Текст книги "Игры разума (ЛП)"

Автор книги: Дэн Уиллис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

– Это был не несчастный случай, – ответил Алекс.

Дэнни кивнул и указал на ковер.

– Их стошнило, – сказал он. – Значит, что бы это ни было, оно было сильнодействующим. Преднамеренная доза.

– Я тоже так думаю, – сказал Алекс.

– Значит, дело в еде? – спросил Дэнни. – Может, в вине или кофе?

– Кофе можно исключить, – сказал Алекс, указывая на перевернутую чашку на одном из приборов. – Тот, кто сидел там, не пил кофе. То же самое с булочками и картофелем. Тот, кто сидел в дальнем конце стола, не пользовался ножом для масла, и на его тарелке тоже нет картофеля.

Дэнни подошел к приборам и осмотрел их, затем кивнул.

– Значит, дело в вине, – заключил он. – Вряд ли они могли съесть столько ветчины или стручковой фасоли, чтобы отравиться, если яд был в них.

Алекс достал мел и книгу рун и нарисовал на стене дверной проем. Через две минуты он вернулся из своего хранилища с походным набором.

– Давайте убедимся наверняка, – сказал он, доставая из набора круглый пузырек с резиновой пробкой. Вытащив пробку, он посыпал порошком из пузырька бутылку с вином и ближайший бокал. Затем он достал свою многофункциональную лампу и вставил в нее горелку для призрачного света.

– Что это? – спросил Дэнни.

– Порошок для определения токсичности, – объяснил Алекс. – Старый алхимический трюк, с помощью которого можно определить, что зелье испортилось. С моей лампой, – сказал он, зажигая горелку и закрывая переднюю панель, – порошок начинает светиться в присутствии токсичных веществ.

Он надел окулус и отрегулировал линзы. Когда он направил свет лампы на бокал, жидкость внутри засияла ярким светом. Однако когда он направил свет на бутылку, засияла только ее верхняя часть.

– Это точно вино, – сказал он, передавая окулус Дэнни. – Не знаю, смогут ли ваши следователи выяснить, что это за вино, но вам стоит проверить эту бутылку.

Дэнни вернул окулус, а затем позвал одного из полицейских в форме, чтобы тот привел дворецкого Уэстлейка.

– Чем я могу вам помочь, сэр? – слабым голосом спросил вошедший пухлый дворецкий.

– Кто выбирал вино для ужина? – спросил Дэнни.

– Мистер Уэстлейк.

– Вы принесли его для него или он сам его принес?

– Он сам его принес, – ответил дворецкий. – Оно уже было здесь, когда я накрывал на стол, так что я поставил его охлаждаться.

– Вы его открывали?

Дворецкий покачал головой.

– Нет, сэр. Мистер Уэстлейк всегда сам открывал бутылку, но я наливал вино.

Дэнни записал все это, поблагодарил дворецкого, и тот собрался уходить.

– Еще один вопрос, – спросил Алекс, прежде чем дворецкий успел уйти. – В ваши обязанности входит хранение ключей от дома?

– Конечно, – слегка обиженно ответил дворецкий. – Мистер Уэстлейк доверял... доверял мне безоговорочно.

– Спасибо, – сказал Алекс, и дворецкий удалился.

Дэнни бросил на Алекса проницательный взгляд, а затем закатил глаза.

– Выкладывай, – сказал он. – Я знаю этот взгляд: ты что-то придумал и хочешь впечатлить всех своей смекалкой, но уже поздно, а я устал, так что давай по-быстрому.

Алекс с трудом сдерживал смех. Его друг слишком хорошо его знал.

– Это не повар, – сказал он. – Смотри, – Алекс указал на бутылку в серебряном ведерке. – Это вино с винодельни Мист-Вэлли, – сказал он. – Если присмотреться, то можно увидеть год 1919-й.

Дэнни посмотрел на бутылку и пожал плечами.

– И что с того?

– Это дорогая бутылка вина, калифорнийского вина, выпущенного до введения сухого закона, – объяснил Алекс. – Фредерик Уэстлейк был инвестором, так что вполне логично, что у него была одна или две таких бутылки, но они хранились в винном погребе, куда повар не мог добраться, и уж точно он не мог пойти и купить такую бутылку.

Дэнни обдумал его слова и кивнул.

