Текст книги "В свете софитов (ЛП)"

Автор книги: Дэн Уиллис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)

Что бы я делала без этого ублюдка? сказала она.

– Кто твоя подруга? – Спросила Дорис, глядя на Реджину.

Алекс представил их друг другу, опустив фамилию Реджины.

– Мы просто займем столик, – сказал он, уводя Реджину в угол, подальше от немногочисленных посетителей.

– Я думала, ты говорила, что тебе здесь нравится, – сказала Реджина, когда они сели.

– Мне нравится.

– Тогда почему Дорис так давно тебя не видела?

Алекс вздохнул. Ему нравилась его жизнь, он был так занят в последние годы, но часть его тосковала по прежней простоте.

– Слишком занят, – сказал он, пожав плечами.

– Слишком занят, чтобы поесть? – Реджина бросила на него удивленный взгляд.

– Иногда, – признался он.

Подошла Дорис и приняла у них заказ, сделав пометку в блокноте.

– Итак, – сказала Реджина, когда официантка ушла. – Ты часто работаешь с мисс Кинкейд?

– За эти годы мы вместе вели несколько дел, – сказал Алекс, чувствуя опасность в ее вопросе. – Она консультирует федералов по вопросам магических преступлений. Иногда она привлекает меня, когда дело касается рунописццев.

– О, – сказала Реджина с видом одновременно возмущённым и безразличным. – Мне просто кажется, что твоё имя слишком часто мелькает в газетах рядом с её именем.

– На днях моё имя мелькало рядом с твоим, – сказал он.

– Верно, – признала она, – но на этой неделе было два упоминания о тебе и чародейки и только одно обо мне.

Алекс не был уверен, как на это ответить, но у него было чувство, что любой его ответ будет неверным.

– До этой недели мое имя упоминалось в газетах всего пару раз, – сказал он. – Не стоит судить по этой неделе, это своего рода случайность.

Она, похоже, поверила в это, и в основном это было правдой.

– Так что же все-таки произошло на Центральном вокзале? – спросила она, меняя тему.

Алекс рассказал все, что мог, о попытке захвата Арло Харпера и о том, как он применил взрывную руну.

– Итак, Сорша телепортировала нас как раз вовремя, – сказал Алекс. Это не было правдой, но и не требовало долгих объяснений. Никто не сомневается в магии, когда речь идет о чародеи.

– К тебе домой, – спросила Реджина, приподняв бровь.

– Я живу с врачом военно-морского флота в отставке, – сказала Алекс. – Он извлек пулю, и она отдыхает.

– К тебе домой, – повторила Реджина.

Алекс не был уверен, когда именно это произошло, но он потерял контроль над разговором.

– Она без сознания, – объяснил он. – И перемещать ее может быть опасно.

Реджина долго смотрела ему в глаза, затем пожала плечами.

– Итак, вы были близки раньше?

Алекс вспомнила тот единственный страстный поцелуй, который они разделили много лет назад на кладбище. Тогда она тоже была ранена, пуля нацистов попала ей в бедро. Игги тогда тоже ее подлатал.

– Нет, – признался Алекс с некоторой тоской. – Просто у нас никогда не получалось. Наверное, нам стоит перестать говорить о Ледяной королеве, – добавил он, используя ее наименее лестное прозвище.

– Тебе следует почаще говорить о ней, – сказала Реджина с понимающей улыбкой. – Особенно то, как светится твое лицо, когда ты это делаешь.

Алекс не был уверен, как к этому отнестись.

– Реджина, – начал он, но она подняла руку.

– Я знаю, что ты не встречаешься с Соршей, – сказала она. – Я неплохо разбираюсь в людях. Это все из-за того, что я много общаюсь с актерами. Обычно я чувствую, когда кто-то играет со мной в открытую. Если бы ты встречался с Соршей, ты бы ни за что не согласился поужинать со мной на днях.

Это правда.

– Почему ты пригласила меня на ужин?

Она хихикнула и одарила его скромной улыбкой.

– Алекс, ты хоть представляешь, сколько мужчин приглашают меня на свидание каждую неделю?

