Текст книги "Молох (СИ)"
Автор книги: Анна Вальман
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)
Глава 27. Страх и ревность
Как известно, чтобы получить контроль за происходящим в сновидении, спящему достаточно лишь взглянуть во сне на свои ладони. Однако, сколько Саша не пыталась разглядеть себя, – этот кошмар не прекращался. Не было ни рук, ни тела, ни пространства, в котором она должна была находиться, проснувшись. Только холод. И тьма.
Часами она представляла, как встает и бредет по коридорам в кромешной тьме, где открыты или закрыты твои глаза – не имеет значения. Однако, еë тело так и осталось неподвижным, пребывая между сном и явью, сидящим на полу на скальном выступе у двери без ботинок. Пальцы на ногах закоченели, а нос был полон влаги. Но она не могла пошевелить ни фалангой.
Силы давно иссякли, а рассудок капитулировал, и кольцо с печаткой жгло карман как тридцать серебрянников.
Внезапно за дверью послышался скрип. Саша решила, что это плод ее воображения, когда скрип повторился вновь чуть громче и ближе: кто-то уверенно спускался по лестнице.
Дверь с размахом отворилась, и мрак пещеры прорезал резкий луч света, в котором на фоне скалистых сводов мелькнул сгорбленный от массивных плеч силуэт мужчины. С его одежды на пол капала кровь и ошметки оторванного рукава спускались с разодранного до мяса правого плеча. Ворот рубашки уцелел благодаря креплению нагрудника, который пересекали длинные глубокие царапины.
Захлопнув дверь и вновь погрузив глубины подвала во тьму, мужчина застыл над выступом, и Саша попыталась расствориться во мраке, не издавая даже звука дыхания.
– Ты что тут делаешь? – Прозвучал охрипший голос Анхеля.
Хватая воздух огромными глотками, Саша захлебнулась всхлипом. Она боялась, что он найдет ее. И при этом хотела, чтобы искал.
Он знает, что она все рассказала Гектору. За кольцо.
– Никогда… – Поскрежетал он через сжатые челюсти. – …Не делай так больше. Я думал ты погибла, когда не нашел тебя в спальне! Я осмотрел каждый труп на этой грёбаной дороге к воротам, думая каждую секунду, что это ты!! О чем ты думала?!
– Прости. Прости, пожалуйста. – Прошептала она, с трудом встав, глядя куда-то, где как ей казалось, он должен был стоять.
Ответом ей была тишина. Волоски на теле встали дыбом от ощущения того, что она становится предметом охоты. Ноты мужского пота, земли, мертвой крови и высеченной раскаленным ударом стали проникли в ее сознание через ноздри, собирая картину битвы, из которой он вышел победителем, чтобы оказаться здесь.
Прохладное дыхание достигло ее губ, и она выдохнула, смиряясь с любым наказанием, которое заслужила. Но, когда Анхель коснулся ее шеи рукой, она взрогнула от испуга.
– Вот как? – Эта усмешка в тишине резанула ее слух, заставив всю сжаться от страха. Мокрый от сукровицы палец очертил линию до плеча, с которого свисал неподходящий по размеру свитер. – Теперь боишься меня? – Спросил он, водя пальцем по ключице, рисуя каждую хрупкую косточку на ее дрожащем теле.
– Нет.
Вытянув озябшие руки вперед, она несмело коснулась ладонью ледяного металла, закрывавшего его грудь и горло. Когда-то белую рубашку покрывала мокрая грязь.
– Лгунья. – Анхель схватил ее за волосы, зарываясь пятерней в пряди на затылке. – Слышу, как ты боишься. Зачем ты лжешь?!
Губы его сжались в тонкую линию, которую он до боли прикусил зубами, желая вонзить их в нежную теплую плоть.
– Я боюсь. Боюсь… – Сквозь дрожь проговорила Саша. Пытаясь оттолкнуть его, она положила руки на его живот, оголенный из-за лохмотьями свисающей рубашки.
Ладони едва коснулись дорожки волос на животе, когда он рывком ослабил ремень и сунул девичью руку себе в трусы. Тонкие пальцы уперлись в согнутый в неудобном положении член, который Саша неуклюже направила вверх, расправив вдоль живота.
