Текст книги "Кричи, моя Шион (СИ)"
Автор книги: Екатерина Юдина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 36 страниц)
Глава 9. Начали
На всякий случай, я сделала шаг вбок. Ближе к двери, но расстояния до нее все равно было слишком много. И каждый сантиметр ощущался, как острая, раскаленная игла, вонзающаяся вглубь тела. Глубокий вдох. Я попыталась заверить себя в том, что все хорошо. Моран же не настолько сильно ужасный, чтобы мне что-нибудь делать.
Стоило этой мысли вспыхнуть в голове, как мой внутренний голос громко рассмеялся. Конор Моран не настолько ужасный? Ага. Конечно.
Я сделала еще один шаг вбок, но это не скрылось от Морана. Учитывая то, как он неотрывно смотрел на меня своими жуткими серыми глазами, альфа абсолютно точно заметил и первое мое движение в сторону двери.
– Ты куда-то собралось? – спросил он, еле заметно наклонив голову набок. Словно просто доброжелательно интересовался. В его исполнении это выглядело так, что я уже начала задыхаться от паники.
– Нет… То есть, да, – я сделала еще шаг к двери, передвигаясь бочком. Все еще прижимаясь спиной к стене, словно не в состоянии от нее отлипнуть. – Мне домой нужно. И… спасибо, ты можешь меня не провожать. Не хочу тебя тревожить.
Боже, пожалуйста, пусть это чудовище останется стоять там. Не тронет меня. Умоляю. Обещаю, что брошу есть булочки по ночам. На этот раз точно, а не как в прошлой неделе или в прошлом месяце, или накануне нового года. Да вообще, блин, всегда.
– Ты уже дома, Привидение, – произнес Моран.
– Что?..
– Ты тут будешь жить ближайший месяц.
У меня горло сдавило и я застыла, от испуга и едкой взволнованности сжимала ладони в кулаки до такой степени, что швы на перчатках врезались в кожу. Что он имеет ввиду? У меня имелось несколько предположений, но ни одно из них мне не нравилось. Причем настолько сильно, что сознание горело адским огнем.
– Пожалуйста, не трогай меня. Умоляю, – быстро прошептала, с такой мольбой в голосе, словно от этого зависела моя жизнь. Но ведь именно так и было. – Я понимаю, что по отношению к тебе облажалась, но я правда сделала это не специально. И… ведь в тебе есть что-то человеческое. Умоляю, прояви милосердие.
– Проявить милосердие? Какая мерзость, – Моран произнес это так, словно я предлагала ему что-то в крайней степени неприличное.
Я сильнее вжалась в стену. Уже теперь до боли и хруста в теле. Быстро бросила взгляд в сторону двери, но, черт, до нее все еще было далеко.
– Мы… Мы же с тобой в последнее время неплохо общались и… О, боже, зачем тебе провод? – испугано спросила, смотря на то, как Моран выдернул провод из сейчас неработающего светильника.
– Да так. Хочу нормально поприветствовать тебя в своем доме.
Наши взгляды встретились и что-то внутри меня завопило: «БЕГИ!».
Я это и сделала. Резко сорвалась с места и быстро побежала к двери. Дыхание сразу же сбилось. Все внутри до боли сжалось, но я даже пары шагов сделать не успела, как огромная ручища перехватил меня за талию и рывком дернула назад, выбивая весь воздух из легких и вжимая в огромное стальное тело.
Каждый раз, находясь на крыльце особняка Морана, я молилась на черту, находящуюся между нами и, в тот же момент, до дрожи боялась того, что будет, когда ее не станет.
И сейчас… у меня дыхание перехватило. Что-то нещадно ударило по нервным окончаниям, словно ток и буквально на несколько секунд мое сознание к чертям отключилось. Я чувствовала лишь огромную ручищу Морана жестоко сжимающую меня за талию. Безжалостно, грубо, вдавливающую меня в его тело так, что я спиной чувствовала все еще мокрые после душа, горячие, рельефные мышцы, ужасающие своей скрытой мощью. И то, как его горячее дыхание коснулось моего уха. Оно проходило через вуаль и, касаясь кожи, оставляло ожоги.
