Текст книги "Кричи, моя Шион (СИ)"

Автор книги: Екатерина Юдина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 36 страниц)

Глава 6. Пришло

Блядское Привидение опять пришло.

Моран заметил это бесячее существо, когда шел в свою спальню. Сжимая огромной ладонью книгу до такой степени, что, казалось, еще немного и она рассыплется в пыль, Моран из окна смотрел на то, как Привидение опять осторожно кралось по его саду. Фонариком подсвечивая газон оно вновь что-то искало. Затем это существо в белоснежном платье село на тропинке и начало рвать траву. С прошлой ночи оно какого-то черта уже почистило небольшую часть заросшего сада. И вело себя тут, как у себя дома.

Раз за разом Привидение бросало опасливые, нервные взгляды на дом, складывая траву в одном месте, а Морана уже начинало изнутри пожирать, острыми клыками разрывать от ярости. До такой степени, что на глаза набрасывалась пелена. Мысли сжигало. Хотелось крови. Одного ее присутствия было достаточно, чтобы, чтобы альфа начинал понимать, что такое чистое, кровожадное безумие.

Привидение низкое, худое. Само по себе ничего не представляло. Существо, которое альфа никогда бы и не заметил, если бы оно само не появилось перед его дверью.

И кто бы мог подумать, что именно эта несуразная мелочь выведет Морана до такой степени, что уже теперь он не будет находить себе места.

Он прекрасно помнил о том, как оно пришло к нему впервые, а потом Моран очнулся в окружении полиции. Чувствующий себя настолько паршиво, как никогда ранее. Облитый вонючей жижей, от которой он первые часы даже отмыться не мог, так как не был в состоянии ходить. Сидел в кресле, чувствовал в волосах куски грязи. И даже дышать не мог от ярости.

Такого ему еще никто не делал.

Привидение поднялось на ноги, опять опасливо посмотрело на дом, после чего осторожно включило фонарик и опять пошло искать то, что потеряло тут.

А Моран думал лишь об одном – он уже выбрал дом, в подвале которого будет ее держать. Там можно будет привязать Привидение. Делать с ней все, что захочется. Чтобы оно кричало и плакало. Осталось лишь понять, как выдержать оставшихся полтора месяца.

Привидение скрылось за деревьями и уже теперь был лишь частично виден свет фонарика.

Моран опустил взгляд и посмотрел на браслет. Если бы датчики хотя бы на минуту отключились, он бы уже сейчас затащил ее в дом. Этот подвал тоже подошел бы. Держать это существо в одной из комнат даже этого уже давно не использующегося его семьей особняка, он не собирался. И все оставшиеся полтора месяца занимался успокоением своей ярости, которая пока что с каждым мгновением лишь нарастала.

Еще некоторое время альфа жутким взглядом смотрел на сад, но, уже не видя Привидение, пошел дальше. Входя в свою спальню, даже не попытался включить свет. Его больше не было. Раньше из-за ареста, электричество автоматически включалось на десять часов в сутки. Теперь, из-за продления ареста – на два. И сейчас явно не то время.

На тумбочке бесполезно лежал телефон. За последние полгода он ни разу не выполнил ни одну свою функцию. Можно было его и не брать. На доме стояла блокировка. Закрывала доступ в сеть, глушила сигналы. Так, что Морану никто не мог ни позвонить, ни написать.

Арест подразумевал полное уединение и альфа его получал.

Он лег на кровать и отбросил книгу на тумбочку. Сейчас читать бесполезно.

Внезапно раздался стук в входную дверь.

Моран открыл глаза. Посмотрел в темноту и у него дернулся глаз. На губах появился еле заметный, но жуткий оскал.

Блядское Привидение. Больше никто к нему прийти не мог.

Опять раздался стук в дверь.

Моран медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. Но стальное тело все равно до предела напряглось.

У него была своя жизнь. Все последние полгада альфа был от нее оторван. Заперт тут. И, это, конечно, своеобразно сводило с ума. Доводило до безумия, отсутствием работы и дел к которым он привык, но такой хрени с этим Привидением он точно не ожидал. Как оно вообще может приходить сюда?

Опять раздался стук в дверь и Моран сел на кровати.

