Текст книги "Раз - невезенье, два – везенье. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Анатолий Патман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 56 страниц)

  В лагере творился самый настоящий хаос. Люди метались среди горящих палаток и шалашей, и некому было их организовать и превратить из простой толпы в воинов. Тем временем охотники стремительно обтекали лагерь и охватывали его со всех сторон. А мои маги продолжали сыпать свои магические штучки прямо на лагерь. Наконец, Акпарас, видимо, догадался, что пора прекратить это избиение, так как я больше не кидался своими Щитами, и вообще, просто ждал, чем же все кончится, и начал отдавать команды. Потом послышался его громкий голос.

  – Веренцы, сдавайтесь, и вам всем сохранят жизнь. Я, вождь Акпарас, говорю вам это от имени барона Изнура! Бросайте оружие и сдавайтесь! Иначе будете сожжены магическим огнем!

  Но не тут-то и было. Часть воинов, видимо, нашелся кто-то решительный и смелый, ринулась в нашу сторону. Полусотня вмиг ощетинилась мечами и щитами. Я собрался и один за другим кинул шары огня, то, что у меня хорошо получалось с самого начала, и потом добавил молнию, постаравшись, чтобы она получилась слабой. Впереди бегущих вспыхнули высохшая трава и голые кусты, а затем страшный удар молнии опрокинул передних на землю. Остальные, видя это, со страха ринулись обратно.

  – Веренцы! Сдавайтесь! Бросайте оружие, и останетесь живы! – вновь послушался голос Акпараса. – Сдавайтесь! Кто сдастся, останется жив!

  Наконец лагерь очнулся. Люди там стали срывать себя перевязи с оружием, или что было у них в руках, и бросать на землю. Охотники быстро перелезали через завал, сгоняли веренцев в небольшие группы и выводили из лагеря. Тем временем их страховали лучники и маги. Лично мне же было плохо, меня мутило, и я, не выдержав, медленно опустился на землю.

  – Милорд, что с Вами?

  – Ратимир, представляешь, я сам себя ненавижу. Мне плохо, и мне хочется плакать.

  – Бывает, милорд, бывает. Посидите пока тут! Ахтар! Быстро отправь людей в крепость! Пусть принесут что-нибудь выпить. И пусть пригласят сюда Лиллену.

  Полный захват лагеря происходил уже без меня. Прибежали Лиллена с Сильпиккой, примчалась Илемпи, все маги и ученики, и шаманы, и вожди, и увели меня в крепость. Ратимир с Акпарасом приняли командование на себя. Они в момент привели в чувство всех, расставив по местам, оставив со мной только Лиллену с Альпиккой.

  А я сидел на грубой лавке из жердей внизу в одном из углов первого этажа боевой башни, прислонившись спиной к шершавым бревнам, и пил, правда, только пиво, и ни сколько не пьянел. Голова была совершенно пустой. Постепенно меня стало отпускать. Через час я уже был полностью готовым, как говорится, к дальнейшей службе на благо Отечества. Осталось только острое желание не применять больше белую магию, и если применять, то только в исключительных случаях и, наверное, для фейерверков.

  *

  Занимался поздний зимний рассвет. Хмурый день постепенно вступал в свои права. По разгромленному лагерю веренцев осторожно ходили бывшие строители крепости и собирали все, что осталось от врагов – оружие, доспехи, палатки, одежду, хозяйственный инвентарь и другое разное имущество и отправляли в крепости. Несколько человек провели мимо лагеря табун лошадей, оставленный тремя дежурными кавалеристами при своем побеге. Едва увидев магические огни, они сели на своих коней, и бросив все, как есть, скрылись в лесу. Знатная добыча, почти две сотни боевых коней и сотня ездовых из обоза. Ратимир, из-за своей любви к лошадям, считал эту добычу самой ценной. Обидно, но и из лагеря все-таки сумели вырваться и сбежать несколько воинов, как рассказали некоторые пленные, даже рыцари. Это оказались Маркан Веренский и три его воина, гвардейцы веренского графа. Пущенная по их следам погоня ничего не дала. Опытные воины просто исчезли, растворились в густом, пусть и голом, лесу. Если учитывать, что в этом походе рыцарь больше занимался разведкой, и, судя по рассказам пленных, его богатый прошлый опыт, то неудивительно, что он сумел улизнуть. Ну, ничего, потом попадется. Сейчас не до этих беглецов. В плен попали пара сотников войска, и сам рыцарь Валар Салимский, назначенный бесследно исчезнувшим бароном Ассалимом Салимбарским командующим пехотой. Правда, его захватили пластуны милорда еще во время разведки. Как рассказал на допросе сам Валар, опытного сотника и новоявленного воеводу очень смутило большое количество северных охотников в числе защитников крепости, и он подозревал, что из-за неполной информации Салимбар ввязался в войну с северными племенами, а не с несчастным Изнуром. И еще полнее было его изумление и сильнее досада, когда пленник понял, что это действительно так, за одним исключением, что северяне теперь являются подданными этого крошечного баронства.

