Текст книги "Белая птица над темной водой (СИ)"

Автор книги: Екатерина Белецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Белая птица над тёмной водой

Глава 1
Интро

Белая птица над тёмной водой

Проект « Avis Alba» , том первый

Не в пути – на вечернем привале

ты увидишь закат за горами.

Шпили горные тучи порвали

в лоскутки… на небес одеяле.

Истончается ткань меж мирами…

Нам в миры те, пожалуй, не поздно

перейти. В небе – звезды разлиты.

Видишь в небе те яркие звезды?

Мы дойдем. Ты поверь, это – просто.

Наш портал ожидает. Открытый.

А. Залищук, «Портал»

1

Интро

«Динозавр гнил. Пока ещё не очень сильно, едва заметно, но всё-таки гнил, однако сам он даже не думал о подобном. А дело было вот в чём. Пару дней назад Динозавр обнаружил у себя на спине, поближе к заднице, светлое пятно, круглое, немножко полосатое, и что-то подозрительно напоминающее. Что именно пятно напоминает, он так и не понял, но невнятное это воспоминание ни пойми о чём разозлило его до крайности, и Динозавр с рёвом вгрызся в результате в собственную плоть, выдирая из неё куски мяса и ошметки кожи. Боли во время этого процесса он не ощущал, потому что до его мозга боль из задней части организма не доходила, и дискомфорта он не испытывал. Пятно в результате боя с самим собой пропало, зато на заднице появилась изрядных размеров дыра, сочащаяся свежей алой кровью. „Так тебе и надо, – удовлетворенно подумал Динозавр. – Вот точно. Именно так тебе и надо. И так будет с каждым, кто посмеет…“ Что именно должен посметь неведомый каждый, он так и не додумал, потому что мысль пропала, не успев толком оформиться. Главное – пятно исчезло, и Динозавр счел миссию по спасению собственного организма от этого странного явления выполненной. Он поднял голову на длинной шее, удовлетворенно вздохнул, и направился дальше, туда, где – он это точно знал – было изрядное количество еды, которую он намеревался сожрать. Еда в этом месте водилась разнообразная, этакая смесь из болотных трав, мелких зверушек, насекомых, и чего-то ещё, впрочем, о составе и качестве своей еды Динозавр мало задумывался. Сойдёт любая, главное, чтобы её было много. И неважно, что еда эта находится в месте обитания другого динозавра. Вон какой он сильный, и как лихо сумел расправиться с пятном на своем теле! Что ему этот другой динозавр сделает? Справился с пятном, справится и с соперником. Эка невидаль. В первый раз, что ли? На своем веку Динозавр перевидал немало соперников, и все они после стычек с ним либо отступали, либо и вовсе переставали существовать. Некоторые из них были, между прочим, весьма недурны на вкус. Думая об изобильной еде и сладкой победе Динозавр брёл сейчас через болото, медленно переставляя свои величественные ноги-колонны, а болотная жижа весело брызгала при его движениях во все стороны, попадая, куда придется, в том числе и на зияющую рану на его собственной спине…»

* * *

– Ит, ты чего делаешь? Пишешь? Руками? – удивленно спросила Бао.

– Ну да, – кивнул Ит. – А что?

– Зачем? – Бао, стоя на задних лапках, заглядывала ему через плечо. – Нельзя перекинуть на гель сразу, что ли? Подумал, и вот, всё готово. Что это за архаизм? Кто вообще пишет руками?

– Я пишу руками, – Ит вздохнул. – Будем считать, что я и есть ходячий архаизм.

– Но это же глупо, – упрекнула Бао. – И неудобно. И очень медленно.

– Может быть, – пожал плечами Ит. – Возможно, причина в том, что думаю я сейчас тоже медленно. К тому же я писал когда-то руками. В блокноте. Я же рассказывал.

– Помню, – Бао хмыкнула. – Ну… да, в мирах первого или второго уровня это действительно распространено, но я всё равно не могу понять, для чего тебе сейчас это понадобилось?

– Просто захотелось, – Ит отодвинулся от стола, и подхватил Бао на руки. – Я старый и устал, и мне захотелось написать чего-нибудь именно руками. Ты что-то имеешь против?

