Текст книги "О моем перерождении в сына крестьянского 3 (СИ)"
Автор книги: Анатолий Нейтак
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)
– Потому что он действительно старше меня. Физиологически. Мне двенадцать, ему семнадцать.
– А родился он когда?
– Календарно – месяц назад. Совсем мелкий ещё.
– Но старший.
– Да.
– Забавно, – сказала Шелари тоном, каким обычно говорят «у меня башка раскалывается». – И про рождение в Лесу Чудес тоже чистая правда, конечно.
– А то!
– Ладно. Филвей, значит?
– Да. Рад встретиться лично, наконец-то.
– Надеюсь, в будущем ты проявишь себя, – вздохнула Ершица, позволяя моему клоносыну провести ритуал целования руки, – потому что пока от ограбления Багровых одни проблемы.
– От чего? – офигели мы, снова хором.
– Правдоподобно, но всё равно не верю.
Мы с Филвеем переглянулись.
– Что это ты себе надумала? – спросил я осторожно.
– Да брось. Сам же говорил, что перед своими можно быть откровеннее. Я ж не осуждаю…
– Мы не грабили Багровый Ковен!
– Вы, – подчеркнула она, – может, и нет. А вот лично ты, со своей хитровымудренной Тенью…
– Да не делал я этого!
– Вейлиф, Вейлиф, – неспешное осуждающее покачивание головой. – Я же знаю, что Лейта всего год назад сама стояла на ступени, что чуть выше сороковой. И что её нынешний класс, конечно, хорош, но он в основном про исцеление и поддержку в бою с некоторыми элементами метаформизма, а не про чудеса человеческой химерологии. Равно как отлично знаю, что твой класс связан с иллюзиями, причём плотными, что по спектру максимально далеки от ментала. Ты хочешь сказать, что вы вдвоём сами, безо всякой сторонней помощи, разработали ритуал (или что там ещё пошло в ход), в результате которого быстренько вырастили тела двух взрослых разумных, после чего в точности скопировали в эти тела свои воспоминания и личности? Не имея ментальных классов, менее чем за год, с первого раза и без ошибок? Раз – и всё, результат получен? И эта жуткая Орьета устроила засаду на нас просто потому, что злодейка, а не потому, что впечатлилась кражей секретов Ковена и решила испытать вас с Лейтой перед вербовкой?
– Перед верб…
Я осёкся. Внимательней вгляделся в лицо Шелари. Уголки рта которой слегка морщились, как будто она очень старательно пыталась не показать, что…
– Да ты меня разыграла, Ершица!
– Она тебя разыграла, младший! – Филвей утешительно похлопал меня по плечу. – Сразу видно: в этот раз ученица превзошла учителя. Сделала всухую.
– А ты типа не купился?
– Да я просто стоял рядом и наслаждался представлением.
– Ой-ой, вруша!
– Но я ведь такой же, как ты. В точности. И уж если я вруша, то…
– Ой, всё.
О моем перерождении в сына крестьянского 19
Этап девят надцатый
– Имя мне – Даритт Гостеш. Добро пожаловать на борт «Синей Ласточки».
– Рада знакомству. Господин Тэррил Гостеш рассказывал о вас. Меня зовут Лейта Ассур, своих спутников я представлю позже.
– Да, время не ждёт, – вежливый кивок. – Вводное слово для новой волны внешнего цикла в БИУМ прозвучит уже послезавтра. Багаж оставьте здесь и здесь, в этих трюмах, а пока прошу за мной.
Никогда ранее не ступал на палубу полноценного летучего корабля. Что сказать?
Внушает.
Мощность защитного барьера – уверенный пятый круг. Не слишком много, особенно в пересчёте на размеры (более сорока метров от носа до кормы). Но ведь «Ласточка» явно не боевое судно, это скорее прогулочная яхта, заточенная в скорость, на что намекают и её стреловидные, сглаженные обводы. И да: что в ней впечатляет, так это условный двигатель… точнее, чары полёта. Если они ещё не достигают седьмого круга, то бишь начальной высшей магии – то лишь самую чуточку. Я смог оценить их изнутри и быстро, поскольку наш транспорт пошёл на взлёт сразу после того, как за нами поднялся трап.
