Текст книги "Раз - невезенье, два – везенье. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Анатолий Патман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 56 страниц)

  – Люди Изнура! Мы сейчас имеем достаточно сил для изгнания врага с наших земель. Я полностью согласен с Великим Шаманом Патманом. И я, барон Коста ин Изнурский, говорю вам, что мы сделаем это. Теперь о том, что нам необходимо делать. Все воины со всех родов призываются на воинскую службу. Те люди, кто не является воином, но хочет пойти сражаться с врагом по своему желанию, должны пройти обучение воинскому делу в своих стойбищах. По необходимости мы возмем в войско и их тоже. Все, обладающие Даром богов, тоже призываются на воинскую службу. Обьявляется сбор оружия и еды для воинов. Войско должно быть обеспечено всем необходимым. Люди Изнура! Я обещаю Вам, что враг будет изгнан с нашей земли. Победа или смерть! За Изнур!

  Мое выступление было встречено такими восторженными криками, что меня охватило такое чувство эйфории, какое я никогда не испытывал. Вот что значит быть на вершине народной, скажем, любви. Это любого вина и наркотиков.

  А потом наступило время работы, монотонной и мелочной. Сразу же были посланы гонцы во все окружающие рода, не только в наши, но и в другие рода, и даже самому Верховному вождю племени горных птиц, как и далеко на запад, но уже Верховному вождю племени волкодавов. Вождя Еккера и шамана Ермилле оставили дома. Они должны были встречать всех прибывающих и направлять в Верестинор. Вот вожди других родов сразу же выехали к себе в стойбища. Военные же вожди остались со мной, как и Великий Шаман со всеми одаренными. Экстренно собранное войско насчитывало почти две сотни человек. На подготовку оружия, сбор провианта и других необходимых вещей тоже ушло немало времени. И, несмотря на приближающуюся ночь, мое войско, достаточно серьезно экипированное и подготовленное, так как тут были самые опытные воины со всех четырех родов, тронулось в путь по направлению к Светлому озеру. Правда, больше половины составляли люди из рода белых чаянов, поэтому среди них были и слабо подготовленные новобранцы. Но самую главную силу, несомненно, составляли сам Великий Шаман и пять его учеников, шаманы родов в сопровождении части своих учеников, я и Милюк с Укапи, а также шестнадцать потенциальных магов, включая и Чепчена с Патьером. Славное вышло войско. Душа моя радовалась и пела. Наконец-то я мог спокойно смотреть вперед и не беспокоиться даже о магических силах баронства, ибо основа уже была, и оставалось дождаться только успехов новых магов на новом для них поприще.

  А вот мои помощники Васинар и Чигиз остались, чтобы составить карты земель и полезных ископаемых в новых владениях баронства. Хотя они тоже просились на войну, я не согласился с их доводами. Ведь Изнуру нужны не только воины. Не могу же я разбрасываться такими ценными специалистами. Ведь не всё время же мы будем воевать. Надо думать и о созидании, и о развитии Изнура на долгие и долгие годы вперёд.

