Текст книги "В свете софитов (ЛП)"

Автор книги: Дэн Уиллис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

7. Множество доказательств

– Это такси было грязным, – сказала Сорша, когда Алекс придержал для нее дверцу, чтобы она могла выйти на тротуар перед городским моргом.

Они закончили в "Комнате Инферно", но Редхорн и Мендес взяли личный транспортер Сорши, чтобы забрать свидетельские показания в больнице, поэтому им с Алекс пришлось добираться на такси.

– Я уверен, он ценит, что ты путешествуешь здесь по улицам с маленькими людьми, – сказал Алекс с ухмылкой. Он сказал таксисту: – Оставьте сдачу, – и протянул ему десятку.

Когда такси отъехало, он повернулся к Сорше и увидел, что она смотрит на него, скрестив руки на груди.

– Я и раньше ездила на такси, – ровным голосом сказала она. – В этом такси пахло, как на рыбном рынке. Мне придется сжечь эту одежду, когда я вернусь домой.

– Дай мне знать, если тебе понадобится помощь с этим, – сказал Алекс, с трудом скрывая ухмылку.

Глаза Сорши превратились в щелочки.

– Ты ведь знаешь, что это морг, да? – спросила она. – Я всегда могу оставить тебя здесь, когда буду уходить. – Ее суровый взгляд сменился хитрой улыбкой. – Уверена, доктор Вагнер был бы рад заполучить тебя в качестве клиента.

Алекс был уверен, что она права: доктор Вагнер был бы рад заполучить его в качестве клиента. Вагнер занял место доктора Андерсона, когда тот вышел на пенсию, и с самого начала недолюбливал Алекса. Ситуация не улучшилась, когда Алексу пришлось шантажировать Вагнера, чтобы получить доступ в морг при их первой встрече.

– Может, он уже забыл об этом, – подумал Алекс, пока они спускались на лифте в морг.

– Что ты здесь делаешь, Локерби? – обрушился на него голос Вагнера, как только он вышел из лифта. – Ты что, смерти ищешь?

– Он со мной, – сказала Сорша, обходя Алекса. Лицо Вагнера помрачнело, и он растянул губы в неубедительной улыбке.

– Чародейка Кинкейд, – представился он. – Мне не сказали, что вы придете. Чем я могу вам помочь?

– Мы здесь, чтобы осмотреть тела погибших при пожаре в "Комнате Инферно", – сказала она, проходя мимо Вагнера. – Я полагаю, они в холодильнике.

– Конечно, – сказал Вагнер, поспешив вперед, чтобы догнать ее.

– Я знаю дорогу, – сказала Сорша, отмахиваясь от него. – Мы не будем отрывать вас от работы.

Вагнер выглядел так, словно не знал, радоваться ему или огорчаться из-за того, что чародейка ушла, но его лицо омрачилось, когда Алекс прошел мимо. Алекс не преминул широко улыбнуться.

– Почему ты его раздражаешь? – Спросила Сорша, когда они подошли к холодильнику.

– Вполне возможно, – сказал Алекс, доставая свою книгу рун. – Он все равно меня ненавидит.

Алекс вырвал из книги климатическую руну, прикоснулся к ней языком, а затем прикрепил к шляпе.

– Я не всегда буду здесь, чтобы впустить тебя, – сказала она, распахивая тяжелую дверь и впуская поток арктического воздуха.

Алекс поднес к руне свою латунную зажигалку, и она на мгновение вспыхнула бирюзовым светом, а затем волна тепла прогнала озноб. Сорша, конечно, была права. Благодаря Вагнеру ему всегда требовался сопровождающий, когда он хотел осмотреть тело. Это было неудобно, но пока ему не удалось найти никаких новых рычагов воздействия на нового коронера.

– Это напомнило мне, – сказал он, поколебавшись. – Мне нужно позвонить. Почему бы вам не начать без меня?

Сорша пристально посмотрела на него, затем вошла в холодильник.

– Не беспокой доктора Вагнера, – предупредила она. – Он может нам понадобиться позже.

Алекс пообещал вести себя хорошо и направился по коридору во вспомогательный кабинет, которым пользовались несколько санитаров, работавших на Вагнера. Там обычно было пусто, поэтому Алекс зашел и снял трубку телефона на столе.

