Текст книги "Раз - невезенье, два – везенье. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Анатолий Патман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 56 страниц)

  Эти слова Мириан выговорила практически на одном дыхании и сама и не заметила, что сильно раскраснелась от длинной и торжественной, притом, такой непривычной для нёё, речи, в присутствии столь важных гостей. Кроме милорда Анавара ещё никто не посещал их. Последние ёё слова уже относилось к другим гостям. Мириан и Пеллия не знали, кто они такие, но предполагали, что все они, скорее всего, тоже занимали важные должности в Амхаре. Хотя, согласно правилам, которые излагал им учитель Гариан, последние слова Мириан немного не соответствовали традициям, которые были приняты среди знатных людей. Но все гости не обратили на это никакого внимания и послушно восприняли их просьбу, а потом спокойно и степенно прошли в дом. Милорд Анавар первым прошел к столу. За ним последовал и рыцарь Трибальд. Потом и остальные гости неторопливо стали рассаживаться за столом согласно ясным только для них самим правилам. Но для девушек это уже было не таким уж и важным. Главное, гости приняли их приглашение, тем самым признали их равными и достойными себе. Откуда же было знать бедным девушкам, что теперь по своему нынешнему положению они стояли выше всех присутствующих, и даже милорда Анавара, и рыцаря Трибальда, и все то, что делали Мириан и Пеллия, уже само было правилом для всех, тем более, в их собственном доме? Тут уж засуетились Геркул и Геркулина, накрывая стол и заставляя его всякими кушаньями, приготовленными и с участием девушек.

  Видя, что засмущавшиеся Мириан и Пеллия всё же немного теряются при нежданно свалившихся на них гостей, милорд Анавар на правах старого их знакомого как бы взял на себя роль старшего при этой встрече.

  – Уважаемый рыцарь Трибальд! Господа! Позвольте мне от нас всех выразить наше почтение милым хозяйкам дома. Их отец барон Изнура и Северного Дэлинора Коста сейчас находится очень далеко от Амхары. Мой суверен, Его Высочество Светлейший князь Вараннессы Альдуин сильно интересуется делами на севере, у границ Степи, и искренне желает владетелю Косте успехов. Он попросил меня передать его дочерям свои заверения в том, что при необходимости княжество Варанесса готово помочь их отцу всем необходимым. Лэри Мириан и Пеллия, конечно, со временем вы отправитесь в Изнур. Надеюсь, милые принцессы, навестить вас и там.

  Хоть девушки и были далеки от всяких дел меж разными странами, но тут им и всем гостям было ясно, что не зря милорд Анавар говорит эти слова. От разных мыслей у Мириан и Пеллии закружилась голова. Наверное, Его Высочество желало дружить с их отцом, и теперь через милорда Анавара просило их рассказать об этом.

  – Конечно, милорд Анавар! Когда отец заберет нас к себе, Вы будете у нас самым желанным гостем. Мы угостим Вас такими вкусными кушаньями!

  Мириан и Пелиия и не заметили, как быстро пролетело время. Нежданная трапеза вышла на славу. Кушанья, поданные к столу, понравились всем гостям. Эти важные господа оказались местоблюстителями разных канцелярий Амхары. Наверное, им всем в начале просто было так интересно посмотреть на странных незнакомых девушек, вдруг оказавшихся в Амхаре. И теперь они, как ни странно для всех них, и даже для самих хозяек дома, убедились в том, что эти красавицы действительно существуют и являются дочерями владетеля пусть и далекого, но самого настоящего суверенного баронства в северных землях, притом, получается, не слабого. А может быть, или даже двух таких владений, и, как уже точно знали эти гости, так как они сами видели все пергаменты, хозяином одного небольшого баронства в их родной Саларской империи, пожалованным самим Императором Его Величеством Салатаром Первым, а именно в южной Варанессе? Получается, что эти милые и такие красивые девушки являлись дочерями очень знатного человека и, как говорилось в сообщении, могущественного мага.