– Значит, повар увидел, что Уэстлейки умерли во время ужина, и решил, что вина за это ляжет на него. Значит, мы ищем дворецкого? Ты поэтому спросил, есть ли у него ключи?

– Нет, – ответил Алекс. – Возможно, это сделал он, но я так не думаю. Если бы он все спланировал, у него была бы более убедительная версия.

– Тогда почему ключи так важны?

– Идём за мной. – Алекс вывел Дэнни в фойе, где их ждал дворецкий, и попросил его проводить их к двери в подвал. Когда они подошли к ней, Алекс потянул за ручку. – Заперто, – сказал он.

– Конечно, заперто, – несколько смущённо ответил дворецкий. – У меня в доме порядок.

– Тогда как мистер Уэстлейк взял ту бутылку вина, которую вы нашли на обеденном столе? – спросил Алекс.

Дворецкий вздрогнул и начал что-то бессвязно бормотать.

– Вино принёс кто-то другой, – догадался Дэнни. – Он оставил его на столе, а Дживс решил, что это сделал Уэстлейк, хотя на самом деле это был дворецкий.

– Именно, – сказал Алекс.

– Так кто же поставил бутылку на стол? – спросил дворецкий. – Вы подозреваете, что это сделали миссис Уэстлейк или мисс Вивиан?

– Нет, – ответил Дэнни. – У них тоже не было ключей, верно?

– О, – смущённо сказал дворецкий. – Конечно, вы правы.

– Так кто же принёс вино? – спросил Дэнни, поворачиваясь к Алексу. – Это должен был быть кто-то, кто знал, как семья ужинает, и имел доступ к винному погребу.

– Вы же не думаете, что это я, – пискнул дворецкий, но Алекс жестом заставил его замолчать.

– Есть и другой вариант, – сказал он. – Кто-то, кто знал, как Уэстлейки ужинают, и имел доступ к другой бутылке вина из Мист-Вэлли.

– Нет никого, кто подходил бы под это описание, – сказал Дэнни.

– Конечно, есть, – ответил Алекс. – Еще не бывший муж Вивиан владеет ночным клубом и является знатоком местных вин, которые производились до введения сухого закона. Кроме того, он много времени проводил с Вивиан, так что вполне мог знать, как в семье сервируют ужин.

– Но зачем владельцу ночного клуба травить хозяина? – спросил дворецкий.

Алекс пожал плечами.

– Сегодня ему вручили документы о разводе, может, он разозлился.

– А может, он не хотел, чтобы развод состоялся, – предположил Дэнни. – Если Уэстлейки умрут до того, как развод вступит в силу, он унаследует все.

– По-моему, это мотив, – сказал Алекс. – А теперь, сколько бы ты поставил на то, что на бутылке его отпечатки пальцев?

Дэнни оглянулся на столовую и ухмыльнулся.

– Спорить, не буду.

24. След

На следующее утро Алекс спустился на кухню особняка уже после того, как взошло солнце. К его удивлению, за обеденным столом сидел Игги с раскрытой «Монографией Архимеда» на коленях. Алекс понял, что с этой картиной что-то не так, но ему не хватало как минимум двух чашек кофе, чтобы понять, что именно.

– Кофейник на плите, – сказал Игги, предугадав желание Алекса. Он окинул его опытным взглядом и указал на его галстук. – Поправь галстук.

Алекс проигнорировал замечание про галстук, открыл шкаф, достал кружку и налил в нее кофе из кофейника на плите. Выпив две чашки, он подошел к стеклянной двери, отделявшей кухню от оранжереи Игги, и посмотрел на свой галстук в отражении. В полудреме, еще до того, как он выпил кофе, он надел галстук задом наперед, коротким концом вперед.

Ворча, он снял галстук и начал завязывать его заново.

– Что ты тут читаешь? – Игги обычно читал в кресле с высокой спинкой в библиотеке. Там было лучше освещено днем, а вечером можно было погреться у камина. – Что-то не так с руной переноса? – спросил Алекс.

Игги со вздохом поднял глаза.

– Нет, – ответил он после долгой паузы. – Я уверен, что все получится, и наш маленький друг-поденка чувствует себя хорошо.

– Пытаешься разгадать тайну хранилища Мориарти? – Алекс спрятал ухмылку за чашкой с кофе. Тема о том, что Мориарти закрыл за собой дверь хранилища, оставив Алекса одного на чердаке скотобойни, была для Игги болезненной.