– Детектив Пак, – сказал он полицейской операторше, когда она ответила.

– Где вы были? – пожурил его Дэнни, когда тот ответил на звонок. – Я нашел издателя Маргарет Ласалль. Я ждал твоего звонка, чтобы мы могли встретиться вместе.

– Извини, Сорша втянула меня в дело ФБР. Мы в морге, осматриваем пострадавших от ожогов.

– Обычно жертвам ожогов не на что смотреть, – сказал Дэнни.

– Так почему бы тебе не заехать за мной, и мы вместе сходим к издателю?

– Хорошо, – сказал Дэнни после долгой паузы. – Но обед за твой счет, за то, что заставил меня ждать.

Алекс усмехнулся и согласился. Надеюсь, Дэнни думает о еде.

– Эй, – вмешался Алекс, прежде чем связь прервалась. – Мне нужно, чтобы ты собрал полицейское досье.

Повисла напряженная пауза. Дэнни и раньше доставал для Алекса файлы, и из-за этого у него уже были неприятности.

– Почему?

– Я рассказал Игги о пропавшей книге Ласалль, – объяснил Алекс. – Очевидно, она основывала свои книги на реальных случаях, и Игги узнал фрагменты из записной книжки. Это дело бродвейской звезды по имени Долли Андерсон, которая умерла пятнадцать лет назад. Очевидно, в то время это было важным событием.

– Хорошо, – сказал Дэнни. – Я позвоню в архив, а потом приеду.

Алекс повесил трубку, затем позвонил в свой офис, но телефон просто зазвонил. Шерри, вероятно, все еще просматривал архивы "Таймс", выясняя подробности смерти Долли Андерсон.

Когда Алекс вернулся в холодильник, он обнаружил, что прибыли агенты Редхорн и Мендес. Редхорн стоял рядом с Соршей, которая осматривала один из обугленных трупов, и ни он, ни Чародейка, казалось, не чувствовали сильного холода в холодильнике. Мендес, с другой стороны, стояла, дрожа, позади них.

– Вот, – сказал Алекс, передавая ей климатическую руну, когда проходил мимо. – Приклей это к своей куртке.

Мендес сделала, как ей было сказано, и Алекс достал свою зажигалку и поджег руну.

– Это потрясающе, – сказала Мендес, когда магия подействовала. Она широко улыбнулась ему.

– Прекрати флиртовать с моими агентами, – сказала Сорша, жестом подзывая его.

– Не волнуйся, чародейка, агент Редхорн не в моем вкусе.

Редхорн бросил на Алекс недовольный взгляд, но это было в порядке вещей для коренастого мужчины. Алекс никогда не видела его каким-либо иным, кроме как сердечным, но что-то в облике Редхорна создало у Алекса впечатление, что он понимает толк в насилии и не боится его применять.

– Это тела из ночного клуба, – сказала Сорша, указывая на семь каталок у левой стены. – Если ты прав насчет алхимии, то, по крайней мере, в двух из них должна проявляться остаточная магия при твоем зеленом освещении.

– Призрачный свет, – сказал Алекс, открывая свой набор.

– Это ты придумал или доктор Белл? – спросила она.

– Это всё Игги, – усмехнулся Алекс. – Он мастерски владеет словом. – П ока Алекс доставал снаряжение, Редхорн вкратце пересказал им показания свидетелей.– Все, кто видел, как начался пожар, говорят примерно одно и то же, – сказал он, зачитывая записи из блокнота. – Мужчина и женщина на танцполе внезапно начали перебрасываться горящими шарами во время танца. Кто-то сказал, что они жонглировали, другие – что шары просто парили в воздухе вместе с ними.

– И это никого не смутило? – спросила Сорша.

– Большинство решили, что это какое-то представление, – ответила Мендес.

– Через несколько минут танцоры, похоже, уронили огненные шары, – продолжил Редхорн. – И тогда начался пожар.

– Все говорили, что танцоры вспыхнули, – сказала Мендес. – Они умерли почти мгновенно.

– Несколько танцоров, стоявших рядом, оказались в зоне поражения, когда взорвались огненные шары. Остальное, – Редхорн пожал плечами, – говорит само за себя.

Сорша посмотрела на обугленные тела на каталке и поежилась. Алекс знал, что холод на нее не действует, но понимал ее. От мысли о том, что можно сгореть заживо, у него скрутило живот.

