Текст книги "Единственная призрака. По праву рождения (СИ)"

Автор книги: Анастасия Мелюхина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

– Я рядом, принцесска, – приговаривает Аран, жалея меня и гладя по голове. – Я всегда рядом.

– Не всегда, – шёпотом отвечаю я. – Теперь я это точно знаю.

Аран ничего не отвечает, лишь держит меня в призрачных объятиях, которые так успокаивающе на меня действуют.

– Кхм, – подаёт голос Лео. – Аран, нам пора.

44

Древний воин кивает, берёт меня за плечи, мягко отодвигает от себя, но я уже к этому готова. Поэтому спокойным тоном, требующим от меня просто титанических усилий, говорю:

– Ты должен многое мне объяснить.

– Ты мне веришь, принцесска? – заглядывая в мои глаза, вкрадчиво спрашивает он.

«Безоговорочно», – проносится в голове, и призрак, словно прочитав мои мысли, мягко улыбается.

– Тогда сейчас давай просто уйдём отсюда, пока тебя не хватился твой муженёк, – в его голосе слышны неприятные издевательские нотки, которые я игнорирую. – А после я всё расскажу тебе. Обещаю.

Сколько раз он давал мне подобные обещания? Я уже сбилась со счёта, но, как и раньше, я лишь киваю, полностью доверяясь ему. В конце концов, эти недели без него показались мне слишком длинными, практически бесконечными, и теперь, когда он рядом, я могу ещё некоторое время придержать свои вопросы.

Мы спешим по ступеням, ведущим на задний двор. Конечно, это название абсолютно не подходит огромному, с изяществом спланированному императорскому парку с сеткой искусственных каналов и перекинутых через них мостиков, но небольшую полянку, предшествующую лабиринту, из искусно постриженной флоры все живущие во дворце бесславно именовали задним двором.

На моём пальце удобно располагается настоящее кольцо, приятно обхватившее фалангу острыми когтями, а в голове роятся сотни вопросов. Например, как Лео остался жив, и как он оказался здесь в оплоте нашей государственности? Как они познакомились с Араном? Как Лео нашёл кольцо в замке? Но самый главный вопрос можно сформулировать так: если Аран знал, что со мной здесь происходило, то почему не помешал им? Почему позволил мне стать женой огненного кота? Мне не хочется думать об этом, не хочется отвечать на этот вопрос даже мысленно, но он то и дело всплывает в моём дезориентированном сознании.

Лео идёт позади нас, то и дело беспокойно оглядываясь. Да и сама я понимаю, что меня хватятся с минуты на минуту. Это происходит в тот момент, когда моя нога касается мягкой, специально посеянной ответственными садовниками травы. Рык, раздавшийся над всем императорским дворцом, не оставляет сомнений – Аэрт заметил мою пропажу, и он в ярости. От этого рёва кровь стынет в жилах. Страшно представить, что будет, когда повелитель огненных котов доберётся до нас. На лице Арана отражается досадливое выражение.

– Демоны! Слишком рано!

– Она должна была задержать его немного дольше, – оправдываясь, разводит руками Лео.

Кто «она»? У них есть помощница прямо во дворце?

– Мари, – Аран переводит взгляд на меня, сжимает мою руку. – Девочка, мне нужна твоя помощь.

От ужаса и растерянности у меня пропадает дар речи, и я могу лишь кивнуть в ответ.

– Помнишь озеро, Мари? – древний воин говорит со мной, как будто я маленькая, и от этого мне становится только страшнее. – То самое, под Крепостью? Ты можешь перенести нас туда, принцесска? Если ты сможешь унести нас отсюда, то нас никто никогда не найдёт. Ты уже так делала, Мари, помнишь?

За моей спиной раздаются крики. Я оборачиваюсь. На лестницу уже высыпали стражники, они замечают наши силуэты, и теперь погоня набирает обороты. Лео разминает плечи в предвкушении драки.

– Мари, – Аран мягко поворачивает к себе моё лицо, заставляя посмотреть в свои тёмные глаза. – Мы не убежим от огненного кота, Мари. Он намного быстрее, мы не сможем уйти. Поэтому ты должна это сделать. Ты должна нас перенести к тому демонову озеру. Давай, принцесска!

