![](/files/books/160/oblozhka-knigi-iskry-razuma-si-260815.jpg)
Текст книги "Искры Разума (СИ)"
Автор книги: Алексей Исаров
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 30 страниц)
Затмившийся зрелищем перемен владыки города, Экселент, стоящий среди остальных незваных гостей, остался незамеченным, чему способствовал его крошечный рост. Но когда он первый заговорил, игнорировать его далее оказалось невозможном, и удивление от встречи его среди противников прибавилось к общему замешательству.
– Типа, левел босс согласен побалакать. Я не при чём, – человек развёл левой рукой, правой прижимая к боку фолиант.
Первая мысль, влетевшая в голову Войдана, была о том, что "книжного" мага захватили в плен:
– Они с тобой хорошо обращались? – Чёрношёрстый беспокойно глядел на товарища и грозно – на всех остальных, включая Стармайнда. – Или запытали? Ты им не выдал наши секреты?
– Забей, они уже нарисовались, когда я подходил к базе. В общем, тебе слово, Иерон, а я, – Экселент засеменил к соратникам и стал подле них, – буду наш фейсмен.
– Кто? – не понял зверодракон, впрочем, ни на секунду не спуская глаз с Иерона. Странно слышать от знающего своё дело мага столь нейтральные слова. Давно бы орал "в сторону!" и отправлял во врага одну волну за другой. А тут...
– Вроде спикера, – на последнем слове человек достал небольшой шар чёрного цвета. Магический (иначе и не может быть, учитывая круг интересов Экселента) предмет завис у плеча, сразу переняв цвет одежды. – Чтобы избежать траблов во время общения, – короткое пояснение не вызвало особой реакции у крылатых. Особенно Войдана, потому что он хорошо представлял возможности знакомого. И те были не чета суммарной мощи характерников. Иерон же... По новому облику и не поймёшь, чего ожидать в ближайшие минуты.
Поразмыслив, чёрный «дарман» решил попытаться заглянуть сквозь стены «базы». Слишком его нервировало появление характерников. Под вопросом и его статус, узнай те о присутствии здесь колдуна. А вообще, кто-нибудь ведает о сторонниках Истинных? Все занятия с Ни пролетели как одна большая лекция с практическими работами, без конкретной информации о целях и методах... Получилось не сразу – не хватало умения представить точно результат колдовства, без риска быть раскрытым на месте. И то, сидящая неподалёку с Пайро дармана несколько раз оглянулась в поисках... чего-то. И, ничего не обнаружив (вроде бы), отворачивалась. А Виран старался дальше. И открывшаяся вскоре картина немного озадачила. Не рановато ли он вернулся?
Оплот и в самом деле был окружён, впрочем, основная группа стояла у главного входа, напротив вышедших навстречу Стармайнда, Войдана и... Экселента, которого раньше рядом не было. Среди характерников особенно выделялся магической мощью сам Иерон, который в данный момент, в свою очередь... тоже изучал всепроникающим взглядом Вирана. Чешуйчатый поёжился, вспомнив пронзительное огненное зрение демиурга Семаргла. Хорошо, что от Иерона не исходило столько сверхъестественной опасности. Но всё равно неприятно, когда тебя беззастенчиво рассматривает противник.
– Скоро вернусь, – бросил рок'ханец товарищам и вышел из комнаты в тамбур-прихожую, не затрачивая внимания на их реакцию. Тут и тени много, и не подсмотрит за махинацией никто. Чёрный дракончик быстро набросил на себя тень, похвалив Ни за полезный урок. Иерон ещё некоторое время смотрел на Вирана, и тот уже даже начал беспокоиться, что трюк не сработал, но вот мирувей наконец отвернулся, обратившись к вышедшим навстречу делегатам. Речью.
– Полагаю, все формальности улажены, и я могу начинать, – никто и не рассчитывал, что голос Иерона звучит именно так – ровно и мелодично, успокаивая и вселяя надежду не хуже, чем ободряющий Мирдал. – Я прилетел к вам просить прощения. Не подумайте, что я струсил и явился, чтобы сдаться, но война мне надоела, и смерти ещё пуще стоят поперёк горла всякого истинно Светлого. Один мудрый пернатый просветил меня, что, если желаешь устранить проблему, стоит искать её причину. Очень возможно, причина в моей собственной политике. Потому ещё я прилетел затем, чтобы спросить: что вас не устраивает в нашем городе? За что вы боритесь и что хотите изменить?