– Куда ты собралось, Привидение? Мы только начали «хорошо» проводить время.
Глава 10. Ладонь
– Отпусти! – я чуть не оглохла от собственного крика и обезумевшего биения сердца, барабанной дробью отдающегося в ушах. Мне не просто стало страшно, казалось меня парализовало от ужаса и, в тот же момент, совершенно не чувствуя собственного тела, я изо всех сил, лихорадочно пыталась вырваться. Даже ногтями впилась в руку Морана. Была готова ее разодрать, но из-за перчаток не могла оставить даже минимальных отметин.
Альфа резко дернул меня за шиворот платья и я рухнула на пол. Настолько сильно ударилась локтем и бедром, что тут же взвыла от боли, но все равно попыталась отползти. Не получилось. Моран одним коленом упершись в пол, между моих ног, перехватил мои руки и запястья перемотал шнуром.
– Отпусти! Это… это не сойдет тебе с рук, – если бы не маска, я попыталась бы его укусить, но так лишь извивалась под альфой. Пыталась ударить его ногой.
– Неужели? – Моран завязал провод. – Привидение не знает насколько мало значит твоя жизнь?
Я судорожно сглотнула. Моран прав. Такие, как я – жители нижних районов, пропадают каждый день и никто нас не ищет. То есть, для таких, как он моя жизнь не ценнее пыли. Неравенство и обесценивание жизни уже давно укоренилось, но еще никогда ранее оно не пугало меня настолько сильно, как сейчас.
Моран опять дернул меня на себя, на этот раз перехватывая и забрасывая к себе на плечо, словно мешок с картошкой. После этого он меня куда-то понес.
– О, боже, что ты задумал? – панически спросила. – Ты меня насиловать будешь? Да? Только не это, пожалуйста. Умоляю. Не насилуй меня. Тебе не понравится. Я… Я уверена.
– Да неужели? – Моран вынес меня в коридор.
– Да, – произнесла куда более громко, чем следовало, но я сейчас даже свой голос толком не контролировала. – Я… хожу в такой одежде потому, что моему жениху стыдно за меня. Я очень уродливая. У меня зубы кривые, нос огромный, на заднице целлюлит, лодыжки кривые, ноги волосатые…
– Заткнись, блять, Привидение. Я не собираюсь тебя ебать.
– Правда? – тут же спросила с надеждой. Затем, настороженно, тревожно добавила: – Ты же альфа и полгода тут без…
Черт, зачем я это произнесла? Зачем на подобном вообще акцентировать внимание? Но это как раз то, что не давало мне покоя. Сжирало. У меня в доме жило около десяти альф и я прекрасно знала, что без секса они сходят с ума. Становятся неадекватными. Для них секс так же важен, как и воздух.
– Да, я альфа. Ты – блядское Привидение и помойка. Я не буду засовывать в тебя свой член.
Он. Назвал. Меня. Помойкой.
Ладно. Хорошо. Это не самое плохое, что случилось со мной за эту ночь. Да и я с удовольствием буду помойкой, лишь бы Моран меня не тронул.
– Тогда, что ты собираешься делать? – нервно спросила, пытаясь понять, смогу ли я вырваться из его хватки. В таком случае абсолютно точно упаду на пол. С такой высоты это будет больно, но я была готова на все лишь бы убежать.
– Пусть для тебя это будет сюрпризом.
Моран сделал еще несколько шагов и почему-то остановился. Посмотрел в окно.
Я опять лихорадочно попыталась оценить свои возможности вырваться, но, случайно посмотрев в окно, стиснула зубы до такой степени, что скулы заныли.
В саду по траве бегал тот самый енот. Он счастливо резвился, сукин сын такой.
– Так ты не лгала насчет енота.