  *

  Замок неистово горел, полыхал, разбрасывая яркие искры во все стороны. В темени зарево пожара видно было издалека. Сулим, с грустью и с какой-то щемящей тоской, сквозь голые ветки деревьев вгляделся в горящий замок, бывший его домом в эти последние каледы круга Белого Упатэ. Такой милый и уютный, пусть и громадный, не как в Беруссе, где у него остался пустой и неуютный домик на окраине. А теперь он и его воины вынуждены покидать даже это пристанище из-за неуемного барона Ассалима Салимбарского, пожелавшего захватить земли Изнура. Нет, не бывать этому! Враг уже получил свое на перевале. Не удалось ему просто так захватить замок, хотя Выселки пришлось оставить практически без боя. И там врагу досталось по полной. Сулим и его дружинники показали, что нечего было барону и его войску соваться в чужие земли. Жаль только, что пока так неравны силы. Три десятка дружинников и полтора десятков охотников в замке, да успевшие прибыть на помощь три с половиной десятка воинов во главе с Аттюхаем в лесу никак не могли сдержать четыре сотни прекрасно снаряженных и обученных воинов врага. И военноначальники у противника прекрасны и умелые. Но, самое главное, нечего и некого было противопоставить сильным и опытным вражеским магам. У Сулима имелся один единственный человек, что-то смысливший в магии, и то бывший всего лишь учеником мага – мальчишка Илемень, только-только узнавший о том, что обладает магическим даром, и успевший немного попрактиковаться под рукой милорда, и все. И то он сделал невозможное, успев за то короткое время, отведенное им безжалостным врагом, и под огненными вихрями магов огня и воздуха поджечь пропитанный жиром хворост в ямах-ловушках. Как знатно горели вражеские воины. Страшно было смотреть. Жаль, не успел Илемень отойти в безопасное место. Увлекся. И теперь несут его по темному лесу уцелевшие в замке дружинники, обожженного и потерявшего сознание. Эх, успеть бы донести мальчишку в безопасное место и спасти его жизнь. Только ведь жить начал. Был бы милорд в замке, показал бы он врагу, как возжелать чужой земли. Жаль, что далек Коста. Хорошо, что вовремя подошли охотники во главе с Аттюхаем. Прикрыли на некоторое время Выселки, дав последним отстаткам людей во главе с Нораном вовремя уйти из деревни и замка. Молодцы они. И в деревне нанесли вред врагу. Но, самое главное, своим внезапным ударом по врагу отвлекли его и по небольшому подземному ходу дали уйти защитникам замка.

  И опять остались в лесу и в замке погибшие воины. После первого же подсчета Сулим, узнал, что только убитыми лишился больше десятка людей. И еще столько же раненых, поддерживаемых другими воинами, брели по лесу. Слава Всевышнему, что приходится нести только Илеменя. Мальчишка легок, и самодельные носилки с ним не так тяжелы и не мешают отряду пробираться средь густого леса.

  Эх, успеть бы до восхода дойти до Карамана. Там можно отдохнуть, подготовить оборону деревни, и отправить раненых дальше. И еще Сулима беспокоили дозорные группы по три человека, так и оставшие охранять границы Изнура, что на западе, что на юге. Как там, выдержат молодые дружинники, сумеют выжить? Хоть и получили они задание не ввязываться в бой и только наблюдать за границей, но, как знать, вдруг их обнаружат? Сулиму не хотелось и дальше терять своих людей зря. Их у него и так мало.

  Хорошо, что заранее намеченные тропинки для отхода не обнаружил враг. Хоть и тяжело в темени, но, ведомый опытными проводниками, отряд из семи десятков людей все-таки успешно одолел путь до желанной деревушки, где их встретил Норан во главе нескольких крестьян.

  – Сулим! Дошли все-таки. Я думал, что вы все остались в замке. Даже отсюда, со сторожевых вышек, видно было огромное зарево.

  – Не спеши, Норан, хоронить раньше времени. Есть еще силы в руках и ногах, и не остыла кровь в жилах. Неплохо мы им показали в замке, где рыбы зимуют подо льдом. Правда, и своих оставили больше десятка. Много раненых. Илеменю очень плохо.

  – Уже, Сулим, Аямпи со своими женщинами взялись за раненых.

  – Уходить вам надо, Норан, пока не поздно. Мы с воинами задержимся тут немного, постреляем из леса.

  – Хорошо, Сулим. Вот отправлю гонцов в Северный хутор и тронемся. Хоть там и не должно остаться никого, но мало что ли. И в Речные ворота тоже отправлю. Пусть будут настороже. Ты, береги себя, Сулим. Ведь сколько мы с тобой дорог исходили, дружище, за десяток с лишним кругов светила. Что только не видели, чего только не перетерпели. Обидно будет, если не выдержим и здесь. Ты вроде говорил, что положил глаз на дочку милорда, Мириан? Так вот, я хочу еще погулять на вашей свадьбе.