Когда он спустился вниз и открыл входную дверь, Привидение стояло рядом с колонной, держась за нее ладонью, скрытой перчаткой.

У Морана еще сильнее начал дергаться глаз. Как же оно его уже достало. Как и эта черта на пороге, разделяющая их.

– Добрый вечер.

Добрый. Блять. Вечер.

Даже это ее идиотское приветствие доводило его буквально за мгновение.

Какой к чертям добрый вечер, если Привидение тут и Моран даже не может ей сделать больно?

– Я принесла тебе сигареты. Вдруг твои заканчиваются, – она быстро, немного подрагивающими ладонями полезла в свой небольшой рюкзак.

Моран окинул ее взглядом. Сегодня на этом существе другое платье. Оно более четко очерчивало фигуру. Возможно, она не такая уж и худая. Может, у нее вполне неплохое тело.

Альфа оскалился. Он явно двинулся за последние полгода одиночества и отсутствия секса, если уже решил оценить фигуру этого существа.

Вообще единственная омега, которая интересовала Морана – это его невеста. Официальная помолвка должна была пройти через три недели, но они жили вместе уже почти два года. Ровно с тех пор, как Джулии исполнилось восемнадцать. Они знакомы с детства и уже давно было ясно к чему в итоге все придет.

Джулия всегда уравновешивала Морана. Спокойная, скромная и тихая. Хрупкая, ее хотелось защищать. При этом, в постели она делала все, полностью удовлетворяя альфу. Они сходились друг с другом настолько хорошо, как, казалось, невозможно.

Но из-за этого блядского Привидения Моран еще один гон проведет тут взаперти, а не со своей невестой.

За это Привидение тоже заплатит своей болью.

Глава 7. Дверь

– … и вот, когда мне было четырнадцать, брат подарил мне кота. На тот момент я не была в восторге от этого. У меня школа, подработка, а домашнее животное требует много внимания. Брат вообще постоянно пропадал на работе. Еще и с этого кота столько шерсти сыпалось, что свитера можно было вязать. Но, в итоге, он оказался очень классным. До сих пор мышей ловит. Единственный минус – он по ночам любит топтаться по моему лицу…

– Нахрен ты мне все это рассказываешь? – Моран оборвал меня на половине фразы. Он привычно стоял на пороге. Опять полуголый – лишь в штанах, из-за чего я старалась не смотреть на него. Это неуважение к моему жениху. Но ярость исходящую от альфы я чувствовала прекрасно. Она выражалась в том, что пропитывало воздух. Жжением касалось кожи.

– Не знаю. Наверное, просто надеюсь, что ты, получше узнав меня, поймешь, что я живая омега, личность и тебе станет жаль меня убивать, – я еле заметно пожала плечами. – Как же ты после этого будешь жить, зная, что такого прекрасного существа, как я, больше нет?

Сейчас я сидела на полу на крыльце рядом с мраморной колонной. Естественно, предварительно постелив для себя пакет. Насколько бы ужасной не была ситуация, но я не хотела, чтобы мое белоснежное платье испачкалось. Его же потом не отстирать. А так, когда Моран освободится, меня хотя бы в чистом похоронят.

– Знаешь, иногда мне кажется, что у тебя уже получилось окончательно довести меня, – краем глаза я заметила, что Моран одной рукой оперся о дверной проем. – Но ты каждый раз удивляешь.

Прошла уже неделя с тех пор, как я начала ежедневно к нему ходить и за это время наши взаимоотношения ни капли не улучшились. Иногда мне казалось, что, наоборот, стало хуже. Но я старалась. Приносила Морану то, что могло хоть немного утихомирить его гнев. Сигареты, еду, даже аккумулятор притащила. Вот только, альфа ни разу у меня ничего не принял.

Но почему-то он каждый вечер продолжал выходить ко мне. Иногда мне приходилось очень настойчиво стучать в дверь. Звать Морана. Но все же наши встречи происходили.

Практически всегда альфа, находясь на пороге своего дома, молчал. Прожигал мрачным взглядом. Я пыталась завести диалог, но без ответа, это было все равно, что разговор с самой собой. В итоге, я психанула и начала говорить лишь бы что. Не уверенная, что Моран вообще меня слушал, но я хотя бы так заглушала неуютную, царапающую тишину.