  А еще в плен попали два мага-лекаря из самого Верена и три простых лекаря со всеми лекарскими принадлежностями. Общее число пленных составило почти три с половиной сотни человек. В это число входили и пара десятков слуг самого барона и его приближенных, десяток чиновников баронства, два десятка хозяйственных рабочих, и, что удивительно, три десятка обозных девок из рабынь, предоставленных Велиром Аренским, для обслуживания опять же самого барона и его приближенных. А вот сам Ассалим Салимбарский и его сын Авель, два боевых мага, несколько приближенных барона, два сотника и пара торговцев трофеями бесследно исчезли. Они сами и их палатки, в количестве шести штук, и все имущество внутри палаток, просто исчезли без следа, как подозревал Ратимир, просто испарились. Со слов пленных, исчезли и две девки, затащенных их милордом и его сыном в баронскую палатку. Вот бедных женщин было жалко больше всех. Ну, ничего, мщение достигло злодеев, и постигнет еще и других таких.

  На месте попадания магических шаров милорда виднелась только неглубокие воронки со спекшей землей. Ратимир приказал нескольким воинам засыпать это место землей, тщательно заровнять и переставить поближе другие палатки, и главное, держать язык за зубами. Нечего пока людям знать про такое страшное оружие. И так милорд мучается.

  Победа была полной и практически бескровной. Оружие и экипировка чуть ли на четыреста человек, запасы провианта и разного имущества почти в сотне телег могли порадовать любого. В походной казне имелось несколько тысяч золота и других ценностей, которые пока подсчитывались. Также был захвачен архив войска со многими важными документами. Ратимир совершенно не удивился этому. При таком подавляющем превосходстве, что в воинах, что в магах трудно было потерпеть поражение. Конечно, при обычном сражении и у войска Изнура были бы потери, и вполне приличные. Легко вооруженные воины-охотники не смогли бы выдержать удар тяжелой кавалерии, как выяснилось, имевшейся в баронском войске, пусть и немногочисленной, и тяжелых пехотинцев и рыцарей, которых в войске Салимбара насчитывалось чуть ли не сотня. Надо еще учитывать магов графства, которые, как сказал Акпарас, явно были сильней учеников шамана.

  Вот будущие маги, девушки и юноши, остались разочарованными. Они наблюдали за схваткой с боевой башни и тоже хотели применить свою магию, но вынуждены были подчиниться запрету милорда. Одна лишь Лиллена сделала несколько воздушных бросков, и вполне успешно. Зато маги-целители из учеников Великого Шамана были на высоте. Они успешно проводили лечение как своих, так и вражеских раненых и больных. Правда, последних было очень много. Кроме убитых, которых насчитали до трех десятков, пострадало до сотни воинов врага. Но милорд строго наказал оказать лечебную помощь и вражеским воинам, поэтому Укапи и лекари-знахари занимались проверкой всех пострадавших.

  Военный Совет собрался в очень большом составе. Здесь присутствовали все вожди, военные вожди и шаманы, выступившие в поход, Саландай, Левендей, Лиллена, Альпикка, маги-ученики Великого Шамана, Милюк и Укапи, ну и, конечно, Ратимир, и сам милорд, почувствовавший себя лучше, и первый взявший слово.

  – Уважаемые члены Военного Совета. О результатах битвы вы все знаете. У меня единственный вопрос – что мы будем делать дальше? Прошу высказаться.

