Текст книги "Кающаяся (ЛП)"

Автор книги: Дэн Абнетт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 24 страниц)

Вторая часть истории, которая называется
МОЙ ОТРЯД

ГЛАВА 12

О тлеющих углях

Пламя возносилось к вершине мира. То был не земнородный огонь, как кто-то мог бы сказать, не тот, что пожирал сухой лес после удара молнии или распространялся по кухне, порожденный оставленной без присмотра печью. Языки пламени окрасились в зелено-голубой из-за огромных температур и воздействия паров оксидов. Жар стоял как в горне, отчего металл плавился, а любая органика испарялась. Демонический огонь вгрызался в саму землю, обжигая и раскалывая ее, отчего мир треснул, высокие горы раскрошились и обрушились, а миллионы нашли свою смерть в огненных бурях, пепельных вихрях и под лазерным обстрелом, ниспосланным с небес руками хищных ангелов. Словно причитающие белоснежные стервятники, они собрались в бесконечных клубах дыма и стаями обрушились на пылающую планету, чтобы довести до конца ее окончательное уничтожение, следуя раскатистой команде гигантского Короля в Желтом. Спустив с поводка томившихся за его спиной демонических псов, он вытянул вперед руку, заключенную в бесподобную золотую броню, и ознаменовал этим жестом наступление гибели, начало Войны, что положит конец всем войнам, и–

Я проснулась, вырвавшись из петли одних и тех же сновидений, что непрошено являлись в мой разум каждую ночь. Прошло уже четыре дня после сожжения Бифросда. Пламя не давало мне спать, наполняя мои сновидения огнем, и поэтому я просыпалась с криком страха на устах и каплями пота на лбу.

Четыре дня, четыре ночи. Я поднялась с койки в тихом бункере. Стояло раннее утро. Реннер ушел, а на столе я увидела пустую кружку. Он стал использовать ее как знак, и потому я знала – Реннер вернется. Когда начало светать, он, не предупреждая меня, покинул укрытие и отправился к рынкам за едой и горячим кофеином, а кружка говорила о том, что Реннер придет обратно в бункер для того, чтобы наполнить ее. Так можно было выходить на улицу и не будить меня.

Бифросд сгорел дотла. Мы бегали к нему той ночью, но жар оказался слишком силен, поэтому нам не удалось забраться в объятое огнем здание. Замерев от ужаса, я просто наблюдала за разрушением Бифросда. Там собрались толпы людей. К месту происшествия из шести районов города спешно прибыли бригады пожарных часовых с машинами-цистернами и топорами, но даже они не смогли совладать с пожаром.

Огонь перекинулся с Бифросда на соседние участки, и к следующему утру пылало уже шесть кварталов с большими домами в Верхнем городе. Сотням людей пришлось покинуть свои жилища, были установлены противопожарные стены, а улицы до самых Волшебных врат заполнились дымом. Чтобы держать толпы подальше, на оживленных улицах натянули старые комендантские цепи. Прибыл сам барон-префект вместе с подразделением городского ополчения, чтобы с недовольством понаблюдать за происходящим с безопасного расстояния. В газетах и объявлениях написали, что он посчитал нанесенный пожаром ущерб неприемлемым, а также обязался провести расследование силами Арбитрес и Окружной стражи, дабы найти причину и предотвратить подобные трагедии в будущем. Некоторые говорили о поджоге, но многие винили ужасную обветшалость запущенной инфраструктуры Королевы Мэб, находящейся в аварийном состоянии.

На второй день люди стали бояться того, что чудовищный пожар в Верхнем городе может выйти из-под контроля и охватить всю Королеву Мэб, как это было во время Великого Огня, с рокотом прокатившегося по поселению в 677. Однако долгая яростная буря, которую терпел город, наконец принесла хоть какую-то пользу, и непрекращающиеся ливни начали лишать пламя силы.

К третьему дню огонь пылал лишь там, где и начался пожар – в самом Бифросде, который превратился в почерневшие развалины. Все было потеряно. Не вернулся даже демонхост, который бросился вперед и обогнал нас при первых признаках пламени.

В первую ночь мы с Лайтберном не отходили далеко от Бифросда, но затем мне пришлось уйти, когда стало очевидно, что я ничего не могла сделать. Отряд Эйзенхорна действовал в Королеве Мэб уже два десятилетия, и у нас были составленные планы на случай непредвиденных обстоятельств, таких как нападение на дом. У нашей группы имелось в распоряжении несколько оборудованных и хорошо защищенных мест, которые можно было использовать в случае нужды. Мне рассказали об одном из них и доверили код от замка. Медея же сказала, чтобы я отправилась туда, если возникнет необходимость или будет потеряна связь с остальными членами отряда. Так я и поступила.