И вот спустя несколько дней, Моран знал, что в моей школе продавались самые вкусные булочки с клубничным джемом и то, что я научилась печь практически такие же. То, что за последний год проезд на автобусе подорожал в два раза, поэтому лучше ездить на метро. То, что я не умею кататься на велосипеде, так как в детстве упала с него и разбила себе лицо. Еще поранила коленку и на ней до сих пор есть небольшой шрам, но вот на роликах я каталась с удовольствием. Я пересказала ему сюжет фильма «Чужие острова» и наконец-то затронула тему своего кота. Про Базилио я вообще могла рассказывать бесконечно. Как и показывать тысячу его фотографий.

Я не знала, насколько сильно Морана злила моя пустая болтовня. По атмосфере и по его взгляду и так было ясно, что, если бы не черта, разделяющая нас, я бы уже давно была разорвана на части.

Но я осознавала, что постепенно начала привыкать к Морану. Страх перед ним не стал меньше. Я все так же понимала, что за альфа передо мной, но так же я осознавала, что, каким бы чудовищем он не являлся, пока между нами есть эта черта, он со мной ничего не сделает. И к этому действительно привыкаешь. Чувствуешь безопасность.

– Ладно, – я достала телефон и посмотрела на время. Уже два часа ночи. – Мне пора идти. Спокойной ночи.

Я поднялась на ноги и начала собирать свои вещи. Моран ничего не ответил, но оставался около порога своего дома, даже, когда я уходила.

Уже будучи около ворот, я обернулась. Увидела, что альфа все еще смотрел на меня. Почему-то от этого было особенно жутко.

Я вышла на улицу и поплелась по тротуару. Я не могла исключать того, что в один день просто перестану приходить к Морану. Это могло произойти в любой момент. Хоть уже завтра. Ведь, чем больше я приходила к нему, тем более остро ощущала, что, возможно, нам так и не получится договориться. Для такого, как он – я лишь грязная пыль под ногами. Для Морана нет никакого смысла в переговорах.

Поэтому я отчетливо раздумывала над побегом. Пока что это казалось более чем нереальным. Невозможным, но я продумывала разные варианты и ждала возвращения брата. Нам нужно было подумать, что делать с нашей «семьей». Ведь, возможно, уже теперь наше присутствие в общем доме, может лишь навредить им.

***

В следующий вечер я вновь пришла к дому Морана и первый час привычно пыталась найти у него в саду Лунный камень. Он мне очень остро требовался, ведь, если мы с братом действительно убежим, деньги лишними не будут. К тому же я значительную их часть могу оставить нашей семье. Им так будет проще. Конечно, все, кто есть в нашей семье, работают и вносят вклад в общий бюджет. У них будет на что прокормить себя. Но, если у ублюдков из нашего района все же получится забрать наш дом, нашей семье придется искать новое жилье. А в нынешних реалиях это практически невозможно.

Опять внимательно обойдя сад я в итоге отчаянно села на газоне и ладонями накрыла маску. Да где же этот чертов камень?

Я опять продолжила его искать, но уже не зная, что делать, решила просто обойти особняк Морана. Рядом с ним камня точно быть не могло, но мне следовало охладить мысли.

Поднимая голову и, смотря на два верхних этажа, я услышала какой-то шорох и испуганно вздрогнула.

Но, опустив взгляд, тут же успокоилась, увидев, что ко мне из-за кустов вышел енот. Я не знала, откуда он тут взялся, но этот енот был таким толстеньким, хорошеньким.

– Боже, какой ты милый. Такой сладенький. И у тебя такие красивые, пухленькие лапки… О, черт, отвали! Отвали от меня!

Енот зашипел, оскалился и бросился на меня, когтями разрывая низ платья. Я понятия не имела, как он, будучи настолько жирным, может так быстро бегать, но в ужасе понимая, что еще немного и он мне лодыжки перегрызет, попыталась пнуть эту адскую тварь. Не получилось. Он опять бросился на меня и я побежала прочь. Быстро. Чуть ли не падая. Не слыша биения собственного сердца. Куда-то врываясь и захлопывая за собой дверь.