– Ты думал, что я вру? – я чуть не взвыла. Эмоционально меня раздирало на части. Если бы я знала, что в итоге все выйдет так, лучше бы подралась с этой пушистой тварью и абсолютно точно надрала бы ему зад.
– Хорошая зверушка, – Моран пошел дальше. – Позже обязательно кину ему еды.
Почему-то я не сомневалась в том, что Моран и этот монстр, найдут общий язык. Они оба еще те психопаты.
Когда Моран спускался по лестнице, я все-таки попыталась вырваться. Пусть мои руки и были плотно связаны, но я понадеялась, что смогу ухватиться за перила. Не получилось. Одно мое движение и альфа сжал меня так, что я взвыла.
Но первым этажом Моран не ограничился. Когда он пронес меня по коридору и опять начал спускаться по лестнице, у меня внутри все похолодело. Моран нес меня в подвал.Кажется, с чего-то такого начинаются фильмы ужасов.
Уже теперь я начала еще сильнее вырываться, кричать, звать на помощь. Даже понимая, что это бесполезно, не могла остановиться.
Моран спустил меня вниз, после чего бросил на что-то сравнительно мягкое. Правда, от этого легче не становилось. Я чуть себе руку не вывихнула и не сразу поняла на чем сейчас лежала. Лишь когда попыталась судорожно подняться, осознала, что, возможно, это диван.
Моран перехватил меня. Опять прижал к дивану.
– Я сказала подруге, что иду к тебе, – быстро сказала. Солгала, чувствуя ужасающий вес тела альфы. Он одну руку держал на моем плече, удерживая на месте. Второй перехватил мои связанные ладони. – Она вызовет полицию, если я не вернусь домой.
– Отлично. Как раз посмотрим, сколько стоит твоя жизнь, – наклоняясь, Моран за что-то зацепил провод, которыми были завязаны мои руки. Так, что теперь они были закреплены над моей головой. – Как ты думаешь, сколько мне придется заплатить, чтобы они закрыли глаза на то, что ты тут? Я думаю, что пары тысяч хватит. Не больше.
– Я бесценна, черт раздери, – сорвалось с моих губ уже гневное. От паники меня эмоционально штормило из стороны в сторону.
– Ты никчемное Привидение…
Моран не договорил. Я попыталась ударить его ногой, но альфа ее перехватил. Я лишь сейчас поняла, что мое платье сильно задралось и его ладонь коснулась обнаженного бедра.
У меня весь воздух выбился из легких и что-то мощное, незримое не просто ударило по мне. Оно раскаленным ножом прошло там, где сейчас находилась ладонь альфы. Я подумала о том, что это от страха перед Мораном и от того, что сейчас его рука была там, где ко мне еще ни один альфа не прикасался, но сердце пропустило удар, а затем забилось так, словно в тело вонзили иглы.
Почему-то Моран замер. Мне хватило и я больше не пыталась его ударить, но альфа почему-то не убрал руку. Вообще не двигался. В тишине полностью темного помещения я слышала лишь глубокое, медленное, тяжелое дыхание альфы. И чувствовала то, что его ладонь почему-то сильно напряглась.
Глава 11. Подвал
Тишина не просто затянулась. Она стала глубокой, плотной. Пропиталась тем, что чернотой, ожогами проходило по нервным окончаниям. И растворяясь в секундах, казалось, уже длилась вечность.
Я рвано выдохнула, но почему-то не могла даже пошевелиться. Откуда-то взялось ужасающее ощущение того, что на моей шее сомкнулись острые клыки монстра.
– Моран… – позвала его. В полной темноте я даже очертаний альфы не видела, но чувствовала то, что он все еще не двигался и его рука на моем бедре стала еще более напряженной. Будто превращаясь в горячую сталь.
И мне это не нравилось. Это же ненормально? Да? В обычных случаях альфы ни с того ни с сего не замирают, словно превращаясь в камень.