Войдан не охотился на слова. Ударив по своему боку пышной кисточкой, он высказал мирувею все свои претензии:
– Я прямо скажу – нас не устраивает демиург, нам не нравятся его приказы, а ещё больше – тяжесть наказаний! За членовредительство, даже по неосторожности или в самозащите, могут убить, но почему никто не хочет применить этот Кон к самому Семарглу? Разврат – такая широкая категория, что любого, даже самого высоколетящего семурана, можно сравнить с демоном и соответствующе наказать! Что, похоже, и произошло с Мирдалом.
Иерон возвёл очи к небу:
– Я сам был против казни Солнца. За что и поплатился. Но Вышний живёт в сердце. Потому в этом городе, где хоть что-то значит моё слово, наказания станут мягче, и будут преимущественно мерами к исправлению провинившихся, а не пущем их озлоблением.
– Об этом скоро узнает Семаргл, – серебряный мыслечтец предостерёг, – и ему не придётся по вкусу твоё предательство.
– Вас не пугает нелюбовь демиурга? – Вопрос бежевого разноглазого полагался риторическим. – Меня тоже. И я ещё не знаю, кто предаёт Добро – я или Семаргл.
– И как ты докажешь, что не хитришь, а честно исполнишь обещанное? – Маг-человек упёр руку в бок.
– Делами. Они весомее всяких слов. А сейчас, прошу, позовите чёрного низкого полукровку, мне есть о чём его спросить.
Ратисвет догадался, но решил уточнить у начальника:
– Тот, кого я видел у института?
– Он, – коротко и ясно ответил. И выжидающе посмотрел на входной проём. Виран знал, что смотрят вновь прямо на него, словно и нет никаких теневых барьеров. "Он видит меня или притворяется?", задумался "дарман", стараясь не двигаться. Ни о таком не предупреждала. А могла ли знать? Чтобы мирувей сам пришёл на переговоры, примерно зная, кого или что искать... Невероятно. "Так идти или нет?" Крылатый сердито дёрнул хвостом – разоблачаться раньше срока не хотелось, но и заставлять ждать остальных нельзя. Придётся. Зайдя за кусок ограждения рядом с входом, он вернулся в реальный мир. Пускай Стармайнд подойдёт и позовёт. Серебряный не заставил ждать.
– Виран, с тобой хотят... переговорить, – очевидно, дракона тоже смутил выбор Иерона. Рок'ханец ни разу не засветился дома в каких-либо тёмных делах. И теперь зверодракон желает видеть даже не Пайро, а этого... С чьей личностью разум категорически отказывался работать, будь то правильная мысль или догадка. С остальными хоть как-то, но не здесь...
Чуть уняв сердцебиение, Виран вышел из временного укрытия.
– Это он о вашем, о Ви...ране? – Войдан оглянулся на Стармайнда, который был изумлён странными интересами внезапно поддавшегося противника не меньше. Впрочем, изумления в последние полчаса они испытали достаточно. И от того, что названый переделанный под дармана дракон вышел из оплота революционеров чуть ли не раньше, чем представители народной воли собрались идти его звать, их морды особо не изменились.
Дракон выглядел более мирным, чем его описывал Ратисвет Иерону. Образ хитрого криволапого колдуна развеялся как предрассветная мга, а пред очи мирувея предстал скромный и несколько боязливый дарман. Только чёрная в блёстках аура, не спрятанная ввиду разницы Сил мирувея и пришельца, выдавала последователя чуждой морали. Самое поразительное, что чёрный владел, пусть и не так, как это делают обладатели Яра. Энергию он брал сразу извне, не закачивая её предварительно в собственную душу.
– "Ты не Тёмный, как я прежде подумал", – градоначальник обратился к вышедшему на его зов, прежде подглядывающему за разговором визитёра со звёзд. Звёзд?.. Возможно...