  И тут нежданно сразу же взял слово вождь рода горных львов Исентей.

  – Великий вождь, мы присоединились к вам совсем недавно. Но все-таки позвольте высказать свое мнение. Войска Сатора безжалостно уничтожают стойбища племени лесных ласок, уводят их женщин и детей в рабство. Недавно, как мы слышали, они сожгли стойбище рода Чистого ручья, а людей захватили и сделали рабами. Если их не остановить, то они примутся и за племя волкодавов. Вот поэтому, Великий вождь, скажу прямо, ничего не скрывая, что все рода племени и сам Верховный вождь будут с Изнуром. Мы надеемся, что когда мы вместе, нас никто не посмеет тронуть. И я прошу Вас не остановиться только на освобождении и Выселок, но и нанести удар на юг. Изнур должен быть освобожден. Ведь, как мы все прекрасно знаем, и поддержите меня, пожалуйста, уважаемые вожди, подтвердите, что это коронные земли баронства. Для сохранения чести всего Изнура следует вернуть эти земли обратно. Наше племя полностью Ваше, Великий вождь. Я думаю, я уверен, что скоро войска всего племени придут Вам на помощь.

  – Великий вождь, я тоже присоединяюсь к вождю Исентею. Степные племена пока не совершают набегов на нас и Изнур. Но когда-нибудь они придут в движение, и тогда станет плохо всему Изнуру. Надо опередить их всех, пока они не готовы к войне. Надо отомстить за прежние унижения и освободить Изнур. В далекой Войне скорби участвовали и все наши племена, в том числе и племя лесных ласок, и даже племя сабиров, пусть и покорившееся степнякам. Но тогда мы потерпели поражение, Изнур был разрушен, много людей из наших племен погибло или попало в рабство. Унижение должно быть отомщено. Потом видно будет. Уйти на север, Великий вождь, как и тогда, мы всегда успеем. Пока Верестинор остается в большой опасности, успокоиться нельзя. Ведь с Вашей помощью там построен храм Великого бога, и теперь мы обрели надежду на лучшее будущее. Мы не хотим больше отдавать наши земли и город на поругание врагу и на разрушение.

  Ратимир видел, что все вожди были согласны с этими двумя, выступившими самыми первыми. Но почему-то они пока что воздержались. Интересно, как поведет себя милорд? Лично сам Ратимир был за освобождение Изнура. Когда две каледы назад их группа проезжала по этому Арену, он был поражен тем, как жили здешние крестьяне. Такого в их княжестве и во всей Саларской империи точно не было. Там бароны к своим крестьянам относились гораздо лучше. После этой схватки он очередной раз убедился, что с милордом безбоязненно можно идти на любую войну, ну, кроме самой большой. Пока такой не предвиделось. Если обе племени за Изнур, то бояться было нечего. Это же несколько тысяч воинов, готовых идти с милордом до конца. Можно воевать даже с графом Верена. Все ждали решения милорда. Несколько десятков глаз впились в него и с нетерпеньем ожидали его слов.

  *

  Вот это да! Без меня меня женили. У всех имеется свой интерес. Только у меня его нет. Вожди жаждут отомстить за прежние обиды и нажить новые. Это что же получается, что баронству придется воевать со всем окружением? С другой стороны, действительно, Изнур когда-нибудь надо освобождать. Без него я не буду признанным всеми бароном. Коронные земли – это не пустой звук. Как я понял, что только вмешательство Саларской империи когда-то позволило сохраниться остаткам Изнура. В принципе, маленький клочок формально независимой земли никому не мешал и до поры до времени особо и не был нужен. Ожесточенная война закончилась, сил не хватало, а северные племена хоть и отступили, но остались вполне способными постоять за себя. Так и тянулось все это время. А потом силы восстановились, появилось желание размять кости. Только и нужен был повод для дальнейших захватов. И он нашелся в виде меня, купившего эти земли, какого-то непонятного и смутного пришельца, чужака, недостойного и унижающего честь и достоинство настоящих аристократов, тем более, нанесшего обиды трем соседним владетелям. И самый сильный из них, способный покарать ничтожество, возомнившего себя кем-то, просто взялся поставить его на место, и попутно, прихватить плохо лежащее владение, вполне по уважительным причинам. Как показали первые же допросы, по крайней мере, так сказал Валар, Изнур на самом деле доживал последние свои денечки. Точнее, моя власть и жители славного баронства, запланированные на уничтожение, в лучшем случае, предназначенные на продажу в рабство. Оказывается, что барон Ассалим уже вез в Выселки две тысячи своих крестьян, которые, может быть, уже находились и там. Люди, особенно немногочисленные жители долины, оказавшиеся в составе войска, узнавшие это, готовы были прямо сейчас отправиться на юг и изгнать непрошенных гостей, а то и уничтожить прямо на месте.

