Текст книги "Кричи, моя Шион (СИ)"
Автор книги: Екатерина Юдина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 36 (всего у книги 36 страниц)
Глава 72. Люблю
Спустя неделю
Осторожно открыв ворота, я взглядом окинула сад. Изначально не узнала его. Слишком ухоженными были деревья и кусты. В первое мгновение я даже решила, что мы с Конором подошли не к тем воротам.
Но, подняв взгляд и посмотрев на здание, расположенное в глубине сада, я поняла, что это точно тот особняк, в котором Моран отбывал свое заключение. Я его никогда и ни с чем не перепутаю.
– Сад настолько сильно изменился, – полностью открывая ворота, я ступила на дорожку. Делала это осторожно, так как сейчас была в туфлях на сравнительно высоких каблуках.
Моран вошел вслед за мной и закрыл ворота, после чего лениво положил ладони в карманы брюк, поднимая взгляд к особняку.
В отличие от того, что было в прошлом, сейчас в саду работало освещение и оно отбрасывало на лицо Конора жутковатые тени, делая взгляд альфы совершенно непонятным, но таким, что даже у меня по коже скользнули мурашки.
– Сейчас тут кто-то живет? – спросила, смотря на газон. Он был идеально подстрижен. В прошлом же трава тут доставала мне до колен. Я сразу вспомнила о том, как по ночам раз за разом безуспешно пыталась в саду найти Лунный камень. Если бы в те дни газон был в таком виде, я бы нашла его достаточно быстро. Наверное.
– Нет, но за домом смотрят.
– Точно, – я перевела взгляд на альфу. – Кажется, ты в прошлом говорил, что этот дом уже не используется твоей семьей, но тут имеются люди, которые за ним присматривает. Они сейчас тут? Просто я бы не хотела испугать их нашим поздним визитом. Они уже, наверное, спят.
– Сегодня воскресенье. Не думаю, что сейчас тут кто-то есть.
Подул сильный порыв ветра и я ладонями придержала подол своего вечернего платья.
– Я до сих пор не понимаю, почему ты так сильно захотела сюда приехать, – Конор перевел на меня взгляд. – Завтра бы тебе привезли книги.
– Может, я выберу еще какие-нибудь. Конечно, если ты не против.
Я не знала, насколько мои слова состояли из лжи, ведь помимо книг у меня имелась еще одна причина приехать сюда.
Еще час назад мы с Конором были в ресторане. Ужинали. Разговаривали. Была затронута тема книг и я сразу вспомнила библиотеку, которая находилась в этом доме. А ведь несколько книг, находящихся в ней я практически отчаянно хотела прочитать, но так и не успела.
Поэтому я уговорила альфу приехать сюда и забрать их. Завтра мы уезжаем в Верлан. В коттедж семьи Моран, расположенный рядом с морем. Пробудем там две с половиной недели. Только я и Конор. Будет отлично взять с собой эти книги, чтобы читать их по вечерам, когда альфа будет занят работой.
Но все-таки у меня действительно имелась еще одна причина приехать сюда и желание сделать это возникло далеко не сегодня.
Именно с этого дома все началось. Время, которое мы с Мораном провели тут не являлось слишком долгим, но все-таки мы успели пройти через несколько мощных стадий. Тех, которые раз и навсегда впечатались в душу, пуская там корни. Расцветая.
И я часто думала о них. В мыслях очень многое перебирала. Трогала. Рассматривала со всех сторон. Прощупывала все эмоции, словно вовсе пытаясь попробовать их на вкус.
Первая стадия нашего знакомства была ужасной, страшной. Казалось, что из нее никак не может выйти что-либо хорошее, но, все-таки, чем чаще я думала о прошлом, тем отчетливее понимала, что большую часть времени, проведенное в этом доме, была счастлива.
Если убрать некоторые нюансы и оставить исключительно меня и Конора – мне правда нравились те дни, которые мы провели вместе. То, как мы ужинали на его кухне, как сидели в кинотеатре или в библиотеке. Разговаривали.
