Текст книги "Соборы пустоты"

Автор книги: Анри Левенбрюк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 26 страниц)

77

Вилли Вламинк сидел напротив заместителя генсека в кабинете на втором этаже здания Юста Липсия. Лицо их собеседника появилось на экране видеосвязи.

– Его имени нет ни в одном списке авиапассажиров, господин заместитель генерального секретаря.

Представитель европейских властей тяжело вздохнул:

– Наверняка он летит под чужим именем.

– С сегодняшнего утра мы следили за высадкой всех пассажиров международных рейсов. Ни следа Маккензи. Он не прилетал ни самолетами «Эр Франс», ни самолетами «Эйр Чайна», ни «Аэрофлотом». Его нет нигде. День почти закончился, и скоро здесь никого не будет.

Во взгляде их собеседника читался сдерживаемый гнев. Он пролетел шестнадцать с половиной часов, и все понапрасну! За его спиной угадывался пустынный вестибюль Международного аэропорта имени Чингисхана в Улан-Баторе.

Вламинк сдержал улыбку. С самого начала он не скрывал своего неодобрения в отношении сотрудничества с Мари Линч. Средства, к которым прибегли, чтобы ею манипулировать, представлялись ему неуместными, недостойными их положения, и, сказать по правде, он почти надеялся, что полученная от нее информация окажется неверной.

– Думаете, он вас опередил? – неуверенно предположил заместитель генсека.

На другом конце света молодой агент вместо ответа пожал плечами.

– Прежде всего я думаю, что он нас обскакал, – вставил Вламинк.

Заместитель генсека бросил на него бешеный взгляд и отключил связь с Улан-Батором.

– Вы бы лучше выяснили, где на самом деле находится Маккензи, чем глупо улыбаться!

Бельгийский агент кивнул, даже не потрудившись стереть с лица ироническую улыбку. Этот Маккензи нравился ему все больше и больше.

78

Ари, Кшиштоф и Ирис торопливо покинули самолет по крытому трапу и вошли в здание аэровокзала. Они захватили с собой только ручную кладь, и стоять в ожидании перед ленточным конвейером им не пришлось. На таможне их настоящие-поддельные паспорта, полученные в ЦУВБ, не вызвали ни малейших подозрений.

Во время полета они почти не разговаривали. Все трое испытывали некоторую неловкость. Ирис винила себя в том, что не рассказала друзьям ни о похищении брата, ни о шантаже. А мужчины не могли простить себе, что подозревали ее в предательстве.

Но главной причиной молчания была не отпускавшая их тревога о брате Ирис. Ален Мишот был неуравновешенным, сложным и не всегда приятным молодым человеком, но других родственников у Ирис не осталось. К тому же в глубине души он был не испорченным, а скорее слабым парнем, которого сильно травмировала преждевременная смерть родителей. Его выходки лишь прикрывали его глубокую уязвимость. Ари не раз случалось с ним общаться, и он привязался к этому вечному подростку, понимая хотя бы отчасти истоки его слабости.

Высадившись в Эквадоре после семнадцатичасового полета, все трое надеялись, что им удастся отыскать молодого человека. И что это случится не слишком поздно.

Едва выйдя из аэропорта Марискаль-Сукре в Кито, они были приятно удивлены мягкостью климата. Несмотря на жаркое солнце, на этом плоскогорье, расположенном на высоте 2850 метров над уровнем моря, воздух оставался свежим.

Еще во время полета они успели насладиться видом бесконечной горной цепи Анд и ее заснеженными вершинами. Теперь они любовались ею с земли.

Вытянутый в длину город Кито зажат между четырьмя внушительными вулканами. За аэропортом, примыкающим к столице, виден великолепный и устрашающий действующий вулкан Пичинча.

– Подумать только, что как раз сейчас агенты ССЦ разыскивают нас в Монголии, – заметил Ари, с удовлетворением созерцая пейзаж.

– Как ты узнал насчет Мари Линч?

– Проверил ее звонки. За последние два дня она много раз разговаривала с Бельгией.

Он предпочел не уточнять, что заглянул в мобильный Мари, когда она принимала душ…

– Идиотка! – покачал головой Кшиштоф.

