Текст книги "Белая птица над темной водой (СИ)"
Автор книги: Екатерина Белецкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 23 страниц)
Глава 22
Над темной водой
22
Над тёмной водой
'К утреннему визиту Дейна подготовились основательно. Полночи лягушки размазывали по площадке запасы клея, а вторую половину ночи Усатик и Гривастый засыпали этот клей тончайшим слоем пыли, чтобы его не было видно. Лягушки могли прыгать по присыпанному клею совершенно спокойно, а вот Дейн точно прилипнет, потому что он тяжелее, он продавит своим весом пыль, и увязнет намертво. Что, собственно, и требуется. Приготовления закончили к утру, и только после окончания работы Усатик полез будить задремавшего Динозавра.
– Всё готово, – доложил он, когда Динозавр открыл глаза. – Вы так крепко спали, Великий Динозавр. Вам снилось что-то важное?
– В некотором смысле, – ответил Динозавр. – Мне снился мой хороший друг. Правда, я не знаю его имени, и называю его просто вермис, но дружба с ним очень важна для меня.
– Вермис? – с легким удивлением переспросил Усатик. На секунду Динозавру показалось, что Усатик хочет сказать что-то важное, но – Усатик, помедлив, усмехнулся в усы, и заговорил на совершенно другую тему. – Уважаемый Великий Динозавр, мы закончили приготовления. Посмотрите, пожалуйста, на нашу работу.
Динозавр глянул вниз. Площадка выглядела почти так же, как вчера, разве что стала чуть ровнее.
– Он ничего не заметит, – уверенно сказал Динозавр. – Вы молодцы. Хорошо потрудились.
– Мы старались, – подтвердил Усатик. – Великий Динозавр, хорошо ли вы помните все детали нашего плана?
– Разумеется, я отлично их помню, – ответил Динозавр сердито. – Сперва он приходит. Потом начинает говорить, мы слушаем, а в это время его лапы вязнут в клее. Потом вы его немножко подразните, если это потребуется, чтобы проверить, хорошо ли он прилип, а затем я бью. Всё.
– Да, да, совершенно верно, – с восхищением произнес Усатик. – Какая у вас фантастически феноменальная память! Аж зависть берет. Прекрасно, с планом всё понятно. Давайте теперь проверим подвижность вашего хвостика, а потом…
– Не хвостика, а хвоста, – резко сказал Динозавр. – Откуда вы это взяли, про хвостик?
– Нефила так говорит, – залебезил Усатик. – Она вас любит, так сильно любит, что переделывает слова, называющие части вашего тела, в ласковые. Животик, ножки, хвостик. Нам тоже понравилось, вот мы и подхватили.
– Заканчивайте с этим, – приказал Динозавр. – Лапки и хвостики плохо соотносятся с моим величием. Или ты не заметил?
– Заметил, как же я мог не заметить, – заверил Усатик. – Значит, нам надо проверить подвижность вашего хвоста. Хвостища. Гига-мега-хвостового агрегата. Супер-дупер-хвостовой установки.
– Вот это другое дело, – тут же подобрел Динозавр. – Иди ко мне на спину, проверяй. Сейчас пошевелю, ты посмотришь, и доложишь.
– Нормально вроде! – крикнул через пару минут Усатик. – Чуть вниз проседает, надо повыше держать!..
– Так я вроде и держу повыше, – сказал Динозавр.
– Мало, ещё выше надо. Ага, вот так. Это будет идеально. Всё, опускайте, – Усатик шустро перебежал по спине Динозавра, лавируя между грязью и паутиной, обратно к голове Динозавра. – Всё готово. Можно звать Дейна.
…Дейн прибежал через один пияво-час, но на площадку он сразу почему-то не перебрался, а вспорхнул на груду лежалой травы, которая валялась неподалеку от Динозавра. Вспорхнул, и стал смотреть куда-то наверх.
– Что ты делаешь? – раздраженно спросил Динозавр.
– Я наблюдаю, – ответил Дейн. – Если вы поднимете голову, вы тоже сможете увидеть то, что вижу я.
– И что же ты там такое видишь? – спросил Динозавр презрительно.
– Яркое световое пятно, излучающее белое сияние, – ответил Дейн.
– Это солнце, – объяснил Динозавр. – Ты настолько глуп, что не понимаешь, на что смотришь?
