![](/files/books/160/oblozhka-knigi-iskry-razuma-si-260815.jpg)
Текст книги "Искры Разума (СИ)"
Автор книги: Алексей Исаров
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 30 страниц)
– Ни... ты живёшь... давно, – Вирану хотелось бы знать и "сколько", но таких прямых вопросов задавать он не стал. – Как было при Мирдале? Лучше? Но ведь и Мирдал не без недостатков.
– До злодеяния Неяты Вторым Солнцем среди Светлых были недовольны лишь двое, – под выжидательным взглядом Виргна она продолжила, – Джейера и Лазурь.
– Первую я не знаю... – чёрный поскрёб когтём в гриве. – А вторая... точно? Зачем же тогда она стала Соборной, если не любила демиурга?
– Чтобы стать Соборной, всё просто, – Ни пожала крыльями, и от резкого взмаха поднявшийся ветерок сдвинул на столе бумажки и сдул облачка пыли с полок. – Лазурь спустилась на верхние слои со своих, ещё более высоких, ненадолго, лишь чтобы позвать за собой выше. А Джейера – единственная, кто повторила её судьбу, послушалась зова и вознеслась над семураньими слоями. Но значительно позже – сразу после свержения "демиургессы" Альдары. Джейера была Соборной при ней...
– Постой-ка... может, я что-то путаю или заблуждаюсь, но разве не правило, что демиург и Душа должны быть супругами? И вдруг Альдара... демиургесса.
– Хаос помог, – Ни многозначительно прищурилась, – даже не спрашивай как, а то мозг сломаешь. Когда имеешь дело с хаосюгами, факты надо принимать как данность и не искать внутреннюю логику. В её отсутствии их сила и слабость.
– Ни... – Виран осуждающе наклонил голову, – так только больше моё любопытство разогреешь. Если сама не знаешь, так и скажи...
– Знаю, – зверодракона набрала воздуха в грудь. – Альдара гермафродит, – и залилась звонким смехом, наслаждаясь мордочкой ученика. Сколько мыслей и эмоций отразилось на ней сразу... озадаченность, удивление, борьба мировоззрения с фактами...
Нет, это... как??? Виран ведь видел Альдару: внешне вполне себе привлекательная самка...
– Да, – поясняла Ни, отсмеявшись, – одновременно она может быть только одного пола, но сама возможность его менять обычной магией недостижима. Это могут только редкие мутанты. За всю историю крылатых включая Альдару таких лишь трое рождалось. Может, и больше, но вменяемые такого дара стесняются и не используют его.
– И они... могут...
– Да, – Ниберу домыслила за "ученика", – Та же Альдара вполне может иметь детей от другой. Может, потому что я тогда отсутствовала. Следить за безумными адептами Хаоса ещё то удовольствие.
Виран замахал рукой:
– Хватит, я понял, – и добавил, – наверное, тяжело тем, кто знает о своём даре... Ни, разве мутации у магической расы возможны? Ваша праническая магия должна исключать подобные отклонения.
Колдунья разом стала серьёзной.
– Ви, до исследования этого феномена никто не добрался, слишком мало мутантов. А прана... Не удивлюсь, если в итоге окажется, что Альдара родилась под знаком Хаоса, и её падение было лишь вопросом времени. Игрушка в руках Хаоса, да... – она свесила с дивана лапы. – Давай перелетим на другие темы? Не хочу, чтобы во сне пришлось ломать голову, как хаосистка справляется с беременностью, случайно перекинувшись в самца, – отвела глаза в сторону крылатая.
– Ага, – дракону самому стало не по себе после информации о двуполой. – Выходит, Лазурь действительно агитатор с высших слоёв? А семураной ли она была?
– Не ты один сомневался в принадлежности к народу. Кто в здравом уме откажется от крыльев, чтобы стать ближе к Высшим? Говорят, человек, став крылатым, едва ли откажется от нового облика. Особенно, когда тот подходит к его душе или мечте. Уверена, Лазурь однажды явилась лишь ради Мирдала – главной надежды Хардола. Не вышло увести словом, удалось затемнить репутацию демиурга. Для верности подтолкнув на освободившиеся место Семаргла. Этот точно добровольно не уйдёт.
