Текст книги "Весна возмездия (ЛП)"

Автор книги: Андреас Грубер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

– Почему они не съехали вправо?

– На том участке не было аварийной полосы.

– А дальше?

– Потом был съезд к зоне отдыха. Они свернули.

– А ты?

– Я поехал дальше на своём грузовике. Остальное услышал потом в новостях.

– Спасибо, что пришёл, Даффи. Удачной дороги и счастливого пути.

– Ага, спасибо, мужик.

– Следующая у нас в гостях Ингрид. В тот день она была на придорожном комплексе Мондзее в Верхней Австрии, в тридцати пяти километрах от немецкой границы. Здравствуйте, Ингрид. Что вы там делали?

– Здравствуй, Мартин. Я ехала с детьми. Мы хотели навестить мою мать, и – ну, как это бывает в дальней дороге, – сначала младшему срочно понадобилось в туалет, потом старшему, потом опять младшему… будто дети заранее договариваются, как бы получше свести маму с ума.

– Но настоящее безумие произошло уже на стоянке в Мондзее, верно?

– Да. Я вела мальчишек за руки через парковку к нашей машине, когда на нас стал двигаться легковой автомобиль. Он уже ехал странно – медленно, зигзагами, – а потом внутри вдруг вспыхнул огонь. Всё выглядело совершенно нереально… как в боевике.

– Что вы сделали?

– Я крепче схватила мальчиков и увела их с парковки на траву. Мы спрятались за мусорным контейнером. Я ведь не знала, взорвётся машина или нет.

– Вы вызвали скорую или пожарных?

– Нет, честно говоря, я просто оцепенела. И мне надо было удерживать мальчишек, потому что они хотели бежать к машине… то есть не к моей, а к той, горящей. Многие посетители уже тоже заметили автомобиль. Одни снимали его на телефон, другие кому-то звонили.

– Что произошло потом?

– Опустились окна, но от этого стало только хуже: пламя взметнулось с новой силой. Капот тоже горел. Машина замедлилась, покатилась по инерции и остановилась, дверь открылась. Один выпрыгнул из горящего салона ещё на ходу. Второй остался внутри. Я видела, как он боролся с ремнём безопасности. Это был ад.

– Кто-нибудь пытался помочь?

– Нет. Люди просто стояли, панически кричали и смотрели, как эти двое сгорают.

– Правда?

– Да. Но ведь никто не знал, можно ли вообще приближаться к машине. В конце концов я отвернулась и закрыла детям глаза.

– А потом?

– Потом наконец какой-то водитель грузовика побежал через парковку с огнетушителем. Это было ужасно… особенно запах. Я его никогда не забуду.

– Что было дальше? Вы всё-таки благополучно добрались до вашей матери?

– Да, с большим опозданием. У меня ещё несколько часов спустя тряслись руки и колени. Это был ад… бедные люди.

– Спасибо, Ингрид. Надеюсь, вы все оправитесь от этого шока. Следующим у меня в гостях автомеханик. Причём мой собственный – он уже много лет присматривает за моей старой развалюхой. Привет, Ахим.

– Привет, Мартин.

– Ахим, ты, конечно, знаешь, о какой марке автомобиля шла речь в этом трагическом происшествии, но в подкасте мы её называть не будем. В конце концов, мы не хотим вызвать ни массовую панику, ни кампанию по отзыву машин. Кому интересно, тот может погуглить подробности.

Но сразу скажу: речь здесь не об аварии и не о технической неисправности… а о подлом убийстве. Так что без паники, если вы сейчас едете в собственной машине.

– Да, верно. Судя по отчёту, который ты мне прислал, несчастным случаем это быть не могло.

– Именно, Ахим. Можешь объяснить нам, что привело к пожару?

– Утечка в системе кондиционирования.

– А обычно из-за чего она возникает?

– Либо шланг перегрызает куница, либо дело в дефекте материала – когда шланги или резервуар растрескиваются. Ну или кто-то помогает этому случиться.

– Как в данном случае. И такая утечка опасна?

– Сама по себе – не особенно. Всё зависит от того, чем охлаждается машина. Этот производитель использует хладагент тетрафторпропен. Вещество легко воспламеняется, и, если оно выходит наружу, может загореться от горячего блока двигателя.