Опять же, следует отдать должное: пилот, кем бы он ни был, вёл «Синюю Ласточку» предельно аккуратно. Стыков между чарами, призванными скомпенсировать инерцию, и вышеупомянутыми чарами полёта не ощущалось вовсе, так что будь я обычным человеком – вполне мог бы питать, ха-ха, иллюзию, будто мы всё ещё стоим на ВПП в Старом Месте (таково официальное наименование левобережной части Столицы, где располагаются особняки наиболее влиятельной владетельной знати).
Ну, если проявить скрупулёзность, то Старое Место – отнюдь не всё левобережье Вланги, а лишь та его часть, довольно скромная по площади, которая напрямую примыкает к Острову Королей. Впрочем, об истории застройки Столицы и её видах с воздуха я поведаю как-нибудь позже, если не забуду; пока же отмечу только один говорящий факт: когда мы на борту ветролёта подлетали к Старому Месту и садились во дворе столичного особняка Гостешей – наш экзотический летательный аппарат, конечно, много кто срисовал… но при этом никто его не остановил. Даже поползновения такого не выказал.
Стража, патрулирующая улицы, преспокойно продолжила их патрулировать. Стражекрылы как кружили на разной высоте над левобережьем, так и не изменили своих траекторий. И никто не вызвал тревожную группу Жезла и Кинжала для проверки, кто это там летит и есть ли у него/них на то право.
Немного очевидно, но уж коли кто-то прилетел к Гостешам, то исключительно дело графов данного рода, кто это, и зачем, и по какому это праву. В конце концов, для любого толкового Наблюдателя вполне очевидно, что среди прилетевших есть персоны уровня дворян, причём частью даже титулованных – а раз так, то лишь наглый дурак станет совать нос в их дела (и дела Гостешей, конечно) без веского повода.
Пусть магическое средневековье на Цоккэсе следует называть скорее «средневековьем», но наличие очевидной силы и здесь снимает множество вопросов, открывая двери, ранее наглухо запертые.
Над Островом Королей я ведь не полетел, аккуратно его обогнул, выдерживая дистанцию?
Ну и всё, чего ещё-то?
Какое разительное отличие между нынешним моим статусом и былым, когда я, работавший у почтенного Виолия Чернильного Мастера, только и мог, что тайно любоваться левобережьем со стороны Заречья, не допуская даже мысли о том, чтобы воспользоваться одним из мостов!
Между тем спустя всего-то минуту-полторы от момента, когда мы поднялись на борт, вся наша компания благополучно расположилась в кают-компании главной палубы.
И началось.
– Я – Даритт Гостеш, как уже говорил, – сказал хозяин, устроившийся во главе стола. – Такой же студент Большого Имперского Университета Магии, какими вскоре станет большинство из вас. Если быть более точным, я возвращаюсь туда, чтобы завершить обучение на последней, третьей волне внешнего цикла и одновременно добраться до конца стихийного потока Воды. Но о циклах и потоках мы поговорим позже, а сейчас я бы хотел познакомиться с вами. Всё же мне, по прямому распоряжению господина Захейро, предстоит стать вашим куратором, а возможно, даже ментором в некоторых вопросах, так что это совершенно необходимо.
– Понимаю и принимаю, – кивнула моя боевая подруга. – Начну с себя. Я – действующая глава рода Ассур, Лейта Возвращающая, почётная баронесса. – Вежливый способ сказать, что Даритт уступает ей возвышением на полновесный десяток ступеней или около того. – По основной специализации целитель, много лет была охотником в Лесу Чудес… или, скорее, сопровождающей при ходоках из вассальных родов. В своей новой команде играю вспомогательную роль Советника, – а это уже весьма прозрачный намёк на то, что помимо ступени она может похвастать выдающимся умом.