Внимательно слушая колдунью, дракон задумался о причине, позвавшей на планету. При первой встрече зверодракона даже не намекнула на Хардол, по существу, ей было всё равно, где ученик. Единственный намёк о том, что там будет проще учиться, толчком к принятию решения тоже не является. Предки Пайро? Не вариант. "А если бы остался в Эфердарастриксе, хаосисты бы полезли вербовать? Иначе как объяснить появление белой на борту корабля?", Виран сейчас как никогда был близок к новому осмыслению последних событий. Наур, Изабель, Ни – всё они поведали об истории народа и борьбе за существование с разных сторон. Жаль, нельзя расспросить эту карросу, что заперлась в недоступном крае. И этот парень с разноцветными глазами...
Снаружи послышались тяжёлые шаги, сопровождаемые едва слышимой поступью крылатого.
– Ви, я провожу гостя, – в дверях показалась Изабель, за которой был виден тот самый купец, – к Стармайнду. Присмотришь за библиотекой? Скоро всё равно прилетит Эрнес.
Дождавшись согласия дракона, крылатая исчезла вместе с гостем.
– Ни, они ушли, – позвал наставницу он.
Никого рядом. Лишь на потолке медленно тает искрящееся пятнышко.
– "Извини, зайду позже. Меня зовут", – попрощалась колдунья.
Чёрный дракончик остался наедине с гулкими залами Оплота. Такая привычная тишина...
Как же давно он не проводил жизнь в одиночестве – оно стало уже непривычным. С ним постоянно находились то Пайро, то Ниберу, то ещё кто-нибудь. За последнюю неделю он общался со стольким количеством народа, с которым, наверное, не получилось бы за год или два на Даяне. Жизнь разом вырвала его из болота и потянула в непривычный мир приключений, которые раньше могли воплотиться разве что в книге.
Как поживает книга о пушистых братьях, кстати? Забросил? Нет, продолжит как-нибудь. А сейчас и без того дел полно... В любом случае его история будет уже не такой, какой задумывалась вначале. Слишком много узнал он о зверодраконах. Впрочем, и слишком мало, чтобы осилить исторический роман... Жизнь покажет. Сейчас... он сейчас сам как герой в книге. Осталось узнать только, главный или второстепенный.
Много планов?.. А знает ли он сам, что у него за планы? Откуда такое горячее желание помочь семуранам победить Семаргла и обрести настоящий Свет? Нужен ли Свет вообще? Определённо да – для расы, живущей одновременно в нескольких измерениях. Ну, и попутно раскрывать для себя новую грань бытия – магию. Без наставницы он как-то не задумывался о возможности развития способностей. То ли слишком сложно, то ли слишком поздно чтобы начать... то ли всё равно он бы не развился до стоящего уровня... Но со Звёздами появился реальный шанс.
А сама Ни? Виран уже определился, кто она ему – просто учитель или нечто большее? Хм, скажи первое, и она обидится... Если он правильно чувствует её душу. Но... не слишком ли они мало знакомы для серьёзных отношений? В следующий раз, когда волшебница начнёт приставать, надо будет отвлечь её, расспросив о прошлом. Пока оно тёмное. Или... может, не стоит лишать девушку загадки?