– Но это ещё не самое опасное, верно? Что ещё может сделать этот тетрафлу… ну, ты понял, о чём я… если он, например, попадёт в салон?

– Об этом тебе лучше поговорить с химиком.

– Спасибо, дорогой Ахим, и это как раз тот самый переход, который нам нужен: на сегодняшний выпуск я пригласил ещё и химика. Добро пожаловать, господин доктор Вечорек.

– Спасибо за приглашение, господин Килиан.

– Вы слышали: что делает выходящий наружу тетрафлуо…?

– Тетрафторпропен, также известный как R1234yf, сам по себе уже ядовит, а при горении образуются сильно едкий фтороводород, то есть плавиковая кислота, и карбонилфторид. Последний особенно коварен: он проникает глубоко в организм и довольно быстро вызывает химические ожоги и сильную боль. По действию он напоминает боевое отравляющее вещество фосген, который применялся ещё в Первую мировую войну.

– Каковы последствия?

– При вдыхании это вещество в худшем случае может разрушать лёгочные альвеолы, попадать в кровоток и приводить к смерти.

– Как это происходит?

– В организме связывается кальций, и следствием становится сердечная недостаточность. Даже сравнительно небольшой химический ожог может закончиться смертельно.

– Большое спасибо, что пришли, господин доктор. В следующий раз мы посмотрим, что, согласно вскрытию, стало причиной смерти – плавиковая кислота, пожар в машине… или и то и другое. Кроме того, поговорим о том, кто вообще мог стоять за этой диверсией. До следующей встречи – будьте здоровы и ездите осторожно.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ЧАСТЬ. 5. ОБОСНОВАННЫЕ СОМНЕНИЯ

ГЛАВА 43

Вторник, 14 мая

Около полудня Эвелин стояла на венской Рингштрассе под широким навесом колбасочного киоска у самого Шоттентор – транспортного кольца, где разворачивались трамваи.

Всю ночь без передышки моросило, а с раннего утра дождь зарядил уже всерьез: лил не переставая, под тяжелые раскаты грома. Зато воздух теперь хотя бы пахнет свежестью, подумала Эвелин, глядя, как вода уносит в сточные канавы уличную пыль и цветочную пыльцу.

Островски, стоявший рядом у стойки, заказал хот-дог. На предплечье у него болтался сложенный зонтик.

Место встречи они выбрали потому, что отсюда было всего несколько минут пешком до тюрьмы, где Мартин Килиан сидел в предварительном заключении. Так сказать, нейтральная территория.

– Как всегда, с кетчупом и сладкой горчицей? – спросил Вилли, державший эту будку столько, сколько Эвелин себя помнила.

Островски кивнул.

– Конечно, и не жа…

– Без кетчупа! – перебила Эвелин и бросила на Вилли предостерегающий взгляд. – Слишком много сахара, – вполголоса пояснила она Островски.

Островски демонстративно выпятил нижнюю губу.

– Ты что, на старости лет вздумала мной командовать?

– Именно на старости лет, – парировала она. – Тебе пора следить за уровнем сахара в крови, иначе этих самых старых лет у тебя останется не так уж много.

– Тебя бы это только устроило.

– И с кем я тогда буду сражаться? С твоими молодыми прокурорами?

– Они неплохи.

– Не спорю. Но ошибку они ни за что не признают.

– Да, для этого нужен масштаб, – вздохнул он.

Эвелин усмехнулась. Рядом, пронзительно скрипнув тормозами, остановился трамвай. Двери распахнулись; из вагона хлынули люди, а им навстречу другие торопливо складывали зонты и протискивались внутрь.

– Уголовное дело против Килиана ты уже прекратил? – спросила она.

Вилли перегнулся через стойку и протянул Островски завернутый в бумагу хот-дог, пахнущий луком и горчицей. Островски с аппетитом откусил.

– Да, расследование завершено, – сказал он с набитым ртом и салфеткой стер горчицу с усов.

Эвелин забрала у него зонтик. Судя по тому, как он управлялся с хот-догом, ему требовалось три руки, чтобы не заляпаться.

– Прокуратура отказывается от дальнейшего преследования.

– А обвинительное заключение? – спросила она.

– Я его даже не успел передать в суд.

Эвелин удовлетворенно кивнула. Лучше и сложиться не могло.