– Нет, это не солнце. Пятно находится в другой стороне, и оно иного цвета, – сказал Дейн.
– Подумаешь, – Динозавр ухмыльнулся. – Мне нет дела до каких-то тупых световых пятен. Повисит, и пропадёт. Ты пришел говорить? Так говори. Только встань так, чтобы я тебя нормально видел.
– Сейчас, – Дейн всё ещё стоял, подняв голову. – Я не первый день наблюдаю за этим пятном. Оно с каждым днём становится всё больше.
– Повторяю, мне нет никакого дела до этих глупостей, – разозлился Динозавр.
– Я понял, что это за пятно, и что означает его появление, – сказал Дейн. – Думаю, вам будет нелишним об этом услышать.
– А я думаю иначе, – рявкнул Динозавр. – Лети сюда, и говори, что хотел.
– Видимо, вас интересует только то, что имеет отношение непосредственно к вам, – вздохнул Дейн. – Что ж, хорошо. В прошлый раз мы закончили на том, что Нефила делает костюмы из стрекозиных крыльев. Давайте я продолжу. Великий Динозавр, вы заметили, что сильно располнели в области живота? – спросил он. – Вам не приходило в голову, почему это произошло, и что именно булькает у вас внутри? Ведь булькает же, я прав?
– Ну, допустим, – ответил Динозавр. – Иногда что-то булькнет. И что с того?
– В вашем животе живут болотные змейсы, – ответил Дейн. – Они забрались туда через дырки, которые сделали пиявы, выросли, и обосновали там свою колонию. Их стало так много, что они распирают ваш живот изнутри, и поедают большую часть пищи, которую пытаетесь съесть вы сами. Поэтому вы постоянно голодны.
– И как же они попали мне в живот? – спросил Динозавр.
– Вы стояли в озерке, когда собирали траву и цветы для рисования эмблем, и в это время они проникли в дырки, – объяснил Дейн. – Их можно вытравить из живота, если съесть особой травы, а потом поголодать несколько дней. Без пищи они убегут из вас сами. А ещё…
– От твоего вранья у меня болит голова и шея, – зло сказал Динозавр.
– Они болят не от моих слов, а от того, что равновесие в вашем организме нарушено, – возразил Дейн. – Великий Динозавр, вы в смертельной опасности! Опомнитесь! Они же вас сожрут!..
– Встань туда, куда я велел! – рявкнул Динозавр. – Раз уж ты решил снова мне лгать, делай это там, где я могу тебя видеть!
Дейн перепорхнул на площадку, и…
– Что это? – спросил он, пытаясь оторвать лапу от казавшейся сухой земли. – Что вы сделали со мной?
– То, что давно следовало сделать, – усмехнулся Динозавр. – Ты считал себя самым умным, да? Оскорблял меня, моих друзей, мой образ жизни, мои начинания и мечты. Ты говорил гадости о том, что важно для меня. Ты лгал о тех, кто мне помогает, о тех, кто заботится обо мне, и признаёт меня Великим! А теперь ты за это поплатишься. Моя команда поймала тебя, Дейн, потому что мы умнее, сильнее, хитрее, и лучше тебя. Да, тот, кто сильнее, тот и лучше. Не знал? Больше ты не сможешь никого оболгать или унизить! Ты хотел говорить? Говори. Я разрешаю тебе сказать последнее слово.
– Что ж, – Дейн глянул вниз – все его лапы увязли в клее, перья поникли. – Значит, так тому и быть. Ты разрешил мне сказать последнее слово? Я говорю его. Ты умираешь, Великий Динозавр, твоя жизнь кончена. Я говорил правду, потому что хотел спасти тебя, но ты не принял эту правду, и не поверил в неё. Тебе легче было верить в ту ложь, которая была для тебя приятной. Поэтому твой путь скоро окончится, хочешь ты того, или нет, веришь мне, или нет.
– Это твой путь окончен! – Динозавра накрывала лютая, бешеная ярость. – Приготовься к смерти!..
– Ты так и не узнал, что это за пятно в небе. Зря, – беззвучно сказал Дейн. А потом поднял голову, и посмотрел Динозавру прямо в глаза. – Бей. Бей, но запомни – когда ты будешь умирать, ты поймешь, что прав был – я.
– Нет, я! – заорал Динозавр. Развернулся, махнул хвостом, и впечатал Дейна в измазанную клеем землю. На спине Динозавра орали и улюлюкали Усатик, Гривастый, Нефила, стрекозы, лягушки, и пиявы.
