Текст книги "О моем перерождении в сына крестьянского 3 (СИ)"
Автор книги: Анатолий Нейтак
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)
А по мере приближения к Костру Неба плотность гравитационного поля и фона маны росла. На последнем этапе полёта, с выходом на орбиту Цоккэса, и вовсе вышел резкий скачок.
Нет, второго Хора Пустоты не случилось. Но когда группа старейшин эльфов поднялась на орбиту и начала выявлять заражённых, своим чародейством ещё сильнее поднимая локальный фон…
(Сюда, в эту взрывоопасную смесь, ещё попытались Преисполненного Жалости сунуть: мол, его духи, проводя разведку, что-то там спровоцировали, если не вообще намеренно пробудили эхо приказов Грыбного Вождя, и сыграли роль той самой последней соломинки; но как по мне, это уж точно брехня пополам с желанием дополнительно очернить господина ПЖ. Как же так? Главная бабайка всея Цоккэса вдруг да не приложила руку и магию к очередному кровавому бардаку?
Ой. Я же про Преисполненного Жалости не рассказывал ещё. Ладно, это потом).
Короче, так сошлись звёзды и люди, умножая скорбь глупостью, но радикал-оптимисты вместе с примкнувшими к ним (грыбными) орками внезапно и резко зашелестели шифером едущих крыш. А что конкретно и в какую сторону на них повлияло – это уже не суть важно. Важнее, что под управлением этих киберидиотов Древний Ковчег сошёл с орбиты и рухнул на Цоккэс. Да не абы куда, а точнёхонько в центр территории изначальной эльфийской колонизации, что лишь подтверждает злой умысел. Больной, да, и безумный, но однозначно злой.
Сравнения с импактом, сотворившим Маллумскую катастрофу, не вполне корректны, но уместны. Относительная скорость падения вышла, конечно, поменьше, да и размеры с массой Древнего Ковчега до размеров и массы той шестнадцатикилометровой каменюки с железоникелевым ядром си-и-ильно не дотягивали. В том числе из-за плотности.
Но Маллум-то во время терраформинга ещё не был населён, а вот несчастный Цоккэс…
В итоге досталось всем, и крепко. Даже старейшие драконы на другом конце мира вышли из спячки и учинили местной ветви человечества масштабный погром… пока Преисполненный Жалости не нанёс ответный удар, после которого и приобрёл свою первую жуткую славу.
Но хуже всего из-за Низвержения пришлось, конечно, эльфам. Даже безотносительно мистической составляющей катастрофы им пришлось испытать на себе волны цунами в сотни метров высотой.
А ведь за цунами последовали миграция монстров и переселение чудищ!
Мало того: облако пара от выведенных в субкритический режим реакторов расползлось по региону Зелёного океана, затмевая солнце и меняя климат в масштабах всего мира (и нет, я не преувеличиваю: Древний Ковчег, невзирая на падение, остался практически цел, так как аварийные системы гашения инерции сработали штатно… что заставляет лишний раз восхититься надёжностью космотеха тейвал нэрих). В общем, суммарные потери от Низвержения среди чистокровок составили поистине чудовищные 13 миллионов, то есть более девяноста процентов всей популяции эльфов-чистокровок.
Полукровки тоже не отделались легко. Как и ещё остававшиеся на архипелаге люди, и даэрау с гномами (этих кого засыпало, кого залило, кого задушило и/или обварило паром; да и буйство монстров тоже внесло лепту в печальную статистику смертей). Не удивительно, что последующий общепланетный бардак, дополненный бардаком межпланетным, привёл в беспорядок хроники: разумным стало просто-напросто не до подсчёта лет! Ведь катастрофа физическая дополнилась катастрофой магической. Падение на Цоккэс словно великанским пинком подстегнуло трансформу космотеха по принципу, сходному с Хором Пустоты, но пошедшему по иному сценарию.
В конечном итоге от Низвержения – как ни странно, парадоксально и немного даже кощунственно такое утверждать – вышла некоторая польза. Планетарное анигматическое поле перестроилось, глобально меняясь и усложняясь в результате влияния изменившихся и усложнившихся сущностей, прибывших на ковчеге, так что…
Да-да. Вы ведь уже догадались? Я именно об этом.
