Текст книги "Весна возмездия (ЛП)"

Автор книги: Андреас Грубер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц)

Он взъерошил Фло волосы, окончательно испортив причёску, и приподнял ему воротник.

– Как-никак вы только что предавались бурным любовным утехам.

– Лишь бы Эвелин не пронюхала.

Ухмыляясь, Фло выскользнул в коридор и зашагал к лифту. Пуласки проводил его взглядом и затворил дверь.

Едва он принялся убирать кофейную чашку и пустую бутылку из-под колы, как зазвонил телефон. Наверняка Фло.

– Что-то ещё вспомнили? – отозвался он.

– Godverdomme, и ещё раз vervloekt! Это что вам в голову взбрело? – прорвался сквозь динамик голос с отчётливым голландским акцентом.

Пуласки опешил. Чёрт меня раздери.

– Снейдер? – изумлённо вырвалось у него.

Они познакомились в прошлом году на общем деле, протащившем их через Лейпциг и Дрезден аж до Польши.

– Чего вы мне звоните?

– У меня на столе ваш запрос, – сказал Снейдер.

– Вы что, в такое время ещё в BKA?

– А когда я не в BKA?

И то верно.

Пуласки живо представил профайлера: иглы для акупунктуры, торчащие из тыльной стороны ладони, тлеющий косяк в уголке рта, рядом – чайник с ванильным чаем, и так напролёт до утра.

– Зачем вы тратите наше время? Эти два дела не имеют между собой ровным счётом ничего общего, – рявкнул Снейдер. – Modus operandi, орудие, следы по делу доктора Алейны Аль-Рашид – всё совершенно иное, нежели в истории с дрезденским врачом.

– Я… знаю, – буркнул Пуласки. – И всё равно мне нужны материалы венской полиции.

– Зачем?

– Этого я вам сказать не могу.

В трубке послышался стрекот клавиатуры.

– В системе значится, что вы ушли в недельный отпуск, – констатировал Снейдер. – А ещё один запрос подсказывает, что ваш служебный мобильный сейчас находится в Вене. Где же вы, позвольте полюбопытствовать?

Старая лиса.

– В отеле «Рембрандт», – отозвался Пуласки и заторопился, пока собеседник не успел его перебить: – Мне нужны эти материалы! И как можно быстрее.

– Хочу ли я знать, о чём, собственно, речь?

– Нет, не хотите.

– Понял. Сделаю так, чтобы вы получили всё.

– Спасибо, я…

Но Снейдер уже положил трубку.

Этот голландец был словно корабль-призрак: внезапно выныривал из ниоткуда – и так же таинственно растворялся.

Пуласки не стал ломать над этим голову. Он повалился на кровать, поправил очки для чтения и снова углубился в материалы по делу об убийстве доктора Алейны Аль-Рашид.

Двумя днями ранее. Среда, 8 мая. День убийства

Как всегда в эту пору года, вскоре после пяти утра уличные фонари погасли, и жилой квартал на юге Вены утонул в сумеречной мгле под свинцово-серой полосой, протянувшейся над горизонтом.

Господи, какая жуткая ночь! – подумала Алейна.

По счастью, в частной клинике, где она работала, в отличие от прочих больниц, смена менялась уже в пять. Дежурство, правда, начиналось раньше, зато и домой она возвращалась раньше – и до рассвета успевала прихватить пару часов сна.

Сегодня же ей в виде исключения позволили уйти даже до конца смены – маленькая компенсация за бесчисленные переработки – и она отправилась с ночного дежурства прямиком домой. Поставив машину под навес, она пошла по выложенной плиткой дорожке к крыльцу. Сработал датчик движения, и лампа под козырьком озарила вход.

В этот час на улице не было ни души. Первые соседи выберутся из домов не раньше половины шестого. Не лаяла даже ни одна собака – лишь две кошки, мяукая, бродили по клумбам в её саду. Ещё недавно у неё был свой кот, но Синдбад умер в почтенном шестнадцатилетнем возрасте, и теперь соседские четвероногие осмелели и стали захаживать на участок.

Алейну пробрала дрожь. На траве лежала роса. Она отперла дверь и шагнула в прихожую.

Пока сигнализация отсчитывала свои девяносто секунд, Алейна сбросила пальто, скинула туфли, поставила сумочку на полку, обернулась и посмотрела в смутный полусвет наступающего утра. Этот дом, в тихом районе, в чудесном месте, был для неё словно подарком небес.