  Наверное, как мне думается, то, что плохо лежащее баронство в последнее время прибрал к своим рукам именно граф Таласской империи, только и сдерживало веренцев. А теперь появился прекрасный повод в лице меня изгнать слабое ничтожество и отобрать у него нажитое неправедным трудом.

  Ну что же, будем воевать. Попробуем переломить ситуацию в свою пользу. Что-то неохота мне все время бегать и прятаться по темным углам. Как говорится, погибать, так с музыкой. Даже крысы, говорят, загнанные в угол, бросаются на человека. Я же не это умное животное, и за мною сила. И немалая. Пока баронство является именно Изнуром, пусть и разрушенным и разворованным, но все-таки всеми признанным. Так что придется воевать, но пусть сначала решают вожди. Я все-таки пришлый человек, и мне как-то зазорно решать именно за них.

  Тем более, схватка выиграна, и с большими трофеями. Можно создать отлично вооруженные и экипированные тяжелые сотни, как и конницу. Среди охотников много тех, кто прекрасно чувствует себя и на лошади. В первую очередь, надо создать войсковую разведку из самых подготовленных воинов, например, пластунов, придать им кого-нибудь из магов. Вот только пока магов нет. Жаль, что на все просто не хватает времени. Вот как раз после освобождения Изнура и займусь подготовкой магов. Великий Шаман тоже, надеюсь, обучит своих учеников.

  – Хорошо, я согласен. Ставлю этот вопрос на утверждение Военного Совета, Кто за, прошу просто поднять руки.

  Ратимир и Лиллена, уже знавшие, что у милорда именно так принято выражать согласие, сразу же подняли руки. Как я узнал после этого собрания, именно мнение этой девушки оказалось решающим. Она была своей, местной, из Выселок, и Избранной, и одной из главных приближенных Великого вождя, и как-то так получилось, что северяне прониклись к ней неподдельным уважением и симпатией, и многие умудренные жизнью люди теперь даже гордились ею. Поддержать ее было для них большой честью.

  Лес рук поднялся над головами. Некоторые подняли их даже обе. Ни одного против и воздержавшегося. Я тоже поднял свою руку.

  – Все, утверждено единогласно. Я, как барон Изнура и Великий вождь всех родов, утверждаю это решение. Идем освобождать Изнур. Акпарас, ты будешь командовать всем войском, идущим на юг. Я буду сопровождать войско в качестве мага и твоего советника. Акпарас, ты достойно проявил себя, и мы, собравшиеся здесь, полностью доверяем тебе.

  Не военный я человек, пусть и имеющий какое-то звание. Но это было где-то там за облаками и неведомыми далями. А здесь другой мир, и другие люди, и совершенно другая война, в которой, к сожалению, я не совсем еще разбираюсь. Так почему бы не доверить войско профессионалам, уже показавшим себя с самой хорошей стороны. И людей сберег, и схватку выиграл.