Это место представляло из себя полуподвальные помещения под торговыми заведениями рядом с Бедняцкой Низовой Коммерцией в Скудных Залах. На уровне улицы там располагались мясная лавка, цветочный ларек, заведение винодела и дом шляпника с прилегающим участком, а над ними находились захудалые кабинеты счетоводов, специалистов-практиков по юриспруденции, починщика одежды и лекаря, занимавшегося глазными болезнями и диоптрийными линзами для очков. В подвальный этаж можно было попасть через торцевые ворота и подземный склад. Мы укрывались в бункере с тремя помещениями без окон и особых бытовых удобств, за исключением коек, стола, какого-то отсыревшего матраса и сундука для клади, в котором хранилось разнообразное оружие, завернутое в промасленную ткань, и воксблок-передатчик.

Я настроила передатчик и стала пытаться наладить контакт, используя выданные мне каналы и коды. Эйзенхорн, Медея и Нейл не отвечали, а для Смертника и Черубаэля у меня кодов не было.

Коды я продолжала отправлять каждые полчаса.

Поздним вечером второго дня, когда я настраивала передатчик для следующего сеанса отправки кодов, дверь бункера открылась. Мы с Лайтберном мгновенно повернулись и нацелили на нее оружие.

– Значит, вы здесь, – произнес Харлон Нейл.

Перепачканный сажей и явно вымотанный, он вошел внутрь. Мы дали ему похлебку. На Лайтберна же Нейл почти не обращал внимания.

Я спросила его, что случилось, но он лишь пожал плечами.

– Эйзенхорн запланировал допрос, – сказал Нейл, – который должен был начаться в полночь. Он был раздражен тем, что ты ушла, и твое опоздание его рассердило. Эйзенхорн хотел, чтобы ты присутствовала там. Он отложил начало.

– Допрос кого? – поинтересовалась я.

– Мэм Тонтелл, – ответил Нейл.

– Харлон, Мэм Тонтелл мертва, – произнесла я.

– И? – спросил он.

– Ну…

– Такое можно провернуть, – сказал он, пренебрежительно махнув рукой. – Псайкана. Босс уже прибегал к этому приему раньше. Время от времени. Так можно получить от недавно умерших честные ответы. Полагаю, им-то нечего терять.

– А ты… Ты имеешь в виду спиритический сеанс? – задал вопрос Лайтберн, в чьем голосе отчетливо слышалось неверие.

Нейл взглянул на Проклятого.

– И ты вернулся, да? – произнес он. – Верно, спиритический сеанс. Паранормальная встреча. Эйзенхорн хотел узнать, кто или что говорило через ту старушку в салоне. Он послал Черубаэля выкрасть ее тело у коронера. Короче, Эйзенхорн какое-то время подождал, а потом приказал демонхосту в последний раз поискать тебя. Затем он решил больше не тратить время и начал.

– Сработало? – спросила я.

Нейл фыркнул.

– Ага. Всегда срабатывает. То еще жуткое дерьмо, но в общем-то да, оно принесло результаты.

– Например?

Он пожал плечами.

– Думаю, имена. Парочка имен. Бедная старая пташка говорила неясно. Думаю, она не до конца понимала ситуацию, так как беспокоилась о своем потерянном жемчуге.

Нейл бросил на нас взгляд. Мужчина выглядел старым, и напасти обременяли его сильнее, чем Лайтберна.

– Потом включилась сигнализация дома, – монотонно продолжал он. – Периметр. Черубаэль еще не пришел, поэтому проверять отправился я. Решил, что это был сбой. Видишь-ли, из-за таких допросов может очень быстро упасть температура и появиться лед. Как я подумал, случилось ложное срабатывание сенсора. Я спустился и вышел на улицу, но ничего не нашел. Уже собирался вернуться, как вдруг… – он сделал губами «паф» и развел руками, растопырив пальцы. – Весь дом вспыхнул как факел, – сказал Нейл. – Так стремительно и с таким жаром, что я не смог зайти внутрь.

– А что с Эйзенхорном? И с Медеей? – спросила я.

Нейл покачал головой.

– Мертвы? – задала я вопрос.

Охотник за головами вновь пожал плечами.

– Это был злой умысел? – спросил Лайтберн. – Бомба?