Развитие духа с его этапами и качественными порогами существовало всегда – точнее, столько же, сколько существует мана (а то у меня насчёт её происхождения тоже есть догадки; сложно, знаете ли, не заподозрить под маской «этомагии» очередную достаточно развитую технологию, помня формулировку третьего закона Кларка и умея делать логические выводы). Но только после Низвержения и конкретно на Цоккэсе все разумные существа получили полноценную, практически современного вида систему развития с числовыми индикаторами изменений, понятными, оформленными на обычном, а не магическом языке описаниями классов-особенностей-способностей и удобным меню распределения свободных очков.
Последний дар техноидиотов пострадавшему миру. Невольный. Вместе с духами-демонами-богами и элементалями (обособившимися и мутировавшими потомками орочьих Теней, Отблесков, Посланцев и прочего нематериального зоопарка).
Когда мир оправился от последствий Низвержения – а тех последствий на отдельный учебник хватит, я лишь основное перечислил – молодые века завершились. Началась новая эпоха.
Та, в которой я переродился.
Занятия ФиБ – то бишь, если полностью именовать этот обязательный предмет, «физической и базовой боевой подготовки» – полностью отвечали общим принципам БИУМ. То есть, во-первых, никто не махал рукой на предмет: мол, всё едино магам с воинами не тягаться, давайте поставим по часу в неделю, сугубо для галочки, и на том успокоимся. Ха! Знаете, какой минимум ФиБ считается необходимым для первогодок? Восемь часов в неделю!
Даже с учётом того, что местные сутки делятся на 28 часов, солидно. И необходимо.
Потому что латинское mens sano in corpore sano, сиречь «в здоровом теле – здоровый дух» на Цоккэсе является не благопожеланием, но буквальной истиной в степени трюизма.
А во-вторых, уравниловкой никто не страдал. Только дифференцированный подход, только строго индивидуальные рекомендации целителя в качестве рамочных условий, только вдумчивое, рассчитанное до минуты и килограмма дозирование нагрузок. «Развивать, а не вредить» – вот девиз ФиБ.
Ну и в-третьих, здесь для пригляда за молодёжью тоже активно и массово привлекали старших. В смысле, соучеников со второго и даже третьего годов обучения.
По итогам первой недели занятий, понемногу переходя из категории в категорию, я обнаружил себя среди самых спортивных первогодок, пребывающих на особом контроле, что приятно грело самолюбие. Но вот то, что в категории «самые спортивные» я плёлся где-то в хвосте, на грани вылета обратно в «почти самые», напрягало. И мотивировало к новым успехам.
Моим персональным куратором по ФиБ поставили типичную, как сказали бы японцы, генки. Дева с приятнейшей взгляду фигурой (не лучше, чем у Лейты, но вполне на уровне!), на голову ниже меня, наголо бритая – что, впрочем, весьма ей шло – смуглая и перманентно позитивная имперка.
– Зови меня Жэн, – сказала она при знакомстве. – А ты будешь Лиф.
Я только плечами пожал. Главное, чтоб не лифчик, остальное переживу.
– Не любишь болтать? Это хорошо. Я тоже. Ошейник на месте, – не самый сложный артефакт. Он снимает основные физиологические показания: ЧСС, активный объём дыхания, три базовых алхимических параметра крови и так, по мелочи; а затем, как нетрудно догадаться, ретранслирует данные на личный терминал персональному куратору, – работает. Отлично. Побежали!
И мы побежали.
Хочешь быть сильным – бегай; хочешь быть красивым – бегай; хочешь быть умным – бегай. Ещё одна древняя истина, только уже не от римлян, а от греков. На ФиБ мы с самого начала бегали много, даже очень. При таком подходе с аэробными нагрузками проблем не предвидится точно… а что до негативных последствий, то на что нужны целители? Между прочим, Жэн как раз из них, если я не ошибся. Не доверяя одному лишь ошейнику, она ещё на старте накинула на меня какие-то диагностические чары, касающиеся уже состояния духа, а не тела.