Уже теперь я к всему этому относилась с теплом. Трепетом. Может, даже скучала по ощущению того, будто во всем мире есть только мы вдвоем.
Последние дни порой были жутко нервными и я часто успокаивала себя, закрывая глаза и представляя, что мы с Конором вновь находимся в той библиотеке. Только вдвоем. И, если и существуют какие-то проблемы, то лишь неоднозначность наших отношений. Но даже это постепенно плавится и становится незначительным. Мы во многом сходимся и тело горит от первых поцелуев, прикосновений.
Но все-таки, последняя стадия наших отношений, которую мы получили в этом доме, была сокрушительной. Болезненной. Мне до сих пор иногда снится, что мы с Мораном находимся в этом доме и он говорит мне о том, что я всего лишь его шлюха. Или то, что нам вовсе следует расстаться. Порой, в этих кошмарах, Конор говорит, что все так же намерен жениться на Джулии.
Трудно воспринимать все эти сны как-либо серьезно, ведь мы истинные. Так или иначе, но мы теперь всю жизнь будем вместе. Да и Конора с Джулией больше ничего не связывает.
Я несколько дней назад случайно встретилась с ней. Не скажу, что Джулия была рада видеть меня, но и какого-либо негатива она не выказала.
Как на самом деле бывшая невеста Конора относится ко мне, я не знаю. Джулия явно воспитана в строгости. Умеет держать себя в руках, а эмоции под контролем. Особенно сейчас, когда многое улеглось и утихло.
Мы вдвоем выпили вина. Долго разговаривали. Так или иначе, но нам следовало это сделать, ведь в будущем мы часто будем видеться в светских кругах и в течение разговора мы вдвоем пришли к согласию, что ни ей, ни мне не нужны всякие сплетни, касательно того, что между нами могут быть какие-либо конфликты. А учитывая неоднозначную ситуацию, они могут вспыхнуть. Просто так. Если мы проигнорируем друг друга. Не поздороваемся. Люди ведь любят сплетни. Они из подобного могут раздуть непонятно что.
Поэтому мы пришли к выводу, что будем придерживаться дружеских отношений.
Немного позже, во время этого разговора, я извинилась перед Джулией. Истинность, не истинность, но мы с Конором по отношению к ней поступили ужасно. Моран уже поговорил со своей бывшей невестой. Они решили то, что произошло между ними, а я до сих пор чувствовала себя ужасно.
Во-первых, имеет место быть омежья солидарность, а я отняла у Джулии жениха. И прикрываться истинностью было трудно. Когда между мной и Конором все это началось, мы еще не знали об этом.
Конечно, возможно уже тогда, даже не проявившись в виде меток, истинность все равно тянула нас друг к другу. Но я не хотела искать оправдания своему поступку. Так или иначе, но он ужасен.
Тем более, в моих мыслях порой вспыхивало то, из-за чего я саму себя ненавидела. Я до сих пор ревновала из-за Джулии. То, что она столько лет была с Мораном. То, что их столько всего связывало. То, что годами они были в одной постели. Сколько ласки она получила от него? Сколько раз он ее целовал и обнимал?
Вот настолько я ужасная омега. Отобрала у Джулии жениха и еще ревновала.
Мне оставалось радоваться лишь одному – тому, что вся эта ситуация никак не ударила по репутации Джулии.
Лишь побыв в центральном районе я осознала глубину некоторых моментов. Например то, что в обычном случае девственность омеги имеет огромное значение. Особенно при замужестве. Да и уже «порченную» омегу не так хорошо воспринимают в обществе. Все-таки в центральном районе живут еще те снобы.
Но, поскольку Джулию не просто попользовали и выбросили – ее помолвка была расторгнута лишь по той причине, что у Морана появилась истинная, никакая грязь Джулию не коснулась. Все отлично помнили о том, что ранее Конор относился к ней действительно очень серьезно. Собирался жениться.
На данный момент уже несколько альф предложили Джулии вместе поужинать. Это было чем-то сродни «смотрин». Встречи и знакомства, которые могли бы закончиться помолвкой.
