нервно взглянула на Николаса.

– Когда это будет?

– Послезавтра, – ответил Беннет, сидящий во главе стола. Оба министра отсели немного назад, чтобы не вмешиваться в разговор. – Завтра Лани отвезет тебя в город, чтобы ты нашла себе одежду. Дэрит возьмет Николаса.

Сальвии не нравилась мысль о разлуке с Николасом, но если она кому-то и доверяла, так это Дэриту.

– Конечно, – радостно сказала Лани. – Мы отправимся сразу после заседания Совета. – Она повернулась к Сальвии. – Завтра утром Совет соберется, чтобы обсудить все, что пропустил Беннет.

Беннет прочистил горло.

– Я имел в виду, что ты должна сделать это вместо того, чтобы присутствовать на совете.

Лани замерла, ее взгляд метнулся к министру финансов.

– Я председательствовала на всех заседаниях в твое отсутствие. Я должна быть там.

– Наши гости должны быть достойно одеты, и мы с министром Синдой как раз обсуждали средства на это. Ты любишь ходить по магазинам. Так что сходи. – Беннет пренебрежительно махнул рукой. – Это будут лишь обычные обновления и ревизии.

– Именно поэтому я должна быть там, – настаивала Лани. – А что, если что-то будет упущено?

Сальвия откинулась на спинку кресла, чувствуя себя неловко. Уже второй раз в ее присутствии эта пара чуть не поссорилась.

Министр финансов заговорил.

– Я могу лично заверить Палачессу, что ничего не будет упущено.

Лани встретила его взгляд, и между ними пронеслось множество невысказанных слов. Видимо, влечение было не совсем односторонним. Затем принцесса вскинула голову.

– Похоже, меня не хотят видеть, – сказала она, возвращаясь к еде. – Только вспомните, кто разрешил мне тратить на одежду деньги из налогов.

Министры снова уселись вперед и возобновили разговор с королем, но у Сальвии теперь были более веские причины изучать человека справа от Беннета. К тому времени, когда подали десерт из фруктов зары в сливках и корицы, Сальвия была уверенна, что Лани и министр Синда разделили не только разговор.

После того как Николас устроился на ночь, Сальвия отправилась на прогулку. В первую очередь она хотела посмотреть, куда ведут внешние двери их покоев, но также ей хотелось узнать, как отреагирует королевская стража на то, что она будет бродить по дворцовым залам одна. Пробыв здесь всего несколько часов, она вполне могла заявить, что заблудилась.

Под арочными двухъярусными потолками располагались высокие окна. Днем через них выходил горячий воздух, но сейчас лунный свет отражался от белых каменных стен, освещая проход без факелов. Поначалу Сальвия избегала охранников, желая закончить осмотр прохода, огибающего комнаты королевской семьи и частный двор. Пересчитав двери, которые она видела в своих комнатах и в комнатах Николаса, она поняла, что по крайней мере одна из них ведет в другие места – скорее всего, в коридоры для слуг. Она незаметно дошла до дальнего конца, но на обратном пути услышала голоса и приготовилась выглядеть потерянной. Однако голоса не шли в ее сторону. Сальвия раздумывала, подойти ли к ним или подождать окончания разговора.

Она находилась недалеко от комнат принцессы Алании, и один из голосов был женским, поэтому Сальвия подкралась поближе. Лани была достаточно дружелюбна, но когда Сальвия определила, что второй голос принадлежит министру Синде, она решила, что прерывать их, возможно, не стоит, особенно когда тон принцессы стал сердитым.

– Ты даже не попытался, Дэв, – сказала она, напрягая голос, чтобы не сорваться. – Ты всегда настаивал, чтобы я была рядом. А теперь, похоже, я не имею никакого значения.

– Нет, Лани, ты важнее всего, – умоляющим голосом ответил министр Синда, совсем не похожий на свой уверенный баритон за ужином. – Просто сейчас мне нужно с ним договориться, разве ты не видишь? Мне нужно быть на его стороне, прежде чем просить его о том, чего мы хотим.

Лани вздохнула.

– Наверное, эта встреча для меня не важна, – призналась она.

– Я думаю, что это даже хорошо, – сказал он. – Знакомство с этой иностранкой может только помочь твоему брату.

– Мы увидимся после обеда? – С надеждой спросила Лани.

Сальвия была уже достаточно близко, чтобы увидеть тень министра Синды, прижимающего Лани к стене. Руки принцессы лежали на воротнике его куртки, прижимая его к себе. Синда покачал головой, и Сальвия отстранилась от наблюдения и просто слушала.

– Я проверяю счета тюрьмы, помнишь? Из-за заседания совета мне придется уйти после обеда.

– Там новый Кимисарец. Беннет привел его вместе с деморанцами.

Сальвия не видела человека, которого захватил Дэрит, с тех пор как они прибыли в лагерь Беннета. Она почти совсем забыла о нем.

– Неужели? Генералу Кэлодану было бы интересно поговорить с ним, – сказал Синда.

– Тогда тебе следует рассказать ему. Это может заставить его полюбить тебя еще больше.

– В последнее время наши отношения улучшились, но это хорошее предложение.

– Это мне напомнило, – сказала Лани. – Моя служанка сказала, что слышала от его слуги, что он собирается уйти на пенсию.

– Кэлодан?

Должно быть, она кивнула.

– Я могу подумать о ком-нибудь достойном занять его место.

– У меня уже есть работа.

– Если я захочу, то не надолго, – сказала принцесса. Наступила долгая пауза, затем последовал вздох.