Спустя примерно полчаса, на протяжении которых мы медленно наращивали темп аккурат до моего текущего максимума, куратор – кстати, практически не запыхавшаяся, и это без всяких там чар! – плавно сбавила темп до лёгкой трусцы, дала мне немного восстановиться и начала спрашивать.
С пункта вполне предсказуемого:
– Лиф, ты акселерат?
– Да.
– Ступень к возрасту?
– Пятьдесят пять к двенадцати.
– Ух! Святая моча небес, да ты – тяжёлый случай!
– …
– Извини. Я… эм…
– Порой говоришь быстрее, чем думаешь. Бывает.
– Да?
– С возрастом пройдёт.
– Издеваешься?
– Самую капельку.
– Ладно. Я заслужила. Наверно. Так… а ведёт тебя кто?
– Из признанных целителей? Румаэре Восстановитель.
– О! Свезло…
– Знаешь его?
– Да кто ж его не знает⁈ Это ж грёбаный гений, звезда века! Кээссатр на него чуть не молятся, он просто своим существованием весь род озарил! Если (или когда) Восстановитель до девяностой взойдёт, Кээссатр станут из мерцающего серебра чистым! Ну, приблизятся к смене статуса точно.
«Кажется, я недооцениваю важность обладателей ступени 80…»
– Ладно, – Жэн резко выдохнула. – Не переводи тему. Он тебе какие-то рекомендации давал?
– Пока минимум. Идёт сбор статистики наблюдений.
– А что ты по его рекомендации уже делаешь? И не жмись, я тоже целитель. Болтать не стану.
– Да я и не жмусь. Знаешь тренинги закалки духа у оси медитаций?
– Конечно. Правда, редко удаётся урвать время. А что?
– У меня они идут дважды в сутки, по полчаса.
– Ого! Драконьи сиськи, да ты везунчик! Это ж с кем надо переспать, чтобы к оси медитаций так вот запросто… ой. Забудь.
– Да что такого? Вообще-то дело не секретное.
– А?
– Я живу под одной крышей с Лейтой Возвращающей. Ей ось медитаций по статусу положена.
– Везунчик, – Жэн скорчила рожицу, что благодаря её бритой голове могла бы показаться грозной; но тонкие черты женственного лица делали гримасу скорее умилительной. – Везунчик, везунчик!
– Не переводи тему.
– Что? Ах, ты так?
– Да. Воздаю презлым за предобрейшее.
– Серьёзно?
– На все сто сорок шесть.
– А почему… стоп. Я поняла! Я всё поняла, я не дура! Это ловушка, так что я не стану спрашивать. Я про другое спрошу. Кроме закалок духа, что ты ещё делаешь?
– Гармонизирующий цикл Поклонения Корням. Тоже дважды в сутки.
– Это что за зверь?
– Внутренние практики, – в БИУМ так называли то, что я обозвал для себя чародейской йогой. – А конкретно гармонизирующий цикл Поклонения Корням делает ровно то, что обозначено в названии: без лишней суеты укрепляет фундамент духа. И косвенно – его связи с душой.
– Ну да, при твоём диагнозе – самое то. Один только вопрос: когда ты успел ещё и внутренними практиками овладеть?
– …
– Забудь. Это уже личные секреты, понимаю.
– Ну, насчёт Поклонения Корням секрета нет: его мне тоже Румаэре преподал.
Хотя и не напрямую. Сперва он показал правильное исполнение Лейте, потом она научила меня, а под конец мы с ней создали личные вариации этого гармонизирующего цикла под наблюдением Румаэре. Именно последний этап занял больше всего времени и усилий… пусть даже, по обычным меркам, скорость адаптации вышла чудовищно стремительной. Но тут главное – понять, к чему надо стремиться, а с моей-то особенностью особых сложностей не возникло.
Правда, исполнение моей версии Поклонения Корням всё ещё далеко от идеала. Можно сказать, что правильность застряла где-то на шестидесяти процентах. Сам Восстановитель, практикующийся без малого столетие, свою версию выполняет процентов на девяносто, по его же словам. От силы, когда и если день удачный, на 92%. Ну… что тут сказать? Дальнейшее – дело практики.
