Текст книги "Погружение в пламя (СИ)"

Автор книги: Борис Росвет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 33 страниц)

– Что бы ты ни надумал, это будут всего лишь предположения. Пошли развеемся перед занятиями, может быть, девчонок встретим, им расскажем. Они, вроде, не болтушки, никому не растрепят.

– Они – нет, не растрепят. – Фил потряс головой и с готовностью поправил воротник рубахи. – Ты прав, пошли, развеемся. Хочется поделиться пережитым.

– Фил, ты что? Про Ловиса-то забыл! Ему тоже надо рассказать! – притворно возмутился Эрик.

– Отличная идея! Побежали его искать!

Оба рассмеялись. Они уже давно знали: рассказать о чём-то шакрийцу, значит рассказать об этом всем.

Трудовая неделя для слушателей началась с неожиданности – лекции по истории магии подошли к концу. Господин Лотор закончил курс. На занятиях с ним встретятся теперь лишь те, кто будет отобран для дальнейшего обучения в башню водной магии.

В освободившиеся часы вставили практику. Это событие повлекло за собой недовольные возгласы, типа: «Куда столько?!». На этот животрепещущий вопрос ответила госпожа Чэмери, введя новую практическую дисциплину – развитие силы воли.

– Ребята, не огорчайтесь раньше времени, – успокаивала Чэмери негодовавших слушателей. Её затянутые в пучок волосы и строгое остроносое лицо в очках заставляли всех огорчаться ещё больше, потому что, глядя на эту женщину, любой слушатель понимал, что уж она-то спуску не даст никому. – Понимаете, нет мага без силы воли. Маг должен уметь контролировать себя, чтобы найти ключи к контролю над маной. Маг должен контролировать свои мысли, уметь не думать о чём-то, когда надо, или думать только об одном, не допуская в голову ничего лишнего. Ибо мысль слишком опасное оружие, чтобы не уметь им пользоваться. Любое отступление от мыслеобраза может повлечь обрушение заклинания. Сила воли сделает вас личностями; развитая сила воли – магами.

– Занятия мы превратим в подобие игры, – продолжала магот, расхаживая вдоль первых рядов слушателей. – И забегая чуть вперёд, расскажу о силовом поле. Вы уже слышали это понятие много раз, но совсем скоро вам придётся столкнуться с ним воочию. Как известно, чем шире силовое поле, тем на большее пространство маг может эффективно воздействовать. У среднего мага-выпускника нашего ордена – силовое поле достигает тридцати-сорока шагов. У магов со стажем поле расширяется до семидесяти шагов. Запомните простое правило: твёрже воля – шире поле. Но ваше силовое поле пока находится над самой кожей, его надо развивать особенно тщательно. При работе помните главное правило, чаще повторяйте его про себя, оно очень простое: «Я сильнее».

По словам Чэмери, для того чтобы отодвинуть силовое поле от себя хотя бы на палец, нужно побороть лень. Для этого она предложила в течение недели начинать практику на пятнадцать минут позже, если ребята заставят себя тратить эти пятнадцать минут на физические упражнения. Степень нагрузки значения не имела, главное, чтобы все пятнадцать минут были заняты движением. Предложение приняли с восторгом.

Также на совесть слушателей оставили задание, смысл которого заключался в том, чтобы всю следующую неделю делать непривычные вещи. Начали с малого. Те, кто привык сидя закидывать ногу на ногу, по условиям задания, должны отказаться от привычки, а те, кто никогда так не делал, должны эту привычку приобрести.

Так же Чэмери предложила каждому индивидуальное упражнение по контролю мыслей, опережавшее курс обучения. Слушатели должны были начать обуздывать свой ум, следя за его работой. По условиям задания запрещалось думать о том, что раньше часто крутилось в голове; у кого-то это дом, у кого-то – предмет воздыхания, у кого-то – еда, а у большинства – сон. Вариантов много, возможно, кому-то придётся запретить себе думать сразу о нескольких вещах. Чэмери предупредила, что получаться не будет, но если помучить себя сейчас, то впоследствии обучение пойдёт легче.

