Текст книги "Игры разума (ЛП)"

Автор книги: Дэн Уиллис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

– Уверяю тебя, – продолжила Сорша, глядя ему прямо в глаза своими сверкающими голубыми глазами. – Дело не столько в том, чтобы управлять твоим телом, сколько в том, чтобы сделать воздух вокруг тебя слишком плотным, чтобы ты не мог двигаться. Представь, что ты муха, застывшая в янтаре.

Алекс хотел сказать ей, что она может делать со своими объяснениями, но не мог пошевелить челюстью, чтобы заговорить. Сорша тоже выглядела не такой спокойной, как обычно. По ее лбу струился пот, а руки слегка дрожали.

– Даже если бы я могла передвигать тебя, как игрушечного солдатика, оно того не стоило бы, – сказала Сорша. – Это требует огромных усилий, и мне нужно видеть тебя, чтобы это сработало. Кроме того, – добавила она с коварной ухмылкой, – это не так уж и сложно. Если бы я хотела тебя убить, мне бы достаточно было надавить чуть сильнее.

Произнеся эти слова, Алекс вдруг понял, что больше не может дышать.

– Если бы я давила еще несколько минут, ты бы задохнулся. Любой, кто нашел бы твое тело, решил бы, что ты подавился едой или умер от аневризмы. Судмедэксперт установил бы, что ты умер естественной смертью, а не от рук убийцы.

Сорша ахнула, ее тело на секунду задрожало, а потом Алекс снова смог пошевелиться. Что еще важнее, он снова мог дышать.

– Не надо... – выдохнул он. – Не надо так делать.

Сорша ухмыльнулась, дыша почти так же тяжело, как он, но ничего не сказала.

– Похоже, ты много об этом думала, – сказал он, когда его дыхание нормализовалось. Он пристально посмотрел на нее, и она ответила ему таким же взглядом.

– Да, – сказала она наконец. – Думала. Многие завидуют чародеям и боятся их. Мне приходится быть осторожной каждый день, куда бы я ни пошла. И да, я много думала о том, как защитить себя.

– Заставив все выглядеть так, будто ты защищалась от чего-то естественного?

Наконец она отвела взгляд и слегка пожала плечами.

– Так меньше вопросов, – призналась она. – Меньше шансов, что чьи-то семьи попытаются подать на тебя в суд за самооборону.

Алексу хотелось обидеться на ее практичный подход к убийству, но он не смог. Он и сам убивал людей в ситуациях, когда исход был предрешен, и это помогало заранее продумать свои действия. Это было практично, эффективно и немного хладнокровно, совсем как сама Сорша.

– Ладно, – сказал Алекс. – Думаю, я не ищу чародейку.

Он быстро встал, но Сорша жестом велела ему сесть.

– С чего ты взял, что кто-то совершил убийство под влиянием магии? – спросила она, вытирая лоб платком, лежавшим на столе.

Алекс замешкался, но все же сел. Ему хотелось поскорее уйти от могущественной и своенравной чародлейки, но он пришел к ней не просто так, так что лучше было довести дело до конца. Достав блокнот, он пересказал ей факты по делу Джун и свои выводы.

– Значит, женщина убивает мужчину, которого, как она утверждает в письме, считает своим возлюбленным, – подытожила Сорша. – Но ты в это не веришь. Ты думаешь, что кто-то применил к ней магию, заставил ее убить незнакомца, а потом покончить с собой?

– Я понимаю, как это звучит, – немного обиженно ответил Алекс. – Но если между Джун и Хьюго и есть какая-то связь, я ее не нахожу. А как еще объяснить следы магии на теле Джун?

– Легко, – ответила Сорша. – Может быть, перед смертью она выпила какое-то зелье. Или полиция использовала зелье, чтобы попытаться вернуть ее к жизни, когда ее нашли.

Алекс вынужден был признать, что такое возможно.

– То есть ты считаешь, что я гоняюсь за призраками?

Сорша откинулась на спинку стула и подперла подбородок рукой.

– Я бы хотела ответить утвердительно, – призналась она. – Но я научилась доверять твоей интуиции. Дай мне посмотреть твои записи.

Алекс протянул ей блокнот и молча сидел, пока Сорша листала страницы, связанные с Джун Мастерсон.

– Значит, полиция считает, что она повесилась на кружевном галстуке от блузки? – спросила Сорша через несколько минут.