– Но… – крики за спиной становятся ближе. – Я не знаю как. Это было всего один раз и получилось случайно.

– Аран! Нам надо уходить! – Лео уже выхватывает оружие, направляя его в сторону приближающихся стражников.

– Ты можешь, принцесска, – уговаривал меня призрак. – Ты наследница древних воинов. Ты единственная хозяйка Крепости. Этот кот не сможет последовать за тобой, будь он хоть трижды Мёртвым охотником. Крепость теперь твой дом, ты сможешь его запечатать, когда мы перенесёмся…

– Я не понимаю, Аран! – я уже кричу от страха и растерянности. – Какая хозяйка? Какой Мёртвый охотник? О чём ты говоришь?!

Чем больше слов он произносит, тем тяжелее мне его понимать. В ушах звенит, а сердце тарахтит где-то в горле. Я слышу первый выстрел. Аран резко разворачивает меня, закрывая собой от случайных пуль и вида разворачивающейся неподалёку битвы. Он не даёт мне обернуться назад, удерживая моё лицо в призрачных ладонях.

– Послушай меня, принцесска, – ещё один выстрел.

Кто-то кричит, чтобы стражники не задели меня, а я лишь смотрю в тёмно-серые, почти чёрные глаза, пытаясь ухватить за хвост хотя бы одну здравую мысль.

– Ты последняя из древних воинов, и ты королевской крови, Мари. Не спрашивай, как это возможно, просто поверь – это так. Ты ведь сама об этом догадывалась, верно? – он не даёт мне ответить, продолжив быстро говорить. – Та книга в озере – главная ценность нашего с тобой народа. Её оставили нам древние боги. И она зовёт тебя. Она зовёт всех нас.

– Но она зовёт и Аэрта, – я пытаюсь разобраться в потоке обрушившихся на меня новостей, насколько это возможно.

Ещё один выстрел, и Аран вновь удерживает меня на месте.

– Да, но это лишь потому, что он бывал в других мирах, – выстрел, чей-то стон. – А ты ведь знаешь, что под Крепостью?

– Переход, – срывается с моих губ.

– Правильно, – хвалит меня Аран, беспокойно оглядываясь себе за спину. – Его зовёт переход. Не озеро. Только и всего. Хозяйка – ты. И ты можешь сейчас перенести нас туда. Тебе нужно просто поддаться этому зову. Ты ведь слышишь его, я знаю, озеро снится тебе…

45

Я хочу ответить ему, что не озеро мне снится на самом деле, а он сам, не озеро зовёт меня, а древний воин Аран ХегАш, как вдруг он меня отпускает и плавно поворачивается. Я уже знаю, кого увижу, когда выгляну из-за могучей спины древнего воина.

Аэрт стоит наверху лестницы. Удивительно, но он в человеческом обличье, и даже успел надеть чёрную рубашку, подчёркивающую цвет его смоляных волос. На ступенях в лужах крови лежат несколько стражников, а Лео прижимает правым запястьем рану на левом плече. В ладони он держит меч, пистолет валяется неподалёку. С руки моего друга уже струится кровь.

Появление моего новоиспечённого мужа словно останавливает время. Замирают все участники происходящего, включая нас с Араном. Кажется, шевелиться может только Мёртвый охотник. Понятия не имею, что бы это могло значить, но уверена, что так называют не всех подряд.

Аэртер не торопясь спускается по лестнице. Кажется, он ни капли не переживает, что мы можем сбежать. Конечно. Глядя на выверенность его движений, я не сомневаюсь, что он догонит, как бы далеко мы ни оказались.

– Здравствуй, повелитель древних воинов, – не глядя на меня, произносит супруг.

– Здравствуй, повелитель огненных котов, – как обычно, с насмешливыми интонациями отвечает Аран.

– Ты забрал мою жену, – констатация факта и ничего больше.

– Значит, плохой из тебя муж, – иногда я думаю, что призрак в принципе не может разговаривать без шпилек.

– Зато живой, – не остаётся в долгу Аэрт.

