![](/files/books/160/oblozhka-knigi-iskry-razuma-si-260815.jpg)
Текст книги "Искры Разума (СИ)"
Автор книги: Алексей Исаров
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 30 страниц)
– Есть и другая Альдара, – белая семурана вышла из зарослей, не скрывая своего присутствия в голове пепельной, – не менее сумасшедшая, чем я. Ох я с ней и намучилась...
Нега от такой линии поведения чуть не выпала в осадок: хаосистка чуть ли не гордится своей умалишённостью! Вон, как нос высоко подняла...
– У тебя, я смотрю, раздвоение личности, – Нега без сомнений выставила диагноз, – раз у тебя проблемы с "другими я".
– Нет, – шатенка отмахнулась крылом, – та Альдара настоящая, только из другой реальности. Если рассказывать о субличностях, делящих мою голову, их трое. Если умножить на возможную смену пола, то шестеро.
– В мои времена таких разложившихся шизиков не было. Я тебя немножечко прибью, а потом вылечу. Хоррошо? – Почти чёрная семурана с надеждой посмотрела такие честные глаза белой, тогда как сама приготовила свой немалый запас энергии на пресечение бегства и атак. Кто знает эту психичку?
– Знала бы ты, – только качала головой в ответ Альдара, – сколько раз меня грозились убить и сколько раз убивали, поняла бы, что меня не запугать смертью и болью. Для меня нет разницы между болью и удовольствием, болезнью и здравием, жизнью и смертью. Всё – Хаос.
Глаза её и вправду не выражали ни единой эмоции. Возможно, так бы смотрел спящий глубоким сном семуран, если бы не закрывал веки. От безжизненного взгляда мертвеца этот взгляд отличался только живым разумом. Впрочем, и он уже потерял надежду понять сумбур и сюрреализм сновидения, которое все остальные называют Вселенной или реальностью.
Одну секунду Нега выжидала, готовая отразить любую атаку. Но ни одной так и не последовало.
– Тогда... облегчи мне задачу. Не сопротивляйся! – Пришлось начинать бой самой.
Всё же странная она, её противница. Раз ей так всё равно, жива она или нет, почему так отчаянно защищается от боевой энергии воскрешённой? Которая, между делом, не без удовольствия отметила, что могучие удары совершенно не тратят её сил. А если атака хаосистки и пробивала барьер, то вреда совершенно не наносила. Стоит воспользоваться своим преимуществом. Перестав защищаться вовсе, Нега утроила натиск, буквально сметая оппонента штормом кипящей праны. Где же предел сил? Есть ли вообще этот предел? Альдара уже зубы стискивает, кровь из носа пошла... "Красное с белым неплохо сочетается", – думала чувствовавшая себя неуязвимым божеством Нега, когда вдруг, как-то внезапно, у Альды кончились силы и барьер лопнул, позволив огненному вихрю отделить душу от тела.
Вот и всё. Как быстро наступил финал. Усталости не было вовсе, словно Нега только что не завалила могучую чародейку. Зачем-то тёмно-серая приподняла переднюю лапу и осмотрела ладонь. Она была такой же, как раньше, до смерти. Всё, что изменилось, было внутри. Но именно наполнение отличало молодую романтичную крылатую от сурового и бесстрашного боевого голема.
Жить по-старому не получится. Нега бы чувствовала в сердце боль от утраты, но даже боли была лишена. Вот уж для кого нет разницы между мукой и наслаждением, так это для неё. Впрочем... для Альдары это более верно. Но только теперь.
Победительница подошла к обессилено приоткрывшему пасть неподвижному тельцу в обгорелых проплешинах:
– А ведь я обещала тебя и исцелить. Уверенна, если моей Силы хватило на разрушение, на восстановление её хватит тем более. Иначе я... не я. Просто убийца. Творение Зла.
Нет, Нега ответила сама себе, она так не хочет. Если в ней остался Свет, у неё получится.