– Все меньше похоже на алхимию, – сказала Сорша, поворачиваясь к Алексу. – Как у тебя дела?

– В полицейском досье есть карта с указанием мест, где были найдены эти тела?

Мендес передал папку Сорше, и она пролистала ее, прежде чем кивнуть.

– На этих телах видна остаточная магия, – сказал Алекс, указывая на два трупа. – На этом и вот на этом.

Сорша проверила бирки на пальцах ног, затем сравнила цифры с таблицей в файле.

– Это наши танцоры, – сказала она. – Их нашли у источника пожара.

– Больше ни у кого не было никаких признаков магии, – сказал Алекс, задувая фонарь. – Я никогда не слышала ни о какой алхимии, но если только эти двое не были скрытыми магами...

– Не говори глупостей, – перебила ее Сорша.

– Если только эти двое не были скрытыми магами, – повторила Алекс, – это своего рода алхимия.

Сорша прикусила губу, затем повернулась к Алексу.

– Ты уверена, что это не какая-то руна? Она искоса взглянула на своих агентов. – Что-то, что могли бы использовать наши отмеченные друзья?

Она сделала акцент на слове "отмечены". Алекс понял, что она имеет в виду Легион. С тех пор как он узнал их название, они договорились никому его не раскрывать, а значит, ФБР о нем не знало.

– Нет, – ответил Алекс. – Если бы дело было в руне, она должна была быть нанесена на тела танцоров, и тогда остался бы остаточный образ. К тому же светились бы не все их тела, а только то место, где была нанесена руна.

Сорша кивнула. По ее лицу было видно, что она думает о том же, просто хочет убедиться.

– Ты сказал, что нашел листок со словами "Свет софитов". Может, это то, что мы ищем?

– Надеюсь, что да, – ответил Алекс. – Это единственная зацепка, которая у нас есть.

– Как думаешь, кто-нибудь из твоих друзей-алхимиков знает, что это такое?

Алекс пожал плечами.

– Я могу спросить.

– Спроси, – сказала она, возвращая полицейскую папку агенту Мендес. – Сегодня. Прежде чем кто-нибудь примет это зелье и подожжет жилой дом.

Сорша выбежала из комнаты, а федеральные агенты последовали за ней. Алекс проводил их взглядом, прежде чем собрать свое оборудование и накрыть мертвых простынями. Поскольку Дэнни еще не прибыл, Алекс обыскал другие тела, пока не нашел женщину лет пятидесяти. Ее тело мало что ему сказало, и ему пришлось перевернуть ее на бок, чтобы осмотреть рану. У нее было единственное огнестрельное ранение в спину, чуть левее центра. Очевидно, пуля попала ей в сердце, и она умерла бы еще до того, как ее тело коснулось пола. Единственное, что он узнал, это то, что Маргарет была правшой, судя по отпечаткам карандаша на ее пальцах, и она была довольно сильно пьющей.

– Что ты все еще здесь делаешь? – Голос Дэнни вырвал его из раздумий.

Алекс оторвал взгляд от тела и увидел своего друга, стоящего в дверях холодильной камеры.

– Я видел, как чародейка и ее слуги выходили, когда я пришел.

– Извини, – сказал Алекс, натягивая простыню на Маргарет Ласалль. – Просто проверяю нашу жертву убийства.

– Дай угадаю, – сказал Дэнни. – Одиночный выстрел в спину, который попал в сердце. Она была убита мгновенно.

– Как ты узнал? – Спросил Алекс, поднимая свою сумку.

Дэнни ухмыльнулся и показал коричневую полицейскую папку.

– Я забрал досье у Вагнер по пути сюда.

– Ну, она, вероятно, знала нападавшего, – сказал Алекс.

Дэнни кивнул.

– Застрелена в спину в гостиной своей квартиры, – сказал он. – Скорее всего, она впустила убийцу в дом. Вы нашли что-нибудь еще?

– Нет, – сказал Алекс, выходя в коридор.

– Отлично, – сказал Дэнни, закрывая тяжелую дверцу холодильника. – Я умираю с голоду.

Офис издательства «Бродстрит» находился на южной стороне внутреннего кольца, поэтому Дэнни зашел перекусить в фешенебельную закусочную неподалеку от него. Алекс быстро съел яичницу с тостом и, извинившись, вышел, чтобы позвонить.

