Текст книги "След Сатаны"

Автор книги: Дени Баксан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 43 страниц)

4

Читатель согласится с тем, что Священный Коран открыл нам несколько важных аспектов в замыслах и стратегии Сатаны. Мы можем обобщить их, чтобы облегчить себе дальнейшее расследование.

Аллах Всемогущий оставил Сатану на свободе до дня воскрешения. Условия пребывания нечистого на земле, среди людей, известны. Священный Коран, ниспосланный Аллахом человечеству, показывает, что Судному Дню должно предшествовать очищение человечества, победа истины над ложью, Ислама над неверием. Сатана знает, что его в Судный День ожидает неминуемое наказание и всеми силами старается совратить как можно больше людей, чтобы очищение человечества длилось долгие века и тысячелетия. В этом – единственная его надежда отодвинуть завершение мира и сопряженное с этим завершением наказание. Может быть, он надеется вести эту игру вечно и, может быть, даже надеется победить в ней, зная, что Всевышний не нарушает Своего слова: «Не меняет Аллах своего обещания» – свидетельствует Священный Коран (Сура «Румы», аят 6). Но мы должны знать не только это. Тщетность надежд Сатаны на вечную свободу в творении зла показывает следующие слова из Священного Корана: «поистине, Аллах не меняет времени обещания!» (Сура «Гром», аят 31). Значит, ухищрения Сатаны не смогут ни приблизить, ни отодвинуть сужденный час. В этом – утешение для верующих.

Нам известен и метод, которым действует в совращении людей Сатана. «Я украшу им то, что на земле», – заявил он в момент изгнания. Что имел в виду нечистый? Мы можем узнать и это. Читаем в Священном Коране: «И вот Мы сказали ангелам: „Поклонитесь Адаму!“ – и поклонились они, кроме Иблиса; тот отказался, и Мы сказали: „О Адам! Ведь это – враг твой и твоей жены. Пусть же он не изведет вас из рая, да не окажешься ты несчастным! Ведь тебе можно не голодать там, и не быть нагим, и не жаждать там, и не страдать от зноя“. И нашептал ему Сатана, он сказал: „О Адам, не указать ли тебе на дерево вечности и власть непреходящую?“» (Сура «Таха», аяты 116–120).

Вечность и власть. Вот что является теми ключами, которыми Сатана отворяет души людей и проникает в них тяжелой болезнью. Запомним эти два слова – вечность и власть.

5

Людям, как и всем живым существам, свойственно любить жизнь. Аллах даровал людям поистине прекрасный удел – планету Земля. Нет ничего порочного в том, что мы привязываемся душой к своим родным, друзьям, близким. Всевышний не запрещает нам пользоваться благами и красотами этого мира, Ислам не призывает к аскетизму, он призывает лишь остерегаться излишеств и мерзких, калечащих психику наслаждений. Ислам не запрещает праведного достатка и не презирает бедность. Это – самая гармоничная и умеренная религия среди всех исповеданий и Священный Коран поясняет верующим, что «не возлагается на душу ничего, кроме возможного для нее» (Сура «Корова», аят 233).

В честолюбии, стремлении подняться на ступень выше в социальной и общественной иерархии также нет ничего плохого, если карьера не сопровождается интригами, подлостью, подкупом и другими неблаговидными делами. Люди обладают разными способностями, несхожим темпераментом, и каждый имеет право получить ту меру признания и людского уважения, которые заслужил своим трудом или талантом. История знает многих достойных лидеров, ставших памятью и гордостью не только для своих народов, но и для всего человечества.

Поэтому власть и вечность (стремление жить долго) становятся орудием совращения в руках Сатаны не сами по себе, а когда превращаются в исступленную страсть, затмевающую разум и совесть. Разум и совесть или то, что в Священном Коране названо различением, есть присутствие в нас, в нашей крови, света Аллаха. Когда ради продления своей земной жизни или обретения власти мы забываем разумную меру и совесть, мы забываем Аллаха и ставим земное выше Творца. Это и есть язычество, сатанизм, придавание Аллаху сотоварищей в виде земных благ, которые превращаются в объект для поклонения. «Да, последовали те, которые несправедливы, за своими страстями без всякого знания!» – говорится в Священном Коране (Сура «Румы», аят 29). Слово «несправедливый» – самое суровое обвинение от Аллаха, ибо оно обозначает язычника, сатаниста.

