Текст книги "Белая птица над темной водой (СИ)"
Автор книги: Екатерина Белецкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц)
– Очень разумные мысли, особенно для голой девицы, – покивал Ит. – Элин, надень рубашку, пожалуйста. Через полчаса привезут одежду.
Глава 3
Явление Белой птицы
3
Явление Белой птицы
'Сон, который в этот раз увидел Динозавр, показался ему нелепым, несуразным, и совершенно непонятным – потому что Динозавр не мог осознать и сотой доли того, что увидел в этом сне. А приснилось ему вот что.
В тёмном, неразличимом, но, кажется, изрядного размера, кабинете, плавал пластами густой дым кум-фумо, и в этом дыму тут и там возникали лица – по большей части обрюзгшие, с полуоблезшими перьями, неприятные, недовольные. Часть этих лиц казалась знакомой, часть он (а кто, собственно, был этот самый «он»?) вроде бы когда-то где-то видел, но вспомнить, где именно, и кого он видел, не представлялось возможным, потому что надолго в поле зрения лица не оставались. Обстановка в кабинете царила нервическая, неспокойная, где-то в отдалении то и дело звонили фоны (что такое фоны?..), а невидимые существа беспрестанно переговаривались и переругивались.
– Урезать на шестьдесят процентов? А они с голоду не передохнут? – спрашивал кто-то.
– Они-то? – хохотнул в ответ кто-то. – Не переживай за них. Поверь, у каждого что-то где-то да припрятано. Переживут. Народ у нас ушлый. Строят из себя нищих и несчастных, но у большинства есть кубышечка, и шкафы забиты отнюдь не старыми тряпками…
– Недовольство растёт, – заметил другой голос.
– А ты сделай так, чтобы не росло! – рявкнул следующий голос. – Это твоя работа, между прочим! Вы соображаете, что мы не можем ничего отдавать по старым расценкам, мы так по миру пойдем!
– А если не отдать, пойдем вперед ногами, – вставил ещё кто-то, кажется, тот, кто говорил первым. – Нас не будут терпеть до бесконечности.
– Сколько надо, столько и будут, – огрызнулся тот, кто говорил про работу и рост. – Можно поступить так, как поступают… они. Делать одно, а говорить при этом другое. Доходит? Или как?
Он (опять этот непонятный «он») встал, откашлялся, и произнес:
– Надо их переключить. Кто у нас ещё неотмеченный, с чистыми перьями? Лодочники были, стрелочники были, самые умные были… но ведь кто-то ещё точно остался.
– Отличная идея, – произнес тот, который говорил о терпении. – Рифмоплёты! Их не трогали. Пока. Можно начать, это даст нам отсрочку. Давайте поступим следующим образом…
Каким именно образом они были намерены поступить, Динозавр не дослушал, потому что именно в этот момент его разбудил голос Дейна.
– Привет, – произнес Дейн. – Как вы поживаете, Великий Динозавр?
– А? Чего? Да чтоб тебя, – Динозавр рассердился. – Прекрасно поживаю, спасибо. Я спал, а ты меня разбудил. И я тебе это припомню, так и знай.
– Извините, – кажется, Дейн смутился. – Вы видели во сне что-то особенное?
– Да, – кивнул Динозавр. – Видел. А ты мне не дал досмотреть.
– Мне очень жаль, – искренне произнес в ответ Дейн. – Но что же вы такое видели?
– Ты, дурак, не поймешь, – Динозавр переступил с ноги на ногу, и Дейн проворно отскочил в сторону. – Я, правда, и сам не очень понял, но непременно бы разобрался, если бы ты мне не помешал.
– Честное слово, я не хотел, – Дейн смиренно опустил голову. – Я не нарочно. Просто, понимаете ли, вид вашей раны очень меня беспокоит. Она увеличилась, и, кажется, гноится по краям…
– Иди. Отсюда. Прочь, – со злостью сказал Динозавр.
