Текст книги "Бой с тенью (СИ)"

Автор книги: Диана Розанова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 23 страниц)

Где я? Как я здесь оказалась?

Последнее, что я помнила – мне вкололи какой-то неизвестный препарат. Медсестра пояснила, что мне нужны витамины и больше сна.

Услышав звук, я повернула голову и увидела приоткрытую дверь, из которой лился мягкий свет. Пар медленно вытекал из проёма.

Шум воды становился всё громче, и из любопытства я заставила себя сесть, подойти к приоткрытой двери и заглянуть внутрь.

Пар клубился.

Вода стекала по его телу, и я заметила, как она окрашивается в розовый, а затем в красный цвет, уходя в слив.

Игнат стоял под душем, и кровь стекала по его спине, по рукам, смешиваясь с водой.

– Игнат? – неуверенно позвала его.

Он повернулся ко мне, и я увидела его лицо.

– Тебе не следовало сюда заходить.

– Что случилось? – спросила, чувствуя, как страх сжимает горло. – Чья это кровь, Игнат? Ты ранен?

Он выключил воду и шагнул ко мне.

– Это не моя кровь, – приблизившись, сказал он.

Смотрела на него, пытаясь понять, что происходит.

– Что ты сделал?

Он шагнул ближе, его рука легла на мою щёку, и я увидела, что на его пальцах всё ещё оставались следы крови.

– То, что должен был, милая, – он внимательнее оглядел меня. – Тебе нужно вернуться в постель.

– Игнат, я не приму такого ответа. Что значит «ты должен»? Ответь мне. Ты кого-то убил?

– Это не имеет значения, – он был явно не в духе продолжать спор, но ему ничего не оставалось. – Важно только то, что ты в безопасности. Что они больше не придут за тобой.

– Они? Кто «они»? Люди, которые стреляли в нас?

Я ведь была права, он пытается от меня что-то скрыть.

Он разобрался с теми, кто стрелял в меня?

– Игнат, – он ответит мне, хочет того или нет, – я имею право знать. Это случилось со мной. В меня стреляли. Моя подруга потеряла любимого. Я хочу знать, кто это сделал.

Он долго смотрел на меня, будто пытаясь подавить своей аурой, но его взгляд давно не пугал меня.

– Это был мой отец.

Я оцепенела, не в силах осознать услышанное.

Его отец? Тот самый человек, о котором он почти никогда не говорил. Который избивал его и Лидию. Который оставил их, когда они были детьми?

– Он? Но зачем? Зачем ему это?

– Он хотел забрать всё, что я построил. И он знал, что самый верный способ сделать это – причинить боль тем, кого я люблю. Он хотел убить тебя, Рина. Он хотел забрать тебя у меня.

Иногда, между нашим сексом и разговорами о личном, он упоминал о нём. Человек, который должен был защищать его, превратился в монстра.

Монстра, который хотел убить меня, чтобы причинить боль собственному сыну.

– Что ты сделал? Что ты сделал с ним?

– То, о чём ты уже догадываешься. Не хочу, чтобы ты видела меня таким. Не хочу, чтобы ты знала, на что я способен. Каким монстром могу быть. Но я не могу потерять тебя.

– Но ты ведь не монстр.

– Недавно ты была другого мнения, – фыркнул он. – Ты должна вернуться в постель. Тебе нужно отдыхать.

– Только если с тобой.

Он сощурился, будто не верил в то, что я говорю.

– Ты серьёзно? Ты хочешь лежать рядом с человеком, который только что убил своего отца?

В висках пульсировала боль, но мне было всё равно. Мне нужно было поддержать его… Хоть как-то.

Я положила руку на его грудь, чувствуя, как его сердце бьётся.

– Мне главное, чтобы ты был со мной.

Его глаза наполнились тёплыми чувствами, которыми он одаривает меня, когда мы остаёмся одни.

– Хорошо, – сказал он. – Я оденусь и приду к тебе.

Я понимаю, что сейчас лучше не давить на него, поэтому просто кивнула и вернулась в спальню.

Слабость накатывала волнами, и я чувствовала, как каждое движение даётся с трудом. Мне очень хотелось взять и заснуть.

Через несколько минут дверь открылась.

– Ты уверена?

– Я никогда не была так уверена, – ответила я, протягивая руку.

Он медленно лёг рядом, и я почувствовала, как его тело напряжено.

Он был осторожен. Я придвинулась ближе и положила голову ему на грудь.

Его рука легла на мои волосы, и он начал гладить их. Царство Морфея всё сильнее забирало меня к себе.

– Поспи, милая. Не заставляй себя, – произнёс он.

Мне ничего не стоило послушаться, и я провалилась в сон, чувствуя, как его рука обнимает меня, и понимая для самой себя, что нет ничего безопаснее, чем быть с ним.

Эпилог

Год спустя

Мы сидели на очередной лекции и записывали конспекты. Точнее, я записывала, а парень рядом со мной даже не думал о таком.

Хотя, если быть ещё точнее… я и сама была не совсем сосредоточена на том, что пытался объяснить нам преподаватель.

Это было невозможно, потому что рука Игната, лежащая на моём плече, то и дело скользила ниже, поглаживала, забиралась под свитер и касалась кожи.

– Игнат, – прошипела, не поворачивая головы. – Мы в универе.

– И что? – его голос был сонным. – Я тебя не трогаю.

– Ты меня трогаешь. Всю пару.

– Это не считается.