– Так его! Так! – голосил Усатик. – Сдох, поганый лжец! Туда ему и дорога!
– Урааа! – вопил Гривастый. – Сейчас я запою!.. Замахнуулся хвооост, и поганый Дейн… в землю врооос! И не будет ооон поднимать вопроооос… про своё враньё… позабудет оооон!
– Ерунду поёшь, но ладно, – усмехнулась Нефила. – Для такого момента и так сойдёт. Как же я счастлива, не передать, как я счастлива! Мы избавились от этого языкастого лгуна, который нас позорил. Лучший день в моей жизни!
– Устроим концерт, – проквакали лягушки. – Вечером устроим концерт, да, Гривастый? Будем радоваться смерти мерзкого Дейна! Так ему и надо!
– Вечеринка, вечеринка! – обрадовались пиявы. – Будет вечеринка с музыкой и танцами по случаю издыхания Дейна! Как он лгал про нас! Мы кровопийцы? Мы, всю жизнь кушавшие только целебную грязь? Хорошо, что он сдох, туда ему и дорога!
– Великий Динозавр, давайте уйдём отсюда, – предложил Усатик. – Мы не хотим, чтобы вид его мёртвого тела оскорблял ваш нежный взор. От таких тел, как это, следует держаться подальше. Почему бы нам не отправиться в сторону…ммм… ну, откуда он обычно приходил?
– Зачем? – спросил Динозавр.
– Да просто интересно, откуда он появлялся, – ответил Усатик. – Пойдёмте?
– Ладно, – Динозавр вздохнул. После замаха хвостом ему стало нехорошо. – Потихонечку только.
– Можно и потихонечку, лишь бы в ту сторону, – заверил Усатик'.
* * *
– А я надеялась, что Дейн спасется, – сказала Элин. – Ит, ну почему?
– Потому что это закон жизни, – пожал плечами Ит. – Если ты благородный и честный, ты обычно погибаешь. Разве ты не знала?
– Не знала, – покачала головой Элин. – То есть мне казалось, что это как раз бывает наоборот. Если ты благородный и честный, ты одерживаешь победу.
– Элин, давай ты оденешься, и мы пойдём одерживать победу над обедом, – предложил Скрипач. – И потом, Итище, мне кажется, что твоя сказка не закончена. По-моему, не только мне так кажется. Да?
– Да, – откликнулась Бао. – Ит, мало того, что ты убил Дейна, ты ещё и сказку не закончил! Это просто безобразие!
– Дейна убил Великий Динозавр, – возразил Ит. – А сказку я отдам после обеда целиком. Ладно? Или лучше вечером, после того, как мы прогуляемся, чтобы узнать хоть что-то.
– Ладно, – сдалась Бао. – Чёртов Тингл, опять придется весь обед сидеть молча, изображая обычную не говорящую кошку. Как же это утомляет…
– Потерпи до завтрашнего вечера, – попросил Скрипач. – Завтра мы стартуем, и проблема пропадёт сама собой.
– Понять бы ещё, куда мы стартуем, – проворчала Бао. – Уж точно не обратно в конклав.
– Это да, верно, – согласился Скрипач. – Попробуем поговорить с местным Контролем, если, конечно, удастся быстро на него выйти. Но, думаю, с этим нам сможет помочь Авис.
* * *
Обедать в этот раз решили в ресторане, расположенном совсем близко от берега – океан уже давно успокоился, и вид из окон ресторана открывался просто изумительный. Огромная, чуть бликующая водная гладь, небо, по которому движутся высокие серебристые облака, пронизанные солнечными лучами, и скалы, обрамляющие пейзаж, словно рама прекрасную картину. Меню в этом ресторане было, разумеется, характерное для Тингла: самые разные дары океана, от свежей рыбы, до блюд из водорослей богли, и не только богли. Свежих фруктов и овощей, впрочем, в этом меню тоже хватало.
– Только цены конские, – заметил Скрипач. – А так всё замечательно.
– Что ты хотел? – резонно спросил Ит. – Выбрал самое дорогое место, а теперь жалуешься.
– Не понимаю, зачем вы спорите, – вмешалась Элин. – Вы ведете себя так, словно у вас денег нет.
– Деньги есть, – ответил Скрипач. – Но я скряга. И я сержусь. На Ита, если тебе интересно.