– Нет, конечно, – Бао перебралась к нему на плечо. – А что ты такое написал? Дай-ка мне прочесть.

– Я только начал. Это что-то типа сказки, – Ит задумался. – Или не сказки. Не знаю. Просто возник образ, и я решил, что хочу увидеть, что из этого образа может получиться, если его записать.

– А что это за образ такой? – с интересом спросила Бао.

– Представь себе огромное, бескрайнее болото, – начал Ит. – И через это болото бредет динозавр. Гигантский такой динозавр.

– Какой именно? – спросила Бао. – Они бывают разные.

– Понятия не имею, – Ит пожал плечами. – Какой-нибудь из семейства диплодоцидов, наверное. Диплодок, или суперзавр, или аргентинозавр. Бао, я точно не знаю. Просто очень большой динозавр. Это так важно?

– Ну, наверное, – Бао снова заглянула ему через плечо. – Да, это важно. Ты пишешь, что он укусил себя за попу, верно?

– Именно так, – подтвердил Ит. Спорить было бессмысленно, потому что строчки текста висели прямо перед ними. – Если точно, за спину. Но близко к попе, это верно.

– Не очень поняла, для чего он это сделал, – заметила Бао. – Что за пятно он там увидел? И потом, разве может травоядный динозавр разгрызть сам себя? Он ведь не хищник, у него зубы для этого не приспособлены абсолютно.

– Это допущение, – объяснил Ит. – У настоящего не приспособлены, ты права. Но у меня динозавр ненастоящий, сказочный. Поэтому он сумел отгрызть от себя кусок.

– Кривое у тебя получилось допущение, – тут же раскритиковала Бао.

– Угу, а у тебя в «Сказке о Тени» они были сплошь прямые, – справедливо парировал Ит.

– «Сказка о Тени» – это всё-таки в большей степени сказка, – возразила Бао.

– У меня тоже в большей степени сказка, – пожал плечами Ит. – Чего ты прицепилась к зубам? Динозавр ненастоящий, вот он и сумел себя укусить.

– Ну… ладно, допустим, – сдалась Бао. – А что за пятно? С чего бы ему себя кусать?

– Не расскажу, – злорадно ухмыльнулся Ит. – Сколько ты нас мучила «Сказкой о Тени»? Теперь моя очередь. А ты страдай.

– Мстительный, нахальный, бессовестный, злой старший доктор, – сварливо произнесла Бао. Спрыгнула с плеча Ита, снова встала на задние лапки, привычно подобрав средние и передние. – Сделать тебе кофе?

– Сделай, – Ит усмехнулся. – Только сама не тащи, я сейчас подойду. Мне переодеться надо.

– Последняя рабочая смена, – Бао вздохнула. – Вы уже точно решили, что мы делаем дальше? Именно третий план, не второй?

– Точно, – кивнул Ит. – Третий план. Так что можешь начинать считать то, что ты хотела.

– Мог бы сразу сказать, – Бао покачала головой. – Я не буду считать сама. Пусть Элин считает. Она для этого гораздо лучше приспособлена. И вообще, если мы действительно будем работать по третьему плану, пора ей выбираться из сада, и начинать заниматься делами. Знаешь, мне, может быть, тоже порой хочется забиться в щелку, выключить разум, и притвориться муравейником. А я вместо этого готовлю кофе, и спорю с тобой про динозавров.

– Кстати, кто-то обещал кофе, – напомнил Ит. – Бао, иди, мне нужно переодеться, я же сказал.

– А ты расскажешь, что это было за пятно, и что произошло с динозавром дальше? – спросила Бао.

– Обязательно. Но потом, – Ит улыбнулся.

– А почему не сейчас? – Бао прищурилась.

– Повторяю: ты мурыжила нас «Сказкой о Тени» очень и очень долго, – напомнил Ит.

– В сказке нужно было выстроить правильную последовательность, и понять ход мысли, – сказала Бао.

