Текст книги "След Сатаны"

Автор книги: Дени Баксан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 43 страниц)

Мы можем сравнить это мнение с данными современной лингвистики и антропологии приведенными выше и убедиться, что они полностью совпадают. Значит, современная наука, выявляя глубочайшую древность физического облика и языка вайнахов лишь повторяет то, что было хорошо известно немецким ученым 30-х годов. Можно возразить, что современная наука противоречит немецкой эпохи Гитлера по крайней мере в одном – в ней нет утверждения о том, что вайнахи (как полагал И. Карст) являются потомками древнейшего народа, продвигавшегося с юго-востока, от границ Китая и Индии. Но это не так. О кавкасионском антропологическом типе ученые пишут, что его носители «обнаруживают, помимо большого взаимного сходства, поистине удивительную близость по комбинациям и величинам признаков дерматоглифики к некоторым географическим и социальным изолятам Средней Азии и Индии… Можно предположить, что здесь мы имеем дело с переживанием древнейшего дерматоглифического комплекса, присущего некогда населению Кавказа, Северной Индии, Ирана, Афганистана и Средней Азии, и свидетельствующего об общности происхождения европеоидов Азии… Возраст формирования этого комплекса, возможно, восходит к эпохе неолита и бронзы…».^{553} Процитированные нами авторы, как мы можем убедиться, подчеркивают «поистине удивительную» по их словам связь кавкасионского типа с расовыми типами европеоидов Восточной и Центральной Азии и относят древность этих связей к эпохе каменного века (неолита). Это свидетельство ни одной своей частью не противоречит мнению о происхождении чеченцев, высказанному И. Карстом еще в 30-х годах. Более того, не противоречит оно и концепции происхождения арийцев (европеоидов), воспринятому Гитлером от Г. Горбигера, К. Гаусгоффера и других ученых – из Азии, через Кавказ, в Северную Европу.

Поэтому Гитлер и писал: «Там, на Востоке, сохранился след древней германизации Северного Кавказа – чеченцы – арийское племя». Но «идеологи» из НКВД добавили к этим словам свою аранжировку: «Однако, после успешного завершения военной кампании, всех чеченцев до единого следует уничтожить. Благо, условия тому создала сама природа. Лагеря строить не понадобится. Согнать чеченцев в одно ущелье. Вход-выход перекрыть. Бензиновым дождем сверху оросить. И поджечь!»^{554} Право, приходится удивляться, что такой умный и порядочный человек как А. Хамзаев с полной убежденностью прицепляет к словам Гитлера эту очевидную и примитивную чекистскую фальшивку, разоблаченную в свое время еще А. Авторхановым.^{555}

Впервые эту фальшивку с подачи КГБ пустил в оборот на страницах газеты «Советская Россия» (номер за 13 июня 1970 г.) достопамятный «интернационалист» Х. Х. Боков. А. Авторханов, отвечая на нее, задает резонный вопрос: «зачем Гитлеру понадобилось бы уничтожать именно чечено-ингушский народ, который никогда не мирился со сталинской тиранией?» И поясняет: «Мораль фальшивки: Советская власть как бы „эвакуировала“ чечено-ингушский народ, и это спасло его от уничтожения Гитлером. От „эвакуации“ погибла только половина народа, а Гитлер собирался „всех уничтожить“».^{556}

Даже десяти боковым не утаить чекистские ослиные уши, которые выглядывают из этого дурацкого «добавления» к тому, что Гитлер сказал о чеченцах. Если, конечно, не посчитать, что сжигая чеченцев живьем в Хайбахе, российские энкаведешники выполняли приказ Гитлера, а не «отца народов» и его приспешника по «мокрым делам» – Берии.

И все же приказ относительно чеченцев был издан немецким руководством. Этот приказ, разумеется, не походит ни на йоту на чекистские измышления, рассчитанные на интеллект идиота. И сама история появления этого уникального и единичного в немецкой практике времен российского похода приказа весьма примечательна.