– "Странно, что ты вообще так подумал..." – ответ можно было бы счесть дерзким, если бы не оттенок мыслей и не смущённый вид. Не привык до сих пор рок'ханец, что на него, внешне молчащего, смотрит столько народа, тем более не привык вести беседу с глазу на глаз посреди толпы, – "я на вселенское зло не похож".
– "Я был и вверху, и внизу, и посередине", – Иерон заверил, и на миг глазам вернулась усталость голема, – "по моему опыту то, что хочет казаться злом, им не является. Худшее зло – то, которое считает себя светлым, предпочитая править адом. А кому служишь ты? Развей мои сомнения".
– "Если есть сомнение, есть и мнение", – Виран сам собой, не ожидая такого от себя, перешёл на таинственный слог, уступавший разве что манере речи хаину, сторожившей дом Ниберу. Луни, кажется, так её звали. – "И почему ты решил, что нельзя жить, не служа?"
– "Тот, кто служит никому, служит себе", – семуран высказал мнение, с которым Виран не согласился:
– "Звёзды светят не для себя и не для обитателей планет вокруг, они просто рождаются яркими. Вселенная не служит, она просто есть. Возможно, вам это покажется ересью, но для моего народа это и есть истина. То, что нельзя опровергнуть".
– "Мне незачем опровергать", – обнадёжил мирувей, – "я тоже пытаюсь понять, что и как. Но то, что вы, драконы, даже не считаете великой мудростью, озарило и изменило меня только недавно. Но... Звёзды пришли тебе на ум не случайно, да?" – Он хитро сверкнул непохожими глазами.
"Так я тебе и ответил", лениво размышлял начинающий колдун. Иерон производил странное впечатление, особенно если можно сравнить с виденным до того. Характерники, и те переминались с лапы на лапу, не в силах понять резкую смену поведения своего прямого начальника. То приказывает гонять зачинщиков беспорядка в Авваатаре, то не трогать их. Некоторым перемены нравились, но большинству хотелось как можно скорее получить объяснение. Желательно с привлечением авторитетных личностей, но без демиурга. Мало кто оставался спокоен под взглядом огненного, порой крайне вспыльчивым, как и настоящий огонь, заполучивший в пользование новую охапку веток...
Мысленно попросив прощение у Ниберу за неуклюжесть фраз, дракон вернул вопрос мирувею.
– "Любой, не боящийся ночного неба, хоть раз смотрел на Звёзды, в попытке понять их".
– "И не прося ничего взамен?" – В обманчиво спокойном голосе то и дело проскакивали искры от рассыпающихся вопросов. Вопросов, переставших служить поиску истины. Она сама придёт. Скоро.
– "А есть, что просить?" – Колдун проверил невзначай, не "торчат" ли обрывки чуждой Светлым энергии. – "Мечту стоит строить самому, не надеяться на чью-либо доброту и чуткость. И хорошо, когда рядом есть кто-то из понимающих тебя".
Семуран замер: по невозмутимому лицу трудно судить, готовит ответ или новый вопрос, в надежде обойти словесную защиту Вирана. Раз магия здесь бессильна.
– "Да, верно, одному крайне тяжело идти по дороге жизни", – согласился мирувей. – "Я понял это не так давно. И мне жаль, что шёл с закрытыми глазами, ни на кого не смотря душой".
Характерники за спиной собеседника зашелестели крыльями, устав ждать развязки встречи с революционерами. "Странно, Иерон не позволил им дать услышать наш разговор?", успел удивиться так и не раскрытый ученик бело-синей сторонницы Истинных..
– Благодарю, – Иерон кивнул Вирану головой (поклонился?) и отстранился немного. – С этих пор вас не будут преследовать за восстание, и ваши просьбы я постараюсь исполнить. Мирувей служит народу, а не демиургу.
С этими словами он развернулся и отбыл вместе со всем оцеплением по направлению к центру города. Ещё минут пять трое крылатых и человек безмолвно стояли, приводя мысли в порядок.
– И что теперь?.. – Войдан задумчиво поднял глаза к зашторенному тучами небу. – Мы победили, так и не вступив в бой?..