  – Уважаемые вожди! Надо срочно отправить гонцов в Северный хутор и связаться с Сулимом и придать ему дополнительные войска. Думаю, пока две сотни из Речных ворот хватит. Акпарас, распорядись. Сулим пойдет освобождать Выселки, потом будет прикрывать границу со стороны Северного тракта. Маги ему придаются те же, что и обороняли Левую крепость. Друзья, как вы уже знаете, что в Выселках войск противника немного. Но там может оказаться множество крестьян с юга Верена. Поэтому надо быть осторожным. В случае успешного освобождения деревни, крестьян не обижать, но и пока не отпускать. Рабочие руки нужны и нам самим. Здесь же пока в каждой крепости оставляем по три десятка, и временно одну сотню для охраны пленных. Надо срочно затребовать из Верестинора сотню воинов для гарнизона крепостей. Вождь Авантей, можно попросить Вас принять командование крепостями. Без надежной обороны Речных ворот мы можем оказаться в западне. Потом, после прибытия войск из Верестинора, пусть эта сотня занимает Изнурку и держит Северный тракт и охраняет западную границу. Вот эти крестьяне с юга и построят нам крепость, хотя бы такой, как здесь. Вождь Упамсар, это дело поручается Вам. Также можете набирать добровольцев из местных жителей. Пока в Центральной долине, кроме крепостей на границах, ничего строить не будем. И восстанавливать старый замок тоже. Потом поставим настоящий каменный. Нам тут много лошадей досталось. Уважаемые вожди родов, прошу подобрать для них всадников. Будем создавать конную сотню для разведки. Для курьерской службы нужно оставить пару десятков. Ратимир, служба на тебе. И еще у нас много трофеев. Две тяжелые сотни пехоты нам не помешают. Вожди Чагатан и Ухтияр, прошу заняться ими Вам. А пока отдых на четыре склянки. Для всех. Караулы в обычном порядке.

  Вот и стал я полководцем, пока, можно сказать, только настоящим полковником. Под рукой у меня даже здесь больше тысячи человек. Целый полк с усилением в виде магов и вспомогательной сотней, и значит, я командир полка в чине настоящего полковника. А когда добавятся войска из племен, то стану генералом.

  Если отложить шутки в сторону, то голова раскалывается от вопросов без ответов. И самый главный из них, куда вынесет меня волна? Ведь я плыву, как листик, по волне. Или как айсберг в океане?

  После короткого отдыха мы потратили еще пару часов на сборы. Хорошо, что есть крепости. Хоть какая-никакая защита границ и база для войск. Молодец, Саландай. Справился. И еще от Сулима прибыл Юманак с десятком воинов. Точнее, он находился в разведке, так как был послан для слежения за вражеским войском. Обнаружив, что враг разгромлен, и везде войска баронства, разведотряд немедленно примчался в крепости.

  – Милорд, как я рад, что, наконец-то, враг разгромлен. И дружина вся обрадуется. Она закрыла дорогу на Северный хутор. Теперь там вместе с охотниками почти сотня человек. Милорд, мы все-таки не пустили их на хутор! Что, теперь пойдем на Выселки? Сколько войск, милорд!

  – Нет, Юманак. На Выселки пойдете вы с Сулимом. Там немного захватчиков и очень много крестьян. Они нужны нам для постройки крепостей. И большой обоз. Желательно захватить целым. А мы пойдем на Изнур. Война продолжается. Военный Совет так решил. А я согласился с этим решением. Проведешь две сотни, что обороняли крепости, в Северный хутор. И маги у вас будут – два боевых и один лекарь. Так что, пока воюем. И скажи Сулиму, пусть там будет поосторожней.

  Часа через шесть, как раз перед темнотой, мы сумели дойти до Речного хутора. Разведка уже обследовала все окрестности и никого не нашла. Хутор был разграблен и испоганен, но дома все же оказались целыми. Войско расположилось на отдых. Полсотни разведчиков, несмотря на то, что впереди их ждала длинная ночь и, соответственно, полная темнота, и на полное отсутствие дорог в ту сторону, перешли Малую Вересту и направились на юг к перевалу. А я, переложив все хозяйственные вопросы на Акпараса и других вождей, наконец, нашел время для занятий с будущими магами.

  – Друзья, вы все видели, как происходила схватка. К сожалению, ничему особому я не смогу Вас научить. Поэтому после похода вы все вернетесь в магическую школу. Но я нуждаюсь в вас. Так как вы пока единственные во всем Изнуре, сумевшие выявить свои способности. Дальше развиваться будем все вместе.

