Текст книги "Человек из Преисподней. Джунгли"
Автор книги: Денис Шабалов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 42 страниц)
А еще – всплывали вопросы и о деятельности самого Программатора. Чем он занимается здесь столько лет? Куда ездил перед приходом обоймы? В Пункте он живет уже очень долго, мог напрограммировать – но неужели его «личная гвардия железная» так велика, что старикан не боится прихода машин? Или он в сговоре? Встроился, сука, в систему?!..
Утро вечера мудренее… Сотников был полностью согласен. Дом остро нуждался в информации, и дед мог ее дать. И он сможет его разговорить. Неважно, как. Даже и форсированными методами. И оставлять его в живых – нельзя. Программатор висел над Домом как дамоклов меч, в прямом и переносном смысле. Поплевывает – это хрен с ним… Но кто знает, нет ли у него возможности подтолкнуть Дом в бездонную пропасть? Командир обоймы ПСО не имеет права рисковать. Утро вечера мудренее – но эта поговорка играла в данной ситуации только в одну сторону. Для Сереги мудренее. А для Программатора утро должно стать последним.
Поднялся рано, около шести. Сразу же проверил и посты. Тихо, спокойно, без происшествий. Программатор еще спал – железная дверь была закрыта и в мелком оконце, забранном стальной решеткой, стояла тьма. Но Серега, прислушавшись, все же уловил его тонкое посапывание. Ладно, пусть сам вылезет, тогда и возьмем за жабры.
Поднялся и Знайка. Посидел на спальнике, растирая заспанную физиономию, поднялся, побродил по комнате, осторожно огибая бойцов – и остановился напротив сидящего на диване товарища. Серега, решивший воспользоваться паузой и вычистить СКАР, вопросительно поглядел на него.
– Серег. Народ пока дрыхнет – может, к центру смотаемся? – ероша ирокез, спросил Илья. – Дальше-то какие планы вообще?
– Деда щемить, – хмуро пробормотал Сотников, заливая масло в ствол. – Много знает. И над Домом висит, как топор над шеей… Я тут ночью поразмыслил – нужно его дальше трясти на предмет информации. Потом уж видно будет…
– Так давай по Пункту пройдемся? Дед тихо живет, гвардия его далеко. Может, полезного чего накопаем. Дозор предупреди, чтоб старика не выпускали – и пойдем…
Предложение было дельное. Задержаться, пожалуй, придется еще на сутки – пользуясь моментом и с дедом поговорить, и передохнуть подольше перед броском. Четыре километра вверх – не шутки. И неплохо бы оглядеться по местности. Да и Знайка не успокоится…
– Ладно, пошли, – откладывая пулемет, сказал он. – Приду – дочищу, пусть пока промаслится…
Знайка просиял. Вскочил, натянул по-быстрому комбез, влез в берцы и куртян…
– Ствол возьми, – напомнил Серега, цепляя на пояс кобуру со штейром. – Место незнакомое все же.
Выбравшись в коридор, сразу повернули к центру – Знайка первым делом всенепременно хотел увидеть Люк.
– Может, даже и откроем… – шагая рядом, рассуждал он. – Посмотреть, что там. Не, ну пустота, понятно… Даже фонарями не нашарим. Но хотя бы глазком!..
– А сможем мы людей по прямой эвакуировать? – спросил Серега. Эта мысль только что пришла ему в голову, и теперь он сосредоточенно ее обдумывал. – Минуя пятьдесят горизонтов, которыми два месяца лезли… Теперь мы знаем, что над Домом. И если пробурить-таки дыру…
– А чего ж нет? Конечно! – энергично кивнул научник. – Соорудить подъемник и партиями перетягать! И грузы. А можно знаешь что? Можно и весь ствол обжить! Ведь там тупиковые отрезки транзитных! От ствола и до переборок! Соорудить лестницы по стенам, пути сообщения… Жизненного пространства теперь – прорва!
Серега кивнул. Настроение стремительно поднималось – перспективы виделись самые радужные. А всё кто?.. Всё они, Третья экспедиция! Теперь бы в Дом сообщить… Но с этим потерпеть придется, возможности нет. И ведь сообщение вниз, на крышу модуля не скинешь. Вот незадача…
– Слу-у-шай… – от пришедшей в голову мысли Серега аж тормознулся. – А ведь здесь и кросс должен быть. Как считаешь? А если есть связь с Домом?..