Если бы нас попросили определить краткой формулировкой систему запретов и разрешаемого в Исламе, мы бы сказали так: телу дозволено все, что не калечит душу, не искажает кровь. Если Священный Коран что-то запрещает, то нужно быть уверенным, что Всевышний опекает нас этим запретом от безумия в различных его формах. В том числе и от самой страшной его стадии, когда безумие перестает осознаваться как болезнь и становится мировоззрением и нормой поведения.

В предыдущих главах мы попытались набросить коллективный психологический портрет так называемой элиты человечества или, выражаясь языком эзотеристов, его водителей. Мы убедились, что и языческая элита, и языческие боги, которым они поклонялись, страдали тем, что в психиатрии называется сексуальной инверсией (дезориентацией) – гомосексуализмом, тягой к кровосмесительству. Причем, гомосексуализм и инцест были возведены в некий принцип, почти не допускающий отступлений от него. Г. Климов выразил безумие властной элиты простой и гениальной формулой: «Беспорядок в голове – беспорядок в штанах. И наоборот».

Эта формула применима и ко многим личностям, известным в истории как гении. Ц. Ломброзо в своей книге «Гениальность и помешательство» рисует тонкую, почти неразличимую черту, которая разделяет первое состояние от второго, гениев от безумцев. Поэтому, даже гениальность, не говоря уже о простой житейской сообразительности, не является признаком неискаженного различения. Если мы не будем помнить об этом, то попадем впросак, доверившись каким-нибудь краснобаям, начисто лишенным совести и веры в Бога – этих двух главных показателей нормальности человека. Высший ум выражает себя не в дипломах и профессиональных знаниях, а в морали, совести. Человек, не имеющий совести, является безумцем, каким бы гением он нам не представлялся. Священный Коран подтверждает, что это так: «Ведь грешники – в заблуждении и безумии», – говорится в нем (Сура «Месяц», аят 47).

Сексуальные аномалии служат доказательством психических расстройств. Эта взаимосвязь является азбучной аксиомой в современной психиатрии. Мы уже ссылались на мнение «отца психоанализа» Зигмунда Фрейда, который писал, что «удается доказать наличие гомосексуальных побуждений у каждого невротика».^{712} Известнейший современный ученый-психолог С. Гроф подтверждает это мнение своими собственными клиническими наблюдениями. Он пишет: «Мои пациенты-гомосексуалисты обычно испытывали другие клинические проблемы, такие как депрессия, склонность к самоубийству, невротические симптомы или психосоматические проявления».^{713} Психическим заболеванием является и инцест. Так, авторитетный психолог и сексопатолог А. М. Свядош об инцестуозных отношениях матери и сына («эдипов комплекс») категорически замечает: «Ни один достоверный случай половой жизни психически здоровых сына и матери нам не известен…»^{714} То же самое он пишет и о контактах отца и дочери, определял их инцест как проявление психопатологии.^{715}

Теперь, когда вновь подтвердилось, что гомосексуализм и инцест являются формой безумия, душевной болезни, вспомним языческих богов, жрецов и властителей, о которых мы писали ранее, и для которых эти половые аномалии были нормой. Именно здесь завязан узел, сопрягающий сатанинскую власть с безумием. «Власть непреходящая», которой Иблис соблазнял Адама, была той властью, которая взамен требует плату кровью, душой. И теперь мы можем глубже осознать сюжетную канву «Фауста» Гете – доктор Фауст продает дьяволу душу за призрачное могущество и скрепляет договор своей кровью. Вспомним слова Макса Генделя: «Кто владеет кровью, тот владеет человеком».

С кровью связан и другой соблазн Сатаны – вечная жизнь. Стремление продлить свою земную жизнь любой ценой, даже ценой вампиризма, поедания крови и плоти младенцев и зародышей – вот что характеризует «элиту» всех времен и народов. Разумеется, речь может идти лишь о тех, кто заплатил безумием за земную власть.