  Еще через склянку, не дожидаясь уже близкого восхода светила, небольшой обоз тронулся в путь на север. А в Карамане, пустой деревеньке, только-только возведенной трудолюбивыми изнурскими крестьянами, остались пять десятков опять же изнурских воинов, чтобы достойно встретить врага и своими жизнями прикрыть своих земляков, мужчин и женщин, детей и стариков.

  *

  Воевода барона Шиваза Анжайского и его советник по военным делам Сиятул Анжский в этот заход светила отдыхал душой и телом. С чего бы ему не отдыхать, если у него все хорошо, и в вверенных ему войсках полный порядок. В баронстве тоже спокойно. Холопы и рабы не бунтуют. Войн нет, и не предвидится. Поэтому он приказал рабам согреть ему воду и собрался искупаться в здоровой деревянной бочке. Две юные красивые рабыни уже ждали его, чтобы помочь при купании и потом помассировать дородное, но еще крепкое тело своего господина. Несмотря на свои полсотни кругов светила, воевода все еще сохранял крепкую воинскую закалку. Ну а потом, как обычно, советник Сиятул собирался с этими же девушками, светлыми и стройными, предаться плотским утехам. Любил он это дело, поэтому, как правило, рабыни у него долго не задерживались, ибо шли на продажу, и дворец снова заполнялся новыми красавицами.

  – Господин, прибыл слуга милорда. Говорит, что его милостивый господин требует Вас к себе во дворец.

  Дворцовый распорядитель Минатул, в отличие от своего хозяина, был из столицы баронства. Когда-то его родители переправились сюда откуда-то с запада Сатора в поисках лучшей жизни и действительно нашли ее здесь. В отличие от местных холопов или тех же купцов, коренные саторцы в восточных владениях Его Величества находились в намного привилегированном положении. Они здесь считались сахибами, как бы хозяевами над всеми местными, не достойными даже внимания благородных господ.

  Пришлось воеводе как можно быстрее собраться и отправиться в баронский дворец. Слишком строг был его хозяин и скор на расправу. Но, ничего, за долгое время верной преданной службы советник успел втереться в доверие барону, и вроде пока ему немилость не грозила. Только, мало ли что может случиться на свете. На все воля богов, которых слишком много, и трудно предугадать, что пошлет один из них своему рабу.

  – Сиятул, готовься к дороге. Сразу же после восхода светила тебе надлежит отправиться в Изнур, как его там, в грязную деревеньку Выселки! – еще с порога, точнее, двери в приемный зал, огорошил своего воеводу барон Шиваз Анжайский.

  – Ваша милостивость, я еще не успел собрать войско и до следующего захода точно не успею. Разрешите поднять воинов по тревоге?

  – Войск не надо, мой дорогой Сиятул. Там они, наверняка, уже есть. Возьмешь конную полусотню дворцовых гвардейцев и лекаря. Представляешь, эти грязные шигалы, бароны Ассалим Салимбарский и Велир Аренский, ничего не сообщая Его милейшему сиятельству Сатуру, решились захватить Изнур. Собрали войско до пяти сотен, выпросили у своего графа магов и выступили в поход. Видите ли, решились они отомстить своему обидчику.

  Советник, конечно, прекрасно помнил про эту историю с тремя баронетами. Самозваный барон Коста ин Изнурский, вынырнувший как Шиктан проклятый откуда-то из подземелий, подловил этих любителей сладкого женского тела и всыпал им плетей и потребовал с них золотые за покушение на честь свободных девушек. Конечно, за такое действительно полагается уплатить виру, но не этому самозванцу, а владетелю земель Велиру Аренскому. С другой стороны, что-то больно много возомнил про себя этот торговец. Убил прежнего управляющего вместе с его стражниками, законы какие-то издал, и, видимо, облизывается и собирается покушаться на прежние изнурские земли. Только кто же позволит ему это. У него и войск-то нет, и гол как последний нищий, сидящий у самой захудалой и смрадной помойной ямы. Вообще-то, и Верен, и Сатор давно мечтали захватить эти земли. Только противодействие со стороны южных империй, прежде всего Саларской, сдерживало от захвата остатков Изнура. Видите ли, нельзя упразднять коронные земли. Можно захватить земли баронства, поменять барона, а корону надо оставить. Какие-то древние традиции, освященные каким-то давно не существующим Советом правителей, куда когда-то входил и барон Изнура. Плевать хотел Сиятул Анжский на все эти дипломатические тонкости. А вот прибрать себе кусочек земель Изнура под рыцарские владения для себя было бы очень и очень заманчиво. Так что эта нежданная войнушка для него только на руку.