Островски снова откусил, что нисколько не помешало ему продолжить:

– Неохотно признаю, но благодаря твоей скромной персоне у нас есть все доказательства, чтобы быстро добиться обвинительного приговора Нимайеру. Судья со мной согласна.

Эвелин пропустила шпильку мимо ушей.

– Ты уже с ней говорил?

Островски кивнул.

– Ради блага налогоплательщиков проведем процесс над Нимайером в ускоренном порядке.

Необычно, но возможно, подумала Эвелин.

Она тоже облокотилась о стойку, чуть склонила голову и с любопытством посмотрела на него.

– Что это значит?

Островски умял остаток хот-дога, поднял руку с салфеткой и оттопырил палец.

– У нас ведь… – пробормотал он с полным ртом, – …уже есть все доказательные материалы. Расследование закончено.

Логично. Доказательства, оправдывавшие Килиана, обвиняли Нимайера. То же самое дело, только с обратным знаком.

Над ними с грохотом прокатился мощный, долгий раскат грома, и у Эвелин волосы на затылке встали дыбом.

Островски вытер рот.

– Еще вчера ночью я сразу составил обвинительное заключение; одновременно с арестом оно ушло в суд вместе с материалами дела.

Эвелин приподняла бровь. Он и правда не терял ни минуты.

– Впечатляет.

Она протянула руку внутрь колбасочной будки, и Вилли молча подал ей свежую салфетку. Эвелин сняла с костюма Островски кусочек лукового кольца.

– Никому об этом не рассказывай, – попросил он.

– О деле?

– О том, как я выгляжу, когда ем хот-дог! – рявкнул он.

– А, вот оно что. – Она усмехнулась. – Останется между нами.

– Пойдешь со мной в тюрьму?

– Конечно.

Ей не терпелось покончить с формальностями и сообщить Килиану о скором освобождении.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 44

Ближе к вечеру Эвелин сидела с Фло и Килианом в переговорной адвокатской конторы. Горели все лампы, даже в приемной: за окнами мир захлебывался в исполинском, нескончаемом ливне.

– Теперь можно открыть игристое, – объявила Эвелин, завершив последний телефонный разговор с судом.

У нее оставалось полтора часа – потом за ней должен был заехать Имраан на лимузине. Касем настоятельно требовал встречи.

Эвелин принесла из кухни бокалы и достала из холодильника бутылку. Тем временем Фло поставил на середину стола два подноса с бутербродами, заказанными через кейтеринг. Эвелин хлопнула пробкой, отправив ее через всю комнату, и наполнила бокалы.

Килиан тут же взял один. Он был свежевыбрит, в одежде спортивной элегантности, и теперь казался спокойнее – а главное, чувствовал явное облегчение, хотя синяк под глазом и распухшая губа все еще напоминали о тюрьме. Он торжественно поднял бокал.

– Я вам обоим бесконечно благодарен. Вы справились блестяще. При такой доказательной базе я не рассчитывал выйти. Тем более так быстро.

Фло показал ему большой палец.

С тихой внутренней радостью – и да, с известной долей гордости – Эвелин смотрела на двух молодых мужчин. Еще один невиновный клиент на свободе. В такие минуты она снова и снова убеждалась: профессию выбрала правильно.

– Ну, если честно… – Эвелин откашлялась. – Если бы Пуласки не нашел молодую продавщицу из книжного, дело, скорее всего, закончилось бы плохо.

– Да, на ней все и держалось, – вздохнул Фло. – Надо бы послать ей букет.

Он на мгновение задумался, и лицо его оживилось.

– А Коринна Вагнер не могла бы стать интересной гостьей для вашего подкаста?

– Вы имеете в виду… выпуск true crime о моем собственном деле? – Килиан задумался. – Это не будет странно?

– Странно? – переспросила Эвелин. – Да бросьте. После всего, что вам пришлось пережить, вполне понятно, если вы решите извлечь из собственной истории коммерческую пользу. Другие ведь постоянно так делают.

– Не знаю… – пробормотал Килиан.

Фло громко рассмеялся.

– Я прямо вижу Островски у вас в гостях: дергает себя за подтяжки и пытается оправдать арест. Нет, серьезно, я бы послушал. Почему бы и нет?

– Тогда мне придется пригласить и вас обоих, – сказал Килиан.

