Текст книги "Драконы Новы (ЛП)"
Автор книги: Элис Кова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)
– Странное происшествие, – тихо сказала Петра. – Как все вино, с разных виноградников, из разных виноделен, оказалось таким смертоносным.
– Поистине необъяснимая трагедия.
– Можно объяснить это ядом.
Колетта повернулась, угасающий свет дня выхватил красные глаза и заставил их зловеще сверкнуть, когда она оценила Петру. Она снова улыбнулась. На этот раз из-под ее губ показались клыки.
– Ты говоришь об опасных вещах, Петра'Оджи.
– Полагаю, я стою перед очень опасной женщиной. – Это был танец слов, никто не хотел переходить грань открытых угроз.
– Я – Рок'Рю. – Колетта тихо хмыкнула, подойдя к краю стола. – И Петра, я наблюдала за тобой некоторое время.
Петра вздрогнула от отсутствия титула, прилагавшегося к ее имени. Это было нечто, почти достаточное, чтобы бросить женщине вызов. Но все же свидетелей преступления не было, а людей, готовых солгать, возразить и вступиться за Рю, было предостаточно. Как бы ей этого ни хотелось, Петра напомнила себе, что этой ночью она не будет убивать Рок'Рю.
– Ты тоже опасная женщина. Ты ищешь то, чего хочешь, и добиваешься этого с безрассудной страстью. Ты неумолима. – Рю взяла в руки оба бокала и внимательно осмотрела их. Петра никогда не выпускала их из виду. Колетта перелила вино из одного бокала в другой, наполнив его до краев. Она повторила это несколько раз, туда и обратно. Полностью смешивая их. – Вся Нова знает, что ты стремишься к трону Ивеуна. Почему ты до сих пор не заняла его?
Колетта протянула один бокал. Петра нерешительно посмотрела на него, прежде чем принять. Но пить она не стала. Она не стала бы пить раньше Рю; она знала, что так будет лучше.
– Я не в состоянии. – Это была самая честная вещь, которую Петра сказала Рю за долгое время.
– Нет, не в состоянии, – согласилась Колетта. – По крайней мере, не по чести, не по закону Драконов.
– И меня никогда не признали бы Доно, если бы это не было сделано по законам Драконов. – Петра последовала за Колеттой к широкому окну, выходившему на простор листвы. Это было единственное окно, выходящее в сад.
Петра задалась вопросом, не отсюда ли взялся яд, убивший ее Дом. Ни одно из растений не было ей знакомо. Она даже не могла предположить, где половина из них росла.
– Я много лет сидела тихо, наблюдая, как Ивеун делает то, что хочет, – обратилась Колетта ни к кому конкретно. – Но ты все изменила, Петра. И у меня не осталось выбора, кроме как вступить в бой.
Петра наблюдала, как Рю поднесла бокал к губам и сделала долгий глоток. Она выждала несколько вдохов, но ничего не произошло.
– Я начинаю думать, что у меня больше причин бояться тебя, чем Доно.
– Значит, ты настолько умна, насколько кажешься. – Колетта повернулась к Петре. – Я дам тебе один шанс, Петра. Уходи сейчас и оставайся Син’Оджи. Откажись от своей мечты стать Доно, поклянись в истинной верности, и я позволю Дому Син остаться таким, каким он был всегда.
Сама идея была нелепой, и Петра своим безудержным смехом убедила Колетту в этом.
– Ты не можешь угрожать ни мне, ни моему Дому, Колетта.
Глаз женщины дернулся от отсутствия титула.
– И я никогда не буду торговаться с Домом Рок. Не тогда, когда у меня на руках все карты.
Колетта тихонько хмыкнула и подняла свой бокал в свете оранжевого заката.
– Тогда за войну.
– За войну. – Петра звякнула своим бокалом о бокал Колетты и наконец-то выпила вместе с Рю.
Боковая дверь открылась, и появился Топанн с Финниром на буксире. Петра зарычала, тяжело опустив бокал на стол, как только увидела брата.
– Я объявляю поединок перед Рок'Рю за твою жизнь, Финнир.
– Под каким предлогом? – спросила Колетта, согласно сценарию.