  Ну а сами Мириан и Пеллия, к их неописуемой радости, вдруг поняли, что и они теперь стали самыми настоящими знатными лэри, признанными многими такими же знатными господами. Милорд Коста удочерил их, пусть и бывших крестьянок и даже рабынь, дал им свое имя и открыл путь к новой и удивительной жизни. Девушкам так захотелось быстрее отправиться к своему новому отцу, хоть на край света, хотя Изнур в их представлении как раз и был таким краем, что они после ухода гостей не сумели сдержать своих горестных, в то же время и радостных слез. Все домочадцы только и успокаивали их, и, наконец, успокоили. И тут к Мириан и Пеллии вдруг пришло понимание, что впереди у них целая вечность, в которой их могли ждать такие события, что и трудно было даже представить себе. Надо только набраться терпения, и стойко переносить все радости и горести. Они сейчас находились в самом начале пути, и впереди их ждала такая удивительная и непредсказуемая жизнь.

  * * *

 Глава 24

  Дан приказ ему на запад...

  – Милорд! Тут прибыл срочный гонец! Говорит, что очень тревожные новости с запада! Как будто в Северный Анжай прибыло неисчислимое королевское войско!

  Янтайк, командир моей личной сотни охраны, был не на шутку встревожен. Хотя, сотня – это только название. У меня так и не дошли руки укомплектовать его полностью. Да и постоянная текучка мешала этому. Сегодня воин в моей личной сотне, а завтра он уже с каким-нибудь моим же поручением уже черт знает где. Тем более, пару десятков я отдал отряду разведки. На данный момент, в четырнадцатый заход светила каледы святого Януария, в сотне охраны числилось всего около четырех десятков воинов. И то десяток из них ушел на Салимбар вместе с Сильпиккой. Часть воинов выполняла функции гонцов. По десятку охраняли Лиллену и Неру. Рядом со мной находились всего несколько человек во главе с вездесущим, уже потомственным рыцарем Изнура Янтайком. Вырос молодой наемник, сильно вырос с тех времен, как в далекой Талассине со своими друзьями присоединился ко мне. Он уже успел отличиться у Цветущих холмов, сумев с частью воинов пленить немало веренских рыцарей. Да и в Каринуре мои охранники в числе первых заняли баронский замок, не дав воинам Сержа Каринурского причинить ему хоть какой-то ущерб.

  – Ладно, зови, Янтайк.

  Гонец, сильно усталый молодой северный охотник, слегка поклонился мне и отдал кучу запечатанных пергаментов.

  – Великий вождь, в Северный Анжай прибыло огромное королевское войско Сатора. По данным лазутчиков, его численность превышает двадцать тысяч воинов. Кроме того, в столице баронства находится почти все войско графства, тоже около пяти-шести тысяч воинов. Вождь Таган на словах просил передать Вам, что в случае нападения никак невозможно сдержать их у границ Лабинора с Анжаем, и поэтому он начал отводить войска к небольшой крепости Перевал, чтобы хотя бы прикрыть границу с Южным долом. Вождь сказал, что Лабинор, как и Тракт, скорее всего, придется оставить. Вождь Авантей уже уведомлен о замыслах вождя Тагана.

  Вскрыв пакеты, я углубился в чтение. Сведения были не просто тревожными, а очень даже угрожающими. Ну что могут сделать в этом небольшом баронстве тысяча новобранцев и три сотни северных охотников с парочкой магов двум или даже трем десяткам тысяч саторских воинов с сотней магов? Ничего! Жаль, что снова придется оставить столько людей под гнет прежних или новых владетелей. Хотя, как писал вождь Таган, из тридцати тысяч человек примерно треть населения, оказывается, уже успела покинуть Лабинор и отправиться на север. Теперь же он перенаправил поток беженцев уже на восток, так как в случае нападения Тракт, скорее всего, будет захвачен в первую очередь. Эх, столько людей и материальных ценностей достанется врагу! Хотя, самое ценное уже вывезено. Это и практически все движимое имущество из баронского замка, все архивы и библиотеки, так и немало ценностей и оружия, инструментов и продовольствия, одежды и многих разных вещей из столицы баронства и других городков. Да и беженцы прихватили с собою кое-что. Но многое и оставалось. Да и не все жители хотели покидать родные места. Пока на север преимущественно выехали бывшие рабы и бедняки из прежнего изнурского населения. Более обеспеченные жители так и остались в своих городках и деревнях.