– Надолго ли? – Аран идёт по кругу первым, заодно отводя предполагаемое поле сражения подальше от меня. – Как ты понял, кто она?

– Когда увидел, что её, как и меня, влечёт озеро, – просто отвечает огненный кот, вынимая из ножен свой меч. – Через переходы она не проходила, я это знал наверняка. Чувствую таких. Оставалось только одно – она наследница крови древнего народа.

Я стою в оцепенении и ловлю каждое слово. Два мужчины, мёртвый и живой, говорят обо мне так, как будто меня здесь нет. Словно они давно знакомы и сводят какие-то свои счёты, ведут свою игру. Ужас ситуации заключается в том, что я снова я чувствую себя разменной монетой. Неужели и Аран использует меня для каких-то своих целей?

– Как удачно, что она не только хозяйка Крепости, но ещё и дочь императора, – вновь колет Аран.

– Да, вполне удобно, – сухо отвечает Аэрт, отчего у меня болезненно сжимается сердце.

Я оглядываюсь в поисках неизвестно чего и вижу, что никто из собравшихся не собирается вмешиваться. Все просто стоят и смотрят. На верхней ступени я замечаю отца, рядом с которым, готовый в любую секунду его защитить, маячит Хаган Ирэ. Верный слуга императора. Неожиданно Хаган делает резкий шаг к нам, но властная ладонь отца и нацеленные пистолеты стражи быстро его останавливают.

– А ты знаешь, что твой друг-полковник должен убить тебя сразу после того, как ты представишь своему народу королеву? – Аран вновь делает словесный укол Аэрту.

– Догадывался.

– Но тебя ведь не так-то просто убить, – улыбается древний воин. – Ты уже побывал за гранью.

– Что мы всё обо мне, да обо мне, – я замечаю, как Аэрт перехватывает клинок. – Тебе ведь тоже есть что ей рассказать.

– Не так много, как тебе, – парирует Аран, и первым атакует.

Он резко сокращает расстояние между собой и огненным котом, подпрыгивает, занося меч в обманном манёвре, а после резко уходит в сторону в попытке нанести колющий удар. Невероятным образом Аэрт избегает столкновения с остриём и делает ответный шаг.

Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать, но это не помогает. Я ору, умоляю их остановиться, но они не слышат меня. Два самых близких мне мужчины сливаются в страшном смертельном танце, и я ничего не могу поделать. Уследить за их движениями просто нереально, настолько быстро они оба двигаются. Всё происходящее кажется мне страшным сном. Они бьются насмерть, но явно не на равных условиях. Ведь одному из них есть что терять – жизнь. Второй же слишком давно простился с ней, чтобы хоть немного заботиться о самосохранении. Они оба слишком сильны и выносливы, но всё же Аэртер жив, а, значит, он скоро устанет. Я знаю, что он проиграет. Это знает и Аран. И, несомненно, это понимает Аэрт.

– НЕТ!!! – мой голос разносится над поляной. – Аран, пожалуйста!

На какую-то долю секунды я перехватываю взгляд древнего воина. Слёзы льются из моих глаз водопадами. Я смотрю на своего призрака и мысленно умоляю его остановиться.

Призрачный и реальный клинок скрещиваются раз за разом. Искры, высекаемые мечом Арана из меча Аэрта, разлетаются вокруг них завораживающим фейерверком.

– Аран, нет! – я кричу, перекрикивая звон металла. – Я прошу тебя! Я ПРОШУ ТЕБЯ!!!

И призрак останавливается. Замирает, глядя прямо мне в глаза. Клинок Аэрта, не встретив сопротивления, проходит прямо сквозь грудь повелителя древних воинов. Я не сразу понимаю, откуда у призрака может взяться кровь. Но первая капля вдруг вытекает из-под острого лезвия. За ней бежит вторая, а когда Аэрт вытаскивает клинок, красная, пахнущая железом жидкость, беспрепятственно покидает тело древнего воина.

46

Я бросаюсь к нему, отталкивая Аэрта, который, похоже, тоже шокирован тем, что ему удалось ранить призрака. Словно со стороны я вижу, как я подбегаю к Арану, как обнимаю его так крепко, как только могу, закрывая собой зияющую дыру в его груди.