– Неужели из-за сказки? – ехидно спросил Ит.
– А сам ты как думаешь? – Скрипач смахнул меню, и отвернулся к окну. – Пока ты не покажешь её целиком, я не успокоюсь.
– Сказал же, вечером покажу, – Ит вздохнул. – Не переживай.
– Я не переживаю, я в тихом бешенстве, – Скрипач погрозил Иту кулаком. – Интриган ты чёртов.
– Значит, хорошая сказка получилась, – заметил Ит. – Если рыжий так сердится, то это показатель.
– Убил хорошего героя, и ещё смеет говорить о каких-то показателях! – зло сказал Скрипач. – Ну, я это тебе потом припомню…
Вскоре принесли первую перемену блюд, и о судьбе несчастного ненастоящего Дейна все тут же позабыли, потому что еда оказалась отменная. Суп, по мнению Элин, был великолепен, и превзошел самые смелые её ожидания. За супом последовали овощи, и овощной микс, а после микса принесли горячее – потрясающе вкусную рыбу, запеченную на травах и фруктовых ломтиках.
– Они сделали всё, чтобы мы объелись, – заметил Скрипач. – Я хочу перестать, но не могу.
– Ты тут такой не один, – покивала Элин. – Невероятно вкусно. Почему мы вчера ели в другом месте, а не здесь? Если бы я знала…
– У нас больше суток в запасе, так что сходим сюда ещё раз, – заверил Скрипач. – Сейчас низкий сезон, даже стол заказывать не нужно.
– Сходим, если не лопнем в этот раз, – заметил Ит. – Вы забыли про десерт. У меня появилась идея – давайте попросим отложить подачу, и пройдемся по берегу? Я тоже объелся, может быть, если походить, это всё хотя бы немножко утрясется?
– Гений, – усмехнулся Скрипач. – Так и сделаем.
* * *
Пустынный берег и бескрайняя гладь успокоившегося океана завораживали. Скрипач и Элин ушли вперёд, Ит ссадил Бао с плеча, и побрёл следом за ними. Говорить ему сейчас не хотелось, потому что продолжение разговора о мутагене и зивах был, по сути, переливанием из пустого в порожнего. Мы ничего не знаем, думал Ит, на самом деле мы ничего не знаем, и ничего не узнали. Авис снимает показатели, она уже скинула им несколько докладов, вот только в докладах этих тоже не было ничего интересного. Да, Тлен тут есть. Да, ей удалось зафиксировать несколько инициированных. Да, она обнаружила людей, имеющих мутации, но они, кажется, с Тленом не связаны, пока что Авис ничего не могла сказать на этот счёт. Тлен здесь на начальной стадии, и пока что не успел ни на что повлиять, кроме того, системы слежения на Тингле проще, чем на том же Окисте или Апрее, и, вероятно, не подвергались воздействию со стороны Тлена. По всей видимости, теория отдаления от центра действительна, потому что этот мир затронут Тленом в меньшей степени, чем другие. Или – Авис сейчас видит картину, в которой он так выглядит. Детальное исследование провести невозможно, к сожалению. Регламент. Так что до завтра продолжаем сбор информации, а затем уходим.
– Ит, где ты там? – позвал Скрипач. – Давай сюда. Смотри, тут крабы.
– Точнее, крабики, – поправила Элин. – Маленькие совсем. Странно, неужели им не холодно? Обычно такая мелочь вылезает греться, когда солнце выходит. А сейчас солнца нет, но крабов почему-то полно.
– Это специальные тингловские крабы, – предположил Скрипач. – Им на погоду наплевать. Интересно, они съедобные, или нужны только для красоты?
Ит и Бао подошли к большому плоскому камню, на котором стояли Элин и Скрипач. Ит посмотрел вниз – да, действительно, в щелях между камней, на мелкой воде, бегали маленькие светло-серые крабы.
– Кого ты тут есть собрался? – спросил он. – Рыжий, они размером с копеечную монетку.
– Я гипотетически предположил, – ответил Скрипач. – И потом, это они сейчас мелкие. Вырастут, ну и вот.
– Кажется, пора возвращаться в ресторан, – заметила Элин. – Ты не наелся. Сейчас пойдем исправлять ситуацию, тем более что у нас заказан десерт.
– Задержитесь немного, – произнес женский голос за их спинами. – Думаю, небольшой перерыв между обедом и десертом не способен вам навредить.