На самой же практике слушатели выполняли чудные, на первый взгляд, задания: кто дольше просидит не двигаясь; кто дольше не моргнёт или сможет держать рот открытым. Победители поощрялись лишними минутами свободного времени. Казалось бы, лёгкие упражнения на поверку представали суровыми испытаниями на прочность: высидеть не шевелясь двухчасовую практику смогли единицы, держать подолгу рот нараспашку было ещё трудней, а упражнение на задержку моргания вызывало у многих нервный тик.

К собственной великой гордости Эрик в большинстве упражнений неизменно оставался одним из последних, Филу же легче всего далось пребывание в позе камня – молчаливого и непоколебимого.

Чэмери предложила каждому самому придумать для себя испытание, чтобы проводить отдых с большей пользой. После этого по башне принялись разгуливать чудаки с поднятыми руками или неопадающей учтивой улыбкой, сводившей мышцы лица. Кто-то следил за временем, чтобы в определённый час выполнить какое-нибудь действие: пересечь главный зал и вернуться или перенести кружку с окна на пол, а после следующей лекции вернуть её на окно.

И жизнь в башне повеселела. Безделье закончилось, нужно было следить за временем, производить телесные и умственные действия – их количество у некоторых предприимчивых слушателей было настолько велико, что они носили с собой листик с напоминаниями.

Фил тренировал на каждом перерыве способность лежать не шевелясь от лекции до лекции, но это давалось ему слишком легко, даже под напором издёвок Эрика. И эльф придумал себе другое упражнение: в течение всего перерыва сидеть на кровати и топать поочерёдно ногами, выдерживая короткие паузы между ударами.

В одну из практик Эрика осенила гениальная идея по развитию силы воли: в течение всей недели, невзирая ни на что, опаздывать на занятия, причём с каждой последующей лекцией нужно задерживаться на минуту дольше, а на последнюю практику в неделе, явиться за десять минут до конца. Эрик прекрасно понимал, что придётся пройти через негодование маготов и декана, но, как говорится: «Я сильнее».

Эрик с грустью смотрел на ручеёк слушателей и учеников, тянувшийся из башен к воротам. Самое трудное решение за последние две недели – выходной вечер провести в стенах ордена – Эрик принял с небывалым трудом. Это было даже сложнее, чем опоздать на лекцию к Иллуту, явиться за полчаса до конца и выдержать жестокую трёпку от нелюдимого некроманта. Но задачу, поставленную перед собой, Эрик честно выполнил.

Многие в башне добились серьёзных успехов в работе с простейшими задачами, но ещё больше слушателей успехи напридумывали. Ну не могут праздные болтуны и сони успевать ещё и практиковаться.

Созерцая халтурящих одногруппников, Эрик лишь сильней заряжался на работу, чувствуя как с каждой потраченной минутой становится сильней. А однажды Фил предложил испытать себя в заведомо невыполнимом задании: просидеть всю ночь без сна, не выходя из комнаты. Когда за полночь эльф держался из последних сил, Эрик освежил его предложением, проверить себя по-настоящему и, не откладывая до утра, подняться на четвёртый ярус и исследовать его более подробно. Шутку эльф оценил, забыв про сон ещё ненадолго.

Ту ночь они так и не продержались – сон победил. Более того, об этом испытании они жалели весь следующий день, кивая носами и засыпая прямо на практике.

Ближе к выходному случилось то, что во многом повлияло на решение Эрика не покидать башню ещё две недели. Эрихто собрал слушателей в главном зале и объявил об успехах самых трудолюбивых юношей и девушек. В основном это были те, кто вступал в орден по второму заходу. Так происходило с теми, кто не сдал первый экзамен и был исключён, а родители заставили поступать снова.

Среди этой выдающейся братии затесалась несколько девчонок из группы Эрика, а также тот самый Каспар, не так давно побитый Тодом. Но не их успех всколыхнул сердце рыжего паренька. Стоявшая в той компании Лания тоже отличилась, перейдя в развитии зрительной памяти на третью ступень, когда приходится запоминать сложные по форме предметы с рисунками и гравировками. Но и это не всё. Девушку поздравили с колоссальным увеличением силового поля и переходу к более сложным заданиям по его развитию.