В феврале 1942 года Хасан Исраилов, Майрбек Шерипов и другие лидеры чеченского национально-освободительного движения выпустили «Воззвание к чечено-ингушскому народу». В нем в резкой форме осуждалась оккупационная политика немцев на Украине и до руководства наступающей на Кавказ германской армии доводилось, что при таком отношении к народам сталинской империи, немцы встретят на территории Чечено-Ингушетии не союзников в борьбе с большевизмом, а вооруженное сопротивление.

После этого заявления руководство вермахта издало приказ, в котором от солдат и офицеров требовалось вести себя по отношению к вайнахам сугубо корректно.^{557}

Ненависть чеченцев и ингушей к московской верхушке и симпатии к немцам имели под собой трагическое основание. А. Авторханов пишет:

«Известно, что, например, в 1941–1942 годах советская военная авиация совершенно бездействовала на передовой линии против врага, не говоря уже об абсолютном отсутствии советской авиации над вражеским тылом. Но зато она безоглядно и варварски бомбила собственный тыл. Так, в 1942 году весной советская авиация подвергла дважды воздушной бомбежке всю горную Чечено-Ингушетию. После этих бомбежек Красной Армии в горах Чечено-Ингушской республики было столько жертв среди женщин, детей, стариков, сколько их бывает у воюющей армии на передовом фронте. В некоторых аулах Шатоя, Итум-Кале и Галанчожа жителей, убитых воздушной и артиллерийской бомбежкой большевиков, числилось больше, чем оставшихся в живых. Найти там нераненного человека было редкостью».^{558}

Как мы видим, на чеченцев с воздуха сыпались не мифические «бочки с бензином» Гитлера, а вполне реальные авиационные бомбы Сталина. Вайнахи совершили вторую (после сопротивления Деникину) трагическую ошибку в своей истории, направив более 40 тысяч лучших своих сыновей на войну с немцами, а не со сталинской кликой. От немецких пуль погибла лишь малая часть этих 40 тысяч вайнахских солдат. Сталинская банда уничтожила более половины вайнахского народа, причем уничтожение это было проведено с такой жестокостью, что ее могут затмить лишь сегодняшние «подвиги» российской военщины против чеченских женщин, детей и стариков.

«Там, на Востоке, сохранился след древней германизации Северного Кавказа – чеченцы – арийское племя» – эти слова Гитлера, о которых большинство чеченцев не подозревает даже сегодня, сыграли в трагедии вайнахов роковую роль.

Если брать упрощенно, то нацисты делили человечество на две части – «арийцев» (носителей нордического характера) и «жидов» (не обязательно этнических евреев; «жиды», по мнению Гитлера, были в любой нации). Таким образом, определения «арийцы» и «жиды» выходят из сферы примитивно понимаемого национализма на более высокий уровень – биологический, философский и даже религиозный. Для Гитлера все было ясно уже в 20-е годы, когда писалась его книга «Моя борьба»: «Арийцы» – люди Бога, носители Его жизнеутверждающих принципов, а «жиды» – люди Сатаны, носители мертвящих, разлагающих жизнь принципов. И «ариец», и «жид» – только принципы, только совокупность человеческих черт, определяющих позицию индивидуума по отношению к Богу и Его законам.

В массовое сознание уже прочно внедрен стереотип, по которому «арийцами» для Гитлера были только немцы, а «жидами» – евреи. Мы видели из предыдущего, что это не так. Первыми в концлагеря Гитлер начал сажать гомосексуалистов, уголовников и коммунистов – три типа, которые очень часто сходились в одном лице. Это и были первые «жиды», которых репрессировал Гитлер. Ни один здравомыслящий человек не станет отрицать, что насилие над людьми – вещь ужасная. Но лечение человека, а тем более нации, очень часто предполагает именно насильственное воздействие, а это бывает порой больно и для человека, и для народа.

О Толстом рассказывают такой анекдот. Как-то он прогуливался по своему саду в сопровождении одного из своих почитателей, приехавшего к нему в гости. Толстой что-то говорил о непротивлении злу насилием, гость внимательно слушал, и в этот момент на щеку великого писателя сел комар. Толстой прихлопнул маленького кровопийцу. И когда гость обратил его внимание на несоответствие этого действия принципу непротивления злу насилием, Толстой на мгновение растерялся, а потом раздраженно бросил: «Не понимайте все буквально».