Вновь в Альдару потекли потоки Энергии – но на этот раз энергии регенерации. Нега готова тратить сколько угодно, всё равно ресурс, по-видимому, неисчерпаем или неимоверно велик, а доделать до конца задание Разора надо. Тело поверженной ещё не остыло, душа не улетела далеко, вернуть её будет несложно. Но надо не только вернуть, но и прикрепить к телу, а тело вновь сотворить целым, невредимым, полным сил и желания жить, заодно стоит исправить и разум, исцелить от душевных болезней.
Подул лёгкий ветерок, заколошив шерсть падшей, но готовой подняться; этот ветер сдул копоть и трупный дух, освободив место для новой, регенерируемой ткани. Через минуту бывшая, мы надеемся, хаосистка стала здоровой и даже помолодевший, ещё через миг – открыла глаза.
– Что мертво – умереть не может, – первое, что Альдара услышала, вернувшись назад, на этот Свет. Первого, кого увидела – недавнюю противницу и спасительницу в одном лице.
Она улыбалась – так похоже на самого Разора.
Белая самка приподнялась на ослабшие лапы, непонимающе разглядывая пепельную незнакомку:
– О чём это ты?
– О тебе, – был ответ, – о настоящей тебе. Хаоса внутри больше нет, а твоё собственное сознание – бессмертно. И исчезнуть не может, только затмиться силой с большей энергией. Зачем ты вообще отдалась Хаосу?
– Ну вот, опять начались обвинения, -Алдара решила просмотреть ауру нападавшей, понять, почему ей при малом Даре удалось её пересилить и даже лишить сознания. – Сначала объясняй, с какой стати ты меня атаковала! Только потому, что я служу третьей стороне?
Анализ энергетики ничего не дал. Единственное – аура имела оттенок бессмертия. Её обладательница только развела крыльями:
– Разор попросил с тобой разобраться. Он лучше знает, что тут к чему сейчас.
– Прости, кто? – Услышав имя "заказчика", Альда решила, что ослышалась, или собеседница оговорилась.
– По крайней мере, он так назвался, – Нега уже сама не была полностью уверенна в истинности личности спасителя, – во всяком случае, не вижу смысла ему врать.
– Очень даже! – От негодования рыкнула альбиноска. – Чтобы я не догадалась, кто он на самом деле... Так понимаю, о причине нападения на меня вовсе бесполезно допытываться. Как он выглядел хотя бы? – Получив мысленный "снимок", сорвалась с места и улетела на поиски.
– Стоять! – Гаркнув, Нега поймала беглянку в силовой кокон и притянула обратно. – Я ещё не ответила о мотивации Разора. Он хочет тебя остановить, и я тебя не отпущу, пока не удостоверюсь, что Хаоса в тебе больше нет, и ты никому не навредишь!
– Ещё одна... – чуть не воя проскулила Альдара. – Перевоспитательница, чтоб вас всех...
– Ты о ком? – Повела ухом воскрешённая. – Кроме меня была ещё кто-то?
– Вот она, – "бедная-несчастная" указала когтём в кусты. Через несколько секунд оттуда вышла... ещё одна Альдара, внешне ничем не отличающаяся. Следом за ней объявился чёрный семуран с ало-рыжей гривой.
– Нда-ам... – он озадачено оглядел расстроенную копию сопровождающей. – Жалкое зрелище.
– По твоей вине, – прежде служащая Безначальному ответствовала тихо, но зло.
Ярр... Как же они вдвоем давно были знакомы! Кажется, еще до того, как сам Мирдал стал демиургом. Или уже после? Да, после... Альдара искренне любила свое солнышко и уже никогда не полюбит никого так, как его. И утрату своей любви она чуть не пережила, но ее спасли трое – воля, Хаос и Ярр. Рыжий заботился о ней, не дал одичать... да и при тесном знакомстве оказался отнюдь не таким жестоким демоном, каким хотел казаться – нужно было лишь рассмотреть... В конце концов, они пообещали друг другу быть вместе и любить друг друга если не так, то иначе. Но за столетия обещание не исполнилось ни одним... Слова, лишь слова. Пустые звуки, ничего не значащие без поступков. Эмоции тоже проходят очень быстро. Они как волны – встают, пенятся и падают, чтобы раствориться в пучине. Чем все закончилось? Смертельной враждой. Причем смертельной она оказалась для Альдары.