– Не знаю, алкоголь это делает со мной или кровь, но это ад. Боль! – Признался Анхель, управляя ее кистью в своем белье. – Пожар в яйцах. Я с ума схожу. Бойся, плачь, кричи, но хотя бы подрочи мне. Прошу… иначе я сдохну.
Анхель от удовольствия закрыл глаза и свободной рукой прижал Сашу щекой к своей груди.
– Ты весь в крови… – Саша настойчиво попыталась высвободиться, но его хватка оказалась железной. – Здесь есть подземное озеро, там можно искупаться.
– Веди. – Резким движением отстранив ее, он поднял хрупкое худое тельце на руки, и запнувшись, подхватил ботинки. Чертыхнувшись, спрыгнул с выступа, чуть не потеряв спадающие брюки. Саша босиком прошла пару поворотов, а за спиной у нее, бряцая ремнем, семенил, поддерживая штаны Анхель.
Сбросив одежду и со звоном упавший нагрудник, он вошел в воду и присел, чтобы полностью погрузиться в воду.
– Откуда вся эта вода? – Спросил Анхель, выходя из озера, покачивая возбужденным членом. От холодной воды кожа на его мошонке натянулась, и от Анхеля не укрылось то, как Саша, сидя на берегу, рассматривала его тело, покрытое струйками воды в отсветах одинокого факела.
– Из подземной реки. Она собирается здесь и потом течет дальше. Иногда, если прислушаться, у Ямы можно услышать плеск или шорох грунтовых вод. – Саша стыдливо отвернулась.
– А может, это не река шумит? – Ответил бесстрастно Анхель, приблизившись, следя за ее взглядом. – Я сбросил туда три тела… Спасибо, что показала, куда.
Саша застыла, представив, что кто-то из них мог быть еще жив.
– Дай руку. – Он поднес Сашино запястье под напряженный, обвитый венами ствол, вложив ноющие яйца ей в ладонь. – Возьми меня здесь. Перебирай пальцами… Взвесь в руке. У тебя такие маленькие ладони…
Широко расставив ноги, он встал рядом с камнем, на который она присела, и двумя руками зачесал ей волосы назад.
– Теперь открой рот.
Девушка замотала головой, стискивая губы, ее затошнило при одной мысли об этом.
– Саша. Мой член это часть меня. – Произнес он, когда она отвернулась. – Поцелуй его также как целовала мой рот. Просто закрой глаза.
– Мне нечем будет дышать. Я не смогу.
Он наклонился, положив большие пальцы ей на веки, заставляя все вокруг погрузиться в полную темноту. И на губах Саша ощутила влажный от его неистового желания поцелуй. Его требовательный язык коснулся зубов, приглашая приоткрыть рот. Пальцем погладив ее нижнюю губу, он забрался ей в рот, заставив ее принять толщину фаланги. Когда он выпрямился, тренируя ее рот рукой, она была готова. Толстая гладкая головка члена легла ей на зацелованные губы. Немного подержав палец меж зубов, он дал ей и себе привыкнуть к ощущениям. Когда конец ощутил движения ее мокрого языка, Анхель издал победный нетерпеливый стон, и мурашки пробежали по его ногам, а руки сжались. Глаза Саши непроизвольно распахнулись.
– Не бери его целиком, начни с малого. Обхвати губами головку и двигайся к основанию постепенно. – В нетерпении, Анхель взял в ладони девичье лицо, раскрывая большими пальцами послушный рот.
Глубже и глубже. Его орган был обрезан еще в детстве по всем правилам арабского мира, и от этого казался ей больше, вселяя тревогу об их физической совместимости. Взглянув на разомлевшего Анхеля своими огромными растерянными глазами, она окончательно сдалась и положила руки с двух сторон от его паха, позволив двигаться на себя бедрами. Ожидая боли и тошноты, Саша вся напряглась, но соитие было не похожим на то, что ей пришлось испытать раньше. С каждым движением ее лицо погружалось в интимный аромат его кожи и волос, и во власти его она подавалась вперед снова и снова, найдя свой темп и расслабив челюсть.
Когда он от истомы смежил веки и толкнул чуть сильнее, Саша закашлялась, чуть не подавившись горькой слюной. Сработал рефлекс, и она отпрянула.
– Пусть течет изо рта. Я хочу на это смотреть… – Севшим голосом прошептал парень.