Алекс признался, что нет.

– Десятки, – сказала она. – Большинство из них хотят престижа, чтобы их видели со мной, некоторые просто вожделеют меня.

Она говорила в легкой, легкомысленной манере, но Алекс мог сказать, что ее слова были личными.

– Я загнала тебя в угол, чтобы ты пригласил меня поужинать, потому что, если бы я этого не сделала, ты бы не попросил, – сказала она, как будто это имело смысл. – Когда ты постучал в мою дверь, ты не искал известную актрису, тебе просто нужно было получить ответы на несколько вопросов. Впервые за долгое время кто-то не был помешан на звездах.

Алекс покачал головой.

– Ты пригласила меня на ужин, потому что я отнесся к тебе как к обычному человеку?

– Да, – сказала она, и ее улыбка стала лукавой. – И это было прекрасно.

Когда Алекс посмотрела на Реджину, улыбка исчезла с ее лица, а на губах появилась легкая грусть.

– Я хочу проводить с тобой больше времени, – призналась она. – Но я не хочу, чтобы надо мной все время нависала тень.

– Ты имеешь в виду Соршу? – Спросила Алекс, не совсем понимая, как Реджина связывает воедино все факты. Сразу после их поцелуя Сорша ясно дала понять, что не хочет иметь с ним никаких отношений. На самом деле, после этого он не видел ее больше года.

– Тебе нужно разобраться в своих чувствах к ней, – сказала Реджина. – Я подожду. Только не слишком долго.

Алекс открыл рот, чтобы сказать ей, что он точно знает, что чувствует к Сорше, но слова просто не шли с языка.

– Почему бы нам не поговорить о чем-нибудь другом, – сказала Реджина, снова улыбаясь.

Алекс не хотел говорить ни о чем другом, но детективная часть его мозга подсказала ему, что продолжение разговора только разозлит Реджину, и, что еще хуже, может причинить ей боль, поэтому он оставил эту тему.

Принесли еду, и за едой они говорили о Бродвее и театре. Реджина рассказывала ему истории из своей юности, до того, как встретила Долли. Она рассказала о своей жизни в качестве большой звезды и о том, какая работа ей предстояла. Это был тот разговор, который понравился бы Алексу, но, как он ни старался сосредоточиться, его мысли постоянно возвращались к Сорше.

Конечно, он заслонил ее, когда Арло стрелял, но ведь он сделал то же самое для Дэнни, не так ли? Он изо всех сил старался не убивать ее, когда Малком Джонс контролировал ее разум, но он сделал бы это для любого из своих друзей.

Тряхнув головой, чтобы прояснить мысли, Алекс сосредоточился на разговоре. Регина рассказывала историю о театре, который сгорел дотла еще до того, как ее труппа приехала в их маленький городок. Они должны были играть пьесу в спортзале местной средней школы.

– А есть какая-то причина, по которой спектакль могут перенести в другой театр? – вдруг спросил он.

– Э-э, конечно, – ответила Реджина, немного подумав. – Полагаю, ты имеешь в виду, если театр не сгорел.

– Да, – подтвердил Алекс.

– Обычно спектакли идут в том театре, где их поставили, – сказала она. – Но иногда, если есть возможность поставить спектакль в более просторном или качественном зале, его переносят.

– Разве у них нет контракта с театром?

– Да, но обычно он действует только четыре недели, – ответила она. – После этого продюсер может перенести спектакль, если захочет. Хотя такое случается крайне редко.

Алекс рассказал о письме от Руперта Свона, которое они нашли в кабинете Маргарет.

– Почему он написал, что спектакль нужно перенести из "Рояла"? – спросил Алекс.

Реджина хихикнула.

– Это просто, – ответила она. – В те времена "Роял" был настоящей дырой. Отец Итана совсем запустил театр.

– Извините, я на минутку, – сказал Алекс, вставая. – Мне нужно позвонить моему другу Дэнни.

– Почему?

– Потому что Итан Нельсон убил Долли Андерсон, и теперь я знаю, почему он это сделал.