Она проследила взглядом за кошками, протиснувшимися сквозь живую изгородь и забор к соседям, и закрыла дверь. Дважды повернула ключ в замке – пять предохранительных штифтов с лязгом ушли в коробку. Затем набрала на дисплее шестизначный код. Не успел смолкнуть отсчёт, как она снова поставила сигнализацию под охрану.

Многолетний ритуал. До сих пор он, в сущности, ни разу не пригодился – лишь дважды она по рассеянности подняла ложную тревогу: однажды открыла окно, в другой раз – дверь на террасу, а система при этом была включена. Но мало ли. Шесть лет назад, после одной неудачной операции, ей пришлось выслушать весьма недвусмысленные угрозы расправой. И ещё её отец… Впрочем, тот, судя по всему, до сих пор так и не разузнал, где она живёт.

Может, и стоило бы перебраться из Вены – в Инсбрук, Клагенфурт или Грац, – думала она. – Но я люблю этот город не меньше, чем свою работу в здешней больнице. Да и пока ведь ничего страшного не случилось.

– Алекса, поставь что-нибудь из Аланис Мориссетт, – сказала она, выскользнув из юбки и блузки и швырнув их на диван.

– Хороший выбор, – отозвался женский голос колонки.

Сразу же грянули аплодисменты, а следом зазвучала акустическая гитара. Алекса выбрала старый альбом «MTV Unplugged».

Алейна прошла коридором из гостиной в ванную, сняла бельё, бросила на стиральную машину, расстегнула заколку и тряхнула длинными светлыми волосами. Света она зажигать не стала – лишь открыла горячую воду в просторной кабине. Стеклянные перегородки тут же запотели изнутри, пар повалил через верх к потолку, негромко загудел вентилятор.

Алейна разложила полотенце и шагнула под струю. В сумеречном свете, сочившемся сквозь потолочное окно, горячая вода побежала по затылку. По опыту она знала: ей понадобится минут пять, чтобы смыть с себя запах и привкус больницы, операционной – со всеми сопутствующими воспоминаниями.

За последние сутки она спасла двоих: прорыв аппендикса и раздавленный после автокатастрофы желудок. Оба сошли со стола благополучно. В довершение она удалила третьему пациенту жёлчный пузырь, разросшийся до двойных размеров.

Горячая вода стекала по телу, унося с собой всё разом. Скоро она закутается в махровый халат, наденет маску для сна, проспит до десяти, а потом позавтракает яичницей с ветчиной и апельсиновым соком. Ближе к полудню придёт уборщица.

За шумом воды Аланис Мориссетт почти не было слышно – тем более что дверь ванной захлопнулась сама собой. Неважно. Алейна прижалась лбом к прохладной плитке, замерла на мгновение, затем с закрытыми глазами нащупала гель для душа в держателе. Внезапно музыка зазвучала громче, и она физически ощутила, как басы отдаются в животе.

Странно.

Сквозь запотевшее стекло она посмотрела на дверь. Размыто, но различимо: дверь ванной снова стояла нараспашку. «Синдбад!» – едва не позвала она по привычке: её кот вечно толкал створку лапой. Но Синдбад уже месяц как был мёртв. Усыплён и похоронен в её же саду.

Она вытерла рукой воду с глаз и провела ладонью по стеклу. Дверь была распахнута настежь, музыка слышалась отчётливо, и взгляд её скользнул по коридору в ярко освещённую гостиную. Сердце заколотилось чаще.

Она как раз закручивала кран, собираясь выйти и посмотреть, что произошло, – и тут створка душевой кабины с грохотом отлетела в сторону и ударилась о стену.

С криком Алейна отшатнулась и инстинктивно вскинула руки.

Зубчатое лезвие пронзило ей ладонь и тут же рывком вернулось обратно. Кровь брызнула на стекло. Алейна вскрикнула снова – не столько от боли, которую ещё толком не успела почувствовать, сколько от ошеломительного, оторопелого недоумения. Она не верила собственным глазам: фигура в чёрной маске – здесь, в её ванной, в её доме, – наносившая ей удар за ударом.