– Я участвую! – тут же откликнулся Фло.

Эвелин подняла руку, словно защищаясь.

– О нет, спасибо, – со смехом отказалась она. – Я совершенно не гожусь в гости подкаста. Газетные интервью – еще куда ни шло. Но радио и телевидение – увольте. Я не выношу собственный голос, он мне кажется ужасным. К тому же после статьи в Profil лишняя реклама мне уже ни к чему.

– Прекрасно понимаю, почему вы не хотите участвовать, – сказал Килиан. – В среднем соглашается только каждый третий из тех, кого я приглашаю. Но мы с вами вдвоем могли бы сделать выпуск.

Он посмотрел на Фло; тот оживленно закивал.

– Может, мы даже смогли бы записать его здесь, в конторе?

– А какая разница, где записывать – в вашей студии или здесь? – спросила Эвелин.

– Не записывать. – Килиан отставил бокал и подался вперед, на самый край стула. – Мы могли бы выйти в прямой эфир прямо отсюда. В этом больше атмосферы. Это аутентично, и для слушателей – что-то особенное.

Эвелин сделала приглашающий жест.

– Переговорная в вашем распоряжении. Если мне не придется участвовать, я не возражаю.

Фло тоже придвинулся ближе и перегнулся через стол.

– Кстати, офис оборудован по последнему слову. Микрофоны, камеры, штативы, новые компьютеры, быстрый Wi-Fi, современная телефонная система – все есть. Мы даже сможем подключать звонящих.

– Отлично, – сказал Килиан.

– Супер! – Фло широко улыбнулся. – Мне все равно ужасно интересно, как технически устроен прямой эфир.

– Без проблем. Через мой пароль вы станете соведущим и будете видеть на экране все, что делаю я, – предложил Килиан.

Два нерда нашли друг друга, – с улыбкой подумала Эвелин.

– А если повесить здесь между стульями пару одеял или простыней, эхо будет меньше, – добавил Килиан. – Скрип паркета, звонок в дверь, уличный шум за окнами… в этом есть свой шарм.

– Я возьму выходной и на целый день уеду в термальный спа, а вы с Фло можете возиться здесь сколько душе угодно.

Килиан просиял так, каким она еще ни разу его не видела. Но почти сразу в лице его мелькнула неуверенность.

– Вы правда серьезно? Или сейчас надо мной подшучиваете?

– Совершенно серьезно. – Эвелин рассмеялась. – Я буду рада, если вы добьетесь успеха, а время в предварительном заключении не травмировало вас, а творчески вдохновило. Если из этого выйдет продуктивный созидательный процесс, значит, моя работа оказалась полезной вдвойне, верно?

Килиан кивнул.

– Ладно. – Он повернулся к Фло. – Тогда я пришлю вам ссылку на приложение, через которое мы сможем запустить мой канал прямых эфиров с вашего компьютера.

– Супер.

Фло достал из бумажника визитку с электронным адресом конторы и передвинул ее через стол к Килиану.

– Я ни в коем случае не хочу хвастаться, но этой передачей мы охватим девяносто тысяч подписчиков в Австрии и еще примерно столько же за рубежом, – предупредил тот. – Так что не говорите потом, будто это я виноват, если фанаты начнут ломиться к вам в дверь.

– Да, все в порядке. – Эвелин усмехнулась. – Просто не слишком часто упоминайте, что я ваша адвокат, и все будет хорошо.

Она сказала это, потому что у нее не хватило духу остудить Килианов энтузиазм.

– Тогда я ведь даже мог бы… – начал Фло, но осекся: в дверь позвонили. Он взглянул на Эвелин. – Кто это может быть? Пуласки?

– Точно нет, – ответила она. – Он в разъездах: хотел сегодня еще кое-что выяснить, а потом поужинать один.

Фло уже вскочил и поспешил к двери.

– О! – донесся до них его удивленный голос.

Заскрипел паркет. Эвелин догадывалась, кто пришел. Она вытянула шею и посмотрела в коридор.

В следующее мгновение Фло вернулся, а за ним вошел Имраан. Сегодня он был весь в черном и даже отказался от пучка: седые волосы до плеч свободно падали на водолазку. Он поймал взгляд Эвелин.

– Готова? – пробасил он.