  Столицу баронства Лабинор, городок практически такой же, как и Изнур, с такими малыми силами, как у вождя Тагана, никак не удержать. Слишком мало у него магов и одни необученные новобранцы в войске. Да и обойти и блокировать Лабинор очень легко и просто. Равнина же кругом. Как писал вождь Таган, более подходила для обороны пограничная с Южным долом небольшая крепость Перевал, предназначенная в первую очередь для защиты баронства с востока со стороны Южного дола. Кругом одни леса и горы. Да и на Лабинорском перевале тоже имелись своего рода каменные форты для малых гарнизонов, притом с обеих сторон бывшей веренско-саторской границы. Вот там он и планировал подготовить оборону. Окружающая местность неплохо подходила для действий северных охотников. Сама крепость Перевал тоже была труднодоступной. И на перевале оборону держать тоже было удобно.

  Жалко, что, скорее всего, прямо сейчас придется оставить Салимбар и Каринур. Остро не хватает войск. Как я уже знал от вчерашних борусских гонцов, барон Тавр со своим войском еще в десятый заход светила этой каледы вообще без сопротивления взял Южный Салим, небольшой городок, являвшийся фактически столицей одноименной долины. Уже далее барон, оставив большинство воинов, где-то около шести сотен, там во главе с воеводой Фридом Захарисом, сам с двумя сотнями двинулся на юг, к Салимскому перевалу, чтобы уже оттуда направиться в Селену, на доклад к своему королю. Наверное, сейчас барон Тавр уже находился в пути на столицу. Кроме того, около полутора сотен борусцев имелось у Сулима в Салимбаре, и до полусотни – в охране принцессы Амель, уже здесь, в Каринуре. Ну что же, придется просить Ее Высочество вникнуть в мое положение, чтобы борусские войска взяли под свой контроль и саму столицу баронства. Сулима же с большей частью его войска срочно вызову в Каринур. Конечно, следовало опасаться веренцев, но, как мне казалось, не прямо сейчас, а чуть позже. Как уже знали все мы тут в Каринуре, граф Арчинар ин Веренский, еще несколько дней назад прибывший в свою столицу, спешно собирал новое войско. Сколько он успел собрать воинов, и главное, магов, и что будет делать далее, я даже и не представлял. Когда же мы сможем заключить такой желанный мир с Вереном? Не знаю. Некоторая надежда имелась на барона Сангера, тоже находившегося в Верене, и на торговцев из Каринура, наверное, уже приближавшихся к своей столице.

  У меня же причин для головной боли и так достаточно. А все известия с севера и запада. Очередные донесения еще вчера, а потом и сегодня принесли мне и радость, и огорчения, и даже растерянность и недоумения. Сильно порадовали новости о прибытии до полутысячи конных воинов в Изнур, в том числе до трех сотен степняков из рода пулей. А еще где-то в пути туда же, уже за крепостью Изнурки, находилось смешанное войско численностью более тысячи воинов, и опять же с пятью сотнями конных степняков из рода оногур. Но еще больше степных воинов имелось сейчас, наверное, в Верестиноре, так как еще вчера они были у крепости Искиль. Еще несколько родов из племени сабир прислали своих конных нукеров, как писал Саландай, численностью до двух тысяч человек. Вот это меня сильно тревожило. А что, если они прибыли для захвата Верестинора? Хотя, там имелось достаточно и северных охотников с множеством магов для отпора врагу, но лишние боевые действия в самом центре своих владений меня совершенно не привлекали. А так, в Верестиноре было все нормально. Город строился, рос, осваивались его окрестности, и глядишь, и уже к этой весне, а лучше к осени, там будет очень мощный промышленный и сельскохозяйственный район с многочисленным населением. Мои прежние изнурцы из Выселок и нескольких хуторов теперь совершенно терялись в многотысячной толпе из северных охотников целых двух больших и одного малого племени, бывших аренцев, беженцев из Тракта и Лабинора, а теперь и степняков практически целого племени сабир.