  И мы нашли подходящее место на околице хутора и в сторонке от любопытных взглядов начали создавать и рассеивать магические шарики, каждый по своему профилю и умению. А что, неплохие подобрались у меня парни и девушки. Пинас и Селентей уже уверено работали с шарами огня и держали их в руках. При случае могли и закидать всяких там недоброжелателей, что и показали, уничтожив пару небольших кусточков. Айтук и Чатак тоже неплохо справились с таким же заданием, искромсав небольшое деревце. Жаль, конечно, кусточки, но на чем-то ведь надо тренироваться. У Милюка все получалось хорошо. Сколько он уже со мной. И кидает намного дальше, и шары больше. Илемпи тоже порадовала меня. Шутка ли, все-таки две стихии сразу, и одна при этом довольно сильная. Тамсар остался доволен ими со всеми. Его, как одного из учеников Великого Шамана, я попросил приглядывать за будущими нашими боевыми магами. А Укапи сегодня и так неплохо поработала под руководством Шерпинаса.

  После их ухода я остался только с Лилленой и Сильпиккой, внимательно наблюдавшими за всеми остальными. Девушки терпеливо дождались окончания занятия. Лиллена и сама немного поработала со своими стихиями. Кинула пару синих шариков воздуха, создала и рассеяла зелененькие, и даже поиграла с оранжевым божьим светом. Но они ожидали главного.

  – Лиллена и Сильпикка, сядьте одна там, другая там!– развел я их в разные стороны. А теперь забудьте про все и смотрите только на меня.

  И я аккуратно, не спеша начал собирать белый шарик. Теперь то я уже привык работать с белыми нитями, и даже с достаточными тонкими, поэтому не боялся. Получившийся шарик света практически спокойно лежал на ладони и не слепил глаза, так как был слабеньким, но он требовал усиленного внимания. Хорошо, что при попытке распада по нему сразу же начинали бегать разноцветные смутные полоски, поэтому приходилось снова напрягаться и мысленно сжимать его.

  – Вот, это белый свет. Если не удержать его, то он распадется на разные цвета и рассеется в окружающем пространстве. Но это очень опасная стихия. Не удержишь его, пострадаешь сам и причинишь вред окружающим. Спасут только очень сильные щиты. Но никто из нас пока не сможет создать такие щиты. Вот от этого слабого шарика я еще могу защититься, а от чуть большего уже нет. Поэтому, если что, сразу кидайте в сторону. Лиллена, попробуй сначала ты. Помни о том, о чем только что сказал я.

  Я отошел подальше от девушки и встал перед Сильпиккой. Мало ли что.

  Долго-долго ничего не проходило. Уже темнело. Я даже устал ждать. И вдруг в сумерках в нескольких шагах от нас зажегся свет, достаточно яркий.

  – Лиллена, сразу кидай шарик в кусты. Пока достаточно!

  Темноту озарила вспышка, и раздался звук взрыва. Молодец, Лиллена, послушалась.

  – Милорд, получилось! У меня получилось! Я думала, что не смогу, а потом увидела белую нить и дернула, и этот кусок сжала в ладони.

  – Ладно, Лиллена, в следующий раз не спеши и найди нить потоньше, и осторожно отрезай с двух сторон. И только потом сожми в руке.

  Да, надо быть осторожным, иначе действительно получится, что встречу свою смерть рядом с красивыми девушками. Жаль только, что не в объятиях. Пусть и строят они мне глазки, но не стоит подаваться и обнадеживать. Слишком опасные, а то получатся подруги. И так уж один раз обжегся, можно сказать, в прошлой жизни. И в итоге остался без жены и детей. А все это пресловутое несовпадение характеров. Кому-то надо больше, кому-то меньше, и совместить возможности с желаниями бывает очень и очень трудно. Вот и расходятся, в конце концов, вполне любящие друг друга люди. А потом ненавидят своего бывшего или бывшую всю оставшуюся жизнь. Нет, у меня не было такого чувства, по крайней мере, сейчас. Осталось только легкая грусть и сожаление по неудавшейся семейной жизни, и тоска по детям.

  Потом я прикрыл уже Лиллену. Сильпикка же долго не думала, и почти сразу же зажгла почти такой же шарик, даже больший. Надо же, а девушка сильная и талантливая. И тоже запулила свое чудо в кусты. А потом от радости и полноты чувств закричала, и вдруг неожиданно прильнула ко мне.

  – Милорд, спасибо! Если бы не Вы, то я никогда бы и не узнала о своих способностях!

  – Молодцы, девушки. Только учтите, без меня ничего не делайте. Иначе потеряете управление своим шариком, и никто уже Вас не спасет. И даже не найдут. И еще, теперь вас везде будет сопровождать охрана. На всякий случай. Вы мне очень дороги, и не хочется терять Вас из-за нелепых случайностей.