Загадок хватало и вокруг него. Не совсем пока понятные интриги в верхах "власти" Хардола, странные мятежники, которым сложно даже договориться между собой. Странно, что Светлые этим не воспользовались, раздробив движение против Семаргла. А ещё Виран серьёзно задумался о судьбе. Кем он станет здесь, среди зверодраконов? Или путь его лежит дальше, где будет иначе? И, кстати, где теперь Пайро? Как прибыли на Хардол, так он всё больше начал проводить время с Гренеей – не обидно, но замечать, как они расходятся, увлечённые событиями и силами, стоящими за ними, неприятно. Даже досадно. Разум дракона упорно твердил: вокруг идёт странная игра Света, Хаоса, Тьмы и ещё кого-то, те же Звёзды до сих пор остаются не поняты. Не они ли ворошат планету, инициировав процессы? Нет, слишком просто. Не могут Истинные напрямую влиять, а Ни не по силам успеть везде. Есть и ещё одна, Мекэмекабра, упомянутая в рассказах Наура и пернатой колдуньи-библиотекарши. Может ли она пытаться восстановить статус расы крылатых? Эта Лазурь здорово очернила их в глазах светлых и убрала так мешавшего демиурга, Мирдала. Или хаосистка Альдара, безумная и развращённая (когда действительно можно). Зачем ей понадобился простой рок'ханец? Раритетную книгу не пожалели, чтобы привлечь внимание на базе. Хотели переманить, не вышло – Ни вмешалась, мигом наведя порядок. Хаос и порядок несовместимы... да, как хаос и логика. Однако, в действиях зверодраконы Виран тоже не мог разглядеть логику. Зачем ей ученик, когда все силы уходят на неведомые одному ему дела? И чем так занята колдунья? Почему никто на Хардоле не слышал об Истинных сейчас? С Гренеей понятно, книги по магии и истории народа встречаются редко. А остальные? Не могут ли они с Ни оказаться... теневыми игроками? Она основной, он – запасной?
***
Теперь можно не думать о злыднях, лезущих изо всех дыр, можно просто лежать на тёплом и рыхлом песке перед спокойно дышащим морем. Достаточно присмотреть для себя маленький островок, на котором не будет других разумных. И пожить тут день или два. Больше не надо, а то спохватятся...
Как медленно плывут облака – с поверхности кажется, что они ползут как улитки. Но стоит к ним подлететь, и едва ли получится нагнать бесформенные массы тумана. Ветер сносит с пути, в крыльях ломит от неистовых порывов, грива треплется шлейфом, но как ни старайся, невесомые капли быстрее. Так и море перед ним. Очень похоже на степь в ветреный день – такие же бледно-зелёные волны. Кажется, что перед тобой бесконечная равнина кланяющихся ветру стеблей, но, по сути, ты лишь на вершине горы под названием остров, а внизу – свой мир, невидимый и недоступный. Природа лишь издали кажется слабой, но чем ближе приближаешься, тем яснее проявляется её стихийная мощь.
Что же ему?.. Слиться ненадолго с природой, это лучший отдых. Город выматывает, столица вдвойне. Страшно подумать, как живут в мегаполисах с миллионным населением.
Краем глаза Ратисвет заметил движущуюся точку сбоку. Точка приближалась и росла. Некто шёл вдоль берега навстречу ему. Расстояние медленно сокращалось, стала различима фигура неторопливо бредущей по песку девушки. Характерник с плохо скрываемыми нежностью и влечением любовался походкой и, когда она подошла на достаточное расстояние, обликом. Красивым и необычным: чёрные полосы на серой спине, белое брюшко и ярко-голубые грива и перепонки. И глаза такого же цвета – глубокие и мудрые, но весёлые и полные жизни.
– Кажется, я тебя видела где-то, – она забавно наморщилась, расматривая морду Ратисвета, садясь рядом с ним на расстоянии раскрытого крыла.
– Возможно... – почему-то ему не захотелось раскрываться сразу. Ведь сейчас, когда она не знает его имени, незнакомка спокойно подошла и даже устроилась рядом. А если перед ней похвастаться, что он – тот самый великий и ужасный характерник, когти и зубы которого в несмываемой крови демонов, еретиков и отступников? Вряд ли это добавит ему чести, как ни странно. Сочтёт, самое лучшее, безмозглым воякой. А то и вовсе обвинит в живодёрстве, как часто обвиняют Светлых в последнее время благодаря Иерону. – А тебя как зовут? – Но вот про собеседницу любопытно узнать побольше. Кто знает, может, они больше не встретятся. Кого он будет вспоминать в угрюмые будни? Призрака без имени?