– Наверняка у нее не было выбора, – возразил Ари. – Думаю, типы из ССЦ на нее давили.

– И не забывайте, что у нее пропал отец, – добавила Ирис. – По себе знаю, как легко потерять голову, когда похищают близкого человека…

Маккензи бросил на нее взгляд. Хмурая, осунувшаяся, она с трудом сдерживала терзавшие ее тревогу и гнев.

И тут зазвонил телефон Ари. Он не узнал номер, но все же решил ответить.

– Маккензи?

– Да.

– Говорит Уссен из НИНЭП. [68]68
  Национальный институт научной/экспертной полиции. (Примеч. автора.)


[Закрыть]

– Вы его идентифицировали?

– Да, у нас есть одно совпадение.

– Слушаю.

– Переданный мне образец крови, взятый с диванной подушки, принадлежит Бену Борджиа, человеку с богатым преступным прошлым.

– А именно?

– Помимо прочего, двенадцать лет заключения за предумышленное убийство… Он вышел из тюрьмы в прошлом году, так что все сходится.

– Вы не пришлете его фотографию мне на мобильный?

– Да, постараюсь прислать до вечера.

– Спасибо. Я у вас в долгу.

Ари отсоединился и сообщил новость друзьям:

– У нас есть имя… Борджиа. Правда, это мало что дает.

– Ну и куда мы теперь? – спросил поляк.

– Нам надо найти центр «Summa Perfectionis», – откликнулась Ирис.

– А ты не знаешь точно, где он находится?

– Нет, точно не скажу. Знаю только, что это где-то на территории, приобретенной МФП в джунглях провинции Морона-Сантьяго.

– Ага… И как же нам его найти? Наверное, эта территория представляет собой огромный заповедник. Все равно что искать иголку в стоге сена, как по-твоему?

– Центр создан недавно. Он открылся в прошлом году. Где-то должны были остаться следы строительства. К примеру, в кадастровых книгах или реестрах регистрации разрешений на строительство. Думаю, расследование мы начнем в Макасе. Это столица провинции Морона-Сантьяго. Наверняка там что-нибудь осталось.

– Ну а уж если ничего не найдем, на худой конец обратимся в строительные управления, – предложил Маккензи. – Не стоит забывать, что центр, по всей вероятности, как-то связан с теорией о полой Земле.

– Ну и что?

– А то, что, по легенде, в этих краях, в пещерах Лос-Тайос, как раз и существует один такой вход в недра Земли. Надо проверить и этот след.

– Выходит, впереди у нас куча дел, – вздохнул Залевски. – Как нам туда добраться?

– До Макаса можно доехать на автобусе.

– На автобусе? А дорога долгая?

– Четырнадцать часов.

Поляк вытаращил глаза:

– О’кей. Возьмем напрокат машину.

79

Увидев мужчину, вышедшего из внедорожника, Каролина едва не приняла его за индейца хиваро. Но одет он был как современный горожанин: джинсы, клетчатая рубашка, кроссовки.

Придерживая правой рукой дверцу машины, словно готовый немедленно уехать, мужчина смотрел на нее недоверчиво и оглядывался по сторонам. Похоже, он опасался, что за деревьями прячется кто-то еще.

Запыхавшейся Каролине никак не удавалось выдавить из себя хоть слово. На первый взгляд незнакомец ничуть не походил на охранника из их Центра. Скорее всего это кто-то из местных жителей. Вряд ли он вооружен. Но она не представляла себе, с чего начать, как ему объяснить… Ей пришло в голову, что она наверняка ужасно выглядит. Грязная, изможденная, с оцарапанным лицом, в рваной одежде.

Какое-то время они молча разглядывали друг друга. Наконец мужчина решился заговорить. Выражался он по-испански. К счастью, Каролина не совсем забыла этот язык.

– Как вы здесь оказались?

Молодая женщина сглотнула.

– Мы заблудились, – в конце концов выговорила она с заметным акцентом. – Мой муж ранен.