– Моран, пожалуйста, умоляю, убери руку, – прошептала быстро. Испуганно.
Альфа не убрал ладонь, но в еле уловимом движении воздуха, я почувствовала, что он наклонился ко мне и, кажется, сделал медленный, глубокий вдох.
Его ладонь на моем бедре сжалась сильнее, уже теперь точно причиняя боль. Я зашипела, испуганно дернулась. Резко попыталась отстраниться, в то время, как Моран рукой скользнул выше. Уже теперь пальцами задевая ткань трусиков. Кожа в тех местах тут же вспыхнула. Сердце пропустило несколько ударов. Я начала панически вырываться. Попыталась свести ноги, но альфа второй рукой сжал мою коленку и отбросил ее в сторону. Грубо. Даже больно. Словно намек, чтобы я не смела этого делать.
Я закричала, а он навис надо мной, уже теперь ложась между моих раздвинутых ног. Своим весом вжимая в диван. Наклоняясь к шее и делая еще один вдох. Опять поддевая мою ногу под коленкой, но на этот раз забрасывая к себе на бедро. Я тут же попыталась ее убрать, но Моран сжал ее так, что я закричала от боли. Еще один ужасающий, жестокий намек на то, что я должна быть послушной.
Моран наклонился ниже. К моей шее. Делая еще несколько глубоких, жутких вдохов, второй рукой поднимаясь выше и сильнее задирая мое платье. Уже теперь практически до талии.
Его пальцы поддели ткань моих трусиков и я закричала от страха. Судорожно начала вырываться. Вот только это совершенно не действовало на Морана.
Но все-таки, дернув мои трусики вниз, альфа почему-то остановился. Даже в полном мраке, я почувствовала оскал Морана, с которым он отстранился от меня настолько же резко, как и все это началось.
Мое сердце билось гулко, обрывками. Мысли плавились и руки горели болью от того, как я пыталась освободить их.
Моран окончательно отстранился от меня и поднялся с дивана. Вскоре я услышала его отдаляющиеся шаги. Скрипнула деревянная лестница. Затем хлопнула дверь.
Альфа покинул подвал?
Эта мысль врезалась в сознание, пытаясь дать хоть какое-то облегчение, но ничерта не получалось. А вдруг Моран сейчас вернется.
Я судорожно ерзала на диване. Пыталась развязать руки и, наверное, если бы не длинные рукава платья, разодрала бы себе запястья до крови.
***
В моей жизни многое происходило, но я с уверенностью могла сказать, что эта ночь была одной из самых ужасных.
Моран больше так и не пришел, но легче мне от этого не становилось. Во-первых, я не могла быть уверенной в том, что это не произойдет в любой момент. Во-вторых, жуткое, царапающее нагнетание повисшее в воздухе давало понять, что теперь мое положение настолько ужасно, что даже на мгновение мне расслабляться не стоит. Уже теперь, кажется, меня вообще ничего хорошего не ждет.
Я так и не смогла освободить руки, но натерла запястья до такой степени, что пальцы онемели. И, чувствуя опустошающее, медленно убивающее отчаяние, я попыталась сделать хотя бы так, чтобы подол платья опустился обратно вниз. Это было настолько сложно, как казалось, невозможно. Я часами ворочалась, но смогла добиться того, что платье опустилось до колен. Хотя бы так. При этом я все еще чувствовала, что мои трусики находились ниже, чем следовало.
Чертов Моран. Он ведь готовил, что не будет меня трогать!
Хотя… Я для него, как грязь под ногами. Такие, как он вообще не разговаривают с такими, как я. Просто делают то, что хочется.
Меня еще долго пробирало ужасом от того, что произошло ночью. В обычной жизни Моран бы и не взглянул на меня. Тем более, на меня вообще нечего смотреть. Но тут, взаперти, после того, как он полгода провел без секса, что для альф было критично… Меня серьезно ужасом пробирало.