– Зачем мне с тобой откровенничать? – Она задала резонный встречный вопрос, с неплохо скрываемым интересом оборачиваясь к собеседнику, кокетливо взглянув и тут же отвернувшись к закатному солнцу, расправляя рукой по плечу гриву.
– Просто интересно... – Ратисвет вздохнул, следя за золотыми бликами солнечной дорожки на волнах.
– Не я первая начала беседу в таком ключе, – семурана смотрела туда же. – Мог бы честно ответить на мой вопрос.
– А ты задавала вопрос? – Черногривый удивился. – Мне казалось, просто подмечала, что уже меня, возможно, встречала...
– Ну ты Мирдал... – серая хлопнула синим крылом по песку, вызвав крохотный самумчик. – Неужели ты совсем не видишь подтекста? Если я подметила, что тебя видела, значит, разумеется, мне любопытно, где, когда и при каких обстоятельствах. Сама бы вспомнила, но вот, как назло, не вспоминается.
– Может, дежавю? – Ратисвет предполагал.
Спорить дальше она не стала – просто молча и грациозно легла на морской берег рядом. Последний луч догорающего заката освещал перепончатые крылья незнакомки и играл коварной, но жизнерадостной искоркой в его глазах. И, после долгих молчаливых гляделок, снова отвернулись друг от друга. Планы по уединённому отдыху разрушились. Но не сказать, чтобы они были этим недовольны.
***
Эрнес действительно объявился минут через десять. Поняв, что хозяйка оставила библиотеку под присмотром чешуйчатого, он удивился, но не разозлился:
– Трудно поверить, что Изабелла оставила книги надолго. Скоро вернётся. Но, пока её нет, хочу спросить: вы действительно прилетели помочь нам в борьбе с Семарглом?
– Нет, – Виран не стал таить, – о Семаргле я плохо знал до того как приземлился. Нас Пайро попросил сюда прилететь, чтобы помочь в поисках родителей. Да и Гренее хотелось изучить Хардол своими глазами. У меня тоже вопрос к вам... Краем уха слышал, что Изабелла ищет нечто в этой библиотеке, потому копается в книгах и почти не вылезает наружу. Вы с ней близко знакомы, не знаете, что она может искать? Не решаюсь лично у неё спросить...
– Ни разу со мной не делилась, – Эрнес переступил с лапы на лапу, – но, полагаю, нечто против Семаргла. Доказательство его тёмности. Скажем, сведения о его предках и ранней жизни, до того, как он стал демиургом. Кем он был? Нам ведь неизвестно наверняка. Может, в нём кровь не элементалей, а огненных демонов. И не всегда он пёкся о Свете. Если сможем доказать Высшим, что демиург злодей, им придётся пересмотреть его титул.
О том, что поиски его друзьями «диггера» увенчались успехом, стало понятно ещё до того, как они объявились в поле зрения. Слишком уж неестественно много шума они издавали... Или Виран уже просто отвык от «толпы»? Да нет: единственная розовато-рыжая зверодракона болтала столько же, сколько вся остальная компания вместе взятая. Говорила быстро, экспрессивно и с блеском в глазах – не безумным, как у Альдары, скорее воодушевлённым. Крутилась между собеседниками, постоянно привставала на задние, чтобы жестикулировать руками. Да... такую фигуру просмотреть было нереально. Второй незнакомец – белый в чёрную тигриную полоску семуран, в полтора раза крупнее остальных, рядом с этой «гиперактивной» смотрелся почти невидимым.