Ит резко обернулся – он готов был поклясться, что секунду назад на пляже, за их спинами, никого не было. И звука приближающихся шагов он тоже не слышал, равно как и Скрипач. Но – она стояла сейчас перед ними. Женщина средних лет, со светлыми волосами, в длинном пальто, с накинутым на плечи зеленым шарфом.
* * *
– Здравствуйте, – негромко произнесла Элин. – Вы напугали нас. Если вы сродни мне, то вам не следовало вести себя подобным образом.
– Твои друзья не пугливы, равно как и ты, – усмехнулась женщина. – Мне ли об этом не знать.
– Мы встречались? – спросил Скрипач с интересом. – Не вам ли, сударыня, мы когда-то дарили русалку в лесу?
Элин не удержалась, и прыснула, Ит тоже улыбнулся.
– К сожалению, не мне. Я бы не отказалась от подарка, хотя, если вдуматься, подарки мне без надобности, – спокойно ответила женщина. – Но приятно, что вы запомнили этот эпизод.
– Вы зив? – спросил Ит. – Или…
– Или, – она покачала головой. – Вы правильно поняли, Ит. И не зря вы смотрите сейчас на мой шарф. Всё верно.
– Вы Дория? – спросил Скрипач.
– А что есть Дория? – спросила в ответ женщина. – Персонаж книги «Азбука для побежденных»? Бог из машины, который пришел на этот пляж, чтобы дать вам ответ на вопрос, который вы ещё не успели задать? Или что-то ещё?
– Скрытый демиург, существующий в этом мире, – ответил Ит. – И совсем не факт, что у этого демиурга есть ответы на все наши вопросы.
– А вот это уже точнее, – покивала женщина. – Скажем так – я собрала эту модель, – она опустила взгляд, и посмотрела на свои руки, – чтобы пообщаться с вами, и попробовать спросить у вас о том, что тревожит меня. Тело, с помощью которого я нахожусь рядом с вами, лишь моя тень, не более. Таким, как я, больше не нужны воплощения. Хотя, – она помедлила, усмехнулась, – котлетки на косточке, картошка гратен, и соус бешамель были весьма неплохи.
– Можно называть вас Дорией, или это будет некорректно? – спросил Ит. – Нам бы не хотелось проявить неуважение.
– Называйте, – женщина пожала плечами. – Это имя расположено близко к моей сути, хоть и не отражает её полностью.
– Погодите. Получается, что вы – богиня этого мира? – спросила Бао. – Самая настоящая богиня, и вы вот так запросто разговариваете с нами тут, на пляже?
– Атлант, не нужно изображать наивность, – Дория перестала улыбаться. – Тебе отлично известно, что Бог на самом деле един, и что демиурги – это не боги. К тому же истинный демиург этого мира – вовсе не я, и вам, прочитавшим книгу, это отлично известно. Скажите лучше… точнее, ответьте на мой вопрос. Вы, в отличие от меня, не привязаны к одной-единственной планете. Вы были в других местах. Остальные, подобные мне, и связанные со мной… – Дория запнулась. – Они уже все мертвы?
– Вы переоцениваете наши возможности, – Ит вздохнул. – Мы были в некоторых мирах, условно принадлежавших Даарти, и в одном мире, которым владел Вар. И… да, их нет. Но это не значит, что нет всех остальных. Мы видели слишком мало. Дория, можно задать встречный вопрос?
– Задавайте, – кивнула она.
– По какой причине вы стали спрашивать? Здесь что-то происходит? – Ит нахмурился.
– Не делайте вид, что вы не знаете, – Дория подняла взгляд. – Да. Происходит. Я умираю. Оно убивает меня. Или, возможно, она убивает меня. Там, внизу, в моей глубине, таится теперь не жизнь, а нечто иное. Наверху дела пока что обстоят неплохо, но Тингл не состоит только из верхнего мира, в котором мы сейчас находимся.
– Секунду, – Ит поднял руку. – Дория, то, о чём вы говорите, уничтожает зивов?
– Преобразует, – поправила Дория. – Ит, вы видели, что такое зивы Тингла. Пока что изменения незаметны, но через очень непродолжительное время скрывать происходящее станет невозможно. Уже сейчас люди начали меняться, мы ставим метки на тех, кто преобразован, и на тех, кто будет преобразован в ближайшем будущем…
– Так вот откуда взялся мутаген! – обрадовалась Бао. – Это метки зивов, верно?