И да: как и следовало ожидать, чародейская йога aka внутренние практики каким-то секретным секретом не являются, всем более-менее зрелым адептам преподаются. Насколько я успел узнать, в БИУМ они входят в курс ФиБ, начиная со второго года (тогда же из названия «физическая и базовая боевая подготовка» исчезнет слово «базовая»). Но вообще среди первогодок хватает владеющих ими, порой на весьма приличном уровне. Тут я опять же не уникум какой-то, я просто отстаю от родовитых меньше, чем мог бы. И да, отстаю: сравнивая гармонизирующий цикл Поклонения Корням со своими самопальными попытками изобретать велосипеды, то бишь упражнения чародейской йоги, я временами смеялся от собственных, прости господи, «находок»; чаще стыдился; лишь изредка испытывал гордость.
Честь мне и хвала за то, что я вообще додумался до внутренних практик. Но потенциальное поле усилий на этом поприще огромно. Их открыли за тысячи лет до моего рождения, их оттачивали даже не тысячи, а миллионы адептов… так что да, иначе как изобретением велосипеда мои потуги не назвать.
Всеобщим достоянием внутренние практики не стали ровно по трём причинам.
Первая: без наблюдения целителя и специфических страховок начинать развивать не ауру, но дух – рискованно. Автотравмы, особенно поначалу, в этом деле почти неизбежны. (Сам я не нахватал их только из-за совершенно недетской осторожности при подходе к, хех, снаряду… ну и особой, не очень даже, как нынче выяснилось, здоровой пластичности духа).
Вторая: универсальность и полезность внутренних практик невелика. Вот если правильный цикл совместить с правильными же чарами… но такая синергия заботит владетельных с высокородными, магам из простецов такие нюансы, да с индивидуальным подходом, не близки. Им банально зарабатывать надо, времени на чистое саморазвитие у них меньше.
Третья: как отдельное направление личного развития, внутренние практики отъедают время у практик внешних, то бишь от магии и воинских искусств. Вывести внутренние практики на уровень автоматического применения – и не имея моей пластичности духа, да – это буквально десятилетия усилий.
…но большинство подтверждённых дворян ступени 50+ про внутренние практики знает, а среди титулованных 70+ ими занимаются, пусть с разной эффективностью, все.
– Что насчёт диеты? – спросила меж тем Жэн.
– Входит в реабилитационный курс.
– А подробнее? Мне же надо знать, как именно тебя нагружать, нет ли противопоказаний, всё такое.
– Пока ничего особенного не предвидится. Придерживаюсь рекомендованного коррекционного питания (у меня обнаружили лёгкий дефицит цинка, селена и кое-какой алхимии). Но вообще ем всё и вполне здоров во всех отношениях. Как сам Румаэре сказал: «Ограничений физической активности нет. Нагрузки возможны любые, кроме калечащих», – конец цитаты.
– Хорошо. Даже отлично!
– Вот и я так думаю. Не одним же бегом заниматься. Скучно.
– А тебе обычный бег надоел?
– Слишком монотонно.
– Ага. Ладно. Айда за мной!
Для ФиБ на земле университета отводились прямо-таки огромные территории. Даже малая часть их – та, что для выпаса первогодок с нашей базовой боевой подготовкой – всё равно очень велика. Называть её спортивным комплексом, чисто в силу масштабов, я бы остерёгся: скорее речь про целую спортивную аркологию. Бассейны, ледяные арены, площадки для спаррингов и дуэлей, нуль-корты (то есть зоны, где невесомость либо создавалась артефактами, либо её имитировали чарами и/или ритуалами), пресс-корты (зоны, где сила тяжести, напротив, искусственно увеличивалась), треки для гонок на разных устройствах, в том числе чисто механических, полосы препятствий…
Вот к одной из последних Жэн меня и привела. Быстрым бегом. Очень быстрым!