– Вот и здесь та же история. Всё, иди, – приказал Ит. – И скинь рыжему сообщение, чтобы он меня дождался. Говорил я ему, чтобы сдавал отчеты сразу, не откладывая. Но нет, он снова всё задержал, а теперь сидит там с самого утра, страдалец. Новая сказка получается – о трёх часах потерянного времени.

* * *

В Санкт-Рене они жили уже третий год. На работу их приняли практически сразу, разумеется, пришлось потратить полгода на учёбу, и на подтверждение квалификации, но, как показала практика, это того стоило. К счастью, их появление тут же заметили, и сразу же, как только они прибыли в мир, называвшийся Эттонд, с которым заключили предварительный контракт на работу, с ними вышел на связь представитель Королевы конклава. И это было прекрасно, потому что с представителем удалось обсудить всё, что требовалось, а именно – статус Баоху, статус Элин, которую было решено не скрывать, статус их старых счетов, существовавших ещё со времен работы в госпитале «Вереск», и статус их самих. А так же разработать предварительный план последующих действий.

– То есть вы хотите впоследствии путешествовать в обществе… эээ… зива и атлант? – уточнил представитель. Это был крупный, из «рыб», то есть «чистых» людей, красивый мужчина с окладистой пшеничной бородой, одетый в парадную форму Двора Её Величества. – Вчетвером? И никого больше?

– Да, именно так, – согласно кивнул Ит. – Но лишь тогда, когда у нас появятся для этого средства.

– Обращаться к Её Величеству на предмет помощи вы не планируете? – уточнил представитель.

– Нет, не планируем, – подтвердил Скрипач. – Понимаете ли, мы бы не хотели втягивать в это дело конклав.

– Почему же? – спросил представитель.

– Дело очень деликатное, к тому же речь идёт о неподтвержденной теории, – объяснил Ит. – Мы не рискнем злоупотреблять расположением Её величества. Конечно, мы не отказались бы от содействии другого рода, но сопровождение в путешествии… нет. Ни в коем случае.

– О какой помощи вы говорите? – уточнил представитель.

– Поиск информации о семье, – ответил Скрипач. – В конклаве жили наши дочери с семьями, и, возможно, сюда могли прийти другие наши родные.

– Эту информацию мы проверили сразу, как только нас оповестили о вашем появлении, – представитель нахмурился. – К сожалению, вынужден вас огорчить. Никого из вашей семьи в Санкт-Рене на данный момент нет, в том числе и дочерей с мужьями и потомками. Они покинули конклав сто сорок девять лет назад, и сейчас их местонахождение нам неизвестно.

– Они не сообщили, куда уходят? – спросил Ит.

– Увы, но нет, – покачал головой представитель. – Я смотрел то, что находится в общей базе, и… знаете, их уход напомнил мне бегство. Причем отнюдь не поспешное, а тщательно спланированное и продуманное. Они даже следов не оставили, по всей видимости, воспользовались методиками, которым их когда-то учили вы.

– Очень жаль, – Скрипач вздохнул. – Признаемся – у нас была надежда, что удастся найти хотя бы детей.

– Понимаю, – сочувственно покивал представитель. – Судя по отчетам, власти были немало удивлены, когда целый род, все семьсот двадцать восемь его представителей, в один прекрасный день нас покинул. Да, да, вы верно меня поняли – они ушли все. Вообще все, включая ваших внуков, правнуков, и пра-правнуков.

– Может быть, им угрожала какая-то опасность? – спросил Скрипач.

– Упаси мироздание! – помотал головой представитель. – Ни в коем случае! Вам не хуже, чем мне, известно, что в конклаве они находились в полной безопасности. Но… не знаю, чем было продиктовано их решение, однако факт остается фактом. Они покинули конклав, не оставив информации о том, куда направлялись.

– Какой именно сетью они воспользовались, вы тоже не знаете? – спросил Ит.

– Разными, – представитель вывел визуал. – И Ойтмана, и Вицама-Оттое, и приграничными порталами с коротким «шагом». Транспортной сетью… нет. Они уходили на разных кораблях, и шли по разным маршрутам, это нам достоверно известно. Вы не хуже меня понимаете: когда подготовленный человек хочет скрыться, он скроется. Обмануть можно любую технику, и любые системы отслеживания.