Теперь она позволяла слюне стекать по нижней губе на пол, чтобы дышать в промежутках между глубокими толчками. Извращенно любуясь еë старанием из-под полуоткрытых век, Анхель придерживал ее за ушами, касаясь золотых прядей, опасаясь спугнуть момент. Саша с ответственностью отличницы полировала длину.
– Сожми в руке, да-а, вот так. Ты потрясающая, держи темп. Боже, я еле сдерживаюсь. – Его бедра слегка качались ей навстречу. – Сними свой свитер, я хочу кончить тебе на грудь. Я обожаю твою грудь.
Помогая ей избавиться от ненужного верха, он не удержался и, наклонившись, сжал окружности обеими руками, будто убеждаясь в реальности происходящего.
Еë губы были для него пыткой. Налитое словно наркотическим средством тело требовало разрушить этот нежный сладкий рот освобождающим насилием, но он изо всех сил сдерживал свои животные порывы, не вмешиваясь в ее хрупкий своей самостоятельностью минет.
– Чуть быстрее. Не сжимай так сильно. Я близко. – Парень, схватившись за основание, выхватил член из ее горла как из ножен и рукой довел себя до извержения. С напряжением глядя на нее из-под тяжелых век, Анхель покрыл ее белую кожу семенем как жемчужными каплями от ключицы до живота. "Здоровый аппетит", – вспомнил он слова Кардинала. От первой разрядки его юношеское желание только усилилось, и когда Саша разделась и вошла в прохладную воду, крупные мужские ладони принялись настойчиво мять ее тело, сжимая и оглаживая грудь, талию и ягодицы, Анхель попеременно шептал ей на ухо то нежности, то грубые комплименты, не отнимая рук, проникая пальцами во влажные отверстия ниже пояса. Она краснела и приглушенно смеялась, своей очаровательной улыбкой и припухшими губками доводя его до потери всякого стыда.
– Тут все мое, это мое и это мое… – водя подушечкой пальца меж женских ягодиц, он нащупал едва зажившую мышцу сфинктера. Им управляла ревность, нашептывающая, что гниющий в яме труп посмел взять то, что принадлежит Анхелю. И теперь он не понимал ее возражений.
– Не делай так. – Разволновалась Саша, убирая его руки, торопливо ретируясь на берег. – Я так не хочу.
– Но я хочу. – Отрезал он, следуя за ней. Он настиг ее у огромного камня, где местные набирали воду в ладони для умывания. Капли здесь с шумом падали с потолка с большой высоты, и при желании, закрыв глаза, этот звук можно было принять за настоящий дождь.
– Не двигайся, просто стой, я все сделаю сам. – Приказал он, прижимая девушку к широкому валуну щекой.
– Анхель, пожалуйста! – Саша попробовала покрутить задом, но от этого он только сильнее вцепился в нее, оставляя следы на белой коже, будто забыв о том, что он в разы сильнее ее. – Ты делаешь мне больно.
– Я еще ничего не сделал. Постой спокойно. – Нежного Анхеля будто подменили, и движения его стали резкими и жадными. Не обращая внимание на дрожащие ватные Сашины коленки, он схватился двумя руками за ее ягодицы. Макая палец в темно-розовое отверстие, собрал во рту слюну и, плюнув, растер ее, помогая себе проникающими движениями языка.
– Не надо! – Запаниковала Александра, когда он направил член ей в задницу, и она ощутила неприятное распирающее чувство.
– Бояться – это нормально, Саша. – Проговорил он, миллиметрами продвигаясь внутрь, надавливая пальцами. – Потерпи, сейчас будет приятно.
Саша заскулила от боли, и Анхель зажал ей рот рукой, ускоряя темп своих попыток и давление. Дерганные движения ее цепляющихся за голые камни рук, превратились в трепыхания.
Внезапно за спиной он уловил посторонний звук, но оглянуться не успел, почувствовав что-то острое меж лопаток.
– Отойди от нее, парень. Думаю, приятно ей уже не будет. – Прозвучал голос из темноты коридора.
Ощутив свободу, Саша присела на пол и отползла, прерывисто дыша. Анхель хотел повернуться, но острый предмет только сильнее толкнул его вперед. Это был заточенный кусок деревяшки. Пещера наполнилась запахом свежеструганной тисовой коры.