– Правила простые, – сказала она почти ровным голосом (я по необходимости отпыхивался, так как не отстать от целительницы стоило мне серьёзных усилий). – Внутри есть стены, препятствия, цели и пути. Стены красные, считаются неуязвимыми, задеваешь – получаешь большой штраф. Препятствия синие, их касание даёт средние и малые штрафы; если препятствие сломать, штраф снимается. Касание целей даёт бонусы – или, если так посмотреть, снимает штрафы. Обычно чем меньше цель и чем сложнее её достать, тем больше размер бонуса. Цвет их – жёлтый. Пути зелёные, штрафов и бонусов не дают, двигаться надо по ним, потому они и пути. Запомнил?
– Двигаться по зелёному. Красного избегать. Синего тоже, либо ломать. За жёлтым охотиться.
– Ого. Ну, значит, точно понял. А, последнее правило: за скорость прохождения тоже бонус дают. Но не такой уж большой, за цели больше.
– Кто ведёт счёт?
Жэн посмотрела на меня, как на первогодку.
– Твой терминал, конечно!
– А. Удобно.
– Давай, забегай уже, а не болтай!
– Последний вопрос.
– Ну?
– Магией пользоваться можно?
– Если только без слов и распальцовок. Вперёд!
Я усмехнулся и побежал.
Полоса препятствий и впрямь не давала заскучать. Выглядела она изнутри как изгибающийся так и этак коридор, полный вещей всех четырёх озвученных категорий. Но не в буквальном смысле. Например, ещё до первого изгиба, в первом прямом участке трассы, был зелёный (путь) рукоход над красным (стена) полом, жёлтое (цель) пятно в узкой глубокой нише с красными стенками – если хочешь получить бонус, притормози и будь осторожен, а также участок, перегороженный тонкими синими (препятствие) стенками так, что для чистого прохождения надо опять-таки притормозить и маневрировать вправо-влево.
В первый раз я бежал вполне честно, просто изучая трассу, а не стремясь набрать максимум. На весь круг ушло с полчаса: некоторые задачки, заданные создателями полосы препятствий, выходили по-настоящему заковыристыми.
Во второй раз я начал немножко читерить с Падением Пером и управлением инерцией. Результат – двадцать три минуты.
В третий раз я натянул поверх своего поддоспешника облегчённую версию Паучьего Прикида (в его невидимой модификации, без всяких там Плащей Мороков), не постеснялся применять против препятствий Мистические Заряды с Дробящими Волнами… и промчал по полосе за восемь минут.
– Сколько-сколько ты набрал? – вытаращилась Жэн на счёт, переданный на её терминал моим. Она, кстати, тоже не стояла на месте, а бегала по соседней полосе препятствий. – Драконьи сиськи и божьи ляжки! Да как так-то вообще?
– Ты сама разрешила мне безжестовую невербалку. Но полосу я немножко того. Поломал.
– Плевать, восстановят! – отмахнулась она. – Значит, чародействуешь без слов… айда за мной!
– Вообще-то занятие скоро закончится…
– Плевать, продлим чуток! Догоняй!
И мы побежали.
После чего – весьма быстро, но я не стеснялся немножко читерить, так что запыхался не особо сильно – прибежали в новую часть спортивной аркологии, где я ещё ни разу не был. А забежав следом за Жэн в зал номер 581, я встал, как вкопанный.
– Не-е-ет…
– Лохматый! – заорала меж тем бритая целительница. – Эй, Лохматый! Ёж тебе в плешь и удава в шорты! Бегом сюда!
– Нет-нет-нет! – бормотал я, мотая головой.
– Чего орёшь, как трижды заведённая и дважды удовлетворённая? – лихо подкатил, очевидно, тот самый вышепоименованный Лохматый – ещё один типичный имперец, но с ухоженной шевелюрой, заплетённой в простую косу аж до ниже задницы. Скреплённую серебряной защёлкой косу её хозяин заправил под ремень сзади, чтобы не болталась при манёврах. – И кого ты вообще к нам…
– Я отказываюсь! – почти заорал я, так как меня достало игнорирование.
– Это с чего вдруг? – развернулась Жэн.
– Да с того! На меня уже навесили обязанности старосты, не спросясь. А я в Империю прилетел, чтобы учиться. У-чить-ся! А не в рэнд играть!