И человек, и нация имеют право на самозащиту независимо от того, угрожает ли им опасность «снаружи» (например, удар бандитского ножа или военное вторжение), или «изнутри» (например, вирусное заболевание или разлагающее организм нации внутреннее воздействие). Самозащита не является преступлением. Преступлением можно считать сознательное заражение организма болезнью. А ведь этим, в числе прочих своих преступлений против человечности, занимались коммунисты, смешивая этносы и экспериментируя с кровью. И яростная хула Гитлера из уст именно этих типов должна вызывать подозрение – так критикуют человека, разгадавшего поистине сатанинскую сущность коммунизма и поднявшегося против его зловещих замыслов уничтожить все национальные организмы и превратить людей в аморфное скопище рабов. Гитлер ненавидел рабов, рабы ненавидят Гитлера. Но еще больше Гитлера ненавидят творцы рабства, те, кто дергают нитями из-за кулис, появляясь иногда на публику в масках «демократов» и «гуманистов».

Асгард нацистов – это анти-Израиль. Нацисты видели бастионы легендарной твердыни асов на Кавказе, там, где сохранилась в чистоте кровь, древняя кровь арийцев, твердость, мужество и свободолюбие. Две самые высокие вершины Кавказа – Эльбрус и Казбек – были провозглашены священными горами арийцев, теми маяками, которые указывают арийцам путь на их древнюю прародину. Возвращение на священную землю Кавказа стало для немцев актом величайшего символического значения, а чеченцы считались хранителями не только этой священной земли, но и носителями первозданной арийской крови. Исследователи пишут:

«Когда следующим летом нацисты ворвались на Кавказ, там была разыграна церемония малопонятная для непосвященных. Три альпиниста СС водрузили на Эльбрусе, священной горе арийцев, благословенное перед этим по ритуалу „Черного Ордена“ знамя со свастикой. Это было магическое заклинание. Было ознаменовано начало новой эры, нового цикла. Теперь климат будет побежден и огонь на тысячелетия укротит лед. Были забыты огорчения прошлого года, их теперь оценивали как последние испытания пред окончательной победой духа. Поэтому вопреки предупреждениям классической метеорологии, бронированные носители огня двинулись на север, чтобы в Сталинграде рассечь Россию надвое».^{559}

Могли ли Сталин и Берия, оскорбленные в своих «национальных чувствах» и зная о том религиозном значении, которое нацисты придавали Кавказу, простить вайнахам то, что они были единственным народом, который Гитлер целиком причислил к арийцам? Конечно, нет. Ведь и большевики, при всем своем атеизме, глубоко верили в магию и символы, да и атеизм не является абсолютным безверием. Атеизм – восстание против Бога, прямая форма сатанизма, а весь сатанизм со всеми его проявлениями и зиждется на магии и символах. Тема «Большевизм и магия» могла бы стать основой интересного самостоятельного исследования. Но мы пока ограничимся одним примером. А. Горбовский описывает случай, происшедший в Петрограде в 1918 году, еще до переезда коммунистического правительства в Москву. В одном из домов на Лиговке собрались маги и медиумы, чтобы, сконцентрировав свои усилия на портретах Ленина и Троцкого, с помощью заклинаний вызвать их болезнь и смерть. Ильич, каким мы его знаем из лубочных книг и фильмов, весело рассмеялся бы над этим сборищем и упомянул бы этот случай в одной из своих язвительных статей как пример глупейших предрассудков и суеверий. Но настоящий, реальный Ильич отрядил на Лиговку несколько машин с чекистами, которые, открыв бешеную пальбу, буквально изрешетили магов и медиумов пулями, даже не пытаясь их арестовать.^{560} Видимо, Ленин, как и другие атеисты-большевики, знал, что магия – вещь довольно серьезная, а вера целой нации, двигающая ее усилия – тем более. Поэтому немцы только наступали на Кавказ и до Чечено-Ингушетии оставалось пройти еще около 500 километров, а Сталин, оторвав от фронта дефицитнейшую в ту пору авиацию, уже обрушивал на вайнахские селения бомбы. Эта бомбежка тоже уникальна в истории. Один из советских народов, давший в воюющую армию около 10% своего состава, подвергался уничтожению с воздуха советской же авиацией. Другого подобного примера не найти в анналах истории СССР. И это говорит о многом.