Странно, но все совершенное от восшествия в безначальный сумрак видится словно как через туман или стену воды. Вроде и я – а вроде не я. Думать трудно, голова ватная, конечности не слушаются. Зато – чудеса вокруг, чудеса и миры Беспорядка. Яркий глюк наркоманки. Если жизнь серая, Хаос цветной, таково его свойство. В том потерянном мире с чуждыми правилами она была настоящей и плотной. Возвращаться назад не хотелось.
Где же ты был, Ярр, когда она страдала? Что с тобой произошло, что после интимных и романтичных встреч ты безжалостно убил ее? Что испортило тебя, куда упал ты?
Ярр думал примерно о том же самом. Только актеры менялись ролями. Кем он был? Только орудием правосудия, не желавшим зла жертве, изо всех сил пытавшимся отсрочить неизбежный конец... Тем не менее, у Ярра было веское оправдание своему бездействию в течении двух веков. Ярр был убит комитетчиками, а душу его заточили и спрятали. Лишь по чистой случайности демон вновь вырвался в мир. И совсем недавно. Он уже застал окончательное разложение бывшей самки и не мог считать ее той самой, с которой он провёл многое время. Харуурр никогда не считал оболочку определяющей, ему всегда важнее наполнение. И наполнения он уже не находил, только гниль Хаоса. Потому смог без воззрений совести убить Альдару. Но рыжий никогда не искал себе оправданий. Их всегда можно придумать. Или раздуть. И ни себе ее искал, ни от других не выслушивал. Альда знала, что с ней будет, если она решиться принять в себя Безначального.
Но теперь словно вернулась та самая Альдара, которую он не видел уже столько лет, которую он надеялся найти после освобождения и не нашел. Но это совсем не значило, что отныне настанет им обоим счастье. Нет объединения. Слишком они разлетелись и слишком многое их разделяет. Чужие, раньше бывшие своими, сходятся хуже, чем просто незнакомые.
Потому что неприязнь давит, и ненависть.
Но вместе с тем оставались и чувства. Оставались, как бы они оба не пытались их погрести под негативными воспоминаниями. Если кого-то любишь по настоящему, можно простить все, что угодно. Труднее преодолеть гордость и нежелание уступать, да и обида мешает вовсе не слабо. Но что им делать? Стоит ли делать что-то вообще, или лучше не теребить старую рану еще больше и оставить, как есть?
Разор и Нега улетели, оставив пару наедине. А они все стояли и буравили глазами друг друга. С гневом, тоской и надеждой.
***
Преодолев наконец горы, армия Чел'Азаряна достигла плато Триречья. Редкий лес расходился, открывая взору почти бесконечное поле. Войско встало на привал, желая накопить сил перед последним рывком к Городу Отцов. Своих отцов – зверюги не имели никаких прав на древнюю столицу их народа, раскиданного по Хардолу и раздробившегося после Ночи. Но сейчас, в эти дни, Тьмы и Зла даже больше, чем в Ночь. Пускай Иннумераль повержена, войны не прекратились, но на этот раз люди, подбиваемые зверюгами, сражались друг с другом. Но хватит убивать собственных братьев, пора наказать тех, кто за этим стоит!
Да, рыцари и солдаты были настроены решительно. Мотиваций идти в поход против расы праников, несмотря на их немалую физическую и магическую силу, значительно превышающие человеческие, было достаточно. Самые благородные войны ограничивались желанием показать свою доблесть подвигом зверодраконоборчества вместе с желанием отвоевать себе (точнее, своему Патриарху) главный город древней империи. Тех, кому не хватало красивых слов, привлекали несчётные богатства и артефакты, которыми, по слухам, обладали крылатые, да возможность после зачистки местности получить во владение земельный надел на плодородной земле. О том, что мало кто доживёт до победы, старались не думать.