О моем перерождении в сына крестьянского 22
Этап дв адцать второй
Отбрехаться от спорта насовсем у меня не вышло. Да я и не сильно старался, если быть честным. Ну в самом деле, не бегом же мне заниматься и не полосы препятствий портить? Да и в команде веселей, к тому же известность в узких кругах тоже лишней не будет (где ещё, кроме как в БИУМ, я найду для своей маленькой охотничьей банды нормального Сотрясателя?).
В общем, слишком выгодное предложение, чтобы рубить сплеча. Но вот условий я навыставлял – прям прима-балерина!
Шутка. Не мой это стиль. Ничего запредельного, всё по уму.
– Вы поймите, – втолковывал я Жэн, Лохматому и подтянувшимся на спор рэндихам из клуба, в котором последний состоял, – дело не в кокетстве: даже при самом горячем желании мне попросту не хватит времени на то, чтобы тренироваться и играть всерьёз. В ближайший год точно. У меня за плечами нет родовой подготовки, я взял пять факультативов, на мне висит гирей долг старосты. Понимаете?
– Пять⁈ – брови Лохматого взлетели парой птиц.
– У-у-у, на кой ты столько набрал-то? – возмутилась Жэн.
– Безродный староста? Фью! Это сурово!
– И даже ещё суровее, – хмыкнул я, – потому что мой зам тоже из безродных и вообще котолюд.
Дальнейших объяснений не потребовалось, а количество изумлённых рож резко возросло. Да, когда ни староста, ни его зам не могут козырнуть, помимо личной силушки, связями рода – это Боль. Для них, не для подопечных: этим-то подобная «слабость» – как приглашение на голую вечеринку с безобразиями!
Дрессировать своих в правильном направлении я начал, аж с первого дня; но до взаимопонимания пока не дошёл. Там свои сложности вылезли…
– Короче, – продолжил я, вытряхнув из головы лишние мысли, – со временем у меня полнейший амбец, да и прерывать матч, чтобы опять мчаться разнимать своих иллюзионистов с воплотителями или там ещё кем – не дело от слова совсем.
Изумлённые рожи сменились понимающе-одобрительными.
– Короче. Я про рэнд узнал менее декады как, на профессионализм мне претендовать глупо. То есть приходить потренироваться я могу и буду. Но! Только в запасном составе на ближайший год, только с вашим, клубным оборудованием…
– А почему мы тебе должны снарягу выдавать? – перебил Лохматый.
– А потому, что я обалдеть какой ценный кадр.
– Да ну?
– Ну да. Дело не в моей ступени, то есть не только в ней, а больше в том, что я даже чары шестого круга могу творить безмолвно.
– Скользишь!
– Стою твёрдо. И могу доказать.
– Ну, докажи.
– Тогда расступитесь чуток, – попросил я. И принял Ангелический Аспект.
Следующие пять-семь минут я провёл довольно весело, хоть и не особо продуктивно, вытворяя со своим Аспектом всяческие безобразия на игровой площадке, будучи фактически неуязвимым. Ну а что мне – то есть Ангелу – сделают эти смешные резиновые мячики? И даже слабенькие ударные чары?
Вот именно.
…в общем, сговорились мы в итоге с Лохматым и его бандой на том, что клуб рэнда «Стальные Гадюки» принимает меня в запасной состав, предоставляет мне совершенно бесплатно, то есть даром, комплект снаряжения рэндиха качеством не ниже среднего, всеми силами помогает освоиться с этим снаряжением, правилами и типичными ухватками, позволяя опробовать себя в разных ролях, мирится с моими возможными отлучками в любой момент без предъявления претензий и всё такое.
Взамен я обязуюсь отыграть за клуб «Стальные Гадюки» на своём втором учебном году минимум десять официальных матчей, а лучше весь сезон, с перспективами расширения сотрудничества.
Неплохой договор. Выигрышный для всех сторон.
Проблема в том, что для меня рэнд, в общем-то, пройденный этап. Этот забавный спорт не может дать мне того, что даёт обычным студентам. И выходить на поле с моими-то навыками чисто волевого каста попросту нечестно. Но вот если рассматривать рэнд как скрытую инвестицию в репутацию…
Ну, если так, то почему бы нет?