Он позвонил Линде Келлин, дочери Андреа, но она не знала ни о каком зелье или смеси под названием "Свет софитов". Алекс поблагодарил ее и набрал номер алхимического магазина "Философский камень" на другом конце города.

– Это Алекс Локерби, – сказал он, когда владелец, Чарльз Грир, поднял трубку.

– Давно не виделись, Алекс, как дела? – Спросил Грир.

Несколько лет назад Алекс помог покойному доктору Келлин спасти жизнь Грир, и они поддерживали связь.

– У меня есть проблема, в решении которой мне могла бы понадобиться ваша помощь, – сказал Алекс. – Ты когда-нибудь слышал об алхимическом порошке под названием "Свет софитов"?

Грир на мгновение заколебалась.

– Нет, – наконец сказал он. – Ты знаешь, для чего это используется?

– Насколько я могу судить, ты добавляешь это в алкоголь, и это... придает тебе магические способности? – Когда Алекс произнес это вслух, это прозвучало глупо, но он не смог придумать, как по-другому это выразить.

– Похоже на "Эльфийскую пудру", – сказала Грир.

Алекс никогда о таком не слышал и сказал об этом.

– Это также было известно как "Опилки для подпольной торговли", – объяснил Грир. – Как можешь себе представить, это было популярно во времена сухого закона. Это был порошок, который добавляли в пиво, и когда его выпивали, у вас появлялись маленькие волшебные огоньки. Он пользовался большим успехом у больших групп людей, и большинство подпольных заведений были похожи на большие вечеринки. Он потерял популярность, как только бары снова открылись.

– Почему я никогда об этом не слышал? – спросил Алекс. Он никогда по-настоящему не посещал подпольные заведения, в основном он был слишком молод и слишком разорен.

– Когда-то я его сварил, – признался Грир, – но он был слишком дорогим в производстве, а в результате получались лишь несколько светящихся огоньков, так что спрос на него упал, когда люди снова начали пить в одиночку. Производство порошка пикси просто не окупается.

– Но ведь эти волшебные огоньки не были опасны, верно?

– Нет, к ним даже прикоснуться было нельзя. То есть вы хотите сказать, что этот "Свет софитов" наделяет людей настоящими магическими способностями?

Алекс рассказал о паре, которую ударило током, и о пожаре в "Комнате Инферно". Когда он закончил, Грир присвистнул.

– Я о таком никогда не слышал, – признался он.

– Можешь поспрашивать, может, кто-то что-то знает об этом?

– Сомневаюсь, что мне кто-то расскажет, даже если и знает, – ответил Грир. – Мы, алхимики, так же скрытно относимся к своим рецептам, как и вы, рунные мастера, к своим. Если бы вы принесли мне образец этого порошка "Свет софитов", я бы провел несколько тестов и попытался выяснить, из чего он сделан.

– Я посмотрю, что можно сделать, – сказал Алекс. – Но держ ухо востро и дай мне знать, если что-нибудь узнаешь.

Грир пообещал, что так и сделает, и Алекс повесил трубку.

– Что это было? – спросил Дэнни, стоявший позади него.

– Дело Сорши, – ответил Алекс. – А это что?

– Счет, – сказал Дэнни, с ухмылкой протягивая ему листок бумаги.

– Четыре бакса? – возмутился Алекс. – За обед? Ты меня реально развел, да?

– Ты мне должен, – сказал Дэнни. – Я месяцами доставал для тебя полицейские отчеты и водил в морг. Теперь мы с тобой видимся только тогда, когда тебе что-то нужно.

Алекс хотел было возразить, но Дэнни был прав. Он достал из бумажника пятерку и, положив ее на стойку, надел шляпу.

– Что ж, тогда давай раскроем это дело, – сказал он. – Можешь приписать себе все заслуги, а потом угостишь меня обедом.

Офис издательства «Бродстрит» располагался в непримечательном помещении на первом этаже перестроенного особняка. На двери висела табличка с надписью: «Издательство „Бродстрит“, Пол Бакстер редактор». За дверью находилась небольшая приемная, в которой теснились несколько диванов и секретарский стол, заваленный стопками бумаг, перевязанных бечевкой, и свертками в плотной бумаге. Судя по столу, секретарша здесь явно не работала.