– Да.

Она кивнула и вернулась к чтению. Через минуту она подняла на него взгляд со странным выражением, а затем вернула ему блокнот.

– Ты прав, – тихо сказала она. – Я не знаю, почему Джун Мастерсон застрелила бухгалтера, но она точно не повесилась по собственной воле.

Алекс был застигнут врасплох. Он ожидал, что Сорша скажет ему, что он сошёл с ума, и выставит его за дверь.

– Что Ты имеешь в виду? – выдавил он, принимая блокнот обратно.

– Ты отметил, что вокруг трубы, на которой повесилась Джун, было обвязано два шнура, – сказала Сорша. – Опиши тот, на котором висела Джун.

Алекс закрыл глаза и представил себе этот шнур. Он постарался описать его как можно точнее, но на самом деле это был всего лишь шнурок, которым Джун завязывала лиф своей блузки.

– Вот почему я знаю, что Джун не покончила с собой, – сказала Сорша, когда он закончил. – Для крестьянской блузки не нужен толстый шнурок, чтобы её завязать. То, что ты описываешь, слишком толстое для такой блузки.

– Может быть, она потеряла свой шнурок и ей пришлось заменить его тем, что было под рукой, – предположил Алекс.

Сорша покачала головой.

– В своих заметках ты написал, что, когда осматривал тело Джун, у неё была сломана лодыжка, верно?

– Да, – признался Алекс. – Она была сломана.

– И что вокруг трубы в камере Джун было обвязано два шнура: один тонкий и порванный, а на втором висела Джун?

Алекс снова кивнул.

– Это потому, что порванный шнурок был от блузки Джун, – сказала Сорша. – Когда она попыталась повеситься на нем, он оборвался, и она упала.

– Это объясняет сломанную лодыжку, – сказал Алекс, начиная понимать, к чему клонит Сорша. – Но если ты права, то откуда у нее взялся второй шнур?

Сорша улыбнулась.

– Должно быть, ей кто-то помог, – сказала она. – Кто-то из полицейских принес ей шнур, на котором она повесилась, когда первый оборвался. Вероятно, они помогли ей забраться обратно на кровать, несмотря на сломанную лодыжку.

Алексу не понравились эти выводы. В то время, когда Джун повесилась, часы посещений уже закончились, а камера была наглухо заперта. В подвале Центрального управления в тот момент находились только другие заключенные и дежурные полицейские.

– Выясни, кто помог Джун покончить с собой, – продолжила Сорша, – и ты выйдешь на того, кто за этим стоит.

Если Алекс когда-либо задавался вопросом, почему ФБР наняло Соршу в качестве консультанта, то теперь он все понял. Она только что мастерски вычислила улику, которую он совершенно упустил из виду.

– Надеюсь, ты их найдешь, – сказала она, когда Алекс ничего не ответил. – И надеюсь, что они просто шантажировали Джун, чтобы заставить ее подчиниться.

– Почему? – спросил Алекс.

– Потому что, – ответила Сорша, серьёзно глядя на него, – если кто-то нашёл способ волшебным образом превращать людей в своих рабов, это ужасно.

Алекс не задумывался об этом в таком ключе. Сорша была права.

– Будь осторожен, – предупредила она его.

Алекс кивнул, убирая блокнот в карман рубашки.

– Буду, – пообещал он.

21. Предложения работы

Алекс размышлял о разговоре с Соршей, пока ехал в лифте обратно в отделанный мрамором и латунью вестибюль Крайслер-билдинг. Большинство людей считали чародеев почти мифическими существами, хранителями невероятной силы, полубогами. Алекс даже не задумывался о том, что быть колдуном, это все равно что иметь мишень на спине.

Сорша обрела свою силу, когда ей было чуть за двадцать. Трудно было представить, что ей пришлось с этим смириться, а также с осознанием того, что внезапно появились люди, которые хотели ее смерти.

В лифте звякнул звонок, и Алекс открыл дверь. Отбросив мысли о Ледяной королеве, он прошел через вестибюль к телефонным будкам у входа. Сорша об этом не знала, но она дала Алексу зацепку, которой он собирался немедленно воспользоваться, но сначала ему нужно было позвонить Лесли и отчитаться.

– Как дела, босс? – спросила Лесли, когда он взял трубку.