– Как не вовремя. Правда, принцесска? – я чувствую, как намокает моя одежда, становится липкой от его крови. – Я хотел провести с тобой хотя бы час, всего лишь час.

– Всё будет хорошо, Аран, ты поправишься, – говорю я какую-то ерунду.

Сейчас он жив, и своей собственной кожей я чувствую, как эта самая жизнь вытекает из него по капле. Боги, как же несправедливо! Я первый раз чувствую его таким, первый раз ощущаю его тело, могу разглядеть каждую чёрную ресницу, каждую мелкую морщинку на его лице, и он умирает. Умирает прямо на моих руках. И я ничем не могу ему помочь. Ничего не могу сделать.

– Посмотри на меня, – просит он. – Я тебе покажу.

Я отрываю голову от его груди и заглядываю в тёмно-серые глаза, такие живые и такие глубокие, и – проваливаюсь.

Я вижу всё глазами Арана. Прячусь в каком-то подсобном помещении императорского дворца. Моё тело дрожит, я рассматриваю свои огромные мужские руки. Я чувствую страх и непонимание и сижу так уже около часа. Я боюсь. Очень боюсь того, что снова превращусь в бестелесное нечто, что умру, что… Страх сковал меня по рукам и ногам. Никогда не думал, что могу настолько бояться.

А потом я слышу шорох позади себя. Оборачиваюсь, но там всего лишь стена. Этот звук мне знаком. Я, точнее, Аран, уже слышал его. Когда-то давно, когда умер впервые. Так шуршали складки её платья. Я знаю, что будет дальше. Я не смогу её увидеть, ведь в последнюю секунду своей (его) жизни я её не видела. И мне горько от этого. А потом острая боль в спине и сердце всё прекращает.

Новая картинка.

Я стою над колыбелью, в которой барахтается маленькая девочка. Она такая милая, с чёрными волосами и голубыми глазами. Я чувствую, как моё мёртвое сердце на секунду замирает, а потом бросается в галоп. Она та, которую я ждала (которую ждал Аран). Я знаю это. Я чувствую её кровь, кровь своего народа. Малышка увлечённо рассматривает свои пальчики, не замечая меня. Молодая женщина проходит прямо сквозь меня, и я с удивлением узнаю свою мать.

– Моя Мариис, моя крошка, – приговаривает мама, склонившись над девочкой.

– Моя принцесска, – говорю я голосом Арана.

Картинка сменяется.

Я смотрю, как мама зашивает моё кольцо в маленький мешочек. Подросшая девочка лежит в кроватке. Я перебираю прядки её тёмных волос, отчего девочка успокаивается и даже слегка улыбается в полудрёме.

– Защити её, – вдруг говорит мама.

Она смотрит по сторонам, она меня явно не видит.

– Если всё, что говорил мой дедушка, правда, – она замолкает, подбирая слова. – Если ты действительно есть, ты не дай её в обиду.

– Я защищу её, – я знаю, что сдержу своё обещание.

Вновь смена картинки.

Её впервые хотят убить. Маленькая девочка играет в оранжерее. На ней забавное платьице с облакоподобными рюшами. Уже длинные волосы перехвачены белой лентой. К ней подбирается элегантного вида мужчина, но я знаю, что в рукаве его спрятан стилет. Взмах моего меча и девочка даже не успевает что-либо увидеть. Она всё также спокойно играет, напевая себе под нос колыбельную, которую я ей пела перед сном (которую Аран пел мне?.. Ох, боги!). Её впервые хотели убить, но я рядом.

Следующая картинка.

У девочки скоро день рождения, но она плачет, потому что у неё болит поломанная рука. Мне хочется убить её братьев. А ещё мне хочется быть с ней, но я вынуждена истекать кровью в очередной коморке. Как и каждые семь лет. А иногда и чаще, когда мне приходится её защищать. Её вновь чуть не убили, и я вновь была рядом. Скоро боль в спине пройдёт, и я опять смогу быть рядом. Я всегда буду рядом. Что бы не произошло.

Новая картинка.