Мужчина еще несколько секунд смотрел на нее, потом заглянул в машину и пробормотал что-то, чего Каролина не расслышала. Тут же открылась вторая дверца, и из машины выбралась женщина. Вероятно, его жена. Она приветливо улыбнулась Каролине и знаком попросила ее подождать. Вынув из-под сиденья дорожную сумку, она подошла поближе и протянула Каролине флягу с водой.

Та поблагодарила ее кивком, отпила несколько глотков и вернула флягу.

Тогда мужчина заглушил мотор и тяжелым шагом подошел к ним.

– Где ваш муж?

Каролина указала на юг.

Мужчина кивнул и схватил длинное мачете, прикрепленное позади кузова.

– Идем за ним, – сказал он.

Он двинулся первым, и они гуськом углубились в густую чащу амазонских джунглей.

80

Не все дороги находились в безупречном состоянии. Высоко в горах они были покрыты колдобинами и без конца петляли по заросшим деревьями склонам гор. Даже по самым узким из них в невероятном количестве мчались грузовики, по большей части в самом плачевном виде, причем водители весьма по-своему трактовали дорожные правила. Зачастую машины были переполнены, а порой в кузове с настежь открытой дверью теснились веселые ребятишки. По временам гонку возглавляли возбужденные водители автобусов: они гнали эти груды металлолома между крутыми обрывами без всяких опасений.

До столицы провинции Морона-Сантьяго они добирались чуть больше десяти часов. Спали по очереди, сменяя друг друга за рулем. Кто знает, что ждет их в ближайшие часы, а может, и в ближайшие дни? Уж лучше выспаться заранее.

Места, по которым они проезжали, оставив позади Кито, поразили их красотой и разнообразием. Все трое были потрясены непривычными пейзажами. В небе, блиставшем незапятнанной синевой, парил величественный кондор, грациозно бросая вызов гигантским вершинам Анд. Густая ярко-зеленая растительность представляла собой неожиданный контраст с белизной вечных снегов. Они проезжали по индейским поселениям с множеством красочных рыночков. Местные жители носили пестрые одежды: красные пончо и белые шляпы с разноцветными перьями. Здесь на вертелах жарили морских свинок, там в огромных корзинах несли продукты. По крутой и извилистой горной дороге в Пуйо им попалась не затронутая современной цивилизацией деревушка, по которой проходила религиозная процессия. Распятие с залитым кровью Христом возносилось над впавшими в экстаз верующими и обильно позолоченными украшениями.

Продвигаясь на восток, они постепенно открывали фантастическую Амазонию, покрытую непроходимыми, едва ли не удушающими лесами. Температура вдруг резко пошла вверх. После многих часов пути среди горных вершин они пересекли реку Пастасу и наконец достигли обширной восточной равнины, где брали начало джунгли, простиравшиеся до Колумбии и Перу.

– Правда потрясающе? – спросил Ари у сидевшей рядом Ирис.

Они говорили шепотом, чтобы не разбудить Кшиштофа, спавшего на заднем сиденье.

– Да.

На самом деле она была не в том состоянии, чтобы любоваться пейзажем. Чем ближе они подъезжали к месту назначения, тем сильнее терзал ее страх, что брата уже нет в живых. Отправляясь сюда, она знала, что подвергает себя огромному риску. Если Доктор поймет, что она его подставила, ее шансы увидеть Алена живым практически сведутся к нулю. Но они были бы и того меньше, если бы она бездействовала. Ирис отлично знала, как обычно разрешаются подобные ситуации. И по правде говоря, выбора у нее не было.

Ари покосился на подругу и заметил тревогу на ее лице. Зная, что словами ее не успокоить, он просто положил ладонь на ее руку и улыбнулся в знак поддержки.

Когда, выбившись из сил, они наконец добрались до Макаса, было слишком поздно, чтобы заниматься расследованием, и они заночевали в гостинице.

81

Сидя у изголовья мужа, Каролина, едва касаясь, гладила его по лбу. От потрясения и растерянности по ее щекам струились слезы. Лишь чудом она продержалась до этой минуты, и ничего удивительного, что ее нервы наконец сдали. Вполне понятный ужас от пережитого в один миг вытеснил инстинкт самосохранения.

Она вытерла лицо и заставила себя улыбнуться, когда ее муж открыл глаза.