– Как я понимаю, по старшинству моя очередь? – спросил смуглый воин, похожий на результат смешения кровей зальмарцев и гриннейцев, что в Мелире не редкость. Смесь вышла удачной, одарив его лёгкой смазливостью на той грани, когда она ещё не портит общую мужественность. Ещё стоит сказать, что на вид ему можно дать лет сорок. – Ну, я зовусь Тихарт Зоркий. Воин, но на внешнем цикле БИУМ поучиться не откажусь. От такого только дураки отказываются – ху, ху, ху! И заодно буду свой долг жизни госпоже Лейте возвращать, уж насколько смогу.
Что господин Даритт подумал о такой расстановке приоритетов, осталось неизвестным. Очень, вот прям очень похоже, что наш любезный хозяин помимо всего прочего подрабатывает во внешней разведке своего рода, если не совмещает сие с работой на престол Гриннея в том же… направлении.
С чего я такое заподозрил?
Да просто хозяин наш немного слишком любезен. Особо лёгок в общении, открыт и дружелюбен.
А для разведчиков это профессиональное. Примерно в той же степени и по той же причине, по какой драконова доля контрразведчиков – угрюма, въедлива, недружелюбна и ядовита, да.
Кроме того, уж слишком хорошо господин Даритт скрывает свои чувства. Достаточно хорошо, чтобы обманывать меня, не самого скверного Наблюдателя; вернее, не выдавать мне почти ничего – и это звоночек разом как тревожный, так и многозначительный.
Я бы предположил, что в свои годы (а ему, при внешности двадцатипятилетнего, около сорока календарных, с чем и Лейта, после оценки своими способами, согласна) «куратор, возможно ментор» уже научился держать Стены Тишины, благо что для Гостешей ментальная защита такого типа смело может считаться естественной… если архивам Ассур верить, ага. Но при этом, на наше счастье, он ещё не научился устраивать дозированные утечки через эти Стены.
Иначе общаться с ним сразу стало бы кратно сложнее – и опаснее.
Ну да какие его годы? Граф Захейро, он же Голос Гостеш, научился – и этот тоже научится. Как раз к окончанию БИУМ, благо практики в нелёгком деле агентурной разведки у него там найдётся примерно как вод в Золотом и Алом заливах, взятых вместе.
– Теперь… я, да? – робко спросила вторая дама в нашей компании.
– Да, – подтвердил я, посылая лёгкую волну ободрения. Увы, но без такой… «смазки» всё могло в один миг стать… сложнее. Случались уже, массаракш-и-массаракш, прецеденты.
Чем вообще думал Акхэрэтт Угшэр, когда…?
А. Ну да. Риторический вопрос.
– Я… Кенали Ассур. И… я… я бы хотела послужить госпоже Лейте. И выполнить её волю. Изучить искусство исцеления тел и душ и умов… вот.
Тут уж Даритту никакие Стены Тишины не помогли. Почти секунду он таращился на Кенали, как на диво дивное. Что ж, вполне могу его понять: обнаружить такую бездну неуверенности и зависимости от чужого мнения в персоне, почти достигшей шестидесятой ступени… пятьдесят восьмой, если точнее… ну, наверно, это как отыскать Ассур, которая вообще не умеет исцелять. Вот как Кенали.
Двойная невероятность, и-эх.
Сразу возникают вопросы, за счёт чего она на свою немаленькую ступень вскарабкалась; но чтобы напрямую спросить об этом, Даритт слишком хорошо воспитан. Да и немного очевидно, что тут не просто пара скелетов по шкафам распихана, а целая грёбаная армия Некрополиса. С армадами скелетов и зомби, стаями призраков, отрядами высших вампиров, могучих личей и Чёрных Рыцарей.
И призрачными драконами для комплекта, ага, ага. Куда без них-то?
Принимаю эстафету:
– Что ж, моя очередь. Я – Вейлиф. В команде, упомянутой Лейтой, выступаю как Наблюдатель и Лидер. Тоже охотник, как нетрудно догадаться. Неплохо знаю Лес Чудес, бывал в Подземье. Имею класс золотого ряда, связанный с иллюзиями. Приятно познакомиться, господин Даритт.