Лицо Сальвии стало горячим. Это был явно не тот разговор, который она хотела бы подслушать.

– Кто-то идет, – прошептала Лани.

О, нет.

– Я уйду, – сказал министр Синда.

Лани ответила немного задыхаясь.

– У меня есть идея получше.

Сальвия услышала, как открылась и закрылась дверь. Затем наступила тишина. Она медленно перевела дыхание и сжала дрожащие руки. Это было близко.

Тяжелые шаги в ботинках эхом отдавались по извилистому коридору. Судя по регулярности, это был охранник. Сальвия выскочила из тени, прежде чем показалось бы, что она прячется. Через несколько секунд из-за поворота появился человек с копьем и кривым мечом, и на ее лице отразилось неподдельное облегчение.

– Вы можете мне помочь? – Сальвия вскинула руки в призыве, чтобы он увидел, что у нее нет оружия. – Я не могу найти свою комнату.

ГЛАВА 79

В блоке камеры, кроме Алекса и двух Кимисарцев, никого не было. Алексу удалось немного поспать, пока не проснулся Кэмрон, а затем он целый час рассказывал братьям о семье Гиспана и о том, где он вырос, что, к счастью, оказалось далеко от их дома. Однако они знали те места, которые описывал Гиспан в своих воспоминаниях, а рассказ Алекса о лесном пожаре, в котором погибла семья Гиспана, придал ему в их глазах неподдельный характер.

Стеш рассказал ему, что Беннет – это имя князя лагеря казмуни, и он, по сути, является королем этого народа. Кимисарцы были рады услышать, что он вернулся в Остищу. Возможно, смертные приговоры требовали королевского одобрения, как это было в Деморе. Пара находилась здесь уже больше месяца, и, вероятно, поэтому предстоящая казнь их уже не волновала. Человек, ожидающий смерти, не может так долго переживать.

Алекс также пересказал действия Хазара для Кэмрона. Он тоже не был впечатлен.

– Надо было просто подождать еще несколько месяцев. А теперь он обрушил на свою голову всю армию Деморы.

– Почему он должен был ждать? – Спросил Алекс.

– Как только южный перевал пересохнет, король Рагат пройдет маршем и возьмет Демору с тыла, – сказал Стеш, имея в виду правителя Кимисара, который находился на троне уже более сорока лет. – Конечно, действия Хазара поставили войска на нашем пути. Придурок.

Алекс покачал головой.

– Джован наглухо запечатан. Сомневаюсь, что наша армия сможет прорваться.

Стеш наклонил голову и свел брови.

– Мы имеем в виду проход здесь, в Казмуне.

Алекс смутно чувствовал, что через Катрикс есть еще один проход, но больше он ничего не знал. Можно было предположить, что если Казмун и Кимисар ненавидят друг друга настолько, что посылают наемных убийц, то этот проход тщательно охраняется. Алекс притворился озадаченным.

– Через него будет еще труднее пройти. Сначала им придется пробиваться через Казмуни.

– Нет, если они уйдут с дороги, – усмехнулся Кэмрон. Он был похож на своего брата цветом глаз и большинством других черт, за исключением носа. У Кэмрона он был кривой от предыдущего перелома, а изящество Стеша, видимо, было источником братских дразнилок. Оба были бледнее, чем обычные казмуни, что, возможно, объясняло, как их поймали.

– Хватит болтать, – сказал Стеш. – Чем больше мы будем болтать, тем больше вероятность, что нас подслушают. – Он указал на решетку в потолке, через которую проникал свет и воздух.

Они отошли в заднюю часть камеры и сели рядом, тихо переговариваясь через решетку. Алекс лег обратно, хотя заснуть ему не удавалось.

Он знал, что деморанская армия напряжена, а оборона на восточном склоне гор очень слаба. Именно поэтому король был так обеспокоен сообщениями о вторжении казмуни. Если он собирался оттянуть ресурсы из Тасмета, то это должно было быть абсолютно необходимо.

Однако, несмотря на слова Кэмрона, маловероятно, что для преследования Хазара через горы будет переброшено много сил, особенно если лейтенант Кассек и Эш Картер сумеют убедить полковника Трэйсдена в том, что происходит на самом деле. Таким образом, долина Тенне оставалась открытой для вторжения войск с юга, которые шли бы по горам до пустыни Казмуни.

Однако пускать кимисарскую армию через Казмун было опасно, даже если эта часть была необитаемой. Как только припасы, необходимые для переброски тысяч людей через сотни миль бесплодной земли, окажутся в горах, ничто не помешает им направиться к столице Казмуна. Если отбросить риск, то заключение королем Беннетом в тюрьму Алекса, Гиспана и долофан, а также почитание им Сальвии и Николаса противоречили этой идее. Его симпатии были явно связаны с Деморой.

Однако его не было уже несколько месяцев, а долофаны были схвачены несколько недель назад. Если Кимисар не смог выторговать проход, то, возможно, им нужно было лишь отвлечь Казмун на время. Убийство легко справилось бы с этой задачей. К счастью, люди были пойманы.

Однако что-то было не так. Стеш и Кэмрон не были слишком обеспокоены тем, что провалили задание. Напротив, они вели себя так, будто задание еще не выполнено.

Чем больше Алекс думал об этом, тем больше убеждался, что в высших кругах Казмуни есть предатель. Кому-то выгодна смерть Беннета, и этот кто-то освободит этих людей, когда придет время. Держа кимисарцев в тюрьме, они уже находились в периметре дворца.

Короля Казмуна собирались убить, и Алекс никак не мог его предупредить.