 27. Призраки

Алекс старался не ерзать, сидя в почти полной темноте Королевского театра. Рядом с ним в ложе второго этажа сидел Дэнни, а рядом с ним, через маленький проход, сидели лейтенант Каллахан и капитан Руни. За ними стояли Билли Таскер, с улыбкой, которая почти расползалась по его лицу, и молодой фотограф, которого он привел с собой.

С того места, где они сидели, им открывался прекрасный вид на сцену, а также на единственный источник света в зале, бледно-зеленоватое свечение, исходившее от большого отдельно стоящего зеркала с правой стороны сцены.

Алекс провел ладонями по коленям, чтобы они не вспотели. В кинотеатре было не особенно тепло, но в следующие полчаса многое зависело от него. Он достал карманные часы и открыл крышку. Свечения рун и синего кольца, измерявшего его жизненную силу, было достаточно, чтобы определить время: одиннадцать двадцать шесть.

– Лучше бы это сработало, Локерби, – проворчал капитан Руни. Его голос был негромким, но Алекс услышал, как он эхом отразился от дальней стены пустого кинотеатра.

– Не смотри на меня, – прошипел в ответ Алекс, понизив голос. – Это была идея Дэнни.

– Тогда почему он вообще здесь? – спросил Руни у Дэнни, на этот раз тоже понизив голос.

– Потому что я не знаю ни Реджину Дарлинг, ни Эндрю Бартона, – ответил Дэнни. – Алекс сказал, что поможет с этим, но он хотел посмотреть на шоу.

– А он-то тут при чем? – не унимался капитан, ткнув большим пальцем в сторону Таскера, который тихо сидел во втором ряду.

– Это будет самый громкий арест со времен сухого закона, – ухмыльнулся Дэнни. – Я подумал, что вам не помешают пара фотографий.

Руни был политиком до мозга костей, и с учетом его предстоящей предвыборной кампании на пост сенатора такие снимки могли бы помочь ему сделать карьеру. На его лице появилась слабая улыбка, и он кивнул, откинувшись на спинку кресла.

– Конечно, если ничего не выйдет, этот репортер выставит нас полными идиотами, – прошептал Дэнни достаточно громко, чтобы Алекс услышал.

– Должно сработать, – сказал Алекс, снова взглянув на часы и показав их Дэнни.

– Ладно, – сказал Дэнни тем, кто сидел в кабинке. – Итан Нельсон у себя в кабинете заканчивает с бухгалтерией. Его помощник сказал, что он проверяет театр перед тем, как подняться в свою спальню на третьем этаже. С этого момента все должны вести себя абсолютно тихо. Если он что-то услышит, нам конец.

Все в кабинке кивнули в знак согласия, и все взгляды устремились на сцену. Там была в точности воссоздана сцена из "Галереи негодяев", где умерла Долли. Всё было на месте: кровать, шкаф, туалетный столик и особенно отдельно стоящее зеркало, а также столик с лампой и телефонным аппаратом на подставке в виде подсвечника. Всё было так же, как на сцене, которую Алекс видел во время выступления Регины, но, конечно, иначе и быть не могло. Эндрю Бартон телепортировал декорации из театра Шуберта прямо на сцену "Роял".

Алекс услышал, как в передней части театра закрылась дверь кабинета Нельсона, когда тот начал свой последний обход театра перед сном. Как по сигналу, зеленоватый свет, исходивший от зеркала, погас, погрузив театр в почти полную темноту, и на сцене зазвонил телефон. В гнетущей тишине пустого зала звук казался особенно громким.

Телефон звонил не переставая, казалось, минут пять, пока дверь в фойе не распахнулась и в зал не вбежал Итан Нельсон, заливая темноту светом из коридора. Со своего места Алекс хорошо видел мужчину. Тот выглядел растерянным, но не встревоженным. Телефон продолжал звонить, и Нельсон побежал по проходу к лестнице, ведущей на сцену. Когда он поднялся на первую ступеньку, лампа на столике рядом с телефоном вспыхнула. Свет был неярким, но в кромешной тьме на сцене он осветил столик, телефон и стоящее рядом зеркало.