– Вы следили за ними, – задумчиво произнес Ит. – Я прав?

– Послеживали, – уточнил представитель. – Собственно, следить было незачем, они не скрывались, наоборот, отношения у вашей семьи с конклавом всегда были прекрасные…

– Это мы знаем, – покивал Скрипач. – В общем, резюмируя: семьи в конклаве нет, их местонахождение неизвестно. Верно?

– Да, – согласно кивнул представитель. – Теперь давайте вкратце обсудим ваши планы. Вы подали заявление о найме. Но, если я правильно понимаю, надолго у нас задерживаться вы не станете?

– Именно так, – подтвердил Ит. – Нам нужно заработать, привести в порядок дела, и определиться с планом действий.

– Работа найдется, – представитель задумался. – Не военная медицина, конечно, но что-то другое – да, найдем.

– Гражданка? – огорчился Скрипач. – Мы бы не хотели…

– Вы правы, – сказал Ит. – Военный госпиталь не подойдет. Миссии тоже. Мы планируем задержаться на пару лет максимум, а если идти в военный или миссионерский, одно только слаживание с командой займет год. Или даже больше. Мы подведем коллег, а этого делать не хочется.

– Ну, вообще да, это верно, – сдался Скрипач. – Значит, гражданка.

– Есть городская служба, здесь, в столице, – представитель на секунду задумался. – Всё максимально механизировано, врачи, по сути, являются в здешней схеме контрольным звеном, причем не обязательным, часть вызовов отрабатывается вообще без участия людей. Однако некоторые граждане требуют живого медика во время вызова, так что, думаю, эта работа вам подойдет.

– Хорошо, – Ит кивнул. – Нам, вероятно, потребуется переобучение?

– Да, так и есть, – кивнул представитель. – Думаю, этот вопрос мы решим быстро. Теперь, думаю, вам следует представить мне ваших… спутников, – он помедлил. – Атлант и зива. Могу ли я их увидеть?

– Разумеется, – улыбнулся Скрипач.

* * *

Явление шестиногой кошки и горшка с кактусом, который кошка держала в передних лапках, вызвало у представителя секундную оторопь, однако, к чести его сказать, взять себя в руки ему удалось сказочно быстро.

– Разрешите вас познакомить, – произнес Скрипач. – Баоху, кошка, она же – Сказительница, из вектора адептов «Сказки о Тени», атлант, и Элин, представитель расы зивов, резидент планеты Окист. Бывший, – добавил он. – Бао, поставь Элин на стол, и присаживайся.

– Тоже на стол? – уточнила Бао. – Добрый день, уважаемый… как мне вас называть?

– Просто на «вы», – ответил представитель. – Для данной церемонии личное представление не предусмотрено.

– Это Санкт-Рена, – объяснил Ит. – Тут так принято.

– Не говорить своё имя? – уточнила Бао.

– Да, – кивнул Ит. – В некоторых случаях имя не требуется.

– Ну, ладно, – без особой уверенности сказала Бао. – Чего только не придумают.

– Баоху, будь вежливой, – тоненьким голосом произнес кактус. – Это здешний обычай, ничего удивительного в этом нет.

Представитель при звуках голоса кактуса едва заметно вздрогнул, но тут же опомнился.

– Вы, видимо, зив, – сказал он. – И вас следует называть Элин.

– Если вам угодно, – ответил кактус. – Прошу прощения за мой облик. Я длительное время пребывала в образе человека, и сейчас решила немного от него отдохнуть. Мне нужен перерыв. Впоследствии, если это потребуется, я сделаю новый облик.

– Пока не надо, отдыхай, – сказал Ит. – Если тебе так удобнее, то лично я не вижу никаких проблем.

– Вы можете… передвигаться? – спросил представитель, адресуя свой вопрос Элин.

– Ещё как, – ответил кактус. – Конечно, могу. Но сейчас мне это не нужно.

– Понятно, – представитель покивал. – Вы обе… обе, верно? Я правильно определил вашу половую принадлежность?