– Пока не очень, – признался он. – Я еду в центр, чтобы проверить одну версию, но она довольно шаткая. Были какие-то звонки, с которыми мне нужно разобраться?

– Только от Пола Мастерсона, – ответила она. – Он звонил вчера и сегодня утром. Что ему сказать?

– Я уверен, что Джун не покончила с собой, но пока не могу этого доказать, – сказал Алекс. – Передай ему, что я продолжаю расследование, пока он не попросит меня остановиться.

Повисла короткая пауза, а потом Лесли заговорила.

– Тебе нужно поговорить с ним лично, – сказала она. – И как можно скорее. Он не в себе.

– Не могу его винить, – ответил Алекс. – Я позвоню ему завтра. Надеюсь, к тому времени я узнаю больше.

– Я ему передам.

– И ещё кое-что, – сказал Алекс, вспомнив свой разговор с Марни. – Узнай, пожалуйста, адрес компании "Счастливый Джек". Они выпускают те самые книги с рунами, которые появляются повсюду.

Лесли пообещала, что выяснит, и в трубке повисла тишина.

– Ещё что-то? – спросил Алекс, когда она не повесила трубку.

– Я навела справки о той девушке, о которой ты мне рассказывал, мадам Гортензии, также известной как Шерри Нокс.

Что-то в её голосе насторожило Алекса.

– И? – подтолкнул он.

– И, насколько я могу судить, – сказала Лесли, – три года назад её не существовало. Последние полтора года она жила в одном и том же пансионе, а до этого я нашла ещё два места, где она жила, но рекомендация, которую она предоставила в первый раз, оказалась подделкой.

– А что с её работой?

– Я позвонила её начальнику в Музей редкостей и представилась её банком, – сказала Лесли. – До того как она устроилась туда, она работала секретарём в Музее естественной истории. Когда она пришла на эту работу, у неё вообще не было ни рекомендаций, ни послужного списка. Её личное дело там практически пустое. – Она помолчала минуту, а потом продолжила: – По сути, до 1934 года её не существовало.

– То есть Шерри Нокс такой же псевдоним, как и мадам Гортензия, – сказал он.

– Я так думаю.

– Ладно, – сказал Алекс, заинтригованный больше, чем раздосадованный. – Держи это в секрете, если она позвонит.

– Я всегда могу сказать ей, чтобы она проваливала, – предложила Лесли.

Алекс подумал об этом, но мысль о том, что Шерри живёт инкогнито, как Игги, его заинтриговала.

– Нет, – наконец ответил он. – Сначала я хочу еще немного покопаться в этом деле.

– Ты здесь главный, – сказала Лесли тоном, явно выдававшим ее неодобрение.

Алекс поблагодарил ее и повесил трубку. Обычно он брал такси, но прямо перед зданием была станция скайкроулеров. Поскольку все скайкроулеры в конечном итоге прибывали на Эмпайр-Стейшн, центральный узел сети Эндрю Бартона, состоящей из автобусов, похожих на многоножек, Алекс поднялся на платформу.

Пришло время встретиться с еще одним колдуном.

Поездка до Эмпайр-Стейшн заняла всего несколько минут, но показалась ему еще короче. Мысли Алекса бежали вскачь, но не о делах, которыми он должен был заниматься, а о странной истории с Шерри Нокс. Он уже успел забыть о том, что она для него сделала, но упоминание о ней со стороны Лесли вернуло его к этому воспоминанию.

В магии есть три направления: колдовство, алхимия и рунопись. Ни одно из них не позволяет предсказывать будущее, и, насколько было известно Алексу, таких способностей ни у кого не было. Но каким-то образом Шерри почти не ошиблась, когда сказала, что ему предстоит "спасти мир". Может, она просто пыталась втереться к нему в доверие в надежде, что он поможет ей найти работу? Скорее всего, так и было, но все равно это казалось странным, предсказывать будущее случайному незнакомцу.

Если только наша встреча не была неслучайной, подумал он.

Может, она сама подстроила нашу встречу? Следила за Алексом, чтобы выбрать лучшее место для встречи с ним? Он как минимум три раза в неделю заходил в Рунный ряд выпить кофе, так что это было отличное место, чтобы поджидать его там.

Это означало бы, что ее поиски работы в качестве секретаря были уловкой. Она знала, что Алексу нужен секретарь, и сама предложила свои услуги.