Впрочем, бомбежки и предшествовавшие им репрессии против вайнахов оказались лишь прелюдией. В полной мере свою ненависть к вайнахам кремлевские вожди проявили позднее, 23 февраля 1944 года, и эта ненависть, необъяснимая с точки зрения даже живодерской политической логики сталинской клики, стоила чечено-ингушскому народу невосполнимо дорого – более половины нации погибла. Ни одна нация, прямо или косвенно вовлеченная во Вторую мировую войну, не понесла столь огромных в пересчете к общей численности народа потерь, как вайнахи.

Истребление вайнахов сопровождалось актами иррациональной, почти мистической жестокости. Людей сотнями загоняли в сараи и сжигали живьем, как это было в Хайбахе; целыми толпами топили в озерах; больных из больниц выбрасывали прямо в тлеющий уголь и засыпали, еще живых, землей, и на фоне такого разгула кровожадных инстинктов расстрел казался проявлением милосердия. Весь путь от Чечено-Ингушетии до степей Казахстана был отмечен трупами, выбрасываемыми конвоем из вагонов прямо в снег.

Многие очевидцы рассказывают, как во время движения поездов с депортируемыми через Осетию, на станциях веселились и танцевали лезгинку.^{561} Чеченские и ингушские старики недоумевали и простодушно думали, что осетины отмечают какой-то свой праздник. Им и в голову не приходило, что вековые соседи празднуют их гибель, их выселение, их муки, их отчаяние. Танцевали отцы и деды тех, кто и сегодня, трусливо прикрываясь российской военной мощью, творят на земле вайнахов злые дела… Да будут прокляты память и кровь тех, кто забудет это и позволит забыть своим детям!

Но были и такие соседи, память о которых заставляет теплеть сердца вайнахов. Дагестанские андийцы приняли на хранение весь скот своих соседей-чеченцев и. по возвращении тех домой, вернули его с приплодом. Грозненские евреи по приказу раввина не стали участвовать во всеобщей вакханалии грабежа оставленного чеченцами имущества, доказав и себе, и всему человечеству, что быть евреем не значит быть «жидом». Гораздо больше под гитлеровское определение «жидов» подходят те нелюди чеченской национальности, которые «добирали» зимой 95-го имущество своих соплеменников, оставленное пресытившейся грабежами российской армией в Грозном. (См. приложение 6)

Но вернемся к Гитлеру. Вера в кавказский Асгард оказалась для него роковой, как и любая вера, объектом которой является не Всемогущий Господин Миров. После достижения одной из двух вершин Асгарда, горы Эльбрус, Гитлер бросил свои войска на Сталинград – без теплой одежды, без зимней смазки, чтобы на морозе не заклинивало автоматы, без должного обеспечения и резервов. Чем это кончилось знают все. «После крушения на Волге Гитлер перестал быть пророком. Его религия рухнула, так как равновесие сил изменилось. Колесо повернуло обратно», – пишут французские авторы.^{562} Но Гитлер и его соратники восприняли сталинградскую неудачу как нечто большее, чем военное поражение. Геббельс писал: «Поймите! Сама Идея, само понимание Вселенной терпит поражение. Духовные силы будут побеждены и близится час страшного суда».^{563} Так и случилось. Бунт Гитлера против Сатаны завершился поражением, ибо не может быть победы в войне с Сатаной, если она ведется не методами и установлениями, данными человечеству Всевышним. И, сколь не лестно, быть может, для вайнахов то, что они оказались в самом центре этой, без преувеличения, вселенской коллизии и были сделаны объектом «арийской религии» Асгарда, ставшего антиИзраилем, необходимо помнить, что лишь Святой Коран является тем плацдармом на земле, который абсолютно чист от присутствия Сатаны. И только Святой Коран может быть той программой, следование которой даст победу над Злом. Все остальное есть отклонение от Пути. Но объяснять эти вещи бесполезно, если в сердце нет их понимания.

Вспомним еще раз чеченскую легенду о Гитлере и «тайной истории», которую тот знал. Заканчивается она так: «Если бы Гитлер одержал победу над Сталиным, жизнь для вайнахов превратилась бы в земной рай».