– Пусть для вас мы будем «она», – согласилась Бао. – На самом деле, конечно, это не совсем верно. У подвида Элин полов нет вообще, а у подвида, к которому отношусь я, их шесть. И мой пол можно определить как «добывающий», или «обслуживающий», или «приближенный», или «носитель», или «солдат», или «передающий». Условно – я нечто вроде самки, но не размножающейся, а сопутствующей.

– На «Велесе» сказительница была самкой, – напомнил Скрипач. – И вторая атлант тоже.

– Да, это так, – согласилась Бао. – Но, кажется, никто не говорил тогда, что это были размножающиеся самки. Они могли перенести потомство, но не принести.

– Ага, и поэтому тут же заразили два корабля, и планету в придачу, – хмыкнул Скрипач. – Ври, да не завирайся.

– Но я не собираюсь размножаться, – тут же пошла в атаку Бао. – К тому же как бы я это сделала одна? Даже если бы я очень захотела, без других представителей моего вида я бы не…

– Так, ладно, хватит, – приказал Ит. – Уважаемый, давайте считать, что они обе – дамы. И нам с вами, и им обеим так будет проще.

– Особенно нам, – подсказал Скрипач. – Потому что сейчас у нас точно нет времени вникать во все тонкости. Потом, вероятно, это придется сделать, но точно не сейчас.

– Прошу прощения, – представитель, немного обалдевший от перепалки, нахмурился. – Вы сказали «заразить корабль»? Что вы имели в виду?

– Это было не здесь, – ответил Ит. – Если угодно, даже не в нашей вселенной. Бао, поясни момент о векторе, пожалуйста. Иначе конклав тебя прямо сейчас отсюда выгонит. И нас заодно.

– Ладно, – недовольно сказала Бао. – Вектор для атлант – это причастность ряда представителей к определенной событийности. И вера в правильный исход этой событийности. Качественная характеристика нашего вектора – это «Сказка о Тени», история, являющаяся для нас определяющей. Это понятно?

– Если честно, не очень, но, думаю, вы всё объясните нам позже, – ответил представитель. – Вам, к сожалению, придется это сделать, иначе… я не могу сейчас точно сказать, что произойдет в случае отказа, но…

– Отказа не будет, – заверила Бао. – Я могу даже провести вас через «Сказку о Тени», для лучшего понимания.

– Сочувствую, – вздохнул Ит. – Но да, без прохождения вы вряд ли что-то сумеете понять.

– Так вот, – продолжила Бао. – На том корабле, о котором идёт речь, были противники нашего вектора, представительница нашего вектора, и люди. И мой вектор, и противники несли потомство. Подчеркну: именно несли. Я этого сейчас на делаю. И не собираюсь делать это в дальнейшем. Для вашего успокоения можно поступить следующим образом: пока я нахожусь на этой планете, я не выйду за пределы участка, обозначенного вами, и буду проходить любые проверки, которые вы потребуете. Можем начать прямо сейчас. Я не против.

– Ладно, – сдался представитель. – Проверки будут, но позже. В данный момент важно другое. Ваши намерения считываются нашими системами как заинтересованность и нейтральность. Это нас пока что устраивает. Что же касается представительницы расы зивов, то, думаю, здесь вопросов не возникнет. Ваша раса является дружественной, сотрудничающей, поэтому натурализация отнимет меньше времени.

Ит знал – здесь, в этой комнате, они находятся под пристальным вниманием не только человека, отказавшегося назвать своё имя, нет. Безопасность в конклаве была на высоте, и если бы что-то пошло не так, их бы мгновенно изолировали, а затем, с высокой долей вероятности, либо передали бы Официальной службе, либо выслали. Или и то, и другое. Да, Санкт-Рена не воевала, но отсутствие внешней агрессии не делало конклав беззубым, отнюдь. С безопасностью, что внешней, что внутренней, здесь всё было в полном порядке. К тому же в данный момент они находились в карантинной зоне, расположенной недалеко от столицы планеты, а что такое карантинные зоны Санкт-Рены, Ит и Скрипач знали не понаслышке.

– Какой порядок действий вы нам предложите? – спросил Ит.