– Действия против Дома. – Убийство Финнира должно было стать одним из главных преимуществ этой ночи. Когти Петры вырвались из ее пальцев.
– Я одобряю эту дуэль.
Финнир попытался рвануться к двери, как только Рю произнес эти слова. Топанн закрыл дверь и встал перед ней, не давая ему уйти.
Финнир умолял Колетту:
– Я все еще нужен Доно. – Ты не можешь позволить мне умереть вот так. Он этого не допустит!
– Посмотри на себя, Финнир, ты умоляешь Рок о своей жизни! – Петра плюнула ему под ноги. – Ты жалкий маленький трус.
Петра отдернула руку. С нее хватит общения с братом. Она готова была добраться до его сердца и покончить с ним раз и навсегда.
По ее телу пробежал холодок, быстрый и внезапный. Он пронесся по позвоночнику до желудка и хлынул изо рта в виде крови. Колени подкосились, легкие горели.
Петра вздрогнула и упала.
Нет. Это слово пронзило ее сознание. Колетта вошла в ее размытое поле зрения, нависнув над ней, как сам Владыка Смерти.
– Как? – зашипела Петра. Ничто не имело смысла. – Я… я Оджи.
– Ты думаешь, что титул защитит тебя, Петра, – обратилась к ней Колетта. – Это твой самый большой недостаток. Ты придаешь столько значения титулам и званиям, что забываешь о том, что дает им силу – страхе.
Женщина присела рядом с ней на корточки, едва не захлебнувшись кровью, которую Петра выплевывала, задыхаясь.
– Ты подвела свой Дом. Ты, которая должна верить в любые средства, необходимые для достижения своих целей, даже не думала, что я убью тебя здесь.
– Ты пила из одного бокала. – Петра пыталась защититься в последние минуты своей жизни.
– И ты ничего не знаешь о яде. – Колетта улыбнулась, широко и беззубо. Ее зубы были тупыми и мелкими, изъеденными не по годам. Ее десны были изношенными и серыми, кривыми и усталыми. От ее дыхания пахло смертью. – Но я знаю. Я хорошо разбираюсь в ядах. И мое тело тоже; оно крепко к ним, неуязвимо для них. Я также знаю, что у тебя в желудке нет магии.
– Ф-Ф-Финнир, – зарычала Петра на брата. Ей хотелось, чтобы у нее хватило сил встать, хотя бы для того, чтобы убить его. Если бы ей предстояло умереть, она бы забрала одного из них с собой в залы лорда Сина.
Но у нее не было сил.
Ее тело бунтовало. Магия бурлила, но не успевала за всем, что выходило из строя одновременно. В результате усилий по исцелению ее органы изнашивались от истощения магии. Она чувствовала, как превращается в септика, становясь все более гнилой с каждым мгновением.
– Ты должна была принять мою сделку, Петра. – Колетта гладила ее по волосам, как ребенка. – Жаль терять на Нове такую сильную женщину, как ты. – Рок'Рю со вздохом встала, как будто этот вопрос и впрямь вызывал у нее беспокойство. – Финнир.
Петра хрипло рассмеялась. Между кровью и тяжелой пеленой смерти она все еще видела, как ее брат спотыкается о собственные ноги, чтобы добраться до нее. Даже когда ему подносили на блюде разделанное мясо, он не мог найти нож, чтобы проткнуть его. Ее рот искривился в выражении, в котором было что-то от рычания до гримасы.
– Ты никогда не станешь О-О-Оджи, – процедила Петра сквозь стучащие зубы.
– Титул был моим с самого начала. – Финнир опустился на колени рядом с ней. Его рука дрогнула.
– Кварех у-у-убьет тебя. – Петра разразилась хохотом, захлебываясь кровью. – Ты никогда не должен был стать правителем Дома Син. Ты…
Его рука погрузилась в ее грудь. Она почувствовала, как пальцы брата сомкнулись вокруг ее сердца. Петра закрыла глаза: смерть настигла ее, и бороться с ней больше не имело смысла. До конца времен она будет наблюдать за своим Домом из залов Лорда Син. Она будет с ликованием наблюдать, как Кварех завершит то, что начал десятилетия назад Финнир.