Глядя на это, Эрик в злобе на себя сжимал кулаки. Нет, он вовсе не завидовал, он злился, ведь та, кого он должен привлечь, так сильно превосходит его во всём, что угнаться за ней ему не под силу. И вроде бы времени на тренировки потрачено много, и к занятиям подход серьёзный, а разрыв только шире.

Фил как раз стоял рядом с Эриком во время поздравлений, и оттуда, где он стоял, доносился чёткий скрип зубов. Фил в очередной раз не оказался среди лучших – для стремящегося к знаниям эльфа это был болезненный удар по самолюбию.

И вот теперь, заряженные на борьбу, они оба засели в комнате и запоминали, запоминали, запоминали. Сначала сухой листик, потом камешек с облупившейся стены, монетки и всё, что попадалось под руку, включая носок, менять форму которого можно бесконечно. Помимо зрительной памяти, они рассчитывали укрепить и силу воли, потому что преодолеть себя и сидеть за этим занятием весь вечер до поздней ночи – тоже борьба.

Попутно Эрик старался не думать о Лании, и даже на какое-то время ему удалось этого добиться – настолько он увлёкся работой с предметами. Но когда свечи догорают, а внимательность идёт рябью, воспоминания берут своё. В такие моменты выручал эльф, будто чувствовавший состояние друга. Но иногда подводил даже ответственный длинноухий.

– Фил, я уже не соображаю, давай заканчивать. – Эрик, до этого смотревший на медную монету, закрыл усталые глаза.

Эльф сидел на кровати, свесив босые ноги и прислонившись к стене. Он уже спал.

– Совести у тебя нет, – буркнул Эрик, убирая монету в брюки. – И силы воли.

Сбросив штаны и уже было собравшись отдохнуть, он задумался над своими словами и понял, что если сейчас уснёт, то ничем не будет отличаться от Фила. Порывшись в штанах, Эрик выудил из кармана монету с другой чеканкой и принялся её изучать.

Когда через некоторое время погасли выгоревшие свечи, он разрешил себе заснуть.

Тренировки силы воли занимали всё время, не занятое учёбой. То, что раньше вызывало зевоту, Эрик выполнял снова и снова, заставлял себя концентрироваться на речах Иллута, отрабатывать на совесть практику, конспектировать редкие лекции Крипа, а во время записей, писать знакомые слова на Шиту – самом распространённом из магических наречий. Хотя идея с языками принадлежала Филу, уж очень он опасался сесть в лужу на экзамене, о котором говорили всё чаще.

Не допуская послаблений, Эрик и Фил регулярно убирали комнату, чего никогда раньше не делали. Эрик отбирал грязные вещи Фила и стирал вместе со своими, хотя до этого не стирал даже свои, перекладывая эту мелочь на плечи Ниггеда.

Живя в таком ритме, когда каждая минута занята делом, Эрик потерял счёт времени, не было больше безделья с растянутыми донельзя мгновениями, не было вечеров, когда ложась спать, он чувствовал себя недовольным прошедшим днём. Теперь каждый оставшийся за плечами день был наполнен самосовершенствованием и стремлением к победе. Эрик засыпал с мыслью, что завтра обязательно сможет в чём-нибудь превзойти Фила и приблизиться к Лании.

Кстати, с Ланией и Вистой получалось изредка беседовать, когда они встречались в главном зале на очередном перерыве. Девушки много говорили об учёбе и ни слова о повторении совместного вечера. Напоминать Эрик не спешил – какое-то чувство внутри останавливало. Так они и расходились по комнатам, где снова и снова брали штурмом баррикады собственной лени, забыв об отдыхе, веселье и… друг друге.

В тяжелейшем бою с самим собой Эрик остался в башне и на следующий выходной. Чэмери как раз подкинула парочку новых заданий для тех, кто не собирался отдыхать. Узнав о решении друга, Фил промолчал, но по выражению лица было видно – для него это приятный сюрприз.

О том, что дома будут переживать из-за долгого отсутствия, не стоило и думать – Арон легко обо всём узнает. Но сразу после того, как Эрик решил остаться в башне, дал себе обещание, что уж в следующий раз обязательно наведается домой.