– Господин Захейро предупреждал о вас, – кивнул хозяин. Удивление в его голосе, ауре и эмоциях не читалось, а вот озабоченность – строго наоборот. – Равно как и о том, что в рамках заключённых соглашений вам предстоит как можно лучше усвоить знания, преподаваемые на потоках стихийников льда и артефакторов. Но с классом иллюзий…
– Не беспокойтесь обо мне. Точнее, не беспокойтесь сверх меры. Уверяю, я справлюсь.
– Надеюсь, что так.
В это утверждение даже не просочилось сомнение. Нет, ну точно разведчик! Или дипломат… что, впрочем, не слишком далеко ушло: разница этих профессий больше в используемых средствах, чем в сути.
Решив, что прежняя тема закрыта, я спросил:
– Может, как человек опытный, вы расскажете нам о порядках в БИУМ?
– О, разумеется. Но не стоит ли сперва, исполняя долг гостеприимства, угостить вас четверых? Что предпочтёте из еды и что – из напитков?
– Принятие пищи вполне можно отложить, сейчас мы не голодны. А позже мы с удовольствием попробуем что-нибудь на ваш вкус. Что до напитков, то вполне хватит коланы.
Я, конечно, не профессиональный дипломат/разведчик, но это не мешает мне выдавать (в меру) провокационные реплики и смотреть на реакцию. А колана… это напиток гриннейский и традиционный, да, но при этом также простецкий. Люди высокой культуры (и ступени), заимствовав обычаи зальмарцев и имперцев, предпочитают вина, а также различные коктейли – от почти безалкогольных до крепких. Если хочется показать не просто высокую культуру, а восточную, можно последовать примеру эльфов и подать гостям различной степени пафосности отвары и/или травяные настои. Иной раз граничащие с зельями по своей насыщенности и стоимости ингредиентов. И с самыми разными эффектами. Собственно, имперская культура подачи коктейлей частично копирует эльфийский стиль, с неизбежными упрощениями…
Нюанс в том, что пресловутый язык цветов, пардон, напитков с сопутствующими замудрёнными правилами употребления прошёл мимо меня чуть более чем полностью. Только в архиве Ассуров я узнал, что мающиеся фигнёй и скукой в течение своих долгих жизней аристократы наплодили и в этой области кучу лишних, как на мой плебейский вкус, сложностей. Какого состава, цвета и свойств напиток надо наливать в сосуды какой формы, что с ними делать перед употреблением, в процессе употребления и после него, какими дополнительными условиями это всё следует обставлять, начиная с элементарного (не для меня!) правила брать безалкогольные отвары и коктейли правой рукой, лёгкие коктейли и настои левой рукой, а крепкие напитки – сугубо без рук, телекинезом…
Да ну их нафиг.
Я – варвар, внезапно приподнявшийся смерд, дикий охотник из дикого Леса. Хочу колану! Ваагх!
Возможные реакции на мой демарш просчитывались без особого труда. Например, если бы Даритт пожелал меня поддеть, мог бы в ответ предложить веселухи. На полноценное оскорбление не потянет, но уж с чистой веселухой точно никаких тонких правил употребления нет, кроме рекомендации пить её строго в охлаждённом виде. При этом именно плебейским напитком веселуху не назвать: для совсем уж низов она дороговата. И бывает высококлассной, крайне далёкой от предка-самогона, приближающейся ко всяким там пафосным коньякам; на встречу в гостевом домике Хельри Бескостная именно такую притащила.
Штука в том, что разделившие колану становятся если не друзьями, то добрыми знакомыми и могут обсуждать серьёзные дела. А вот разделившие веселуху становятся всего лишь собутыльниками, никаких серьёзных дел друг с другом не ведут (по крайней мере, пока не протрезвеют) и запросто могут начистить вон ту пьяную морду напротив своим кулаком.
Вторая штука в том, что Даритт, конечно, мог принять моё предложение, уважить варвара и дикого охотника… но вот беда: за одним столом с ним сидели ещё Кенали, Тихарт и, как апофеоз списка, Лейта Возвращающая. Поить простецкой коланой их всех? Просто пойти на поводу у самого младшего статусом?