Она будет наблюдать, как ее младший брат убивает старшего, что она должна была сделать много лет назад.
Последним открытием в жизни Петры Син'Оджи То стало ощущение того, как будто у нее вырвали сердце. То, что она совершала по отношению ко многим, наконец-то совершили над ней. С последним вздохом она обняла завесу бога, которого так любила.
48. Кварех
Петра рассчитывала на него. Арианна рассчитывала на него – даже если не знала об этом. Будущее Дома Син зависело от него.
Он чувствовал ту же тяжесть, что и в прошлый раз, когда пробирался в Поместье Рок в поисках схем. Теперь он ощущал это в тройном размере, разыскивая женщину, создавшую те самые чертежи. Между ними проводилась какая-то извращенная и жестокая параллель, начавшаяся задолго до их знакомства.
Кварех узнал о появлении Петры сразу же, как только все мужчины и женщины, слонявшиеся по коридорам, поспешно разбежались, перешептываясь в нетерпении. Его сестра всегда привлекала внимание, а Син'Оджи, требующий крови одного из ее сородичей, подливал масла в огонь. Кварех надеялся, что она сдержит свое слово, данное еще на Руане, и не убьет Финнира.
Он обещал эту честь Арианне, и, после всего, что Кварех узнал и понял, она действительно заслуживала крови его брата.
В лучах угасающего солнца поместье Рок поражало своим великолепием и роскошью. Комнаты грандиозных размеров возвышались над ним, сверкая золотом и драгоценными камнями. Он использовал этот размах в своих интересах, опустив голову и высоко надвинув на лицо шарф от скромной одежды. Чуть выше ткани виднелся символ Дома Рок. Он нарисовал его вскоре после того, как пробрался в поместье, позаимствовав идею у Арианны.
Здесь его не знали в лицо. Петра скрывала его от многих придворных и официальных лиц на протяжении многих лет, поэтому его внешность была лишь смутно знакома любому не из Руаны. Прозорливость Петры в очередной раз сослужила им хорошую службу, когда другой слуга, склонивший голову, пересекся с ним и удостоил его лишь взгляда на свою щеку.
Кварех знал в общих чертах, как попасть в загоны Поместья Рок. В большинстве Домов имелось нечто подобное для содержания Драконов, ожидающих поединка, – или для тех случаев, когда Оджи не мог решить, стоит ли вообще устраивать дуэль. Именно туда ему следовало отвести Финнира, а не оставлять его рядом с Арианной. Обычно загоны оставались пустыми; Кварех еще не приходилось встречать Оджи, который не мог бы в доли секунды принимать решения по таким вопросам.
Из-за угла послышался звук перебираемых бус, и он остановился, внимательно прислушиваясь к движению. Несомненно, у двери стоял Всадник. Если ему и требовалось еще какое-то доказательство того, что Арианну, скорее всего, держат в одной из комнат в коридоре за дверью, то это было именно оно. Иначе они не стали бы тратить Всадника на столь пустяковое дело.
Кварех прислонился к стене, затаив дыхание и стараясь замедлить биение сердца, чтобы у него было время придумать выход из затруднительного положения. Попытаться ли ему отвлечь Всадника, а затем вернуться к двери? Если он нападет, запах крови привлечет других. Он закрыл глаза и прочел краткую молитву Лорду Агенди и Лорду Син. Первого он попросил обратить свой взор на это начинание, а второго – наоборот.
Кварех обогнул угол.
Драконица подняла голову, осматривая свои когти. У женщины было всего две бусины, и Кварех не сразу узнал ее. Если бы она не была при Дворе, то, возможно, и не узнала бы его в лицо. Кварех поправил широкий шарф и понадеялся, что нарисованный им на щеке знак достаточно четкий и не размазался.
– Что тебе нужно? – усмехнулась женщина, увидев его. Но она не напала.
– Твое присутствие требуется наверху. – Кварех держал голос ровным, а глаза опущенными. Ему не хотелось отводить взгляд от женщины, которая в любую секунду могла решиться на выпад, но у него не было выбора. Чем больше подозрений он вызовет, ведя себя не по правилам, тем меньше у него будет шансов попасть внутрь. – Чтобы разобраться с Син'Оджи.