– Телефона нет, – заметил Дэнни, указывая на стол. – Это просто для вида.

Справа от входа была простая деревянная дверь с табличкой, на которой было написано, что посетители могут оставлять рукописи на столе, если у них нет предварительной договоренности о встрече.

– Как думаешь, можно договориться о встрече, позвонив секретарше? – спросил Алекс.

Дэнни рукавом протер свой золотой полицейский значок.

– Пора договариваться о встрече.

Он взялся за дверную ручку, но не успел повернуть ее, как дверь распахнулась. Дэнни начал заходить внутрь, но Алекс схватил его за руку, указывая на дверной косяк. Защитная пластина была вырвана, как будто кто-то выбил дверь ногой.

– Отойди, – прошептал Дэнни, доставая из кармана куртки свой специальный полицейский пистолет 38-го калибра.

Алекс не был готов к неприятностям, его "Кольт" 1911 года выпуска и кастет лежали в оружейном шкафу в его хранилище, поэтому он отошел от двери. Держа пистолет наготове, Дэнни плечом распахнул дверь и быстро вышел из-за нее, опустив оружие.

– Полиция, – крикнул он. – Не двигайтесь.

Кто-то внутри встревоженно закричал, когда Дэнни вошел в комнату.

– Что вы делаете? – произнес мужской голос.

Алекс проследовал за Дэнни в комнату и увидел, что он стоит перед невысоким лысеющим мужчиной в мятом костюме. На нем были очки, из-за которых его глаза казались комично большими, а темные волосы были зачесаны на широкую лысину. Его пальцы были покрыты чернильными пятнами, а в одной руке он держал авторучку.

– Кто вы? – Спросил Дэнни у мужчины. Он опустил пистолет, но не убрал его.

– Я Пол Бакстер, – крикнул мужчина. – Я тот, кто позвонил тебе.

Алекс и Дэнни обменялись взглядами, когда Дэнни убрал оружие в кобуру.

– Мы здесь, потому что вы издатель Маргарет Ласалль, – сказал Дэнни. – Мы расследуем ее убийство.

Пол Бакстер выглядел удивленным.

– Почему вы позвонили в полицию, мистер Бакстер? – Спросил Алекс.

– В том-то и дело, – сказал он. – Это насчет бедной Маргарет.

– Что с ней? – Спросил Дэнни.

– Сегодня утром я получил посылку по почте, – сказал он. – Маргарет отправила ее на прошлой неделе, очевидно, перед смертью. Это была рукопись ее новой книги "Петух прокукарекал на закате".

Алекс почувствовал, как волосы у него на руках встают дыбом, и улыбнулся.

– Мы бы хотели на это взглянуть, – сказал он. – Возможно, это как-то связано с тем, почему её убили.

– Я бы с радостью вам помог, но именно поэтому я и вызвал полицию, – сказал Бакстер. – Пока я был на обеде, кто-то проник сюда и украл её.

8. Подозреваемые

Алекс толкнул дверь своего кабинета в десять минут шестого. Он весь день прочесывал офисы издательства «Бродстрит» частым гребнем, но ничего не нашел. В приемной скапливались все рукописи, которые Пол Бакстер не просил читать, так что вся комната была усеяна отпечатками пальцев, и отличить одни от других было невозможно. В кабинете тоже ничего не обнаружилось. Алекс проверил стол Бакстера, но нашел только отпечатки пальцев издателя. Тот, кто похитил рукопись Маргарет Ласалль, наверняка был в перчатках.

– Все так плохо, босс? – спросила Шерри, увидев выражение лица Алекса, когда он вошел. Она стояла у невысокого шкафа для документов и наливала себе кофе из кофейника.

– Хуже, – ответил Алекс, бросив шляпу на вешалку. – У меня два дела, в которых нет подозреваемых и почти нет зацепок.

Шерри улыбнулась ему и пошла с полной чашкой кофе к своему столу.

– Возможно, я смогу вам помочь, – сказала она. Она села, сделала глоток из чашки и тут же поморщилась. – Когда ты снова поедешь в Эмпайр-Тауэр? – требовательно спросила она, сурово глядя на Алекса. – Я весь день копалась в старых газетах и вся в пыли. – Она демонстративно отряхнула блузку. – Мне нужна хорошая порция кофе.