– Что-то вроде, – ответил Нейл. – Не несчастный случай. Бифросд зажарило изнутри, а тот жар был гораздо сильнее, чем от простого пожара. Температура такая, словно обдали из огнемета, и пламя распространялось чертовски быстро. Я обошел с южного края и попытался войти внутрь через здание по соседству, но и там уже было как в печи. Тогда я и увидел демонхоста. Он вошел прямо в огонь..

– Черубаэль был с нами, – сказала я. – Он бросился вперед–

– Ну, обратно он не вышел. То пламя сжигает и подобных ему.

– А они могли сбежать, воспользовавшись пушечным катером? – спросила я.

– Не знаю, – произнес Нейл. – Я ничего не заметил. – Он посмотрел на вокс. – Но, если бы они выбрались, мы бы что-то услышали. Ты ничего не получала?

– Ничего, – ответила я.

Нейл вытащил из куртки модуль связи и положил его на стол.

– И я, – сказал он, после чего встал.

– Значит, нападение? – задала я вопрос. – По нам нанесли удар?

– Я в этом уверен, – произнес Нейл. – Потому что Смертник тоже не выходит на связь.

Смертник был оперативником в подчинении Эйзенхорна, который действовал самостоятельно. Даже Нейл почти ничего о нем не знал и не мог сказать, как тот попал в группу инквизитора. Однако говорил он верно. Если Смертник исчез, значит кто-то или что-то сделало своей целью всю группу. Существовала вероятность, что он узнал о случившемся в Бифросде и залег на дно из соображений безопасности, но тогда Смертник ответил бы посылающему коды Нейлу.

Нет, целью стала вся команда. Нейл выжил лишь по счастливой случайности, а я избежала гибели из-за того, что задержалась.

Я попыталась разговорить его, составить какой-то план действий, но больше из Нейла ничего вытянуть не удалось. Он настаивал на том, чтобы мы подождали несколько дней и посмотрели, не восстановится ли связь. Я согласилась. Думаю, мне хотелось больше говорить лишь для того, чтобы не думать о потере. Кончина Эйзенхорна была трагедией для Трона, а гибель Медеи принесла мне еще больше боли. Я знала ее дольше всех остальных, так как она, еще будучи сестрой Бисмиллой в Схоле Орбус, по сути растила меня до двенадцати лет.

И вот, утром четвертого дня я проснулась в бункере, измученная снами об огне и катаклизме. Видения были ужасны и предвещали страшное несчастье, но их пламя заменило собой тьму и отвратительные сновидения, которые вызывал демон.

Как я и желала, эти надоедливые сны ушли, а значит, демон сгинул вместе с ними.

Я послала коды по воксу и поднялась на улицу, чтобы дождаться там Лайтберна, ушедшего на расположенный ниже по дороге рынок. В воздухе этого района до сих пор стоял запах дыма. Я знала, что нам с Нейлом нужно было сделать выбор.

Лайтберн вернулся, а вскоре после него – и Нейл, снова выпачканный в саже. Мы спустились в бункер и сели вокруг стола, попивая кофеин из принесенной Лайтберном фляги.

– Я ходил к Бифросду, – сказал Нейл. – Там все еще стоит жар, но я пошарил в развалинах. Ничего не осталось. Я думал, что если катер остался в пожаре, то я бы нашел какие-то его части. Обломки. Но нет.

– Значит, они выбрались? – спросила я.

В выражении его лица сквозило сомнение.

– Тот корабль был тяжелобронирован, – произнесла я. – Его создали для боевых действий. Ты бы увидел хотя бы обломки. Листы брони-

– Бета, огонь не был обычным, – сказал он. – Я уже говорил тебе. Слишком сильный жар. Несущие балки здания, отлитые из железа, расплавились. Представь себе это. Их делали так, чтобы они выдерживали пожары, поэтому пламя могло поглотить и катер.

– Тогда мы должны– – начала я.

– Что? Что мы должны? – спросил Нейл.

– Действовать исходя из того, что они мертвы, – произнесла я, чему он весьма удивился. – Иначе мы просто тратим время, Нейл, – продолжала я. – Именно этого он бы от нас и ожидал, верно?

– Конечно-

– И если он вернется, – сказала я, – если они вернутся, тогда у нас будет что им показать.

Нейл откинулся на спинку.

– Тогда выкладывай свои мысли, – произнес он. – Но знай – мы плохо оснащены, и нас всего двое.

– Трое, – поправила его я, показывая на Лайтберна.

Нейл ухмыльнулся.

– Признаю, твой Проклятый может быть полезен, – сказал он.

– Ты очень добр, – произнес Лайтберн.