– Сейчас пойду. Но там, в вашей этой ране, не хватает большого количества мяса, – Дейн отступил ещё на один на шаг. – И я, и мои коллеги, и родственники очень обеспокоены тем, что это может кончиться пло…
– Слушай, мелочь, сколько раз мне тебе повторить: «не лезь ко мне», чтобы ты это понял? – спросил Динозавр. – Я не нуждаюсь ни в твоём мнении, ни в твоей помощи. Мясо? Вырастет. Куда оно денется. А ты – иди прочь. А то я махну хвостом, и тебя больше вообще ничего не будет беспокоить.
– Ладно. Всего вам наилучшего, – кивнул Дейн, и поскакал через болото, перепрыгивая с кочки на кочку.
Какой наглец, с неприязнью подумал Динозавр. Ненавижу, когда кто-то вмешивается в чужие дела. Проводив Дейна взглядом, он повернул голову на длинной шее, и посмотрел на спину. Да, рана действительно выглядела не очень, но боли Динозавр не ощущал – поэтому он подумал, что следует всё-таки что-то предпринять, но вовсе не то, о чём говорил Дейн. Они видят, догадался он. Они видят мою спину, и в этом проблема. Значит, надо сделать так, чтобы не видели. Динозавр опустил голову, зачерпнул пастью болотной жижи, и выплюнул её на спину. Грязь покрыла рану, но не полностью, поэтому Динозавр повторил процедуру ещё несколько раз, пока не убедился в том, что рану теперь не видно совершенно. Просто немного испачканная грязью спина, да и всё. Прекрасно, удовлетворенно подумал он. Не видно, и ладно. Если чего-то не видно, значит, ничего и нет. Он удовлетворенно вздохнул, и побрёл по болоту дальше.
– А вот интересно, – размышлял Динозавр. – Дейн, если бы оказался в моём сне, кем бы стал? Он самый умный, или лодочник, или стрелочник, или рифмоплет? Понятия не имею, что это такое, но почему-то кажется, что он либо рифмоплет, либо самый умный. В любом случае, шел бы он куда подальше. И как же отвратительно пах тот дым! Может быть «он» – что такое этот «он»? – сумеет сделать так, чтобы дыма больше не было? Хорошо было бы заснуть, и увидеть, что дыма нет. Знать бы ещё, что за штука этот самый дым кум-фумо, и откуда он берется…'
* * *
Следующую встречу Королева назначила уже не на планете, а на её собственной базе, и на базу эту следовало прибыть вместе с сопровождением, они же пилоты, они же охрана, они же – догадаться несложно – соглядатаи. Не привыкать, заметил Скрипач, когда увидел распоряжение, ну и ладно, собственно, другого мы и не ждали. Ит пожал плечами, и ответил, что выбора у них нет, и давай-ка соберем вещи, потому что вылет завтра утром, а заставлять себя ждать нехорошо. Она этого не любит. Да, она этого действительно не любит, согласился тогда Скрипач. И никогда не любила. Ни в реальном мире, ни на Берегу.
Сборы, впрочем, много времени не отняли, потому что за два года они вещами обзавестись толком не успели. Разве что совсем мелочи, типа двух коллекционных чашек, купленных исключительно из-за рисунков, которые на них были, имущества Бао, и небольшой сумки с одеждой для Элин. Два рюкзака, сумка Элин, и контейнер Бао. Вот и все сборы.
– Мы в этот раз молодцы, – похвалил Скрипач всю компанию. – Мы сумели не обрасти хозяйством, не накупили ерунды, и не засадили двор цветами и огурцами. Даже уходить отсюда в результате почти не жалко.
– Немножко жалко, – возразила Бао. – Я привыкла к этому домику. Он милый.
– Ты кошка, – напомнил Скрипач. – То есть это в тебе говорит сейчас кошка. Кошки, знаешь ли, действительно привязываются к жилью.
– Знаю, – Бао вздохнула. – Может быть, так и есть. Но… наша раса тоже привязывается к жилью. Только жилье обычно побольше.
– Размером с планету, – подсказал Ит. – Верно?
– Верно, – легко согласилась Бао. – Ит, вот ты сейчас пишешь эту историю, про Динозавра. У них, если я поняла правильно, домов нет. И в связи с этим у меня вопрос – а они способны к чему-нибудь привязываться? И Дейн, и этот самый, Великий?
– Что за сказка? – тут же встрял Скрипач.