Нельсон замер на лестнице. Он стоял спиной к ложе, но Алекс мог представить выражение его лица. Владелец театра нерешительно шагнул вперед, и телефон снова зазвонил. Поднявшись на сцену, он развернулся и оглядел зал, балкон и ложи в поисках незваных гостей.

Алекс затаил дыхание, когда взгляд Итана Нельсона скользнул по их укрытию, но в полумраке он ничего не увидел.

– Кто здесь? – позвал он.

В ответ он услышал лишь эхо собственного голоса и телефонный звонок.

– Это не смешно, – закричал он, врываясь на сцену. Он схватил телефон и поднял его, словно собираясь выдернуть провода, но к аппарату не было подключено никаких проводов. Телефон снова зазвонил, и Нельсон, выругавшись, выронил его.

Алекс ухмыльнулся. Это была его идея. Поскольку Сорша выбыла из игры, ему нужен был кто-то, кто мог бы телепортировать спальный гарнитур, и присутствие Повелителя молний давало дополнительные преимущества. Он мог легко позвонить по телефону из своей каморки в гримёрках, направив электрический ток прямо на маленький электромотор, который звонил в звонок.

Когда Итан выронил телефон и невольно отступил на шаг, из зеркала снова начал исходить зеленоватый свет. Когда свет стал ярче, лампа на столе, которой тоже управлял Бартон, потускнела.

– Привет, Итан, – раздался голос Долли. Мгновение спустя она появилась в зеркале, залитая зелёным светом. Она выглядела точно так же, как в тот день, когда умерла на этой самой сцене.

Итан ахнул так громко, что Алекс услышал.

– Что? – сказала Долли. – Нечего сказать? Даже не извинишься за то, что убил меня? Какое разочарование.

Итан повёл плечами, и Алекс вдруг увидел в его руке пистолет.

– Это какой-то трюк, – почти выкрикнул он, а затем поднял пистолет и выстрелил в зеркало. Алекс едва сдержался, чтобы не рассмеяться, когда пуля ударила в стекло и отскочила, не причинив зеркалу никакого вреда. После того как Маргарет Ласалль была застрелена, Алекс знал, что у Итана есть пистолет. Бартон наложил на зеркало быстрое защитное заклинание, чтобы оно не разбилось до окончания их маленькой игры.

– Да ладно тебе, Итан, – упрекнула его Долли. – Я уже мертва, ты сам об этом позаботился.

Итан подбежал к зеркалу и заглянул за него. Но там не было того, что он ожидал увидеть. Зеркало было просто зеркалом.

Если не считать магии Бартона, которая соединяла его с таким же зеркалом в одной из гримёрок. Впервые Алекс увидел Бартона в виде проекции в зеркале для макияжа. Бартон только что применил заклинание к зеркалу большего размера. Он также посветил фонарем Алекса на Реджину Дарлинг, одетую в свое праздничное платье. Стоя перед зеркалом, она могла видеть и слышать Итана, а он мог видеть ее.

– Чего ты хочешь? – Итан задохнулся, его голос превратился в сдавленный крик.

Реджина рассмеялась.

– Ничего особенного, – сказала она голосом Долли. – Я просто должна была выяснить. Ты действительно убила меня, чтобы спасти театр своего отца?

Алекс видел, как поднимались и опускались плечи Итана, когда он тяжело дышал.

– Конечно, нет, – проворчал он.

– Я знала, что должно быть что-то еще, – сказала Реджина, вопросительно глядя на него. – Расскажи мне.

Итан покачал головой и рассмеялся.

– Ты даже не представляешь, – прорычал он, в его голосе слышался гнев. – Я ненавидел тебя.

– Но почему?

– Смотритель маяка, – сказал он.

В голове у Алекса все встало на свои места. Это был тот самый недостающий элемент, который Алекс надеялся найти, истинный мотив Итана Нельсона.

– Ты обещала, что мы всегда будем вместе, – продолжал разглагольствовать Итан. – И что же ты сделала? Ты сбежала при первой же возможности и бросила меня здесь.