Стармайнд, только добравшись до Оплота, сразу принял сидячее положение, закрыл уши крыльями и зажмурил глаза. Мало того, что пришлось выносить болтовню проводницы, никак не желавшей развивать нужную тему, ещё пристал какой-то человечина, решивший, что гости из Эфердарастрикса готовы продать ему своё оборудование. Только потом выяснилось, что это – спонсор местной революции, поставляющий технологию. Но не сам "император". Изабель, вернувшаяся вместе с драконами, тут же попросилась на кухню (хотя скрылась совсем в другом направлении... если Виран правильно запомнил примерное расположение залов). Ну, а Пайро с Гренеей только успевали задавать наводящие вопросы. Собеседница, не давая раскрыть пасти своему товарищу, охотно отвечала, впрочем, быстро перелетая на постороннее:
– ...И подвалы Института имеют прямой выход в катакомбы под городом. Древние, ещё до Ночи – они единственные остались с тех пор от Авваатера...
– Но ведь Геофор тоже жил до Ночи... – Гренея во всё пыталась внести ясность.
– Этот бескрылый из человеческих мифов? Ха! У них даже Мирдал человек, не забыла? Люди любят себе чужие заслуги приписывать. Прошлись по Авваатеру историки и решили: вот тут Геофор жил, вот тут Доброслав, хотя сами не знают, что всё это строили уже мы во время восстановления старой столицы. Со времён застройки до Ночи остались только Храм и подземные ходы.
Виран только головой покачал. Вся история Хардола – только чьи-то фантазии или чья-то реклама. Правду знает разве что какой маг-старожил, и то не гарантия, что он согласится тебе её поведать – например, боясь гнева Семаргла или преследуя собственные интересы.
Странная мысль – а какие интересы у Ниберу? Вернуть настоящий Свет? Или нечто другое? Может ли она говорить правду – ведь правда поможет в честном деле? Хотелось бы полагаться хоть на кого-то. Потеряется весь смысл обучения, если исчезнет доверие к преподавателю. Если тебя не учат правде, только Вселенная знает, как до неё додуматься...
Учат правде... А тогда, в руинах, Виран невольно выбрал "кривду". Но, по словам того же Хранителя, путь к Свету лежит через Тьму. Одно без другого – не существует, как магнита с единственным полюсом. Но, между тем, полюса в магните нераздельны – они одно...
"Погодите... Ходы?" – Уловил последнюю фразу чёрный "дарман". Какой смысл строить крылатым подземные сооружения? Он не мог припомнить ни одного рассказа на Рок'хе, где бы фигурировали творения явно нелетающих разумных. Лишь ступив на путь полноценной цивилизации, драконы начали осваивать уровни ниже поверхности материка, скрыв в них опасное производство или очень нежное оборудование. Сотни метров прочной породы не требуют таких усилий, как многослойная конструкция из искусственных материалов.
– А можно подробнее о подземных ходах? – Перебил Виран спорящих. – Не знаю, правда, как вас зовут...
Розовато-рыжая зверодракона распушилась, разом став чуточку больше.
– Инрья. Для близких просто Инь, – фыркнула крылатая и повернулась к пребывающей в задумчивости Грене. – Иногда для коллег, но лучше полное имя...
– А я Хорламир, – всё-таки вставил полосатый верзила. Тем временем Иня уже обернулась к Вирану:
– Вижу, здесь хоть один внимательно меня слушает, – дармана от этой реплики Инрьи беззвучно закрыла рот. – Весь Авваатер пронизан подземными ходами, единственное исключение это Храм. Его строили на месте снесённого Маяка, в котором находился Яр-Ключ. Разумеется, желаешь знать, зачем крылатому народу опускаться под землю?
Виран согласно кивнул.
– Увы, никто тебе не ответит однозначно правильно. Но, скорее всего, ходы вовсе не для перемещения служили, а для облегчения тока энергии. До Ночи семураны предпочитали жить над землёй, а остальным вырыть ходы в пронизанной энергиями Яр-ключа земле слишком было сложно. Город словно был единым организмом, считающим всех нас своими друзьями и защитниками. Жаль, но до нас с тех времён дошли жалкие отрывки о строительстве в Авваатаре. С наступлением коллапса жизни, начались стихийные бедствия и войны, и о подземельях надолго забыли.