Гром среди ясного неба оторвал полки от размышлений о будущем: прямо перед станом собиралась приземлиться летающая крепость. Некоторые ветераны, уже посещавшие Триречье в более мирных целях, установку узнали: она напоминала звёздные корабли "второй экспедиции" – союза нескольких рас с других земель, несколько месяцев живших в Авваатере, начавшие его реконструкцию, которую довершили сами зверюги, и вызвавшие гнев Тёмных слоёв, вылившийся в продолжительную осаду демонами святого города. После чего чужаки испугались и покинули Хардол. Но что им понадобилось на этот раз?
Дорил, плечистый вояка, легат первой полуторасотни, жестом приказал своим бойцам опустить оружие, но быть готовыми к обороне. Корабль совсем маленький и в нём не поместится больше двух десятков противников, тем более туда не влезет достаточно семуран, чтобы создать противовес армии. Но, несмотря на это, пришельцы обладали сказочной технологией, и мечи да топоры были слабым подспорьем, хотя магия, особенно влияющая на сознание, всё ещё оставалась действенной. Впрочем, незваные гости не собирались нападать – они могли ещё с воздуха подпалить лагерь энергией из пушек. Оставался только вариант переговоров.
– Нерей, ты рано откупорила бутылку, – Дорил погрозил латной перчаткой русоволосой женщине в серо-коричневой мантии мага. – Ещё не время отдыхать, пойдёшь со мной говорить с пришлыми.
– Есть, – тётка ответила кислым тоном, подбирая свой эбонитовый посох и активируя защитные зачарования колец и серёжек. Одно защитное заклинание, сплетённое перед битвой, ценнее двух боевых в разгаре драки.
В летающей крепости тоже, в свою очередь, распахнулись ворота, из которых вышел, не став приближаться к идущим в его сторону людям, гривастый дракон, серый, как серебро, покрытое патиной.
– Демонский гад! – Тихо сплюнул Дорил. Драконы ещё более преданы Тьме, чем зверюги, потому что последним ещё учиться и учиться у летающих крокодилов мастерству в грехах атеизма, разврата и безжалостности.
– И тебе здравствуй, мартышка! – Дракон крикнул (стоит заметить, с небольшим акцентом, выдававшим неместного) человеку, ведь если бы он ответил спокойным тоном, глуховатое создание не различило бы ответ. – Только огромная просьба, давайте оставим споры о генеалогии и теории эволюции на потом, у меня официальное обращение к вашим войскам.
– Тогда где твоя посольская грамота? – Вспомнила о формальностях Нерей.
– Один момент! – Аржан на десяток секунд скрылся в недрах шатла, чтобы вскоре вернуться со своим старым, вне своего бывшего дома ничего не значащимся удостоверением. – Вот, здесь даже моя голография есть. И три подписи с печатью. Довольны?
Чародейка не знала заклинания перевода, потому не стала проверять подлинность документов на инопланетном языке:
– Довольны.
– Можешь говорить, – подтвердил воевода.
– Значит, так... – Аржан не был особенно искусен в дипломатии, но ситуация требовала. – Вас восемьсот тысяч душ. Это мы посчитали с неба, наши данные вполне точные. Нас самих десять миллионов. Это если считать боеспособных, а так – больше. Давайте просто мирно разлетимся!
"Ага, так и поверили", – криво ухмыльнулся Дорил. Но маг решила принять игру:
– Если вы собираетесь против вас воевать, то я знаю, вы это сделать не сможете по той же причине, по которой вы не стали делиться своими технологиями во время исследований нас "второй экспедицией". У вас есть закон, запрещающий вмешиваться в развитие слаборазвитых народов. Вот и не вмешивайтесь.
Да уж, шаманка оказалась в теме, поставил ей высший балл дракон. Но даже на это ему было чем возразить:
– Мы сменили сюзерена и теперь входим в состав государства зверодраконов, или же приняли их в собственное, если у них нет страны. Так что любую агрессию против них мы будем принимать на свой счёт.
– Что ж, это целиком ваше дело, – Дорил скрестил руки. – Благодарю за то, что предуведомили нас о новом противнике. Я сообщу главнокомандующему. Это всё?
– То есть, вы даже не собираетесь поворачивать назад? – Аржан решил подтвердить своё предположение.