Знайка помедлил секунду – и чертыхнулся.
– А точно… Но если есть кросс… если он работает… то подключиться к Дому и прослушать переговоры – тоже вероятность есть… – он помолчал немного, осмысливая… – Да этот хрен дурит нас, как лопухов! Вот сука!.. Он, может, в курсе всех наших дел! А бараном притворяется! То-то он все время вправо косил – это он так прикидывал, что можно сказать, а что нельзя, чтоб не проколоться!
Серега сквозь зубы выругался. Если так – выпускать Программатора из рук тем более нельзя. Сейчас только до Люка – и обратно, тепленьким брать. И поспрашивать с пристрастием. Единственная проблема – железная гвардия. Сколько у него наличных сил? Хотя и это не помеха: деда в заложники – и врял ли на обойму кто рыпнется…
Пока обдумывал эту проблему, добрались до центра. Люк здесь действительно был, и Знайка сразу же прилип к нему мертвой хваткой. Впрочем, не отставал и Серега: возможность воочию увидеть, наконец, одну из загадок Дома – дорогого стоит… Тем более и Программатору веры нет, мог каких угодно сказок навешать.
Обе створки Люка – большие, по два метра каждая – раскрывались простым откидыванием в стороны. Никакой механики не полагалось. Под ними колодец во тьму. В стенках колодца, чуть ниже, виднелось два лаза на технический уровень ПУ, забраны решеткой с замками. И остатки винтовой лестницы. Дальше только тьма. Фонарь не мог пробить два километра, хватало его, может, метров на двести – но пустота под ногами чуялась. И Серега теперь уже не словами, а похолодевшим загривком осознал – бездонная пропасть и Дом, балансирующий на грани…
– Аварийный переход, – рассматривая колодец, сказал Знайка. – Смотри. Не лифтовая шахта, а именно лестница. Надежнее обычной лестницы ничего нет. Если обесточка – лифт встал. А по лестнице ты ножками-ножками… И со створками то же. Чтоб не заклинило.
– Доволен теперь? – усмехнулся Серега. – Эх и задирал тебя этот Люк. Самая таинственная тайна…
Знайка хмыкнул.
– Я-то теперь знаю. А вот ты со своими морфами встрял по уши. Где они? Нижние-то горизонты тю-тю… Ноль да хрен повдоль.
– Ничего. Старик сегодня все скажет… – пообещал Серега.
– Решил уже? А что с ним потом делать? Того… – Знайка чиркнул пальцем по горлу.
– Ой не знаю, Илюха… – вздохнул Сотников. – Убивать старика желания нет – мерзко как-то. Но и оставлять его…
– Если он до сих пор с Домом ничего не сделал – может, и не нужно ему?.. – неуверенно спросил Илья… – Понимаешь, Серег… Как-то очень быстро мы скатываемся. О большом и малом, о том, что допустимо пожертвовать меньшим ради большего – оно, конечно, можно пофилософствовать… Но когда дела касается – погано на душе. Нет, ты не подумай! – вдруг горячо зачастил он. – Я тебя всегда поддержу! Я – до конца! Но сам посуди. Каждое последующее решение – оно легче дается. Зарубили кучу аборигенов… Теперь вот старика думаем… И уже мы как-то не очень колеблемся. Дом – Домом… но и человеком тоже остаться хочется.
Серега молчал. А что скажешь? Прав мелкий. Хочется. Но это раньше нужно было думать, когда из Дома уходил. А теперь хошь не хошь…
– Ладно, решим, – нехотя ответил он. – Все от разговора будет зависеть…
Знайка кивнул.
– Понимаю…
Здесь их больше ничего не держало. Кросс – если таковой имелся – либо у старика пытать, либо самим искать. Сотников громыхнул створками, закрывая люк, повернулся… и внимание его вдруг привлек знакомый до боли предмет на полу у двери в ближний блок. Патрон. Семерка. Лежит одиноко, желтым поблескивает…
Дернув с пояса пистолет, Серега, поманив товарища, осторожно направился к находке. Пока шел – все прислушивался, не шумнет ли где; дверь, у которой сиротливо валялся патрон, была приоткрыта, внутри темно, и он вполне ожидал, что за дверью торчат железяки старика. Но коль есть они там и до сих пор не вылезли – значит приказа работать с гостями нет. А значит и заглянуть можно…
Осторожно толкнув дверь – свет при этом, как обычно, зажегся автоматически – Серега выглянул из-за косяка. Контроллеров в помещении не наблюдалось. И лишь спустя долгие мгновения до него дошло, что же он видит.