– Но, – продолжал Нейл, – он ничего об этом не знает. Трон, Бета, да мы с тобой сами нихрена не знаем. Общее представление было у Грегора.

– Тогда давай посмотрим, что мы знаем, — предложила я. – Во-первых… Кто нанес удар по Бифросду?

Нейл хохотнул. Неприятный звук.

– И длинный у тебя список? – спросил он.

– Да, вариантов много, и мы не будем исключать ни одного, но, как мне кажется, главных подозреваемых двое.

– Когнитэ, – сказал Нейл.

– Когнитэ, – согласилась я. – Они были причиной этой операции и являются старейшими врагами Грегора. Некоторые из их людей смогли покинуть Мейз Андю… Мэм Мордаунт, может, Саур и Мурлис, возможно даже Секретарь. Я к тому, что они, вероятно, все еще активны, и Мейз Андю явно была не единственной их цитаделью здесь.

– С тех пор они не показывались, – произнес Нейл, – и, скорее всего, решили залечь на дно, после того, как Гидеон так чертовски сильно ударил по ним.

– Значит, они переждали, – сказала я. – Когнитэ ведут затяжную игру–

– Самую затяжную, – согласился он.

– И они крупная организация. Может, им удалось послать весть о случившемся и получить подкрепления. Хотя прошло всего несколько месяцев. Еще мы знаем, что Когнитэ занимались сортировкой и поставкой подходящих сосудов для граэлей Желтому Королю, работая со схолами. В салоне Ланмюра кто-то пытался передать нам информацию через Мэм Тонтелл, но ее убили граэли. Затем Эйзенхорн решил провести спиритический сеанс и выпытать правду у останков Мэм Тонтелл, после чего Бифросд подвергся атаке. Еще одна попытка заставить ее замолчать.

– Сообщение старушки имело отношение к синей книжке Чейз, верно? – спросил Нейл.

– Мое воссоздание которой поглотил огонь, – кивнула я.

– Значит, Когнитэ, – произнес Нейл. – То есть, твой второй подозреваемый сам Король.

– Нет, – сказала я. – Не он. Я не знаю, кем или чем является Король, но он держится обособленно. Такое ощущение, словно мы слишком ничтожны, чтобы нам удалось заставить его беспокоиться. Такие вопросы для него решают Когнитэ. Он же не вмешивается напрямую–

– Граэли– – возразил Нейл.

– Даже граэли так называемых Восьми, Харлон. Да, они его слуги, но, как мне кажется, тоже действуют через Когнитэ.

– Ты не знаешь наверняка, – произнес он.

– Не знаю, но думаю, что Король просто послал других за своими врагами. Лишь этим и ограничивается его вовлеченность. Уверена, он действует на совсем ином уровне.

– Тогда кто твой второй подозреваемый? – спросил Нейл.

– Рейвенор, – сказала я.

– Нет, – произнес он.

– Операция Рейвенора практически идентична нашей, – начала я. – Он ищет Короля и всех его людей. Разница лишь в том, что Гидеон считает Эйзенхорна одним из них. Как мы знаем, он пытается схватить или уничтожить Грегора, а Ордосы позволят ему и дальше служить инквизитором лишь в том случае, если Рейвенор разделается со своим бывшим господином.

– Нет, – повторил Нейл.

– Нет? Потому что когда-то Гидеон был твоим другом, и ты не можешь допустить мысль, что он так поступит?

– Рейвенор не ударил бы по нам так прямолинейно, – сказал Нейл. Мое предположение рассердило его. – Он не работает подобным образом. Не так грубо и не с такой силой.

– А Эйзенхорн вполне ожидал подобного, – произнесла я. – Он говорил мне об этом.

– Ты ошибаешься– – начал Нейл.

– Рейвенор, которого я встречала, был и решительным, и прямолинейным, – ответила я. – Если бы у него появился шанс, он бы напал и выполнил работу, ради которой его послали. Гидеон бы не дрогнул из-за сентиментальности. Может, когда-то Рейвенора с Эйзенхорном и связывала тесная–

Нейл ударил ладонью по столу, отчего я подпрыгнула.