Но у вайнахов другая судьба. Никто сегодня не может сказать для какой цели этот народ закаляется в непрерывной многовековой войне, не превращаясь в рабов и не испытывая страха перед земным могуществом. Цель должна быть, ибо в этом мире нег случайностей. Аллах лучше знает. Мы можем выдвигать лишь версии. Наша – в следующей главе.

ХIV. Люди на преградах

1

Задумываемся ли мы над словами Всемогущего Творца, обращенными Им ко всем людям: «Разве вы думали, что Мы создали вас забавляясь и что вы к Нам не будете возвращены? Велик Аллах, царь истинный, нет божества кроме Него, Господь трона честного!» (Сура «Верующие», аят 115)? Эти слова дают понять, что у Аллаха не бывает лишних и бесцельных творений, созданных «для забавы». Каждый элемент мироздания, каждый атом выполняют свою строго определенную функцию, неся долю ответственности в соблюдении вселенской гармонии. Святой Коран говорит: «Ты не видишь в творении Милосердного никакой несоразмерности. Обрати свой взор: увидишь ли ты расстройство?» (Сура «Власть», аят 3). Эти слова истинны и в отношении людей, которые не проходят по земле без цели и назначения, без соблюдения своей определенной миссии.

Миссии возложены Не только на отдельных людей, но и на целые народы и доказывается это тем, что милость или наказание Аллаха могут обрести равным образом как люди, так и народы. Всевышний говорит: «Есть народы, которым Мы дадим блага, и потом постигнет их от Нас наказание мучительное» (Сура «Худ», аят 48). Блага людям Создатель дает потому, что «Аллах – друг тех, которые уверовали: Он выводит их из мрака к свету» (Сура «Корова», аят 257), а наказание обрушивается на те народы, которые лишают себя руководства Создателя, «ведь Аллах не руководит народом распутным!» (Сура «Лицемеры», аят 6).

Если каждый атом, каждая песчинка, каждое существо, каждый человек и народ несут миссии в великих замыслах Всевышнего, если в этом мире нет случайных, хаотических событий, то будет ли большой самоуверенностью для чеченца считать, что и его народ выполняет какую-то миссию Аллаха? Наверное, такое мнение нельзя считать национальной спесью, так как мы не путаем два похоже звучащие, но разные по своему содержанию понятия – миссия и мессианство. Мессианство – это национальная болезнь, выражающаяся в стремлении навязать другим народам свою этническую модель поведения, подчинить их своим ментальным стереотипам. Такая болезнь описывается хорошо известным в психиатрии выражением – «мания величия». У чеченцев же в этом мире совсем другие стремления – не дать исказить свой извечный уклад жизни, не потерять свои национальные ценности, среди которых главное место занимает Свобода Личности. Значит, миссия чеченцев заключена в сопротивлении мессианству других наций, с которыми сталкивают их исторические судьбы. И когда мы задумываемся над тем упорством и непреклонностью, с которыми народ чеченский сопротивляется чуждым влияниям, появляется мысль о некоей тайне, уходящей в бездну умерших времен. Мы немного коснулись этой тайны в предыдущей главе. Теперь настала пора поговорить о ней более подробно. И мы молим Аллаха уберечь нашего вайнахского читателя от национального чванства, ибо чванство есть порог, за которым видны ступени, круто спускающиеся в безумие. Мы всей душой желаем, чтобы нижеследующее возвысило нашего вайнахского читателя до осознания своей ответственности – перед Аллахом, перед судьбой, перед бесчисленными поколениями предков, сохранившими и передавшими ему Чистую Кровь – Кровь Нухита!

2

Первыми людьми, связавшими этноним «нохчи» с именем пророка Ноя (по-еврейски Ноах, по-арабски Нух – мир ему), были древние армяне. Эта связь виделась им в названии города Нахичевань, переводимом как «Пристанище Ноя». Армяне до сих пор говорят, повторяя древнюю легенду: «После потопа, покинув ковчег, Ной со своей семьей остановился здесь, положив начало основанию города. Поэтому город носит название Нахичеван».^{564}

Древнеармянские легенды, связав Нахчиван с именем Ноя, как бы опровергли устоявшееся мнение о том, что ковчег со спасенными от потопа праведными людьми остановился на горе Арарат. Ведь город Нахчиван (в русской транскрипции -Нахичевань) находится весьма далеко от прославленной горы.