Я пишу письмо. У меня совсем мало времени, всего час, но я должна успеть. Я аккуратно, чтобы было похоже, вывожу: «Твой отец». И сразу же пишу записку слуге. «Письмо отправить в Кадетский корпус имени Мастера Шедоху». Потом беру коробочку из тёмного дерева и кладу в него кольцо, которое стало моей тюрьмой и моим спасением много веков назад.

Меня выбрасывает из воспоминаний призрака. Я глупо хлопаю ресницами, и только сейчас понимаю, что я чувствовала его всегда. Теперь всё встало на свои места. Это всё время был он. Это он был рядом, поддерживал меня, укрывал от невзгод даже тогда, когда я не знала о его существовании. Он защищал меня все эти годы, он был моим лучшим другом ещё тогда, когда я не умела дружить, ещё тогда, когда я не могла дать ничего взамен. Он просто был рядом, и только благодаря этому я выжила. Я громко всхлипываю, глядя в бледное от потери крови лицо. Он оживал каждый раз, когда ему приходилось защищать меня. И умирал столько же раз. Он раз за разом умирал за меня!

– Я люблю тебя, – мой голос так тих, что мне самой неслышно его.

Зато меня вполне расслышал огненный кот.

– Что ты показал ей? – он подскакивает ко мне, хватает меня за плечо, но я сбрасываю его руку, а делать мне больно он не решается.

– Я тебя люблю, – шепчет Аран, кривовато, но нежно улыбнувшись.

– Мари, он лжёт тебе! – такого отчаяния от Аэрта я не ожидала. – Он лжёт тебе во всём! Посмотри сама! Ты можешь это сделать! Посмотри же!

Мне не хочется его слушать, мне хочется хотя бы в последние минуты жизни Арана просто побыть с ним, вернуть ему долг и быть рядом, когда он в этом нуждается. Ведь он делал это для меня столько лет.

– Покажи ей всё! – Аэртер не отступает. – Ты ведь говорил, что тебе нечего скрывать? Покажи ей, ЧТО ты сделал!

Аран уже совсем слаб и оседает на траву. Придерживая древнего воина, я опускаюсь на мягкий растительный ковёр рядом с ним.

– Такая твоя любовь, ХегАш? – зло спрашивает Аэрт.

47

Аран ХегАш глядит мимо меня. Я поворачиваю голову и вижу, что огненный кот смотрит в его глаза. Это выглядит так, будто бы между ними происходит какой-то молчаливый диалог. Волна злости на Аэрта поднимается во мне столь бурно, что я чуть не задыхаюсь. Как смеет он так презрительно смотреть на Арана? Как может после всего, что он совершил, забирать у меня даже последние мгновения рядом с моим призраком?

И вдруг Аран, с трудом вздохнув, словно приняв для себя непростое решение, переводит на меня взгляд, полный боли. Какое-то липкое чувство начинает подниматься откуда-то из моего живота вверх. Это чувство надвигающейся беды. Почему он так смотрит? ПОЧЕМУ ОН ТАК СМОТРИТ?!

Нет. Я мотаю головой, не желая ничего знать. Нет, пусть всё будет так, пусть я буду знать о нём только хорошее, пусть буду помнить о нём только хорошее.

Аран поднимает ладонь к моему лицу, гладит по щеке, собирая пальцем непрекращающиеся слёзы. Притягивает к себе так, что его губы почти касаются моего уха.

– Никогда… – выдыхает он. – Никогда меня не прощай.

– Нет, не надо, – прошу я. – Не надо.

– Никогда меня не прощай.

Он резко отстраняется, встречаясь со мной взглядом. Я не успеваю закрыть глаза, чтобы не видеть того, что разобьёт меня на части.

Знакомое уже ощущение: я оказываюсь внутри Арана и начинаю видеть мир его глазами. Картинки мелькают с такой скоростью, что я едва успеваю понять, что именно они в себе несут.

Вот Аран, живой, молодой, обнимает красивую женщину.

Повелитель древних воинов видит, как осаждают его Крепость.

Спускается в подземелье. Ныряет в озеро. Достаёт книгу.

Выхода нет.