Дни проносились стремительно, сливались в калейдоскоп бесконечных занятий и редкого отдыха. В один из таких промежутков монотонность будней пошатнулась.

В середине дня, когда перерывы самые долгие, Эрик с Филом и Ловисом прогуливались по главному залу, обсуждали проходящих девушек, да и, вообще, отдыхали от поднадоевших тренировок. На одной из лавочек Эрик приметил Тода со своим цепным псом Шпиллером, а между ними скукожился Каспар. Его очки валялись под ногами, а голову накрепко зажал подмышкой лысый здоровяк. Тод тем временем что-то рассказывал Каспару, вглядывался в покрасневшее лицо, силясь понять, дошли по адресу его слова или есть смысл повторить.

Эрик не мог упустить возможность насолить Тоду. Трое друзей подошли к «пыточной» лавочке.

– Тод, – первым заговорил Фил, – я ещё могу понять Шпиллера, когда он играется в плохого мальчика, ему по развитию можно, но тебе – не к лицу. Пора взрослеть.

– Да что ты говоришь! – взбеленился Тод, подскакивая с места. – От кого я это слышу? От эльфа, явно не нашедшего места среди ровесников и потому разгуливающего в компании с двумя малявками.

Эрик решил проигнорировать Тода, зная наперёд, как это его зацепит.

– Каспар, тебя там Эрихто зовёт.

Каспар смотрел на Эрика затравленными глазами, не в силах понять, шутка это или взаправду.

Ожидая указания свыше, Шпиллер ослабил хват.

– Он сейчас пойдёт. Вот мы с ним договорим и отпустим. – Тод, похоже, Эрику совсем не поверил. – Вам что-нибудь ещё надо, а то вы нас отвлекаете?

– Я вот думаю, как бы ты себя повёл, если тебя поставили в такое положение, – Эрик вновь не заметил Тода, обратившись к Шпиллеру.

– А я бы на тебя посмотрел, – ответил тот.

Эльф громко хрюкнул, подавившись от смеха, Ловис просто ухмыльнулся. Образ недалёкого лба уже настолько прицепился к Шпиллеру, что избавиться от него он не сможет ещё долго, а то и никогда. Никто из слушателей не верил даже в том, что этому недалёкому типу суждено сдать первые экзамены.

– Отпусти его, – Эрик в упор посмотрел на здоровяка.

– Эрик, свали! – взорвался Тод. – Однажды тебе оторвут длинный нос, который ты суёшь не в свои дела. Как же я буду рад это увидеть!

– Отчего же только увидеть? Может быть, ты хочешь стать этим смельчаком? Лично я с удовольствием вздул бы тебя во внутреннем дворе, – парировал Эрик.

– Хочешь дуэль? – злобно оскалился Тод.

– Хочу драки. Чтоб свидетелей побольше, а уж кровищу я им обещаю.

Тод дрожал от ярости и уже готовился согласиться на предложение, но что-то его сдерживало. Тогда он перевёл бешеный взгляд на ухмыляющегося Ловиса.

– Ты-то чего лыбишься, иди, кобылок свих охаживай.

Вопреки ожиданиям Фила и Эрика, Ловис отреагировал с завидным спокойствием.

– Ты сам-то хоть знаешь, как девушка пахнет?

– Ребят, ещё раз говорю, просто свалите. Пока я не вызвал одного из вас на дуэль. На мечах.

– Любой из нас откажется, – улыбнулся Эрик. – И никто не упрекнёт нас в бесчестии – мы всего лишь простые парни, а вот ты связан высоким положение твоего папаши, и если отделают тебя, то это бросит на него тень. Отпусти парня или я врежу тебе прямо здесь, при всех. Врежу так, что хрен ты встанешь и ответишь.

Тоду захотелось завыть от таранной наглости рыжего простолюдина. Лоб его покрылся испариной, а глаза не знали, за что зацепиться, чтобы не проиграть схватку колкостей и провокаций.

– Шпил, отпусти малявку, господин Эрик сегодня соизволили великодушно спасать невинные души, – желчно заулыбался Тод, отходя в сторону.