– Карантин заканчивается послезавтра, – представитель задумался. – Дальше, вероятно, вам будет выделено жилье, и вы отправитесь на инструктаж перед обучением. Ваши… гм… попутчицы работать не будут, я полагаю? – уточнил он. – Если да, то нужно уточнить детали.

– Нет, не будут, – кивнул Скрипач. – Жить мы будем, по всей видимости, вместе. Элин, Бао, у вас есть какие-то пожелания относительно жилья? – спросил он.

– Живая земля, – тут же сказала Элин. – Контакт с живой землей. Я не растение, разумеется, но мне кажется, для спокойствия ваших наблюдателей мне лучше будет принять растительную форму, и находиться в ней какое-то время. Я буду передвигаться в пределах выделенной территории, так же, как Баоху, но не часто. По мере необходимости.

– Может быть, всё-таки побудешь человеком? – спросил Скрипач.

– Пока не хочу, – призналась Элин. – Я устала. К тому же в данный момент я не вижу смысла выдавать себя за ту, кем на самом деле не являюсь.

– Элин длительное время находилась в скопированной ею форме погибшей на Окисте женщины, – объяснил Ит. – Видимо, для подобной задачи ей требовалось прикладывать некоторые усилия, и это её утомило. Я правильно сказал? – спросил он Элин.

– Да, всё верно, – подтвердила та.

– С какой целью вы копировали женщину? – спросил представитель. – И… вы собираетесь делать это снова?

– Я расскажу о цели во время следующей беседы, – ответила Элин. – Расскажу, и, если требуется, тоже пройду дополнительную проверку. Любую, какую вы сочтете нужным. С нашей расой сотрудничают многие, но мы слишком сильно отличаемся от вас, и поэтому не вызываем доверия, – добавила она. – Впрочем, нам это неважно.

– Спасибо за пояснения, – кивнул представитель. – Значит, ваше требование – доступ к натуральной почве. Конечно, в столице это будет непросто устроить, но мы что-нибудь придумаем. У вас, – он посмотрел на Бао, – тоже будут какие-то просьбы?

– Нет, – покачала головкой Бао. – Мне всё равно, то есть меня устроит вариант, который выберут другие. У моей расы высокая приспособляемость, поэтому мне подойдут любые условия.

– Это упрощает дело, – представитель улыбнулся. – Что же, в таком случае, до скорой встречи. После того, как закончится карантин, мы увидимся снова. И, кстати, меня зовут Энтен-С, из рода Сильва. Можно просто Энтен.

– Благодарим за названное имя, – Ит улыбнулся. – Это высокое доверие. Будем ждать встречи.

* * *

Следующие полгода получились несколько сумбурными, но при этом весьма плодотворными. Благодаря протекции Энтена им удалось снять двухкомнатный домик на окраине столицы, и при этом домике имелся участок площадью целых десять квадратных метров – невероятная роскошь для пятидесятимиллионного конгломерата. Элин сказала, что её всё устраивает, изменила форму, превратившись в приземистый куст с плотными тёмно-зелеными листочками, и поселилась рядом с дверью в дом, чтобы иметь возможность принимать участие в разговорах, если её участие требовалось. Ит и Скрипач справедливо предположили, что куст – лишь прикрытие, ведь после появления на участке Элин газон возле дома, до того выглядевший весьма удручающе, буквально за несколько дней превратился в идеально ухоженный, и очень чистый. Это она, говорил Скрипач, точно говорю, это она, но ведь не признается. Не признается, соглашался Ит, но, может быть, это и к лучшему. Возможно, ей просто так удобно, и для неё это важно.