Красивая женщина целует его, надевает на палец остроугольное кольцо. Аран отворачивается от неё. Она плачет и что-то шепчет одними губами, читая текст из древней книги. Слишком древние знания. Слишком уникальные. Лезвие её кинжала проходит точно меж его рёбер, пронзая сердце.

Следом другая картинка. Аран – призрак. Чтобы вернуться, нужно защищать свой народ, искупить свою вину за то, что подвёл своих…

Аран в ярости, ведь практически весь его народ истреблён. Враги убили всех. Кроме одной.

Призрак защищает её долго, но её недостаточно. Он не может вернуться. Защиты только одной женщины так мало для его возвращения.

Ей нужно продолжить род, чтобы когда-нибудь Аран снова смог жить. Она не хочет этого. Хочет хранить верность. Но бывшая королева так сильно его любит, так хочет вновь его обнять, что готова положить на алтарь своей любви всё: свою гордость, свою честь, своего ребёнка.

В её сыне нет зова крови. Как и в его сыне. И после в его дочери.

Проходят столетия мрачных и одиноких скитаний. Иногда ему кажется, что он сошёл с ума. Что на самом деле он не существует. А потом в родильных муках извивается жена императора. И Аран возвращается к жизни. Всего на час. Но этого хватает, чтобы понять, что девочка может вернуть его. В ней кровь народа. Она и есть теперь весь его народ.

Девочка растёт, и Аран всегда рядом. Умирает за неё раз за разом, но даже это его уже не страшит. Единственное, чего он боится – это то, что он не сможет вернуться. Что не хватит и этой девчонки.

Потом девочка уезжает, и всё меньше нуждается в помощи призрака – в Крепости безопасно. Слишком спокойно.

Аран злится. Он хочет быть живым. И знает, как нужно поступить. Я чувствую, как формируется это решение. Нет, оно не простое. Да, он винит себя за это. Но всё равно пишет то письмо. Всё равно кладёт кольцо в ту коробку из тёмного дерева.

Кольцо отправляется в Крепость. План так просто осуществить. Особенно когда у всех вокруг тебя на сотни лет меньше опыта.

Первым призрак показывается Лео, когда тот заходит в комнату принцессы, и убеждает его в том, что кадет должен ему помочь. Так просто. Мальчик так рад любой возможности помочь девчонке. Помочь мне.

Лео под руководством Арана покупает какой-то порошок и подсыпает его в стакан девочки в «Весёлой иве», на вечеринке в честь начала учебного года.

Видения почти прерываются, потому что внутренности скручивает диким спазмом.

Не хочу ничего знать. Не надо! Пожалуйста! Я НЕ ХОЧУ НИЧЕГО ЗНАТЬ! Но Аран продолжает показывать.

Хаган Ирэ не должен был появиться, принцессу должен был спасти призрак.

Он убивал меня ядом, чтобы спасти!

…Всматриваюсь. Вновь Лео говорит с какими-то людьми. Скорее, интуитивно я понимаю, что это те самые наёмники, которые поджидали меня в комнате. Я замечаю у него на пальце моё кольцо.

Дрожь сотрясает всё моё тело. Я больше не могу смотреть! Я не могу!

Аран убивает наёмников. С этой лжи начинается наше совместное сосуществование. Перед глазами всплывают образы знакомые и не очень, вся моя жизнь за последние три месяца глазами призрака.

Я вижу, как Аранзамечает Тиборда, который идёт за нами, когда мы направляемся в древний кабинет под столовой. Он должен был сразу меня защитить, только вот я выбросила кольцо, и он едва не опоздал. Поэтому вёл себя так странно после того. Он чувствовал свою вину за произошедшее.

Я уже почти задыхаюсь. Молю прекратить. Но не знаю, говорю ли это вслух или ору внутри себя.

В каких-то моментах он меня направляет. Так же, как и сейчас свои воспоминания, он вкладывал в мою голову свои мысли. Например, как с тем поцелуем.

Боги! Хоть что-то есть во мне моё?

Я вижу минуту, когда после всех ужасов мне вдруг очень хочется остаться одной. Я снимаю кольцо, и Аран удовлетворённо смотрит, как я ухожу.

Он хотел, чтобы я оставила треклятое украшение. Хотел бросить меня!