Но пока что Джулия от них отказывалась. Не хотела вот так сразу вновь связывать себя с альфой.
В тот вечер мы долго разговаривали и наша с ней компания была по-настоящему странной. Я смотрела на Джулию и понимала, что она та омега, которую раньше Конор воспринимал, как свою будущую жену, а она смотрела на меня и, наверное, осознавала, что я та, которая разрушила ее уже распланированную жизнь.
Но все-таки ни я, ни она, негатива не выказали. И разошлись мы на нормальной ноте, пообещав друг другу, что, если мы еще где-нибудь встретимся, вновь обязательно поговорим.
То есть, абсолютно все говорило, что между Конором и Джулией больше ничего нет. Да и не может быть. Метка истинности не даст Морану посмотреть на другую омегу, но, черт, я до сих пор вспоминала о том, что произошло в этом доме. Там, разбитая на осколки, я думала, что мы с Конором действительно разные. Во всем, чем только возможно. И никогда, ни за что нам не следует находиться рядом друг с другом, ведь для меня это ничем хорошим не закончится.
– Пойдем, – я взяла Морана за руку и потянула за собой к дому. Он не стал меня останавливать. Послушно пошел за мной.
Сколько раз я проходила по этой тропинке? Наверное, невозможно вот так сразу взять и сосчитать.
Сразу в сознании вспыхнули воспоминания о теплых ночах, когда я шла к дому Морана. Стучала ему в дверь, а затем стелила пакет на крыльцо, чтобы не запачкать себе платье. Мостилась на нем и рассказывала альфе все, что только можно.
Зачем я это делала? Наверное, тогда хотела, чтобы он понял, что я живой человек. Надеялась, что в таком случае Морану будет тяжелее меня уничтожить. Глупая надежда, но, что мне еще оставалось?
Вот только, сейчас я думала о другом – эти воспоминания тоже отдавались теплом. Неужели мне нравились и те ночи? Да. Возможно.
Я ведь и правда уже тогда не заставляла себя идти к Морану. Возможно, мне даже этого хотелось.
Правда, я в те дни наведывалась к нему только потому, что точно убедилась в том, что Конор не сможет переступить порог. Ну и тогда я не могла испытывать к нему теплых чувств. Моран являлся тем, кто хотел уничтожить моего брата и меня. Лишь то, что мы в итоге смогли выйти из этой ситуации, могло сделать те воспоминания теплыми.
Мы уже почти подошли к крыльцу, как я, уловив какое-то шуршание сбоку, резко остановилась и испуганно спиной прижалась к груди Морана. Я была точно уверена в том, что среди кустов что-то промелькнуло.
Последние пару недель новостные сайты пестрят тем, что по городу распространились огромные, мутировавшие крысы. Некоторые из них размером с собаку. Уже было два случая, когда они прорывались в центральный район.
Сейчас ночь. Темно. Фонарей не хватает, чтобы осветить абсолютно все и по большей степени кусты кажутся темными колючими шарами. И сейчас там между ними точно что-то есть. Оно прячется. Смотрит на нас. Возможно выжидает.
– Что случилось? – спросил Моран, опустил взгляд и посмотрел на меня. Кажется, в страхе я слишком сильно сжала его руку.
– Там в кустах что-то есть. Возможно, крыса. Ты же слышал, что они сейчас на людей нападают?
Может это была собака или кошка, но сейчас столько мутировавших животных, что их лучше избегать.
– Давай быстрее пойдем отсюда, – я быстро потянула Конора за собой, но было поздно.
То, что пряталось в кустах, резко выбежало оттуда и понеслось к нам.
Я от неожиданности испуганно вскрикнула. Конор положил ладонь мне на талию. Поставил себе за спину, но не прошло и пары секунд, как я осознала, что именно к нам бежало.
Огромный, жирный енот.
И я его сразу узнала. Это же та скотина, которая в прошлом напала на меня в этом саду. Он порвал мне платье, запачкал его и гонял меня из стороны в сторону, пока я не спряталась в доме Конора.