  Вот такие хорошие новости были у меня. Огорчило же меня то, что Чепчен и Патьер не усидели в Верестиноре и уговорили Великого Шамана Патмана отпустить их на время ко мне на юг. И теперь они в компании Аямпи и Пинера под охраной двух сотен воинов, а также вождя Тумэнгэра, его сына шамана Алтангэра и дочери Бадацэг с сотней степняков из Великого племени Шэн-гэ на кораблях спускались вниз по Вересте.

  Вот тебе и привет из твоего недалекого прошлого! Оказывается, еще неделю назад целых пять сотен степняков из разных племен, сопровождая свою степную красавицу, и именно ее, притом, мою дражайшую невесту, нежданно-негаданно объявились в Новых Выселках. Конечно, это не совсем так. Северные охотники на всякий пожарный случай сопровождали их уже с самых северных границ. Теперь же все стойбища, и Новые Выселки, и даже Верестинор, где высоких гостей торжественно встретили сам Норан и весь город, наверняка гудели от слухов? Надо же, их милорд и Великий Вождь так никого и не поставил в известность о своей невесте. Мало того, что он бросил ее в диких степях, так и вынудил приехать самой за собой. По крайней мере, именно о таких слухах сообщалось в последнем сегодняшнем донесении с севера. Вот и думай теперь, моя бедная головушка, что же делать далее. Не знал же я о таких последствиях своих неосторожных слов. Ведь тогда бедный попаданец фактически был недееспособным, и, следовательно, не мог нести ответственности за свои неадекватные поступки. Притом, на него оказывалось сильное моральное и физическое давление, и даже применялись нецивилизованные методы в виде грязного и вонючего зиндана.

  Все последнее время, уже больше полугода после попадания на Сувар, я жил словно на вулкане. Мне никак не удавалось толком расслабиться, и мои думы были совсем не о женщинах. Выжить, зацепиться где-нибудь и наладить нормальную жизнь – вот это было моей целью. Найти свой дом, и только после этого привести туда свою жену и завести кучу детей – вот так мыслилось мне порою. Мне вспомнилась Мирэн, милая баронесса Мирэн ин Верестинор, и наша с ней единственная встреча. Как она поживает с тех пор? Наверное, уже давно успела позабыть о бедном путешественнике, неуче-маге, случайно оказавшимся свидетелем разборок меж высокородными господами. Странно, мы с Ратимиром никогда не затрагивали разговор о ней и его сестре. Все как-то было некогда. Или я сам стал таким бесчувственным и черствым? Все дела да дела. Может, слишком высоко занесся, и перестал оглядываться назад? Может, почувствовал себя благородным господином? Нет, и еще раз нет! Просто так сложилось. События понеслись вскачь, и у меня совершенно не было времени остановиться, отдохнуть и осмыслить их.

  А ведь ни о каких высоких материях, о подвиге и славе я и не думал. Все то, чего я добился, это все заслуга Великого Белого бога, моего боженьки, выбравшего меня для достижения своих непонятных никому божеских целей. И теперь фактически именно он направлял меня по своему пути, и именно он руководил все моими усилиями. А я же, как плыл по сильному течению, так и плыву до сих пор. И это мне очень даже нравится. А что делать, такова жизнь. И в ней совсем нет места для грусти и уныния. Приходится все время приспосабливаться и не выбиться из течения. Иначе оно тебя выкинет на камни, или даже запросто лишит жизни. Как говорится, живи не как хочешь, а как можешь, и на все воля божья, даже на твою жизнь.