– Син'Оджи здесь? – Женщина тяжело вздохнула. – Каких неприятностей хочет добиться этот синий дьявол?
Кварех держал рот на замке. Это служило его имиджу, а если бы он этого не сделал, то мог бы выплеснуть поспешную защиту Петры. Он с трудом научился держать язык за зубами на вокзале на Луме во время стычки, которая теперь казалась вечностью. Теперь он не хотел повторять эту ошибку.
– Ты уверен, что не хочешь вернуться к ней и умолять о своем месте в Доме Син? Они могут пригласить тебя на чаепития и дегустации вин, если ты это сделаешь.
– Я всегда был и останусь верен Дому Рок. – Кварех заставил свой рот произнести эти слова, хотя сердце его бунтовало при одной мысли об этом.
– Хороший мальчик. – Она погладила его по голове. – Смотри, чтобы никто не вошел. Если ты это сделаешь, я вырву мышцы из твоих костей.
– Да. – Он занял свое место у двери.
Женщина пошла по коридору. Сердце Квареха бешено колотилось. Как только она скроется из виду, он отправится на поиски Арианны. Он собирался вытащить их оттуда. Он не сводил глаз с ног Всадницы.
– О, как, говоришь, тебя зовут, предатель Син?
Кварех инстинктивно поднял голову, пылая от гнева при одном только упоминании о нем. Их взгляды встретились, и она наклонила голову в сторону, глядя на него с еще большим намерением из-за искры сопротивления. Кварех быстро опустил лицо.
– Меня зовут… – он не успел придумать имя. – Рафанси. – Кварех мгновенно сморщился от первого, что пришло ему на ум.
– Рафанси? – Она обернулась к нему, фыркнув с недоверием, которое повторило реакцию Квареха, когда он впервые услышал это имя. – Посмотри на меня, Рафанси.
Квареху ничего не оставалось, как подчиниться. Иллюзия вокруг него таяла, и, сопротивляясь, он только подливал масла в огонь. Если он будет осторожен, то сможет спасти ситуацию.
Женщина остановилась.
– Что это за имя?
– Не удивительно, что я пытался сбежать от родителей на Руане? – попытался пошутить он.
– Скажи, Рафанси, ты был при Багровом Дворе? – Она наклонилась вперед.
Кварех покачал головой, удивляясь тому, что может это делать под напряжением мышц.
– Жаль. Ты мог бы посмотреть, как изнеженный принц Син трусит за своей Анх, чтобы та сражалась за него. – Женщина отошла, пожав плечами. – Интересно, сможет ли он вообще выстоять в бою?
– Лучше, чем любой Рок. – Слова слетели с его губ, как птицы из клетки, вырвавшиеся при первой же возможности.
Женщина замерла.
– Мне показалось, что ты мне знаком, – прорычала она.
Двадцать богов над головой, я ничему не научился на Луме. Кварех корил себя, наблюдая за тем, как напрягаются ее мышцы от коленей до поясницы.
Кварех сделал выпад в сторону, ожидая удара с поворотом. Выпустив когти, он протиснулся вперед и впился в подмышку Всадницы.
– Трус Син, – прорычала она, отталкивая его и скребя когтями по его рукам.
Кровь пролилась на пол, предупреждая всех Драконов, оказавшихся поблизости. Кварех выругался вслух. Сейчас не было ни времени, ни смысла в подрывной деятельности. Он собирался пробиваться наружу в одиночку.
Всадница бросилась на него, и Кварех уклонился. Он парировал, и она ударила его прямо в грудь. Кварех вывернулся из-под ее острых когтей. Всадница и вполовину не так быстра, как Арианна, с восторгом понял Кварех. Он неделями тренировался с существом, куда более смертоносным, чем какая-то двуколка.
Они сошлись вместе, закрутились, зарычали, закружились и снова разошлись в стороны. Кварех споткнулся и упал на руки, широко расставив ноги в приседании. Оттолкнувшись, он бросился вперед, обхватив женщину за талию. Она врезалась в дверь, и та распахнулась, сломав замок.