– Это уже решать главнокомандующему, – Нерей устало и надменно оперлась обоими руками о посох. – Но надеюсь, что он не такой трус, на которого вы рассчитываете.
– Хорошо, – дракон вновь скрылся в шаттле, на этот раз окончательно. – Если что, вас предупреждали. Отойдите от фюзеляжа, мы стартуем.
Пускай не поняв конкретное значение слова "фюзеляж", люди верно рассудили, что диалог окончен, и развернулись назад к лагерю.
– И на что рассчитывал этот юша... – непонимающе пробурчал себе в бороду Дорил, даже не обернувшись посмотреть на взлетающий корабль. – Нас не остановить!
Улетая, Аржан прочеркнул лазером длинную линию перед лагерем, обуглив траву и землю – он и другие прилетевшие сюда беженцы были силой, с которой надо считаться.
– Подумаешь, – прыснула чародейка, – мой метеоритный дождь и то сильнее жахает.
***
«Странно как...», «дарман» отвлёкся от созерцания тихих коридоров. Сколько не сиди, а добраться до Радостной надо. Очень. Раньше бы Виран долго недоумевал, зачем ему всё это: Хардол, условно выполнимая миссия и тесное общение с колдуньей. Жизнь изменилась с момента нахождения руин на Даяне, куда привёл Пайро ради своих каких-то затей. Зелёному сейчас не приходится скрываться внутри башни демиурга, выискивая семурану, запертую уровнем выше. «Тот крылатый оказался прав насчёт жизни», припомнил «предсказателя», безо всяких просьб обоих выделившего учителей, пусть и не сказавшего имена тех...
Последнее "пятно" характерника исчезло в "колодце", что вёл вниз. "Пора...". Невидимая тень спокойно заскользила вдоль стен, то тут, то там прижавшись поближе к "потолку", если впереди был поворот. Место перехода на следующий уровень ничем не отличалось от остальных, разве освещалось белым светом намного лучше, особенно в верхней части, означающей переход ближе к верхним слоям-измерениям. Символично так...
Потянулись одинаковые коридоры. Раз, или два, колдун сталкивался с встревоженными охранниками, облачёнными в мерцающие нагрудники с пластинами, защищающими живот. "Неужели началось?", припомнил скорую осаду города далеко внизу. Жители должны уже быть готовы к защите Авваатера... сумеют ли? Ниберу не обязательно придёт к тем на помощь, предпочтя свалить Семаргла: в её характере выполнить лишь часть работы и отойти в сторону готовить следующий ход.
Неожиданно в стене открылся проход. Стоило Вирану приблизиться, и оттуда мягкой поступью вышел характерник. Покрутил головой – крылья, прижатые к телу, не издали ни звука от напрягшихся мышц, скрытых под слоем бурого меха. На всякий случай дракон крепче вцепился когтями в пол, чтобы иметь возможность атаковать и быстро отскочить в сторону. Не понадобилось. Удостоверившись в спокойной обстановке вокруг, крылатый вернулся в помещение. "Значит, Радостная неподалёку", кивнул собственным мыслям рок'ханец, плавно скользя мимо проёма. То ли пост охраны, то ли комната отдыха, бросалась в глаза приятным цветом стен и почти полным отсутствием углов. Почти как пещера, только светлее и просторнее. Что там ещё, колдун не стал интересоваться – ему хватило знания о последнем препятствии на пути к цели.
Не сразу, но очертания входа в обитель Радостной обнаружились, вернее, след от неоднородности в стене. Некто свободно ходил туда и обратно, ничуть не заботясь о преграде на пути. Готовый было коснуться "дверей" дракон отдёрнул руку. Слишком... просто. Да, его сейчас не видят, но чем обернётся проникновение в охраняемые покои? К тому же, сила, сокрытая внутри, с каждым ударом сердца бурлила всё сильнее, словно предчувствуя скорый выход наружу. Очередное испытание Звёзд? Совпадение или предчувствие дальнейших событий? От борьбы с противоречиями, можно сказать, спас характерник, подскочивший к невидимому... уже видимому "дарману".