– Ты явно бредил, – сказал его наставник, снова уткнувшись в "Монографию". – Я достаточно хорошо изучил эту книгу, чтобы знать, что дверь хранилища нельзя открыть изнутри, и я не собираюсь пытаться это сделать, чтобы доказать свою правоту.

Алекс знал, что Игги не трусит. Рунописцев, которые закрывали двери своих хранилищ изнутри, больше никто не видел. Вывод напрашивался сам собой: если вы закроете дверь своего хранилища, оно станет вашей могилой.

– А что, если у Мориарти было не одно хранилище? – спросил Алекс, когда кофе начал действовать на его мозг.

– Не говори глупостей, – раздраженно ответил Игги.

– Подумай сам, – возразил Алекс. – Если бы в его хранилище была еще одна дверь, ее могли бы оставить открытой.

– Но мы оба знаем, что у рунописца может быть только один ключ от хранилища, – сказал Игги. – Руна, создающая хранилище, связывает его с ключом при активации. Вы не сможете сделать это снова, не разорвав связь с исходным ключом.

Игги, конечно, был прав, и Алекс это знал, но он помнил, что видел на чердаке скотобойни.

– Это невозможно, – заключил Игги.

– Разве не ты говорил мне, что если убрать невозможное и ничего не останется, то какая-то часть невозможного должна быть возможна? – возразил Алекс. Он подначивал Игги и понимал это, но его возмутило, что Игги отмахнулся от того, что он видел.

Игги оторвался от книги и снисходительно посмотрел на Алекса.

– Как там агент Мендес? – спросил он, меняя тему. Очевидно, он хотел перевести разговор на эту тему, но надеялся, что Алекс сделает это за него.

– Не знаю, – пожал плечами Алекс. Он рассказал Игги о своей встрече с детективом Циммерманом, а затем с агентом Редхорном и Соршей. – Когда появился Дэнни, мне просто захотелось поскорее уйти. Надо было остаться.

– Ты ничего не мог сделать, – сказал Игги. – Наверное, лучше было отвлечься от этого.

Алексу удалось выбросить из головы мысли о стрельбе, но теперь они вернулись и беспокоили его так же сильно, как и накануне вечером.

– Циммерман сказал, кто стрелял? – спросил Игги.

– Никто, – ответил Алекс. – Он был продавцом в "Мэйси". Мы с ним никогда не встречались. Сегодня я собираюсь разобраться в этом, но готов поспорить на ужин со стейком, что у него не было причин стрелять в закусочной прошлой ночью.

– Прямо как Джун Мастерсон, – заметил Игги. – И прежде чем ты начнешь винить себя в смерти этого человека, вспомни, что он стрелял в переполненной закусочной.

– Я знаю, – сказал Алекс. На рациональном уровне он понимал, что у него не было другого выбора, кроме как поступить так, как он поступил, но это не избавляло его от ощущения, что он каким-то образом совершил убийство.

– Кто-то совершил убийство, – поправил он себя. Кто-то подослал Декстера Стивенса, чтобы убить его. И этот кто-то убил Стивенса так же верно, как если бы застрелил его сам.

– Это должен быть Эшфорд, – сказал Алекс, перебирая в голове своих немногочисленных подозреваемых. – Или кто-то из его предвыборного штаба.

Игги на мгновение задумался, потом потянулся за портсигаром и пожал плечами.

– Политика, грязное дело, – сказал он, – но с чего ты взял, что Эшфорд хотел, чтобы его бухгалтера убили? Может, тот увидел что-то, чего не должен был видеть, или, может, предвыборный штаб переводил деньги мафии?

Алекс покачал головой.

– Не знаю, – сказал он. – Нью-Йорк, самый большой, богатый и влиятельный город на земле. Этого достаточно, чтобы хотеть стать мэром.

– Ну, это похоже на догадку, – сказал Игги, закуривая сигарету. – И довольно слабую.

А догадки, отличительная черта плохой детективной работы.

Игги этого не сказал, но Алекс помнил, как тот повторял это сотни раз. И как бы раздражающе это ни звучало, Игги был прав.