Алекс покачал головой, когда эта мысль пришла ему в голову. Этого не может быть, ведь он познакомился с Шерри за два дня до того, как Лесли сообщила ему о своей свадьбе. Могла ли Шерри тоже следить за Лесли?

Вряд ли она делала это в одиночку.

От этой мысли Алекс выпрямился на своем сиденье. Не привлекая к себе внимания, он оглядел других пассажиров. Никто, похоже, не обращал на него особого внимания.

Я вижу призраков там, где их нет, подумал он, снова устраиваясь на сиденье.

Чтобы следить за кем-то так, как он предполагал, нужна была целая группа людей. Сорша и ее приспешники из ФБР могли бы справиться с этой задачей, используя ресурсы бюро, но для большинства людей это было бы непосильной задачей.

Так что если Шерри не приставила к Лесли своих людей, то она никак не могла узнать, что Алекс ищет секретаршу.

Если только она действительно не умеет предсказывать будущее.

Алекс отогнал эту мысль так же быстро, как она пришла ему в голову. Люди движутся вперед во времени, но могут смотреть только назад. Либо Шерри была частью какой-то крупной организации, которая следила за ним, либо она действительно была такой, какой казалась, молодой женщиной, которая любила хороший кофе и искала работу.

Однажды Игги рассказал ему о научном принципе, согласно которому самое простое решение проблемы обычно является верным. Этот принцип применим и в детективной работе, и он подсказывает, что Шерри не агент какой-то зловещей силы, а просто человек, который ищет работу. То, что она искала именно то, что нужно было Алексу, – простое совпадение.

– А мы знаем, как я люблю совпадения, – пробормотал он себе под нос, когда поезд замедлил ход и остановился на станции "Эмпайр".

Он встал и вышел из вагона вместе с другими пассажирами, снова оглянувшись, чтобы убедиться, что за ним никто не следит. Убедившись, что за ним никто не идет, он почувствовал себя немного глупо и выбросил мысли о Шерри из головы. Он приехал в Эмпайр-Тауэр, чтобы встретиться с самым выдающимся чародеем Нью-Йорка, Повелителем молний Эндрю Бартоном, и ему нужно было сосредоточиться. Сорша упомянула, что Бартон будет присутствовать на предстоящих дебатах по выборам мэра и что в настоящее время он враждует с городскими властями. Это означало, что Бартон поддерживает Уильяма Эшфорда, а раз так, то он может знать Хьюго Айерса. После разговора с Соршей Алекс уже не верил, что Бартон мог с помощью магии заставить Джун Мастерсон убить Хьюго, но, возможно, он знал, почему Хьюго убили.

А может, Сорша ошибается, и Бартон на самом деле магический убийца, который заставит меня спрыгнуть с Эмпайр-стейт-билдинг за то, что я это понял, напомнил он себе.

В любом случае Алексу нужно было сохранять ясный и острый ум. Это всегда хороший совет при встрече с чародеями.

– Простите, Алекс, – сказал Гэри Бикман со своим безупречным британским акцентом, когда Алекс поднялся в офис «Бартон электрик». – Мистера Бартона сейчас нет на месте. А даже если бы и был, он уже опаздывает на встречу.

Бикман кивнул в сторону просторного вестибюля, где ждали полдюжины мужчин в дорогих костюмах. У некоторых из них в руках были кожаные папки, какие обычно носят юристы, а у одного прочная туба, в которой обычно хранят чертежи. Все они выглядели раздраженными и недовольными.

Алекс не завидовал повелителю молний, с которым ему предстояло встретиться, хотя, судя по виду ожидавших его людей, ни у кого из них не хватило бы смелости противостоять колдуну.

– Мне нужно всего пять минут, – сказал Алекс. – Когда он должен вернуться?

Бикман расстегнул свой шелковый смокинг и достал из жилета золотые карманные часы. Алекс устроил Бикмана на должность камердинера и привратника Бартона, и, похоже, это место подходило коротышке как нельзя лучше.

– Он должен был вернуться со встречи с окружной комиссией больше часа назад, – сказал он. – У него возникли проблемы с получением разрешения на строительство новой электровышки в Бронксе. Честно говоря, я не могу сказать, когда он вернется.

Алекс посмотрел на свои потрепанные латунные часы, старательно не обращая внимания на крошечный красный индикатор жизни. Было почти четыре часа.

– Я могу немного подождать, – сказал он.

Бикман нервно оглянулся на ожидавших его мужчин в дорогих костюмах.