Любое учебное заведение, особенно такое элитное, как БИУМ, помимо открыто декларируемых целей обучения служит также неявной цели: социализации. Помогает налаживать связи. Причём всех типов и видов: от деловых и дружеских до брачных и вассальных. Вот в этом смысле назвать время, потраченное на рэнд, ушедшим впустую – нельзя никак. Не говоря уже о том, что это по-прежнему вполне приличная тренировка для тела и ума.
Есть в арсенале школы иллюзий такое полезнейшее заклинание – Точное Эхо. Область применения у него довольно узкая: в конце концов, кого могут обмануть чары, всего лишь воспроизводящие не очень долгую последовательность звуков, услышанную магом не более минуты с небольшим тому назад? Зато как раз в силу своей простоты Точное Эхо имело всего лишь первый круг, изучалось иллюзионистом практически любого класса влёт (ну, если речь об иллюзионистах, ставших студентами БИУМ, то есть по определению способными повторить чары пятого круга), немногим медленней, буквально за неделю, переводилось в невербальную безжестовую форму…
…и было незаменимо при отработке произношения на уроках устной речи.
Основной минус – хотя тут уж как посмотреть – этого заклинания состоял в том, что его следовало использовать в парах. Слова, сперва произнесённые магом, а потом им же скопированные Точным Эхом, оказывались не слишком точными.
Зато вот если слышишь кого-то со стороны, то всё отлично.
– Нет, так дело не пойдёт, – вздохнул я, даже не активируя чары после очередного повтора. – Ровно те же ошибки, что в начале, никакого прогресса не наблюдаю. А раз так, надо менять подход. Лучше спуститься к базовым вещам, отработать произношение отдельных звуков. Затем перейти к словам. И лишь потом снова пытаться говорить целыми фразами.
– Думаешь, поможет?
– Ну, хуже от этого точно не будет. А вообще акцент, от которого нам надо избавляться, если чуть упростить объяснения – это попытка произносить слова чужого языка с применением фонетики родного языка. И если не исправить полностью, так хотя бы ослабить акцент можно только одним способом: поставить правильную фонетику вместо привычной.
Как я узнал ещё на Земле, а на Цоккэсе, зарабатывая своего Полиглота, подтвердил на практике, наиболее явным образом акцент лезет в устной речи в случае звуков, которых в той самой, привычной, просто нет. Так, например, у русских возникают проблемы с английскими w и th в глухом и звонком вариантах, а также с гласными дифтонгами. Или вот взять зеркальные, по сути, сложности с фонетикой у китайцев и японцев: в китайском есть звук эл, но нет звука эр, в японском всё ровно наоборот. Поэтому китайцы (ну, те, которые не ставили фонетику правильным образом) картавят: пелеход, колзина, булундук и так далее; японцы же «рычат»: мороко, борезнь, куребяка.
Фонетика цантриккэ своеобразна. Например, в нём больше гласных из-за тональных порогов: то, что для уха гриннейца звучит как э или ы, на цантриккэ может раскрываться аж в шести вариантах, по три для каждого гласного. Разумеется, тональные пороги имеют смыслоразличительную функцию: хэг следует перевести на гриннейский как «чаша», хэг – как «балка», а хэг – как «борозда». И это не омонимы, как лук (который режут невидимые ниндзя), лук (из которого стреляет Робин Гуд) и лук (то же, что прикид-наряд-образ); для имперцев это слова столь же разные, как фон, фен и фан: не спутаешь.
Но гриннейцы, конечно, хэг от хэга и от хэга отличают с трудом.
И это нам ещё повезло. Мой нынешний подопечный страдает с цантриккэ ещё сильнее, потому что в его родном языке отсутствуют не только тональные пороги, но и некоторые согласные. Например, в нём нет звуков цэ, че, специфических взрывных согласных дифтонгов вроде кк, гг, пп и тт. Поэтому даже название языка, цантриккэ, он поначалу выговаривал с тремя ошибками – как «сантрихэ».
Да-да, вы правильно догадались: с ошибкой ещё и в конечной гласной. Причём плавающей.
То почти правильно скажет, то снова ошибётся.