Мне было интересно, как хозяин выкрутится. И он, конечно, выкрутился. Изящно.
Следующие четверть часа, после разом извиняющейся и настойчивой реплики, что-де «Гостеши не так скупы, чтобы угощать драгоценных гостей обычной коланой», мы пили составляемые на лету лично хозяином «Синей Ласточки» коктейли. Персональное обслуживание, высокий класс. Причём он ещё нам не ленился лекцию читать о том, как правильно употреблять подобное. Вроде упоминавшегося уже правила про напитки для правой руки, для левой руки и для магии.
Похоже, свой долг как «куратора и даже ментора» Даритт Гостеш воспринимает весьма серьёзно. И мне лучше убрать мысленные кавычки вокруг слов куратор и ментор.
С коланой я обломался, но вот шанс обзавестись хорошим знакомым, возможно другом…
Посмотрим. Было бы неплохо. А что он дипломат тире разведчик, это ничего. И даже, вероятно, к лучшему. В конце концов, у всех свои недостатки!
– Очень интересно и познавательно, – заметила Лейта спустя четверть часа. – Но всё же как насчёт порядков в БИУМ, господин Гостеш?
– О, прошу меня простить. Увлёкся, – Даритт отвесил поклон, разом лёгкий и изящный. – Самое основное можно узнать в брошюрах, которые предоставляются каждому абитуриенту, но там делается упор больше на правила приёма, способы оплаты, правила жизни на территории Университета и тому подобные темы, близкие к… пожалуй, бытовым. А насчёт остального есть традиция: старожилы, такие как я, просвещают новичков.
– Очень хорошо. Пожалуйста, продолжайте.
– Хм. Ну…
Из дальнейших речей я уяснил, что всё обучение в БИУМ делится на три цикла: внешний, средний, внутренний.
На внешнем особых отличий от привычных мне по Земле ВУЗов нет. Там читаются курсы лекций установленного образца, там проводятся семинары и практикумы, опять же общего и массового формата, там есть расписание для студентов, поделённых на года обучения, или волны. К слову, обучение на внешнем цикле занимает три года. Получаются три волны: начальная, промежуточная, финальная. Можно и по номерам, хотя такое деление менее популярно. Но при этом мало кого удивляют как ребята с девчатами, застрявшие на финальном цикле на десяток лет, так и резкие-реактивные гении с вундеркиндами, расправляющиеся с программой за пару лет и даже быстрее. Это поощряется в том числе финансово: можно застрять на любой волне и на два года, и больше, но плата вперёд вносится за год.
Застрял – доплачивай, сладил с экстернатом – сэкономил.
Впрочем, застрявших никто особо не гнобит. Ибо индивидуальные различия, катастрофически несходные профили параметров, прочий фарш. Не каждый может использовать ментальные практики для ускорения учёбы. Да и те же зелья укрепления памяти далеко не каждый студент может пить, как воду – они даже для владетельных чувствительно дороговаты.
Посмотрим, как оно пойдёт у меня.
На среднем цикле студенты делятся иначе. Вместо лет обучения там – потоки. При этом никто не препятствует между потоками прыгать, это полезно для общего развития и расширения познаний в теории, но по уму необходимо и достаточно ограничиться своим потоком. Больше пользы выйдет. Потоки – они про стихийную и классовую специализацию (и родовую, разумеется, и про деление на чародейские школы, вроде восстановления или прорицания).
Я там буду учиться с иллюзионистами, а также, следуя договору с Гостешами, с «ледышками» и артефакторами; Лейта и Кенали – с целителями; а Тихарт, если вообще до среднего цикла доберётся, то сугубо вольнослушателем. Воин потому что.
Ну а внутренний цикл обучения вообще индивидуален. Там уже и потоков нет, которые окончательно рассыпаются на частные уроки у выбранных преподавателей. Иногда эти уроки тоже имеют формат лекций, даже массовых, если речь о популярных профессоров. Но это редкость. Чисто формально внутренний цикл обучения в БИУМ делится на три этапа-ранга: пятый, шестой и седьмой.