– Я сообщу ему, что ты здесь, когда он придет, – сказал Бикман, наклонившись к Алексу, чтобы их не подслушали. – Но ничего не могу обещать.

Алекс ухмыльнулся и хлопнул невысокого мужчину по плечу.

– Не волнуйтся, – сказал он. – Если он меня не заметит, значит, так тому и быть.

Бикман, похоже, успокоился. Очевидно, быть привратником у Эндрю Бартона было непросто. По крайней мере, судя по всему, Бикман неплохо зарабатывал.

Алекс поблагодарил его и направился в противоположный конец огромного вестибюля, подальше от юристов. Они сидели в правой части, где вокруг низких столиков были расставлены удобные диваны и кресла. За ними вдоль стены тянулся ряд роскошных деревянных телефонных будок с дверцами из травленого стекла и полированной латунной фурнитурой. В левой части вестибюля было то, чего Алекс не видел ни в одном бизнес-офисе, где ему доводилось бывать, полностью укомплектованный бар с барменом. Там была полированная стойка из красного дерева с латунной планкой и высокими удобными барными стульями.

– Вам что-нибудь принести? – спросил бармен, когда Алекс сел на стул в дальнем конце стойки.

Алекс поставил на стойку свою сумку и достал термос, который дала ему Марни. Он не видел ее уже несколько часов, но за это время кофе не мог остыть.

– Не могли бы вы принести мне чашку для кофе? – попросил он, поставив термос на стойку.

Бармен улыбнулся, достал пустую керамическую чашку и вернулся к полировке стаканов. Радуясь тишине и уединению, Алекс открутил крышку термоса и наполнил чашку. Не став закручивать крышку, он взял чашку и сделал глоток. Кофе всегда поднимал ему настроение, но кофе Марни обладал особым волшебством. Охватившее его чувство обновления и прилива сил заставило его осознать, насколько он устал. Большую часть недели он потратил на поиски информации о Джун Мастерсон и участие в драме, которой была жизнь Вивиан Уэстлейк, и почти ничего не добился. Ему даже не заплатили за работу, которую он проделал для Джорджа Шеридана.

Со вздохом Алекс поднес чашку к губам и допил кофе. Он уже начал наливать вторую чашку, когда его окликнул голос из-за спины.

– Локерби!

Это был Эндрю Бартон. Алекс обернулся и увидел, что сам Повелитель молний шагает по мраморному полу в сторону лифта. На нем был модный, но не слишком дорогой синий костюм. Волосы его поседели сильнее, чем помнил Алекс, а вокруг глаз появились морщины, которых раньше не было. Он выглядел как человек, на плечах которого лежит тяжкое бремя ответственности.

Все адвокаты в вестибюле встали в ожидании, и теперь некоторые из них бросали на Алекса мрачные взгляды. Бартон, похоже, был рад, что ему пока не нужно с ними общаться.

– Я как раз думал о тебе, и вот ты здесь, – продолжил Бартон. – Я хотел поговорить с тобой о... – он внезапно замолчал, принюхался и указал на термос Алекса. – Что это?

Алекс в замешательстве сдвинул брови.

– Кофе? – предположил он, недоумевая, где Бартон пропадал все это время, раз не знает, как пахнет кофе.

Вместо ответа Бартон взял термос, поднес его к носу и глубоко вдохнул.

– Это не кофе, – сказал он, и на его лице появилась искренняя улыбка удовольствия. – Можно?

Алекс пожал плечами и протянул Бартону свою чашку, но Повелитель молний просто наклонил термос, вылив жидкость на другую руку. Не успев коснуться его руки, жидкость остановилась и начала кружиться, словно удерживаемая чем-то. На глазах у Алекса вокруг кофе, который Бартон держал в левой руке, материализовалась керамическая чашка, очень похожая на ту, что была у него в руках.

Что за люди эти колдуны? Вечно выпендриваются.

Алекс задумался, использовал ли он когда-нибудь свою магию, какой бы скудной она ни была, перед другими людьми, как это делали Бартон и Сорша.

– Ты лжец, Локерби, – обвинил его Бартон, сделав осторожный глоток темной жидкости. – Это не кофе, а нектар. Ты сам его сварил?

Алекс усмехнулся и покачал головой.

– Только не говори, что это твоя роскошная секретарша, – продолжил Бартон. – Я давно искал повод увести ее у тебя.