  Бедная Бадацэг! Тащиться через всю степь на край света, и все это только ради того, чтобы соединить свою жизнь со старым бедным попаданцем! Такое и собственному врагу не пожелаешь. Ведь она же возненавидит меня сразу же после первой встречи. И вместо суетливой, но более-менее устроенной жизни, я получу настоящий ад. Что же делать мне, чтобы не обидеть и ее, и, прежде всего, его отца, истинного виновника того, что бедная девочка покинула свой родной дом и очутилась на краю света? Как сделать так, чтобы не испортить отношения с потенциальными союзниками, когда твоя судьба в очередной раз висит на волоске?

   *

  – Ратимир, скажи, пожалуйста, ты имеешь хоть какие-нибудь сведения о своей сестре Мирте? А то столько времени прошло, а мы все не имели возможности связаться с ней. Ведь сейчас-то уже вполне возможно послать ей весточку о себе.

  – Милорд, к сожалению, пока нет. Я уже написал ей письмо, еще после прибытия борусского войска, и, наверное, оно пока не дошло. Потом мне удалось отослать еще пару писем, первую – сразу же после сражения у Цветущих холмов, а вторую – после захвата Каринура, вместе с борусским войском. Я написал письма и Госпоже с просьбой отпустить Мирту на север. Хочется, чтобы она побыстрее приехала ко мне.

  Странно, с чего это милорд именно сейчас завел разговор о Мирте? Наверное, ему хотелось услышать хоть что-то о Госпоже, баронессе Мирэн ин Верестинор. Ведь у них что-то было меж собой? Не зря же госпожа Мирэн послала Ратимира с Костой на север. Вот только что делать теперь, после удивительных вестей о прибытии невесты милорда, степнячки с племени Шэн-гэ откуда-то с востока, со странным именем Бадацэг. Уже все баронское окружение вовсю судачило, кто же эта девушка с диких степей, и как же она могла встретиться с милордом. Но никто, в том числе и Ратимир, не могли ответить на этот вопрос. Единственный, кто хоть что-то знал о прежней жизни милорда, так это был Сулим. Но он находился в Салимбаре, и естественно, пока даже не знал о прибытии в Верестинор степняков с далеких диких степей.

  Но самыми главными были новости о прибытии в северный Анжай многочисленного королевского войска Сатора. Сразу же вслед за гонцом из Лабинора прискакал такой же, но уже из Тракта. И тоже привез множество пергаментов от вождя Авантея. Оказывается, в отличие от первого баронства, в Тракте, кроме небольших фортов на границах с прежними Изнуром и Вереном, вообще не имелось укрепленных пунктов. Даже столица баронства была укреплена слабо. Получается, путь саторским войскам был открыт до самых Речных ворот. Вождь Авантей сообщал, что кроме трех с лишним сотен северных охотников и небольшой баронской дружины с Центральной долины, в его войске имелось всего лишь около четырех сотен необученных добровольцев с Тракта. Кроме того, ему подчинялись небольшие гарнизоны в Изнурке и Выселках, и до сотни воинов в Речных воротах. Пока больше войск на этом направлении не было. Конечно, к Речным воротам можно двинуть пару тысяч, а то и больше воинов из Верестинора. Ведь только для сопровождения караванов и пленников было выделено почти тысяча человек. И все они теперь находились в Верестиноре. А еще, как уже знали все, к Изнуру спешили смешанные отряды степняков и северных охотников с численностью более полутора тысяч человек. И в самом городе теперь имелись чуть больше тысячи воинов, правда, большинство из них составляли раненные у Цветущих холмов. И если добавить к ним еще пару тысяч степняков, прибывших в Верестинор, то набирается вполне солидное войско, вот только никак не сравнимое с саторским.

  Не доставало и магов, хотя в том же Изнуре или Верестиноре имелось достаточно учеников. Вот только им до завершения учебы было еще очень далеко. Одна надежда на Косту и девушек, пока только Лиллену и Сильпикку, ну, может быть, и на Неру. Милорд в последние заходы светила постоянно занимался с ней, и у них что-то и получалось.