Это была казарма. Самая настоящая. Взлетка. Койки на обе стороны – много коек, очень много. Застелены синими покрывалами. Рядом с каждой – тумбочка, стул для формы, аккуратно стоящие шлепки… «у изголовья ног лицом к проходу». Шкафы для снаряги. Но не это – мгновенно, обухом по голове! – привлекало внимание. В ближнем конце казармы, начинаясь сразу от двери, оборудовано что-то вроде открытого класса: стулья, столы рядами, проектор, белое пятно экрана на стене… и схемы. Много. Разные. Подходы к Дому, южная транзитная галерея. Подходы к Дому – западная транзитная. Схемы Внешних КПП. Схемы Внешнего Периметра – всех четырех укрепрайонов, вид сверху, в разрезе. Схемы Внутреннего Периметра – и в подробностях. Планы уровней с наименованиями блоков и служб, вооружение, численность боеспособного населения, численность ПСО и ПБО… Разинув рот, Серега глядел и понимал – ответ на вопрос о деятельности Программатора висит прямо перед ним.
– Человеком, говоришь, остаться? – скрипнув зубами, хрипло выдохнул он. – С кем?! С этим что ли?!.. Да он же, тварь, вместе с машинами! В систему, сука, встроился! Ты погляди!.. Это же полная схема Дома! Это же все подходы! Это же… тут же всё!
Знайка, оглядываясь по сторонам, ошарашенно молчал.
– Казарма это! Понимаешь?! Железяки здесь спят, что ли?! Нет! Кадавры! Это же… – продолжал Серега… и вдруг задохнулся от новой, взорвавшейся в голове, мысли. – Это же перевалочная база! Тут коек – штук двести! Гвардия? Ладно, железяк он взломал и переподчинил! А этих?! С организмами как?!.. Хрена лысого! Не перепрограммировал он никого – он с самого начала, тварь, с ними! Приходят, размещаются, отдыхают сколько нужно – и вниз! По наши души!
– Но зачем же… Они же могут через люк… – пробормотал Илья. – Зачем по Джунглям?.. Не понимаю…
– А это мы узнаем сегодня! – кровожадно оскалился Сотников. Сомнения, которые заронил в нем друг, сдуло в одно мгновение. – Щас осмотримся здесь, вернемся – и спросим этого упыря! Он мне все скажет…
– На плане этот блок значился как «Гостевой», – мрачно сказал Знайка рассматривая схемы. – А казарма – она не в размер блока. Рядом еще двери…
– Пошли, – понимающе кивнул Сотников.
Илья был прав. За следующей дверью – рядом, стоило пройти двадцать шагов – пряталась вторая казарма. Не для людей. Зарядные станции контроллеров, ремонтно-загрузочные терминалы, склад ЗИПа и медицины, отдельный склад боезапаса – все что нужно для ремонта и переоснащения. Машинный док. Здесь же присутствовала и ремонтная часть – док был разделен на две половины и в ближней торчала целая куча самых разных станков, а у стены длинным рядом стояли верстаки с развешенным по стенам инструментом.
– Смотри, смотри, Серег… Зарядная станция! Это для мелких КШР наверно… А это – для ШМП… – Знайка бродил по блоку как лунатик. – Витой шнур сверху спускается и к зарядному порту… Двести двадцать. О, смотри! А вот и три фазы для платформ! И здесь же их боезапасом догружают, на кран-балке вон короб двенашки висит…
Бродили долго – ремонтное оборудование машин они видели впервые и хотелось рассмотреть все. Наконец опомнились. Нужно было возвращаться и браться за старика. То, что он продался – ясно. Не просто бросил свою общину – перебежал к врагу. Но Знайка очень правильно поставил вопрос – нахрена шастать Джунглями, если есть возможность спуститься на Дом сверху? Пробить люк и оказаться в самом сердце человеческого убежища…
– Да… Окопались, суки… – стоя посредине цеха, Сотников медленно переводил взгляд с одной детали интерьера на другую. – Ты погляди, а… И ремдоки, и зарядные станции, и терминалы информационные, чтоб напрямую в мозги грузить, и боезапас… Всё здесь! Перевалочная база и есть! Деда – валить, однозначно. И что-то думать по этому объекту. Законопатить его что ли… или заминировать вдоль и поперек… Чтоб эти твари сюда ни ногой.