Они вывалились в узкий коридор, с одной стороны заставленный дверями. Кварех прижал ее к полу и впился зубами в мягкую плоть ее шеи. Кровь и магия взорвались в нем. Но это был кислый вкус, топливо для того, что он должен был сделать, и ничего больше. Была только одна женщина, чья кровь могла вызвать в нем голод, вожделение.
Его рука погрузилась в сердце Всадницы, грубой силой вырвав его из грудной клетки. Кварех отбросил его в сторону с глухим треском, не желая есть. Его рот уже наполнился нежелательным привкусом чужой женщины.
Движение из одной из комнат прозвучало для его ушей и тела как радуга, светлячки и ярчайшая магия. Оно оживило тусклый коридор. Кварех бросился к последней двери слева и распахнул ее настежь. На него обрушился запах его подруги, и Арианна посмотрела на него, как смертельно опасный хищник в клетке.
– Ари… – облегченно вздохнул он.
Ее губы скривились от отвращения при одном только виде его.
– Ты выпустишь меня из цепей, и я смогу убить тебя как следует.
– Я могу объяснить, но…
– Он был твоим братом! – Она сделала выпад. Должно быть, она прекрасно знала о радиусе действия цепей, но все равно сделала это. От толчка она остановилась совсем рядом с дверью, где он стоял. Она с яростью набросилась на него, как бешеный волк на поводке. – Он был твоим братом!
– Я знаю. – Это только разозлило ее еще больше. – Но тогда я не знал. Я не догадался.
– Ты идиот, он был твоим братом! – Женщина, которой он восхищался за одинаковую свирепость ее ума и тела, превратилась в животную ярость, действующую только на инстинктах. И эти инстинкты велели ей разорвать его на части. Лорд Син, дай ему сил, потому что если бы ей нужно было его сердце, он бы сам вырвал этот орган из своего тела и подал ей на самом лучшем серебряном блюде. – Ты не сказал мне. Это был твой брат. Ты поддерживал его. Ты…
– Ты не говорила мне! – сердито огрызнулся Кварех. – Конечно, ты знала, когда я принес тебе руки, но ничего не сказала. Неужели ты не подумала, что я помогу тебе? Неужели ты не доверяла мне? Я предлагал тебе все!
– Это был твой брат!
– И я хочу увидеть, как ты его убьешь.
Арианна замерла, ошеломленная.
– Я хочу увидеть, как он умрет от твоих рук, Арианна.
Он положил руки по обе стороны от ее лица и пересек линию безопасности, оказавшись в зоне ее досягаемости. Он прижался к ее рту. На долгий миг она замерла. Он ощутил тепло ее дыхания на своей щеке, прикосновение ее груди к своей. Это была жизнь и все хорошее, что есть в мире. Финнир станет достойной жертвой ради удовольствия этой женщины.
Она повернула голову и оторвала его нижнюю губу своими тупыми зубами.
Кварех отшатнулся назад, держась за кровоточащее лицо. Арианна выплюнула в него его плоть. Гнев по-прежнему поглощал каждый дюйм ее тела. Но она больше не бушевала.
Двадцать небесных богов, эта женщина была единственным существом за всю его жизнь, для которого разрывание его плоти было шагом в правильном направлении к возвращению стабильности и здравомыслия.
– Думаешь, сейчас самое подходящее время целовать меня? Чертовы шестеренки, твоя некомпетентность уступает только твоему идиотизму. – Арианна покачала головой и решительно поднялась на ноги. – А теперь освободи меня, чтобы я могла убить тебя как следует после того, как мы сбежим.
Ему следовало оставить ее там. Если бы кто-нибудь другой заговорил с ним подобным образом, его бы тут же убили и забыли, особенно учитывая ее состояние. Но Кварех стал осматривать замки на ее запястьях.
– У меня нет ключа.
– У тебя нет ключа? – Она тяжело вздохнула. – Ты действительно бесполезен во всем этом деле спасения.
– Я не…
– Я знаю, ты не подумал. Вряд ли это должно меня удивлять. – В данный момент она была злобной. Но он был готов принять словесные удары, а не физические. Это было своего рода прогрессом. – Мне нужно золото, наплавленное золото. Они забрали мои леску и инструменты.
На ум сразу же пришла вся богатая отделка Поместья Рок.
– Минутку.