– Что же мне делать? – спросил он с обречённым вздохом. – Единственный, кто может сказать мне, что знал Хьюго Айерс, – это сам Хьюго, а он уже не ответит.

– Мне кажется, – сказал Игги, захлопывая "Монографию Архимеда" и вставая, – что если ты хочешь узнать, кто стоит за убийством Хьюго Айерса и покушениями на твою жизнь, тебе нужно выяснить, как связаны эти убийцы.

– Я не уверен, что Джун и вчерашний стрелок как-то связаны, – сказал Алекс, не совсем понимая, к чему ведёт Игги.

– Ты забываешь о несчастном, который погиб в машине, – сказал Игги. – После вчерашней ночи я склонен согласиться с тобой в том, что кто-то за всем этим стоит и использует магию, чтобы принуждать невинных людей к убийствам.

– Я думал, ты говорил, что это невозможно.

Игги затянулся сигаретой и пожал плечами.

– Вероятность того, что у одного человека есть компромат на трёх, казалось бы, случайных людей, невелика, – сказал он. – Кроме того, как ты очень умно заметил, если исключить невозможное и ничего не останется...

Алекс закончил за него.

– Значит, кто бы это ни делал, он каким-то образом связан с Джун и остальными. Найди эту связь, и она выведет тебя на твоего мага-убийцу. – Игги был прав. Джун не накладывала на себя контрольное заклинание. Алекс вспомнил руну в виде рыболовного крючка, которую наложил на него Мориарти. Ему пришлось сделать это в особняке, пока Алекс спал. Для такого тонкого заклинания требовалась близость и время. Если руна контроля сознания была такой же, то жизнь всех убийц так или иначе пересекалась с тем, кто ими управлял.

Это было отправной точкой, и это уже было больше, чем у Алекса было на утро того дня.

– А теперь, – сказал Игги, направляясь в библиотеку, чтобы вернуть "Монографию Архимеда" на место на книжной полке. – Давай съездим в больницу и посмотрим, как там агент Мендес.

Расспросив дорогу у услужливой медсестры, Алекс нашёл палату, где приходила в себя агент Мендес. Она лежала в конце ряда кроватей в тёмной комнате, где было ещё с десяток человек без сознания.

– Похоже, она спит, – сказал Алекс, присматриваясь к последней кровати. Он едва узнал агента Мендес. Её густые вьющиеся волосы были острижены, а голова почти полностью забинтована.

– Нет, – ответил Игги, проталкиваясь мимо Алекса. Он указал на металлические стойки рядом с каждой кроватью, с которых свисали стеклянные бутыли. К рукам каждого спящего пациента была подсоединена резиновая трубка, которая вела к бутыли. – Это снотворное, – сказал Игги. – Этих пациентов усыпляют, чтобы они могли восстановиться.

– Это плохо? – спросил Алекс, поспешая за Игги.

– Не обязательно, – ответил Игги. Подойдя к кровати Мендеса, он взял свисающий с нее планшет и начал читать.

Алекс окинул взглядом спящую Мендес. Повязка, обмотанная вокруг ее головы, выпирала над правым ухом. Ее обычно смуглая кожа побледнела, а губы потрескались и пересохли. Выглядела она неважно, но, по крайней мере, дышала ровно.

– А, – сказал он через минуту. – К счастью, пуля попала не прямо в голову. Она вошла чуть выше виска и срикошетила от черепа.

Алекс попытался представить себе эту картину и поморщился. Не такое уж это было везение.

– Что это значит?

– Кто вы такие? – спросил новый голос.

Алекс обернулся и увидел, что к ним приближается пожилой пухлый мужчина в белом врачебном халате. У него были толстые, как сосиски, пальцы, налитые кровью глаза, а лицо было круглым и мясистым. Несмотря на безобидный вид, мужчина шагал с решимостью человека, привыкшего командовать. Алекс предположил, что это врач Мендес.

– Я вижу, вы использовали мощную исцеляющую руну, – сказал Игги, не отрываясь от карты. – Я бы поступил иначе. По крайней мере, шрам будет скрыт волосами.

– Что ж, спасибо за мнение, – сказал врач. – Но я отвечаю за эту пациентку и за эту палату, так что прошу вас уйти.

– Вам следовало использовать стандартную исцеляющую руну в сочетании с эликсиром очищения, чтобы снизить риск заражения, – сказал Игги, не отрываясь от карты.