– Тогда пошли, – хмуро кивнул Знайка… и вдруг, поперхнувшись, уставился за спину товарища.
Серега еще не оборачиваясь уже понял, что увидит – слишком уж знакомо лязгнуло. Стремительно крутнувшись вокруг себя, он дернул с пояса ствол, вынося его вперед… в дверях, ведущих куда-то внутрь блока, возвышался массивный корпус четырехсотого.
Оружия у него не было, корпус наполовину раздет – отсутствовали боковые, брюшные и бедренные пластины брони – но менее грозным противником он от того не становился. А у Сереги с собой только пистик, даже мощный 357.SIG, которого машине что слону дробина. На Знайку же он и не надеялся…
Четырехсотый, качнувшись, локомотивом бросил корпус вперед. Четыре центнера, да с ускорением – в человека. Снести, вбить, размазать о бетон. И одновременно с этим Серега почувствовал, как сердце, словив паузу, взорвалось темпом автоматной очереди.
Стрелять не успевал – КШР был уже близко. Толкнув Илью в сторону – убрать с дороги – он рванулся вправо. Мелкий, который так и торчал на месте, разинув рот, птичкой улетел под верстак. Слева, ударив упругой подушкой воздуха, мазнуло серой тенью – мимо. Развернувшись, Сотников вскинул ствол и, поймав затылок тормозящей машины, в три секунды выпустил магазин. Пули, горохом пройдясь по бронированной башке, рикошетами брызнули в стороны – но две-три все же нашли цель, заплющив лепестковую шторку тыльной камеры. Задняя полусфера ослепла – уже плюс!..
Отбросив пистолет, он беспомощно огляделся… Знайка лежал под столом, ствол на ремне за спиной. Не успеть… Четырехсотый разворачивался. Бежать нельзя – мелкому конец. Драться врукопашку?!.. Единственное, что хоть как-то напоминало оружие – кувалда над ближайшим верстаком. Лучше, чем ничего… В четыре прыжка покрыв расстояние, Сотников рванул молот с крюков. Развернулся… вовремя! КШР уже маячил за спиной, тянул загребущие клешни. Нырнув под левую лапу, Серега, скрутившись, ушел в сторону, за спину механизма – и, распрямившись пружиной, с выдохом ахнул по бликующей макушке. Сверху вниз, дровосеком.
Тренировки с кувалдой – азы рукопашника. Наработка мощности удара, скорости… Контроллера швырнуло вперед. Упав на колено, он на мгновение замер – череп уцелел, но запреградный импульс изрядно встряхнул мозги – и, взвизгнув сервоприводами, начал распрямляться. Следующий удар снова бросил его на колени. Опершись правой лапой о бетон, четырехсотый повернул башку – и встретил третий удар, летящую сверху кувалду, жестким блоком. Сотников аж взрыкнул от боли – рукоять, хоть и сделанная из гасящего вибрации материала, спружинила в ладонях, отдавая энергию обратно, до локтей.
КШР уже стоял прямо перед ним. Пахнуло горячим металлом и маслом, он слышал, как внутри механизма тонко поют релюшки и гудит напряжением топливник… Он уже не успевал – кувалда силой инерции утянула вправо и требовалось время, хотя бы секунда, чтоб выйти на новый удар. Но этой секунды у Сереги не было.
В следующее мгновение он уже скользил спиной по полу. Пекло левую лопатку, встретившуюся с бетоном, адски ломило левую грудную – удар пришелся прямо туда и если б не толстый слой мяса, стальной кулак пробил бы ребра. Улетел недалеко – кувалду все же не выпустил, и она, громыхая следом, тормозила, работая якорем. Проехав с десяток метров, он влетел в стену, врезавшись затылком. Потекло, закапало темно-красным.