– Я балуюсь писаниной, – признался Ит. – Так, ерунда. Поток сознания.
– Знаю я твои потоки сознания, – покачал головой Скрипач. – Дашь потом почитать?
– Потом дам, – Ит вздохнул. – Но уже совсем потом. Рыжий, я только начал, там пока что читать нечего. Что же до твоего вопроса, Бао, то ответ будет позже. Напишу, и всё сама увидишь.
– Ладно, – нехотя согласилась Бао. – Ну что, давайте ложиться спать? Вставать рано, лететь долго, если я правильно поняла.
– Давайте, – Элин улыбнулась. – Ит, я читала «Насмешников». Ту версию, которая есть на Окисте, в Скивет. Это… забавно. В этот раз тоже будет забавно?
– В этот раз, боюсь, нет, – покачал головой Ит. – Но если ты хочешь, чтобы было забавно, могу вставить для тебя пару смешных эпизодов.
– Не надо, – тут же ответила Элин. – Это будет насилие над идеей. Если в твоей идее нет ничего про смех, а ты туда его запихнешь, это будет выглядеть натужно и неестественно. Пиши, как пишется.
– Спасибо, – кивнул Ит.
– За что? – удивилась Элин.
– За уважение к идее, – ответил Ит.
* * *
Путешествие заняло двое суток, и оказалось весьма странным – потому что шли не через Транспортную сеть, и не через альтернативные, а использовали короткие проходы, которые выстраивал, кажется, какой-то весьма серьезный Мастер путей. Самого Мастера, впрочем, они не видели. И вообще никого не видели, потому что выходить из роскошной двухкомнатной каюты им было строго запрещено. Судя по всему, Королева решила сохранить местонахождение своей базы в тайне, и в этом преуспела. Ит подумал, что предосторожности выглядят излишне серьезными, ведь им двоим вполне достаточно было бы просто сказать, что следует делать, а что нет, но потом понял, что Королева страхуется не от них двоих, а от Элин и Баоху. Что ж, резонно. Здесь, в этой части галактики, атлант себя никак не проявляли, и Королеве, по всей видимости, известно о них совсем немного. А раса-резидент, живущая тайно, скрытно, обладающая мимикрией и высочайшей приспособляемостью – это очень серьезно, и это может стать проблемой. Королева не любит проблем. Именно поэтому за Баоху следили весь срок пребывания её на планете, и продолжают следить сейчас. И неважно, что Бао доброжелательна, неважно, что она соблюдала все поставленные условия (а их было немало, например, псевдо-кошке было запрещено покидать участок, на котором стоял домик), вообще ничего неважно, а важно лишь то, что подобная неизвестность вызывает страх, настороженность, и недоверие. Бао, кстати, не возражала. Она моментально приняла поставленные условия, и честно просидела два года в домике, выходя лишь иногда на улицу, подышать воздухом.
Когда корабль прибыл на базу, их тут же отвезли в ещё более роскошные апартаменты, и снова посадили под замок. На вопрос Скрипача – надолго ли, был дан ответ, что ненадолго, двое или трое суток. Простите, но таковы условия, ответил тогда сопровождающий. Мы ждём прибытия Её Величества, а сейчас мы выполняем данное нам распоряжение. Так что располагайтесь, и ждите.
– Это какая-то другая система, – уверенно сказал Скрипач, когда они остались в апартаментах вчетвером. – Интересно, они планируют нас ещё куда-то затащить впоследствии, или мы уже на месте?
– С чего ты взял, что это другая система? – спросила Бао.
– Восемь прыжков, – пожал плечами Скрипач. – Причем два из них длительные, по четыре с лишним часа. Корабль шёл через локальные порталы, которые создавал Мастер. Ты не почувствовала?
– Что-то я точно почувствовала, но, к сожалению, я впервые оказалась на подобном корабле, – Бао потупилась. – Вдруг они просто катали нас вокруг той же звезды, чтобы сбить с толку?
– Я так не думаю, – покачал головой Ит. – Мы действительно далеко. Но эта территория находится в границах конклава, разумеется. Понимаешь ли, тут вот какая штука. Мы знаем Софию уже очень давно, и ей нет смысла нас обманывать. То, что нам ничего не показали – это не от недоверия. В большей степени это сделано для того, чтобы не навредить нам.