Вообще-то внимательное чтение текста книги Бытия, которой открывается Библия (Ветхий Завет) и не дает повода считать, что гора, на которой высадился Ной, есть современная гора Арарат. В Библии написано буквально следующее: «И остановился ковчег в седьмом месяце, в семнадцатый день месяца, на горах Араратских» (Быт., 8,4). Мы видим, что название Арарат употреблено здесь не в качестве имени определенной горы, а как обозначение страны, где находились горы, на которых высадился Ной. Выражение «на горах Араратских» звучит так же, как звучали бы выражения «на горах Ливанских»; «на горах Иранских»; «на горах Швейцарских» и т.д. Словом, книга Бытия показывает, что Ноев ковчег пристал к какой-то горе в стране Арарат.

Верно ли наше предположение о том, что названием Арарат обозначена какая-то горная страна? Да, и доказательства тому мы находим в той же Библии. Так, в IV книге Царств читаем такой пассаж: «Выступил и пошел обратно Сеннахирим, царь Ассирии, а жил он в Ниневии. Он совершал поклонение в доме Нисроха, своего бога, а Адраммелех и Шарэцер, сыновья его, убили его мечем и спаслись бегством в страну Арарат» (IV Царств, 19:36–37). А в книге пророчеств Иеремии сказано еще более определенно: «Поднимите знамя на земле, трубите в рог среди народов! Освятите против него (т.е. против Вавилона – авт.) народы, объявите о нем царствам Арарат, Минни и Ашкеназ» (Иерем., 51, 27).

Все эти выдержки из Библии ясно указывают на Арарат как на горную местность, страну, царство. Такую переогласовку в древнееврейском языке, как отмечал И. М. Дьяконов, получило название государства Урарту.^{565} Крупнейший грузинский историк-востоковед Г. А. Меликишвили дополняет мнение своего российского коллеги очень важной для нас подробностью – он указывает, что под географическим термином «Арарат» древние евреи понимали не только государство Урарту в строгом смысле, но и все территории, лежащие «к северу от Ассирии»,^{566} то есть Кавказ.

Таким образом, библейское выражение «на горах Араратских» расшифровывается полностью: Ной высадился со спасенными от потопа людьми на одной из Кавказских гор.

Из древневосточных текстов мы узнаем еще одну любопытную деталь, имеющую прямое отношение к затронутой нами проблеме – те земли, которые в Библии обозначены хоронимом Арарат, в древнеассирийских надписях носили название Нахири, как общее наименование стран, лежащих к северу от Асирии.^{567} Г. А. Меликишвили подмечает связь названия Нахири с названием хурритского государства Митанни в устах древних египтян – Нахарина, и с именем одной из хурритских областей – Нахриа. Ученый заканчивает свои сопоставления сведением о том, что название Нахири – Нахриа превратилось у ассирийцев в обозначение «севера».^{568}

Итак, где-то к северу от Ассирии, на Кавказе, находилась легендарная страна Арарат, страна пророка Ноаха, называемая Нахриа.

Появляется резонный вопрос – а был ли известен древним ассирийцам легендарный персонаж по имени Ноах (Нох, Нах, Нух), или они случайно назвали «страну Ноаха» (Арарат-Урарту) созвучным наименованием Нахриа, Нахири? Мы можем дать ответ и на этот вопрос. Из древних текстов мы узнаем, что на среднем Евфрате за несколько тысячелетий до новой эры почитался обожествленный персонаж по имени Нахум, которого И. М. Дьяконов прямо сопоставляет с библейским Ноахом, Ноем.^{569} Следовательно, нет ничего удивительного в том, что ассирийцы назвали Нахирией (или Нахрией) ту горную страну, в которой нашли приют «люди Ноаха-Нахума». Это тем более вероятно, что ассирийцам, как и подавляющему большинству древних народов, было хорошо известно предание о всемирном потопе. Но об этих преданиях мы поговорим чуть позже, разобравшись вначале в выявленных нами названиях и именах.