Извернувшись как кот, Серега вскочил на ноги. Контроллер стоял на месте и, склонив голову на бок, смотрел вслед. Эта полная любопытства человеческая поза озадачивала – и лишь спустя секунду Сотников понял, что смог-таки достать. Правый упорный шейный привод лопнул надвое, и половинки нелепо торчали в стороны, словно две стрелы в туше. Раненый бизон да и только…
– Ну, сука… давай сюда… – прохрипел Серега. Перехватил кувалду наизготовку… – Ща буду тебя в хлам плющить…
Лязгнув металлом, контроллер, тяжело печатая обрезиненными подошвами в бетон, пошел вперед. Больше он не бегал – мозги сделали вывод и выбрали новый вариант. Механизмы врукопашку умели так себе, не их профиль – и к лучшему: оно и так бронировано, хрен пробьёшь. Попрыгать, попотеть придется…
Подняв кувалду, Сотников ждал. На подходе механизм вздернул клешню вверх, защищаясь от удара… Поехали! Набирая энергию, Серега скрутился винтом – и по нисходящей, меняя траекторию, опустил стальную чушку на коленный сустав. Нырнул вниз, пропуская над головой хватанувшую воздух лапу, снова разворот – набрать мощности! – и молот с жутким грохотом влетел в защищенное лишь арматурой брюхо. Нырок влево, под манипулятор, выход со скруткой – и удар в череп. И снова нырок, уже влево… Он плясал вокруг механизма, ускоряя темп – череп, брюхо, колено, снова череп! – пропуская мимо себя его клешни, которые всегда на какую-то долю секунды запаздывали. Контроллер не бил – он пытался ухватить верткого человечка, выдернуть из вихря, который тот закрутил вокруг… и Серега понимал, что раз попавшись, уже не вырвется.
Череп! Сустав! Брюхо! Ключичный поршень! Сыпались один за другим удары, гремела сталь, летели высекаемые молотом искры… С первого взгляда казалось, что попадания не приносят стальному чудовищу вреда – но по каким-то едва уловимым признакам Серега чувствовал, что это не так. Удары проходили – все, начиная с самого первого, сломавшего подпорник – и механизм сдавал. Очередной удар в сустав – и он гнется уже не так быстро… Новый удар в брюхо – и вот уже поддались прутья стального каркаса, в котором крепится топливник… Еще один удар в череп – и может быть, именно он, наконец, критично повредит мозг и вырубит монстра…
Но выдыхался и он сам. Двигался он на пределе скорости, на грани, быстрее уже не мог – и такой темп невозможно держать долгое время. Две… три… четыре минуты непрерывной работы на высочайшей скорости! Пахала не только физуха, но и мозг, и нервная система: хватая движение врага, просчитывая траекторию нырка, скрутки, дистанцию удара, вылавливая матовый взблеск смертоносных клешней… Ювелирная работа на острие, когда малейшая ошибка – смерть. Да и кувалда! Молот весил килограмм десять – и попробуй покрути этой хреновиной! Это вам не кулачками танцевать…
Сколько он еще выдержит, Серега не знал. Подмоги не предвиделось – переусердствовал с толчком от испуга: Илья, улетев под верстак, все ещё лежал ничком, не подавая признаков жизни. Головой, что ли, приложился… И до обоймы далеко, вряд ли пацаны слышат, даже не смотря на весь этот адский грохот. Здесь шло уже на чистую выдержку, кто первый сдохнет: либо он успеет уработать контроллера – либо металл выстоит и прогнет его самого. Может, три… может, пять минут. А дальше конец.
К накапливающейся усталости прибавился и еще один нехороший фактор. Чтобы разогнать молот до требуемой мощности, приходилось, набирая инерцию, крутиться волчком – и значит, пусть и на короткие мгновения, но все же выпускать машину из поля зрения. Механизм очень быстро сообразил, что перед каждым ударом есть доли секунды, когда человек теряет его – и, обработав результат, изменил тактику. Теперь он делал короткие броски как раз в эти моменты – и Серега фактически чудом сумел увернуться от первой же атаки. Пришлось менять тактику и ему – теперь он пытался бить с дальней дистанции, благо рукоять кувалды позволяла кое-как дотянуться до буратины… но процент результативных попаданий тут же резко снизился, и он с ледяным холодком понял, что начинает проигрывать.