В зависимости от круга осваиваемых чар, ага.
И, кстати, все три цикла обучения можно совмещать. Если таланта с умом и усидчивостью хватает, это даже поощряется: неспроста пороговый критерий для абитуриента – умение сотворить что-нибудь этакое пятого круга. Но вообще, если по уму подходить, внешний цикл готовит студентов к освоению среднего, закрывает пробелы и вписывает профильные знания в контекст общей образованности; средний же цикл даёт теорию, необходимую для развития классовых талантов и становления высшим магом, владеющим чарами седьмого круга. Да, это высшие маги начальной, низшей планки, но всё же.
Ещё одна забавная особенность БИУМ – почти что традиционное сочетание очного обучения с заочным. Сам Даритт, здоровый лоб сорока с лишним лет, полностью следовал этой традиции. На первый курс его зачислили… ой, то есть прошёл начальную волну он в девятнадцать: сразу, как делом доказал способность творить чары пятого круга и свою перспективность. Гостеши вложились в одарённого юношу и отправили его в Империю. Там он отучился предоплаченный год и вернулся в Гринней… после чего засел осваивать выданную в альма матер теорию, совмещая это с практикой. Вернулся для прохождения промежуточной волны только в двадцать восемь, когда набранные ступени и развитие класса с полученными попутно особенностями дали ему возможность уверенно творить чары шестого круга.
И вот сейчас он летит в Империю в третий раз, поскольку уже готов пополнить ряды высших магов.
Да, искусство магии многогранно, очень сложно в освоении. То, что БИУМ можно закончить в три года и даже быстрее – скорее формальность; фактически в нём учатся десятилетиями. Просто у господ владетельных слишком многое завязано на домены-оазисы, отсюда и такие вот… паузы.
Кстати, о владетельных.
– Господин Даритт, – вклиниваюсь в паузу, – позвольте несколько эгоистичный вопрос.
– Какой же?
– Что насчёт политики?
– Пожалуйста, уточните вопрос, господин Вейлиф.
– Вполне очевидно: в таком знаменитом учреждении, как всемирно известный Акхэрэтт Гэдбирэш Сархтэрим Лашшаз, учатся студенты из разных краёв, с разным уровнем достатка и разным статусом. Что в связи с этим происходит в политическом поле?
– А. Вот вы о чём… хороший вопрос. Даже очень хороший. Что ж… авторитетом Первого Дома поддерживается нейтралитет. Формально профессура БИУМ стоит вне политики, не поддерживает ни имперцев, ни иностранцев; ни владетельных, ни высокородных, ни подснежников…
– Простите?
– А, обычное просторечие, – Даритт улыбнулся с оттенком неловкости. – Называть студентов, что происходят из не родовитых семей, простецами – неверно просто технически: маг пятого круга может быть кем угодно, но только не простецом. Уже нет. Поэтому вежливый эвфемизм для таких, как вы, господин – подснежник. Или хынтош, если на современном имперском.
– Спасибо за разъяснение. Но если есть эвфемизм вежливый, то найдутся и невежливые?
– Да. Если вас назовут чернородным, рекомендую сделать вид, что не обратили внимания: это не особо приятное, но сравнительно… приемлемое обращение. Почти технический термин: багрянородный, златородный… чернородный… а вот за обращения вроде «сорняк», «дичок» и «грязеед», не говоря о чём-то более злом, вполне можно занести несдержанного на язык в лист презрения.
– Мстить не рекомендуете?
– Разве что осторожно. Обычно меряются статусом в столь грубой форме не самые умные существа. А от неумных, но родовитых можно ожидать всякого. Тоже неумного в основном. Увы, но именно первая волна внешнего цикла, как рассадник неопытных юношей и девушек, особенно знаменита… подобным.
– Надо полагать, – хмыкнул я – пообтесавшиеся и получившие опыт аристократы, если не сами, так с подачи родни, начинают понимать пользу от хороших отношений с подснежниками?
