Текст книги "Ты (не) выйдешь за меня (СИ)"

Автор книги: Арина Лефлер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 28 страниц)

Глава 5

После первого урока ко мне в класс заглядывает Марина Николаевна, коллега из соседнего кабинета. Пышногрудая, в обтягивающем форменном сарафане, запыхавшись, выдавливает из себя:

– Ты чего молчишь? В чате…школьном… не отвечаешь? Там завуч уже… ищет тебя… с собаками, – переводит она дыхание и, не обращая внимания на вопросительное выражение моего лица, продолжает уже более спокойно. – Совещание сегодня в два… при директоре в конференц-зале…опять что-то случилось.

– Блин, точно, – я беру в руки телефон, – выключен, – машу перед носом коллеги. – Спасибо… Я сейчас проявлюсь.

Я вытаскиваю одну симку, оставляю вторую, корпоративную. Ту, что выдали в школе на второй день работы. С этим здесь строго. За молчание в общем чате можно и выговор схлопотать и даже остаться без премии. Заморочившись личными проблемами, я совсем забываю о профессиональных обязанностях.

Включаю телефон, вхожу в чат и ставлю «ок» под сообщением завуча. Все.

То, что могла нахамить коллеге по работе, я предположила сразу. Жаль, что не знала, как отследить, с какой на какую симку он звонил. Но. Решение, как узнать, кто мне вчера звонил, пришло мгновенно. Теперь остается только дождаться совещания, хоть оно мне поперек горла.

Вот же неприятность! Хотела домой пораньше пойти. Вечером в кино сходить. Одной. Купить большое ведро попкорна, бумажный стакан колы с трубочкой.

Мне нравится ходить в кинотеатр в соседнем торговом центре. Будний день. Посетителей почти нет. Сидишь практически в одиночестве и спокойно наслаждаешься фильмом.

А теперь даже не знаю. Совещание после уроков могло затянуться на долгие два, а то и три часа. А еще тетради проверить нужно. Две стопки. По математике и по русскому языку. Ёлки! А третья? С диктантами. Год заканчивается. Проверочных работ накопилось. Плачет мое кино по понедельникам.

Я реально огорчаюсь, даже забываю, что мне вчера весь день звонили с незнакомых номеров, словно я услуга «секс по телефону». То ли номера спутали, то ли чья-то добрая акция?

Сначала я пыталась объяснить, что люди ошиблись номером, но на другом конце меня не понимали, требуя свое. А потом позвонил этот… шутник.

Я передергиваю плечами. Нехорошо получилось.

На четвертом уроке строю класс в колонну. По расписанию физкультура, час плавания в бассейне. Проверяю в руках у каждого наличие пакета с причиндалами для плавания.

– Кто у меня лучший ученик? Кто быстрее всех станет в колонну? Кто тише всех пройдет по коридору в бассейн? – Дети послушно ведутся на мои уловки.

Быстро и слаженно шагаем по переходу в фойе корпуса с бассейном. Тихие шаги по паркету сменяются звонкими по кафелю. В нос мягко бьет запах влаги и хлорки. Охранник на входе привычно улыбается глазами над маской.

– Здравствуйте, – приветливо кивает.

Заболел что ли? Масочный режим вроде отменили давно.

Навстречу выскакивает инструктор по плаванию – учитель физкультуры, Алена. Стройная, гибкая, в прошлом спортсменка и даже чемпионка чего-то там. Тоже понаехавшая в столицу с югов. Ее доброжелательное «шо» и мягкое «г», всегда улыбающееся лицо с черными бровями располагает к дружбе и, это был еще один человек в школе, с которым у меня сложились более-менее приятельские отношения. Ну, не считая Никиты, конечно.

– Дети… здрасьте… все в ряд… правую руку вперед… так… ты проходи… а ты иди сядь, остынь… температура тридцать семь и один, – резво управляется она, размахивая «пистолетом-термометром».

Рассортировав детей: мальчики налево, девочки направо, она, наконец-то, обращает внимание на меня.

– Ну привет, чего киснешь? – мгновенно считывает подруга мое настроение. – Иди бери купальник и дуй плавай, сегодня мы одни. Две дорожки свободные, разгони грусть – тоску.

У нее всегда так. От всех бед одно спасение – иди поплавай. Я не отказываюсь, кстати, часто пользуюсь приглашением.