– А тебе оно надо? – Стармайнд оценивающе смерил пылкого (уже сколько времени как) соратника, который оказался на голову ниже безопасника. – Стоит подождать и посмотреть, как прислушались к нашим требованиям.
– Если этот клирик задумал подлость, – уставший стоять, но пока не желавший возвращаться ко с нетерпением и опаской ожидавших их возращения или же атаки характерников оставшимся внутри стен, положил толстую, как строительный блок, книгу на землю и сел на неё, ни каплю не заботясь о её внешнем виде после соприкосновения с пыльной улицей, – я вообще клиричеству облимичу хонор.
– Рда, гонору у них много... – черношёрстый перевел взгляд вниз, осмотрел улицы, – а толку... мало, – тут внимание его привлекли вышедшие из-за поворота в узкий, петляющий переулок двое зверодраконов – один отливающий алым пурпурный, другая глинисто-терракотовая. Яглину Виран помнил по имени, а вот второго... да он всего раз его встречал, на первом собрании, где он присутствовал. Он ещё рассказывал про суд над Мирдалом.
– Я так испугалась! – Крикнула неугомонная девушка, прежде чем повиснуть у Войдана на шее. "Брат", шепотом успокоил её красного спутника серебряный дракон. – Что эти нахалы тут делали? Что они хотели?
– Сдаться, – обрадовал революционер чуть ли не с обидой на трусость противника в голосе.
– Правда?!?.. – От шока свидетель событий на верхних слоях даже присел. – А мы тут решили спр... переждать...
– Правда, Заран, – ну надо же, Стармайнд решил любезно напомнить сородичу забытое имя... Дракон точно не копался в его мыслях? А то там хватает... лишнего.
– Уиии!!! – "Вжик" – и Яглинка кинулась, теперь уже на Зарана. Чтобы сразу же со вскриком отшатнуться: – Ай! Ты горячий! Я чуть не обожглась...
Огненно-рыжий виновато и смущённо опустил мордочку – так умилительно, что пострадавшая чуть не принялась его успокаивающе гладить, вовремя одёрнувшись.
– "Ага..." – озарила мыслью всё это время следящая за разворачивающимся представлением с невысокой крыши оплота звёздная чародейка. У её ученика тоже в голове что-то щёлкнуло... Что-то срослось, и два кусочка общей мозаики соединились... Хм, ему самому бы хотелось понять, какие. Стоп... кого напоминал псевдо-дарману Заран своей пламенной неприкасаемостью, да и внешним видом? Достопамятного горящего демиурга, только в "облегчённой", менее разрушительной и вовсе не злой версии. Не мог ли это быть пропавший, а на деле сбежавший сын самого Семаргла? Вполне логичным выглядит предположение, что, скрывшись от сурового отца, он решил прятаться у революционеров, одновременно "досаждая" "папе". Жалко, проверить, действительно ли это наследник, пока возможным не представляется. Имя точно не то, если он не скрывается под псевдонимом.
– "Отнюдь", – захотелось обнадёжить подсказкой Ниберу, – "в отличие от многих крылатых, у семуран очень строгие моральные нормы, ставшие почти инстинктивными с помощью воспитания в традициях поконников. В частности, они не могут соврать. Исказить правду – ещё может быть, и то считается последним бесчестьем, а вот соврать... просто не выйдет".
– "Если он вправду из рода полуэлементаля, то он бы тогда под настоящим именем ходил, нет?" – Нашёл черночешуйчатый несостыковку. – "Раз соврать неспособен".
– "Фантазию никто у него не отнимал. Да и практика множественных имён распространена. Так что ты мне ничего не доказал!" – Победоносно сверкнула зелёными звёздочками. – "Достаточно спросить его прямолинейно, и он выдаст".
– "И как ты себе это представляешь?.." – В который раз Виран столкнулся с невидимым барьером, отгораживавшего его даже от незнакомых и малознакомых сородичей, не то что от инопланетян. – "Что я у него должен спросить, чтобы не привлекать подозрений излишней осведомлённостью?" – Постарался он рационализировать замешательство.