Фетальная медицина существовала всегда. Мы уже писали, что поедание зародышей и детей было свойственно еще неандертальцам. Затем эта «медицина», обретя мистический ореол, перешла в обряд жертвоприношений детьми и молодыми людьми с нераспечатанной сексуальной энергией. В древности эти обряды включались в церемонии языческого богослужения и поедание человеческой крови происходило то скрытно, в глубине храмов и дворцов (как, например, в Финикии), то явно, при стечении толп молящихся, на открытых местах (как в Центральной Америке доколумбовской эпохи).

Христианство и Ислам загнали эту жуткую «медицину» в глубокое подполье; ведьмовские шабаши происходили в потаенных, безлюдных местах, «черная аристократия» вершила эти обряды за глухими стенами своих замков и дворцов. Характерно, что средневековые людоеды (ведьмы, храмовники, аристократы типа Жиля де Рэ и т.д.) напрямую обращались к Сатане, как к своему покровителю, прекрасно сознавая смысл того, что ими совершается.

В новые времена поедание «свежей» крови (или, выражаясь языком алхимиков, «питье расплавленного золота») обрело респектабельный статус официальной медицины и было включено в реестр лечебных услуг, доступных богатым клиентам. Общественность отнеслась к фетальной медицине с брезгливым любопытством, но вскоре скандалы поутихли и производство лекарств из человеческих эмбрионов встало на поток.

От неандертальских пещер до Кремлевской клиники – такова непрерывная история вампиризма, стремления продлить свою жизнь за счет поедания чужой крови. Убедившись в том, что «власть непреходящая», которой Иблис соблазнял Адама, могла осуществляться только взамен души, отдаваемой дьяволу, мы можем убедиться также и в том, что «вечность» (как обозначение долголетия), получаемая из рук Сатаны, предполагает такую же плату – душой, различением. Земные блага, получаемые от Сатаны, лишают человека любых перспектив получения загробной милости. Жертвовать вечностью за несколько десятилетий земных благ могут только безумцы. Но ведь адепты Сатаны и есть безумцы – жалкие, больные выродки, терзающие этот мир, ввергающие человечество в войны, сеющие зло и неверие. Все эти дегенераты являют собой слепое орудие Сатаны, с помощью которого мятежник против Творца пытается отдалить от себя наказание ада.

6

Среди писаний трех мировых религий есть одно, в котором начисто отсутствует какое-нибудь упоминание о Сатане. Это писание – иудейская Тора. Мы уже знаем, что Сатана в Торе не упоминается потому, что он присутствует в боге поклонения иудеев – Яхве. Мы помним и то, что этого Яхве Иисус Христос (мир ему) в Евангелии прямо называет дьяволом (Иоанн 8, 42–44). Это обстоятельство можно рассматривать с самых разных точек зрения, но вывод будет один – Иисус Христос (мир ему), назвав Яхве Сатаной (дьяволом), тем самым определил суть иудаизма как поклонение Сатане, сатанизм. Если под именем Яхве скрывается сам Сатана, то было бы нелепо искать в Торе еще одного Сатану – его там нет и быть не может, ибо он таится в образе Яхве-Иеговы.

Мы уже знаем кое-что о Сатане. Он более всего на свете боится Судного Дня, когда будет ввергнут на вечные времена в геенну. Он надеется отсрочить наказание, совращая людей и затемняя их разум. Ведь он получил от Всевышнего слово, что до дня воскрешения ему не грозит никакая кара, а день воскрешения последует лишь после очищения человечества. Нам известно также, чем совращает Сатана людей. Он «украшает им то, что на земле» и сулит «жизнь вечную» и «власть непреходящую». Теперь нам осталось узнать, что есть не только отдельные люди, давшие совратить себя этими соблазнами Сатаны, но и целый народ. Народ этот – иудеи.