Эвелин посмотрела на часы. На час раньше. Она поднялась и пошла ему навстречу.

К счастью, Пуласки был не в конторе, а где-то в центре Вены. С другой стороны, даже если бы Касем и его головорезы сейчас узнали, что Пуласки тайно работал на нее, это уже не имело бы значения: дело было закрыто.

– Вы приехали рано, – заметила она.

– У Касема позже не будет времени.

– Бокал… – Эвелин уже хотела сказать «игристого», но вовремя поправилась: – апельсинового сока, может быть?

Килиан тоже поднялся и с явным впечатлением уставился на Имраана, который был выше его на голову.

Имраан без лишних слов отказался коротким движением руки. Потом повернулся к Килиану.

– Мне жаль, что умерла твоя маленькая Виктория.

Он взял его руку и пожал крепче и дольше, чем следовало, жестко, испытующе глядя Килиану в глаза. Эвелин уже хотела вмешаться, но Имраан свободной рукой обхватил его за предплечье и еще раз сильно встряхнул, прежде чем наконец отпустить.

– Алейна не была плохим человеком, понял?

– Нет, не была, – хрипло подтвердил Килиан и безвольно опустил руку.

– Может, вы все-таки присядете ненадолго? – спросила Эвелин.

Имраан покачал головой.

– Мой шеф хочет видеть тебя прямо сейчас, адвокат!

Это звучало вовсе не как дружеское приглашение.

– Мне самой нужен адвокат? – пошутила она, но Имраан даже не изменился в лице.

– Лимузин ждет внизу, – только и сказал он.

– Вы случайно не знаете, почему все вдруг стало так срочно?

Имраан снова покачал головой. Больше из него она ничего не вытянет.

– Хорошо, дайте мне еще пару минут, чтобы я здесь все закрыла.

Имраан взглянул на свои наручные часы – тяжелый золотой «Ролекс» – и кивнул.

Эвелин поцеловала Фло, попрощалась с Килианом и прошла в кабинет. Там она выключила ноутбук, погасила настольную лампу и заперла в ящике несколько документов.

Имраан, последовавший за ней и остановившийся в дверях, наблюдал с любопытством.

Эвелин взяла верхний конверт с лотка для почты и положила его в сумочку. Потом оттеснила Имраана назад, заперла кабинет и закрыла дверь в переговорную, за которой Фло и Килиан уже шутили о будущем выпуске подкаста.

Ну вот, эти двое нашли друг друга.

– Готова? – нетерпеливо спросил Имраан.

– Да, одну секунду.

Она прошла к вешалке, где висели зонтик и тонкое кремовое кашемировое пальто. Имраан последовал за ней.

– Раз дело теперь закрыто, – как бы между прочим произнесла она, пока он помогал ей надеть пальто, – мы ведь можем говорить друг с другом честно, правда?

Имраан выдвинул вперед подбородок.

– Хочешь сказать, я до сих пор был нечестен?

– Нет, Имраан, ну не будьте таким обидчивым.

Она повернулась к нему и понизила голос.

– Кто тогда раздобыл Алейне… или Айше, как ее тогда еще звали… фальшивые документы и помог бежать из Саудовской Аравии?

Он впился в нее холодным взглядом.

– Откуда мне знать?

Уже хоть какое-то признание, что ей кто-то помогал.

Она повесила зонтик на сгиб руки.

– Вы ведь уже тогда были у Касема человеком из службы безопасности и, значит, знали обо всем. Дочь Касема не смогла бы просто уйти одна, тем более – проскользнуть мимо вашей системы охраны.

Имраан посмотрел на нее с вызовом.

– Ты намекаешь, что я плохо делаю свою работу?

– Спокойнее. – Эвелин пожала плечами. – Я лишь говорю, что Алейне, возможно, помогли извне. Или даже кто-то из самой семьи. Кто-то, кто организовал ей паспорт и свидетельство о рождении, иностранную наличность, мобильный телефон, адреса контактов и маршрут – самолетом и кораблем.

– Я ничего об этом не знаю.

Она долго его разглядывала.

– Я заметила ваш взгляд, когда Островски на очной ставке заговорил о Фихтингере и полиции по делам иностранцев. Вы знали о побеге Алейны. Так же, как знали, что ей удалось добраться до Австрии и получить там помощь от властей.