– Не делай резких движений, а не то Лёня может испугаться и ударить молотком по этой щепке. Вряд ли у тебя есть запасное сердце. – Мужчина подошел ближе и подал Саше свитер, лежащий на берегу. – Нам пришлось подождать пока вы закончите, чтобы ты снял нагрудник и отвлекся. Признаюсь, зрелище не для слабонервных.
Девушка поспешно оделась и стыдливо осталась в углу рядом с говорящим. Анхель мог только предположить, прислушиваясь сквозь шум воды, что нападавших было двое. Плотный сильно потеющий мужик и бесшумный мальчишка, тычущий колом Анхелю в спину.
– Я могу убить вас обоих и продолжить то, с чего начал. – Спокойно сказал Анхель, чувствуя в себе остатки древней крови. Но пыл страсти унес то ощущение могущества, которое делало его практически богом, оставив в голове туман и чувство легкого голода.
События, происходящие с Анхелем после того, как он принимал пищу от Кардинала, начинали спутываться в его голове спустя время. Теперь он был дезориентирован и совершил ошибку. Подпустил противника слишком близко к своей спине из-за шума воды. Дыхание выровнялось, и его кровь начала очищаться от того, что он принял, а следом за осознанием и трезвостью мысли пришли муки совести.
– Я так не думаю. – Ответил Ворчун. – Я думаю, ты ответишь на наши вопросы, и мы тебя отпустим. Но девушка останется с нами.
– Иди нахер! Я ее здесь не оставлю. Вы все уже трупы. – Взревел Анхель, разворачиваясь, не обращая внимание на оставленный щепкой глубокий порез поперек спины и предплечья. Деревяшка теперь смотрела ему под ребра. А он смог встретиться глазами со смельчаком, дерзнувшим на него напасть.
Мальчишка. Того же возраста, что Кардинал. Какая-то странность была в нем. В руках он держал деревянный клин и здоровенный резиновый молоток.
– Твой брат? – Кивнув на мелкого, спросил Сашу Анхель.
– Не трогай Лёню, я сделаю, что хочешь… – Перепугалась девушка, понимая, что мальчик не выстоит против убийцы, и весь этот разговор длится лишь до тех пор, пока Молох не утолит свое любопытство.
– Задавай свои вопросы, у нас мало времени. – Проговорил теряющий терпение Анхель.
– Почему нас не кормят сегодня? – Спросил, напряженный Ворчун.
– Не похоже, что ты мало кушаешь? – Усмехнувшись, ответил Анхель, намекая на большое пузо собеседника.
– О, боже, Генрих! – Воскликнула Саша, соединив в голове события дня. – Вчера он помог нам. А сегодня Гектор был на ферме и все об этом узнал. Наверное, они замучили его до смерти…
– Вас не кормят, потому что вы сами корм. Подземелье было задумано как запас провианта на случай войны. – Ответил Анхель сердито. – Кардинал поднимает из земли свою армию вампиров. И вас будут постепенно скармливать им, пока идет осада стены. Перед рассветом сюда придут за первой жертвой. И будут забирать по одному или по двое каждый день. А потом настанет черед фермы. И так, пока не кончится пища, если осада не кончится раньше.
– Почему ты не сказал? – Ошеломленно посмотрела на него Саша.
– А что бы это изменило? Я не обещал помочь всем. Я обещал помочь тебе! Поэтому мы уходим, я найду способ тебя спрятать. Вчера я говорил с Татарином. Побег с обрыва – это смерть для человека, но ты сможешь выжить, если тебя обратят… Я уже видел такое.
– Я остаюсь. – Просипела Саша, приблизившись к Ворчуну. – Уходи. Я с тобой не пойду.
– Не будь дурой!
– Не смей называть ее дурой! – Заскрежетал зубами мальчишка, врезаясь клином Анхелю в грудь.
Резким движением ладони, выбив из рук пацана деревяшку, Анхель занес руку, чтобы влепить ему пощечину, но застыл, видя злобный бесстрашный взгляд волчонка. Толкнув парня, он направился к берегу и, натянув трусы и брюки, схватился за ботинки.
– Сколько инфирматов в доме? – Не чувствуя страха, продолжал Ворчун.