Еврейский ученый-историк Соломон Лурье так определил суть иудаизма: «Ввиду того, что религиозно-нравственные воззрения древних евреев были не онтонимическими, а филономическими, т.е. объектом нравственных обязанностей был не отдельный человек, а весь народ, то для еврейской теории не были нужды ни в бессмертии души, так как народ и без того бессмертен, ни в загробной жизни на небесах, так как царство справедливости может наступить когда-нибудь и на земле. Поэтому, последним словом еврейской религиозной нравственной пропаганды было мессианство».^{716}

Действительно, бог Яхве не обещает своему «избранному народу» ни загробного воскрешения, ни загробного воздаяния – этих категорий в Торе нет. Все посулы Яхве привязаны к земле, земной жизни. Приведем несколько примеров того, что он обещает чтящим его евреям.

«И заповедал нам Господь исполнять все поставления сии, чтобы мы боялись Господа, Бога нашего, дабы хорошо было нам во все дни, дабы сохранить нашу жизнь, как и теперь» (Втор. 6,24).

«…ты народ святый у Господа, Бога твоего; тебя избрал Господь, Бог твой, чтобы ты был собственным Его народом из всех народов, которые на земле» (Втор. 7, 6).

«И возлюбит тебя (Яхве), и благословит тебя, и размножит тебя…» (Втор. 7, 13).

«Благословен ты будешь больше всех народов…» (Втор. 7, 14).

«И истребишь все народы, которые Господь, Бог твой, дает тебе; да не пощадит их глаз твой; и не служи богам их: ибо это сеть для тебя» (Втор. 7, 16).

«И предаст царей их руки твои и ты истребишь имя их из поднебесной: не устоит никто против тебя, доколе не искоренишь их» (Втор. 7, 24).

«Но чтобы помнил Господа, Бога твоего, ибо Он дает тебе силу приобретать богатство, дабы исполнить, как ныне, завет Свой, который Он клятвою утвердил отцам твоим» (Втор. 8, 18).

«…и будешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь брать взаймы» (Втор. 28, 12).

Читатель сам может перелистать первые пять книг Ветхого Завета, составляющие Тору, и он не найдет в них ни единого упоминания о каком-либо загробном воздаянии. Все милости, сулимые Яхве своему народу, касаются земного могущества, земного богатства, земной власти, земного национального долголетия.

В этом и заключается мессианство евреев, о котором писал С. Лурье – установить рай на земле, но рай для себя, за счет других. Евреи не разделяют политику и религию как многие другие народы. Иудаизм и есть та политика, которой евреи придерживаются на протяжении тысячелетий. Теодор Герцль, «отец сионизма», писал в основном своем сочинении «Еврейское государство»: «Для пропаганды наших идей нам не нужно созывать собрания с их неизбежной болтовней, эта пропаганда войдет составной частью в богослужение».^{717}

Иудеи не отрицают, что Сатана пребывает в Яхве (вспомним «левую сторону» и «гнев Яхве» – проявления Сатаны). Иисус Христос (мир ему) также назвал в Евангелии Яхве дьяволом. Следовательно, иудаизм ничто иное, как сатанизм. И пропаганда еврейских политических идей не может быть чем-то иным, кроме как пропагандой сатанизма. И Тора с ее обещаниями земной власти и земного долголетия дублирует те обещания Сатаны, которым тот соблазнял Адама или, в его лице, все человечество.

Христиане, завороженные ветхозаветным утверждением о том, что евреи «собственный народ Яхве» и воспринимая последнего в качестве Бога-Отца, не сомневаются в особо близких отношениях евреев с Богом. Эта мысль неустанно проповедывается среди христианских народов, начиная с эпохи Английской революции XVII века. Еврейский историк Грец писал по этому поводу, что в Англии Кромвель и его последователи совершенно не признавали Нового Завета и следовали только предписаниям Ветхого Завета, являясь в то же время «восторженными поклонниками избранного племени».

«Не доставало, – говорит Грец, – только того, чтобы парламентские ораторы произносили свои речи по-еврейски, до такой степени все напоминало собою в Англии Иудею… Многие республиканцы прямо выражали желание, чтобы государственные законы признавали Тору нормою для Англии» («История евреев», т. IV, с. 86).