Он чувствовал, что уже на пределе. Горячей наждачкой драло горло, кузнечными мехами, качая воздух, вспухали легкие, грозило расколотить грудную клетку сердце… Плечи, принявшие на себя чудовищную нагрузку – пахал ведь как молотобоец в кузнице! – ломало болью. Горел адским пламенем пресс, межреберные и широчайшие – именно эти мышцы во время удара давали молоту разгон, именно они работали с максимальной выкладкой. Свинцовой отказывающей усталостью наливалось тело… Механизм же, несмотря на все полученные повреждения, продолжал работать. Пусть и не так четко и размеренно, как раньше, пусть и появилась в его движениях вялая задумчивость – но он и не думал сдавать. И Серега понял – кончено. Он был быстрее машины… но сделать ничего не мог.
На помощь пришел Илья. Выплясывая в смертельном танце, Серега все же успевал хватать окружающее. В какой-то момент, мазнув взглядом, он увидел, что научник уже не валяется бездыханным под столом, а стоит на колене с винтовкой у плеча. Он явно ждал подходящего момента…
Серега, задохнувшись от восторга – очнулся, сукин кот! поживем еще! – ощерился во все тридцать два! Давай же! Стреляй! Контроллер уже не просто отмахивался – пользуясь тем, что человек выдохся, он перехватил инициативу и теперь бульдозером пер вперед, давил массой! Тут на секунды счет! Ну же, сука!.. Да где же, мать твою, выстрел?!
– Бей!.. Я всё!.. – заорал Сотников, выдыхая с этим воплем последние силы… и вдруг сообразил: Илюха боялся задеть!
Контроллер просчитал вопль. Мгновенно развернувшись, он стартовал, набирая скорость, к человеку с винтовкой… Серега дохлой кишкой завалился на пол, выпадая из сектора… и тогда Илья частыми одиночками открыл огонь.
Лежа на спине и глядя в потолок, плавающий в кроваво-красном тумане, сквозь гул пульсирующие удары крови и гул в ушах, Сотников вяло пытался сообразить, кто же вышел победителем. По меркам ПСО Знайка стрелял посредственно. И если он не попал…
Подниматься не хотелось – организм устал смертельно, до отключки, и тянул сознание сорваться в беспамятство. Какая уже разница, право слово… если мелкий попал, то сейчас где-то там, вверху, должна появиться яйцеобразная голова с ботвой на макушке. Если нет – стальной кулак размажет человека по полу. На этом все и закончится.
Слева в поле зрения вплыл светлый овал. Ботва наличествовала.
– Серег… Ты чо?.. Как?.. – сквозь толстый слой ваты донесся голос научника. – Ты там жив вообще?..
И Сотников, расплывшись в блаженной улыбке, закатил глаза под лоб и медленно сполз в пропасть.
Где-то через полчаса тронулись в обратный путь. Серега уже малость оклемался – но, пошатываясь, брел полутрупом. Нелегко бой дался… Легкие все еще болели, как будто километров пятьдесят с полной выкладкой рвал, тело было ватное, непослушное, время от времени приходилось останавливаться на передых. Обратный путь обещал затянуться…
Знайка, впрочем, был совсем иного мнения. Шагая рядом, он время от времени с восторгом поглядывал на товарища и, поджимая губы, покачивал головой.
– Ну хватит уже… – прохрипел натруженным горлом Серега, словив очередной взгляд. – Что ты пялишься на меня, как на чудо-юдо какое…
– Да я все не перестаю удивляться, что с человеком Академия делает… – хмыкнул научник. – И Академия и… сопутствующее, в общем.
Сотников нахмурился.
– Сопутствующее?
– Ну… тренировки, там… подготовка… – кивнул Илья. – Я же… Я же почему стрелять не мог?.. Я вас отследить не успевал. Два пятна мечутся, руки-ноги-лапы мелькают… кто кого… чего куда… хрен разберешь. Да еще и башка трещит, в глазах двоится…
– Это извини… – смущенно усмехнулся Серега. – Переборщил я, Илюх. Испугался, вот и пихнул сильнее чем нужно.
– Да уж… – Знайка, шипя и морщась, пощупал здоровенную сиренево-серую гулю на бритом затылке. – Я и понять ничего не успел… хренак – и темнота.