Кварех бросился в одну из предыдущих комнат. Пока что кровопролитие происходило достаточно далеко от других Драконов, чтобы не привлекать внимания, но он был уверен, что их удача закончится. У Лорда Агенди было столько доброго духа, что он продолжал ежедневно возносить молитвы.
Когтями он вырвал кусок богатой позолоты, поднеся его к ней.
– Подойдет?
– Достаточно хорошо, – признала она, нехотя удостоившись похвалы. Арианна сосредоточилась на золоте, и ее магия наполнила воздух.
Кварех наблюдал, как она отделилась от дерева, выделив полоску металла. Она сделала глубокий вдох, и кусочек стал горячим. Арианна даже не поморщилась, обжигая пальцы до волдырей на расплавленном металле, придавая ему форму тонкого и слегка изогнутого острия. Пальцы зажили к тому времени, когда она проверила отмычку в замке, и только потом обожглась, когда подправила форму во второй раз, и в третий, пока не раздался тихий клик, и кандалы один за другим отпали.
– Теперь нам нужно…
Она бросилась на него. Они упали на пол, и Арианна прижала его к себе. Одна рука была на его горле, когти впивались в шею, вытягивая кровь. Другая рука была отведена назад, готовая атаковать его грудь.
Кварех не сопротивлялся. Он подчинился ей, отдал ей контроль, которого она так жаждала. Если ей нужно было физически увидеть его сердце, чтобы понять, что оно не бьется против нее, он уже решил это разрешить.
– Скажи мне, почему я не убью тебя?
Он уставился на нее, свою измученную любовницу. Ее душа принадлежала другому. Ева разбила ее на части своей смертью. Его рукам не суждено было ее исправить.
– Скажи мне! – закричала Арианна. – Назови мне причину, Кварех. Скажи, почему я не убью тебя! – Ее рука дрожала, словно к ней все еще были прикреплены кандалы, удерживающие ее от погружения в его грудь.
Времени у них было в обрез, особенно если она будет продолжать привлекать внимание шумом и кровью.
– Потому что я люблю тебя.
Лицо Арианны исказилось, когда невидимые солдаты, ведущие войну на темных полях сражений ее разума, разом вонзили в нее свои когти.
– Этого недостаточно.
– Потому что я люблю тебя, и потому что ты тоже любишь меня.
Ее глаза широко распахнулись.
– Не люблю.
– Почему ты не убила меня тогда, на корабле? Почему не после? Почему не на Нове, когда я избегал тебя, потому что не мог больше находиться с тобой в одной комнате и не прикасаться к тебе? Почему не тогда, когда я принес тебе руки моего брата? Почему не мгновение назад? Почему не сейчас? Почему? – Ему нужно было услышать это так же, как и ей. Они так долго танцевали вокруг этого, танцевали вальс на палубе пикирующего дирижабля.
– Потому что… потому что я хочу получить свое благословение.
– Тогда почему ты не потратила это драгоценное благословение? – спросил он. Она была слишком логична для этого.
– Потому что я не знаю, чего хочу.
Он тихо вздохнул.
– Нет, знаешь. Ты хочешь этого. Ты хочешь меня.
– Я хотела тебя только на одну ночь. – Фальшь окрасила ее магию.
– Тебе бы хотелось, чтобы это было правдой.
– Будь ты проклят, Кварех. – Она громко выругалась. – Будь ты проклят!
Арианна оттолкнулась от него, покачнувшись.
– Ты хочешь убить моего брата. Я хочу увидеть, как ты это сделаешь. Петра уже пометила его как мертвого! Ты хочешь освободить Лум от власти Драконов, и Петра даст тебе это. Я помогу.
– Я…
– Больше никаких возражений, Арианна. Вы знаете, что это правда, как и то, что человек, предавший вас, был тесно связан со мной. Возможно, где-то в глубине своего блестящего ума ты уже догадалась о возможности наших родственных связей. – Кварех взывал к ее логике, к ее чувству разума. Она была слишком умна, чтобы не догадаться об этом. Даже если она сознательно не признавала этого, она знала, что это правда.
– Все изменилось, – прошептала Арианна.
– Ничего не изменилось, – настаивал он. – Времени осталось мало. Возвращайся со мной в Руану.