– Нет, – сказал он. – Я долгое время был в команде Гидеона и знаю, как он работает. Рейвенор любит Эйзенхорна. Думаю, он не может смириться с тем, что Грегор переметнулся. Слушай, Гидеон знает – рано или поздно этот день настанет, но, как мне кажется, он пытается отсрочить неизбежное. Рейвенор не желает столкновения, и, если Ордосы спросят его, почему Гидеон тратит время и медлит, ответ будет прост. Он наблюдает. Грегор втянут в это противостояние дольше, поэтому Эйзенхорн – наилучшая возможность Рейвенора добраться до Короля. Он хитер, Бета, и не станет обрезать свою путеводную нить. Подумай. Гидеон отослал тебя обратно, чтобы внедриться к нам, а не убить нас. Он следует за нами по пятам и узнает то, что известно Эйзенхорну. С помощью этого Рейвенор обрушит всю мощь Ордосов на Короля и низвергнет его. Возможно, в суете ему даже удастся захватить Грегора живым. Может, когда его работа будет выполнена, Гидеон сможет защитить Эйзенхорна перед лордами Инквизиции, добыть ему снисхождение, ведь тот привел их к Королю.

– И они пощадят его?

– Могут.

Я вздохнула.

– В любом случае, это теории. Все уже случилось. Харлон, твоя верность достойна восхищения, но она разделена. Ты больше не человек Рейвенора, ты служишь Эйзенхорну, но любишь их обоих. Думаю, из-за этой любви ты забываешь, что они инквизиторы. Инквизиторы, Харлон! Души жесткие и безжалостные, чья беспощадность граничит с жестокостью. Лишь так они могут выполнить задачу, поставленную перед ними Императором. Рейвенор убьет Эйзенхорна без всяких зазрений совести, а Эйзенхорн – Рейвенора. Ты охотник, Харлон, наемный меч. Трон знает, сколько жизней ты забрал за свою карьеру. Да, ты хладнокровный убийца, но по сравнению с ними – кроткая и незлобивая душа.

– Да пошла ты, – сказал Нейл и поднялся на ноги, отчего ножки стула скрипнули. Он пересек комнату и нашел бутылку амасека, которую купил прошлой ночью. Щедро плеснув алкоголя в оловянный кубок, Нейл опустошил его.

– Ты права, – в конце концов пробормотал он, уставившись в сырую стену бункера. – Эта чертова жизнь делает свое дело. Она ломает тебя, и не важно, из сколь твердого теста ты слеплен. Добиться своего могут лишь самые сильные, или, как ты бы могла сказать, «самые жестокие». Вот почему им дали розетту. Инквизиторы. Ненавижу этих ублюдков. Люблю и ненавижу. Есть безжалостные люди, а есть – они.

Нейл взглянул на меня.

– Да, я убийца, – произнес он. – Боец. Как и Медея, Мидас, милая Кара, безумная Кыс, и все те, кто был до них. Отморозки, убийцы, воины, специалисты. Самые закаленные люди, которых ты бы могла или не захотела бы встретить на любом из миров. Но для инквизиторов мы просто мясо. Инструменты. Ценные агенты. Однако, даже самые злобные и бесчеловечные из нас… фа! Мы не обладаем и долей их беспощадной решительности.

Нейл поднял кубок, насмешливо салютуя.

– За бойцов, – сказал он. – За них всех, включая твою мать.

Налив в кубок еще амасека, Нейл начал наблюдать за тем, как плещущаяся жидкость омывает стенки сосуда для питья.

– Думаю, я стою у тебя на пути, – произнес он. – Ты не можешь мне доверять.

– Знаю, что могу, – сказала я.

Нейл покачал головой и залпом осушил кубок.

– Ты думаешь прямо как он, знаешь это? – начал Нейл. – Точь-в-точь. Ясность. Бритвенно острая сосредоточенность. Чувства не затуманивают разум. Не знаю, дело ли в крови матери или же в том, как Когнитэ вылепили твой характер. В любом случае, ты видишь меня насквозь. Я разорван меж двух владык уже долгие годы. Да, я сделал выбор, но меня обрекла бы любая из этих дорог. В этом противостоянии пользы от моих суждений немного, так как я не понимаю замыслов вовлеченных. Думаю, лучше мне уйти, пока я не принес настоящего вреда неудачными решениями. Если останусь, то все испорчу.

– Неудачные решения? – спокойно спросил Лайтберн. – Вроде этого?

Нейл пристально взглянул на него.

– Заткни пасть, – сказал он.

– Если уйдешь, – произнес Лайтберн, – то лишишь эту группу третьего.

– Третьего, да? – насмешливо поинтересовался Нейл. – Ты вообще не часть чего-то, Проклятый. Всего лишь приживала. Бродячая собака. Пустое место, от которого никакой пользы.

– Ну, если я пустое место, а ты уйдешь, – сказал Лайтберн, – она останется одна.

Нейл вперил в него взгляд. Он собирался что-то сказать, но слова так и не сорвались с его уст. Нейл поставил кубок.

– Прости, – сказал он и вышел из бункера.