– Чем это может навредить? – удивилась Бао.
– Тем, что мы можем попасть к кому-нибудь в руки, и у этого кого-нибудь возникнут к нам вопросы, – объяснил Ит. – При тех вводных, которые есть сейчас, задавать нам эти вопросы бесполезно, и это станет понятно очень быстро. Да, мы были на одной из личных баз Её Величества, но мы не видели базу полностью, и не знаем, где она расположена.
– Погоди, – нахмурилась Элин. – Но мы же отсюда как-то должны будем улететь? Или…
– Или, – пожал плечами Ит. – Уверен, что про расположение базы и её устройство мы ничего не узнаем, даже если очень захотим.
– Совсем не узнаем? – удивилась Элин.
– Совсем, – Ит вздохнул. – Вот увидишь.
* * *
Ит оказался прав. Трое суток они провели бездельничая, любуясь в искусственное «окно» имитацией звездного неба, проходя постановки, которых в местном архиве, предоставленном им, было несметное количество, отсыпаясь в шикарных спальнях с прекрасными симбиотическими кроватями, и наслаждаясь дорогущей натуральной едой, причем такого качества, какое было ещё поискать. Скрипач признался, что не ожидал увидеть в меню живых устриц, маринованное филе рыбы арза, дальней родственницы селедки, желе «туми», изготовленное из водорослей, натуральный белый хлеб, изобилие свежих фруктов, и что ему заказывать такую еду немного стыдно, потому что всё это стоит сумасшедших денег, да ещё и доставка подобных деликатесов в такие места, как эта база, дело не просто сложное, а очень сложное. Не переживай, посоветовал тогда Ит. Во-первых, это ненадолго. Во-вторых, ты сам говорил, что не отказался бы от селедки с картошкой. В-третьих, мы в результате так ничего и не заказали, если ты не забыл. И, в-четвертых, с тобой явно что-то не то, раньше ты из-за подобных вещей не смущался. Да, это верно, согласился тогда Скрипач. Давай хотя бы картошки и хлеба закажем. И селедки. Что-то подсказывает, что нам нескоро удастся её ещё раз попробовать.
Впрочем, вскоре им стало не до селедки.
Потому что на четвертые сутки на базу прибыла Королева.
* * *
– У всех есть свои маленькие секреты, – Королева, одетая в этот раз в форму дипломатического отдела Официальной службы, села в кресло, и удовлетворенно вздохнула. – Я рада, что получилось вас сюда доставить. Конечно, полностью мой маленький секрет я вам не открою, но, думаю, вам будет вполне довольно того фрагмента, который окажется в вашем распоряжении.
– Вероятно, так и будет, – кивнул Скрипач. – Но мы пока не знаем, о чём идет речь.
– Нехорошо напрашиваться на подарки, – покачала головой Королева. – Хотя о чём я? Это же подразумевалось. Да, вы здесь, чтобы получить в своё распоряжение транспорт, который требуется для исследований и работы. Вы знаете меня, я всегда держу своё слово. Однако в этом случае мне пришлось подумать, что именно следует вам отдать.
– Неужели это один из самолётов с Берега? – спросил Скрипач. Королева не выдержала, и усмехнулась.
– Ах, если бы, – сказала она. – Увы, рыжий, техника оттуда здесь существовать не может, ты же знаешь. Поэтому вам придется довольствоваться тем, что есть в моём распоряжении. Я отдам вам «Белую птицу». Это одна из моих личных яхт, и, поверь, это не худший вариант из возможных. «Avis Alba» – универсальный корабль, созданный по специальному проекту. Очень хороший корабль.
– Мы летали на хороших кораблях, – заметил Скрипач.
– Знаю, – Королева снова улыбнулась. – В том числе на том, что создавал Ри Торк. Следящие системы, доклады в указанную точку с использованием скрытых трансивер-передатчиков, мимикрия на уровне этак шестого…
– Седьмого, – поправил Скрипач.