Серега виновато развел руками.
– Это ладно, заживет, – отмахнулся Илья и снова с восторгом посмотрел на товарища. – Вот рубилово – да! Эпично! Хотя я большую часть и не видел… Я потому и рукопашные соревнования армейцев смотреть не люблю – хрен чо поймешь. Особенно когда Рыков, там, или Шухов стоят… ну или ты… Да и вообще! Я в бою за пацанами тоже не всегда успеваю. Только сообразил, куда стрелять – а цель уже на полу и мозги на стене.
– А иначе не выжить в Джунглях, – ухмыльнулся Серега. Восторги друга, что и говорить, были приятны. – Скорость все решает…
До берлоги Программатора добрались минут за двадцать. Гораздо медленнее, чем топали к люку. Но организм постепенно восстанавливался, и на подходе к дозору Серега уже чувствовал себя сносно. Разве что мышцы гудели да горло поперхивало.
Ночные дозоры сменили, и теперь на точке сидел Медоед. Завидя командира, козырнул, собираясь выдать дежурное «без происшествий» – но Сотников, махнув рукой, доклад тормознул.
– Шум слышали? – спросил он. – Грохот со стороны площади.
– Слыхали, – кивнул Сашка. – Ну как, грохот… так, постукивало что-то вдали.
– А какого ж хрена… Почему разведки не было? – опешил Серега. Это что, совсем нюх на отдыхе потеряли?..
– Так мы и дернулись… – растерялся Медоед. – А дед такой говорит – не волнуйтесь, типа, это станки заработали, там автоматика, конвеерная линия, пресса… Ну Злодей и дал отбой.
– Станки, значит? – хищно сощурился Серега. – Ладно… Дед-то где?
– У себя был. Это пока я не заступил… Да не денется никуда, его там пасут, не выпустят.
Серега кивнул. Ну вот и поговорим по душам…
Бойцы уже проснулись и занимались кто во что, своими делами. И вид потрепанного командира, появившегося в комнате, сразу же вызвал вопросы. Игнорируя – отвечать взялся Знайка, сразу забрав на себя всё внимание – Серега подошел к двери в комнату хозяина и дернул за ручку. Заперто.
– Ну а ты как думал? – хихикнуло внутри и в зарешеченном окошечке из темноты выплыла физиономия деда. – Открыл я тебе, ага… И выламывать не пытайся. У меня и здесь тоже лаз. Дернешься – только меня и видали…
Серега не ответил – стоял и молча смотрел на старика. Да, упустил. Обосрался так обосрался. Не добраться теперь до хрыча. Но кроме этой в голове мелькали и другие мысли. Нужно было спешно уходить – дед оказался далеко не прост и давно уже мог вызвать подмогу. Каковы силы и средства – это еще вопрос, но в любом случае организовывать оборону в логове врага – глупо. Ему тут каждый сантиметр знаком, и кто знает, каких сюрпризов еще понатыкано…
– Собираемся! Злодей – срочный сбор! – скомандовал он, не отрывая взгляда от лица Программатора. И, обращаясь к деду, полуутвердительно спросил: – Помощь-то спешит уже?..
– А то как же. Еще с вечера… – с гаденькой улыбочкой усмехнулся дед
– И четырехсотого ты подослал?
– А то кто же. Командира обоймы надо сразу… того. А здесь такой шанс… Жаль, у меня один КШР при себе и остался. Разукомплектованный. Думал – хватит тебе… А нет, силен оказался. Удивительно даже, столько против машины стоять… Не зря Куратор за вас так держится, ой не зря… Я-то рассчитывал шлепнуть тебя – и пока суть да дело, пока людишки твои суетятся – там и подмога подойдет. Не судьба… Ну да ничего. Все равно вам скоро край.
Собственно, вопросов у Сереги больше не имелось. Пора валить. Но что делать с объектом? Висящий над Домом, в руках врага, Пункт Управления представлял первостепенную опасность. Пожалуй, гораздо опаснее, чем накаты… Ситуация тупиковая.
Старик через решеточку с понимающей ухмылкой смотрел на него – и как будто даже понимал его мысли. А скорее просто подслушал давешний разговор…
– Вот ведь какая незадача… и идти надо – и Дом в опасности. Так что ли, командир?