– Верно, – кивнула Дория. – Они не могут никому навредить, но уцелевшие хотя бы будут видеть, с кем имеют дело.
– Ясно, – кивнул Ит.
– Оно преображает не только зивов, – в голосе Дории вдруг зазвучало отчаяние. – Оно преобразует меня. И, преобразуя, убивает. Подождите, я должна сказать нечто важное. Вы, прочитавшие книгу, и знающие, что такое Сеть, должны понять меня. Вы ведь знаете, что мы составляем пары, верно?
– Верно, – подтвердил Скрипач. – Миры в сиурах действительно имеют смычки, и делятся на пары.
– Спасение для тех, кто поражен этим…
– Мы называем это Тленом, – сказал Ит.
– Очень правильное слово, – кивнула Дория. – Так вот, спасение может находиться там же, где гибель. Если в паре поражен только один, его, вероятно, может спасти второй. Вар и Даарти уже мертвы, причём везде, как мне кажется. Они не сумели спасти друг друга. Но я жива, а это значит, что моя пара, моя сестра, может быть живой – тоже! И если она ещё не преобразована… Тленом… вы сумеете защитить и спасти её, и тем спасёте меня.
– Боюсь, это так не работает, – возразил Ит. – Дория, прошу прощения, но если сиур поражен, так или иначе, но под воздействием будут все. Вы же понимаете.
– Вы уверены в этом на сто процентов? – спросила Дория. – Я нет. Я чувствую, что у других лепестков нашего цветка тоже есть проблемы, но я слишком далеко, и ничего не могу проверить. А вы можете. Зивы, подобные Элин, помогли мне проследить часть вашего пути, и я знаю, где вы побывали. Но… – она прижала руки к груди. – Хотя бы попытайтесь! Сделайте хоть что-то! Остановите это, прошу!
– Дория, вы можете подключиться к системам Авис, если это требуется, и сделать все нужные расчеты, – сказал Ит тихо. – Ваша теория несостоятельна, и вы отлично это понимаете. Может быть, мои слова звучат сейчас жестоко, но я не могу вам позволить так обманывать себя.
– Ит, что ты делаешь, – пискнула Бао. – Она же богиня, она нас всех сейчас по этому пляжу размотает, как Динозавр Дейна…
– И всё равно, я не буду лгать. Дория, ложная надежда – это подло, – Ит покачал головой. – Не заставляйте нас делать подобные вещи. Пожалуйста, очень вас прошу.
– Тогда… – Дория запнулась. – Тогда спасите не меня, а сестру. Хотя бы сестру. Если я обречена, то пусть её не коснется этот кошмар. Может быть, если она выживет, она найдет себе потом другую пару, другую связку, другой цветок, летящий в пустоте.
– Мы попытаемся, – ответил Скрипач. – Но предупреждаем сразу: мы ничего не можем обещать. И это будет непросто, потому что для начала нам нужно найти место физического существования Тории. Мы ведь не знаем, где расположен мир, в котором существует её репликация, причём именно её, а не ей подобной из другой связки. Вы стали даже не миллионами, Дория, вы стали мириадами. Если вы помните об этом, конечно.
– Я помню, – кивнула Дория. – Сейчас я отправлю вашему кораблю то, что знаю. Думаю, это поможет ей найти нужную точку. Мне страшно, – сказала она едва слышно. – Мне очень, очень страшно, а ещё – это боль. Ни с чем несравнимая боль, которую я даже вообразить себе не могла. Мне казалось, что я, и подобные мне, вообще не могут испытывать боли, но я ошибалась. Оно… или она… я не знаю, но оно причиняет мне дикую боль, и я слабею. Всё рушится. Вообще всё. И центр, и то, чем я была, и наш волшебный цветок с живыми лепестками. Так не должно быть. Понимаете? Так не должно быть…
– Мы понимаем, – так же тихо ответил Ит. – Дория, мы попытаемся. Мы сделаем всё, что в наших силах.
Женщины перед ними больше не было, она исчезла. Была – и пропала, словно выключили изображение. Только что она стояла в метре от них, на камне, и ветер с океана трепал её зеленый шарф, и в одно мгновение камень оказался пуст, словно никого на нём не было.
– Ну и дела, – Элин покачала головой. – Ребята, что-то мне совершенно расхотелось возвращаться в ресторан.