– Но уж точно не девятого, – хмыкнула Королева. – Значит, так. Сегодня я вас познакомлю с кораблём, а завтра вы начнёте учиться работать с ним в связке. Не думаю, что обучение займет много времени, вы умудрялись водить даже секторальную станцию Бардов, но… я хочу быть уверена, что вы нашли с «Птицей» общий язык, и сможете ею управлять.
– Обычно корабли высокого уровня всё делают сами, – сказал Ит.
– И этот тоже, – покивала Королева. – Но не всё так просто. У «Птицы» есть ряд особенностей, которые могут показаться вам необычными.
– Например? – нахмурился Скрипач.
– Например, то, что она построена на базе катера Сэфес, который был мне когда-то подарен, – тихо сказала Королева. – Очень и очень давно. Вы ни о чём не догадались?
– Нет, – покачал головой Скрипач. – Пятый и Лин не говорили ничего о том, что они дарили кому-то…
– Кто тебе сказал, рыжий, что это были они? – прищурилась Королева. – До них тоже были «они», а до тех «они» были другие «они»… неважно. Думаю, Птица расскажет вам обо всём сама. Позже. Если захочет.
– У корабля есть свобода воли? – спросил Ит.
– Да, – кивнула Королева. – Равно как и всей техники Сэфес. Думаю, не стоит объяснять, что наличие любых следящих систем в данном случае просто невозможно, потому что Птица этого бы не позволила.
– Я летал на катере Сэфес, – сказал Ит тихо. – Он не проявлял себя подобным образом.
– Потому что он являлся частью существующего корабля, – беззвучно ответила Королева. – А Птица… Птица не является частью корабля, который существует.
– Почему? – спросил Скрипач.
– Потому что корабля больше не существует, – ответила Королева.
Ит покачал головой.
– Знаешь, София, ты… ты уникум, – сказал он. – Сколько ты живешь на самом деле? И что знаешь? Ведь не просто так ты сейчас…
– Пропасть, – совсем уже беззвучно произнесла Королева. – Раньше мой маленький, светлый, уютный остров окружало ласковое море. А теперь – моря, тёплого и доброго, больше нет. И мой остров становится всё меньше, потому что куски отламываются от него, и падают в эту пропасть. Там, внизу, недосягаемо далеко, тёмная, ледяная вода, которая грозит поглотить мой остров, не оставив от него даже воспоминаний. Я дарую вам последнюю надежду, которая у меня осталась – Белую Птицу. Пусть она пронесет вас над тёмной водой, и, может быть, вы сумеете найти ответ.
– Мы попробуем, – так же тихо сказал Ит. – Но… София, а если надежды нет? Что тогда?
– Тогда уже больше ничего не будет иметь значения, – ответила Королева. – Ты ведь не хуже меня это понимаешь, верно?
– Так и есть, – кивнул Ит. – Да, ты права. Так и есть.
* * *
Ангар был расположен в дальней части базы, и везли их в этот ангар в закрытой капсуле, которая была подана прямо в каюту, которую они занимали. Бао и Элин в этот раз брать не стали, впрочем, зив и атлант на знакомстве с кораблём не настаивали. Мы вас подождем, сказала Бао. Ничего страшного.
Ангар оказался большим, и был рассчитан минимум на двадцать средних яхт, но в нём находился сейчас всего один корабль, стоявший в самом центре огромного пустого зала. Капсула высадила их троих на верхнем ярусе зала, точнее, на балконе, который опоясывал зал по периметру, и мгновенно растаяла. Восьмой или девятый уровень, подумалось тогда Иту. Это вам не платформа с антигравом из шестёрки. Жаль, что София никогда не расскажет всей правды – ни о себе, ни о том, что на самом деле представляет собой Санкт-Рена. Мирная, добрая, ни с кем не ссорящаяся Санкт-Рена, в которой тайн, кажется, больше, чем можно себе вообразить.
– Знакомьтесь, – произнесла Королева. – «Avis Alba». Птица, это твои новые хозяева. Тебе не кажется, что они напоминают старых? Хотя я, конечно, могу ошибаться.
– Приветствую, – голос, произнесший это слово на всеобщем, был женским, приятным – не слишком высокий, не слишком низкий, красивый. – София, ты решила поиграть в deus ex machina? Кажется, тебя забавляет эта роль. Оделяешь сирых и убогих благами, которые они без твоего участия никогда бы не получили, и наслаждаешься ощущением собственной значимости?