– Нет, – ответил Алекс. – К тому же она недавно обручилась.

– Жаль, – сказал Бартон, снова отпив из чашки. – Где ты это взял?

– Его готовит моя подруга-рунописец.

– Руна для кофе? – спросил Бартон с неподдельным интересом.

Алекс хотел было покачать головой, но, честно говоря, никогда об этом не задумывался. Игги снабжал доктора Келлен стеклянной посудой, на которую наносил руны, чтобы помочь ей в приготовлении зелий. А что, если Марни делает то же самое?

– Не знаю, – ответил он. – Но мы, рунописцы, не делимся своими секретами.

– Спроси своего друга, не хочет ли он устроиться на работу, – сказал Бартон, наполняя свою чашку из термоса. – Кофе в терминале отвратительный. Даже мой личный шеф-повар не может сварить ничего приличного.

Алексу было стыдно в этом признаваться, но его первой реакцией было оттолкнуть Бартона. В конце концов, Марни была его тайным источником хорошего кофе, и он не хотел делиться. Через мгновение он понял, что ведёт себя по-детски. Алекс хотел, чтобы Марни была в безопасности, а варить кофе для пассажиров в терминале Бартона или даже для самого Бартона, это было бы слишком. Алекс больше не мог обменивать её руны на кофе, но он вполне мог позволить себе просто покупать его.

– Я ей передам, – сказал он.

– Ей? – оживился Бартон. – Всё лучше и лучше.

Алекс спрятал улыбку, которая расплылась по его лицу при мысли о том, как Бартон заигрывает с Марни.

– Можно тебя на минутку? Я хотел кое-что спросить у тебя по поводу дела, над которым работаю.

– Пойдем со мной, – сказал Бартон, направляясь к лифту, ведущему в его кабинет, и не выпуская из рук термос Алекса.

Алекс вкратце пересказал историю Джун Мастерсон и Хьюго Эйерса, закончив рассказом о том, что тело Джун излучало остаточную магию.

– Нет, – сказал Бартон, когда двери лифта открылись в его роскошном кабинете. – Чародей не смог бы сделать то, что вы описываете.

– Ты уверен?" – спросил Алекс, вспомнив, что ещё минуту назад и подумать не мог, что такое вообще возможно, кофейная руна. – Человеческое тело слишком сложно устроено, чтобы чародей мог просто взять его под контроль и управлять им, как угнанной машиной, – сказал Бартон, наливая себе остатки кофе Алекса. – Чтобы творить магию, колдун должен понимать системы, с которыми мы работаем. Поэтому большинство из нас занимаются довольно простыми вещами, например создают энергетические или охлаждающие диски. Возможно, ты ищешь что-то вроде алхимии. Может быть, зелье, которое делает человека внушаемым?

Алекс не думал об алхимии, но это была неплохая теория.

 – Тебе знакомо имя Хьюго Айерса? – спросил Алекс.

Бартон на мгновение задумался, а потом покачал головой.

– А должно быть знакомо? – спросил он. – Он был бухгалтером в предвыборном штабе Уильяма Эшфорда.

Бартон удивлённо поднял бровь.

– И ты думаешь, что раз я поддерживаю Эшфорда, то мог желать его смерти? – спросил он.

– Нет, – солгал Алекс. – Но я подумал, что ты мог бы знать, была ли на то какая-то причина. Я не нашёл в жизни Хьюго ничего подозрительного, но кто-то его убил.

Бартон рассмеялся.

– Если ты спрашиваешь, не делает ли Эшфорд что-то противозаконное, то я тебя успокою. Этот болван недостаточно умен, чтобы хитрить.

Алекс не понял, что он имел в виду, и это, должно быть, отразилось на его лице.

– Как ты думаешь, почему я помогаю финансировать его кампанию? – продолжил Бартон. – Мэр и городской совет хотят, чтобы я установил свою первую спутниковую вышку на южной стороне города, чтобы обеспечить связью несколько правительственных зданий. Я хочу установить его в Бронксе, но они тянут с выдачей разрешений. Эшфорд, из тех людей, которых я смогу контролировать, когда он вступит в должность.

Противоречие между практичностью и хитростью в этом заявлении сбивало Алекса с толку.

– Я просто рад, что появился Эшфорд, – продолжил Бартон. – Ещё несколько месяцев назад никто не мог бросить вызов мэру Бейнсу.