Следующие удары посыпались быстро и беспощадно. В живот, в грудь, в предплечья. Алейна отступала, прикрывая руками тело. Едва не поскользнулась. Она схватилась за лейку душа, чтобы отбиться, – но в этот миг открыла бок, и клинок снова и снова вонзался в неё. Глубокие, острые проколы, как от иглы.

Теперь уже накатила и боль – со всей своей сокрушительной силой, – и Алейна в третий раз отчаянно вскрикнула. Голос её сорвался.

– Прошу, не надо!

Последний удар, что она ещё успела почувствовать, припечатал её голову к плитке. Нож вошёл сбоку в шею и рассёк сонную артерию.

Лейка выскользнула из руки.

Кровь хлынула в сливное отверстие.

Аплодисментов, грянувших в конце песни, она уже не услышала.

СПРАВКА ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

BKA (Bundeskriminalamt) – Федеральное ведомство уголовной полиции Германии, центральный орган криминальной полиции, координирующий расследования общегосударственного и международного значения. Аналог российского следственного управления федерального уровня.

Godverdomme (нидерл.) – крепкое голландское ругательство, букв. «будь проклят Богом»; эквивалент русскому «проклятье!», «чёрт побери!».

Vervloekt (нидерл.) – «проклятый», «треклятый»; усиливающее восклицание.

Modus operandi (лат.) – «способ действия»; криминалистический термин, обозначающий характерный почерк преступника: набор приёмов, последовательность шагов и особенности, по которым следствие опознаёт исполнителя.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ЧАСТЬ 2 ЗАЩИТА

ГЛАВА 13

Суббота, 11 мая

В начале десятого утра Пуласки вошёл в адвокатскую контору Эвелин. В гостинице он ограничился чашкой крепкого кофе, а затем добрался сюда пешком.

Саджид и Имран расположились в кафе напротив и оттуда не спускали глаз с подъезда. Похоже, звонок Эвелин Касему всё-таки возымел действие. Правда, в ближайшее время придётся изобретать новый предлог – визит к зубному дважды подряд не пройдёт.

Едва Пуласки переступил порог, Эвелин уставилась на него в немом изумлении.

– Если честно, – выговорила она наконец, – я ни разу не видела вас в костюме. Даже не подозревала, что вы способны такое носить. А ведь сидит потрясающе.

Пуласки одёрнул рукава и расправил плечи пиджака.

– С иголочки. Сегодня утром доставили экспрессом.

– В отель?

Он кивнул.

– Я и сам опешил, когда позвонили с ресепшена.

Эвелин уважительно поджала губы.

– И что за марка? Сидит как влитой. От кого подарок?

– Настоящий «Steenweg en Zonen» из Роттердама. Прислали из венского филиала.

Пуласки достал из внутреннего кармана сопроводительное письмо и протянул ей. За спиной слышался голос Фло: тот в очередной раз диктовал по телефону сотруднику компании, выпускающей кредитные карты, дату, время, сумму и номер чека, а потом что-то черкал в блокноте.

– «Не сдавайтесь и раскройте дело», – прочла Эвелин и подняла на него глаза. – А кто такой MSS?

– Коллега из БКА в Висбадене. В прошлом году мы вместе вели одно дело. Он обещал прислать костюм – видимо, только сейчас вспомнил.

– Странные у вас друзья.

– И не говорите.

– Кстати, насчёт БКА! – окликнул их Фло. Он закончил разговор и подошёл к ним. – Сработало?

Пуласки в двух словах объяснил Эвелин, чем они занимались вчера допоздна у него в номере.

– А сегодня утром мне уже пришло подтверждение на мобильный: запрос передан в венское отделение. – Уголки его губ дрогнули в улыбке. – Причём с пометкой «Срочно!».

Эвелин удовлетворённо кивнула и пригласила их в переговорную, где уже были приготовлены кофе и сэндвичи.

Они расселись и принялись за угощение. Пуласки рассказал, что́ его насторожило при изучении материалов.

– Как преступник попал внутрь? По заключению криминалистов, в момент убийства сигнализация была включена.

– Может, кто-то из знакомых Алейны Аль-Рашид уже находился в доме? – предположила Эвелин.

– Но кто? Ни друзей, ни родственников в Вене у неё не было, – возразил Пуласки. – Судя по делу, она вела крайне замкнутый образ жизни. К тому же сигнализацию отключили примерно через час после убийства – скорее всего, когда преступник уходил.

Эвелин нахмурилась.

– А разве так и было?