– К...
Больше он ничего не успел произнести. Рефлексы с опытом не спасли от серого тумана, внезапно окутавшего крылатого. Небольшое усилие, и противник мягко опускается на пол, не издав ни одного постороннего звука... Но чего это стоило самому дракону... от смертельного удара спасла лишь запоздалая мысль о лимите времени – как только обнаружат непорядок с "постовым", мигом всполошатся. Мощь, вырвавшаяся, наконец, наружу, едва коснулась жертвы и мягко выбила сознание из праника, как если бы того ударили по голове достаточно сильно, но не смертельно.
"Надеюсь, моё видение из-под тени не сильно отличается от пранического", – колдун лихорадочно искал "замок" в двери, попутно всматриваясь в всполохи света на уровнях ниже и выше. Хитрая конструкция авторства демиурга никак не поддавалась, поэтому, сильно рискуя, Виран просто сосредоточился на желанном действии и подался вперёд. Едва чёрная плёнка, внутри которой он просочился внутрь, растаяла, взору предстала удивлённая мордочка пёстрой зверодраконы. Крайне озабоченной нежданным гостем.
***
Сакральный смысл войны – уменьшить население и освободить место для молодого поколения. Но какой в ней прок, когда вид и без того вымирающий? Даже принимая во внимание безумство того, кто назывался демиургом семуран, мало кто мог окончательно поверить в то, что он нападает на тех, кого обязан был защитить, да ещё объединившись с людьми, как падальщики пришедшими подбирать трофеи, материальное богатство и занимать для себя землю. Присутствие Светлых на их стороне только больше заглушало совесть, доказывало, что они заняты праведным делом. А умирали последними всегда более агрессивные – потому что перед коллапсом собственной популяции успевали истребить остальных.
Поэтому даже мирная страна должна уметь защищаться.
Кто-то из жителей Авваатера верил в победу, кто-то не хотел; но все с равным рвением принимали участие в обороне. Не было другого выбора, некуда улетать из охватившей полусферой город осады. Подземелья, о которых Инь сочла необходимым поведать всем, представляли лишь последний рубеж обороны, где, если всё пойдёт совсем плохо, отступившие должны защищать неспособных сражаться. Сооружая баррикады или подпитывая оборонный щит, никто не стенал и не бился в исступлении, доказывая всем бесполезность противостояния воле Вышнего. Потому что, если Он существует, то не допустит исчезновение целого народа своих любимых творений – зачем их тогда создавал? Независимо от исхода сражения, Авваатер докажет всем крылатым, что решение демиурга не может быть непререкаемым. Над ним стоит совесть – общее понятие для всех настоящих разумных. Те, кто её не имеют, могут быть умными и расчётливыми, но разумом не обладают.
– Зачем вообще Семарглу вдруг захотелось нападать на нас? – Яглина поймала брата за лапу, отвлекая его от распределения членов бывшего сопротивления по обязанностям во время обороны. – Вроде мы столько времени жили с ним мирно...
– Не всё ли равно? – Войдан отпихивал её крылом. – Мне не дано постигнуть мотивы Семаргла. Потому я и борюсь против ложного защитника народа.
Удар всеохватывающего любопытства коричневопёрой благородно принял на себя Экселент:
– Наверное, босс неким образом узнал, где окопался его сын. И ему это не в кайф.
– Чел, – обратился к магу чёрный с белыми узорами, подражая его акценту, – чё ты до сих пор не на подзарядке щитов, куда был назначен?
– Я не дам там бонуса. Мой мэджик, – брюнет указал на свою книгу, – не взаимодействует с энергией напрямую, как ваш. А последовательностью определённых действий вызывает заранее известный эффект. У меня нет абилити подключаться к вашим спеллам и усиливать их, потому что, технически, вы не нуждаетесь в спеллах – вы влияете без соматических, вербальных и материальных компонентов...
– Гренея и то понятнее объясняла, – шепнул Стармайнд Мае, – возможно, потому что было проще было её прочесть... Ведь у людей совсем иная мимика!