– Мы можем уже идти?

– Так и было? – не отступала она.

Имраан закусил губу.

– Ты чертовски умная, знаешь? Но быть такой умной не всегда полезно.

Эвелин невольно усмехнулась.

Какой интересный комплимент. И доказательство, что он помог Алейне – по какой бы то ни было причине.

Возможно, он был немного влюблен в дочь своего шефа и потому пошел на такой риск. Ведь если бы Касем узнал о предательстве Имраана, он наверняка заставил бы его исчезнуть без следа.

Эвелин мягко коснулась его сильного плеча; он едва заметно напрягся.

– Это останется между нами. Обещаю, – твердо сказала она.

Имраан обозначил короткий кивок. Его глаза сверкнули черно и опасно.

В этот миг она поняла: подвернись удобный случай, Имраан устранил бы профессора Нимейера совершенно хладнокровно – даже без возможного официального приказа Касема. Самовольно. Из личной мести.

Невольно Эвелин подумала о Килиане, который сидел всего в нескольких метрах отсюда, в переговорной. Похоже, она спасла его не только от правосудия, но и от клана Касема. Тот наверняка сделал бы все, чтобы каким-нибудь образом переправить его в Саудовскую Аравию, – или, как вариант, попросту ликвидировал бы через оплаченные связи в тюрьме. При достаточном количестве наличных многое можно привести в движение.

– Я готова.

Эвелин взяла с полки ключи от конторы.

Имраан проводил ее в лифте вниз. Прямо перед домом, под хлещущим дождем, стоял черный лимузин, двумя колесами на тротуаре. Имраан открыл заднюю дверь, и Эвелин села на заднее сиденье. Сам он устроился впереди.

Когда водитель завел мотор, двери автоматически заблокировались. Машина соскочила с бордюра и влилась в поток.

Никто не произнес ни слова.

По радио как раз передавали шестичасовые новости с главным сообщением дня.

– Сегодня после полудня Высшая прокуратура предъявила профессору Герту Нимейеру обвинение в убийстве саудовской женщины-хирурга Алейны аль-Рашид. Уже завтра начнется процесс над Нимейером…

Эвелин догадывалась, чего от нее хочет Касем.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 45

Пуласки сидел один за столиком на двоих в ресторане своего отеля. Новый костюм он оставил висеть в номере, а сам снова надел удобные джинсы, рубашку и любимый серый вязаный кардиган.

Пожилой лысый пианист в чёрном фраке негромко наигрывал медленную барную мелодию. Всякий раз, когда кто-нибудь проходил мимо столика Пуласки, свечи вздрагивали. Он читал лемовские «Звёздные дневники» – рассеянно, потому что мысли то и дело уходили в сторону, но первые три главы всё-таки одолел.

– Вы уже готовы сделать заказ? – спросила официантка.

Он захлопнул книгу и отложил её.

– Нет, я ещё жду спутницу.

Официантка отошла, а Пуласки уставился сквозь панорамное стекло на улицу. Фонари горели все до единого, но едва справлялись с мрачными сумерками, которые вместе с непроницаемой чёрной стеной туч и бесконечным дождём навалились на Вену.

Вода потоками неслась мимо отеля вниз по улице и с бульканьем исчезала в решётке ливнёвки. Каждый раз, когда мимо проносилась машина, брызги взлетали на полметра. Пуласки посмотрел на часы. Его спутница опаздывала уже на десять минут.

Наконец перед отелем остановилось такси. Дверца распахнулась, и женщина, прикрыв голову руками, бросилась к входу.

Через полминуты она вошла в ресторан, стряхнула воду с плеч, убрала за ухо мокрые волосы и огляделась.

Пуласки помахал ей. Комиссар Драйер, как обычно, была одета без всяких изысков: чёрные брюки и тёмная ветровка без капюшона. Узнав его, она повесила куртку на крючок у гардероба и направилась к столику.

– Уже заказали?

– Я ждал вас.

Она села напротив. Вид у неё был измученный, под глазами залегли тёмные круги. Похоже, последние дни она работала почти без передышки.

Подошла официантка, и Драйер заказала двойной эспрессо и тёплый круассан с ветчиной и сыром.

– И всё? – спросил Пуласки.

Она отмахнулась.

– Когда я на нервах, почти не ем.