Ночью, поняв, что не смогу освободиться, я еще долго неподвижно лежала на диване.
Тут пахло сыростью и пылью. А еще в подвале было настолько холодно, что уже вскоре я начала дрожать.
Я понятия не имела, как в таком состоянии смогла заснуть, но, наверное, все равно проспала не больше пары часов, а само пробуждение было настолько адским, словно по мне поезд проехался.
Я даже не сразу поняла, где именно нахожусь. Лежала, практически не дыша, часто моргала, до тех пор, пока спустя несколько секунд, по мне валунами не ударили воспоминания о вчерашней ночи. Захотелось громко взвыть, закричать, но я лишь закрыла глаза и какое-то время делала быстрые, рванные вдохи.
Мои руки заныли и невыносимо болели, но, пытаясь хоть немного перевернуться, чтобы облегчить эту муку, я взглядом скользнула по помещению и тут же застыла.
Оказывается, тут ближе к потолку находится небольшое окно. Ночью я его не заметила. И сейчас оно тоже много света не давало, ведь было закрыто кустами, но теперь я хотя бы могла рассмотреть помещение.
Подвал огромный. Очень. Стены серые. Видно, из-за того, что за домом толком не ухаживали, они частично покрылись плесенью.
И тут складывали кое-какие вещи. Около правой стены стояло несколько коробок. С левой стороны, в кучу сложенные стулья, словно их туда просто побросали. И, наверное, из-за ненадобности, сюда спустили три кресла и два дивана. Как раз на одном из них я лежала.
Глава 12. Стулья
Мне все-таки удалось освободить руки и за это я отдала соответствующую цену – запястья были разодраны и ногти под перчатками поломаны. Руки болели так, что я ими толком шевелить не могла, но, учитывая то, в каком положении я провела всю ночь и то, что несколько часов возилась с проводом, это не странно.
Как только я освободила запястья, замычала от боли, но тут же поднялась на ноги и, немного пошатываясь, поплелась к лестнице. Осторожно. Тихо. Боязно. Оказавшись около двери, прислушалась, но, уловив лишь тишину, с замиранием сердца решилась на то, чтобы попытаться выйти. Положила ладонь на ручку. Опустила ее вниз и… ничего. Дверь оказалась закрытой.
Я несколько раз проверила. Даже отчаянно ударилась об нее плечом. Затем опустилась на верхнюю ступеньку и дрожащими ладонями закрыла маску. Что. Мне. Делать?
Скорее всего, в моей «семье» уже заметили мою пропажу. Сегодня моя очередь готовить завтрак, а я к этому всегда относилась ответственно. Возможно, не сумев до меня дозвониться, Фия или Элла попытаются зайти ко мне на подработку, но, поняв, что я и там не появилась, «семья» начнет бить тревогу. Вот только, что они сделают?
Только Фиа знает про мою ситуацию с Мораном, но, к сожалению, она не считает меня достаточно ненормальной, чтобы посчитать, что я могла бы опять пойти к нему. Скорее всего, «семья» решит, что меня забрали те, кто людей вылавливают и продают. К сожалению, у нас это не редкость. И «семья», конечно, будет меня искать. Я в этом не сомневалась, но, черт… Во что я влипла?
Снимая маску, я сильно, до жжения ладонью потерла лицо. От каждого движения рук, они ужасно болели. До такой степени, словно их что-то разрезало, но даже это сейчас не имело значения.
Я поднялась на ноги, спустилась вниз и опять оглянулась по сторонам. Рано опускать руки. Пока есть возможность, нужно что-то делать. Срочно.
О том, что я была далеко не в самом лучшем состоянии, я старалась не думать. Не выспавшаяся, уставшая, жутко испуганная, с болью во всем теле. Еще и потребности моего организма уже давали о себе знать.