– А вы, разумеется, "вспомнили"? – Поинтересовался Стармайнд, захлопнув двери за собой.
Серебряный дракон только избавился от надоедливого купца, возомнившего, что имеет полное право предлагать торговый союз. Безопасник с трудом вбил человеку в голову выждать время, пока свяжется с начальством. И сбагрил поставщика Изабель, что потащила того к Морфине. Пусть разбираются, кто кому должен за поставку зенитных установок.
– Не вспомнили, а исследовали, опередив здесь сторонников Семаргла, – закуталась в оперённые крылья Инрья. – В их понимании подобное прошлое Хардола следует уничтожать, чтобы Тёмные не воспользовались и не устроили под городом места поклонения Тьме. Или, того хуже, подсказали хаосистам. Представьте лицо Иерона, встретившего неожиданно саму Альдару!
Пайро зажал морду лапой, чтобы не рассмеяться. После пережитого на корабле страсти немного улеглись, и он уже не считал безумную "актрису" эталоном красоты. А раз так, почему бы не подсунуть прислужнику жестокого демиурга? Никто не пострадает, а Пайро и его друзья получат передышку и смогут начать поиски предков дармана. Почему-то он был уверен, новый правитель причастен не к одной разлуке в смешанных семьях. Местные дарманы тоже не выглядели счастливыми. Пайро успел расспросить нескольких, и ответы его, мягко говоря, не порадовали.
Да, Светлые не хотели видеть чешуйчатых равными. Даже не столько потому, что те были полукровками – им не нравилось свободомыслие. Последователи демиурга открыто заявляли, что правда только на их стороне, остальные предпочитали не стоять у них на пути и принять их правила. Светлые беспощадны к врагам, но за своих всегда постоят, и каждый семуран старался стать "своим" для Светлых – кто ещё мог защитить их от нападений Тьмы и Хаоса?
Только угроза от демонов заставляла пернатых предпочесть страх перед Семарглом. Зло не раз нападало, и каждый раз выжидало момент, когда противник наиболее слаб. Потому Свет не допускал слабости. Все прекрасно помнили последнюю атаку на Авваатер, случившуюся всего месяца три назад. Остались бы одни головешки от города и его жителей, если бы не Акраисвент – наместник Семаргла – и ополчение сил добра...
– И ты готова нас провести через эти лазы в подземные уровни Института? – Гренея оценивающее смерила взглядом Инрью. – Не боишься, что сцапают характерники?
– Как, если они и не знают! – Рыжая воскликнула. – Конечно, отведу. Хоть сейчас...
– Сейчас, пожалуй, поздновато... – дармана бросила взгляд на окно: солнце уже село, подсвечивая облака в оттенки оранжевого и малинового, – завтра тоже день забит, а послезавтра вполне можно.
– Договорились! – Очи Инрьи вспыхнули нетерпеливым огоньком. Стармайнд неожиданно рыкнул:
– А цена какая? Неужто за риск не потребуешь компенсации?
– Да что уж там... – та отмахнулась, скромно потупившись, – мне это не трудно...
– Ну да... – пробурчал дракон, – забыл, что разговариваю со "светлыми". Бескорыстие и самопожертвование...
– Разве что только какую-нибудь штучку из Эфердарастрикса подарите! – Зверодраконе влетела мысль в голову. – На память о вас...
– Мы разве скоро уезжаем? – Пайро заозирался.
– Ты собирался здесь навсегда остаться? – Ледяным тоном вопросил Стармайнд.
– Давайте потом это обсудим, – золотая дармана встала между готовыми поссориться. – Рано ещё что-либо утверждать. У нас на Хардоле, выяснилось, есть свои политические интересы... да, Стармайнд? Вот-вот. И, между прочим, сходка уже завтра.
– Мы могли бы к вам присоединиться, – улыбнулся Хорламир.
– Знаешь... там и без того мало рассудительных личностей, – Стармайнду сразу же вспомнилась Яглина. – Сижу, слушаю их болтовню и зеваю.