Пуласки заказал безалкогольное пиво и макаронную запеканку с сыром.

Когда официантка ушла, Драйер устало усмехнулась.

– Безалкогольное пиво? Серьёзно? Не думала, что вы из таких.

Пуласки показал ей ингалятор от астмы.

– С этим не сочетается.

– Понятно. – Она вздохнула. – Так зачем я здесь? Хотите поздравить меня с удачным арестом?

Он чуть склонил голову набок, потом медленно покачал ею.

– Если я чему-то и научился за годы службы, так это тому, что полицейскому не стоит хвалить день до вечера.

– Мы сделали всё, что могли. Группа по расследованию убийств неделю работала круглые сутки. – Драйер пожала плечами. – Остальное за прокуратурой и присяжными.

– Как вы оцениваете шансы на обвинительный приговор Нимейеру?

– Довольно высоко. Если вспомнить, сколько у нас на него есть, его даже эта сволочь доктор Грот не вытащит. – Она наклонилась к нему через стол. Взгляд у неё был одновременно усталый и напряжённый. – Это и есть тот самый срочный разговор?

Пуласки пожал плечами.

– Дело интересует меня не по долгу службы. Я хотел услышать ваше мнение – от коллеги к коллеге.

– Вот как? – Драйер задумчиво провела языком по зубам. – Да бросьте. За этим ведь стоит что-то большее, чем лёгкая беседа за ужином. По крайней мере, надеюсь. Иначе я просто зря теряю время.

Словно по сигналу, официантка принесла напитки и снова исчезла. Лысый пианист тем временем уже перешёл к следующему джазовому номеру.

Пуласки подпёр подбородок рукой и поскрёб щетину.

– Дело в том… чем больше я думаю об этой истории, тем сильнее она меня настораживает.

– Почему вы не поговорите об этом с Эвелин Майерс и её ассистентом?

– У них была чёткая задача – снять подозрения с Килиана. И своё мнение они уже составили. Непоколебимое.

– А вы нет? – предположила Драйер.

Она ссыпала в кофе три ложки сахара и задумчиво размешала.

– Чутьё подсказывает мне, что нынешнее объяснение слишком простое. И чем чаще я прокручиваю в голове всю картину, тем больше вижу нестыковок.

– Например?

Пуласки отпил пива и вытер пену с губ.

– Как именно Нимейер получил слепок ключа от дома Килиана в автомастерской?

Драйер пожала плечами.

– Зашёл внутрь, сел в машину и сделал восковой оттиск.

– Вот так просто?

– Самый простой ответ часто оказывается самым правдоподобным.

– И никто его не заметил?

– Если бы заметили, он, вероятно, сказал бы, что забыл что-то в своей машине.

– Хотя машина была не его?

– При таком количестве автомобилей у «Рубен и сыновья» никто бы не обратил внимания.

– А откуда Нимейер знал, что ключ от дома Килиана окажется на той же связке, что и автомобильный?

– Вероятно, не знал. Попробовал – и ему повезло.

– Слишком уж повезло, – заметил Пуласки. – Кстати, вы знаете, что у «Рубен и сыновья» есть камера наблюдения на парковке перед мастерской?

– Нет, не знала.

– Значит, вы, вероятно, не смотрели записи за тот день, когда машина Килиана была в ремонте.

– Они ещё сохранились?

– Хранятся месяц на сервере автоцентра.

– И откуда вы это знаете?

– Я сегодня утром их посмотрел.

Драйер изумлённо уставилась на Пуласки.

– Вот так просто?

– Обошлось мне в сто евро и изрядную порцию красноречия.

Драйер глубоко вдохнула.

– Дайте угадаю. Нимейера на записи нет.

– Ни его, ни кого-либо, на него похожего.

– Чёрт! – прошептала Драйер.

Теперь уже Пуласки подался вперёд.

– И даже если бы он каким-то образом пробрался в мастерскую… откуда Нимейер вообще мог узнать о записи на ремонт? Он прослушивал телефон Килиана? Вряд ли.

– Нет, вряд ли… – Драйер закусила нижнюю губу.

– А теперь угадайте, где Нимейер на самом деле был в то время, когда машина Килиана стояла в мастерской.

Драйер лишь пожала плечами.

– Я вам скажу: он читал лекции в университете. Перед весьма внушительной аудиторией.