За тысячу с лишним лет до Кромвеля Священный Коран в простых и ясных словах разбивает миф об исключительной близости евреев ко Всевышнему:

«Скажи: „Если будущее жилище у Аллаха для вас исключительно, помимо людей, то пожелайте смерти, если вы правдивы!“ Но никогда не пожелают ее из-за того, что уготовили их руки. Поистине, Аллах знает про неправедных!» ^{718}

(Сура «Корова», аяты 94–95).

Далее следует характеристика, применимая не только к иудеям, к которым относит ее Священный Коран, но и ко всем тем, кто страшится Судного Дня – сознательно или на уровне инстинкта:

«И действительно, ты найдешь, что они – самые жадные из людей к жизни, даже среди тех, которые придали Аллаху сотоварищей; всякий из них захотел бы, чтобы ему дана была жизнь в тысячу лет. Но и то не отдалит его от наказания, что ему будет дарована долгая жизнь: ведь Аллах видит, что они делают!»

(Сура «Корова», аят 96).

Эти потрясающие слова подводят нас от тайны Сатаны к тайне высших его адептов. Мы поняли из откровения Священного Корана причину, которая заставляет «посвященных» всеми силами и способами цепляться за жизнь. Причина эта – страх перед неминуемым загробным воздаянием. Однако здесь требуется более детальное разъяснение.

7

Страх Сатаны перед судом Аллаха повторяет себя в его высших адептах, причем мы должны допустить, что страх сатаниста перед воскрешением может быть осознанным или интуитивным, подсознательным. Страх, боязнь чего-то, фобия, по мнению ученых-психиатров является мощным фактором, деформирующим сознание человека, его мировоззрение и поведение. Особенно опасны для психики затаенные, неосознанные страхи, анализу последствий которых посвящены многие тома в психиатрии. Вывод всех этих аналитических исследований не выходит за рамки констатации, что страхи (фобии) являются как причиной тяжелых психических расстройств, так и их следствием. Это некое замкнутое состояние, любой оборот которого лишь усугубляет оба составляющие его элемента.

Возможность излечения от подобного состояния при помощи психиатрической медицины – не более чем иллюзия. «Психические болезни неизлечимы, мы можем только контролировать и уменьшить возможность рецидивов, т.е. повторений», – признаются психиатры.^{719} Но и это признание чересчур оптимистично, так как более 80% всех пациентов психиатрических лечебниц попадают в них по рецидивным признакам, то есть повторно.^{720}

Еще в начале нашего столетия французские психиатры ставили своим пациентам диагноз, который звучал так: «Моральное помешательство, как первая ступень шизофрении».^{721} Американский ученый, доктор психиатрии Норберт Кеппе уже в наше время опубликовал итог своих наблюдений за душевными больными. Он пишет, что «только 2% пациентов психиатрических клиник признают, что они больные, остальные 98% считают, что они совершенно здоровы». И добавляет: «У большинства психбольных инверсия ценностей: они считают зло добром, а добро злом».^{722}

Попробуем теперь выстроить все эти сведения в некую логическую последовательность. Итак, душевная болезнь начинается с морального помешательства. Читатель уже знает о том, что душевная болезнь есть искаженность крови, симптом сатанизма. Так как люди наделены Творцом различением и изначально присущим им знанием о существовании Бога, «моральное помешательство» сопровождается страхом ответственности. Усиление этой болезни все глубже загоняет страх ответственности в сумрачную область подсознания, ибо страх этот дискомфортен для больного разума и человек пытается забыть о нем. Когда болезнь души (крови) достигает необратимой стадии, происходит то, что, доктор Кеппе назвал инверсией ценностей – добро и зло меняются в сознании местами и человек перестает осознавать свою болезнь – она ему кажется нормальным состоянием. И Сатана приветствует нового рекрута.