Завидев их милое воркование, Хорламир крепче обнял крылом Иню. А то никто вокруг так и не поймёт, как они друг друга любят!
– Хор, не на публике же! – Розовая его вразумляла. – И не в такой момент...
Но полосатый не собирается сдаваться:
– Потом, в битве, поздно будет!
– К делу, – прервал книжного мага Войдан. – У тебя есть предложения?
– Направьте меня в арту. Мои вибрации Светлым незнакомы, и от них будет сложнее защититься. Тем более, что в моём родном сеттинге моего присутствия было достаточно, чтобы протектить целый киндом. Или повергнуть его в Хаос, – добавил Экселент без ложной скромности.
– Мой отец ещё и не такое мог, – выступает вперёд Хорламир, не выпуская Инрью. – И я хорошо у него учился. Если вы поставите меня в первые ряды, то до подземелий, куда вы меня определили первоначально, атакующие просто не доберутся. Тем более, я уже защищал Храм от...
Хорламира прервала как раз та парочка, о которой он хотел упомянуть. Чёрные близнецы – Ниур и Наур. И ещё с ними шествовала незнакомая пепельная крылатая с совершенно чёрными, даже в белке, глазами.
– На этот раз, мы на твоей стороне, – успокоил Наур Хорламира.
– И на стороне всех вас, – добавляет для всех собравшихся Ниур, – хотя к нам слово сторона...
– Неточное, – поспешил определить Наур.
– Это ещё почему? – Возражает Нега. – Семаргл сломал мне жизнь, и я ему отомщу! И я не позволю вам, семуранам моего будущего, страдать так же, как страдала я!
– Она о чём? – Проходящая мимо Гренея, наносившая на стены домов защитные глифы, спросила помогавшего ей Пайро.
– Она не любит Семаргла, потому с нами, – объясняет очевидное дарман. Дармана качает головой:
– Да нет, я про будущее...
– Это к Стармайнду... Хотя... Посмотри, как его мутит в её присутствии, – махнул крылом в сторону блестяще-серебряного, которого от чего-то сейчас чуть не тошнило. – Значит, на этот раз он не только не влез в голову, но и получил достойный отпор...
Личности появившихся заинтересовали не только дарманов, но и почти всех в кружке присутствующих.
– Хотелось бы знать как можно больше о тех, с кем бок о бок будем защищать народ от произвола верхушки, – Войдан настороженно относился ко всяким незнакомцам. Пускай эта троица и не производила впечатления ярых поконников, стоит разобраться с их личностями и заранее знать, чего от них ожидать. – Чтобы я смог правильно назначить вам обязанность.
– Ну и ну, – непонятно отчего блеснул глазами Наур, – борешься против иерархий, и одновременно сам их организуешь?
– А ты хочешь, чтобы горожане во время осады в беспорядке метались, не зная, чем подсобить? – Нега гневно обернулась на близнеца, над которым возвышалась на голову. Вернув взор на Войдана, она представилась от своего лица и лица зачастую неспособных выражаться понятно попутчиков: – Я Нега, это Ниур и Наур. С ними, возможно, кое-кто из присутствующих уже знаком, – произнесено это было будто специально для дракона и дарманов – во всяком случае, так им самим показалось, – со мной – не думаю.
– Ваши имена ни о чём мне не говорят, – Войдана раздражало, когда представляются одним именем, – и вопрос я задал не "как вас зовут".
– Вопрос был "кто мы", и разве я не Ниур? – Продолжал запутывать названный. – На чём тогда зиждется наше самовосприятие?
– А почему у тебя такие чёрные глаза, – неожиданно прервала Яглинка, задавая вопрос Неге, – как два провала в бездну, с огненными кольцами радужек? Разве у нас бывают с совсем не белым белком?
– У меня зрачок светится, ну и что? – Не догоняет Хорламир.
– Ага, – тихо ему прошептала подруга, не очень-то доверяющая легко перехватывающейся телепатии, – и теперь вспомни, кто ты.
Увлечённые пугающе выглядящей новой союзницей, остальные на их обмен фразами не обратили внимания. Войдан так и вовсе перепроверил своё аурозрение заклинанием определения нежити – безрезультатно, естественно. Ни положительный, ни отрицательный ответ не последовал.