Шпиллер поднялся, напоследок задев Каспара локтем по голове. Уходя, толкнул плечом Фила, на что эльф никак не отреагировал. Орденские «злодеи» быстро потерялись из виду.

– Что на этот раз послужило причиной для дружеской встречи? – Фил уселся рядом с Каспаром и поднял с пола очки.

– Ну, как вам сказать, – Каспар, приняв очки, приступил к неспешному протиранию линз, – причины-то и не было. Хотелось им, наверное, время скоротать, а тут я подвернулся под руку.

– Тод неисправим, – подал голос шакриец. – Судьба обязательно его настигнет.

Каспар лишь горько усмехнулся.

– Скорей бы.

– Постарайся держаться от него подальше. С тебя теперь так просто не слезут, – посоветовал Эрик.

– Я это давно понял. И вновь, спасибо за помощь. Декан, я так понимаю, меня не вызывал?

– Забудь.

[1] Соседний с Новыми Ветрами город-форт, расположившийся в четырёх лигах к востоку. Не самый крупный среди фортовых городов, но известный местами для развлечений, легальными и не очень.

Глава 5. Глаза хищника не знают сна

Шагая по ночной улице, Эрик никуда не торопился, он точно знал, что и так скоро придёт. Снег мерно скрипел под подошвами ботинок, а пар изо рта выстраивался в причудливые фигуры, прежде чем бесследно растаять. Эрик иногда высовывал руку из кармана и потирал покрасневший нос. «Эх, а дома Ниггед наверняка уже вскипятил чайник и собрался с Марком попить вечернего какао». Жалел Эрик лишь о том, что Фил отказался составить компанию – длинноухий хитрец спрятался под плащом усталости – дескать, какая гульба, если с ног валюсь. Но Эрик знал, дело в другом. Просто Фил тяжело переносил морозы.

После непрестанных наблюдений за мышлением, после многих ограничений, как же приятно увлечься мыслями, поддаться потоку и следовать им, плавно переходя от одной к другой, и не замечать, как дорога прячется позади. Отвлечься от размышлений Эрика заставило странное чувство напряжения. Подобно тонкой струне оно сверкнуло во тьме, и в тот же миг исчезло, но уже через пару шагов он знал, какое имя дать этому чувству. Опасность.

Пройдя Дубовую площадь, он вышел на финальную прямую к дому, да так и остановился у её начала, замер в пяти шагах от проулка. Из-за угла торчало чьё-то плечо. Но не плечо заставило неустрашимого Эрика остановиться в тяжёлой нерешительности. В мрачной подворотне кто-то тихо разговаривал. Шипящий говор показался слишком уж знакомым.

Эрик отступил на шаг, стараясь, чтобы снег не заскрипел слишком громко, но получилось не очень. Выпиравшее из темноты плечо скрылось с глаз. Эрик продолжал отходить под казавшийся оглушительным скрип под ногами.

На площадь он вернулся незамеченным, и лихорадочно начал соображать, как безопасней добраться до дома. Без сомнения, гоблины поджидали в подворотне именно его, но делали это слишком неумело. Именно в той части улицы ему однажды удалось вырваться из лап зеленокожей шайки. Место засады стало тем самым местом, где его видели в последний раз. Только сейчас Эрик понял, что мог наткнуться на них и раньше, но по воле случая выбрал сегодня не ту дорогу, на которой его поймали полтора месяца назад.

«Вот это да! Прошло столько времени, а эти твари до сих пор не унялись, наверное, каждый день торчат на морозе, чтобы вернуть дурацкий мешок. Неужели можно тратить столько сил за пару горстей дурилки… А может… Вполне возможно и такое, что в мешочке находится что-то более ценное, чем галлюциногенная травка. Но зачем тогда торговец пытался всучить её за бесценок?» С момента, как Эрик отобрал тот злосчастный мешочек, он так ни разу его не развернул.

Юноша на всякий случай проверил карманы и убедился, что свёрток оставил в башне. Неосмотрительность может дорого обойтись, ведь если ту гадость по нелепой случайности обнаружат в их с Филом комнате, то дело обострится донельзя. Тут уже не только перед гоблинами придётся трястись, а ещё и перед Эрихто с Ароном.