– Это кто тут сирый и убогий? – с подозрением спросил Скрипач.
– Ты, – тут же ответил корабль. – Разве нет? Сирый – означает беспомощный, несчастный, и одинокий. Убогий – нищий, скудный, и бедный. Судя по крайне довольному выражению лица Софии, можно сделать вывод, что в данный момент мною озвучено реальное положение вещей. Это легко проверить. На ваших счетах суммы столь мизерные, что не достойны рассмотрения. Семья, которую вы рассчитывали найти, исчезла. Беспомощность тоже в наличии, потому что вы в данный момент столкнулись с обстоятельствами непреодолимой силы. Счастливыми вас перечисленные моменты явно не делают. И где я не права?
– Вот и познакомились, – вздохнул Ит. – Да, рыжий, Птица действительно права. Кроме того, она, кажется, привыкла так шутить с той инкарнацией, которая была с ней в контакте… а когда, собственно, вы работали вместе? – спросил он, обращаясь к кораблю.
– Пятьсот сорок девять тысяч лет назад, – уже серьезно ответила Белая Птица. – Приветствую тебя, Рес. И тебя, Трис. Знаю, сейчас у вас другие имена, но позволю себе один раз назвать вас так, как помню. Думаю, вы не обидитесь.
– Нет, конечно, – Ит улыбнулся. – Как лучше тебя называть?
– Авис, – ответил корабль. – Или Птица, как удобнее. Это одно и то же.
– Меня зовут Ит, а сирого и убогого – Скрипач или рыжий, – сказал Ит. – Разрешишь нам спуститься к тебе?
Королева одобрительно посмотрела на него.
– Да, разумеется, – ответил корабль. – Я жду вас.
* * *
Сверху, с балкона, корабль действительно был похож на огромную белую птицу – то ли чайку, то ли голубя, вот только форма крыльев у этой птицы казалась странной, потому что крылья, составленные из узких пластин, действительно напоминающих перья, образовывали сейчас два полукружья, обрамлявшие узкий, удлиненный корпус. В длину корабль был около сотни метров: скромный размер для яхты, обычно в Санкт-Рене малая яхта имела в длину от двухсот метров, и больше. Корабль был красивым, и выглядел необычно – в первую очередь, конечно, из-за крыльев, непонятно для чего предназначенных.
– София, а для чего нужны крылья? – не удержался от вопроса Скрипач.
– Это добавила сама Авис. Пластины многофункциональны, но, в первую очередь, это оружие, – объяснила Королева. – Разумеется, сама она им управлять не может, а вот кто-то другой – да. Вы не хуже меня знаете, что техника Контроля, любая, не предназначена для нанесения ущерба кому бы то ни было, но… ситуации бывают разные, в этом мы с Птицей убедились на практике не единожды.
– Ты много на ней летала? – спросил Ит.
– Порядочно, – Королева вздохнула. – Но это было давно. С некоторых пор Птица находится здесь, а мне приходится использовать другую технику. Не настолько сложную, скажем так.
– Сложную – в этическом плане? – уточнил Ит. Королева кивнула.
– Именно, – согласилась она. – Мир, который нас окружает, несколько проще, чем представления о нём Авис. Но для вашей задачи, как мне кажется, лучший вариант сложно придумать.
– Видимо, да, – согласился Ит. – Конечно, перед отправлением нам нужно будет адаптироваться друг к другу, но не думаю, что с этим возникнут проблемы.
– Мне тоже так кажется, – покивала Королева. – К тому же, подозреваю, впоследствии у вас найдется много общих тем для общения.
– О, это да, – Скрипач нахмурился. – Уже сейчас у меня появилось множество вопросов. Но они пока подождут.
– Да, с вопросами лучше повременить, – согласилась Королева. – Это верная мысль.
* * *
Корпус корабля оказался бионический, работы зивов – впрочем, этому Ит не удивился, чего-то подобного он и ожидал. Движки, однако, были какой-то незнакомой конструкции; он спросил о них Королеву, и тут же выяснилось, что это не движки, а имитация, выполняющая совершенно другую функцию. На самом деле Авис использует для движения системы катера, который встроен в корабль.