Лео, которого я уже считаю мёртвым, забирает кольцо.

Во дворце много дел. Нужно подготовить всё к тому моменту, когда девочка станет королевой огненных котов.

Как удачно…

Зрение возвращается ко мне не сразу. Я смыкаю веки. Не могу его видеть, я никого не могу сейчас видеть. Лишь хватаю ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

– Не прощай меня, принцесска, – вновь повторяет Аран.

Я ничего не отвечаю ему. Но не разжимаю руки, не могу перестать обнимать его. Вся моя жизнь, старательно выстроенная самим призраком в последние месяцы, теряет всякий смысл. Всё, что я помню, люблю и ценю – ложь. Всё, что я знаю, никогда не было правдой. Никто и никогда не был со мной честен. Никто и никогда.

– Мари! – голос Аэрта молотом врезается в ушные перепонки.

Сильные руки хватают меня под руки и отрывают от древнего воина. Где-то кричит Хаган Ирэ, беря командование на себя. Кто-то охает. Вдалеке визжит какая-то женщина.

Я распахиваю глаза – Аран поднимается. Слишком властный, слишком монументальный, слишком… чужой?

Аэрт забрасывает меня к себе за спину, в одно мгновение превращается в огромного хищного зверя и угрожающе рычит. Древний воин выпрямляется, спокойно проводит ладонью по своей груди. Сквозь дыру в коричневой кожаной куртке видно, что раны больше нет. Он снова живее всех живых. Он снова смотрит в мои глаза, и я улавливаю в них долю удивления.

– Забавно, принцесска, – медленно произносит он, не сводя с меня взгляда. – Мне нужно было всего лишь защитить тебя от себя.

Конечно же. Никто и никогда не наносил мне столько вреда, сколько правитель древних воинов. По сравнению с ним даже Мерир – просто обиженный мальчишка. Если он оживал каждый раз, когда защищал меня, вполне понятно, что, рассказав мне всю правду и защитив меня от себя, он вернулся к жизни окончательно.

Стражники окружают древнего воина, а огненный кот готов броситься на него в любую секунду. Но, похоже, Арана это ни капельки не беспокоит.

– Встретимся у озера, Мари, – подмигивает он мне и заливисто смеётся, закинув голову, разнося свой смех по всей округе.

Аэрт прыгает, поняв, что добыча может уйти, но приземляется уже на пустое место.

Эпилог

Лео поместили на самый нижний уровень темниц. Здесь настолько холодно, что ни один заключённый не доживает до казни, погибая от воспаления лёгких или других болезней, связанных с переохлаждением. Но я холода не чувствую. Я иду мимо обледенелых камер, за дверями которых раздаются предсмертные стоны узников, мой длинный подол заметает следы, оставленные на полу, покрытом инеем. Нужная мне камера находится в самом конце.

Лицо Лео невозможно узнать. На месте глаз видны узкие щёлочки, а нос и губы разбиты в клочья. Я не знаю, видит ли он меня, но мне это и не нужно.

– Я пришла попрощаться, – тихо говорю я. – В прошлый раз мне этого сделать не удалось, позволь это сделать теперь.

– Меня казнят? – его губы едва шевелятся, во рту не хватает зубов.

– Да. За государственную измену.

– Я не хотел, чтобы так вышло, – глупый Лео, конечно, так хотел не ты.

– Я знаю, – опустив взгляд, говорю я.

– Ты станешь королевой огненных котов? – тихо спрашивает бывший друг.

– Я уже ею стала.

– А как же Аран?

Я молчу, подбирая слова. Как это ни странно, но Лео – единственный, с кем я могу об этом говорить. С остальными я ни разу не упоминала этого имени. Ни разу. За всю неделю.

– Аран… – я вновь молчу, прислушиваясь, как моё тело болезненно реагирует на это имя. – Знаешь, он сказал мне не прощать его. И я его послушаюсь. Как и всегда.

Мы вновь помолчали.

– Он говорил, что сделает из меня королеву. Что сделает меня сильной. И он это сделал, – мой голос звучит буднично, словно это не моя душа разорвалась на части неделю назад. – Но то, как он это сделал… Поэтому я найду его, Лео. И убью.