Пуласки кивнул.

– В протоколе значится следующее. Когда уборщица пришла около полудня, она, как обычно, позвонила в дверь, но никто не открыл. Поскольку замок был не заперт, она вошла, решив, что хозяйка всё-таки дома, и принялась за работу. Пока наконец не добралась до ванной – и не обнаружила тело.

Эвелин снова кивнула – теперь, кажется, поняв, к чему он клонит.

– Откуда у убийцы код? И что он битый час делал в доме после убийства? Полиция ведь наверняка обыскала виллу. Что-нибудь пропало?

– Ничего. – Пуласки покачал головой. – Только материалов у нас пока слишком мало, чтобы составить полную картину.

Он порылся в папке, выудил мобильный номер Драйер и, не раздумывая, набрал её. Та ответила сразу.

– Слушаю.

– Это старший комиссар Вальтер Пуласки, ЛКА Дрездена. Вы получили?..

– Да, запрос мы уже получили. Спасибо за звонок. Мой коллега как раз собирает для вас материалы.

Отлично! Правда, весь этот фарс полетит в тартарары, стоит им столкнуться лицом к лицу: Драйер мгновенно узнает его – ведь она уже видела Пуласки в обществе Эвелин в следственном изоляторе. Значит, встречи следовало избежать любой ценой.

– А прислать данные вы не могли бы?

– Прислать? – переспросила Драйер. – Ваш коллега из Висбадена написал, что вы планируете командировку в Вену и уже на месте.

Вот же дерьмо! Пуласки сквозь зубы проглотил ругательство.

– И всё-таки – нельзя ли?..

– Это немецкое дело об убийстве нам очень интересно, но сейчас у нас тут запарка. Перезвоню, когда сможем встретиться. – И повесила трубку.

Вот и поговорили. Пуласки опустил телефон. Эвелин, всё слышавшая, наклонилась к нему.

– Как-нибудь выкрутимся. Не переживайте. В крайнем случае на встречу отправим Имрана и Саджида.

Пуласки нахмурился – и тут она ухмыльнулась.

– Шутка! – рассмеялась она.

Очень смешно.

– Кстати! – внезапно воскликнул Фло. – Вы ни за что не угадаете, кто такой Саджид на самом деле…

– Усама бен Ладен? – Эвелин смахнула с уголка глаза слезинку и с любопытством посмотрела на него.

– Сын Камаля Касема. – И Фло пересказал то, что успел разузнать.

– Сын и доверенное лицо… – Пуласки задумчиво покрутил остатки кофе на дне чашки. – Сдаётся мне, он приставил их к вам вовсе не ради охраны – для этого сгодились бы и обычные телохранители. Скорее он попросту хочет помешать вам нарыть что-нибудь компрометирующее о семье. А для такого дела, понятное дело, нужны и деликатность, и преданность.

Эвелин снова посерьёзнела.

– Но что нам это даёт? В лучшем случае – понимание, что пора срочно копнуть семейные дела поглубже.

– Быстрее всего – поговорить с коллегами Алейны по больнице, – рассудил Пуласки. – Свидетели нам всё равно нужны: кто-то должен подтвердить, о чём Килиан и Алейна разговаривали в палате.

Он поднялся.

– Пока Саджид и Имран сосредоточены на вас, я этим займусь.

– А как же ваша больничная фобия? – спросила Эвелин.

– Уже держу в узде.

– Прекрасно, спасибо. – Эвелин кивнула. – А я тем временем – видимо, под конвоем Имрана – ещё раз поговорю с Килианом. Есть к нему пара вопросов, которые надо прояснить.

Фло тоже встал.

– А я с Саджидом по очереди возьму в оборот посетителей ресторана. Всего нашли восемь человек. Кто-нибудь да вспомнит Нимайера.

– Звучит как план, – сказал Пуласки. – Кстати, ваши две тени сидят в кафе прямо напротив.

Эвелин вложила ему в ладонь запасной ключ от конторы.

– Тогда вам лучше выйти последним. Ватку в уши не желаете?

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 14

Эвелин сидела в скудно обставленной – стол да три стула – комнате для свиданий следственного изолятора «Йозефштадт» и ждала Килиана. На этот раз с ней пришёл Имраан – в роли «коллеги по цеху» и «семейного адвоката» клана Аль-Касем. Перед входом она вдолбила ему: на досмотре – рот на замок. И они прошли без сучка без задоринки.