Господи, лучше бы это была крыса.
– Ах ты, пушистая, жирная сволочь, – я пальцами до онемения стиснула ткань своего платья. – Конор, осторожнее. Эта бешенная скотина…
Я не договорила, все слова застряли в горле, когда я увидела, как Моран присел на корточки и погладил прибежавшего к нему енота.
– Привет, Остин, – сказал ему альфа. Енот зажмурился от удовольствия, когда его гладили.
– В каком это смысле «Привет, Остин»? Ты ему что ли имя дал? – возмущенно спросила я.
– Ты исчезла. Он стал приходить ко мне на крыльцо. Я иногда «выходил» к нему.
– Ты меня енотом заменил? – мне захотелось очень сильно поджать губы. Откуда взялось это раздражение?
– Нет, что ты. Остин не настолько разговорчив и опасен, как ты.
– Вот значит, как? – я скрестила руки под грудью. – Значит, и живи с ним. Раз он такой классный.
– Ты ревнуешь из-за енота? – Моран повернул голову и посмотрел на меня.
– Нет, я просто терпеть его не могу. Он мне испачкал и порвал платье. А я его лишь погладить хотела.
– Еще благодаря ему ты оказалась в моем доме. Я потом Остина за это подкармливал, – Конор опять погладил енота.
– Как же хорошо, что вы нашли общий язык, – саркастично произнесла.
– Странно, что ты боишься его и крыс, учитывая, что ты их можешь сжечь током.
Точно. В голове скользнула мысль, что, может дать еноту небольшой разряд. В ответ за все хорошее.
Но эта мысль даже на толику не была серьезной. Я не хотела бить током живых существ. И, насколько бы сильно я не ненавидела это жирное создание, я бы так с ним никогда не поступила.
Медленно выдохнув, я подумала, что не могу не согласиться с Конором. Благодаря этой пушистой сволочи я оказалась в доме Морана. Это дало толчок нашим отношениям.
Ладно. Может, из-за этого стоит его простить и забыть про вражду.
Я подошла к еноту, присела рядом с ним на корточки и тоже хотела погладить, но, стоило мне поднести к нему руку, как эта пушистая сволочь оскалилась и злобно зашипела на меня.
Я резко поднялась на ноги и отошла на несколько шагов, пока не осталась без руки.
– Паршиво себя ведешь, – Моран посмотрел на енота. – А я думал забрать тебя к себе домой.
– Тверон порвет его на части, – я быстро пошла к крыльцу, надеясь, что Конор сейчас говорил совершенно не серьезно. Я не хочу жить с этим чудовищем под одной крышей.
Сейчас мы с Конором жили в его двухэтажной квартире и, когда я впервые приехала туда, наконец-то познакомилась с двухголовым псом Морана. С Твероном.
Изначально он меня пугал. Я даже толком не могла назвать Тверона именно псом. Его морды немного другие. Зубы острее, лапы мощнее. Да и размерами он куда больше обычных собак.
Но все-таки благодаря Морану Тверон привык ко мне. Хоть и быстрее ко мне привыкла именно правая его голова.
За последние дни я уже пару раз выходила с Твероном на прогулку. Он классный. Правда.
И Базилио он не трогает, что для меня было особенно важно.
Но вот видеть енота в квартире я точно не хотела. Боюсь, я в таком случае заберу Тверона и Базилио, после чего уеду куда-нибудь.
Подойдя к входной двери, я остановилась. Моран поднялся по ступенькам и приложил ладонь к электронному замку. Обычного у него с собой не было. Но так даже проще.
Мы вошли в дом. Альфа включил свет и я, оглянувшись по сторонам, заметила, что тут многое изменилось. Кое-какой мебели не хватало, но в остальном изменения состояли в чистоте. Когда тут жил Конор, он не пользовался большинством комнат. В том числе и холлом. За полгода они припали пылью. Выглядели пустыми и заброшенными. Сейчас же и правда было видно, что за домом смотрят.
Сделав несколько шагов, я остановилась.