И сегодня решаю поплавать.

А почему бы и нет? Пока мои гаврики будут заниматься, я подкачаю форму, расслаблюсь и скину негатив. Не зря же говорят, что вода имеет лечебное свойство?

Алена пользуется авторитетом в школе, и администратор за стойкой, следившая за порядком, лишь улыбается на мой вопросительный взгляд и утвердительно кивает.

Быстренько выгребаю из металлического нутра шкафчика Алены купальник, шапочку и пластиковые шлепки. Мои личные вещи хранятся здесь для таких случаев. Захожу с пакетом в раздевалку, помогаю своим ученицам спрятать косы в тесные резиновые шапочки.

Я дожидаюсь, когда все мои ученицы переодеваются и шмыгают через душевые кабинки к бассейну.

Пусть продвинутые педагоги пишут в своих научных трактатах о половом воспитании что угодно, я не позволяю себе переодеваться вместе с детьми. Ну не знаю, считаю это неэтичным, что ли, хоть мне и не нужно стесняться ни за фигуру, ни за качество кожи. С этим у меня все в порядке. Но как-то стыдно.

Переодеваюсь в одиночестве. Иду следом за детьми к бассейну.

Наблюдаю за своими учениками, как они выполняют подготовительные упражнения: неуклюже машут руками в воздухе, будто плывут, смешно надувают щеки, выполняя дыхательную гимнастику, постоянно поглядывая на меня. Шутливо грожу им пальчиком, чтобы не отвлекались на меня, отхожу к противоположной стороне и по лесенке спускаюсь в воду.

Плаваю по свободной дорожке минут десять. Слышу слоновий топот и задираю голову. По кафелю мимо меня на другую стороу бассейна шлепает толпа старшеклассников. Узкие шорты-плавки на мальчишках и закрытые купальники на девчонках демонстрируют готовность к взрослой жизни их обладателей.

«Да уж, телом уже выросли, осталось мозгами догнать».

До меня долетает громкий спор Алены и незнакомого инструктора.

– Алена! Это указание директора, – доказывает он ей. – В соседнем зале соревнования у девятиклассников, а мне нужно прыжки отработать, нам на следующей неделе нормативку по гто сдавать… мы не будем вам мешать… барлажитесь тут с малышней, а мы на той стороне.

– Да идите уже…я вам шо. Руководство приказало… мы сказали есть в попе честь, – в этом вся Алена. Улыбаюсь.

Да, этот зал для начальной школы, вообще-то, но раз начальство приказало, куда деваться?

Плаваю еще минут пять, тайком поглядывая, как мальчишки-старшеклассники прыгают со стоек в воду, рисуясь перед одноклассницами. Красиво!

Я уже собираюсь выходить из бассейна и цепляюсь за поручень, когда слышу свисток с другой стороны бассейна и окрик инструктора:

– Смирнов! Куда без команды! – замечаю, что с той стороны красивым брасом ко мне приближается пловец. – Вернись! Смирнов! – не утихает тренер. Попеременно свистит и кричит. Но тщетно, пловец приближается ко мне.

Я пулей выскакиваю из воды, боясь поскользнуться на мокром кафеле, несусь в душ.

Этого только не хватало. Снова этот мальчишка!

В душевой пусто. Немного отдышавшись, становлюсь под теплые потоки воды. Кайф! Потом прохожу в раздевалку. Не спеша одеваюсь.

Слышу голоса в душевой. Кто-то тоже покинул бассейн. Доносится звук льющейся воды.

Я уже подхожу к двери на выход, когда из улавливаю суть беседы. Разговаривают старшеклассницы, и то, что я слышу, меня останавливает.

– И что Смирнов в ней нашел? Ни сиськи ни письки, – я не люблю подслушивать, но тут, кажется, намечаются откровения обо мне. В школе уже ползут слухи о неравнодушном старшекласснике и молодой училке из началки. Как не послушать?

– Да ладно тебе, Лаврентьева, все у нее на месте! Так и скажи, тебя бесит, что твой Смирнов на училку залип!

– Вот еще!

– Ты лучше думай, как будешь выкручиваться, когда все наружу выйдет. Тебя ж Смирнов убьет!

– Не убьет!