Я повернулась к нему, намереваясь высказать всё, что думаю о его понятии «не считается», но не успела открыть рот. Он уже притянул меня ближе, и его губы накрыли мои. Поцелуй был коротким, но таким наглым, собственническим.

И когда я попыталась отстраниться, он укусил меня.

– Игнат! – я упёрлась ладонью в его грудь, пытаясь оттолкнуть. – Прекрати! Здесь же люди!

– И что, милая? – он усмехнулся, но всё же отпустил меня. – Ты слишком много переживаешь о том, что думают другие.

– Потому что мы не одни! Мы в аудитории, у нас лекция, а ты ведёшь себя так, будто мы в спальне.

– Хочешь, чтобы мы были в спальне?

– Игнат!

Он рассмеялся, и этот звук заставил меня улыбнуться вопреки себе.

Я покачала головой. Какой же он ребёнок!

Игнат никогда не играл по правилам. Он всегда был собственником – жутким, невыносимым, бесячим собственником, которому было плевать на то, что думают другие.

Ему нужно было, чтобы все знали: я – его.

И он демонстрировал это постоянно. Когда мы шли по коридору, он всегда держал меня за руку или за талию – так, чтобы каждый видел. Когда кто-то из парней смотрел на меня чуть дольше, чем нужно (по его мнению), его взгляд становился таким, что тот мгновенно отводил глаза. Когда я разговаривала с кем-то на парах, он подходил, вставал рядом и клал руку мне на затылок, перебирая волосы.

Это было… странно.

Бесило. И одновременно – заставляло чувствовать себя нужной.

Я знала, что многие до сих пор не верят в нас. Шёпот в коридорах, косые взгляды, удивлённые переглядывания.

Игнат тоже слышал. Но ему было плевать. Он никогда не обращал внимания на мнение других и меня учил тому же. Ну, почти. Иногда я всё ещё стеснялась. Как сейчас. Но он терпеливо ждал или просто игнорировал мои протесты.

Я вспомнила, сколько всего случилось за этот год. Мы пережили столько, что другим хватило бы на несколько жизней. И мы всё ещё были вместе.

Мама, кстати, так и не узнала всей правды. Она знала, что в меня стреляли, но не знала, что это был заказ отца Игната. Мы решили не рассказывать ей. Она и так переживала слишком много, а узнав правду, она бы возненавидела его. А я не хотела этого. Не хотела, чтобы она видела в нём монстра.

Потому что он перестал быть монстром.

А может, даже и не был для меня им изначально.

Я опустила взгляд на свою руку и заметила тонкую линию татуировки на безымянном пальце – такую же, как у него. Мы сделали её через полгода наших отношений.

Это было безумие. Как и всё, что между нами происходило. Как и то, как он сделал мне предложение.

– Твой голос меня раздражает, – услышала женский голос.

– А меня – твоё существование, – не остался в долгу Егор.

– Ты специально сел рядом, чтобы меня доставать? – шепотом шипела Аня. – Тебе больше нечем заняться?

– А что, я не имею права сидеть рядом с тобой? Мы же теперь в одной компании.

Аня шлёпнула его по руке, а Егор тихо рассмеялся.

Они постоянно пререкались – это стало их новой традицией после того, как Аня стала частью нашей… Общины?

Игнат, кстати, отнёсся к этому спокойно. Когда я спросила его, не злится ли он на Егора за тот поцелуй, он промолчал.

Он сидел рядом со мной, его рука лежала на спинке моего стула, и я чувствовала, как его пальцы время от времени касаются моего плеча. Он не слушал лекцию, а смотрел в телефон, и его лицо было напряжённым.

– Что-то случилось?

Он не ответил сразу. Потом повернул экран ко мне. На нём было сообщение от Лидии.

Я перевела взгляд на Игната. Его глаза потемнели.

– Она моей смерти хочет? – произнёс он с горькой усмешкой. – Буквально. Каждый день она выкидывает что-то новое.

– Она пытается помочь, чем может. Её тоже можно понять.

Последние недели были тяжёлыми.

После того, что случилось с его отцом, осталось много последствий. Люди, которые были связаны с ним, начали проявлять себя. Кто-то хотел мести, кто-то – забрать то, что принадлежало отцу. Игнат пытался разрулить всё сам, не впутывая меня и Лидию.

Но я видела, как это на нём сказывалось.

Он думал, что защищает меня. Но я хотела разделить с ним эту ношу.

– Игнат, ты не должен всё тащить на себе. Я ведь с тобой.

Он посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнула тень тепла.

– Я знаю, милая.

За моей спиной Аня снова что-то сказала Егору, и он рассмеялся. Я повернулась и увидела, как она закатывает глаза, но на её губах играет лёгкая улыбка.

– Ты неисправим, – сказала она.

– А ты бы хотела, чтобы я исправился?

– Нет, – честно ответила она. – Тогда было бы скучно.

Я снова взглянула на Игната.

Он всё ещё смотрел в телефон, но теперь его лицо было чуть спокойнее.

– Всё будет хорошо? – спросила я.

Он поднял на меня глаза и, несмотря на всю тяжесть, которая давила на него, улыбнулся.

– Конечно, любимая, разве может не быть?

В копилку ещё одно самое лучшее обращение ко мне! Он редко говорит милые вещи без сексуального подтекста, но кто сказал, что мне такое не нравится и что я не ценю любую его часть, которую он пытается от меня скрыть?

Даже если он пытается меня от чего-то отгородить, у него не получится.

Это не в моём характере и не в рамках наших отношений.