– "Можно просто спросить о родителях. Кто ему подарил такое... необычный окрас", – первоначально предложенный вопрос был явно другим, но придраться и без того нашлось к чему:
– "И с чего такое пришло мне в голову именно сейчас..."
– "А вот вдруг. Давай уже, не хочу тебя заставлять, а то самой любопытно", – отлично, ему уже угрожают... Пусть потом не надеется на... ни на что. Эх, всё равно придётся думать, как привернуть вопрос к моменту...
– Заран, – стояло закрепить в памяти имя, пока не забылось... вдруг оно настоящее? – эта особенность с горячей шкурой... она наследственная или у тебя одного так?
Настроение у огненного резко переменилось:
– Наследственная, – он пробурчал и отвернулся, согнувшись и помрачнев.
– Кто же твои родители были? – Не слишком ли Виран не в своё дело лезет? Действительно, Заран уже начал выходить из себя:
– С чего это тебе так любопытно?! – Нахохлившись и выпустив когти, обернулся к "коротышке" (по пернатым меркам) рок'ханцу, еле сдерживая оскал. Виран опасливо отступил на пару шагов:
– Да так...
Внезапно красный приосанился и, неожиданно успокоившись, попросил:
– Не надо меня спрашивать о родителях, пожалуйста. Мне больно о них вспоминать. Не надо пуще раздирать мои раны, прошу.
Стармайнд хитро улыбнулся:
– Не будем, Светлояр, сын Семаргла. Я и так уже всё знаю...
Этим безопасник вмиг испортил всем настроение. Крылатым Войдана понятно, почему – вышло, что они всё это время действовали под наблюдением родственника Семаргла. И не самого далёкого (а есть ли такие?). Характерники же во главе с Иероном замерли, боясь шелохнуться. Пропажа с Верхнего слоя безбоязненно гуляла по Авватеру, поддерживая противников демиурга. Как такое могло случиться? Самыми спокойными из всех остались Пайро с Гренеей, да Виран, в голове которого, наконец, сложилась полная картина произошедшего.
– "Смешно", – протянул дракон, обращаясь к Ниберу.
– "Слава Истинным, находка никак не повлияет на ход истории", – спокойно произнесла зверодракона, призраком кружа вокруг ученика. – "Уже не повлияет".
– "А могла?".
Ответить она не успела, потому что, наконец, отмерла виновница переполоха, Яглинка.
– Как... сын Семаргла? – Коричневая самочка, чуть качаясь, на нетвёрдых лапах отошла подальше от полуэлементаля... хотя какой полу-? Скорее на четверть.
– Откуда ты узнал? – Вопрос относился к убеждённому в своей правоте Стармайнду.
Лидера поддержали остальные, включая Изабеллу, покинувшую стены библиотеки.
– Странно, что я раньше не узнал.
– "Да, слишком легко ему далась разгадка личности Зарана", – констатировала Ни, продолжая удерживать контакт с Вираном. – "Начинаю верить в версию дара чтения мыслей".
– "Ты же ставила мне от него защиту..." – напомнил Ви, – "мне казалось, что ты давно знаешь".
Мирувей, всё же перестав изображать статую, вновь умудрился появиться тогда, когда этого меньше всего ожидали. Неужто он никуда и не улетал, а всё время находился тут и подсматривал да подслушивал за реакцией на свои слова? Но последовавшие события удивили даже его... Сын полуэлементаля среди революционеров Хардола? Тем не менее, Иерон вернул себе былое спокойствие и обратился к сыну демиурга:
– Отрадно узнать, куда делся юный Светлояр, – но в разноцветных глазах плескалось разочарование. Огненный оказался недалёким отцом: не знал и частички творящегося в душе сына. Вместо того запер и забыл на время.
– Это элементарно. Достаточно сопоставить...
Серебряного прервали:
– Хватит. В данный момент новое знание ничего не изменит и не поможет изменить ситуацию на слоях, – заслонив притихшую сестру, Войдан продолжил. – А главное, как избежать гнева Семаргла?
Иерон обвёл присутствующих мрачным взглядом.
– Ты и ты, – из поля невидимости вышли ещё два зверодракона. – Зарана под крылья и внутрь.