Алекс об этом не задумывался, но Бартон был прав: ещё месяц или два назад Эшфорд даже не рассматривался в качестве кандидата. Что-то в этом воспоминании царапнуло его, но он не мог вспомнить, что именно.

– Ладно, хватит об этом, – сказал Бартон, возвращая Алексу пустой термос. – У меня к тебе предложение. Я хочу, чтобы ты работал на меня.

Алекс удивлённо поднял бровь. Бартон и раньше предлагал ему работу, но на этот раз предложение прозвучало как будто из ниоткуда.

– Я уже говорил тебе в прошлый раз, – сказал он. – Не думаю, что тебе понравится, если я буду работать на тебя.

– Не в качестве детектива или кого-то в этом роде, – сказал Бартон. Казалось, он собирался продолжить, но замешкался, подбирая слова. – Что ты знаешь о чародействе?

– Я знаю, что вы накладываете заклинания, которые действуют почти вечно, – ответил Алекс. – Вы живёте долго, и большинство из вас любят покрасоваться.

Бартон посмеялся над последней фразой, но кивнул в знак согласия.

– Как и во всём остальном в жизни, – сказал он, – у чародейства есть свои ограничения. В любой момент времени мы можем поддерживать около трёхсот заклинаний.

Алекс не был уверен, что это имеет смысл. Сорше приходилось поддерживать работу тысяч своих "холодных" дисков по всей стране, не говоря уже о магии, которая соединяла эфириумные генераторы Бартона с десятками тысяч магических фонарей и жилых домов по всему Манхэттену.

– Мы решили эту проблему, зачаровав сырье, а затем разрезав его на части, – сказал Бартон, когда Алекс выразил свое беспокойство. – Проблема в том, что для работы каждого из моих генераторов требуется заклинание.

Алекс на мгновение задумался, прикинув в уме.

– У тебя закончатся заклинания раньше, чем ты обеспечишь энергией весь город, – предположил он. – Не говоря уже о том, чтобы обеспечить энергией весь штат.

Бартон мрачно кивнул.

– Я перепробовал все, что мог придумать, – сказал он. – Но ничего не выходит. Скоро мне придется либо прекратить производство эфириумных генераторов, либо найти способ направлять через них больше энергии. И тогда я вспомнил о тебе.

– Не уверен, что смогу рассказать тебе что-то о чардействе, чего ты еще не знаешь, – признался Алекс.

– Не о колдовстве, – сказал Бартон с загадочной улыбкой. – О рунах. – Не успел Алекс спросить, о чем, черт возьми, говорит Бартон, как тот продолжил: – Думаю, можно объединить чародейство и рунную магию. Сделать мои заклинания более эффективными или расширить их радиус действия.

Алексу показалось, что Повелитель молний хватается за соломинку.

– Я понимаю, что это звучит безумно, – сказал он, прекрасно угадав мысли Алекса. – Но если что-то никогда не делалось, это не значит, что это невозможно. Посмотри на мир, в котором мы живем. Ты хоть понимаешь, что еще поколение назад единственным способом передвижения была лошадь?

– Ладно, – сказал Алекс. – Допустим, это возможно. Я всё равно не думаю, что смогу помочь.

Бартон покачал головой и схватил Алекса за руку.

– Неважно, что ты думаешь, Алекс, – сказал он. – Я хочу, чтобы ты пришёл ко мне на работу и помог мне во всём разобраться. Я хорошо тебе заплачу.

Алекс не мог не признать, что предложение заманчивое. Он видел апартаменты, которые Бартон выделил в Башне для своих важных сотрудников, по сравнению с тем, где вырос Алекс, они были просто дворцами.

– Нет, – сказал он наконец. – Я ценю предложение, но мне и так нравится то, чем я занимаюсь.

Бартон выглядел так, будто вот-вот взорвётся от гнева, но через мгновение просто вздохнул.

– Хорошо, – сказал он. – Но я хочу, чтобы ты сам поразмыслил над этим. Если ты хоть как-то сможешь помочь мне с этой проблемой, я сделаю так, что ты не пожалеешь.

Алекс задумался. Честно говоря, теперь, когда Бартон подкинул ему эту идею, он не мог не думать о ней. Идея объединить две совершенно разные формы магии была заманчивой.

– Я дам вам знать, если что-нибудь придумаю, – сказал он.