…Захлопывая дверь…

Какую еще к чертям дверь?

Широко раскрывая глаза, я оглянулась, понимая, что сейчас находилась в доме Морана.

Сердце забилось еще быстрее. Рванными обрывками. И мысли облило кислотой.

Тут темно, ничего не видно, но судя по очертаниям, это помещение что-то наподобие кухни. Кажется, я находилась сбоку особняка, когда влетела в него.

Енот, судя по грохоту, бросился на дверь и начал ее царапать. А у меня внутри все похолодело. Не дай бог Моран услышит этот шум и придет сюда.

– Уйди отсюда. Кыш, ты жирный, психованный монстр, – тихо прошептала, с опаской смотря по сторонам. Глаза еще не привыкли к настолько глобальной темноте, но Морана в этой комнате точно не было. Вот только, мне все равно нужно немедленно уйти отсюда.

Мысли сожгло, пока я задавалась вопросом, что хуже – Моран или обезумевший енот. Черт, конечно же Моран. Даже тысяча енотов до него не дотянут.

Но вместо того, чтобы быстро вылететь из дома, я на негнущихся ногах, практически не дыша, осторожно подошла к двери. Енот уже не настолько сильно царапался о нее и я решила минутку подождать. Главное, если появится Моран, ни за что не упустить этот момент и немедленно выскочить на улицу.

Нервным взглядом, неотрывно скользя по помещению, я наконец-то уловила тот момент, когда на улице стало тихо. Не могла быть уверена, что енот точно ушел, но и находиться тут больше не могла. Сейчас для меня дом Морана являлся самым опасным местом в мире. Ведь только тут он мог до меня дотянуться.

Положив ладонь на дверную ручку, я нервно опустила ее вниз.

Но дверь почему-то не открылась.

Я опять попробовала – безрезультатно. В итоге, я сильно толкнула дверь плечом – вот только, она не поддалась.

Горло сдавило чем-то невидимым и сердце сжало так, что кровь застыла, заледенела. Мысленно я еще пыталась успокоить себя. Заверить в том, что просто замок заело, но чем больше я возилась с дверью, тем сильнее нарастала паника. Черт раздери, она вообще никак не открывалась.

Я резко, быстро оглянулась. Тут были окна и я быстро побежала к ним, в полной темноте пытаясь огибать стол и стулья. Я ладонью прикоснулась к стеклу и мне стало совсем паршиво. Учитывая ситуацию, я бы без промедления разбила бы окно и выпрыгнула в сад до того, как на шум придет Моран, но эти окна небьющиеся. Такие и молотком не разбить. Ну, конечно, чего еще ожидать от дома настолько влиятельной семьи? Безопасность тут на высшем уровне. Хотя, это как раз других людей нужно защищать от них.

У меня ладони задрожали. Вообще всю затрясло от ужаса и я опять оглянулась по сторонам. Черт, что мне теперь делать? Как выйти из этого адского особняка?

Глава 8. Вечер

Я вновь быстро вернулась к двери. Долго толкала ее, тихо, но отчаянно дергала за ручку. Уже практически не дышала и постоянно панически замирала, прислушиваясь к тишине. Меня буквально раздирало от страха при мысли, что в любой момент сюда мог войти Моран. Еще хуже становилось от осознания, что эта дверь вообще никак не открывалась. Чтобы я не делала. Такое ощущение, что у нее замок заело. Был бы у меня ключ, я, может, что-нибудь и предприняла бы, но, черт раздери, замочная скважина была пустой.

Набравшись храбрости, я, больше не зная, что делать, из рюкзачка достала телефон, после чего очень осторожно включила фонарик. Комнату тут же залило светом, а я, уже успев отвыкнуть от него, поморщилась и буквально на мгновение зажмурилась. Затем быстро оглянулась.

Это помещение и правда оказалось кухней. Огромной. С мраморными столешницами, дорогущими кухонными шкафами из черного дерева, белоснежными стенами. Как для особняка, который давно не использовали – сплошное кощунство.

Быстро, но бесшумно проходя к середине комнаты, я попыталась найти еще одну дверь. С отчаянием надеялась, что мое положение не может быть уж настолько ужасным, вот только, никакого другого выхода не нашла. Лишь тот, который вел в коридор.