– В том числе, господин Вейлиф. В том числе. К счастью, конкретно вам бояться особо нечего: вы, во-первых, обладаете выдающейся личной силой, по меркам первой волны почти чрезмерной; во-вторых, не имеете частых для иностранцев и низкорождённых изъянов – к примеру, приемлемо владеете цантриккэ и даже, как мне сказали, зантэрэ; в-третьих, вам благоволит госпожа Возвращающая, – кивок в сторону Лейты, – и до некоторой степени род Гостеш. Всего этого более чем достаточно, чтобы отсеять большую часть открытых недоброжелателей.
– Ну, за себя я действительно не опасаюсь. Выдающаяся личная сила и определённый опыт, сами понимаете, – лёгкий кивок, отдающий дань должного почтения уже Даритту, – но здесь есть более тонкий момент. Что бы вы посоветовали мне делать в случае… ладно, буду прям: в случае травли студентов, явной либо скрытой? Сразу отмечу, что просто ходить мимо тех, кому не повезло с силой, предварительной подготовкой и высокими связями мне не позволит воспитание… и практичность.
Хозяин слегка улыбнулся.
– О, если всё пойдёт так, как я предполагаю, возможно повторение… редкого казуса. Но даже если нет, можете действовать сравнительно смело, используя любые не травмирующие средства свободно. До тех пор, пока вы можете оправдать свои действия поддержанием нейтральной политики Первого Дома…
Многозначительное молчание. Как говорили латиняне, sapienti sat, а глупцов меж нами пятью не случилось, так что и уточнений не требовалось.
При этом Даритт не говорил мне прямо: мол, приструни наглых сосунков и сбей излишнюю спесь с высокородных идиотов. Сослаться на покровительство Гостешей в случае всяких, мнэ, перегибов у меня не выйдет. В принципе, правильный подход. Дипломатичный.
Интересно, о каком редком казусе он говорил, но проявлю дипломатичность сам и переведу тему:
– Подскажите, какими способами в БИУМ может подзаработать бедный студент вроде меня?
– Бедный? – Даритт рассмеялся. – Хорошая шутка! Если я не обманываюсь насчёт немалой части вашего багажа, вас скорее следует назвать богатым… для студента первой волны. Более жизненный вопрос для вас не «где подзаработать», а скорее «как не спустить заработанное на ерунду».
– И всё же.
Ещё одно молчаливое заявление, уже с моей стороны: «Приживалой при Лейте и тем паче при ну очень любезных Гостешах становиться не желаю – и не буду».
Понятно, что моя доля от сбыта тех же биоскафандров – вполне честный заработок. И в багаже под стазисом действительно ждут своего часа заготовки, которые (после моего зачарования в том числе) станут продуктом высокого передела, весьма востребованным у любого толкового боевика. Но всё же хотелось бы разнообразить источники дохода.
Даритт лишь плечами повёл:
– Ответ прост и вы нашли бы его в брошюре для новичков. И всё же, раз настаиваете…
Как следовало из его дальнейших речей, БИУМ предоставляет широчайшие возможности как для трат, так и для заработка. Материальные ресурсы всех видов и типов, готовые изделия вроде артефактов и зелий, знания в самых разных формах, время магов самых разных классов и навыков, широчайший спектр услуг (включая также и не магические – на заметку Тихарту Зоркому)… продавалось, покупалось и могло стать предметом натурального обмена буквально всё. Даже репутация шла в зачёт, пусть даже только как повышающий коэффициент при сделках.
При этом, если верить описанию, в БИУМ силами всё того же Первого Дома реализована вполне уникальная система посредничества, которую я сравнил бы с локальной компьютерной сетью на мановой тяге. С опорой на массовые, сравнительно дешёвые терминалы. Массовость и дешевизна выступали, как водится, палкой о двух концах: с одной стороны, их бесплатно раздавали всем абитуриентам, привязывая на кровь и оттиск духа; с другой, вдали от территории университета и его мощных «серверов» толку от этих артефактных терминалов почти не наблюдалось. Ну, разве что сам владелец решался как-то с ними подшаманить, восстанавливая часть функционала и даже навешивая новые возможности, что для магов с профильными классами вполне доступно… ну, не суть.