– Пойдемте на корабль, – предложил Скрипач. – Вылет завтра вечером, но, думаю, можно стартовать и раньше, как только покончим с делами.
* * *
– Ничего себе тётенька! – с возмущением говорила Бао. – Заявилась, надавала распоряжений, и фьють! Испарилась! Ну и богиня…
Авис уже вышла из атмосферы, и сейчас уходила от Тингла всё дальше и дальше – к местному межпространственному порталу.
– Не ёрничай, – попросил Скрипач. – Бао, правда, хватит. Ты хотя бы можешь себе представить степень её отчаяния, если она вообще рискнула на такое пойти?
– И степень отчаяния, и боль, которую они испытывают, – добавил Ит. – Нет, ребята, мы даже не представляли себе, какого уровня эта катастрофа. Всё ещё хуже, чем нам казалось.
– Почему ты так решил? – спросила Элин.
– Да потому что всё, что мы видели до этого – цветочки, – объяснил Ит. – В буквальном смысле – цветочки. Те же порождения Тлена, измененные люди, Таисси со щупальцами, профессор, и все прочие. Это то, что находится на поверхности, то, что видно. А на деле всё страшнее и хуже. Во-первых, Тлен действительно убивает демиургов, и делает он это не быстро и милосердно, отнюдь. Во-вторых, Дория говорила о глубине воздействия, и, как мне показалось, она не только дно океана имела в виду, а нечто гораздо более серьёзное. Она сказала, дословно – в моей глубине. Демиург не воспринимает себя как человека, а планету, как планету, поэтому Дория говорила о живом цветке. И вцепилась она в нас, как в спасательный круг, потому что погибать она не хочет. Ей страшно, она сама об этом сказала. Даже сумела воплотиться, чтобы поговорить.
– С вами, потому что зивы, и местные, и не местные, знают, кто вы такие, – покивала Элин. – Поэтому и решила. Что ж, придется, видимо, искать Торию. Раз мы обещали.
– Я сейчас вас обрадую, – сказала Авис.
– Только что-то голос у тебя не очень мажорный, – заметил Скрипач.
– Я вычислила место локации мира, который просила найти Дория, – Авис помедлила. – Полгода проходов через вторичные сети, затем – три года в гибернации.
– Три года⁈ – у Скрипача глаза полезли на лоб. – С какой радости?
– Белая зона, – ответила Элин. – Причем закрытая область Белой зоны, там нет Контроля и транспортных сетей. Никаких. И никогда не было. Мне нужно будет сделать анализ фрагмента спонтанной Сети, когда мы подойдем ближе, но даже сейчас уже понятно, что участок более чем сложный.
– Офигенно, – Скрипач покачал головой. – Спасибо, Ит.
– А я-то тут при чём? – удивился Ит.
– А кто ей раздавал обещания?
– Я сказал, что мы попытаемся. Или нет, ты вообще-то первый это сказал.
– Нет, это ты сказал, что мы сделаем то, что в наших силах, – Скрипач закрыл лицо руками. – А это в наших силах, дорогой братец. Это действительно в наших силах, вот только восстанавливаться после трёх лет гибернейта придётся больше года. Чёрти где. Причём обратный путь, я полагаю, будет тоже в гибернейте. Да, Авис? Другой дороги нет?
– Да, другой дороги нет, – подтвердила Авис. – Но, наверное, вы можете отказаться от этого плана?
– Нет, не можем, мы обещали, – обреченно произнес Скрипач. – Поели рыбы на Тингле, блин. Так, всё. Собираем лапы в кучу, и начинаем действовать. Элин, сделай ужин, Бао, умойся, и помоги ей, Ит, иди дописывать свою мутотень, и встречаемся в кают-компании через… сколько тебе надо времени, чтобы дописать? – спросил он Ита.
– С час, наверное, – ответил Ит. – Там чуть-чуть осталось.
– Значит, через час, – распорядился Скрипач. – А теперь за дело.