Лицо врача слегка покраснело, и он выхватил карту из рук Игги.

– Тогда она восстанавливалась бы две недели, – сказал врач. – Вы уходите или мне вызвать полицию?

– Верно, – сказал Игги, впервые подняв глаза на мужчину. – Но из-за главной руны восстановления перелом черепа срастается слишком быстро. Это причиняет сильную боль.

Лицо доктора побагровело, и он встал нос к носу с Игги.

– Вот почему мы не даем ей проснуться, – прорычал он. – Терпеть не могу, когда вы, дилетанты, лезете не в свое дело.

Игги усмехнулся.

– Если бы вы разбирались в своем деле, доктор, – сказал он, пренебрежительно выделив слово "доктор", – то знали бы, что при тяжелой черепно-мозговой травме лучше, чтобы пациент был в сознании. Так вы сможете выявить возможные повреждения мозга, пока еще есть время их вылечить. К тому времени, когда агент Мендес очнется, будет уже слишком поздно что-либо предпринимать, если у нее черепно-мозговая травма.

– При таких ранах черепно-мозговая травма маловероятна, – возразил доктор. По его тону Алекс понял, что он уже не так уверен в своей правоте, как раньше.

– Учитывая, что эта женщина, федеральный агент, работающая с Соршей Кинкейд, – сказал Игги, проталкиваясь мимо доктора и направляясь обратно в коридор, – вам лучше на это надеяться.

Алекс и раньше видел, как Игги ставит людей на место. Его наставник терпеть не мог невежество и самонадеянность. Он весело ухмыльнулся доктору и последовал за Игги в коридор.

– Идиот, – проворчал Игги, пока они шли к лифту.

– С агентом Мендес все будет в порядке?

– Думаю, да, – ответил Игги, улыбнувшись и кивнув. – Может, этот доктор и идиот, но в одном он был прав: при такой ране черепно-мозговая травма маловероятна. Но на всякий случай я бы предпочел сделать все правильно.

Алекс глубоко вдохнул и выдохнул. Он почти физически ощутил, как напряжение покидает его тело. Игги был прав: в том, что Мендеса подстрелили, не было его вины, но он все равно чувствовал себя в какой-то степени ответственным за случившееся.

– Ладно, – сказал он, когда подъехал лифт. – Я в офис.

Игги кивнул ему.

– Позвони мне, если выяснишь, что связывает Джун и твоих несостоявшихся убийц.

– С тобой все в порядке? – встревоженно спросила Лесли, когда он открыл дверь в кабинет. Он позвонил ей и предупредил, что задержится, рассказав о том, что произошло накануне вечером. Она обошла стол и крепко обняла его. – Руны-щиты сработали?

– Меня ударили в спину и в руку, – ответил Алекс, отстраняясь, когда она наконец его отпустила. – Но руны сработали. У меня несколько синяков, но в целом все в порядке.

– А что с стрелком? Полиция его поймала?

Алекс покачал головой.

– Я его поймал, – сказал он.

Лесли вздохнула, сжала его руку и кивнула. Она знала его достаточно долго, чтобы понимать, что он не любит насилие.

Но и не уклоняется от него, когда это необходимо.

– Я с этим смирюсь, – сказала она, одарив его одной из своих улыбок на миллион долларов.

– Мне нужно, чтобы ты собрала всю возможную информацию об Уильяме Эшфорде.

– О том парне, который баллотируется на пост мэра?

Алекс кивнул.

– Он выдвинул свою кандидатуру всего несколько месяцев назад, но до этого о нем никто ничего не знал.

Лесли подняла бровь.

– И ты хочешь узнать...

– Все, – закончил Алекс.

– Это может занять какое-то время, – сказала она.

– Займись этим в первую очередь, – сказал Алекс, направляясь в свой кабинет.

– А что насчет экстрасенса? – спросила Лесли. – Мадам Гортензии?

Алекс не задумывался о загадочной мисс Нокс. Он был уверен, что она что-то замышляет, но у него просто не было времени выяснять, что именно.

– Позвони ей и договорись о встрече, – сказал он.

Лесли посмотрела на него так, будто он сошел с ума.

– Должно быть, она красотка.

– Не волнуйся, – усмехнулся Алекс. – Она тебе не по зубам.