– Это устрашает, – словно самому себе сказал самоназначеный лидер тех, кто был повстанцами. Пепельная приободрила насторожившихся крылатых:
– Не вам надо меня бояться, а моим врагам. Вот уж кто не переживёт встречи со мной и провалится после смерти в такую же глубокую бездну, что и в моих очах, в которых отразится их последний крик! Никого, кроме них самих, в этом осудить нельзя – они меня обрекли стать их палачом.
– Вам повезло, что летящий впереди нас попросил Негу вам помочь, – значительным жестом Наур развернул крыло, указав на неё перьями, – без её возможностей вам точно не получится победить.
– Определить тебя, разумеется, тоже на передовую? – Вновь изучающее осмотрел Негу Войдан. – Заметен твой пыл и настрой на победу.
– Мне всё равно, куда ты меня назначишь, – тряхнула гривой задавшая немало загадок за короткое время девушка, – на моё назначение это не повлияет.
– Это значит "да!", – подтвердила Мая. Возможно, она тоже понимает непоследовательный женский язык?
***
Крылатая подруга демиурга, не считая редкого окраса среди своего народа, ничем больше не отличалась от виденных ранее в Авваатаре. Сейчас она возвышалась над Вираном, но не выказывала агрессии к «дарману». Пора брать инициативу в свои лапы...
– Соборная... – семурана напряглась, потому пришлось сменить акцент начала разговора. – Долго же сюда добираться... – колдун быстро окинул взглядом помещение скромных размеров, не блиставшее роскошью. Ещё удивился: "А ей здесь не тесно?". – Виран, – решил внести сразу ясность в общение, пока Радостная не опомнилась и не задала вопрос. Вопреки опасениям, подруга Семаргла согласно кивнула головой:
– Радостная. Как ты прошёл в это защищённое от Зла место? И почему я не ощущаю в тебе Светлого? – Последнее было произнесено с горечью. Крылатая села на возникший из ниоткуда коврик и всхлипнула: – Почему единственные, кто обо мне вспоминает вовремя, так это либо Тёмные, либо... – Соборная осеклась, сообразив, наконец, что не знает природу Вирана. Не светлый и не Тёмный. Но и не Хаос!
– Разве некому уделить простого внимания столь важной для народа Хардола семуране? – в словах дракона была одна искренность. Действительно, с чего такие речи у владеющей всей энергией, поступающей к демиургу? Она же не пленница? Верно?
– Нет... Так кто ты и чего тебе надо от меня?! – Вскочила на лапы семурана, вмиг сбросив образ расстроенной крылатой. – И почему характерники допустили на верхние уровни Башни? Я... – пёстрое крыло полураскрылось, указывая Вирану. – Садись... что ли. Раз не напал в первые минуты, значит, тебе не нужны Нити.
– Меня послали, – вполне правда, учитывая задание Ни, – просить тебя о помощи. Авваатер в осаде...
– Что? Но Семаргл не допустил бы такого поругания города!
"Дарман" нетерпеливо стукнул по полу хвостом.
– Уже.
– Тогда чего вы хотите от простой Соборной? Мне не дано перенаправлять энергию кому-то из посторонних, это решает сам Семаргл, – послышался очередной вздох, полный разочарования.
"Неужели... осознала истинное положение вещей?", ученик Ниберу недоверчиво покосился на Радостную. Начать сразу или нет?
– Прерви ненадолго подпитку Семаргла и дай достойным решить все проблемы народа.
По широко открывшимся глазам стало ясно – слышать в оплоте демиурга столь опасные речи ещё не довелось.
– Нет! Без Семаргла Хардол потонет во Тьме и борьбе с захватчиками из людских земель! И...
– Сколько ты сидишь в заключении? Сотня лет будет? – Виран перешёл в наступление. – Сколько раз Семаргл приходил утешить или, хотя бы, поговорить?
– Один раз за сто лет... – глаза семураны потухли, как будто выключили свет – до того те светились... жизнью. Несмотря на долгое одиночество.