Я вновь тут.
Эмоционально по мне это сильно ударило. Столько воспоминаний. Острых, горячих, иногда трепетных, но еще и болезненных. Напоминающих о том, что некогда то, что начиналось между мной и Мораном, было жестоко разбито.
Я почувствовала, как Моран взял мою ладонь в свою. По телу расплылось тепло. Сердце перестало пропускать удары и стало намного спокойнее. Приятнее.
– Пойдем. Ты хотела в библиотеку, – Моран потянул меня за собой к лестнице.
– Слушай, а ты задумывался о наших отношениях? – спросила, поднимая взгляд в сторону второго этажа. Там свет не горел.
– Постоянно это делаю. Я уже говорил, что двинулся на тебе.
– А вдруг это только из-за истинности? – спросила. – Я тоже постоянно думаю о том, что происходит между нами. После того, как я пробудилась, у нас все отлично. Мы живем вместе. Недавно начали разговаривать о свадьбе. Но все это происходит настолько гладко и хорошо, словно мы просто плывем по течению. Только потому, что так нужно, раз мы истинные.
Моран остановился. Почему-то показалось, что его тело сильно напряглось.
– Ты считаешь, что мы вместе только из-за меток? – Конор посмотрел на меня и почему-то мне под его взглядом стало неуютно. Словно я сказала то, чего не следовало.
– Нет, я так не считаю, – я качнула головой. Сделала шаг к нему. Обняла и лицом уткнулась в грудь альфы. – У меня было достаточно времени, чтобы осмыслить все, что я к тебе чувствую. И я… люблю тебя. Дело не в метке. Не в чем-либо еще. Я правда тебя люблю.
Оказывается, сказать «Я люблю тебя» было куда проще, чем я думала. Оно являлось настолько осознанным?
Моран обнял меня. Прижал к себе так, что тело заныло. Кажется, я почувствовала его учащенное сердцебиение.
– Но я хочу знать, как ты относишься к нашей связи, – продолжила я. Эта часть разговора для меня уже была тяжелой. – Ты действительно хочешь быть со мной или делаешь это по той причине, что у тебя нет выбора? Я же сама тебя его лишила, когда появилась в том театре.
– Посмотри на меня, Шион, – Моран вплел пальцы в мои волосы. Заставил поднять голов и посмотреть ему в глаза. – Я первым лишил тебя выбора, когда поставил на твоей шее вечную метку. Я это сделал без разрешения. Я эгоист, который не может даже думать о том, что ты можешь пожелать быть с кем-то другим.
Моран наклонился, так, что наши губы теперь разделяли считанные миллиметры.
– А все потому, что ты мое все. Ты дороже для меня собственной жизни. И это не из-за истинности. Это из-за тебя. Омеги, которая перевернула мой мир с ног на голову, – вторая его ладонь легла на мою талию, одним движением притягивая меня к альфе. Буквально вбивая в его тело. – Никогда не сомневайся в том, что я к тебе чувствую.
Конор накрыл мои губы своими. Буквально набросился с жестоким, жадным, жарким поцелуем. Заставляя задрожать. Почувствовать то, как тело мгновенно начало гореть и весь мой мир сужался до пределов моего альфы.
Именно Моран являлся моей вселенной.
Эпилог
Спустя полгода
– Как все прошло? – из динамика телефона прозвучал голос Джулии.
– Отлично. Намного лучше, чем я ожидала, – открыв шкаф, я сняла с вешалки одно из своих платьев.
– Тебе не стало плохо? Нет никаких плохих последствий? – я почувствовала в ее голосе волнение. Даже тревогу.
– Наоборот. После этого я чувствую себя намного лучше. Наверное, с месяцами скопилась энергия и мне уже следовало ее сбросить.
Вчера я впервые наполнила одну из электростанций. Мой отец впервые сделал это через три года после пробуждения. Я на подобное решилась раньше. Во-первых, потому, что почувствовала, что уже готова. Что мне это требуется. Во-вторых, у меня с государством был точно такой же договор, как и ранее у моего отца.