  – Поняли, милорд! Будем осторожны.

  – Милорд, а, правда, что Вы сегодня именно этой магией сразили вражеских магов и ихнего барона?

  – Да, Сильпикка! Только помни, что мне после этого стало очень плохо. Поэтому такую магию лучше применять только в крайнем случае. Лиллена знает, что не всегда бывает приятно пользоваться своими способностями.

  Девушки переглянулись меж собой. Что ж, будет им тема для обсуждений. А потом мы спокойно, с чувством выполненного долга, отправились по своим, отведенным нам, домам обратно в Речной хутор. Что же, наконец-то мне можно уверенно смотреть вперед. Сил хватает и на более значимые достижения, чем сейчас. Баронство постепенно встает на ноги, войско есть, маги есть, даже такие, каких и днем с огнем не найдешь. Даже детьми обзавелся, целых четырьмя. Двое, можно сказать, рядом, а вот моих красавиц еще придется вызволять из далекого сиденья и доставить сюда. И когда они прибудут сюда, вселятся в наш большой дом, тогда и можно расслабиться. Будет как в сказке, правда, в какой, не помню. Мечты, однако!

  * * *

  Глава 11

  Мы идём на юг...

  В середине следующего дня на границе нас встретили десяток разведчиков и дозор из молодых дружинников, оставленных Сулимом. Эти три парня, практически ещё подростки, целую неделю провели здесь, прячась в заранее оборудованных тайниках. Хорошо хоть, что погода хоть и осенняя, но терпимая. И не очень холодно, пусть и слякотно, и дожди идут холодные, и ветры порой дуют не очень приятные. Вот такая здесь зима, короткая и практически без морозов.

  – Милорд, два захода светила назад очень большой обоз с охраной примерно в полсотни воинов последовал в Выселки. А в прошлый заход перед теменью мы из лука подстрелили двух вражеских воинов. Одного убили, а другого раненного захватили. А совсем недавно, в Выселки последовал другой большой обоз. В охране всего несколько воинов. Докладывает старший дозора Тевер.

  – Великий вождь, это они захватили гвардейца из отряда Маркана Веренского. Сам рыцарь, видимо, успел вернуться в лес и затаиться там. Мы попытались его найти, но он ушел вглубь. Впереди на несколько верст вплоть до речки Малый Изнур никого нет. Отряд ушел к Изнурке. А обоз еще не успел уйти далеко. Я послал другой десяток им вдогонку.

  – Молодцы! Всем от меня благодарность! Тевер, вы пока останьтесь здесь ненадолго. Вам будет выделен десяток с лучниками и мечниками. А потом сюда придет целая сотня воинов. И тогда можете отправиться в Выселки к Сулиму. От меня вам неделя отдыха. Тухтер, отправляйтесь на помощь своему первому десятку. Если получится, захватите обоз и отправьте в Выселки. Если же нет, попросите помощи у Сулима.

  А ведь молодцы ребята. Не застрели они этих гвардейцев, то обоз из примерно сотни подвод и полтысячи крестьян с семьями, даже маленькими детьми, который войско после скорого и утомительного марша почти перед самой темнотой застало в Изнурке, повернулся бы обратно и ушел в Арен-Изнур. А так он пойдет туда, куда изначально и направлялся. И немалые материальные ценности очень даже пригодятся бедному барону. К сожалению, не могу я пока отправить их обратно. Пусть немного поработают на Изнур. А потом, если пожелают, все могут вернуться в свои дома. Честное слово, никого неволить не буду. Все меры чрезвычайного характера только на время военных действий. А потом сразу же будут отменены.

  Наконец-то я вижу эту деревеньку Изнурку, которую два месяца назад пришлось миновать стороной. Здесь дом Васинара и двух милых девушек, который, кстати, мы застали полностью разграбленным. Жители встретили нас настороженно. Они так и не успели уйти в окрестные леса, так как разведчики наглухо заблокировали деревню и не выпустили никого.