  – Так что, мой дорогой Сиятул, тебе остается только наблюдать за действиями этого Ассалима Салимбарского. Так сказать, представлять корону Его Величества и держать его флаг. Наш владетель, конечно, знает об этой проделке жадных ненасытных веренцев. Может, тоже пошлет туда своих людей. Но Мы-то остались в неведении. Хорошо, что нужные люди вовремя сообразили известить Нас, правда, уже не только о выступлении, но и первой нежданной схватке в этом захвате. Этот самозванец откуда-то достал магов, и его дружина здорово потрепала авангард веренцев прямо на границе у перевала. Говорят, из-за этого войска баронов потеряли почти целый заход светила. Но сейчас они, наверное, уже захватили всю долину. Тебе, мой верный советник, только и предстоит достойно представлять Нас и попытаться отхватить что-либо из земель. Туда, может быть, прибудут еще бароны Рикшан Трактский и Затулла Лабинорский. Ну, у этих побирушек золота не то что на войско, но и на собственные шаровары и халат не хватает, поэтому войск с ними, наверняка, будет мало, да и Ассалим, хоть и водит с ними дружбу, вряд ли даст им что-то стоящее. Ну, может, выделит что-то ненужное себе. Вот, и ты должен пытаться выдавить из этого скупердяя и для нас кусочек земель. Лучше всего, хутор западнее Выселок со всеми землями. Уж он-то должен уступить. Сориться даже с Нами ему не выгодно. А с Его милейшим сиятельством Сатуром, тем более.

  – Все понял, Ваша милостивость! Разрешите выполнять?

  – Ну, раз понял, иди тогда, мой дорогой Сиятул. Жду от тебя только хороших вестей.

  Советник Сиятул был рад, что именно ему выпал такой шанс. С падением этого Изнура улягутся страсти среди черни и в самих баронствах в Восточных владениях Сатора. А то, наслушавшись небылиц об этом крошечном Изнуре, захотели таких же вольностей для себя. Агенты воеводы то ли дело докладывали о смутьянских разговорах среди черни. Пора накинуть колючие рукавицы на эти рты. Вот как только вернется Сиятул Анжский с похода, так и займется этим. Что-то в последнее время у него не стало хватать золота на новые рабыни. А так, все достанется задаром. И, раззадоривая себя радостными предвкушениями, воевода Его милостивости отправился выполнять порученное задание. Как всегда, чтобы быть с немалой выгодой и для себя.

  *

  Старший десятка Адхам из рода пулей задумался. Уже два захода светила его неполный десяток, точнее, всего пятерка воинов, тайком пробравшись через Узкое ущелье, терпеливо наблюдает за стойбищем белых чаянов, расположенным на берегу Глубокого озера. Но подобраться поближе никак не удается. Дозоры, и так бдительно несущие свою службу, почему-то усилились. И из стойбища никого не выпускают. Никто из женщин не ушел ни в лес за хворостом, ни вдоль озера за лозой. Глава стойбища, видимо, получил такое указание. Вернувшись из главного стойбища, он собрал людей и стал им что-то рассказывать. Через некоторое время люди взбудоражено разбрелись по своим хижинам. А потом часть людей, больше всего женщин и детей, в сопровождении воинов покинули его и двинулись на запад. Все, надежда на хорошую добычу пропала. Как разглядели его воины, в уходящей толпе как раз и было больше всего девушек, таких красивых и желанных. Что делать, Адхам не знал. Вернуться без добычи из такого простого набега как-то было обидно и стыдно перед соплеменниками. Всего лишь пятерка молодых воинов отправились за своими женами и вернулись обратно без ничего. Так будут говорить про них. И пока они действительно не своруют себе жен, позор останется. Над ними будут смеяться, и более опытные и старые воины не допустят их в свой круг. Так и придется ходить как молодой воин.