– Дело не в тебе, – резко сказала она. – Король, он что-то сказал, что-то об уничтожении гильдий. Я должна вернуться в Лум.
– Ивеун Доно никогда бы этого не сделал.
– Ты явно заблуждаешься, если действительно веришь, что он не пойдет на любые крайности, которые сочтет необходимыми. – Само это заявление заставило его задуматься, не знает ли она каким-то образом об отравленном вине.
– Вместе мы будем сильнее.
– Я даже не знаю, хочу ли я смотреть на тебя. – Неприкрытая честность этого заявления покоробила его. – Я найду планер и отправлюсь домой.
Арианна направилась к двери. Кварех протянул руку и схватил ее за запястье, останавливая. Он не мог позволить ей уйти, не так. Она, женщина, которая так стремилась завоевать его сердце, уходила, и он понятия не имел, вернется ли она к нему когда-нибудь. И позволит ли она ему вернуться к ней.
Она уставилась на его руку, явно ожидая, что он добровольно уберет ее или ей придется отрубить ее. Кварех выбрала первое.
– Ари, я подожду.
– Чего?
– Когда Лум будет готов присоединиться к моему Дому в этой битве. – Он указал на свое ухо, напомнив ей об установленной ими шепотной связи, которую еще предстоит разорвать.
Арианна долго смотрела на него своими фиалковыми глазами. Они сканировали его лицо, словно запоминая каждый его изгиб и край. Ему стало интересно, что она в нем нашла.
– Ты нам не нужен, – прошептала она. – Ты только снова предашь нас.
– Не приобщай меня к грехам моего брата, потому что так тебе легче сохранять гнев!
Она снова направилась по коридору, не обращая внимания на замечание. Кварех смотрел, как первая и единственная женщина, которую он когда-либо любил, добровольно отправляется в осиное гнездо врагов, которым был Дом Рок. Ему отчаянно хотелось узнать, о чем она думает, хотя бы раз.
Арианна сделала паузу и заговорила, не поворачиваясь:
– Не шепчи мне первым, Кварех. Иначе я узнаю, что все было только ради твоего Дома, и Лум никогда не встанет на твою сторону.
Кварех еще долго смотрел ей вслед, в его глазах запечатлелся образ ее спины. Для многих это заявление показалось бы окончательным концом всех возможностей. Но не для Квареха. Ему стало известно кое-что о логике Белого Призрака. И в самом маленьком уголке его сердца это давало ему надежду.
Ведь если она предостерегала его от действий, которые могли бы заставить ее отказаться от сотрудничества с ним, это означало, что, несмотря ни на что, женщина все еще считала его своим союзником. Она все еще рассматривала их как возможность, возможно, даже неизбежность, если между ними не возникнет никаких проблем. Повторяя про себя этот факт, Кварех начал возвращаться в поместье, торопливо проходя через все коридоры и убивая двух слуг, которые попадались ему на глаза.
Петра отлично справлялась со своей работой, ведь по дороге он почти ни с кем не сталкивался.
49. Арианна
В ее груди бушевала буря. Его ветры подхватывали старые и новые боли, смешивая их со знакомыми и еще не до конца осознанными чувствами. Чем дольше она находилась в его присутствии, тем больше была вероятность, что он разорвет ее на части.
Она не хотела любить кого-то ценой своих идеалов. Она не хотела нуждаться в человеке, привязанном к убийце последнего, кто был ей нужен. Она не хотела освобождать свое сердце в мире, который постепенно приближался к концу.
Она слишком долго думала о Нове. Она позволила музыке и живописи захватить ее разум. Она позволила своему телу растолстеть от магии, а разуму – зачахнуть. Ей нужно было вернуться в Лум. Там все снова обрело бы смысл. Она вспомнит, кто она такая и что ей нужно делать.
Арианна с остервенением вырвала горло Дракону. Когти перерубили позвоночник, и она отбросила тело в сторону, продолжая идти дальше.
Истина продолжала смотреть ей в лицо каждый раз, когда она ловила взгляд на синеву ночного неба. Этот оттенок напоминал ей занавески в комнате в Поместье Син и цвет неба, когда они с Кварехом отправились в храм.