Сейчас Имраан молча сидел рядом, оседлав стул задом наперёд и положив руки на спинку. На нём были тёмные джинсы и белая льняная футболка с короткими рукавами, открывавшая внушительно мускулистые, сплошь в татуировках предплечья. Наконец надзиратель ввёл в комнату Килиана.

Эвелин поднялась.

– Добрый день, как вы себя… – начала было она, но фраза застряла у неё в горле.

У Килиана был подбит глаз, рассечённая губа распухла. Морщась от боли, он опустился на стул.

– Господи, что с вами? – вырвалось у неё.

Однако она нарочно подождала, пока надзиратель не вышел, и лишь тогда понизила голос:

– Кто это сделал?

Килиан осторожно ощупал губу.

– А, вы об этом? Да никто, я просто…

– …поскользнулись в душе?

– …упал с лестницы.

Эвелин снова села и пристально посмотрела на него.

– Скажите мне правду. Просто правду.

– Всё нормально, я споткнулся. Честное слово.

Она пододвинулась ближе и заметила, что досталось даже его очкам.

– Господин Килиан, мы оба понимаем, что это не так. Я могу попытаться перевести вас в другое учреждение или…

Он поднял руки.

– Нет, всё в порядке! Я держу ситуацию под контролем.

Эвелин искоса взглянула на Имраана.

– Это были люди Касема? – отрывисто спросила она.

Имраан удивлённо приподнял бровь.

– Нет, не наши, – заявил он. – Наши бы били так, чтобы следов не осталось.

– Правда, со мной всё хорошо, – упорствовал Килиан.

Но и без синяков он выглядел заметно хуже, чем накануне: измотанный, с тревожно тёмными кругами под глазами. Тоже дурной знак. А ведь это лишь начало. По всему, что Эвелин знала о таких местах, ближайшие дни за решёткой будут для него ещё тяжелее.

– Хорошо, как угодно – ваше дело. – Она глубоко вздохнула. – Если захотите поговорить со мной, можете звонить в любое время. Сотрудники не вправе отказать вам в звонке.

– Вам уже удалось чего-то добиться? – хрипло спросил Килиан.

– Пока рано говорить о чём-то определённом, – ответила она.

Килиан с недоверием покосился на её спутника.

– Это Имраан, – кратко пояснила она. – Он знал убитую и помогает мне в расследовании.

Дальнейших пояснений Эвелин давать не стала и сразу сменила тему:

– На мой взгляд, ваш рассказ о встрече с Нимайером в стейк-хаусе звучит правдоподобно. Мы как раз ищем доказательства.

– Я слышу некое «но»? – скептически уточнил он.

– Верно. – Она кивнула. – Но… нам придётся ещё раз поговорить о вашем визите в больницу и ссоре с доктором Аль-Рашид.

Килиан испытующе посмотрел на неё. Похоже, он чувствовал её сомнения – всю ли правду он тогда выложил.

– Всё было именно так, как я вам вчера рассказывал.

Прежде чем он успел в очередной раз раскрутить ту же плёнку, Эвелин его остановила:

– Расскажите всё ещё раз, но теперь – от конца к началу. Как фильм, который прокручивают задом наперёд.

Он удивлённо уставился на неё.

– Что-что? Вы меня разыгрываете?

Не успел Килиан договорить, как Имраан подался вперёд через спинку стула, перехватил его запястье и рванул к себе через стол.

– Ты слышал, что сказала адвокат. Вот и открывай рот!

– Имраан! – вскрикнула Эвелин. – Вы с ума сошли? Чёрт возьми, отпустите его!

Имраан всё ещё стискивал его руку; Килиан растерянно ловил ртом воздух и пытался высвободиться.

– Сейчас же! – рявкнула Эвелин, и пальцы Имраана разжались.

На коже Килиана остались красные следы.

– Ещё одна такая выходка – и будете ждать за дверью, ясно? Или я попрошу самого Касема вас отсюда убрать. Не знаю, как такое сходит с рук в Эр-Рияде, но здесь, в Австрии, это недопустимо. – Она повернулась к Килиану. – Простите. Прошу вас, рассказывайте.