А вот это уже интересно. Кажется мой сегодняшний поход в бассейн весьма успешен. Но вот что теперь с этим делать? Я тихонько выхожу из раздевалки. Ну не устраивать же разборки с подростками? Я учитель. И буду действовать как учитель.

Глава 6
Михаил

– Вот это позвонил… вот это я попал… – внутренний ржач вырывается наружу из меня смешками и фырканьем. Девочка-агонь. Это ж надо такое в телефон ляпнуть. Блт.

Во время учебы в институте мы с парнями играли пару раз в секс по телефону. Вечером как-то нечего было делать. Я позвонил и поставил на громкую. Мы с пацанами слушали и тихо ржали. Иногда отвечали, подыгрывая и создавая иллюзию диалога.

А тут. Хозяйку голоса мне не надо было фантазировать. Танина сестра-близнец. Фразочки крамольные из серии «я упала с самосвала, тормозила головой», и голос разительно отличается от того, из студенческой юности, бархатистого и обволакивающего сексуальной негой.

Здесь скорее звучат командирские нотки Сашкиного тестя, Петра Васильевича.

Я так и слышу: Снять штаны! Поднять… ну то, что надо поднять. Вошел! Вышел! Вошел! Вышел! Кончил!

Шальные мысли гонят кровь не в то место. Я смахиваю выступивший на лбу пот. Сидеть за столом становится неудобно.

'Пиздец тебе, Мишаня! Ты девку еще не видел вживую, а уже хочешь ей вдуть. Хотя, почему не видел? Видел. Танина копия, все как она мне и обещала, – поправил монитор ноутбука, мысленно соединив визуал и аудио Таниной сестры. Картинка получалась привлекательная.

А когда встретимся на Сашкиной свадьбе, что будет? А выпью?

О, нет, об этом не буду сейчас думать.

– Миш, ты чего тут фыркаешь, словно конь педальный? – в кабинет возвращается Лена. Проходит к своему письменному столу и протискивается подросшим пузиком между стулом и столешницей. На симпатичном расплывшемся лице покрытом темными пятнами появляется любопытная улыбка.

– Та не, Лен, все в порядке, – кручу я в руках телефон и кладу на стол экраном вниз.

«Так я тебе и сказал», – усмехаюсь, прикрыв кулаком рот. Не сдерживаюсь, снова ржу.

– Миш, что происходит? Я смотрю, тебя одного нельзя оставить даже на три минуты, – она выразительно смотрит на аккуратные часики, подарок мужа на восьмое марта. – А, – протягивает она. – Ты тут уже что-то принял? Колись, кофе был с коньяком? – кивает она на пустую чашку, стоящую на моем столе. – Что случилось, Миш?

– Та так, Лен, ничего, прикольно просто, – тру я грудь, она горит, словно мне туда кипятком плеснули. – Наверное, ты права, я что-то принял, – болезненно морщусь. – Сам только еще не понял, что.

Последние слова почти бормочу себе под нос. Рассказывать Лене, что я звонил будущей родственнице, не хочу. Сашка, мой двоюродный брат, женится. На Тане.

Мне когда-то нравилась Таня. Я даже пытался за ней ухаживать. Честно ухаживать. Пока не понял, что правы наши мудрые предки: насильно мил не будешь.

Я чувствовал себя самым счастливым мужчиной на свете, находясь рядом с ней, а она всегда искала глазами кого-то другого. Словно он должен был находиться рядом со мной. Или нет, не так. Вместо меня.

Я даже поцеловать ее не смог. Не позволила. Ничто не растопило ее сердце, ни букеты цветов, ни походы в кино и в кафе. Кстати, в кафе она пошла один раз и то, заплатила за себя сама. На все мои уверения, что это абсолютно ничего не значит, сказала:

– Миша, угомонись, я в курсе, кто девушку ресторанит, тот и танцует. Прости, но это не про нас. Поэтому, прекрати, пожалуйста, деньги на меня тратить. Лучше на бизнес их пусти. Вам с Александром они нужнее. Я знаю.

А потом. Потом я заметил несколько раз, как она смотрит на окно его кабинета, Сашкиного кабинета. И такое в глазах… На меня она так не смотрела никогда, как на это проклятое окно.