Эрик припустил неспешной трусцой в обход соседний особняков. Сегодня он попадёт домой через задний двор.

Улица хорошо освещалась. Редкие прохожие курсировали по расчищенным тротуарам. Мимо Эрика, меряя расстояние широченным шагом, пронёсся гигант орк в меховой шапке и утеплённой куртке, по орочей традиции, расстёгнутой нараспашку. Орк задел парня, чуть не сбив с ног. Запах табака и специй ворвался в ноздри. Эрик чихнул. Орк лишь сверкнул озлобленными глазами в сторону жалкой букашки, мешающейся на дороге, и продолжил путь.

Впереди из темноты закоулка вынырнули трое низкорослых гоблинов. По сторонам не смотрели, перешли широкую дорогу и пошли дальше по противоположному тротуару. Разговаривали зеленокожие громко, но воинственности в их растрёпанном виде не было и в помине. Эрик не рискнул испытывать судьбу, сбавил темп и пошёл прогулочным шагом, держась ближе к тёмной стороне обочины. Кем бы ни была эта троица, все зеленокожие в городе друг друга знают. Попадёшься одному на глаза, и всё, считай, тебя видели все остальные.

Проспект уходил в ночь, лишь цепочка огоньков указывала верное направление, попутно выхватывая из темноты особняки знатных господ. Гоблины шли прямо, махали руками, что-то хрипели на своём чудном языке, а Эрик, наконец, добрался до ворот заднего двора дома Арона. Забор высотой не уступал орку, что недавно чуть не сшиб Эрика.

В памяти всплыл взбегающий на стену Фил. Эрик внимательно оценил кирпичную кладку, но так и не решился проделать подобный фокус. Сейчас он воспользуется своими наработками, взберётся так же, как лазил в сад к соседям за яблоками и вишней в недалёком детстве. Руки помнят.

Под заинтересованные взгляды прохожих Эрик разогнался с середины дороги. Вложив в прыжок все силы, зацепился за край забора, упёрся ногами и подтянулся. Дальше – проще. Перевалился через заборный хребет, но не рассчитал сил и завалился в сугроб. Взгляд скользнул по чёрному небосводу, рухнул на вершины голых деревьев и завершил свой полёт на крыше дома.

В окнах на первом этаже горел свет, значит, Ниггед хлопочет на кухне и попутно убирает гостиную. На втором этаже, там, где располагалась библиотека, в окне тускло мерцало – работает Арон. А здесь, во внутреннем дворе, лишь обжигающий ладони снег и кусачий мороз. Эрик ловко вознёс себя на ноги и поспешил в тёплый дом, по пути стряхивая снег с рукавов.

Больше месяца не появлявшись дома, Эрик словно попал в самое безопасное и родное место в мире. И как он так долго обходился без этих стен, уюта, тепла? Как всегда, в гостиной встретил дворецкий.

– Явился, пропащая душа. Говорят, ты за учёбу взялся.

– Без зазрений совести врут. – Эрик пожал протянутую руку и поспешил раздеться.

– Тогда, что ли, рассказывай правду.

– Всё за ужином, ладно? Я дико устал. – Эрик помчался наверх через два порожка.

– Арон в библиотеке, его не беспокоить, – летело вслед. – На ужин позову…

Вбежав в комнату, Эрик с разбегу нырнул на кровать. Мягкие и тёплые перины – их так не хватало на орденском лежаке. Жаль, уже утром придётся с ними расстаться, но, к примеру, у Фила нет и такой короткой радости, так что зачем думать о завтрашнем дне, когда впереди ещё целая ночь.

Только Эрик начал медленное погружение в размышления, как в комнату вошёл Арон.

– Пошли, – с улыбкой сказал маг и вышел в коридор.

Эрик соскочил с кровати и устремился к двери. Коридор уже пустовал, лишь домашняя мантия Арона мелькнула у входа в библиотеку.

В библиотеке над столом висел шар света. Арон как раз присаживался в своё кресло. Напротив мага с задумчивым видом расположился Мелитар. Слабое фосфоресцирующее свечение вырисовывало в темноте полупрозрачный образ призрака. Расставленные на столе тавлеи находились, на первый взгляд, в полном хаосе. Завидев юношу, призрак приветливо махнул рукой и сразу же вернулся к размышлениям об обстановке на игровом поле.