– Ну-ну, – сказала Лесли, явно не поверив ему. – Ты здесь главный.

Алекс повесил шляпу на вешалку в своем кабинете и сел за стол. Вынув блокнот из нагрудного кармана рубашки, он открыл страницу, на которой перечислил номера, по которым нужно было позвонить. Первым в списке был детектив Циммерман, поэтому Алекс взял телефон и набрал номер центрального управления полиции.

– Циммерман, – ответил детектив после того, как Алекс прошел мимо оператора.

– Что вам удалось выяснить о Декстере Стивенсе, детектив?

– Локерби? – переспросил Циммерман после паузы. – Я думал, тебя уже допрашивают в подвале какого-нибудь правительственного здания, светив тебе в лицо.

– Меня отпустили за хорошее поведение. Так что там со Стивенсом?

На линии повисла пауза, пока Циммерман размышлял, стоит ли ему разговаривать с частным детективом.

– Результаты анализа парафина готовы, – сказал он. – Вы были правы, стрелял Стивенс.

– Есть идеи, зачем он обстрелял закусочную?

– Нет, – ответил Циммерман. – Он жил с родителями в западной части города. Я поговорил с ними сегодня утром и с его коллегами. По общему мнению, он был хорошим парнем, со своими привычками, но без пороков. – На секунду в трубке повисла тишина, а потом он продолжил: – Вы по-прежнему утверждаете, что не знакомы с ним?

– Никогда его раньше не видел, – ответил Алекс.

– Значит, он, должно быть, охотился за той женщиной. Есть идеи, зачем?

Алекс точно знал, зачем Декстер Стивенс, добропорядочный парень из западной части города, выстрелил в окно закусочной, но на объяснение ушло бы больше времени, чем он хотел бы потратить.

– Нет, – только и сказал он. – Вам лучше спросить у федералов.

– Нет, спасибо, – ответил Циммерман. – Думаю, они скоро пришлют кого-нибудь, чтобы забрать это дело с моего стола. Тогда это будет уже их проблема. А теперь, если у вас больше нет вопросов, Локерби, у меня много работы.

Алекс поблагодарил его и повесил трубку. Он хотел было разыскать родителей Стивенса и узнать, не упустил ли Циммерман чего-нибудь, но не хотел с ними встречаться. Однако Циммерман сказал, что Декстер работал в универмаге "Мэйси". Это было бы гораздо более подходящим местом, чтобы копнуть поглубже.

Он снова взял трубку и набрал номер "Полуночного солнца".

– Наконец-то ты дашь мне зацепку? – спросил Билли Таскер, когда Алекс взял трубку. Алекс ни за что на свете не стал бы рассказывать журналисту из таблоида, что идёт по следу человека, использующего магию для контроля над людьми, поэтому он уклонился от ответа. – А что насчёт отравления в Вестлейке? Я знаю, что ты там работал.

– Думаю, в этом случае полиция произведет арест, – предположил Алекс. – Возможно, тебе стоит отправить кого-нибудь следить за клубом "Северное сияние".

– Отлично, – сказал Билли. – Чем я могу вам помочь?

– Ты что-нибудь слышал о смертельном ДТП, которое произошло на этой неделе?

– Да, – ответил он. – На самом деле...

Алекс услышал, как Билли шуршит бумагами, прежде чем тот вернулся к разговору.

– Судя по этому, парень по имени Джеймс Докинз не справился с управлением и чуть не сбил пешехода, после чего погиб... эй, это всего в нескольких кварталах от "Северного сияния", это как-то связано?

– Нет, – ответил Алекс. – Но он чуть не сбил меня. Я хотел выразить соболезнования, – соврал он. —Не знаешь, были ли у него родственники?

– Здесь написано, что у него была сестра по имени Эбигейл, но у меня нет ее адреса, – сказал Билли. – Он работал в рекламном агентстве "Братья Уилсон".

– Отлично, – сказал Алекс, делая пометки. – Я слышал о них.

– С тобой все в порядке? – спросил Билли, когда Алекс закончил писать.

– Да, он меня не задел.

– Ну, теперь будь начеку, – напутствовал его Билли.

Алекс подумал о Декстере Стивенсе, который сейчас в морге, и об агенте Мендесе, который спит в больнице.

– Буду, – пообещал он, пожелал Билли хорошего дня и повесил трубку.