– Утром я съезжу к Марни, – пообещал он. – Я даже возьму с собой термос, чтобы кофе хватило на всех. – Шерри просияла и поставила чашку с кофе на стол. – Ну, что у тебя для меня есть? – спросил Алекс, присаживаясь на край ее стола.

Она достала блокнот, исписанный мелким почерком, и начала перелистывать страницы.

– Итак, – сказала она, собираясь с мыслями. – Долли Андерсон была самой яркой звездой Бродвея несколько лет назад. Она играла в пьесе под названием "Галерея негодяев". В день премьеры она вышла на сцену за телефонным аппаратом и на глазах у всех получила удар током от неисправного провода.

– Я и не думал, что в спектаклях используют настоящий реквизит, – сказал Алекс, делая мысленную пометку разобраться в этом вопросе.

– Это был не настоящий телефон, – сказала Шерри, перелистывая несколько страниц. – Согласно отчётам, в нём был только звонок, чтобы можно было позвонить, но для этого требовалось питание. В общем, в итоге это признали несчастным случаем, но несколько месяцев газеты пестрели безумными теориями.

– Например, какими?

Шерри перевернула ещё несколько страниц.

– Ну, во-первых, пьесу написал парень по имени Бенни Харрингтон, – сказала она. – Его карьера шла под откос, потому что две его последние пьесы провалились.

– Как же тогда он заполучил самую известную актрису Бродвея? – спросил Алекс.

– Судя по всему, они были друзьями, – ответила Шерри. – Но ходили слухи, что она собиралась отказаться от роли в последнюю минуту, и это погубило бы Харрингтона.

– И тогда он убивает её на сцене? – спросил Алекс. – Это не сулило ничего хорошего для бизнеса.

– Это было не так. Спектакль закрыли в тот же вечер, и Харрингтон разорился. Через год он умер от пневмонии.

– Не похоже, чтобы у него был серьезный мотив, – сказал Алекс. – И все же, если Долли собиралась уйти, он мог убить ее из мести. Кто еще есть?

– Много кто, – ответила Шерри. – Долли тогда встречалась с Клодом Макклинтоком, и они постоянно ссорились на публике, об этом писали во всех газетах.

– Клод Макклинток, это киноактер?

Шерри задумалась и вздохнула.

– Да, – сказала она. – Это было еще до того, как он начал сниматься в кино.

– Кто еще? – спросил Алекс, когда Шерри замолчала.

– Еще была ее дублерша, Регина Дарлинг. После смерти Долли у нее появился шанс получить главные роли.

Алекс слышал это имя: сейчас она была большой звездой на Бродвее. Если она убила Долли, чтобы убрать ее с дороги, это определенно сработало для нее.

– Есть еще Мэйбел Леоне, – сказала Шерри.

– Модельер? – Спросил Алекс. – Как она вписывается во все это?

– Она предоставила все платья Долли для спектакля.

– Неудачная пьеса? – уточнила Алекс. – Ее модели носят актрисы и богатые дамы. Я думаю, у Сорши даже есть кое-что из ее вещей. Почему она предоставляла костюмы для спектакля, который стоит недорого?

– Согласно газетам, в то время на ее проекты никто не обращал внимания. Пьеса Харрингтон была единственной работой, которую она смогла получить. Очевидно, она ненавидела Долли, хотя никто, кажется, не знает почему.

– А как насчет владельца театра? – Спросил Алекс. – Долли ударило током из-за его оборудования, так что, он был подозреваемым?

Шерри кивнула.

– Поскольку две предыдущие пьесы Харрингтона провалились, он застраховал театр. Если спектакль не продержится хотя бы три недели, он получит крупную выплату. – Алекс мало что знал о страховании в шоу-бизнесе, но это звучало подозрительно. – Там не сказано, почему его исключили?

Шерри покачала головой.

– Все, что я знаю, это его имя, Итан Нельсон. – Она закрыла свой блокнот и протянула его ему. – Есть еще несколько человек, которые были подозреваемыми; вы найдете их здесь. Однако, насколько я могу судить, смерть Долли Андерсон была всего лишь трагическим несчастным случаем.