Красный лишь коротко рыкнул, а его уже потащили в здание, чтобы вывести в безопасное место:
– Не хватает, чтобы нас всех принял за террористов, – снизошёл до пояснения.
Бело-синяя тоже что-то замыслила.
– "Здесь нам делать нечего. Сможешь пройти мимо Иерона и не привлечь внимание? Твоя сила и знания пригодятся на ином поприще".
***
– Нашёлся, – только и сказал Иерон Ратисвету. Кто нашёлся, было понятно и без слов – тот, кого он сопровождал. Брат мирувея с трепетом и удивлением осмотрел живого, здорового, но понурившегося Светлояра:
– Где же тебя держали?..
– Я сам улетел! – Гордо вскинул голову юноша. – Возможно, хотя бы этот мой поступок наконец убедит папу, что он неправ!
– Боюсь, что нет, – успокаивающе положил Иерон ему на спину крыло, ничуть не страшась высокой температуры, – племянника он не пощадил, и сына не пощадит. Пока не спеши к отцу, останься в городе. Чтобы переубедить демиурга, недостаточно действий отдельных личностей, как бы близки они ему ни были. Разве что Радостная от него откажется, но если не отказалась до сих пор...
– Неужели ты решил перечить покровителю, брат? – Такие намерения удивили беспрекословно преданного режиму Ратисвета. Впрочем, он уже начинал сомневаться... Оставалось только хмуро вздохнуть Иерону, подтвердившему свои слова:
– Придётся, не вижу другого выбора.
Характерник встрепенулся и тихо, с отчаяньем крикнул:
– Но это смерть! Он прилетит и всех накажет!
– Вероятность есть... – Пожевал челюстями мирувей. – Но есть шанс и достичь желаемого. И даже если наш план не увенчается успехом, лучше в бою погибнуть, чем в неволе. Ратисвет, спрячь Светлояра или скажи... этим... народовольческим силам, чтобы его спрятали. Возвращать к отцу нельзя – пока что!
– Вы меня хотите использовать как заложника? – Опустивший уши алый пернатый опасливо посмотрел на недавнего слугу демиурга.
– Нет, мы хотим придержать тебя до тех пор, пока огненный не... угомонится, – подумав, что слишком зловеще и угрожающе прозвучало, поспешил пояснить: – Успокойся, никого убивать мы не собираемся. Того же и Семарглу желаем. Летите, а я дам несколько распоряжений.
Почувствовавшие уверенность в твёрдых словах градоправителя, оба с надеждой отправились исполнять указанное. Разноглазый развернулся в противоположную сторону, но остановился, вздрогнув от неожиданности.
– Ну надо же, – за спиной мирувея внезапно возник человек с русыми бородой и бакенбардами. Одетый в коричневый плащ или мантию вёл себя нагло и самоуверенно, – второй шаг ко Тьме сделан. Скоро ли ты будешь шагать уже во Тьме?
– Ты забыл, бескрылый, что мы умеем летать над ней, – Иерон не знал, кто перед ним, но в нём чувствовалась мощь. Великая сила, дарованная Порядком.
– Полёт – это медленное падение в пропасть, – человек тоже не ощущал себя слабым перед превосходящим размерами существом. – Чтобы устоять, нужно крепко держаться на ногах. И одновременно иметь свободными для благих деяний руки. И скоро все избавятся от искушения забраться выше Вышнего на собственных крыльях.
– Люди до сих пор видят Вышнего седобородым стариком, оседлавшим облако? – Разноглазый с наигранным удивлением поднял бровь и ухо.
– Я говорил метафорами, – незнакомец вздохнул так же наигранно, – а ты понимаешь буквально. Зря Мирдал собирается тебя назначать демиургом. Ты слишком непроницательный.
– Ты не от Света и не от Вышнего, – разоблачал мирувей. – Демоны пробуждают гордыню.
– Обещания падшего демиурга подарить тебе трон Семаргла – не повод для гордости. Тем более, Мирдал не имеет полномочий назначать нового защитника расы.
Внезапно, даже не обрывая фразы, бородатый вскинул руку, одним щелчком пальцев намереваясь размазать Иерона слоем толщиной в атом.