* * *
«Динозавр брёл через болото медленно, с трудом переставляя ноги-колонны. Сознание его мутилось, он то впадал в забытье, то просыпался – и будил его голод, который становился всё сильнее и сильнее. Динозавр набивал свою пасть болотной жижей, подолгу жевал, но почему-то он почти не мог глотать, и жижа лилась потоком из пасти обратно в болото. 'Наверное, я слишком сильно замахнулся хвостом, – думал Динозавр, – и вообще, точно ли я убил поганого Дейна? А вдруг я промахнулся, и он всё ещё бегает где-то неподалеку, и говорит обо мне всякие гадости? Надо спросить Усатика, потому что я, возможно, помню что-то неправильно. Или лучше бы мне уснуть, и спросить вермиса. Почему мне так плохо? Я же победил! Я его победил, и мне после этого должно было стать хорошо, но стало почему-то… наоборот…»
Он шел, спотыкаясь, оскальзываясь на грязи, шёл медленно, но горы, к которым он сейчас направлялся, всё становились всё ближе и ближе, хотя сам Динозавр этого не замечал. Через некоторое время Динозавру стал мерещиться Дейн, то тут, то там. Вот он выскакивает из-за кустов, вот перепархивает с кочки на кочку, вот подлетает к нему, и машет крылом в сторону странного светового пятна, о котором так и не успел рассказать. Несколько раз Динозавр пытался схватить Дейна своей пастью, но зубы его лишь бессильно щёлкали в воздухе. Дейн ускользал, чтобы снова появиться через некоторое время – в кустах, на болотных кочках, на маленьких островках посреди озёр, затянутых ряской.
– Он здесь, здесь! – кричал со спины Динозавра Усатик. – Дейн вернулся, Дейн здесь! Убейте его, о Великий Динозавр, избавьте нас от этой напасти!
– Он тут! – вторили ему лягушки и пиявы. – Он снова говорит о нас всякие мерзости! Убейте его, о Великий Динозавр, спасите нас от его вранья!
– Он вернулся! – кричала Нефила, раскачиваясь на паутинке. – Он врёт обо мне и моих стрекозах! Защитите меня, о Великий Динозавр, я ведь верна вам и предана!
– Помогите нам, Великий Динозавр! – кричали голоса хором, сливаясь в один. – Спасите! Избавьте! Защитите!..
– Где он⁈ – заорал Динозавр, поднимая хвост. – Направьте меня, я не вижу его!
– Прямо, прямо! – запричитали голоса. – Бейте! Бейте! Бейте!!!
Динозавр что есть мочи замахнулся хвостом, крутанулся, нанося удар, и…
…и его тело стало распадаться на части.
Хвост полетел куда-то в сторону, ноги разъехались, и выскочили из чудовищных размеров суставов, спина надломилась посредине, а следом за нею и шея, живот лопнул. Голова, всё ещё связанная с телом посредством надломленной шеи, упала в болото, подняв тучу грязных брызг, и Динозавр лишился чувств.
Но он не умер. Пока – он не умер. Огромное сердце продолжало перекачивать кровь в остатках его тела, поэтому голова его ещё жила – конечно, жить ей оставалось всего ничего, но и этого было довольно. Постепенно Динозавр пришёл в себя, но лучше бы не приходил. Потому что…
Рядом с головой Динозавра на болотную кочку опустилась тень, но тут же Динозавр понял, что это не тень, а вроде бы как Дейн, но только не совсем Дейн. Это существо имело большие, красивые крылья, окрашенные в белый и коричневый цвета, и большие глаза, ярко-янтарные, обрамленные тёмной каймой из маленьких пёрышек. У Дейна такого украшения не было. И хохолка из перьев на голове у него не был тоже.
– Кто ты? – прохрипел Динозавр.
– Я потомок Дейна, – ответил незнакомец. – И я ещё не придумал себе имя, зато у всех нас, потомков Дейна, есть крылья. Мой предок, убитый тобой, лишь мечтал о полноценном полёте, я же могу летать свободно, где хочу, и как хочу. Когда с неба придёт комета, и я, и моя стая, поднимемся на эти лёгкие крылья, и улетим далеко-далеко, за горы, туда, где мы будем в безопасности. Глупец! Он пытался предупредить тебя, чтобы спасти, а ты убил его. И себя заодно.
– Де-де-дейн был… прав?.. – просипел Динозавр. – Он… не лгал мне?..
– Он восхищался тобой, ему нравилось смотреть на твой величественный силуэт в болотном тумане, – объяснил потомок Дейна. – Он считал тебя символом эпохи, красивым и благородным, ты же оказался недалеким и жестоким глупцом, за что и поплатился.
– Ты сказал – комета, – Динозавр закашлялся. – Что такое комета?