– Давно бьётесь? – Эрик сел ближе к окну, куда совсем не попадал свет.

Маг лишь пожал плечами. Мелитар, должно быть, по привычке массировал призрачные виски.

– Лично мне, молодой человек, не до наблюдений за временем, потому что за последние тридцать ходов я потерял восемь фигур. Мягко говоря, меня это злит.

Разномастные фигуры на игровых клетках смотрели друг на друга злобными глазищами. Грифоны, химеры, тролли, бородачи с посохами – лица у всех суровые, будто вылитые из стали и закалённые в нескончаемых сонмах битв.

Эрик поднялся и подошёл к Мелитару.

– Так, так, давай помогу…

Призрак, не веря в услышанное, поднял удивлённый взгляд на парня.

– Шучу-шучу, – улыбнулся Эрик, пододвигая кресло ближе к столу.

Ещё какое-то время Мелитар усиленно мял голову, а потом сокрушённо махнул рукой.

– Вынуждаешь ты меня на этот ход.

Чёрный грифон взмахнул мощными крыльями и вылетел из задних рядов обороны, поднялся на локоть над столом и рухнул на тролля, сжимавшего в руке массивное бревно. Тролль с криком опрокинулся, а грифон занял его клетку и замер.

Эрик не сразу заметил, что стоит с раскрытым ртом.

– Теперь тебе известна ещё одна развивающая особенность тавлей, мой друг. Но глядя на твоё лицо, понимаю, что требуются разъяснения, – ухмылялся Арон, перебирая между пальцами фигуру поверженного пехотинца. – Двигая фигуры подобным образом, маг оттачивает умение переносить визуализацию в реальный мир. Сделанные из слюны изумрудного дракона фигуры восприимчивы к магическому воздействию. Если маг достаточно опытен, он может заставить такую миниатюру двигаться и даже издавать звуки. В тавлеях – фантазия, единственное ограничение. К примеру, я хочу, чтобы мой боевой слон ринулся на передовую, где ему самое место. Что я делаю: представляю, как слон разъярённо мчится вперёд и занимает клетку. А бедный Мелитар вновь вынужден плясать под мою дудку. – Пока Арон самоуверенно произносил речь, фигура облачённого в шипастый доспех слона ринулась вперёд. Преодолев четыре клетки, бокастый зверь остановился, больше не чувствуя приказов хозяина.

– Арон! Ты негодяй! – Призрак беззвучно шлёпнул себя по лбу и медленно опустил ладонь к подбородку.

– В чём подвох? – искренне заинтересовался Эрик.

– Подвох в том, что он вынудил меня вытащить вперёд чёрного кардинала, и теперь угрожает ему слоном. Но если я уберу кардинала, то он ударит по шапхирабде. – Мелитар по очереди показал сначала на чёрного грифона, потом на слона и на огромную кобру прямо за грифоном.

– Вы прикройте кого-нибудь из них, чтобы в случае чего, скушать слона. – Эрик внимательно рассматривал фигуры призрака, пытаясь найти знакомые.

– Было бы всё так просто, я бы не паниковал. Кого из них ни прикрой, это будет паршивый размен. Грифона или кобру умные люди на слона не меняют. Я останусь в проигрыше.

– Ты невнимателен, Мелитар. – Маг скрестил руки на груди. – У тебя хозяин гремлинов под ударом ещё.

Призрак повёл взглядом от хозяина гремлинов к стану противника и застонал.

– Эрик, смотри и учись на моих ошибках. Вон тот единорог пересекает всё поле по диагонали. Запомни. Противнейшая фигура.

Проснулся Эрик в библиотечном кресле. На столе остались следы вчерашнего побоища, поваленные фигуры сгрудились по двум сторонам стола, лишь на стороне Мелитара остались два стойких воина, чёрный кардинал и император, пережившие схватку. Значит, призрак всё-таки победил… Последнее, что помнил Эрик, как далеко за полночь Мелитар начал отвоёвывать у мага фигуру за фигурой, повторяя одну и ту же фразу: «Кто ещё под чью дудку плясал». Арона такое развитие событий выводило из себя, Эрик впервые увидел, как самообладание наставника пошатнулось.