  На срочно созванный милордом Малый Военный Совет прибыли немногочисленные вожди и люди, близкие к милорду. Ведь большая часть войска находилась в Салимбаре и Салиме. И многие вожди находились там со своими отрядами. Борусцы вообще были в Южном Салиме, недалеко от своих границ. А барон Тавр, как уже все знали, вообще отбыл в Селену для встречи со своим королем. Главное, в Каринуре осталась принцесса Амель, его ненаглядная и любимая. Хотя в суматохе дел у них имелось слишком мало времени для встреч, но Ратимир был вполне доволен и этими немногими, пусть и короткими свиданиями. Много работы было у Акпараса. Ему приходилось поддерживать связь со всеми воинскими отрядами, как разбросанными в Верене, так и сторожившими новую границу Изнура. Хотя, больше всего войск было в Каринуре. Кроме основных отрядов, почти четыре сотни воинов имелось в Калине. Отряд в три сотни человек, оставив в двух крепостях на границе немногочисленные гарнизоны по полсотни воинов, поддерживал порядок в Южном Каринуре. Еще гарнизоны по сотне пограничных стражников имелись в Буйской крепости, в Верестовке в устье Изнура и также в далеком Южном Перекрестке. Во всех этих местах действовали и разведчики вождя Шемека, и поэтому он тоже остался в Каринуре. Верховный Вождь Юман с остатками от своего легиона, так как его воины стояли и в Салиме, и в Калине, после приказа милорда оставил прочесывание северного лесистого берега Вересты и вернулся в город. Остальные вожди находились со своими отрядами и поэтому просто не смогли прибыть на Малый Военный Совет. Кроме того, никак не оставили милорда Лиллена и Нера. Даже сам Ратимир, оставив все дела, еле смог прибыть в баронский замок.

  – Друзья! Как вы уже все знаете, на западе назревают грозные события. Может быть, вторжение саторских войск уже началось, и мы даже не успеем прибыть на места сражений. Тогда, однозначно, Лабинор и Тракт придется оставить. Никак не защищена у нас и Центральная долина. Но враг дальше Речных ворот не пройдет. В Верестиноре пока достаточно людей, чтобы сдержать их там. Не отдадим мы и сам Изнур. У нас появились нежданные союзники. Поэтому Изнур будем защищать. Для этого нам достаточно удержать город и две крепости в Северо-Изнурском ущелье, не пуская врага в Восточную долину. Там уже имеется до четырех сотен воинов, и в случае необходимости все отряды из Верена должны прибыть туда. Я прошу Вас, Ваше Высочество, принять под свою ответственность Салимбар. К сожалению, мне придется вывести все отряды оттуда. Если веренцы перейдут в наступление, то борусское войско вполне может отступить и в сам Борус, или на запад, в Изнур. Оставим мы и Салим. Верховный Вождь Юман, вождь Шемек, вождь Паймуш! Оставьте, пожалуйста, там одну сотню конницы и разведчиков. В случае опасности они должны отступить в Каринур. Здесь мы оставим Ваш легион, уважаемый Юман. У Вас будет несколько магов и Сильпикка. Кроме того, Вам поручается удерживание в своих руках и Калина. Я думаю, Ратимир так же останется в городе и, как и прежде, будет старшим во всем Каринуре. Войска, выведенные с Салимбара и Салима, во главе с Сулимом должны следовать к Изнуру. Мы же сами вместе с Акпарасом, Лилленой и Нерой немедленно покидаем Каринур и отправляемся в Изнур. По пути нам придется забрать части гарнизонов из Калина, Буйской крепости и Верестовки. Уважаемые Ратимир и Юман! В случае опасности отступайте к крепостям в Северо-Изнурском ущелье. Отряду пограничной стражи из Южного Каринура разрешается отступать в Изнур. У меня, кажется, все. Друзья, у кого будут дополнения?

  После выступления милорда в комнате воцарилось недолгое молчание. Потом слово взяла принцесса Амель.

  – Коста, мой отец обещал подкрепления войску. Я думаю, что они уже в пути, и может быть, даже в Изнуре. Вот только как нам быть в том случае, если врагам удастся захватить перевал меж нашими странами?