– София, подожди, – попросил Ит. – Катер находится внутри корабля? То есть корабль построен вокруг него?
– Выращен, – поправила Королева. – Частично выращен. А частично сконструирован и собран.
– Зивы позволили состыковать свою модель живого корабля и чужую технику, построенную на совершенно иных принципах? Производные кремния, органика, механика, и технологии Сэфес, созданные сетевыми инженерами? Вместе? – искренне удивился Скрипач. – Такое вообще возможно?
– Да, – пожала плечами Королева. – Возможно. Почему бы и нет. Наверное, нужно уточнить: во время работы вне этого ангара Авис маскируется под яхту седьмого уровня, человеческой сборки, и, разумеется, свою истинную природу никому не показывает. Изнутри тоже ничего нельзя понять, так что на эту тему можете не волноваться.
– Спасибо, что предупредила, – вздохнул Скрипач. – А я-то уже собирался волноваться. Мы, сирые и убогие, очень нервные существа, знаешь ли.
– Ещё с Берега помню, – подтвердила Королева. – Авис, впусти нас, пожалуйста, – попросила она. – Мы посмотрим ядро, и для первого знакомства, пожалуй, этого хватит.
– Как скажешь, София, – ответила Авис. – Добро пожаловать на борт.
* * *
Рабочие и жилые зоны корабля выглядели хорошо, но не более. Такой яхтой мог владеть, к примеру, руководитель какой-нибудь средних размеров корпорации, или глава медицинского подразделения, или капитан миссионерского корабля Санкт-Рены. То есть яхта предназначена для начальства, но не самого большого, и оборудована соответствующе. Дипломаты, амбассадоры, или ученые высшего звена конклава Санкт-Рена тоже вполне могли претендовать на такую яхту, поэтому – сомнений в этом не было – никаких лишних вопросов она не вызовет. Интересно, за кого выдавала себя Королева, когда путешествовала на этой яхте сама?
– Авис, пропусти нас в ядро, – попросила Королева, когда они зашли в кают-компанию. – Мы ненадолго. Ядро должно нас увидеть, как ты понимаешь.
– Сейчас, – откликнулся корабль. – Открыть проход отсюда, или подойдете ближе?
– Отсюда, – ответила Королева. – У тебя будет время на пересборку внутренней части. К тому же, думаю, тебе так или иначе придется это сделать.
– Новые пассажиры, конечно же, – тут же ответил корабль. – Я поняла. Проходите, знакомьтесь. Не буду вам мешать.
Внутренняя часть катера Сэфес, являющаяся ядром «Avis Alba», была, как и положено недействующему катеру, совершенно пустым овальным помещением, с кольцевым источником света, точнее, с неярко светящейся размытой световой полоской, проходящей по периметру всего пространства. Королева прошла через открывшийся вход первой, Ит и Скрипач последовали за ней.
– Думаю, вам не нужно рассказывать, что следует делать, – негромко сказала Королева.
– Не нужно, – подтвердил Скрипач. – Мы знаем. Лин и Пятый много раз рассказывали об этом, к тому же мы и сами управляли техникой Контроля, так что без проблем. Не переживай, София, мы быстро.
Они вышли в центр помещения, и остановились. Ит закрыл глаза, сосредоточился, а потом создал первый образ – тёплый, мягкий, пушистый световой шарик, висящий в пустоте. Несколько секунд шарик не двигался, и ничего не происходило, а затем вокруг него возник вихрь света, полупрозрачного, опалового, искрящегося. Ит чуть увеличил шарик, и позволил ему двигаться вместе со световым потоком. Рядом с первым шариком он заметил второй, и понял, что Скрипач создал аналогичный образ. Хорошо, это правильно. Резонанс.
Эмоции – радость, узнавание, ожидание. Далее – согласие. Световой вихрь превратился в тёплый дождь, и пустоты больше не было, дождевые капли сейчас падали в появившееся внизу небольшое озеро. Ожидание окончено, создание резонансной модели завершено. Снова возник свет, лучи сперва были нематериальны, но мгновением позже они начали ощущаться, как нечто осязаемое, вещественное; лучи закрутились в спираль, ярко вспыхнули, и пропали в наступившей тьме.