Но я пошла к коробкам. Попыталась там найти то, чем можно было бы открыть дверь. Но увидела лишь старое барахло. Безбожно дорогое, но барахло. Раритетные подсвечники, книги, вышитые скатерти, рамки для фотографий. Я понадеялась, что отыщу тут то, чем хотя бы смогу защититься, но навряд ли у меня получится остановить Морана, если брошу в него подсвечником.
В итоге я притащила стул к стене и попыталась дотянуться к окну. И так понимала, что стекло там небьющееся, но все равно несколько раз ударила по нему углом рамки для фотографии.
Я вообще много чего делала. Судорожно. Панически. К сожалению, все бестолково. И где-то в глубине сознания я это прекрасно понимала, но меня буквально трясло от ужаса, когда я думала о том, что будет со мной в этом доме.
– А чего ты ожидала, Шион? – падая на диван, я обратилась к самой себе.
На этот момент я уже была в том состоянии, когда мне требовалось хоть немного времени для того, чтобы отдохнуть. Иначе я просто упаду и отключусь.
И вот лежа на диване я думала о том, что вообще-то чего-то такого следовало ожидать. Я ведь понимала, что Моран освободится от домашнего ареста. Просто кара настигла меня немного раньше. Но, может, он хотя бы моего брата не тронет?
Хотя, учитывая то, что сделал Ивон…
Перевернувшись на бок, я долго смотрела в пустоту. Вернее, на гору сваленных стульев. Почему их там кинули? Почему нормально не поставили? Еще и ножки так хаотично торчали в разные стороны? Разве нельзя было расставить их около стены? Места же было бы больше.
Я долго гипнотизировала эти стулья. Отворачивалась от них, затем опять прожигала взглядом.
В итоге, не выдержав, я пошла их расставлять около правой стены. Разгребла всю кучу. Поставила ровно. Затем принялась разбирать коробки, складывая в них вещи по порядку. Попыталась кое-где оттереть плесень, но это без толку. Нужно специальное средство. Интересно, Моран мне его даст если я попрошу?
Я как раз пыталась передвинуть диван, чтобы он стоял более ровно, как дверь открылась.
Моим первым порывом было то, что я схватила маску лежащую на диване и быстро нацепила ее на лицо. В нашем доме я иногда оставаясь наедине снимала маску, но слыша шаги, тут же ее надевала. Это уже было, хуже привычки впитавшейся в кровь.
Обернувшись, я увидела Морана. Он стоял на верхней ступеньке и мрачно смотрел на расставленные стулья, на коробки, которые я перетащила к другой стене и разложила по размеру. И на кресла, которые я уже успела поставить друг напротив друга. Мне казалось, что так будет красивее.
– Что ты делаешь, Привидение?
– Убираю, – нервно пискнула, делая несколько шагов назад.
Глава 13. Поцелуй
Моран немного опустил веки и некоторое время мы в полной тишине смотрели друг на друга. Он – мрачно, буквально прожигая. Я – испуганно, практически на негнущихся ногах отходя к стене.
Стоило альфе появиться в подвале, как тут даже воздух стал тяжелее. Атмосфера изменилась. Она начала сильно давить и впиваться в кожу тем, что по венам распространяло ужас. Я слышала, что сильные альфы могут подавлять одним своим присутствием, но лишь с Мораном ощущала каково это.
– Не знал, что младшая сестра Долана настолько ненормальная, – альфа пошел вниз по ступенькам. Под его огромным весом они жалобно скрипели. – Как же ты такая ебанутая живешь в этом мире?
– Я всего лишь люблю чистоту, – произнесла, еле шевеля губами.
Я с напряжением, от которого сжимало каждую частицу тела, неотрывно наблюдала за тем, как расстояния между нами становилось все меньше. Вспоминая о том, что произошло ночью, я чувствовала, как кровь леденеет.
– Пожалуйста, отпусти меня. Я же могу быть тебе полезной, – произнесла с той мольбой, от которой даже дыхание срывалось. – Я же… единственная, кто может приходить сюда. Я могу тебе что-нибудь приносить.