– Все хорошо, Эрик. Теперь все хорошо.

Супруги, подобравшие их в джунглях, довезли их до городка Сукуа, вотчины шуаров. В этих краях мало врачей, потому что здешние жители обычно вверяют заботу о своем здоровье шаманам. Шуары рассматривают болезнь как нарушение связей между человеком и природой, а восстановить это равновесие может только шаман, как правило при помощи растений. Догадываясь, что Каролина и Эрик больше доверяют современной медицине, индейцы отвезли их к врачу Федерации шуарских общин – организации, созданной в шестидесятых годах группой прогрессивных миссионеров-салезианцев для защиты прав туземцев.

– Вам очень повезло, что Тайжин с женой подобрали вас, – сказал врач, закрывая большой черный чемодан, стоявший рядом с кроватью. – Просто невероятно повезло. Той дорогой почти не пользуются. Думаю, по ней проезжают две-три машины в год, не больше. К счастью для вас, они ехали на инициацию увишина [69]69
  Шаман у шуаров.


[Закрыть]в одну деревушку в нескольких километрах от того места, где были вы. Как вы-то забрели в джунгли?

Каролина взглянула на мужа. Стоит ли ей называть настоящую причину, по которой они оказались в таком месте? Об этом они еще не говорили. Эрик, прочитавший по глазам жены, о чем она хочет его спросить, опустил веки и незаметно покачал головой.

– Мы заблудились…

– Но как вы очутились в этих краях? – слегка укоризненно спросил врач.

Смущенная Каролина сглотнула. Дав понять, что ей трудно объясняться по-испански, она пожала плечами и ограничилась коротким ответом:

– Путешествие.

Не похоже, чтобы врач ей поверил, но он не стал настаивать. Вот уже несколько лет европейцы, привлеченные рассказами о галлюциногенных растениях, якобы известных амазонским индейцам, регулярно терялись в джунглях.

– Я ввел вашему мужу антибиотики. Сейчас он вне опасности, но нуждается в лечении, которое я не могу обеспечить ему здесь. Завтра его можно будет перевезти в больницу Макаса, но это не меньше часа езды отсюда. А пока ему лучше отдохнуть.

Каролина кивнула и благодарно улыбнулась врачу. Она бы предпочла рассказать ему правду, чтобы он знал, насколько они рады, что добрались сюда живыми. Но это было бы слишком сложно.

– Я зайду через часок посмотреть, как его дела.

– Большое спасибо.

Он вышел из темной комнатушки.

– Я не знала, как ему отвечать, – прошептала Каролина, склонившись к мужу.

Эрик с трудом приподнял руку и с ласковой улыбкой осторожно коснулся ладонью ее щеки.

– Ты все правильно сделала, любимая.

– Ты уверен?

– Да. Ни к чему говорить ему всю правду. Хотя рано или поздно нам придется обратиться к властям.

– К властям? Каким властям? Здешним? Да они ничего не поймут. К тому же я даже не знаю, к кому можно обратиться!

– Нет-нет! К французским.

– К французским? Но каким именно? В полицию? Да там решат, что мы рехнулись. Что, по-твоему, мы им скажем? Что в Центре нас удерживали против воли? Это даже не совсем правда. Ведь мы приехали сюда добровольно…

– А Чарльз Линч? Ведь он погиб! Это не пустяки! – воскликнул Эрик.

Тут он зашелся кашлем. Каролина прижала руку мужа к губам и нежно ее поцеловала.

– Может, нам позвонить его дочери? Она-то нам поверит. Наверняка она в курсе.

Эрик кивнул:

– Я сохранил фотографию, ту, что была у Чарльза в руке. Поищи в моей одежде. Там на обороте есть ее телефон.

Каролина встала и порылась в карманах рваных джинсов мужа. Она нашла черно-белую фотографию актрисы и прочитала наклейку на обороте. Мари Линч. У нее перехватило горло. Она даже не знакома с этой девушкой, а ведь придется сообщить ей о смерти отца. Задача не из легких. Но она не вправе забывать о других. О тех, кто все еще томится в Центре. Она сложила фотографию и сунула ее в карман.