Однако страх не исчезает, он вибрирует, он терзает больную душу. И тут Сатана нашептывает «спасительную» мысль: воскрешения не будет, загробной жизни нет, Судный День – выдумка попов и мулл. Люди созданы не Богом, а природой. Только глупцы верят во все эти библейские и коранические сказки. Ты не глупец, ты умный, ты смеешься над всеми этими блаженными дурачками, разбивающими свои тупые лбы в бесполезных молитвах. Жизнь одна – наслаждайся ею! В могилах нет ничего, кроме гниения плоти и небытия. Наплюй на религиозные ценности, есть только жизненные ценности – власть, богатство, наслаждение, здоровье. Добейся всего этого и люди будут пресмыкаться у твоих ног, как черви. Для сильного нет морали, высшая мораль – в силе. Забудь все эти глупые фантазии о загробном воздаянии и живи, ибо за смертью нет ничего, кроме вечного небытия.

«Смерть есть вечный сон». Такую надпись заставили выбить на всех кладбищенских воротах Франции масоны-революционеры. «Спи спокойно, дорогой товарищ», – говорили их российские коллеги, хороня какого-нибудь «пламенного большевика». «Вечный сон», «спокойный сон» – заглянув в души этих людей, мы убедились бы, что это не столько твердая убежденность в сущности смерти, сколько жалкое и трусливое заклинание, надежда, мольба. Это говорил в них страх перед воскрешением и воздаянием, страх, раздувший фантом самовнушения. «О вы, которые уверовали! Не водите дружбу с теми, на которых прогневался Аллах. Они утратили всякую надежду на будущую жизнь, как утратили ее неверные, что в могилах» (Сура «Испытуемая», аят 13).

Иудаизм привлекает наше внимание не потому, что мы какие-то антисемиты. Будучи верующими, мы не можем считать святой религией систему, которая, отрицая существование загробного воскрешения и воздаяния, стала прародительницей всех атеистических учений, распространяемых в мире за последние две тысячи лет. Мы не можем не говорить о чудовищной несуразности религии, которая своим богом открыто провозглашает Сатану. Мы не можем мириться с тем, что иудаизм ставит один народ над всем человечеством, а человечество воспринимает как рабочий скот, призванный служить интересам «избранного народа». Мы считаем особо опасным то, что иудаизм не отделен от политики еврейского народа; иудаизм и есть его политика. Смириться перед этой политикой из страха или добродушия – значит смириться с сатанизмом. Этого не будет никогда. Следовательно, человечество никогда не будет лишено поводов для обвинений его в антисемитизме.

«Где Бог?» – вопрошал масон Рудольф Штайнер и отвечал: «Бога нет, но есть природа. В природе надо обрести его. В ней нашел Бог свою зачарованную гробницу».^{723} Ему вторит восточный мистик Инайят-Хан: «Мир есть проявление Бога. Так, в разнообразии форм, скрыто Его единство под видом разных имен и образов, в которых Он исчезает как Бог, достойный славы и почитания».^{724} Масон-яхвист Штайнер прикрывается христианской символикой, восточный мистик Инайят– Хан драпируется в исламскую оболочку, но оба они чуть ли не буквально повторяют доктрину языческого индуизма: «Главным принципом ригведийского мировосприятия было обожествление природы как целого, в котором исчезают различия между составляющими элементами. Именно в этом… проявилась тенденция к монистическому, то есть принимающему за основу всего существующего одно начало, восприятию мира и природы».^{725} То есть, мы видим и здесь обожествление природы, в которой самым парадоксальным образом сочетаются «мертвость» (отсутствие души), «мудрость» и какое-то самопроизвольное творческое начало. Когда «Бог исчезает в природе» и природа становится богом, появляется «Мудрость Мертвой Головы», дарвинизм. Природа становится образцом для подражания в морали, и мораль исчезает как проявление Божественного Различения в душе человека. Тогда появляется Гитлер, который убивает ядовитое учение Штайнера вместе с похищенным по его приказу Штайнером. И этой акцией сам становится штайнерианцем, ибо нельзя законы природы делать законами для людей. Заповеди людям дает Бог, а не природа.

Иудаизм – это философия ассирийцев и ацтеков, перенесенная в современность. Эта философия дублирует законы природы, подбавив в них манию величия и безумный зуд мессианства. В ней царит атеизм – страх перед загробным воздаянием, трусливая бравада обреченных.