Серега молчал. Вот хрен старый, глумится еще…
Впрочем, Программатор и не думал глумиться. Сотников далек был от мысли, что он полон добрых намерений – но для чего-то ему понадобилось приоткрыть перед гостем еще один вопрос. Может, они так давно толкались в нем, что хотелось ему поделиться. Может, это было желание утереть нос нижним, желание утвердиться, показать свою важность и осведомленность… А может, и другая причина, о которой Серега не подозревал. Но сказанное Программатором снова ставило с ног на голову все представления людей Дома.
– Ладно. Вам все равно не жить, – морда старика исчезла за окошком и теперь слышался только голос из темноты. – Скажу уж, на прощание. Чтоб осозналось… Дом – это полигон, остолопы. На вас тестируют ИИ, его боевую часть. Тестируют, получают новые наработки, осваивают приемы противодействия… На вас тренируются кадавры. Когда стало понятно, что модуль никуда не денется, закрепили его снизу-то – возник вопрос, что делать с людьми. Это до меня еще было… Сначала выковыривать хотели. Но первый накат отбили, второй тоже. И третий. Крепким орешком община оказалась… Тем более стало ясно, что этот модуль бесполезен, ресурсов с него не поиметь. Еще один модуль уже тогда планировался – а теперь и строится уже, восточнее – и этот решили использовать по-другому. Вы – подопытные кролики. Соображаешь, командир? А кто все это устроил? Я. Это я сказал, что нет нужды поднимать Дом. Это я подсказал, как его использовать. В благодарность распоряжением с самого верха назначен смотрителем. Так что ты можешь быть спокоен, с модулем ничего не случится – нужен он, полезную функцию выполняет. А вот вам… – в темноте снова хихикнуло, но уже отдаленно, будто дед говорил из дальнего угла, – вам недолго осталось. Крысолов… он уже с вами. Внутри каждого из вас. Крысолов вас убьет. Страшнее твари я не знаю.
Тихонько стукнуло металлическим, и голос оборвался. А Серега как стоял, беспомощно хватая ртом воздух – так стоять и остался.
Глава 9. НАПРОЛОМ
Успели впритык. Тютелька в тютельку. Свернули в узел, откуда Тайные Тропы вели на девяносто седьмой – а вдали уже погромыхивал по рельсам мотовоз. На выручку летела подмога.
Сутки ушли на подъем. Снова узкие коридоры Тайных Троп, длинная труба вентиляции, бетонные стенки, анкера, Дровосек и Гоблин в роли подъемных механизмов… И – разговоры. Много разговоров.
Сказанное Программатором ставило на место очередной кусок паззла. Огромный кусок в самый центр картинки. Это касалось и назначения паутины, и местоположения, и наличия механизмов, и их целей… Да, собственно, всего! Серега был далек от мысли, что деду можно верить безоговорочно – но часть информации вполне гармонично ложилась на уже имеющуюся картину мира, ей не противореча.
Что сильнее всего интересовало Знайку – причины катастрофы. Ведь что ни говори, Программатор обрисовал бедствие именно планетарных масштабов. Вплоть до сдвижки литосферных плит и охладевших недр. Дед не сказал причину – и теперь научник, немилосердно начесывая ирокез, строил гипотезы одну страшнее другой. Взорвавшиеся вулканы? Столкновение с метеоритом? Пришельцы, решившие поработить человечество, в конце-то концов?.. Или причина гораздо проще и виноват сам человек? Программатор, который мог дать ответы, теперь недоступен – но Знайка надеялся найти их выше. Теперь свернуть его с пути невозможно было и бульдозером.
Касательно же Дома, который оказался полигоном для механизмов… разом становился понятен и триста сороковой горизонт, и особо крупные накаты после Экспедиций, да и просто наличие контроллеров в Джунглях и вечная война. Триста сороковой – это была граница, рубеж, за который подопытным кроликам соваться запрещено. Все что ниже – ваше, бегайте по резервации, выживайте в границах клетки. Выше – ни-ни. А сумели прорваться – так, наверно, популяция со времен последнего наката подросла?.. Надо проредить. Вот и прореживали. Совмещая одновременно с обучением. Двух зайцев одним выстрелом.