– Ну вот и познакомились, – резюмировал Скрипач. – Можно выходить.
* * *
– София, скажи, сознание Авис – это ведь не сознание катера, верно? – спросил Ит. Они уже попрощались с кораблем, и вернулись в каюту.
– Не совсем, – покачала головой Королева. – Сознание Авис – это ассимиляция сознания катера, сознания интелектронной системы механической части корабля, и сознания органической части, созданной зивами. Три эти компонента составляют синтетическую личность, являющуюся сознанием Авис. При создании корабля нужно было совместить три этики – интелекронной системы, этики зивов, как расы, и этики Контроля. Именно это и делает Авис по-настоящему универсальной, понимаете? То, что допустимо для зивов, недопустимо для Контроля и интелера. То, что допустимо для интелера, недопустимо для Контроля и зивов. То, что допустимо для Контроля, недопустимо, а порой недостижимо, для интелера и зивов. Однако нам удалось соединить три эти системы в одну. Это и делает Авис по-настоящему универсальной.
– И крайне опасной, верно? – спросил Ит. – София, ты ведь понимаешь, что вы создали на самом деле?
– Конечно, – кивнула Королева. – Отлично понимаю. Именно поэтому я и держала Авис… на чёрный день. И этот чёрный день наступил. Причем раньше, чем я предполагала.
– Но почему ты решила отдать Авис нам? – спросил Скрипач.
– Потому что вам она нужнее, чем мне, – Королева опустила голову. – Я не справлюсь с такой задачей. Знаете, я думаю, что иногда сила заключается в том, чтобы иметь смелость признать своё бессилие в некоторых ситуациях. К тому же… – она запнулась. – К тому же я ведь не просто так дала вам статус ST в своё время.
– Ты знала, – Ит покачал головой. – У тебя был катер предыдущей инкарнации, и ты о нас знала. И все эти годы, даже на Берегу, не сказала ни слова.
– Да, – Королева посмотрела на него. – Так и есть. Знаешь, Ит, я очень надеялась, что это моё знание уйдёт вместе со мной. Что оно не пригодится. Что я никогда не достану из рукава эту карту. Я надеялась, что время для последнего пути ещё не пришло, что есть просвет, что есть будущее. Что я смогу что-то решить, кому-то помочь, что-то исправить. Вылечить, починить, построить, создать, прийти, спасти, улучшить. Но… сейчас я понимаю, что этого всего больше нет. И не будет. Помните, в начале и в конце «Азбуки» были строки про ветер? – спросила она. – «Ах, какой ветер, какой ветер… Сумасшедший, тёмный, он играет стаями чёрных птиц, раскачивает деревья, грозясь вырвать их с корнем, и забросить куда-то в серое мутное предвечернее небо, гонит редких прохожих, подталкивая их в спины, он несет с собой промозглую влагу неожиданного зимнего тепла, и весь город охвачен этим ветром, и подчинён ему, и тревога летит с ним над городом, тревога и безнадежность, и нет от него спасения. На самом деле спасения нет вообще. Они придут. Они придут за ней уже совсем скоро, и бесполезно таиться и прятаться, ведь они всемогущи, и ей нечего, совершенно нечего им противопоставить», – процитировала она. – Это верно. Именно так и есть, и этот страх, о котором говорится в книге, реален, он существует, и вовсе не как художественный образ. Вы ведь теперь понимаете, от кого бежала Аполлинария, кто настигал её… и настиг. Эта книга стала для меня недостающим звеном. Так что – Авис теперь ваша, проходите ассимиляцию, осваивайте управление, и в путь. А я буду ждать от вас вестей. Любых.
– София, эти вести могут оказаться плохими, – сказал Ит тихо.
– Лучше плохие вести, чем неизвестность, – ответила Королева. – К счастью, мне нужно просить вас о том, чтобы вы не давали мне пустых надежд и сладкой лжи. Вам я могу верить. Это… это немало.
– Спасибо тебе, пилот, – Ит вздохнул. – Да, ты права. Во всём этом места для лжи уже не осталось.