– Вы что думаете, что сможете захватить дом? – Рассмеялся Анхель, накидывая нагрудник на голое тело. Защелки клацнули. – Единственная причина, по которой внутренняя армия вампиров не штурмует дом – это ядовитая кровь его хозяев. Избавитесь от инфирматов, и вас всех съедят в тот же вечер, вы даже не успеете перебраться за стену. Саша, идем.
– Я остаюсь… – Она робко спряталась за спиной у Ворчуна, потупив глаза.
– Ну, что ты хочешь услышать, – вспылил парень, – прости? Что я мудак. Я эгоист. Что я больше так не буду? Нет, буду. Потому что ты сводишь меня с ума. Я тебя хочу постоянно. Но со мной у тебя есть шанс выжить. И извини, если я не оставляю тебе выбора: жить со мной или умереть здесь. Здесь ничего нет, за что стоит ждать мучительной смерти! Они же живьем тебя разорвут, загонят и расчленят, пока твое сердце еще бьется, ты представляешь какая это нечеловеческая боль?
Саша побледнела, но не двинулась с места.
– Ты делаешь ей больно! Ты плохой!! – С кулаками кинулся на него Лëня. – Уходи! Уходи!
Анхель легко скрутил парня, но тот оцарапал его рукой, и, от резкой боли втянув ртом воздух, Анхелю пришлось перехватить мальчика за горло.
Саша с криком бросилась к ним, а Лëня трепыхаясь, заехал более высокому противнику по яйцам. Согнувшись пополам, обнаженный по пояс, в одном нагруднике, Анхель отбросил пацана на землю. Голова ребенка приземлилась в объятия перепуганной девушки, и его прижали к груди, которую пару минут назад Анхель ласкал и называл своей.
– Плохие! Плохие!! Закопали-закопали в лесу. Они их закопали в другом лесу… – Разнервничался Лëня, носом зарываясь в Сашины волосы на шее.
– Что ты сказал? – Опешил Анхель. Мальчишка не мог этого знать, если никогда не покидал подземелья. – Как ты узнал?
– Отстань от него, он ничего не сделает тебе. – Разозлилась Саша.
– Откуда он знает про лес и то, что в нем закопано? Я сам только сегодня узнал.
– Он всегда это говорит. У него аутизм. – Вступился за Лëню Ворчун. – Вставай, сынок. Нам нужно рассказать все остальным. Саша, ты с нами?
Александра помогла Лëне встать и взглянула на Анхеля.
– Ну не смотри так. Я не хотел его бить, он первый начал. – Брови Анхеля сложились домиком, когда он понял, что ему не хватает красноречия, чтобы убедить ее уйти. Тогда он неспеша приблизился, и протянул ей руку, глядя прямо в глаза, впервые за долгое время решив быть искренним и откровенным с кем-то.
– Я ревновал… – С трудом начал он. – Я тебя ревновал к мертвецу. Прости меня за это. Прости, что сделал тебе больно. Прости, что заставлял. Я сам не свой после еды: яйца зудят, и, когда смотрю на тебя, крышу рвет. Не знаю, чего хочу сильнее, жрать или трахаться. Ты мне нужна, и я без тебя не уйду. А здесь я приношу мало пользы. Поэтому идем со мной, пожалуйста.
– Мы должны помочь. – Ее глаза были готовы намокнуть, а голос срывался. – А если бы я осталась, что бы ты сделал?
Анхель тяжело выдохнул, опустив руку.
– Я бы… забаррикадировался в тоннеле…
Он взглянул на задумчивого Ворчуна, держащего руку на Лëнином плече.
– В пещере с Ямой есть родник, – пробубнил толстяк, – не очень чистый… но…
– Главное воздух, а там хороший приток снизу. – Анхель сурово посмотрел на Ворчуна. – Сколько сможете продержаться?
– Если будет запас еды… неделю.
– Тоннель нужно будет завалить.
– Как мы выберемся? – Растерянно спросил Ворчуна Лëня.
– Я вас откопаю. – Ответил за него Анхель. – Если буду жив.
– Изнутри мы заложим вход мешками с солью. Их легче убрать. Но где мы возьмем еду.
– И мы не можем оставить людей на ферме и в доме. – Произнесла Саша. – Когда они не найдут никого здесь, то пойдут туда.