  Вот тут и догнал нас еще раз за эти последние дни Юманак. В сопровождении четырех десятков конных воинов примчался он в Изнурку, весь потный и залепленный грязью. А новости были ошеломляющими. Три сотни Сулима сумели окружить в Выселках около двух сотен воинов и опять же до полутысячи крестьян с семьями, детьми и даже кое-какой скотиной. То есть, никто не предполагал, что их там может быть столько. Кроме небольших дозоров, оставленных на западной и южной границах, не было никакой возможности вести разведку по всей долине. И связи с дозорами не было. И никто не знал, живы ли хоть эти молодые дружинники. Теперь то мы знаем, что на южном перевале они сумели продержаться, и даже захватили пленника. Кстати, большой обоз с крестьянами только чуть-чуть не дошел до деревни. А то были бы опять лишние проблемы. Десяток слуг барона Ассалима, временно ставшие охранниками обоза, не стали оказывать никакого сопротивления конным разведчикам. Жить то охота. А так их могли нашпиговать и стрелами. На войне, как на войне. И я за это тоже ничего плохого не сказал бы своим воинам. Воинская доблесть, и ничего более.

  Вот только я строго-настрого запретил обижать крестьян, даже под страхом смерти. Мародеров и насильников за их проступки ждало наказание в соответствии с тяжестью совершенного, притом самых отъявленных грозился сжечь лично. Даже не знаю, что сказать. Не злоупотребил ли я своей властью, и что буду делать, если действительно придется сдержать свое обещание? Только от одной мысли об этом становилось противно. Буду надеяться, что пронесет.

  Так вот, Сулим с войсками окружил Выселки и приказал всем сдаться. Без всяких условий. В противном случае предупредил, что маги не оставят им ни одного шанса на выживание. И тут же Акивер с Айтулом запустили по шарику огня и воды, которые лучше всяких слов убедили врага в серьезности намерений.

  А потом началось удивительное. Из Выселок вышло сразу четыре парламентера от разных людей, для обсуждения условий сдачи. Оказалось, что в деревни засели целых два владетельных барона – бароны Рикшан Трактский и Затулла Лабинорский вместе со своими сыновьями, злосчастными баронетами Рамсаном и Зиядом. Они, сопровождаемые крупными конными отрядами, буквально только в прошлый заход светила перед самой теменью прибыли на встречу со своим приятелями, ныне покойными Ассалимом Салимбарским и его сын Авелем. И тут же присутствовал сам воевода барона Шиваза Анжайского и его советник по военным делам Сиятул Анжский, прибывший вместе с первыми, вместе со своими воинами. Не говоря уже о полусотне копейщиков Велира Аренского во главе с рыцарем Вилимом Аренским, одним из родственников самого барона. И все четыре отряда захотели не сражаться, а по тихому покинуть Выселки. Три десятка салимбарских лучников и мечников из войска покойного барона вместе с парочкой знахарей были в меньшинстве, и серьезно противостоять отряду Сулима, конечно, не могли. Как назло, у противника, оказывается, просто не было боевых магов, и поэтому и решили бароны попытаться договориться полюбовно. В трех отрядах имелись не очень сильные маги-лекари, но вот боевых – ни одного! Но Сулим проявил упрямство, и ни за что не согласился отпустить этих любителей чужого. Что же это такое? Вероломно вторглись в чужое баронство и еще хотят каких-то уступок? В конце концов, Сулим тоже был рыцарем, посвященным самим Светлейшим князем Варанессы Альдуином, и просто так отпустить врагов, засевших в деревне его суверена и друга, было уроном для его чести, как он прямо и заявил об этом парламентерам. И бароны, и воевода уступили, вымолив себе в качестве условия сдачи встречу со мной. Последним и самым убедительным аргументом, добившим этих спесивых аристократов, было прибытие отряда разведки с обозом, где находился и раненный гвардеец Веренир из Верена, взятый на перевале. И его рассказ о поражении салимбарцев от многочисленного войска северных охотников с могучими магами и гибели самого барона с сыном в далеком Речном ущелье потрясли всех, даже вызванного напоследок полусотника салимбарского отряда Арама из Бара, лично знавшего этого гвардейца. Все, все противники, в том числе и немногочисленный гарнизон, согласились сдаться. А у крестьян уж никто их мнения и не спрашивал. Они безропотно подчинились новому повороту в своей судьбе.