  – Перевал не отдадим, Ваше высочество. Вообще, постараемся удержать весь Изнур.

  – Коста, а что делать с ценностями и другими трофеями, захваченными в Салимбаре? Ведь теперь их не получится вывезти в Изнур?

  – Часть заберут с собой отступающие войска. Барон Берсалим и все его окружение временно будут перемещены в Каринур. А ценности? Что же, не пропадать же добру. Все то, что сможете, отправляйте в Борус. Только пожалуйста, соблюдайте договоренности, те, что обещал городу и баронству Сулим. Если благополучно сумеем довести дело к миру меж странами, то, думаю, выкуп мы получим.

  – Милорд, а как быть с договоренностями с торговцами? Если мы уйдем, то они могут отказаться выполнять эти соглашения.

  – Не страшно, Ратимир. Когда будете уходить, и если почувствуете явное желание торговцев обмануть нас, и не платить положенного выкупа, то подпалите что-нибудь ценное. Попросите Сильпикку. Пусть попрактикуется. Пусть будет в счет выкупа, но точно им не достанется. А так, пока срочно загружайте корабли и отправляйте хотя бы в Восточную долину. Там уже народа достаточно много, и им все трофеи как раз и пригодятся. Пусть и Сулим выводит все галеры из Салимбара. Ваше Высочество, к сожалению, корабли оставить не могу. Если будет перерезан путь по реке, то они будут потеряны безвозвратно.

  После дальнейшего короткого обсуждения милорд молча подписал все пергаменты, подготовленные к рассылке по всем воинским отрядам. Часть бумаг написал он сам. Хоть и время приближалось к темени, отряды гонцов один за другим покидали Каринур и исчезали среди пустых полей и лесов. Такое было в порядке вещей, и пока горожане ничего не почувствовали. Насторожить их мог бы только открытый выезд милорда из Каринура. Но Коста специально подгадал это время к полной темени. С собою он взял всего лишь личную охрану. Уже в полной темноте милорд, Лиллена и Нера, с частью своей охраны, переодетые как простые воины, покинули баронский замок, направляясь по темным улицам к воинскому отряду в полсотни человек под командованием Акпараса. Янтайк же с одним десятком остался охранять его, Ратимира, а затем и Сильпикку. Согласно наказа милорда, девушку следовало оберегать всеми силами остающегося войска и вывезти в Изнур любой ценой.

  Так же в полной темени, незаметно для горожан, покинула город и его любимая принцесса Амель, направляясь со своей охраной в Салимбар. Что ждало ее там? И свидятся ли они дальше? Неизвестно. Всемогущие боги опять разлучили два влюбленных друг в друга сердца. Ратимир загрустил. Но он никак не мог опустить руки. Его ждали неотложные дела. От того, как он выполнит порученные ему дела, зависело благополучие многих людей, и соответственно, всего Изнура.

   *

  Удивительные люди здесь, в Изнуре. Улыбчивые и очень общительные, весёлые и трудолюбивые. Никого не боятся, не гнут головы перед своими вождями. Свободно общаются меж собой и с любовью делают свою работу. Нигде нет никаких рабов и бучу. И воины, и все остальные свободно обращаются к своим вождям с разными просьбами. Те спокойно выслушивают их, и тут же начинают хлопотать, чтобы выполнить просьбы своих соплеменников.

  Вот уже прошло почти две седмицы, как отряд в пять сотен степных воинов во главе с его отцом, вождем рода маркатов Тумэнгэром вступил на земли северных охотников, теперь принадлежащим баронству Изнур, но Бадацэг никак не переставала удивляться. Произошло столько всего, волнующего и радостного, и в тоже время так сильно беспокоящего её, что девушка порою не могла спокойно спать. Последние пять заходов светила она вместе со своим отцом и братом Алтангэром в компании приёмных детей барона Косты, того странного чужеземца, который когда-то попросил выйти её замуж за него, Чепчен и Патьера, и как она выяснила, будущих могущественных шаманов, на пяти кораблях спускалась вниз по реке Вереста. Конечно, эта река тоже большая, но Великая Дэлинэ ещё больше. Вместе с ними плыли помощница барона Аямпи и мальчик Пинер, тоже будущий могущественный шаман. Их охраняли целых две сотни воинов. Вот его отцу вождю Тумэнгэру глава Верестинора Норан и его помощники позволили взять с собой всего лишь одну сотню степных нукеров. Остальные четыре сотни воинов вместе с другими вождями отправились в путь уже по суше, через Центральную долину.