Скорее всего, я просто убегу и больше не вернусь, но сейчас я решила это не уточнять.
– Да, единственная. Мне до сих пор интересно, как ты это делаешь, – Моран спустился с последней ступеньки. Его голос до сих пор обжигал мрачностью.
– Если нужно, я могу передать какие-то послания твоей семье. Или… или, например, твоей невесте.
Неотрывно смотря на альфу, я заметила, как черты его лица изменились и в голубых глазах появилось что-то похуже ярости. То, что вот так сразу, без разбору могло кровожадно убить. Словно я невольно прикоснулась к тому, что ни в коем случае трогать нельзя.
– Если еще хоть раз кто-то из вашей блядской семьи появится рядом с моей невестой, я вас разорву на части.
Моран был в гневе. Я это прекрасно чувствовала и паника внутри меня стала лишь сильнее. Вздрогнув, я вжалась в стену так, словно от этого зависела моя жизнь.
– Я… Я поняла. Я к ней не буду подходить, – быстро произнесла. – И мой брат тоже. Клянусь, когда он поцеловал ее, Ивон не знал, чья она невеста. Он вообще не знал, что у нее уже есть жених.
Я еще хотела сказать, что у нее до сих пор нет помолвочного кольца и визуально вообще никак нельзя понять, что она уже занятая омега, но вины брата это совершенно никак не уменьшало.
Она ведь из богачей и это уж точно сразу видно. Нам, рядом с такими, как она, даже дышать нельзя, а Ивон, черт раздери, видите ли влюбился.
Я до сих пор не могла понять, как брат мог влипнуть во что-то такое. Говорят, что Джулия Карпентер очень красива. Настолько, что альфы рядом с ней теряют головы. Но ведь Ивон всегда мыслил рационально, а тут что?
Она ведь не отвечала на его знаки внимания. Всегда говорила, чтобы он убирался прочь. Раздражалась тем, что Ивон опять приходил. Разве не ясно, что он ей не интересен? Но, нет, вместо того, чтобы оставить Джулию в покое, брат поцеловал ее и этим подписал себе смертельный приговор. Тем более, это произошло рядом с рестораном и подобная новость тут же разлетелась. Ивон стал знаменит. В плохом смысле этого слова.
После этого он и узнал, чья она омега. До этого ему не было известно даже ее имя.
Я любила своего брата. Очень. Но, черт, альфы иногда такие придурки.
Если бы только Ивон не таскался за этой омегой и в итоге не поцеловал бы ее, мы бы с ним не оказались в таком положении.
– Пожалуйста, пойми, это лишь недоразумение и мой брат… если бы он знал, что…
– Заткнись, Привидение, – Моран, проходя мимо дивана, поднял руку и, прежде чем я хоть что-то успела понять, его ладонь сжалась на моей шее. Сильно. Перекрывая доступ к кислороду. – Ты больше ничего не будешь говорить про мою невесту. Я не желаю, чтобы хоть одно слово о ней срывалось с твоего грязного рта. Поняла?
– Я… Я… – меня захлестнуло ужасом. Особенно от осознания того, что я не могу дышать.
– Я спросил – ты поняла? – на губах альфы появился яростный оскал.
– Да… Да, я поняла…
– И про твоего брата я тоже больше ничего не желаю слышать, – Моран наклонился. Так, что его горячее дыхание коснулось уха, через вуаль. – Нет смысла говорить про того, кто скоро сдохнет.
Альфа разжал пальцы и я рухнула на пол. Панически хватаясь за горло. Пытаясь делать вдохи. Мысли разорвало в клочья и последние слова Морана кроваво резанули по сознанию. Содрогаясь, я разомкнула губы. Была готова опять умолять не трогать Ивона, но в итоге не произнесла ни слова. Понимала, что именно в это мгновение подобное для меня не закончится ничем хорошим.
Моран сел в кресло. Лениво. Положив одну руку на подлокотник. И ему явно было плевать, что он только что чуть меня не задушил.