  – Анвар, Асхаб, Надар, Резвай! Что будем делать? Похоже, не будет у нас добычи. Так и останемся без жен.

  – Адхам, давай мы с Надаром проберемся поближе и узнаем хотя бы о том, о чем они говорят. Наверное, у них случилось что-то важное?

  – Хорошо, Резвай, Пробуйте. Но помните, если что, выручить вас мы не сможем. Слишком нас мало, и близко к стойбищу к тому же.

  – Понял, Адхам.

  И самые шустрые и гибкие воины скрылись среди деревьев.

  Не хватает в их роду женщин. Даже самых последних и то забирают себе мужчины рода пулу. Они богаче. У них больше земель и скота, и калым дают больше и лучше, чем мужчины рода пулей. А вот у них, в свою очередь, так делают огуры и савиры, потому что они побогаче, чем даже пулу, и Верховный вождь племени сабир тоже из рода савир. Вот и приходится идти в набеги. Но лесные охотники сильные и опасные люди, и если кого-нибудь поймают, то, как говорят, хоть и никогда, и никого не убивают, но и не отпускают обратно и заставляют жить у себя в племени. Так и становятся степные воины лесными жителями.

  Но вот воины вернулись. За собой они тащили мальчишку, щуплого и совсем маленького. Наверное, чуть больше десятка кругов светила было ему.

  – Э, Резвай, зачем нам мальчишка? Мы что, потащим его за собой на стоянку рода?

  – Анвар, ты послушай, что он скажет! Адхам, там такое творится! Люди в стойбище радуются приходу какого-то Избранного. И вроде, многие ушли жить в его город. Верестинор называется.

  Но не зря Адхам был десятником. Кое-что он все-таки знал. Например, он слышал от шарсакалов рода, что когда-то Верестинор был главным городом в соседней долине, что расположено за горами. Люди рода пулей не ходили туда, так как он был пустой. Говорили, что и селиться там, вроде, по какой-то неизвестной причине запрещено. И про Избранных он слышал. Только эти могучие волшебники древности исчезли давным-давно. Значит, радуются его приходу. Не может такого быть.

  – Слушай, мальчик! Ты нам совсем не нужен. Скажи, как тебя зовут, и расскажи нам немного про Избранного. Наверное, рассказать кому-то про него запретов не было? Расскажи, и мы тебя отпустим.

  – Правда? Не врете? Запрета не было. Все про него знают.

  – Духами предков клянусь. Пусть отсохнет у меня язык, и мой голос заберут духи земли. Точно, отпустим. Скажи, почему у вас в стойбище так радуются все люди? Что случилось? Мы тоже хотим знать про Избранного.

  – Хорошо. Меня зовут Валем. А в стойбище радуются оттого, что в главное стойбище пришел Избранный из Верестинора. И люди рода белых чаянов теперь является его подданными. Так что, если вы обидите меня, то придет Избранный и сожжет ваш род.

  – Даже так? Он что, очень сильный?

  – Он могучий! Ему подчиняются все духи стихий. Он может создавать радугу. Даже сам Великий Шаман Патман признал его своим вождем! Избранный несколько раз создавал радугу над людьми рода белых чаянов. И над горными орлами, и над черными чаянами, и даже серыми ястребами. Все они теперь являются его подданными. И даже племя волкодавов, говорят, признало его. И город построили новый. Верестинор называется. Говорят, вся Северная долина теперь его. Весь Изнур тоже его. Он теперь Великий вождь и барон Изнура. И у него очень много одаренных божьим даром. Даже из нашего рода есть. Один из них, Ситьрух, мой родственник. Он тоже может наказать весь ваш род! Отпустите меня, и скажу всем, что вы меня не обижали.