Немногочисленная мебель пострадала, а раскаявшийся Светлый – нет.
Его к тому моменту в комнате уже не было.
Человек, можно сказать, удивился – брови взлетели, придавая лицу странное выражение. Созданию, наделённому силой, не идут бурные эмоции.
– Куда же тебя унесли? – Поправил плащ, едва не зацепившийся за обломки убранства. – Зато повод скорее объявить о смерти павшего мирувея, – погладил бороду, – и взять ситуацию в свои ру...
Его перебила обладательница звонкого голоса, удобно расположившаяся на уцелевшем балконе:
– Ты хотел сказать свои грязные лапы? – Она повернула голову, продемонстрировав второй глаз, красивого синего цвета. – От них потом долго оттирать перья.
Ответом послужил немой укор. Незваный гость Авваатера постарался скрыть раздражение. "Проклятый народ крылатых, мало того, что мешаются под ногами у настоящих Светлых, смущая слабые умы парением в небе, так ещё позволяют шляться по городу демоницам".
– Демоница не из слабых.. я прав? – надо успокоить её, дабы успеть нанести удар в спину. Нельзя отродью Тьмы позволять разгуливать так близко от Цели.
Крылатая изобразила улыбку, внимательно следя за убийцей глазами, красным и синим.
– Что с того? Никто никогда не запрещал спокойно гулять по нулевому слою. Особенно, когда никого не пугаешь и не пытаешься убить, – когти на руках впились в обломки брусьев, – зато ты, как появляешься где-нибудь, обязательно оставляешь бездыханные тела! Роксамир? Не так ли?
Бородатый рассмеялся:
– И кто же тебе разболтал это? Одно из отродий Ада? Или зверодракон, корчившийся в муках? И назовись, наконец. Невежливо как-то, – он указал на разрушенную комнату, – Иерона я знаю, он даже не таился, кто и чему служит. А ты? Хотя... что ждать от создания, в чьих жилах течёт проклятая кровь?
– Хватит, – твёрдо произнесла. На миг показалось, как хвост напрягается, становясь похожим на шипастый хлыст, увенчанный наконечником. – А имя моё Неята. Младшая, – подумав, добавила, с любопытством следя за реакцией Роксамира.
– Неята? Но... – человек быстро взял себя в руки. – Зачем ты здесь? Иерон для демона никто, и от исчезновения выиграем мы все. Или Тьма двинулась на соединение с Хаосом? – усмехнулся. – Стоит предупредить Высших, чтобы приготовились уничтожить разом обоих.
– Я больше не служу Тьме, – твёрдо выговорила, наконец, продемонстрировав подлинный облик. – Если на высших слоях разучились отличать от Света, велика ли потеря? – остриё чиркнуло по каменной кладке. – А Иерон... разве я посмела бы смотреть, как убивают раскаявшегося мирувея? Познав суть Рода, он ещё успеет изменить жизнь многих... В отличие от тебя, – в красном глазу запылала ненависть к пришельцу, поднявшему руку на частицу будущего народа.
– Верно, – нахальный человек и не думал обижаться, – я уже изменил. То ли ещё будет...
– Ничего не будет, Роксамир, никакой твой план не сработает, – вставшая на лапы Неята подошла к Роксамиру и посмотрела презрительно сверху вниз. – Ты только слабый человек, твоя сила тебе не принадлежит. Скорее, наоборот.
В ответ виновник Эры Ночи и многих последующих злоключений, не спроста прозванный пернатым народом Роксамиром Темнейшим, патетически поднял взгляд вверх:
– Нет рабства свободнее рабства Божьего!..
– Тем не менее, это рабство, – Неята пробовала хотя бы попытаться вразумить фанатика. – Род не для того нас родил, чтобы превращать нас в неразумных машин, живущих по заповедям-программам.
– Как упал ты с неба, денница, сын зари! – Рёк Роксамир громко и с пафосом. – Разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своём: «Взойду на небо, выше звезд Божьих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему». Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней.
– Понятно, от кого Иерон нахватался цитат, – бывшая Тёмная прервала его фырканьем.