Килиан потёр ноющее запястье, глубоко вдохнул и начал: как вылетел из больницы, как поссорился с Алейной Аль-Рашид, как до этого они говорили словно на разных языках, не понимая друг друга, а ещё раньше беседовали вполне мирно, и как с самого начала пришёл туда с единственным намерением – узнать что-то о Нимайере и операции жены.

Эвелин внимательно слушала, не сводя с него глаз. Килиан перевёл взгляд с Имраана на неё и обратно.

– И, позвольте узнать, к чему всё это было?

– Рассказывать историю задом наперёд довольно мучительно, – пояснила она. – То, что человек действительно пережил, легче изложить в обратном порядке. А вот придуманное – куда труднее.

– Значит, вы думаете, я солгал? – заключил он, явно задетый.

– Я должна была проверить, – признала она.

– И теперь верите?

– Неважно, верю я или нет. Меня интересует доказательная база. Я ваш адвокат, я вас защищаю и сделаю всё, что в моих силах, чтобы вытащить вас отсюда. Законными средствами – а если потребуется… – она понизила голос, – …и не вполне законными.

Килиан, судя по всему, всё ещё злился.

– Тогда зачем со мной так?

– Мне нужно было понять, насколько вы убедительны – на случай, если дело дойдёт до суда, – вздохнула она. – И сумеете ли убедить присяжных, когда прокурор устроит вам перекрёстный допрос.

– Ладно, я понимаю: вам вовсе не обязательно верить в мою невиновность. Но мне важно, чтобы вы всё-таки верили. – Он посмотрел на Эвелин почти умоляюще. – Вы мне верите?

После долгих колебаний она наконец решилась. Килиан прошёл проверку.

– Да. Верю.

– Спасибо. – Он с облегчением опустил плечи. – Хоть одна верит.

– Только пока вам это не очень-то поможет – в вашем деле слишком многое неясно, – призналась она. – На месте преступления нашли не только ваши отпечатки, но и вашу ДНК.

– Чёрт! – выругался Килиан и побледнел. Нервно поправил очки. – Как это вообще возможно?

– Может быть, у вас была… связь с Алейной?

– Что? Нет!

– Вы когда-нибудь бывали – пусть однажды – в доме доктора Аль-Рашид?

– Нет.

– В гостях, на чашке кофе?

– Нет.

– Может, тайком? Я вас не упрекаю. Вы туда когда-нибудь забирались? Мне необходимо это знать.

– Нет, чёрт возьми! Я даже не знаю, где она жила.

– Но письмо с извинениями вы ей всё же написали, – напомнила Эвелин.

– Да, но в больницу.

– Ладно. – Она глубоко вздохнула. – И как, по-вашему, профессор Нимайер мог раздобыть вашу ДНК?

– Если бы я знал, давно бы сказал, – отчаянно вырвалось у Килиана. Он покосился на Имраана. – Отправьте его к Нимайеру. Уж он наверняка выяснит.

– Конечно, выяснит, а потом этими выбитыми под угрозой сведениями мы сможем разве что подтереться, – цинично парировала Эвелин.

Имраан подался вперёд.

– У тебя дома было ограбление?

– Нет.

– Кто-то мог сделать дубликат вашего ключа от дома? – переспросила Эвелин.

– Каким образом? Я всегда ношу связку при… Стоп. – Килиан выпрямился. – За неделю до убийства я отдавал машину – в ремонт.

– Где?

– В автосервисе «Рубен и сыновья»… а связка лежала на центральной консоли.

– А вы в это время где были?

– Через две улицы, в забегаловке. Встречался с ведущей утреннего радиошоу – обсуждали детали предстоящего прямого эф…

Эвелин вскочила и схватила со спинки стула пиджак.

– Я сейчас вернусь.

Килиан ошалело посмотрел ей вслед, потом перевёл взгляд на Имраана.

– Ладно, только заберите своего монстра с собой.

Эвелин коротко кивнула спутнику:

– За мной!

Имраан недовольно поднялся и вышел следом. Едва они миновали полицейского у двери, он понизил голос:

– Слишком жёстко?

– Нет, Имраан. В самый раз.

Эвелин довольно улыбнулась. Кое-что она всё-таки выудила. Услышав фамилию Касем, Килиан даже не переспросил, кто это.

Значит, либо ему известна настоящая фамилия Алейны Аль-Рашид, либо он лично знаком с Камалем Касемом.