Все внутри тревожно забилось и я опять вернулась к двери, вот только свет абсолютно ничем мне не помог. Она не открывалась и все.

Мне пришлось выключить фонарик. Держать его включенным было слишком опасно – вдруг Моран это заметит?

Садясь на пол, я схватилась за волосы, скрытые вуалью, и сделала несколько глубоких, рванных и жутко взволнованных вдохов. И что мне, черт раздери, делать?

Пока что я видела лишь один выход – покинуть кухню и попытаться найти еще какую-нибудь дверь, ведущую на улицу. Или открывающееся окно.

Но сама мысль о том, чтобы зайти дальше в дом Морана, сотрясала от ужаса. А если я там случайно с ним столкнусь?

Слишком долго я неподвижно сидела на полу. Все еще с трудом дышала, но, черт, разве у меня имелся еще хоть какой-нибудь выход?

Я до сих пор не могла понять, как это меня угораздило оказаться в самом опасном для меня месте – в особняке Морана, но поднявшись на ноги, я попыталась совладать с внутренней дрожью. Ничего страшно, я сейчас найду другой выход из этого дома. Альфа даже не узнает, что я была тут.

Еще буквально около минуты приводя мысли в порядок, я в итоге наконец-то заставила себя выйти из кухни.

Я не могла больше пользоваться фонариком. Иначе буду слишком заметна, но постепенно мои глаза вновь начали привыкать к темноте. Лунного света, пробирающегося сюда через окна, было достаточно, чтобы видеть хоть какие-то очертания, но я все равно не могла понять, как Моран ходит тут в полном мраке.

Сердце безумно грохотало. Пустой, длинный коридор веял чем-то жутким, устрашающим и я время от времени замирала, постоянно прислушиваясь к тишине.

Постепенно я начала заглядывать в попадающиеся мне комнаты. Из них не было выхода наружу, но я проверяла хотя бы то, не открываются ли у них окна. Пока что мне чертовски не везло.

Уже теперь я могла бы сказать, что немного осмотрела особняк Морана. Не понимала, зачем мне это вообще сдалось. Как-то и без этого ранее жила отлично, но этот дом однозначно роскошный. Я увидела тут крытый, сейчас не работающий бассейн, домашний спортзал, гостевые спальни, помещение для прислуги, библиотеку. В последней, очень много книг было разложено по столу. Возможно, Моран их читал.

Я в жизни не бывала в настолько роскошных, богатых местах. Конечно, если, наверное, не считать дом моего покойного, чертовски старого, буквально столетнего отца. Но там я бывала лишь пару раз, еще будучи совсем ребенком, поэтому мало что помню.

Несколько раз завернув за спутанные повороты в коридоре, и, осмотрев еще около десяти комнат, я остановилась и спиной прижалась к стене, лихорадочно осматриваясь по сторонам.

Кажется… я заблудилась. Поняла это, когда комнаты начали повторяться и на стенах я стала видеть те картины, которые уже замечала ранее.

Я и так была не совсем в себе, а после понимания этого, мысли вообще воспалились. Да какого черта этот особняк настолько огромный?

Сделав несколько шумных вдохов, я попыталась заверить себя, что паниковать рано. Моя главная цель – найти холл. И я с ней справлюсь.

Еще я попыталась успокоить себя мыслями, что тут очень тихо. Скорее всего, Моран на втором этаже. Сейчас уже практически час ночи. Поскольку я, как обычно не стала ровно в одиннадцать часов вечера стучаться в его дверь и тревожить альфу, возможно, он вовсе спит. Посчитал, что я просто не пришла и наслаждается тишиной.

Я пошла дальше. В конце коридора увидела открытую дверь. На несколько секунд замерла. Бросила взгляд назад. Это что ли тупик? Или через эту дверь можно выйти в другой коридор?

Я осторожно заглянула в нее. Кажется, за этой дверью была гостиная. Я максимально тихо и аккуратно вошла в нее. Прошла мимо камина и осмотрела окна. Они тоже не открывались. Нужно возвращаться обратно.

Я уже практически подошла к двери, как кое-что уловила.

Шаги, еле слышно звучащие в коридоре.