Лицо Реджины стало печальным, как будто ей было искренне жаль Итана.

– Я не думала, что ты так это воспримешь, – сказала она. – Почему ты мне не сказал?

– Ты никогда меня не любила, – выплюнул он. – Жаль, что тебя здесь нет, я бы снова тебя убил, сука!

Он стрелял в зеркало, пока в пистолете не закончились патроны.

Алекс наклонился к Дэнни.

– Кажется, твой выход, – сказал он.

Дэнни кивнул, встал и вышел в коридор в сопровождении Каллахана и Руни. Как только они ушли, Билли Таскер поднялся и сел рядом с Алексом. Он хотел что-то спросить, но Алекс шикнул на него.

На сцене внизу Итан кричал, обращаясь к зеркалу. Насколько мог разобрать Алекс, он разглагольствовал о том, как собирается убить Долли во время заключительного выступления. Мгновение спустя Дэнни выбежал на сцену с несколькими полицейскими в форме, которых он впустил через служебный вход. Они быстро скрутили Итана и надели на него наручники. Когда они закончили, Дэнни показал Алексу большой палец, а затем поблагодарил Реджину, которая быстро поклонилась перед зеркалом и отошла в сторону.

– Ну что ж, – сказал Билли, когда в зале зажегся свет. – Это будет самая громкая сенсация за последние годы! Как ты до этого додумался?

– Спроси об этом у Дэнни, – сказал Алекс, вставая. Он подробно проинструктировал Дэнни о том, как рассказывать об этом деле прессе. – Пойдем, я прослежу, чтобы ты выступил первым.

– Лучше бы тебе это сделать, – сказал Билли, хотя, поскольку он был единственным репортером в поле зрения, это не вызвало особого беспокойства.

Когда они спустились на сцену, капитан Руни расплылся в улыбке. Он объяснил Билли, как Дэнни вычислил, что Долли Андерсон была убита, и устроил эту сложную ловушку, чтобы поймать его.

– Так как же ты узнал, что это был Итан Нельсон? – Спросил Билли, когда Руни предоставил слово Дэнни.

– В свое время у мистера Нельсона были проблемы, – начал Дэнни с сияющей улыбкой. – Его театр был дырой, и ему нужны были деньги, чтобы его отремонтировать. Если бы у него не было денег, ни один продюсер не стал бы арендовать его театр, и он бы обанкротился. У Бенни Харрингтона тоже была проблема: его пьесы проваливались, и ни один приличный театр не соглашался брать у него аренду.

– Поэтому он поставил свою пьесу здесь, – предположил Билли.

Дэнни кивнул.

– Мистер Нельсон, будучи умным бизнесменом, – продолжает Дэнни, – оформил страховой полис, чтобы, если спектакль провалится, ему все равно заплатили достаточно денег на ремонт. Если бы пьеса стала хитом, он заработал бы более чем достаточно.

– Но это не объясняет, почему он убил Долли, – сказал Алекс, следя за тем, чтобы Билли не упустил ни одной детали в своём рассказе. – Разве не разумнее было бы оставить пьесу в театре на случай, если она станет успешной?

– Была одна проблема, – сказал Дэнни. – Харрингтон пригласил критика на генеральную репетицию. Критику понравилась пьеса, что было отличной новостью для Итана Нельсона, но он также посоветовал Харрингтону перенести постановку в театр получше, как только истечёт срок действия контракта.

Билли начал кивать и что-то строчить в блокноте.

– А если бы пьесу перенесли в другой театр, – заключил Дэнни, – Нельсон не смог бы заработать на ремонт.

– Поэтому он сделал единственное, что мог, – сказал Билли, складывая всё воедино. – Он остановил постановку, чтобы получить страховую выплату.

– Очень хорошо, мистер Таскер, – сказал Дэнни.

– Я всё ещё не понимаю, зачем ему было убивать Долли, – сказал капитан Руни. – Я взглянул на тот самодельный телефон, который он смастерил, на его сборку ушла бы неделя.