– Господи! Вот дерьмо! – вырвалось у Драйер.

– Так как и, главное, где он тогда сделал оттиск ключа от дома? А если это был не он – откуда на ключе взялись следы воска?

На это у Драйер ответа не нашлось.

– И кто же, по-вашему, тогда убийца Алейны? – спросила она.

Пуласки промолчал.

– Вообще-то остаётся только её собственный отец, – задумчиво произнесла она, но тут же покачала головой. – Камаля Аль-Касема мы исключили из числа подозреваемых ещё в самом начале. У него и у его людей железные алиби. Перед убийством никто из них не летал в Вену, и никаких телефонных разговоров или электронных писем между Саудовской Аравией и Австрией не было. Мы…

– Нет, я не его имею в виду, – перебил Пуласки.

– Ладно. Тогда кого?

– Вы знаете ответ, – глухо сказал он. – Это Килиан. Он с самого начала тонко направлял Эвелин Майерс – и, похоже, всё устроил так, что мы… я, так же как и она… сами нашли все следы.

– А перламутровая пуговица на месте преступления?

– Килиан, вероятно, сам её там спрятал, чтобы выглядело так, будто её подбросил Нимейер.

– Смелая версия, – заметила она.

– Зато возможная.

– А видео из стейк-хауса?

– Вот в этом вся загвоздка, – вздохнул Пуласки. – Я знаю, что с ним что-то не так, но никак не могу понять что.

Официантка принесла еду. Драйер с несчастным видом посмотрела на круассан, потом виновато взглянула на Пуласки.

– Простите, но я правда не голодна. Возьмёте счёт на себя? Спасибо. Мне нужно в комиссариат, кое-что проверить.

Она вскочила.

– Ещё одно, – быстро сказал Пуласки, прежде чем она успела улизнуть. – Кто-нибудь из вашего комиссариата ведёт за мной наблюдение?

– За вами? – переспросила Драйер. – Нет. С чего вы взяли? У нас для этого людей нет. К тому же я не понимаю, зачем…

– Да, ладно, – перебил её Пуласки. – Просто мысль.

– Вам бы выспаться как следует.

Драйер кивнула ему и отошла от столика. Она схватила ветровку и исчезла на улице, уже говоря по телефону.

Официантка вернулась и удивлённо посмотрела на Пуласки.

– Всё в порядке?

Ничего не в порядке!

– Всё нормально, – пробормотал он, лишь бы поскорее от неё отделаться.

Потом достал мобильный и набрал номер Фло.

– Да, алло? Я всё это время думал, куда вы пропа…

– Можете прийти ко мне в номер? – перебил его Пуласки.

– Э-э-э… – протянул Фло, явно соображая. – Эвелин ушла, Килиан тоже только что ушёл. А что случилось? Мне брать оборудование?

– Нет, просто приходите.

– Когда? Я…

– Немедленно!

Пуласки отключился и снова подозвал официантку.

– Счёт! – крикнул он. – За всё вместе.

Он посмотрел на дымящуюся макаронную запеканку с сыром. Жалко. Но он попросит завернуть её с собой и потом съест холодной. Сейчас нужно было немедленно подняться в номер и ещё раз посмотреть видео Коринны Вагнер.

Эта запись должна быть подделкой.

Правда, он пока понятия не имел, как это доказать.

Самые свежие детективы и триллеры – на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 46

На этот раз Имраан привёз её на территорию дворцового комплекса Шёнбрунн, в другое, чуть более современное крыло. У входной двери Эвелин уже ждала секретарь Касема.

Женщине было около сорока пяти, и выглядела она как фотомодель: длинные чёрные волосы, безупречный макияж, тонкие изящные пальцы с идеальным маникюром. Ни платка, ни вуали. Вместо этого – элегантное красное платье в обтяжку до колен и туфли на высоких шпильках.

Имраан забрал у Эвелин телефон и велел поднять руки, чтобы женщина могла её обыскать.

– Чистая предосторожность, – пояснил он.

Эвелин удивилась, но подчинилась.

– Ваш босс всерьёз думает, что я могу причинить ему вред?

– Нет. Но он не хочет, чтобы вы записывали этот разговор.

Как будто я стала бы этим заниматься. Кажется, это называется судить по себе…