А Сашка, мой брат, с которым мы фирму «Мебель на заказ» вместе поднимали, Сашка перестал у окна стоять.

А я знал эту его детскую привычку, думать, глядя в окно, разрабатывать грандиозные проекты по завоеванию рынка, смотря через стекло на внешний мир. Особенность такая у него была.

И с какой тоской он подколол меня за мои ухаживания…

Мы сидим в Сашкином кабинете и пьем кофе.

Кстати, секретутку мы так и не заимели, она нам оказалась не нужна, документы мы и сами успеваем подготовить. Как говорится, если хочешь что-то сделать хорошо, то сделай это сам.

А вот кофе мы делаем по очереди, потому что непривередливы и пользуемся обычным растворимым из соседнего магазинчика. Меньше времени тратим на работе, а настоящим мы балуемся вечером дома. Моя мама, кстати, очень вкусный варит, с корицей.

– Кажется, нам пора осваивать новый бизнес, – с деланным равнодушием замечает Сашка и отпивает кофе.

Я вздрагиваю. Мы с Леной буквально вчера только разговаривали, что к кухонному направлению необходимо разработать еще и дизайн всякой мелочевки. Например, прихватки там всякие, подставки под горячее и салфетницы. Мелочь, а доход дает.

Лена обещала заняться этим конкретно и собиралась на днях представить список возможных предметов. Тем более, что новый офис в центре города с огромным выставочным павильоном еще нуждается в дополнительном оформлении. Мы можем пока заниматься другими проектами.

Сашке решаем пока ничего не говорить. Забываем только, что у него нюх в сторону экономических выгод, как у хорошей овчарки. Только я в этот раз ошибся, его нюх был направлен отнюдь не на экономические выгоды.

– Какой? – тут же реагирую я.

– Ларек надо бы цветочный поставить за углом, мы на цветах скоро разоримся, а так дешевле выйдет.

Это обидно.

– Экономист хренов, уже убытки подсчитал, – взрываюсь я и смотрю на брата, как мне казалось, убийственным взглядом. – Я свои, между прочим, трачу.

Только говорю я эти слова и чувствую пустоту.

Знал бы ты брат, что напрасно я цветы таскаю. Не нужны они Тане. И, правда, деньги на ветер.

Сашка хоть и старается весело сказать, подковырнуть меня, а горечь в его словах я все равно чувствую, и понимаю, что моему брату тоже нравится Таня. Кажется, взаимно. Я его давно таким не видел, еще со студенческих лет. Даже не студенческих, школьных, когда мы еще юнцами влюблялись в одноклассниц и дергали их за косички.

И когда ты успел ее заметить, брат? Неужели в тот день, когда мы скорую Лене вызывали? Или раньше?

Я про Таню уже много чего знаю. Что любит лилии, кофе пьет сладкий, с тремя сахара, чтобы «слиплось во всех местах».

Это она сама так говорит, шутница. А к кофе обязательно пирожные с безе и слоеные трубочки…

Но, оказалось, напрасно я это узнавал. Я отрекся от своих невзаимных чувств в пользу брата.

– Бери букет с лилиями и иди приглашай на свидание, – командую я.

Он в тот раз чуть не давится печеньем и даже закашливается от такой моей беспардонности.

А теперь у них свадьба через две недели, и мне доверена особая честь. Быть свидетелем жениха на их торжестве. А подружкой Таня должна была взять, та-дам! Свою сестру-близняшку, Людмилу.

Чувствую, свадьба будет просто отпад!

Глава 7

Да, Людмила, судя по нашей беседе, барышня горячая. Это я красиво нарвался на сеанс эротического беспредела.

И это училка? Кто ей детей доверяет учить? Она ж чумачедшая! Вот так в трубку незнакомому мужику вывалить такую ахинею.

Полный пипец! Куда катится наше образование! – внутренне возмущаюсь и восхищаюсь я.

Я же не знаю, почему она сразу стала нести эту чушь? Прикольную чушь, кстати! Прямо ролевая игра, интим-сеанс какой-то получился, если учитывать, что у меня, словно у пацана, загорелось в нужных местах.

Я представлял себе Таню, как она мне говорит вот это вот все… и про прелести и про халат, но панталоны меня, конечно, добили… не удержался, а надо было еще чуток потерпеть, интересно, эта горячая штучка до чего дошла бы в своих фантазиях.