  Это уже было серьезно. Такие новости стоили больше, чем неудача с похищением невесты. И мальчика трогать стало опасно. На самом деле, если чаяны обнаружат пропажу, то его пятерке воинов не позавидуешь.

  – Хорошо, мы тебя просто привяжем к дереву и оставим здесь. Как только отойдем отсюда подальше, можешь даже кричать. Твои сородичи скоро тебя найдут. А мы уйдем к себе. Воины, все, уходим.

  Для того, чтобы привязать мальчика к дереву, много времени не надо. Так же бесшумно, как и пришли сюда, молодые воины рода пулей исчезли в лесу. И практически сразу же раздался истошный крик мальчика:

  – Люди! Отец! Мама! Я здесь! Здесь были степняки из рода пулей!

  Но молодые воины пулей были уже далеко.

  – Адхам! Скажи, пожалуйста, о чём таком важном он рассказал, что мы даже не попытавшись ещё раз, сразу уходим домой?

  – Асхаб! Больше, наверное, у белых чаянов красть себе жён нам не придется. У них появился Избранный, самый могучий шаман, какой может быть среди людей. И все рода охотников подчинились ему. И Изнур тоже. Представь, какие они теперь сильные. Сметут и наш род, и другие рода. Наверное, только вся степь теперь может остановить Избранного и охотников.

  – Адхам, и где теперь мы будем брать себе жён?

  – На юге, Асхаб. На юге, если Избранный раньше этого не подчинит себе весь наш род. И другие рода тоже. Тогда у нас у всех будет по одной жене. Никого не придется красть. Сами будут выходить за нас замуж.

  – Ну, тогда, Адхам, так даже будет лучше. Зачем мне много жён? Я и одну крепко любить и на руках носить буду. Лишь бы была!

  * * *

  Глава 8

  Создать хотел козу, а получил грозу...

  Только недавно милорд отправился на север, а уже произошло столько изменений, что Лиллена не переставала удивляться. Верестинор рос не переставая, и за короткое время, меньше даже одной седьмицы, он преобразился, став настоящим городом во много раз больше Выселок, с настоящими храмом и стенами. И что, пусть и многое недостроено? Скоро будет достроено. Ведь людей на стройке станет еще больше, раз к Изнуру присоединились четыре рода племени горных птиц во главе с самим Великим Шаманом Патманом. Ей страшно хотелось встретиться с этим седым старцем и могущественным магом. Интересно, как отнесется Великий Шаман к ней, совсем молодой девушке?

  Лиллена по-прежнему все силы отдавала занятиям с одаренными. Ведь у нее их было немало, целых пятнадцать человек. Десять из них выбрал еще сам милорд, а остальные решили присоединиться уже после его отъезда. Несмотря на то, что девушка была моложе их всех, кроме девочки Эрнеслу из рода арасей и мальчика Пинера из Северного хутора, приставшего к группе даже без разрешения родителей, которые видели всего тринадцатую весну, будущие маги беспрекословно слушались ее. Даже зрелый воин Карак из рода больших кошек, попросившийся в группу с разрешения вождя Чагатана, и молодая женщина Илемпи из рода ягаров, мать двоих детей, решившая стать магом с ведома мужа, воина Ятрана. И парень Чакан и девушка Пилеш из Речного хутора, попавшие в Верестинор, по велению своей наставницы знахарки Минеслу, тоже прибывшей сюда, решившие попробовать свои силы в магии. И, удивительно, у многих стало получаться. Сначала, через два захода светила после отъезда милорда, Эрнеслу первой смогла создать такой яркий зеленый шарик, что все страшно обрадовались и одновременно позавидовали покрасневшей от смущения и удовольствия девочке. В течение уже следующего захода светила сначала Пинас из рода арасей, а потом и Селентей из рода ягаров смогли вызвать ярко-красный кусочек огня. Почти сразу же после них показали небольшие зеленые горошинки Саврук из рода арасей, Саринэ из рода больших кошек, и, что удивительно, Пилеш, со своей, более крупной и яркой.