Десятью минутами позже они стояли в подвале изолятора, в камере хранения вещественных доказательств. Эвелин предъявила сотруднице удостоверение и заполнила формуляр.

Та выдала из депо пластиковый бокс с вещами, которые были при Килиане в момент ареста.

– Ничего не вынимать, ничего не подкладывать, – предупредила женщина. – Потом я всё проверю.

– Разумеется, – пробормотала Эвелин.

В приложенной описи всё было аккуратно перечислено: брюки, ремень, рубашка, обувь, бумажник, наручные часы, украшения, связка ключей, а ещё серый пиджак с переливающимися перламутровыми пуговицами – тот самый, в котором Килиан был в студии звукозаписи.

Одной из этих заметных пуговиц, как теперь увидела Эвелин, не хватало. На её месте красовалась похожая, но пришитая ниткой другого оттенка.

В нише она разложила всё на жестяном столе и придвинула лампу. Наконец протянула Имраану ключи:

– Что скажете?

Тот поднёс их к свету, повертел и вернул.

– Иногда я не понимаю, к чему ты клонишь.

Вместо ответа Эвелин поскребла ногтем по бороздкам ключа от входной двери и принюхалась.

– Жирный.

Имраан быстро огляделся – не следит ли кто, – приподнял штанину и достал тонкий складной нож с рукояткой из чёрной керамики. Щелчок кнопки – и сбоку выскочило лезвие.

Эвелин приподняла бровь.

– У вас крепкие нервы – пронести нож в изолятор! Прогнали бы нас через сканер…

– А с чего бы? – ухмыльнулся Имраан. – Я же семейный адвокат и твой коллега.

Он поскрёб кончиком клинка в бородке ключа и выудил крохотную серую крошку.

– Похоже, кто-то окунал его в воск.

Или в пластилин, – подумала Эвелин.

– Не «кто-то», а профессор Герт Нимайер. – Она огляделась и понизила голос: – Прилепите крошку обратно на ключ и уложите всё в коробку.

Пока Имраан выполнял распоряжение и снова прятал нож, Эвелин гадала: почему такой гений, как Нимайер, не очистил ключ до конца спиртовым раствором? Из-за нехватки времени?

Она взяла собранный бокс и протянула его сотруднице через окошко в стеклянной перегородке.

– Спасибо. Мне нужно ещё раз поговорить с подзащитным.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 15

С раннего утра Фло и Саджид были на ногах – обходили всех, кто в тот злополучный понедельник вечером сидел в стейк-ресторане. Будь Фло один, он управился бы со всем на своём мотоцикле, но спутник уговорил его взять такси.

– Платит мой отец, – лаконично бросил Саджид.

Фло захватил с собой рюкзак с ноутбуком, и теперь, трясясь в такси, они выискивали адреса с телефонами, прокладывали разумный маршрут и заранее обзванивали тех, к кому собирались наведаться.

Одного нашли дома, двоих – у друзей, ещё одного – в офисе, последнего – в магазине. Но результат всякий раз оказывался одним и тем же: Мартина Килиана, сидевшего лицом к залу, большинство помнило. Молодая женщина, слушавшая его подкаст, даже узнала, но не решилась попросить автограф, – на что Саджид пробурчал себе под нос:

– И зря, между прочим.

А вот Герта Нимайера не помнил никто.

– Можете описать человека, который сидел напротив? – спрашивал Фло каждый раз, показывая фотографию Килиана.

– Нет, не точно.

– Это была женщина?

– Нет, вряд ли.

– Мужчина?

– Да, пожалуй.

– Высокий или низкий? Полный или худощавый? Старый или молодой? Лысый или с волосами? Во что одет? Какого цвета волосы?

В ответ – неизменное пожатие плечами. Одна молодая женщина выразила общую мысль лучше всех:

– В ресторане было темно, а тот столик стоял в нише.

Фло старался обходиться без наводящих вопросов, чтобы получать честные ответы. И фотографию Нимайера всегда приберегал на самый конец. Но и тут реакция была одна – неуверенное покачивание головой.

После разговора с пятым человеком из списка – продавщицей сувенирной лавки – они растерянно остановились в центре Вены, неподалёку от собора Святого Стефана, и проводили взглядом фиакр, неспешно проплывший мимо.

Просто с ума сойти. Никто не мог однозначно опознать Нимайера. В отчаянии Фло уставился на изрядно потрёпанный список – там оставалось всего три имени.