– Боже, ты… просто… – Анхель заскрежетал зубами. – Просто невозможная! Я приведу людей с фермы. Спустим их по одному через отверстие, куда я спускал деревяшки. Но если кто-то откажется идти… Или побежит…
Анхель подняв ладони дал понять, что умывает руки. Однако, это был шанс, за который Саша готова была его расцеловать.
Она воодушевленно подхватила его за руку и потащила в сторону коридора.
– Я должна поговорить с Милой. Нам нужна вся еда, которую они смогут собрать!
– Не жди, что убедишь всех. И не говори, где и как вы спрячете людей. Скажешь в последний момент и только тем, кто согласен на побег. Иначе вас быстро найдут.
Анхель забрался на выступ и пропустил Сашу вперед себя. Небо за окнами в доме говорило, что у них в запасе всего несколько часов. А он еще не придумал, как провести людей с фермы к отверстию старого дота, минуя полчища безумно голодных вампиров. Все усложнялось еще и тем, что их надежно охраняли два инфирмата, а значит сегодня ему придется убить Уила.
Глава 28. Преданный друг
Недовольное лицо всегда помогало ему избежать лишних вопросов, поэтому из дома он выбрался легко. А, может быть, это багровый плащ внушал окружающим благоговейный трепет, но охранник на служебном входе без разговоров открыл перед ним дверь. И пока Саша с Милой придумывали под каким эстетическим предлогом собрать девушек по всему дому, он по тропинке от служебного входа вышагивал к ферме.
На спине под толстовкой у него ссаднил порез, оставленный деревянной палкой – ошибка новичка. Не желая повторить это снова, он весь обратился в слух, зная, что где-то в округе рыщет голодная стая хищных Ив.
На земле Анхель видел несколько следов разного размера женских туфель с толстым каблуком. Кто-то невидимый настойчиво кружил возле дома, заглядывал в окна, но следы вели от дома прочь, сообщая, что их обладательницы ушли несолоно хлебавши.
Озираясь по сторонам под капюшоном, парень прикидывал, как ему убедительно соврать дневным братьям и провести много людей через поле разнотравья, не привлекая внимание. На руку играло то, что охрана, которая еще не возвращалась в особняк с утра, была не в курсе его разоблачения.
Когда правда о нем стала известна всем, он, вопреки своим ожиданиям, вздохнул полной грудью. Словно каменная глыба лжи, которую он тащил на себе от самого турецкого побережья, упала на пол и разлетелась в пыль. Оказалось, что быть злодеем даже приятно. Тебе не нужно искать морально приемлемые оправдания своим желаниям. Убийце положено убивать.
Уже на подходах к ферме он увидел их. Шесть тонких фигурок, в синих сюртуках стоявших на крыше, неласково трепал порывистый ветер. Они шарили по кровле, крытой листами металла, выискивая слабые крепления, отгибая края голыми руками. Ведомые запахом и чутьем на тепло и сердцебиение, молодые вампиры, пытались пробраться внутрь в надежде добраться до скрытого под толщью металла и дерева фуршетом.
Они завидели Анхеля, но быстро поняли, что это не Кардинал пожаловал сюда собственной персоной.
– Добрый вечер, дамы. – Вежливо поздоровался он, приблизившись на безопасное расстояние. – Разве вы не должны быть в Ивовой роще прямо сейчас?
Двое начали неторопливо спускаться к нему, наверняка, желая проверить его съедобность. Остальные застыли, растерянно или заискивающе глядя.
– Мое имя Анхель Сари, я помощник Кардинала… И питаюсь такими как вы, если вы еще не слышали. – Он хищно улыбнулся. – Кстати, я голоден.
– Но нас здесь шестеро. А ты один. – Ответила одна из осмелевших женщин и спрыгнула на землю. Другие двинулись за ней, возможно, признав в ней лидера своей маленькой группы.
– На шестерых таких как я, вас костлявых было бы слишком мало. – Прорычал он и выдрал из валявшейся у забора сломанной корзины тонкую упругую лозу.
Резануа в воздухе хворостинкой, он вновь ощутил себя мальчишкой, который пас коров всего за сотню тысяч ливанских фунтов неподалеку от Вади Эль Ситта, куда его на лето однажды отправил Хуссейн. Он не расставался с хворостиной до самого октября, даже когда вернулся в Эль-Джудейду, родной район Бейрута, и среди поклонников Месси и фанатов Феррари чувствовал себя последним настоящим ковбоем, мастерски владея хлыстом.