За подпитку электростанций я получала деньги, а сейчас они требовались.
Мы с Ивоном забрали из детдома нашего брата. Сейчас он половину недели жил у меня с Мораном и половину недели у Ивона. Колин замечательный маленький альфа. Очень умный, любознательный, но изначально с ним было не просто. Колин не мог взять и просто довериться нам. Чуть ли не с рождения жизнь его учила тому, что лучше этого не делать. Доверие это слабость. За нее можно поплатиться.
Но, когда он наконец-то это сделал, понемногу начал рассказывать про детдом. Там происходили по-настоящему жуткие вещи. Такие, от которых я еще долго не могла прийти в себя.
В итоге мы с Ивоном решили, что с этим следует что-то делать. В первую очередь, благодаря связям Конора туда были отправлены проверки. Уволена большая часть работников. После этого были наняты новые люди и уже теперь такие проверки случались каждый месяц. Они смотрели за тем, чтобы дети нормально ели, были в чистой одежде и, главное, чтобы их никто не бил.
Так же мы с Ивоном организовали фонд направленный на помощь детям. Именно туда пойдут те деньги, которые я буду получать от государства.
Изначально я собиралась подпитывать станции бесплатно, но в итоге решилась на договор. Для обычных жителей электричество все равно будет дешевле, чем раньше, но так и для фонда появятся деньги.
– Точно? – спросила Джулия.
– Да. Точно. Конор меня вчера сразу отвез в больницу на полное обследование и оно подтвердило, что со мной все отлично. Но даже без обследования, я по своему самочувствию прекрасно понимала, что со мной все более чем хорошо.
Я вспомнила о том, каким вчера был Моран. Нервным. Взволнованным. Постоянно смотрел на меня. Спрашивал все ли со мной хорошо. Вечером, когда мы уже были в постели, положил меня на себя, обнимал, целовал. Вчера он даже не стал меня брать, сказав, что мне нужен отдых. А ведь за последние полгода, кажется, не было ни дня, чтобы мы не занимались сексом.
– Кстати, ты не хочешь завтра встретиться? – спросила у Джулии. – Мы с тобой уже две недели не виделись.
Я до сих пор не могла поверить в то, что мы с Джулией действительно подружились.
Изначально ни я, ни она не собирались этого делать. Но все-таки, встречаясь на каких-нибудь мероприятиях, мы иногда общались. Просто для того, чтобы все видели, что мы друг против друга ничего не имеем.
Но в основном наша дружба завязалась на противостоянии другим.
В высшем обществе имелось несколько омег, которые любили всегда находиться на первых местах. И они крайне ревностно, даже критично относились к тому, что о ком-то могут оговорить больше, чем о них.
Сначала Джулия меня кое о чем предупредила. Затем я ее. Постепенно у нас в привычку вошло раз в неделю встречаться и за чашкой чая обсуждать обстановку в высшем обществе. Если нужно, помогать друг другу.
Никогда у нас не возникало никаких критичных ситуаций, но все равно вместе мы стали силой. Сами не понимая этого, подружились.
Я бы не сказала, что мы виделись часто. Все так же лишь раз в неделю, но все равно я уже воспринимала Джулию, как подругу.
– Конечно, хочу, – ответила Джулия. – Как и обычно вечером?
– Да. Ты свободна? Базилио, пожалуйста, оставь в покое Тверона, – войдя в гостиную, я увидела, что мой кот опять пытается умоститься спать на псе Морана.
Я всегда знала, что Базилио выбирает для сна самые неудачные места, но с недавних пор ему понравилось спать на Твероне. Если пес ложился отдыхать, Базилио тут же мостился на нем. Нашел, черт раздери, лежанку.
Еще немного и, уверена, Тверон не станет этого терпеть.
Как жаль, что мой кот настолько безразличная к чужому комфорту скотина.
– Я хотела поехать к Лие. Нужно готовиться к занятиям, но, думаю, ничего страшного, если мы отложим это на один день.
Занятия.
Одно это слово заставило меня улыбнуться.