Ну ничего, явишься на свадьбу, я с тебя за панталоны спрошу… с начесом.

Черт, в штанах становится тесно. Еще не дымится, но уже шевелится. Я незаметно поправляю «прыщик», громко вздыхаю.

Кажется, Лена не замечает мое состояние. Это хорошо. Да ей не до меня, скоро рожать, четвертого.

Да, в наше время они с Ванькой почти героические люди. Хотя. Почему бы и нет? У Ваньки хороший строительный бизнес, его бригады работают в нескольких регионах страны, выполняют капитальный ремонт и строят выигранные по тендеру объекты: больницы, школы, садики. Семью он обеспечивает вполне. Живут с родителями соборно, ладят. Лена покладистая невестка, я от нее ни разу не слышал, чтобы она плохо говорила о свекрови. Только и слышно от нее: «Мама то, мама это». Это она так о родителях мужа отзывается. Тоже в наше время большая редкость.

Наша дружба ведет отсчет с институтских времен.

С Леной мы сдружились сразу же, как она перевелась к нам на втором курсе, и ее тут же приметил этот громила с факультета по градостроительству. Он пытался сначала даже ревновать Лену ко мне, но потом успокоился, заметив нашу искреннюю дружбу.

Я к Лене отношусь как к младшей сестре, которой у меня никогда не было, но которую, я помню, отчаянно просил у родителей, когда учился в младшей школе. Отец кряхтел, а мама краснела. Потом только узнал, что родился я вместе с материнской маткой. И мама больше не могла рожать.

А Ванька… Да, он перестал ревновать, или притворился, что перестал, потому что сделал Лене одновременно предложение выйти замуж и первенца. Пометил, так сказать, территорию. И я теперь был крестным милого любознательного пацана-крепыша с фигурой отца и глазами матери.

Когда я предложил Лене поучаствовать в нашем с Сашей бизнесе, у них уже было трое детей. Но нам реально нужна была ее помощь. Уж я-то знал ее креативное мышление. Когда учились, она не раз выручала меня, подсказывая свежие дизайнерские решения. И откуда только брала? Не иначе ее канал связи с информационным полем был покруче нашего.

Ну, естественно, мы ее не обижаем. Она равноправный партнер в нашем деле.

А сейчас она носит четвертого ребенка. Я вижу, что ей уже тяжело приезжать на работу в офис, подниматься по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж, но сегодня нужно было закончить один очень важный мебельный заказ для важного чиновника из областной администрации. Если мы угодим его жене, то нам будут плюшки на развитие фирмы. Мы не можем упустить такой шанс и выходим на работу в воскресенье.

– Мишка, а когда ты уже женишься? – поднимает она голову от стопки с документами. – Сашку сейчас обженим и нужно за тебя браться, гляди, сам не справишься, мы поможем. Чип и Дейл спешат на помощь, – поет она игриво, покачивая в такт мелодии головой и улыбается.

– Как только, так сразу, – наклоняюсь я над столом, почувствовав, что мое возбуждение уменьшается. – Как найду ту единственную и неповторимую, так и женюсь. А пока бесплатного молока попью. – Это я намекаю на «зачем покупать корову, если молоко бесплатное», ага, старо, как мир, а другого не нашел, что сказать.

– Ты уже быстрее ищи, а то скоро состаришься и никому не будешь нужен, так и умрешь в одиночестве, весь такой красивый, – скривила она симпатичную моську.

– Ну знаешь, – притворяюсь, что обижаюсь. – Мужчина в наше время в любом возрасте имеет спрос, я могу и в пятьдесят жениться на молодой, а вот ты в пятьдесят уже вряд ли найдешь себе молодого, – не удерживаюсь от язвы.

– Ну, мне уже поздно пить боржоми, – усмехается она и, наклонив голову, гладит выпирающий животик.

– Ну так уж и боржоми, я рад за вас, Лен, правда, рад, вы с Ванькой молодчики, – вздыхаю я.

Лена смотрит на меня ласково, близоруко щурится.

– Спасибо, Миш, но ты ж понимаешь, когда ты счастлив сам, счастьем поделись с другим, – произносит она тихо. – Хотелось бы, чтобы у близких людей тоже все ладилось. Я же знаю, как ты к Тане относишься.