Первая же нападавшая, получила розгой по векам и с криками повалилась в кусты. Наступив ей на голову ботинком, он развернулся к остальным:
– Я привык бить женщин только по заднице. Но если вам не нравятся мои принципы, у меня есть и другие.
Он наклонился, подняв визжащую даму, и, разорвав на ней синий китель, впился зубами ей под подбородком. Густая кровь текла плохо, женщина была голодна еще больше, чем он. И прикусывая ее горло в поисках лучшей вены, он сам не заметил, как хрустнула шея. Отбросив безвольное почти обезглавленное тело в кусты, не сводя глаз с врага, он двинулся к следующей. У той пропало желание идти вперед, зато Анхель уже почувствовал азарт битвы. Пересекая двор, он поднял с земли ком грязи и влепил его в лицо второй женщины, пока держал ее за горло. Та сломала ему коленную чашечку ударом ноги, но его восстановление после выпитой вампирской крови не уступало способностям ночных братьев. И когда ее обмякшее тело упало на пол, а подружки сбежали, он только слегка прихрамывал.
– Именем Кардинала откройте! – Постучал он в дверь. Там за толстым слоев дерева и металлоконструкций билось чье-то напуганное сердечко.
– Убирайся, у меня приказ Кардинала, никому не открывать до утра. – Ответил серьезный мужской голос.
– Мехти? Это Анхель. Открывай, у нас проблемы. Люди в подвале мертвы, не уследили. Мне нужен один человек для кормежки.
– Но у меня приказ. Никому не открывать. – Стоял на своем храбрившийся горец.
– Я знаю. Но я бы не поперся сюда, чтобы пошутить. Если не хочешь сам их потом кормить, то выпусти мне одного побыстрее.
– Сейчас. – Ответили из-за двери с неохотой, и ключ в замке провернулся. – Возьмешь раненого?
Когда дверь чуть приоткрылась, Анхель проскользнул внутрь и помог заложить вход деревянным засовом. Помимо замка, дубового засова и гвоздями забитых изнутри ставен с решетками, здесь была еще и внутренняя клетка.
– О, Анхель. Не ожидал тебя здесь увидеть, – удивленно ответил Уильям, неловко поерзав в кресле у камина с пледом на коленях. Часть комнаты была отделена сеткой рабицей прибитой прямо к полу и потолку. Металлическая дверная рама с решетчатой дверью была приварена к трубе батареи у стены. Примерно сорок мужчин и женщин сидели на полу в этом загоне, и две дамы у камина в ногах у Уильяма.
Анхель приподняв бровь, изучил выбор своего бывшего товарища, и пришел к тому, что моложе и красивее женщин на ферме просто уже не было.
– Ремень застегни. – Анхель подошел к клетке и скомандовал. – Всем встать и выстроиться в ряды.
– Постой. – Мехти подошел, открывая дверь клетки. – Тут один не жилец. Забери его.
Люди расступились и перед Анхелем открылась чудовищная картина: на багровом от крови одеяле лежал словно прошедший через человеческую мясорубку парень. Лицо его было синим и вдвое больше размером, чем той ночью, когда он встретил его впервые. Брови превратились в опухшие бугры, а вывернутые пальцы торчали в разные стороны. Рядом с ним, поглаживая голову, сидела пожилая женщина.
– А он не сдохнет? Мне еще и нести его? – Анхель с трудом отвел глаза, и, глядя на Мехти, сердито сказал. – Поищи, из чего можно сделать носилки.
Когда парень неспеша исчез в прихожей, намереваясь оторвать часть косяка и связать простыней, Анхель присел в кресле рядом с Уилом.
– Тебе идет твой новый статус. – Сказал он вполголоса. – Хочешь подняться выше? Новые возможности. И денег больше.
– Да, но деньги это не главное. – Смущенно проговорил Уил.
– Ты прав. Но не тогда, когда речь идет о больших деньгах. Действительно больших, Уил. Я могу порекомендовать тебя как друга.
– Это было бы здорово. Но я не слышал, что Кардинал еще кого-то ищет. Откровенно говоря, а как ты узнал, что ему нужен помощник? – Уильям заинтересовался, но сомнения не отпускали его.