Роксамир, решивший, что достаточно заговорил белоснежной зубы, без предупреждения атаковал, пустив в ход всю полученную от своего покровителя энергию. Но он не принял в расчёт выработанные любой демоницей рефлексы: в любой момент может совершить покушение даже самый преданный союзник. С врагами вообще расслабляться нельзя. Неята и не собиралась.
Поражаться внезапно выросшему раза в два длиннее самого тела костяному хвосту, острому, как клыки самой Смерти, пришлось уже в прыжке, уходя с траектории удара. Впрочем, ещё не прошла секунда, как сама демоница белой молнией на него прыгнула – но пронеслась мимо: Роксамир увернулся прямо в воздухе, не касаясь опоры.
– Однако, ты серьёзный противник, – наконец осознал Роксамир, приземляясь на ноги. – Что же, не стану с тобой церемониться.
И вскинул в направлении противницы обе руки, воссиявшие ослепительным золотым светом. Волна силы оттолкнула и вжала Неяту в стену, не давая пошевелиться или контролировать прану. Между тем, проповедник начал читать форму изгнания:
– Deus abeunt in aerie montes, diabolus prostrate et dierecte, omnis ultima celestia regnum servus est!
В багровой вспышке демоница растворилась, низверженная в настолько глубокую бездну, откуда ей не хватит даже всей демонической силы выбраться.
– Gehenna carcer satanas est, – и, даже если хватит, его печать ей не перебороть.
Завершив праведное дело, Роксамир поклонился возведённому под началом его Отца Храму и удалился на верхние слои.
Всё бытиё для Неяты сузилось в линию, протянувшуюся от спасительного света наверху до всепожирающей тьмы на дне. Пространство свернулось до одномерности, вещество приобрело ужасающую плотность, требуя испытывать невыносимые муки при передвижении тела – оголённого нерва в ртутно-тяжёлой кислоте. Время так и вовсе словно исчезло; по крайней мере, здесь оно значит ничто. Сознание медленно соскальзывало в темноту, но этого нельзя было допустить, иначе душа просто расщепится желудочными соками преисподней и станет ей долгожданной добычей. Только вверх, к свету, к спасению. Нужно преодолеть свою боль от движения, пробивать препятствия, которые невозможно обойти или отодвинуть, не позволять себе ни секунды отдыха – отсутствие шага вверх равнозначно падению вниз. Смерти, выражаясь единственным словом.
Этот слой – судьба мёртвых демонов, грехи которых утянули дух глубже их собственных владений в мире магмы и льда. А ещё – тех, которых изгнали светлые – вряд ли можно счесть суровым наказанием запереть пекельников на "родине".
Сколько времени Неята потратила, чтобы достигнуть спасительной вершины? На этот вопрос не смогу ответить внятно. Не прошло и мига, ибо времени нет, но в равной степени это событие может отстоять на тысячелетия или не произойти никогда. Полукровка всё же смогла добраться сюда, пускай и с огромным количеством ран, без сил и с помутнённым рассудком. Она уже собиралась сделать последний шаг и перейти в менее плотный и мучащий слой сверху, но вместо прохода... стукнулась о невидимую, но сверхплотную стену, от удара вспыхнувшую охранными символами Порядка. Воля и Сила наложившего превосходила способности Неяты, даже когда она была здоровой и бодрой. Нет, тех, кто скинут сюда насильно и запечатан, помилование не ждёт.
Впрочем, даже теперь был выбор. Продолжать в страданиях бороться за существование, либо бросить, выкинуть из сознания этот глупый и ненужный инстинкт самосохранения и легко соскользнуть вниз – туда, где ни боли, ни страха. Это был выход из ситуации, по крайней мере.
Но внезапно пленницу самого низкого слоя ада будто бы схватила за шиворот лапа и потащила куда-то вбок. В одномерном слое, где всё вытянуто в абсолютно плотную струну без понятия "ширина", даже "сбоку" равнозначно "в гиперпространстве". Оттуда помощь и прилетела. Вытянула её за границы струны – на ней и не было сверхплотных препятствий. Пространства не было тоже, но это преграда не для всех. Уж точно не для Разора.