Юноша потянулся, одеревеневшие ноги и руки горели от застоявшейся крови. Пошатываясь, он добрался до умывальни, где холодная вода быстро вернула ему бодрость. Пробудившиеся инстинкты тянули вниз, туда, откуда доносились запахи жареного мяса и специй. В животе заурчало.

Но уже в гостиной Эрик понял, что сегодня ему предстоит начать день с очередного испытания духа: несносные часы показывали десять утра, а значит, вот-вот начнутся занятия в башне. Заскочив на кухню, он заглянул в шкафчик и нашёл там яблоки, одно сразу же перекочевало в карман. Пока надевал пальто, в гостиную вошли Арон и Ниггед.

– Не успел проснуться, уже бежишь на занятия – похвальное стремление к знаниям, – съязвил маг, намекая на поздний час.

– Всё благодаря затянувшейся партии вчера ночью, вы могли бы и побыстрей проиграть, чтобы мне встать пораньше.

Арон скривился, вспомнив недавний разгром.

– Не поверишь, Эрик, даже не знаю, как ему это удалось. Столько лет играем, он ни разу не выигрывал, а тут прилетел, сказал, что какой-то мудрец научил его паре интересных ходов. Я уже и забыл, когда проигрывал последний раз. Но, знаешь, это был хороший урок. Будем считать, что тот неведомый мудрец теперь научил и меня.

– Как там его стремление вкусить мирской пищи? Получилось? – обуваясь, спросил Эрик, краем глаза наблюдая за одевающим пальто Ниггедом.

– Насколько мне известно, у него до сих пор ничего не получается, но, по правде говоря, я считаю, что это невозможно, просто не хочу несчастного лишать смысла существования, – рассмеялся Арон. – Эрик, тебе Ниггед компанию хочет составить…

– Да, нам сегодня по пути, мне как раз нужно на рынок, – дворецкий собрался быстрее нерасторопного Эрика и уже ждал у двери.

– Отлично, но пойдём быстро, а то я опоздаю.

У выхода Эрик оглянулся на Арона.

– Арон, зная твоё пристрастие к длинным речам, хочу задать короткий вопрос и услышать короткий ответ. Можно?

– Ну-ка, – прищурился маг.

– Насколько велико твоё силовое поле?

Арон ответил с серьёзным видом:

– Думаю, если выйду на берег моря, то не увижу края своего поля.

– Так много? – удивился Эрик, замерев в проходе.

– Не много, а достаточно, чтобы чувствовать себя комфортно и не заботиться о том, что пространства для заклинания может не хватить.

– Сколько же лет практики нужно для такого?

– По-моему, ты опаздывал, – строго взглянул Арон.

Небо заволокли серые тучи. По-весеннему тёплый воздух разгуливал по улицам, поигрывал волосами прохожих и уносился ввысь. Каждый шаг по раскисшему снегу сопровождался звучным чавканьем, всё это навевало мысли о скором приходе весны, но, увы, в этих краях весна не любила являться в срок – новые заморозки могли накрыть город уже к середине дня.

– Как пойдём? Через площадь? – Эрик вспомнил про возможную гоблинскую засаду и теперь судорожно подыскивал нестандартный обходной путь.

– Да, мы как раз расстанемся у ворот ордена. – Ниггед смотрел по сторонам, будто что-то искал, да и вообще выглядел сегодня особенно сосредоточенным.

– Я вот последнее время предпочитаю разнообразить прогулки, изучить незнакомые места, может, проведёшь по каким-нибудь закоулкам?

– Извини Эрик, не сегодня. Быстрей всего будет пройти напрямик.

До переулка, где вчера поджидала засада, оставалось шагов сорок, когда Эрик заметил там возню. «Ну, вот и всё, теперь они знают, где я живу».

До Дубовой Площади дошли без происшествий. На заполненных прохожими улицах можно не опасаться нападения, на площади – тем более, но кто знает, на что могут решиться озлобленные твари, уставшие днями и ночами мёрзнуть в подворотнях в ожидании гадкого мальчишки.