Со следующего месяца я тоже буду учиться в университете. В том же, в котором учится Конор. Правда, он на занятиях почти не появляется.
– Тогда давай на восемь. Я завтра хочу заехать к Ивону и, думаю, к этому времени освобожусь.
Я услышала медленный, тяжелый выдох Джулии. Она терпеть не могла моего брата. Как и он ее.
Они виделись крайне редко, но, когда это происходило, начинался апокалипсис.
Я раньше часто пыталась с ними поговорить. Понять, что вообще происходит, но со временем все-таки перестала это делать. Иначе, казалось, меня сметет смертоносным вихрем.
Джулия говорила, что мой брат грубый придурок. То, что она привыкла к воспитанным альфам, а Ивон, словно только недавно оказался среди людей.
Брат же говорил, что она жутко избалованная «принцесса». Раздражающая. Бесячая.
Я впервые видела, чтобы Ивона из себя выводила какая-либо омега. Он вообще обычно собран, спокоен, хладнокровен.
Сейчас Ивон тоже жил в центральном районе. В первую очередь по той причине, что ему больше не требовалось присматривать за «семьей».
Еще пять месяцев назад Конор временно отдал им один из особняков своей семьи. Дом, который они давно не использовали. При этом сделав для моей «семьи» пропуск через пункты.
Изначально альфы и омеги отказывались. Это шикарный шанс. То, что они никогда бы в жизни получить не смогли бы, но мы, живя в нижнем районе, привыкли полагаться лишь на то, чего могли добиться сами.
Но, в итоге я смогла их уговорить.
Естественно, Моран не просто так дал им жилье. Альф и омег из моей семьи отправили на учебу. После того, как они ее закончат, будут работать в корпорации Моранов.
Я не думаю, что Конору требовались новые работники. Особенно без образования и опыта. Скорее всего, желающих попасть к нему множество. Но все-таки он это сделал для дорогих мне людей.
За это я обожала Конора особенно сильно.
Ивон же занялся своим собственным делом. Он познакомился с альфой из центрального района. Они разговорились и в итоге открыли фирму по производству датчиков. Это не было спонтанным решение. Они к этому шли постепенно. Но, как оказалось, Ивон в технике понимает куда больше, чем можно было представить. Возможно, у него все-таки имели способности Аристократа, которые проявлялись подобным образом. Ведь никак иначе нельзя было объяснить то, что он без нужного образования мог настолько просто работать со схемами.
Изначально Ивон собирался продолжить жить в нижнем районе. Его, наверное, не волновало, где именно будет находиться его квартира, но все-таки так ближе к фирме. Да и мы могли видеться чаще.
– Хорошо, значит завтра на восемь, – сказала Джулия. – Как и всегда в «Релтоне»?
– Да.
Услышав, что входная дверь открылась, я сама этого не понимая, улыбнулась. Сердце часто, быстро забилось. Хотелось сорваться с места и побежать по коридору. Прыгнуть на своего обожаемого альфу.
– Завтра созвонимся.
Мы с Джулией попрощались и я, положив телефон в карман, быстро пошла по коридору, при этом опять чуть не спотыкнувшись об Остина, который вновь что-то куда-то тащил.
Енот все-таки жил с нами. К сожалению.
Но самое печальное, что в дом его притащила именно я. Это дикая, странная, казалось даже невозможная история, про которую я не хотела вспоминать. Конор до сих пор из-за нее подшучивает надо мной.
Еще буквально несколько секунд, и я увидела Морана. Он как раз закрывал входную дверь, но, когда я бросилась к нему, ловко подхватил меня. Приподнял за бедра и я ногами обвила его талию.
Конор своими губами жадно набросился на мои. Я руками обняла его за шею и простонала. Своим телом прижимаясь к его. Сходя с ума от того, как Моран безжалостно углубил поцелуй. Сделал его по-настоящему безумным и голодным.
Это было нашим обычным «Привет». Попыткой насытиться друг другом даже после малейшей разлуки. Жаждой выказать свое «Люблю».