– Думаю, я могу ответить на этот вопрос, капитан, – сказал Алекс. – Помните, Итан говорил, что ненавидит Долли из-за "Смотрителя маяка"? Это была пьеса для двоих, в которой они оба играли в молодости. Полагаю, они были влюблены друг в друга, но потом Долли добилась успеха…

– А Итан нет, – кивнул Руни.

– Логично, – сказал Билли.

Теперь, когда Алекс был уверен, что на первой полосе завтрашней газеты появится правильный заголовок, он отвернулся. Он как раз успел встретить Реджину и Бартона, когда они поднимались из гримёрок.

– Ну как я справилась? – с улыбкой спросила Реджина.

– Ты была великолепна, – ответил Алекс. – Заставила его во всём признаться.

– Кто бы мог подумать, что он был влюблён в Долли Андерсон? – сказал Бартон, подходя к ним. – Кстати, о влюблённости, – добавил он, протягивая Алексу фонарь. – Как это выглядело с твоей стороны?

– Потрясающе, – ответил Алекс. – Спасибо.

Бартон ухмыльнулся, как школьник.

– Я просто рад, что ты привлек меня к этому делу, – сказал он со смешком. – Как тебе пришла в голову идея обманом заставить его признаться

– Бенни Харрингтон, – сказал Алекс.

– Драматург?

– Долли умерла во время постановки его пьесы "Галерея негодяев", – объяснил Алекс. – Это история женщины, мужа которой ложно обвиняют в преступлении, и ей приходится обманом заставить виновного признаться.

– Значит, поэтическая справедливость? – сказал Бартон. – Мне это нравится.

– Я тоже хочу поблагодарить тебя, Алекс, – сказала Реджина, сжимая его руку. – Мне было приятно поймать убийцу Долли. Ее улыбка внезапно погасла. – Это подтвердится в суде?

– Практически безотказно, – вставил Бартон. – Особенно с капитаном Руни в качестве свидетеля.

– Алекс, – позвал Дэнни. Он спустился по лестнице со сцены и подошел к ним в главном проходе. Он нес сверток, завернутый в бумагу для разделки мяса. – Полицейские, которые обыскивали комнату Нельсона, нашли это.

Он протянул Алексу сверток, и тот развернул бумагу, чтобы показать стопку аккуратно отпечатанных страниц. На первой было написано: "Петух прокукарекал на закате. Маргарет Ласалль".

– Он был спрятан под неплотно прилегающей половицей, – сказал Дэнни. – Теперь мы можем обвинить Нельсона и в убийстве Маргарет.

– Отличная работа, – сказал он, возвращая его. – Я знаю, Игги будет в восторге, узнав, что его нашли.

– Ну, уже поздно, – сказал Бартон, когда Дэнни направился обратно к капитану и лейтенанту. – Мне нужно перевезти всю эту мебель обратно в театр Шуберта, а потом у меня на столе лежит дюжина предложений.

Он пожелал Алекс и Реджине спокойной ночи и направился на сцену. Мгновение спустя он и весь позаимствованный реквизит исчезли.

Реджина вздрогнула и вцепилась в руку Алекс.

– У меня от этого мурашки по коже, – сказала она.

Алекс усмехнулся.

– Тебе стоит попробовать это как-нибудь, – сказал он без тени юмора в голосе. – Это гораздо хуже, чем кажется.

Она рассмеялась и взяла его за руку, когда они спускались вниз, в гримерную. Он подождал, пока она переоденется из костюмированного костюма в обычную одежду.

– Хочешь, я провожу тебя домой? – спросил он, когда она забирала одолженное платье.

– Ты рассказал чародейке, где ты останешься? – спросила она, прекрасно понимая, что у него не было такой возможности. – Тогда, я думаю, ты можешь подбросить меня до моего дома.

Алекса это не радовало: он только что помог раскрыть одну из самых известных нераскрытых тайн Нью-Йорка и был в настроении это отпраздновать. Тем не менее он с улыбкой протянул руку Регине.

– С удовольствием, – солгал он.