Важно, что на территории БИУМ терминалы выступали, помимо прочего, как точки доступа к бирже труда, она же доска объявлений. А ещё как удостоверение личности, мессенджер, рабочий дневник, обновляемое карманное расписание занятий и так далее, и так далее.
С небольшим нюансом.
– Самый простой терминал действительно бесплатен, – объяснял Даритт, – как и минимальный набор функций. Но вот пользоваться ими… не слишком удобно. Правда, самый простой вам и не дадут, а уж госпоже Возвращающей выделят сразу золотой, со всем пакетом прилагающихся услуг…
Я мысленно хмыкнул.
Даже в магическом мире никуда не деться от ранжирования по крутизне айфона! Да и без цветовой дифференциации штанов не обошлось, вот прям чуйкой чую.
Это карма, не иначе.
– … но даже вам, господин Вейлиф, предоставят не менее чем стальной терминал. Но рекомендовал бы вам немного потратиться и взять серебряный.
– Зачем?
– Всё тот же пакет услуг. При серебряном допуске он… оптимален. Даже некоторые преподаватели не стремятся к золотому терминалу, особенно если успели улучшить свой старый: слишком много возни с переходом к более престижному варианту.
– Позвольте угадать: у вас тоже серебряный терминал?
– Да. С тремя дополнительными модулями: объёмной записи, автономности и сымхэтту. Опять-таки рекомендую такой же набор расширений.
– А нельзя ли на него взглянуть?
– Нельзя, – довольно жёстко отбил Даритт. И тут же постарался сгладить реакцию:
– Вообще-то таково одно из правил БИУМ: не давать свой терминал посторонним, даже касаться не разрешать. Да, терминалы привязаны, чужой им не воспользуется, но всё равно… в моём терминале есть записи совершенно приватного характера.
– Понимаю и прошу прощения. Я вовсе не желал дурного.
– Ничего страшного, ваш интерес вполне объясним.
– Кстати, что такое сымхэтту?
– Шаманский термин. Модуль сымхэтту добавляет в терминал, так сказать, клетку для сым…
– А! Дом духа!
– Да, можно и так перевести. Но сымхэтту – это не просто клетка, это штука куда интересней. Вот модуль автономности, тот да, тоже может заключать в себе какого-нибудь низшего стихиаля, если хозяин терминала почему-то не желает или не может снабжать устройство своей маной. А сымхэтту…
Из дальнейших несколько путаных объяснений (Даритт постоянно сбивался на неизвестную мне терминологию) я сделал вывод, что артефакторы Империи в кооперации с тамошними шаманами и, по всей видимости, менталистами впихнули в терминал нечто вроде сопроцессора. Разом и математического, и графического, и гармонического. Всё из тех же путаных объяснений можно было предположить, что дух в сымхэтту, даром что мелкий и слабый, способен тестировать на совместимость рунные связки – и даже предлагать варианты замены для неподходящих рун!
Вот тебе и средневековье. Вот тебе и низкотехнологичный мирок.
Ясно-понятно, что всё не так просто, да и ограничений у чудо-девайса наверняка уймища, но всё же (без того сильно покоцанные) остатки моих предубеждений относительно уровня развития Цоккэса крошились и стремительно выдувались прочь мощным ветром фактов.
Не удивительно, что господин старшекурсник не хочет терминал даже издали кому-то показывать! Если у него там записаны его личные наработки по чарам… одно это умножает ценность артефакта в разы!
Кстати, а что насчёт безопасности сохраняемой информации?
– На этот счёт можно не беспокоиться, – ответил Даритт, – в сети БИУМ висит повторяющееся задание на взлом персональной привязки с высокой наградой, но пока ещё никто не сумел эту награду забрать. Извлечь данные из модуля сымхэтту, будучи посторонним разумным, возможно лишь одним реальным путём: надо заморочить хозяина терминала так, чтобы тот сам открыл доступ. Да и там будут сложности: терминал сворачивает контакт, посылая предупреждение охране университета, если находит признаки изменённого состояния сознания и наличие в крови разных… необычных веществ.