– Это всё впустую.

Саджид смахнул пот с шеи. Сегодня снова стояла непривычная жара.

– Хочешь бросить?

– А не лучше ли поручить это полиции? У них наверняка методы допроса посерьёзнее наших.

Саджид решительно покачал головой.

– Повторный опрос ничего не даст. Наши органы чувств подводят, а память полна искажений. Чем чаще человека расспрашивают об одном и том же, тем больше он достраивает выдуманного.

– Ладно, Эйнштейн, – буркнул Фло. – Тогда полицейские спецы по допросам – как раз то, что нужно.

Саджид снова мотнул головой.

– Нет. Гости уже знают, о чём речь, и тут же сработает пресловутый эффект подражания… никому не хочется признать, что он видел меньше остальных. – Саджид прищурился. – Если уж при первом опросе ничего путного не вытянуть, позже не вытянет никто.

– То есть ты хочешь продолжать?

Саджид кивнул:

– А что ещё остаётся?

Фло с сомнением посмотрел на список. Принесёт ли разговор с одним из тех троих хоть что-то по-настоящему ценное? А если нет?

– Нам нужен кто-то с детективной хваткой и опытом, – произнёс он вслух. – Тот, кто разыщет остальных гостей, чьих имён мы пока не знаем, и расспросит их за нас.

– Но кого? – Саджид беспомощно взглянул на товарища. – И как?

Пуласки! – мелькнуло у Фло в голове.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 16

После вылазки в комнату вещественных доказательств Эвелин и Имраан снова сидели напротив Килиана.

– Могу я узнать, куда вы так внезапно исчезли? – поинтересовался он.

Эвелин пропустила вопрос мимо ушей.

– Вы живёте в таунхаусе, верно?

Дождавшись кивка, она продолжила:

– Теоретически Нимайер мог за вами следить – незаметно проводить до автосервиса, сесть в вашу машину и снять оттиск с ключа от дома. Выяснил, где вы живёте, заказал дубликат… и бинго!

– Бинго? – растерянно переспросил Килиан.

– Нимайер побывал у вас дома, – уточнила Эвелин, – и раздобыл там вашу ДНК.

Килиан задумчиво уставился в пустоту.

– После того как я забрал машину из мастерской, я поехал на пресс-мероприятие в Санкт-Пёльтен.

– Шестьдесят километров к западу от Вены, – пояснила Эвелин, повернувшись к Имраану.

– Домой я вернулся поздно, – продолжал Килиан. – На въезде во двор меня перехватила соседка и рассказала, что ближе к вечеру заметила какого-то бродягу, рывшегося в моих мусорных баках.

– Вы сообщили в полицию?

– Из-за такого пустяка? – вырвалось у Килиана. – Разумеется, нет.

– Вот так Нимайер и мог разжиться платками с вашей ДНК.

– А как он подбросил мои отпечатки на место преступления?

– Этого мы пока не знаем, – призналась Эвелин. – Из дома у вас ничего не пропадало?

Килиан снова погрузился в размышления, и наконец его взгляд прояснился.

– Да, чёрт возьми. – Он поднял глаза. – На следующее утро я не смог найти свою расчёску. Подумал, что куда-то её задевал, и до этой самой минуты успел снова о ней забыть. О боже! – Он побагровел от ярости, осознав связь. – Подлый ублюдок!

– Успокойтесь. Нет смысла себя накручивать, – мягко осадила его Эвелин. – Как зовут вашу соседку?

Килиан назвал имя, и Эвелин многозначительно переглянулась с Имрааном. Они нанесут даме визит и выяснят, что именно она видела.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 17

Сначала Пуласки осмотрел квартал, в котором жила Алейна, а затем поехал в больницу.

Теперь он стоял перед клиникой Бормана внимательно её осматривая, по фасаду – от колонн до причудливой лепнины под самой крышей. Пятиэтажное здание, охраняемое как памятник архитектуры, помнило ещё австро-венгерскую монархию и напоминало те парадные особняки, что выстроились вдоль венской Рингштрассе.

Согласно мраморной доске у входа, в годы нацизма здесь располагалась тюрьма гестапо, после Второй мировой – детская психиатрическая клиника, а потом дом целое десятилетие простоял пустым. Двадцать пять лет назад его наконец переоборудовали в больницу, а девятнадцать лет назад она стала частной.