  Удивительно интересно здесь, в Изнуре. Никто не заставляет северных охотников и других изнурцев работать, как рабов и бучу. Тем менее, их города и деревни растут, как травы в степи после обильного дождя. По всему берегу Вересты, то тут, то там виднелись строящиеся дома, и даже крепости. Такого сначала на далеком севре совершенно не наблюдалось. После прибытия в земли северных охотников кругом виднелись одни лишь леса и горы, и изредка попадались неприхотливые стойбища, более убогие, чем даже Тумэнкар. А потом они всё же дошли до Новых Выселок. И тут настали удивительные времена. Город был больше стойбища их племени и намного лучше, хотя он только и строился. Уже имевшиеся широкие улицы и громадные дома сильно удивили девушку. Зачем же просто так оставлять так много свободной земли? А уже потом после только недавно начатых Новых Выселок другой город Верестинор приятно поразил Бадацэг. Она никогда не видела такого большого селения. Стало понятно, что для стольких людей и повозок даже самые широкие улицы будут малы. Хотя, её отец был на далёком юге и видел немало городов, даже более красивых и крупных, чем этот деревянный городок. И то он поразился размаху работ.

  – Да, быстро же строятся эти северные охотники. Так они запросто могут обогнать и южан. Вот, Алтангэр, что значит настоящий хозяин. Раньше эти охотники прозябали в нищете и как огня боялись нас, степных воинов. А теперь, вон, как они задрали свои головы. И ведь стараются и работают намного лучше бучу и рабов.

  Степных воинов здесь ожидала самая настоящая торжественная встреча. Можно подумать, что весь город вышел встречать именно её, Бадацэг. Хотя, как оказалось, так оно и было. Пусть и никто особо не выделял девушку, но внимание практически всех было обращено именно на неё. Вот вождь Тумэнгэр, её отец, воспринял все как должное. Хотя и он не ожидал такой торжественной встречи, но уважение, проявленное жителями Верестинора к ним, ему очень и очень понравилось. Кроме вождя Норана, главы города и всех окружающих земель, степных воинов встречали вождь рода арасей Яхун и Первый жрец храма Великого бога Акпалат, и Великий Шаман Патман, и многие знатные люди Верестинора, и даже главы степных родов пулей Байсар, пулу Саймак, бугур Рикмас, бугу Оттек и вождь из рода оногур Бибарс. Её отец на удивленные взгляды других вождей сказал, что, как ему сообщили, почти все племя сабир перешло в подчинение Великого вождя Косты. Ещё он добавил, что глава рода Вишенер вместе с военным вождём рода малых кошек Сандаком уже повел тысячное войско на юг, на войну. Это сообщение особенно сильно поразило других вождей.

  Бадацэг встречали с очень большим почтением. Девушке, конечно, всё это льстило, но было и страшно неудобно. Ещё никогда к ней не относились так уважительно. Удивительно, но именно ей, как очень важному лицу, а не её отцу, представили всех вождей, присутствовавших на этой встрече. Он, конечно, немного обиделся, но вида подавать не стал. Ещё сильнее Бадацэг удивилась, когда увидела детей барона Косты Чепчена и Патьера. Никто не рассказывал ей, что у чужеземца могли быть дети. Девочка оказалась всего лишь ненамного моложе неё, а мальчик всё же был гораздо младше. Но потом всё стало на свои места, когда сотник Вашук из племени кавар опознал в этих детях своих соплеменников, и сразу же рассказал об этом вождю Тумэнгэру.