У меня нервные окончания обожгло раскаленной сталью. Волосы встали дыбом и сердце рухнуло вниз. Тот ужас, который я испытала, невозможно описать ни одними словами. Это ведь Моран? Черт, конечно, он. Больше в этом особняке никого нет.

С паникой, на негнущихся ногах, отступив назад, я успела лишь отскочить к стене, как звук шагов приблизился.

Прошло буквально еще одно судорожное мгновение, как я увидела, что Моран вошел в эту комнату.

В блеклом свете луны, я заметила, что он был практически полностью голым, если не считать огромного, банного полотенца, обернутого вокруг бедер. Волосы мокрые и растрепанные. Возможно, альфа только вышел из душа.

Держа в ладони чашку с предположительно чем-то горячим, ведь из нее шел пар, Моран пошел к столу, на котором лежало несколько книг. Во мраке он двигался уверено, лениво. Словно уже давно привык к темноте и был тут, словно кровавый хищник, полностью состоящий из мрака.

А я, спиной вжимаясь в стену и, стараясь делать вид, что стала ее частью, чувствовала, как сердце разбивалось на мелкие части и все внутри сжигало паникой. Я уже успела привыкнуть к черте между нами. К безопасности. Вот только, черт раздери, я сейчас ни того ни другого не имела.

И отсутствие черты, ощущала, как удавку сжавшую шею и уже начавшую душить. Медленно и изощренно убивать.

Я затаила дыхание. Быстро, судорожно оглянулась по сторонам, но тут даже спрятаться негде. Рядом с этой стеной вообще ничего не находилось.

Спиной сильнее прижавшись к ней так, что тело уже заболело, я вообще не дышала, когда Моран прошел буквально в паре метрах от меня.

Пожалуйста, умоляю, не оборачивайся. Не смотри сюда. Не оборачивайся, не оборачивайся, не оборачивайся. Пожалуйста, не оборачивайся.

Моран обернулся.

Черт!

Изначально, альфа безразличным взглядом скользнул по стене и, в том числе по мне, после чего все так же лениво отвернулся. Пошел дальше.

Как резко остановился. Настолько быстро повернул голову в мою сторону, что растрепанные, мокрые волосы упали на глаза.

Его брови взметнулись вверх и Моран впился в меня взглядом. В комнате повисла тишина. Ни я, ни он не двигались. Казалось, что время замерло. Атмосфера изменилась и взгляд альфы ощущался физически. Как то, что насквозь прожигало тело. Краем глаза я заметила, что Моран сжал чашку до такой степени, что на тыльной стороне ладони проступили вены, а меня изнутри уже кроваво пожирало ужасном.

– Привидение? – позвал он меня, разрушая тишину.

– Да? – прозвучало, как чертов писк. И это явно не то, что я сейчас должна была ответить.

– Ты в моем доме, – он не спрашивал. Произнес это, как факт, от которого тело начало разрезать ножами.

Моран все так же не отрывал от меня взгляда. Кажется, даже не моргал. И смотрел так, что мне серьезно хотелось сжаться и стать частью стены. Или провалиться сквозь землю. Да сделать все, что угодно, но лишь бы не быть тут.

– Я… Это получилось случайно. Я ходила по твоему саду, а там из кустов выбежал психованный енот. Я просто пыталась спастись от него. Он мне даже платье разодрал. Видишь? – быстро затараторила на одном дыхании, расправляя низ платья и показывая порванные клочки. – Потом еще и твою дверь заело, я не могла выйти и… Я… Я заблудилась тут, – я сделала шумный вдох. Вновь повисла гнетущая, тяжелая тишина. Я сильно прикусила нижнюю губу, после чего очень осторожно уточнила: – Можешь, пожалуйста, показать, где тут у тебя выход?

Некоторое время Моран все так же стоял неподвижно. Вновь приподнял бровь. И лишь спустя несколько долгих секунд, он медленно протянул руку вправо. Поставил чашку на стол.

В полумраке мне показалось, что на губах Морана появилось что-то сродни еле заметной улыбки, больше похожей на жуткий оскал.

– Ты в моем доме, – повторил он, словно пробовал эти слова на вкус, после чего альфа еле заметно наклонил голову набок. – Ну, добрый вечер, Привидение.