Она действительно любила его. Несмотря ни на что, это было правдой. Конечно, если ей суждено снова влюбиться, то это будет Дракон. И разве она выберет любого Дракона? Нет, она должна была выбрать брата Рафанси. Предателя. Финнира.
Арианна ударила Дракона о стену. Он был совсем крошечным и старался не попадаться на глаза. Мальчик почти пискнул, почувствовав, как ее когти впились ему в грудь.
– Планеры, где они? – прорычала она.
Ребенок едва не обмочился.
– Планеры. – Ее когти прокусили его хлипкую Драконью одежду и впились в кожу. – Может быть, я оставлю тебя в живых, если ты скажешь мне, где они.
– По той лестнице. – Он указал. – Вниз по коридору, второй коридор и на улицу.
Она бросила его и продолжила подниматься. У всех живых рас была одна общая черта: потребность в самосохранении.
Планеры находились именно там, где он ей сказал. Несколько Драконов попытались преградить ей путь, но они не оказали особого сопротивления. Арианна увидела Химер, которые смотрели на нее с края платформы, на их шеях висели золотые цепи. От золота исходил тот же запах, что и от ее цепей, закаленных только магией Короля. Арианна не смогла бы сломать их, даже если бы попыталась. Рабы Химеры, обязанные выполнять приказы Драконов.
Однако они, как один, двигались по бокам планера, ничем не препятствуя ей.
Арианна вскочила и забралась на борт. Она положила руки на ручки, чувствуя, как магия струится от кончиков ее пальцев по внутренним каналам планера и попадает в крылья.
– Ты не сможешь им управлять.
– Нет, смогу. – Арианна переместила свой вес.
– Только Драконы могут. – Мужчина выглядел усталым, как будто он вел этот спор уже бесчисленное количество раз. – Химерам не хватает магии.
Арианна подняла ладонь и провела по ней когтем, демонстрируя свою золотую кровь. Сейчас это не имело большого значения – ее секрет хранился у Новы. Пусть говорят. Пусть Драконы знают, что она существует и придет убить их с армией совершенных Химер, таких же, как она.
Химеры смотрели на нее, ошеломленные, словно она была одним из оживших богов Драконов. Она хотела бы сказать им, что так оно и есть и что у нее есть сила, чтобы спасти их, но они были потеряны. Она не могла вернуть их в Лум, и не сомневалась, что, когда Король Драконов падет, он заберет с собой все, что сможет, – если только их не убьют за то, что они не запретили ей доступ сейчас.
– Я не могу вас спасти. – Она почувствовала, что вынуждена извиниться.
– Мы знаем, – ответила женщина. В том, что она снова заговорила на языке Фениш, было некоторое утешение. – Но мы можем спасти тебя.
– Что? – растерянно спросила Арианна.
– Иди. Мы позаботимся о том, чтобы за тобой не могли следить. – Химера приблизилась к остальным планерам с инструментами в руках.
Она влила свою магию в крылья, сильную и ровную. Арианна сосредоточила свою волю и повелела планером, как продолжением себя. Вверх, мысленно приказала она, и планер взмыл в небо.
Арианна впервые парила сама. Не было ни иллюзии другого Дракона, ни капитана дирижабля, ни птицеподобного зверя, заставляющего ее взмывать вверх. Только она и ее магия. Вид планера вызвал немалый переполох, но к тому времени, как ее заметили, она была уже слишком далеко, чтобы кто-то из них мог до нее добраться.
Наклонившись вперед, она устремилась через холмы и города Лисипа к его дальнему краю. Химеры, возможно, и на ее стороне, но она не могла быть абсолютно уверена, что они разберут все планеры, прежде чем до них доберется какой-нибудь Дракон. Арианна сильно надавила на край, закручиваясь в спираль вокруг подбрюшья Лисипа.
Лицо Финнира казалось вырезанным в тени облаков под ней. Она намеренно оставляла возможность убить этого человека. Арианна сглотнула и отпустила эту мысль. Она ждала годами, могла ждать и дольше. Безрассудное нападение не принесло успеха, и когда она вернется за его головой, на ее стороне будет целая армия. А его брат поможет ей отдать его в руки правосудия.