  На четвертый заход светила Айтук из рода араси показал, что он будет магом воздуха и не слабым, как и Чатак из рода больших кошек. Их синие шарики чуть не поразили самих будущих магов, от радости забывших об особом внимании при проявлениях магии. Хорошо, что Лиллена, как всегда, ставила защитные щиты воздуха вокруг неосторожных и невнимательных учеников. А вот Картак из рода малых кошек оказался жрецом, правда, не очень сильным. Больше всех удивила Илемпи из рода ягаров, сумевшая создать голубой шарик, очень большой и яркий, всего ненамного меньший шарика Эрнеслу, а потом и синий, но маленький.

  Может, это было еще оттого, что Лиллена старалась почаще бывать в строящемся храме, и всегда брала с собой кого-нибудь из будущих магов. Бывало, что они и целой толпой вваливались туда, несмотря на вялые протесты строителей. Хотя, что можно посмотреть в недостроенном храме? Ничего особенного. После закладки камней никаких чудес с храмом не происходило. Тем не менее, Лиллена и ее ученики заходили в храм и молча стояли и смотрели, как строители клали бревна, или снаружи смотрели, как постепенно поднималилась вокруг храма уже вторая неровная стена из камней.

  Но в середине захода занятия пришлось прервать. Оказывается, в Верестинор прибыли гонцы из Выселок, двое усталых парнишек, Шерип и Паттал, на пару кругов светила младше Лиллены, усталые и еле-еле державшиеся на ногах. Девушка чуть не заплакала, услышав новость о войне, но сумела сдержать слезы, так и норовившие стечь вниз из глаз. Как там ее родные в Выселках? Но, услышав, что помощники милорда Норан и Сулим решили всех людей оттуда отправить в Верестинор, успокоилась. Что же, здесь будет очень большой город. И окресности здесь красивые и богатые, не хуже, чем в Выселках. Так что, места хватит всем. И намного безопасней и спокойней. А если кто попытается их обидеть, то у Лиллены теперь есть чем ответить таким обидчикам.

  После выступления рыцаря Ратимира успокоившиеся люди стали расходиться, оживленно обсуждая новость. Вожди родов уже начали собирать воинов и рассылали во все стороны гонцов. Два отряда по полсотни человек отправились на юг в сторону Речных ворот. Они щли, как и сказал помощник милорда, для помощи Центральной долине и охраны узкого ущелья вдоль Малой Вересты. Сам вождь рода ягаров Авантей в сопровождении десятка воинов из разных родов отправился за милордом. Ратимир попросил мастера дорог Васинара и рудознатца Чигиза также присоединиться к делегации. Лиллена тоже захотела отправиться в стойбище рода белых чаянов, но вождь вежливо ей отказал.

  – Уважаемая Лиллена, Великий вождь поручил Вам заниматься со своими помощниками, обладающими божьим даром, и я не могу отменить его решение. Кроме того, ведь в этой войне нам может понадобиться и помощь Ваших учеников. Не так уж у нас много магов, а у Вас неплохо получается. Не расстраивайтесь, вот когда Великий вождь вернется, то он по достоинству оценит Ваши успехи. Поэтому продолжайте заниматься. Я скажу больше. Люди всех родов молятся на Вас и надеются, что наши маги смогут выстоять против вражеских и защитить их.

  Пришлось Лиллене и будущим магам отправиться опять в недостроенный барак, место их занятий. Но настроение у всех было подавленное, сосредотачиваться не получалось, и девушка решила ненадолго прерваться. Все вместе они отправились на площадь около храма узнавать последние новости. Народу там было немного. Все уже разошлись и занимались своими делами. В основном здесь остались воины и молодые парни, готовые отправиться куда-нибудь с разными поручениями рыцаря Ратимира и вождей родов, которые наверняка находились в Доме Малого Совета, большого деревянного дома, расположенного на другой стороне площади.