Алекс вздохнул, просматривая записи. В этом было много всего, и ему нужно было тщательно все обдумать. Кроме того, что бы ни было у полиции по этому делу, в нем, вероятно, будет больше деталей и перечисление алиби различных подозреваемых.

Если предположить, что у них есть алиби, напомнил он себе.

Если Игги был прав насчет Маргарет Ласалль, она, должно быть, обнаружила в этом деле что-то необычное. Что-то, что стоило бы убить, чтобы сохранить в тайне.

– Ладно, – сказал Алекс, закрывая страницы блокнота. – Ты отлично справилась, но день был долгим, так почему бы тебе не отправиться домой? Мне нужно еще раз все обдумать, поэтому я закрою дверь.

Шерри не нужно было повторять дважды. Она надела широкополую шляпу, взяла сумочку и пожелала Алексу спокойной ночи. Он смотрел ей вслед, прислушиваясь к стуку её каблуков по лестнице, пока она спускалась на улицу. Убедившись, что она ушла, он бросил блокнот в сумку, взял шляпу и направился во второй кабинет, к двери в хранилище.

– Вот это список подозреваемых, – сказал Игги. Он сидел за кухонным столом и просматривал записи Шерри, пока Алекс мыл посуду после ужина. – Насколько я помню, полиция сосредоточилась на электрике театра. В конце концов его оправдали. У них просто не было достаточно веских улик против него.

– Это не значит, что он этого не делал, – вмешался Алекс, – просто прокурор штата не смог это доказать.

Игги неопределённо хмыкнул, и Алекс, оглянувшись через плечо, увидел, что тот задумчиво попыхивает послеобеденной сигарой.

– Думаю, если бы убийцей был электрик, это дело было бы слишком простым для таких, как Маргарет Ласалль, – наконец сказал он. – Если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что она написала бы так, чтобы убийцей оказался кто-то из этих. Кто-то с менее очевидным мотивом был бы ей ближе.

Алекс кивнул, протирая столовое серебро. Они с Игги обсуждали записи Шерри весь вечер, но он так и не приблизился к тому, чтобы найти главного подозреваемого. В этом не было ничего удивительного, но было бы неплохо сосредоточиться на ком-то одном.

– Завтра я попрошу Шерри проверить всех из списка, – сказал он. – Как только она их найдёт, я поговорю с ними и выясню, общалась ли с ними Маргарет Ласалль.

– Два момента, – сказал Игги, продолжая листать блокнот. – Во-первых, то, что Маргарет не общалась с одним из подозреваемых, ещё не значит, что он вне подозрений.

– Если она с ними не общалась, откуда они могли узнать о её книге? – спросил Алекс.

– Это было бы легко, если бы они все еще поддерживали связь с кем-либо из тех, с кем разговаривала Маргарет, – отметил Игги. – Все люди в этом списке знали Долли Андерсон, так что, естественно, они знают друг друга.

– Хорошая мысль, – признал Алекс. – А что во-вторых?

– Во-вторых, – продолжил Игги, возвращаясь к первоначальному ходу своих мыслей. – Я бы не стал предпринимать особых действий, пока вы не ознакомитесь с полицейским отчетом. Они уже проделали за вас большую работу. Как только вы ознакомитесь с этим, вы будете лучше знать, на ком сосредоточить свое внимание.

– Дэнни уже просил об этом, – сказал Алекс. – Я не знаю, как долго…

Звонок в дверь прервал его, и он оглянулся через плечо в сторону входной двери.

– Ты кого-нибудь ждешь? – Спросил Игги, пока Алекс вытирал руки.

– Нет, но, судя по тому, как прошла моя неделя, они, вероятно, хотят, чтобы я отправился с ними на место катастрофы. – Он отложил кухонное полотенце и направился в прихожую. – Сейчас вернусь.

– Дай знать, если соберешься уходить, – сказал Игги, снова переводя взгляд на блокнот.

Алекс вышел из кухни в библиотеку, а затем через вестибюль направился к входной двери.

– Чародейка, – сказал он, распахивая дверь.

На крыльце стояла Сорша. На ней было элегантное вечернее платье, а на шее длинная нитка жемчуга, такого белого, что он почти светился в полумраке дома. В одной руке она держала длинный мундштук, а другую нетерпеливо уперла в бедро.