Природные имперцы даже такой жутко покорёженный выговор понимают, но, понятно, с трудом. И не всегда с первого раза, м-да. И уж точно не испытывают удовольствия от необходимости слушать ЭТО.
…надо заметить, подход «обучение с основ» показал хорошую эффективность. Но он же, вкупе с проявленным мной терпением, привёл к вопросам.
– Вейлиф. Скажи честно: зачем ты со мной возишься?
Прямолинейно. Даже слишком.
– А ты, Тедан, в долг старосты не веришь?
– Нет.
– Совсем?
– И в награду от учителя тоже не верю, – орк нахмурился, выдвигая тяжёлую нижнюю челюсть чуть вперёд. – Точное Эхо – чары простые, можно было любого посадить здесь, работать живым эхом за ту награду. Что тебе от меня нужно, Вейлиф?
– Любого? – хмыкнул я. – А предложи-ка ты этого вот любого. Вспомни студентов из нашей общей группы и скажи: кто бы действительно согласился с тобой, как ты изящно сформулировал, «возиться»?
– …
Вариантов у Тедана не нашлось. Может, Сахт-Нирар – мой заместитель, зверолюд – и согласился бы, если ему приказать. А может, и нет. Они с орком глядели друг на друга с отчётливой неприязнью, что мне никоим образом не нравилось; но сделать что-то ещё и с этим я просто не успевал, никак. Ну а что касается остальных первогодок…
– Твой выговор, – добавил я жёстче, – мешает тебе общаться. Причём не только со студентами, что ещё можно было бы отложить на потом; у тебя и учёба из-за этого сильно страдает. А это уже очередная моя проблема, как старосты группы.
– Но ты не был рад этому. Не хотел быть старостой – и сейчас не хочешь!
– Разумеется, не хотел. Разумеется, не хочу. И что с того? Даже нежеланный, навязанный долг остаётся долгом. Никто, кроме меня, его не исполнит. Я достаточно взрослый, чтобы понимать: в жизни иногда делаешь не то, что хочется, а то, что требуется. Причём так хорошо, как только возможно, потому что чем быстрее ты заговоришь понятней, тем больше у меня освободится времени на мои собственные дела. Отбывать срок вместо того, чтобы действительно помогать отстающему – глупо. Эффективней и разумней помочь хорошо, быстро, в полном объёме.
– Но это не всё.
– Конечно. Каждое действие настоящего мага преследует несколько целей и учитывает различные обстоятельства. Например, помогая тебе, я приобретаю должника.
– Синие Бунчуки не признают этого!
– А я и не о них забочусь. Мне вполне хватит и небольшого – точно по размеру оказанной услуги – расположения конкретного Тедана. Третьего по силе студента моей группы.
– Откуда тебе знать, что орк признает долг перед человеком? Ты ведь и так получишь награду!
– Неоткуда, ты прав. Но если выйдет так, это тоже пойдёт мне на пользу.
– Как?
А вот тут будет весьма уместна прямолинейность, равная той, с какой мы начали диалог.
– Очень просто. Я буду знать, что ты не склонен платить добром за добро. И в дальнейшем стану это учитывать в своих планах.
– …
– Не смотри так. Я ни к чему тебя не принуждаю, просто даю выбор и слежу за результатом. Какой выбор ты сделаешь – решать только тебе.
И чтобы орк не ощущал себя прижатым к стенке, я сменил тему:
– Кстати, не расскажешь ли, что за дела между тобой и Сахт-Нираром?
– Нет меж нами никаких дел, – буркнул Тедан.
– Я в переносном смысле. Участь Наблюдателя – замечать больше прочих. И я заметил, как вы с ним друг на друга поглядываете, когда считаете, будто никто не замечает. На людей вы так не смотрите. На наших близняшек-аэльфари тоже. Да ни на кого больше – такая плохо скрытая неприязнь объединяет только вас двоих. Отсюда вопрос: в чём дело?
– А тебе зачем знать?
– Ну, я маг. Ещё и Наблюдатель, да. Мне всё вокруг интересно… а потенциальная проблема так и с особенной силой. Я – староста и не могу оставить это просто так.