Учёба оказалась лёгкой, даже излишне лёгкой, и времени практически не отнимала – поэтому помимо учёбы занимались всем подряд, от поиска старых знакомых, до запросов о семье. Впрочем, ни по одному направлению результатов не было, вернее, они были, но говорить про эти результаты не хотелось никому. Скрипач, узнав о гибели Зарзи и Олле во время одной из миссий, и о том, что Илья отошел после этого случая от дел, и живет в закрытой зоне на какой-то мало освоенной планете, несколько дней ходил, как в воду опущенный, и ни с кем не хотел разговаривать. Особенно отвратительными во всей этой истории были обстоятельства гибели бывших друзей. Не военный конфликт, послужил тому причиной, нет. Не боевики, не солдаты. Убила обоих хирургов толпа женщин с детьми в одном из миров третьего уровня. А те даже не сопротивлялись – потому что рауф-гермо никогда, ни при каких обстоятельствах не подняли бы руку ни на женщину, ни, тем более, на ребенка. Толпа требовала отдать ей лекарства и средства для обеззараживания воды, которых у Олле и Зарзи не было. Попытки объяснить, что нужных препаратов в требуемом количестве в малых укладках просто не может быть, ни к чему не привели. А отряд боевиков был слишком далеко, и при всём желании не смог бы успеть к месту разворачивающейся трагедии. И не успел. Когда боевики прилетели, всё уже было кончено. Возможно, это был Тлен, сказал Ит, когда узнал эту историю. Да какой Тлен, возразил Скрипач. В первый раз такое, что ли? Обычная тройка, с их этой извечной паранойей, которая сама себя довела до глобальной катастрофы, и обычные твари, которым вынь да полож вот прямо сейчас, а если не положил, то ты урод и враг, и смерть тебе за это. Рыжий, но ведь ситуация на планете была более чем сложная, напомнил Ит. Люди могли с ума сходить от горя и отчаяния. Такое мы тоже видели, и поэтому… И поэтому надо убивать врачей? Скрипач с горечью глянул на Ита. Ну да, убийство врачей сильно помогает от горя и отчаяния, как же я про это забыл.

Увы, «Вереска» больше не существовало, как, собственно, не существовало и той, прежней жизни, которой они жили когда-то. Жизнь теперь стала иная, совсем иная, новая, незнакомая, и оба они ощущали, что в этой незнакомой новой жизни места для них, кажется, не предусмотрено. Работа, чистейшей воды синекура, заключалась в том, чтобы сопровождать технику, и произносить ободряющие речи перед пациентами, которых эта техника уже успешно пролечила. Контакты с коллегами – минимальные, ответственность – нулевая, необходимость этой работы – тоже что-то вокруг нуля. Ну и ладно, заметил как-то Скрипач, всё равно мы тут задерживаться не планируем. Платят неплохо, а остальное нам до лампочки. Это да, согласился тогда Ит. В принципе, даже хорошо, потому что у нас остается больше времени для отработки новой теории.

* * *

Новая теория сперва появилась, а потом стала обрастать подробностями с подачи Элин, которая первая озвучила общую мысль. Оно живое, сказала Элин. Оно, вот это всё, что вы изучали, и что нам предстоит изучать дальше, живое, а если оно живое, значит, оно смертно. Живое? переспросил тогда Ит. У меня последнее время появилось ощущение, что всё, наблюдаемое нами, является огромной сигнатурой. Или даже Великой Сигнатурой. Но… возможно, ты права. Почему бы ей не быть живой? Вдумайтесь, ответила тогда Элин, ведь «Азбука для побежденных», которая оказалась у вас в руках, содержит множество упоминаний о жизни, именно о жизни, она буквально пронизана жизнью, и жизнь эта, как ей и положено, боится смерти. Поэтому да, Великая Сигнатура, о которой ты только что сказал, живая. И я буду настаивать на этом. Она живая, и она боится смерти. Как любое живое существо.

– Но ведь зивы, насколько нам известно, относятся к отдельным представителям какого бы то ни было рода, как к расходному материалу, – напомнил Ит. – На Тингле мне когда-то было сказано именно это.

– Верно, – тут же согласилась Элин. – Но это как стричь волосы или ногти. Понимаешь? Рабочая шарла, или движок, или кормовые виды – это для нашей расы именно волосы и ногти, расходный материал. Но если говорить в целом, наша раса боится смерти точно так же, как и ваша. И как раса Бао. И как любая другая раса – это заложено в каждом существующем во вселенной виде разумных и неразумных существ изначально, ведь если бы этого не было, вид бы просто не сумел выжить. Страх смерти, забота о потомстве, сохранение среды для выживаемости и непосредственно самого вида, и того, что виду для жизни требуется – это аксиома, это подразумевается автоматически. Когда я находилась на Окисте, я пересмотрела множество постановок, и неплохо изучила Скивет. И вот что я могу вам сказать: до возникновения Тлена на планете всё обстояло ровно так же, как у прочих. А когда возник Тлен, картина изменилась.