– Когда я сказала, что хочу, чтобы ты сегодня поговорил со своими друзьями-алхимиками, – произнесла она, холодно глядя на него, – неужели ты решил, что я буду ждать отчета до завтра?

– Ну да, вечер и правда приятный, – ответил Алекс, отступая назад и придерживая дверь. – Может, зайдешь?

Она долго сверлила его взглядом, а затем неторопливо прошла мимо него в библиотеку.

– Ну что? – спросила она, и нетерпение, сквозившее в ее движениях, теперь прорезалось и в голосе.

– Никто из моих знакомых никогда не слышал о "Свете софитов", – ответил Алекс. – Чарльз Грир, ты помнишь его?

Сорша кивнула. Она познакомилась с этим человеком после того, как Алекс спас его от похитителей.

– Ну, он упоминал что-то под названием "Эльфийская пудра", которая была популярна во времена сухого закона. Это позволило бы людям создавать светящиеся огоньки, но они не были опасны.

– Итак, "Свет софитов", это эльфийский порошок, только более сильный, – сказала она.

Алекс пожал плечами.

– Возможно, – сказал он. – Грир сказал, что, возможно, он сможет понять, что это такое, если мы принесем ему образец.

– Отлично, – сказала Сорша, затягиваясь сигаретой. – Где мы можем достать немного?

Алекс задумался, затем улыбнулась.

– Я знаю место, где торгуют, скажем так, сомнительно легальными зельями, – сказал он.

– Почему я не удивлена? – Сказала Сорша с веселой ухмылкой.

– Ты готова поработать с документами сегодня вечером?

– Это место ещё открыто?

– Конечно, – ответил Алекс, потянувшись за шляпой, висевшей на крючке в прихожей. Он надел её и предложил Сорше опереться на его руку. После небольшой паузы она взяла его под руку.

– Игги, – крикнул он в сторону кухни. – Я ухожу. Не жди меня.

Водитель Сорши высадил их на боковой улочке в Чайнатауне. Большинство магазинов вдоль дороги были закрыты и погружены в темноту, но несколько заведений работали, в основном там продавали еду. Уличных фонарей было мало, и некоторые здания зловеще нависали над улицей.

– Неплохой район, – усмехнулась Сорша, пока прохожие глазели на её явно дорогой наряд. – Тебя это беспокоит?

– Вовсе нет, – ответил Алекс, закуривая сигарету. – Меня защищает чародейка.

Сорша закатила глаза. Алекс снова предложил ей опереться на его руку, и через мгновение она взяла его под руку.

– Куда мы вообще идём? – спросила она, когда он свернул в тёмный конец улицы. – Я беспокоюсь, – продолжила она, не дождавшись ответа.

– Мне что, открыть хранилище и достать пистолет? – с наигранной серьёзностью спросил Алекс.

– Я не об этом, – сказала Сорша, понизив голос. – Я не рассказала ФБР о Легионе и их руне контроля над разумом.

– Я думал, мы договорились, что рассказывать правительству о существовании рун контроля над разумом чудовищно плохая идея, – пробормотал Алекс.

– Так и есть, – сказала Сорша. – Но, судя по всему, "Свет софитов" как-то связан с Легионом. О них знаем только ты, я и доктор Белл.

– И ты беспокоишься, что нас недостаточно, чтобы остановить Легион, чем бы они там ни занимались, – предположил Алекс.

– Их могут быть сотни, – сказала Сорша. – И что бы они ни задумали, у них фора.

 Алексу очень хотелось рассказать ей о Мориарти, но он не был уверен, что хочет, чтобы кто-то ещё знал о его таинственном благодетеле. Даже если бы он рассказал Сорше, Мориарти вряд ли смог бы помочь. Алекс понятия не имел, как с ним связаться. Если быть честным с самим собой, он даже не знал, можно ли считать Мориарти союзником.

 – Ты к чему-то клонишь, чародейка? – наконец спросил он.

 – Не знаю, – ответила она. – Но меня беспокоит, что будет, если мы ввяжемся в это дело. Легион опасен, а мы почти ничего о них не знаем.

– Мы знаем, что некоторые из них пришли из Китобоев, – сказал Алекс.

 – Британские военные рунописцы, которые ищут "Монографию Архимеда"? – спросила Сорша. – Я поспрашивала о них, но уже десять лет о них никто ничего не слышал.