Вот же засада, я совсем забыл, что Лена с Таней общаются. Не сказать, что подруги, но какие-то точки соприкосновения у них появились.

– Лен, это было давно и неправда. Она Сашкина будущая жена, и я, действительно, рад за них.

– Кто тут за нас рад? – на пороге появляется Сашка.

– Все, ребята, дуйте по домам, клиент только что звонил и дал нам еще неделю, у них там задержки по установке коммуникаций, так что живем. Поехали домой!

– Я бы еще… – Лена придвигает к себе ноутбук, отложив документы в сторону.

– Нет, нет, нет, – машет руками на нее Сашка, – собираемся и уходим, ноутбук забирай, и можешь уже на удаленку переходить, пусть этот крыс шевелится, – дергает подбородком в мою сторону брат. – После свадьбы полностью перебираемся в новый офис, хватит уже держаться за этот раритет.

Тут я бы с ним поспорил. Старинное здание, словно давало нам силы расти. Я не представлял себе, как мы будем жить без этого особняка с арочными глубокими окнами и потолочными вензелями. А еще привычными сигналами скорой помощи. Но нужно было шагать в ногу со временем.

– Ты Людмиле позвонил? – спрашивает вдруг Сашка.

– А? – теряюсь я в первое мгновение. – Ну да, позвонил.

– Что она там? Собирается на свадьбу? А то Таня расстроенная после разговора с ней.

– Да нет, все в порядке, едет, – я решаю, что позвоню Людмиле еще раз. Может, она мне устроит еще и эротический массаж через мобильник?

* * *

Но позвонить не получается. Выходные какие-то суматошные. Таня просит помощи с украшением ресторана, заказываю клининг в свою квартиру, тренажерка, вечерний чай с родителями.

В понедельник работаю в поте лица. В раскрытую дверь заглядывает Сашка.

– Миш, там звонок междугородний, возьми.

Сегодня я один в кабинете. Лена решила перейти на дистанционку. Еле уговорили всем нашим дружным коллективом и ее мужем в придачу. Ей скоро рожать, а она по-прежнему таскается на работу с пузом.

– А сам никак?

– Я уже поговорил, но там по твоей теме звонят.

– Угу, беру.

Тут же звонит мой мобильный на столе. Возвращаюсь и смотрю в свой телефон. «Люся!»

«Поздновато решила извиниться», – решаю не перезванивать ей и не отвечать. Пусть поволнуется, все равно скоро встретимся.

Я иду к Лениному пустующему столу, где стоит стационарный телефон. Смешно, наверное, но мы еще пользуемся таким. Городские звонки выходят дешевле. Сашка, экономист от бога, просчитал все до мелочей.

– А вкратце? – поднимаю на него глаза.

– В районном центре открывают новый мебельный салон, хотят с нами посотрудничать.

– Так это ж здорово, – ускоряюсь и беру трубку.

– Не спеши, они уже не соскочат, – смеется Сашка. – Я им предложил неплохие условия и скидки за опт. Теперь, главное, чтобы мы им понравились.

Это он имел ввиду не нас, нашу мебель. Ну в нашем товаре я не сомневаюсь, такую мебель в городе и в области еще никто не делает. Но пошутить я не отказываюсь.

– Что мы им понравимся, даже не сомневаюсь, вон, какие красавцы, – широко развожу руки. – Один красавец, правда, уже минус, – киваю с напускным огорчением. – Все, потерян для общества.

Это я на скорую Сашкину свадьбу намекаю. Куда так торопятся? И полгода не повстречались с Таней.

– Чего это потерян, наоборот, найден. Ячейка общества, если что. А кто-то в стародавние времена платил бы налог за бездетность и холостую жизнь.

– Ну кто-то тоже еще не обзавелся защитой от этого налога.

– Не волнуйся, Мишаня, все будет.

– Да-а?!! Вы там по залету что ли женитесь?

– Нет, конечно. По любви, Миш, – брат становится серьезным. – Да иди ты, подколол, блин, брат называется, – отмахивается Сашка.

– Да срочно как-то женитесь, или боишься, что уведу?

– Я тебе уведу, поздно уже уводить, давай уже, отвечай, работай с клиентом, – он шутливо крутит мне кулак, кивает на телефон и покидает кабинет.