  Строители храма не удивились приходу этих молодых людей. Люди все уже знали, что эти парни и девушки их будущие маги, их надежда и защита в будущем, и с особым уважением относились к ним, особенно к их юной наставнице, помощнице самого милорда, и по слухам, могучей колдунье, и мало того, возможно, самой настоящей Избранной. И вот этот слух, нежданно-негаданно для всех, и прежде всего для самой волшебницы и ее друзей, подтвердился прямо на глазах многочисленных строителей храма и ее учеников, часть которых уже доказала, что они действительно будут магами, а часть с нетерпением ждала проявления дара богов у себя. Также и все люди на площади стали свидетелями чуда, такого неожиданного для них и желанного.

  Храм изнутри совершенно не привлекал и не цеплял взора. Голые деревянные стены с открытым верхом с множеством куч мусора на неровном каменном полу смотрелись не очень красиво. Единственное, что привлекало взгляд, это был разноцветный каменный алтарь. Лиллена, а потом и ее ученики, огибая кучи мусора, приблизились к неровному каменному помосту шириной чуть больше человеческого роста. Когда-то это была просто куча камней. А теперь они были спаяны в одно целое, как и эти, пять светлых и разноцветных лучей на полу в ширину два локтя, и такой же круг под стенами храма. Лиллена знала, что внутри помоста имелся круглый камушек, что когда-то висел на странной белой и прочной веревочке у милорда на шее. Она остановилась неподалеку от алтаря, внимательно посмотрела на помост и начала тихо, шепотом молиться, просто подбирая слова, приходящие ей в голову. Остальные остались сзади и просто ждали Лиллену. Мальчик Пинер не удержался и шагнул вперед. Ему, видимо, просто захотелось посмотреть, что же там делает его наставница. За ним выдвинулась и Сильпикка из рода малых кошек, невысокая красивая девушка с длинными волосами, всего лишь чуть-чуть постарше Лиллены.

  – О, Великий бог, тебе, от всей души молюсь, у тебя ищу помощи, спаси и сохрани нас, жителей Выселок. Также помоги нам, всем жителям Изнура, и из Выселок, и из хуторов, и всем охотникам со всех родов.

  Пинер прислушался к словам наставницы и стал повторять за нею. Сильпикка тоже присоединилась к молитве. Остальные стояли чуть подальше и терпеливо ждали. Лиллена подвинулась чуть вперед и положила правую руку на камень. Пинер и Сильпикка повторили ее движение.

  – Прими, Великий, эту молитву и одари же нас своим благоволением. Дай силы всем нам на день сегодняшний и завтрашний. Помоги нам достойно встретить невзгоды и радости, одари надеждой и любовью. Тебе, о, Великий бог, от всей души молюсь, верю тебе, и буду верной всегда. Буду помнить о тебе всегда. О, Великий бог, помилуй, спаси и сохрани нас!

  Лиллена не ждала ничего такого от богов – ни милостей, ни благодати. И от Великого бога тоже. Просто, встревоженная надвигающейся войной, она хотела успокоить свою душу и попросить богов отвести всякие напасти и беды от ее родных, от родной деревеньки и всего Изнура, теперь такого большого и разного. Она искренне молилась, и душа ее постепенно успокаивалась, мысли переставали в беспорядке метаться. Лиллена вся ушла в себя и не заметила, как камень начал нагреваться, а потом вдруг озарился белым светом. Круг света начал расти, все больше и больше расширяясь во все стороны. Почти сразу же она охватила Лиллену и не успевших среагировать Пинера и Сильпикку, скрыв их от взора окружающих. Изумленные и испуганные парни и девушки, и даже более умудренные Илемпи, и воин Карак отшатнулись от белого света, и, не зная, что делать, застыли на месте как каменные истуканы. Многочисленные строители храма также бросили работу, и, не решаясь убежать, с возрастающим волнением наблюдали за происходящим. Да и никто бы не успел ничего сделать. Так быстро все происходило. Тем более, на будущих магов нежданно для них снизошли волны благожелательности и добра, которые буквально сковали их на месте. Они дошли даже до строителей храма. Вдруг всем стало как-то спокойно и умиротворённо.