– Именно возник? – спросил тогда Ит. – Не пришел извне, а возник?

– Мне кажется, что семена Тлена есть повсюду, – ответила Элин. – Но… жизнь побеждает. А на Окисте, из-за гибели Вара, жизнь проиграла. И возник Тлен. Смерть является частью жизни, вам, как врачам, думаю, это отлично известно.

– Элин, почему ты так уверена, что это именно смерть, а не болезнь? – спросил Скрипач. – Ты говорила о необратимом состоянии. А если оно обратимо?

– Вы уже пытались… обратить, – заметила Элин. – И вы, и Торк, и ваша семья. Успешно? Нет. По-моему, это, как минимум, повод задуматься.

– Нам нужны доказательства, – твердо произнес в ответ Ит. – Доказательства Тлена, если точно. Вот смотрите, что у меня получается.

Дано: сигнатура Слепого Стрелка, образование, которое охватывает собой множество миров, времен, событий, планет, и разумных. Скрытый сиур, о котором идет речь в «Азбуке», является неотъемлемой частью Стрелка, и сейчас мы получаем информацию о том, что скрытый сиур поражен Тленом из-за того, что…

– Что в нём отсутствует компонент «Архэ», – продолжила за него Элин. Ит кивнул. – Название неважно. Важно другое – без этого компонента сиур существовать не может, и начинает погибать. С учётом масштаба Великой Сигнатуры, частью которой является скрытый сиур и Стрелок, можно предположить, что дело это не секундное, и процесс будет идти достаточно долго, включая в себя всё новые и новые элементы.

– В таком случае, у меня вопрос, – Ит задумался. – Как ты считаешь, возможно ли вычислить хотя бы примерное количество итераций этого процесса, и пути его распространения?

– Если я получу нужное количество исходных данных, возможно, что-то получится сделать, – ответила Элин. – Ит, я понимаю, о чём ты говоришь. Ты видел живые корабли нашей расы, и предполагаешь, что зивы могут создавать организмы, которые предназначены для подобных задач. Ты не хочешь привлекать для этого местные системы, верно? Сомневаешься в их способности работать с такими объёмами информации?

– Ты всё поняла правильно, – кивнул Ит. – Так и есть.

– В таком случае ответ будет положительным, но только тогда, когда я, во-первых, получу данные, и, во-вторых, окажусь в среде, которая позволит мне создавать что-то, несколько отличающееся от формы куста, – хмыкнула Элин. – Здесь и сейчас это невозможно.

– Догадываюсь, – Ит вздохнул. – Что ж, в таком случае, нам необходимо будет собрать данные.

– Я могу вычислить первый этап исследований, – сказала Элин. – Начало, вход. Но для этого мне, конечно, потребуется ваша помощь. В первую очередь, информация.

– Я так понимаю, что нужна информация о мирах, которые теоретически могут относиться к скрытому сиуру? – спросил Скрипач.

– Верно, – согласилась Элин. – А ещё нам нужно научиться распознавать Тлен.

– Эмм… чудовищ с Окиста тебе было недостаточно? – удивился Скрипач.

– Это адаптационный период, он короткий, а дальше, боюсь, Тлен прекрасным образом мимикрирует, и его станет не видно, – ответила Элин. – Думаю, на Окисте очень скоро произойдет именно это. Мёртвое притворится живым. Не насовсем, на какой-то срок, пока что непонятно, надолго ли.

– И непонятно, что произойдет, когда оно притворяться перестанет, – продолжил за неё Скрипач. – Что ж, решено. Собираем данные, определяемся с планом, и… и что дальше?

– Видимо, отправляемся в путь, – ответил Ит. – Если мы останемся здесь, мы так ничего и не узнаем. И никого не найдем.

– Что верно, то верно, – покивал Скрипач.