– Пойду поищу телефон.

Она поднялась и вышла из темной каморки.

82

– Я получил результаты анализов, которые вы просили провести, – сообщил сотрудник криминалистической полиции на другом конце провода.

Вилли Вламинк оказался предоставлен самому себе. Два его основных сотрудника сейчас где-то в Монголии. Что касается заместителя генерального секретаря, он отправился с визитом в Восточную Европу и вернется не раньше чем через три дня.

События вдруг ускорились и вышли из-под контроля. С одной стороны, Маккензи, очевидно, напал на серьезный след, и вопреки тому, что ему удалось внушить ССЦ, этот след вовсе не вел в Монголию. С другой стороны, многое указывало на то, что об этом деле пронюхали секретные службы: ЦРУ, китайские спецслужбы, СВР. [70]70
  Служба внешней разведки Российской Федерации. (Прим. автора.)


[Закрыть]Рано или поздно ССЦ утратит свое преимущество, а для Европы это обернется катастрофой. Наконец, похоже, в ЦУВБ есть утечка и кто-то сообщил французскому министру внутренних дел о том, чем занимается Маккензи.

Последняя новость особенно его обеспокоила. После того как французы спешно прикрыли дело о тетрадях Виллара из Онкура, у ССЦ появились серьезные основания для сомнений в надежности их министра внутренних дел. Вламинку оставалось лишь надеяться, что он не помешает им осуществить задуманное.

Но пока важнее всего установить, где находится Вэлдон, и отыскать его прежде, чем это сделает Маккензи.

– Слушаю вас, – сказал бельгийский агент, зажав телефон плечом.

– Яд, который использовал убийца, действительно представляет собой нейротоксин, проникший в организм жертв через кожу. Путем простого прикосновения. Я предполагаю, что убийца наносит яд на перчатки и затем дотрагивается до кожи своих жертв.

Вламинк подошел к столу, чтобы делать пометки.

– Какой именно яд?

– Батрахотоксин.

– Ну и что это такое?

– Смертельный яд, в двести пятьдесят раз сильнее кураре, который собирают с кожи некоторых видов лягушек. В данном случае был применен нейротоксин лягушки кокои, phyllobates terribilis, [71]71
  Ужасный листолаз (лат.).


[Закрыть]если вам угодно. Эта малявка размером чуть больше трех сантиметров выделяет яд, которого хватит, чтобы убить десять тысяч мышей или десятка два человек. Достаточно просто прикоснуться к ней.

– А где эти лягушки обитают?

– Большая часть phyllobates живет в Южной Америке. Там их называют «лягушки для стрел», потому что охотники собирают их яд, чтобы смазывать стрелы. Они добывают яд по капле, держа лягушек над огнем, затем обмакивают в эту жидкость наконечники стрел. Имейте в виду, что убийца, по всей видимости, получает яд именно там.

– Почему?

– Лягушка не вырабатывает яд сама по себе. Я хочу сказать, нельзя, например, добывать яд, разводя phyllobates terribilis во Франции. Батрахотоксин содержится в насекомых, которыми лягушки-листолазы питаются в джунглях. Если поместить их в искусственную среду, они не будут выделять это вещество.

– Понятно.

– Данная разновидность лягушек обитает на западе Амазонии. Главным образом в Колумбии и Эквадоре. Не знаю, насколько это существенно…

83

– Все было бы куда проще, будь мы на задании, – вздохнул Кшиштоф, когда они выходили из большого здания.

Было позднее утро, и на улицах эквадорского города стояла удушающая жара. Солнце сверкало в голубом небе, омраченном лишь далеким дымом вулкана Сангай. Макас – тихий населенный пункт средних размеров, куда менее развитый, чем Кито, и еще не затронутый туризмом. Просторные прямые проспекты и низкие дома напоминали городок в США, разве что более красочный. Яркие, пестрые традиционные костюмы оживляли улицы.

Никто так и не смог объяснить им, как раздобыть полный список разрешений на строительство, выданных за последние годы правительством Морона-Сантьяго. Очевидно, централизованной базы данных здесь не существовало, а служащий мэрии Макаса принял их за умалишенных. Чтобы не привлекать внимания, они не стали настаивать.