– Скажем, у меня появились связи. Знаешь Иру? Да, она ко мне вчера заходила. Видимо, статус как-то по-особенному действует на женщин… – Анхель рассмеялся и ненадолго замолчал, глядя на размечтавшегося Уила. – В-общем, после ухода Игоря на это место метит Мехти. Но если он сегодня не справится, то вакансия снова открыта. – Анхель иронично ухмыльнулся, посматривая в коридор, за которым скрылся второй парень.
– Да как тут можно не справиться… – Уильям удивленно посмотрел на женщину у своих ног. – Сидишь-балдеешь…
– А если ты забалдел и уснул на посту, а люди сбежали?
– И куда им бежать?
– Здесь есть одно надежное место, подземный дот времен войны. У него выход на замке возле флигеля, помнишь решетку слева? Войти можно через яму между камнями, и никто про этот вход не знает. Я скажу, что ферма стала небезопасна, и ты в одиночку довел всех до укрытия. А Мехти пусть дальше балдеет.
– Хм. Муторно как-то, знаешь…
– Решайся. В среду на покере большие ставки. Я не думаю, что будет более удачный шанс. Если боишься, беру этого бровастого на себя. А людей поведем вместе. Спасенные должны знать своих героев в лицо.
Анхель встал с кресла, похлопав Уильяма по плечу, и направился во внутреннее помещение, чтобы удостовериться, что там никого не забыли.
Убогая душевая и туалет были пусты. Ряды двухярусных кроватей стояли по всей спальне, и парень быстро похватал одеяла, ворохом кинув их в коридор. Несмотря на бедность, место это все-таки было лучше, чем подвалы с их матрасами из соломы. Здесь было много мебели: стулья, столы, шкафы. На секунду Анхелю стало стыдно, что он до этого мнил себя благодетелем, чуть ли не меценатом, подарившим подземным жителям пару деревяшек.
– Эй Мехти. Посмотри, из этого получатся неплохие носилки! – Прокричал он, складывая руки в рупор.
Через минуту голова с кустистыми бровями пролезла в дверной проем и, недоуменно глядя на груду тряпок на полу, застыла в нерешительности.
– Чё… – Договорить он не успел.
Уложив парня со свернутой шеей на кровать, он подхватил одеяла, и плотно закрыв дверь за собой, вышел.
– Слушай, Анхель… – Неуверенно начал Уил, будто собираясь отказаться от этой затеи.
– Готово! А ты переживал. Идем, покажу дорогу, раздадим одеяла, мы же не звери.
– Да. – Ухмыльнулся Уильям. – Я хотел сказать… Ты преданный друг. Спасибо. Это мне очень нужно сейчас, особенно после ухода Итана.
Мальчишеская улыбка озарила его лицо, словно светлое будущее, и он бросился к дверям, чтобы отпереть клетку.
– Сломаем входную дверь, чтобы было понятно, почему они разбежались. – Анхель сдернул засов и ударом ноги выбил дверной язычок. – Вставайте все, выстройтесь по двое в длинную колонну. Вам нужно будет бежать. Кто знает, где находится дыра в подвалы, через которую…
– Я знаю… – Булькающим от крови голосом, заговорил избитый парень с пола. – За полем у леса, среди камней.
– Для тебя у меня плохая новость, приятель… – Мрачно ответил Анхель.
– Я думал, ты убьешь меня раньше. Знал, что она заговорит…
Из его рта полилась кровавая пена, и он закашлялся. Тем временем люди обеспокоенно разбирали одеяла и выстраивались в комнате в длинную змею.
– А что с ним? – Хмурясь, подошел Уил. – Тебе же нужно кем-то накормить бестий?
– Да. Вытащим его во двор и оставим там. Это даст нам время, чтобы уйти. Генрих, ты еще можешь громко кричать?
– Что вы задумали? – Женщина, которая ухаживала за раненым, взяла два одеяла и схватилась за парня мертвой хваткой. – Нельзя его здесь бросать. Его можно выходить! Мы будем поить его водой, она хорошо заживляет раны!
– Не думаю, что Кардинал и дальше будет обеспечивать лечебные свойства вашей воды. Он не заинтересован в вашем долгожительстве. – Отрезал Анхель.