– Это будет труднее, чем я думала, – вздохнула Ирис.

С озабоченным видом они направились к припаркованной неподалеку машине. От места, которое они ищут, их теперь отделяло не больше нескольких километров, но они опасались, что потеряют след и застрянут здесь. Так близко от цели и наверняка близко от брата Ирис.

В кармане у Ари завибрировал мобильный. Он взглянул на дисплей. Звонили из Франции. Здесь имя абонента не высвечивалось, но он без труда узнал номер Мари Линч. Он решил не отвечать и сунул телефон обратно в карман. Вообще-то не так уж он на нее и злился, но решил помучить ее еще пару дней.

– И что нам теперь делать? – спросил Кшиштоф. – Уверен, мы придумаем что-нибудь еще, кроме кадастровых книг и разрешений на застройку.

– Где-то здесь есть офис МФП, – предположил Маккензи. – Они скупили в эквадорских джунглях столько земли, что без филиала в этих краях им не обойтись.

– Да, здесь, в Макасе, есть их офис. Вот только как мы туда заявимся?

– А почему бы и нет? Можно ведь и сблефовать, – предложил поляк. – Спросим как ни в чем не бывало, где здесь центр «Summa Perfectionis»…

– Ну ты и конспиратор, – улыбнулся Ари. – Вполне возможно, что у всех служащих НФП есть наши фотографии с пометкой «Разыскиваются».

– Ну так завалимся к ним ночью! Хоть какое-то развлечение. А то я уже подыхаю со скуки!

Ари обернулся к Ирис:

– Почему бы и не рискнуть? Если во второй половине дня мы так ничего и не разузнаем на строительных предприятиях, ночью можем попытаться. Тряхнем стариной.

Они сели в машину, и в тот же миг телефон Ари снова завибрировал. Со вздохом он взглянул на дисплей. Ему пришло сообщение.

Срочно позвони. У меня есть новости. Отец умер.

Мари.

Маккензи вытаращил глаза:

– Проклятье!

Обеспокоенные друзья спросили:

– Что случилось?

Он ответил не сразу, обдумывая полученное сообщение. Что, если это ловушка? Ну нет, Мари на такое не способна. Бедняжка наверняка не лжет. И в таком случае это ужасная новость. Он не мог себе простить, что не ответил на первый звонок.

– Чарльз Линч умер, – произнес он наконец. – Очевидно, его дочери удалось что-то узнать.

Глубоко вдохнув, он набрал номер Мари. Молодая женщина ответила сразу. Как она ни старалась подавить рыдания, Ари понял, что она плачет.

– Мне… мне очень жаль, Мари.

– Спасибо, – пробормотала она.

– Как ты узнала?

– От одной… супружеской пары. Они позвонили. Жена… Каролина, так ее зовут. Они были с отцом в том Центре. Ну ты знаешь, в Центре «Summa Perfectionis»…

Потрясенная смертью отца, она говорила быстро и сбивчиво, глотая слова. Ари не решился ее перебить.

– Они сбежали. Я не все поняла. Кажется, они ранены. Но им удалось выбраться из Центра, где был отец. Похоже, их не выпускали. А папа погиб во время побега. Сейчас они в деревушке в Эквадоре, но папа умер… Ты где, Ари? Я знаю, что не в Монголии. Знаю, что тебе известно про ССЦ. Мне так жаль… Они звонили мне. Оскорбляли меня, подонки. Где ты?

Аналитик прочистил горло. Теперь лгать уже ни к чему.

– Я в Эквадоре, Мари.

– Но… Как это? Ты знал, что папа там?

– Узнал прямо перед отъездом.

Мари захлебывалась слезами.

– Не могу себе простить, что связалась с ССЦ, – повторила она. – Извини, что я тебя предала! Понимаешь, они меня шантажировали. Поэтому я и звоню. Хочу сообщить это тебе. А не им. Чтобы ты меня простил…

– Ты правильно поступила, Мари, спасибо. Скажи, а те люди, что звонили тебе из Эквадора, оставили телефон для связи?

Мари попыталась перевести дыхание. Не сразу она ответила:

– Да.