– Ну, так я обеспечу интерес! – Загорелась идеей Инрья. – Значит, завтра на рассвете здесь же? Ладненько...
И, не прощаясь, поспешила удалиться. Пускай чешуйчатые не ставят ей в вину, что она объявится завтра вопреки их запретам... И, не прощаясь, хвостом поманила своего спутника и поспешила удалиться. Пускай чешуйчатые не ставят им в вину, что они объявится завтра вопреки их запретам...
***
Ветер порядочно разворошил тёмно-серую гриву, а он всё сидел и смотрел на Храм. «Долго меня здесь не было», печально подумал чёрный с золотистым отливом семуран. «Однажды уснуть, осознав бессмысленность, выбраться из клетки и очнуться в новом мире, где никто и не помнит прежние времена... Невероятно, как один проповедник смог лишить разума стольких людей, чтобы те добровольно надели оковы веры... И посеял среди них семена вражды с другими расами. Боги обожают подобное...». Стоило ли пробивать каналы в надежде не потеряться, если сработает пророчество? Разрушит немыслимые стены и выпустит наружу? Он припомнил первые мгновения пробуждения, когда в разум устремился бесконечный поток информации, и пришлось немедленно оградить себя, иначе поклонение Хаосу покажется шалостью детёныша по сравнению с безумием от разрыва памяти. Он метался по Хардолу, силясь понять изменения, и постепенно осознавал чудовищность ситуации. Тысячи лет бросили наконец тень на крылатый народ – ещё один взмах, и оковы веры лишат шанса на существование. «Подумать только, полуэлементаль вместо демиурга! Сама суть подобных противоречит столь важному посту. Последний настоящий Светлый был согнан с высоких слоёв и превращён в вечного скитальца...». В серых глазах на миг проснулся гнев, и стих, стоило всплыть картине со счастливой парой. «Многокрылая постаралась на славу, сейчас Он как никогда в надежных крыльях. Пусть кто посмеет их тронуть!»
Оставив насиженное место, крылатый растворился в воздухе, чтобы появиться уже на скале посреди леса. Излишки Силы требовали выхода. Любого, но нет лучшего, чем вложение в будущее народа. "С кого же начать? С Иерона? Безвольная марионетка Семаргла, посчитавшая неправый гнев демиурга заслуженной карой. Бесплодное древо не родит плодов, как и лишённый воли не отыщет правильный путь... Пусть и дальше сидит в городе, однажды просветление коснётся и его, но станет слишком поздно... Семаргл? Его судьба давно выжжена в ткани мироздания. Не в моих силах мешать ему идти к концу... Адепты Хаоса?" Крылатый усмехнулся, обнажив острые клыки. "Оставлю звёздной... Хе-хе... её месть будет сладка... Вирану предстоит многому научиться, прежде чем в открытую заявить о себе. Не стану им двоим мешать, сами разберутся, не птенцы... Тёмные? Вот уж с кем надо держать уши на макушке – сглупят, и даже не поймут почему...". Шерсть на передней лапе почернела, разом лишившись сверкающего на Солнце золота. "Займусь ими, но прежде...". Зверодракон потянулся, оставив когтями на камнях широкие борозды. "Наведаюсь к одной особе, променявшей душу на новую жизнь... Лазурь? Да, так звучит её имя. Совершила страшнейший из грехов и не получила заслуженной кары. Опутать демиурга чарами любви и швырнуть в лапы демоницы? Пожалуй, стоит поближе познакомиться с "высшим существом", привязавшим к себе... – на пальце блестело белое кольцо, оплетённое защитными чарами, – столь необычным способом. Нехорошо заставлять ждать Любимую!". Хрустнули суставы на крыльях, отвыкшие за века от длительных полётов. Было выступившая на шерсти чернота сменилась налётом золота. Чем скорее его опознают, тем лучше. Вдоволь налюбовавшись на отражение в лесном озере неподалёку, семуран вывел в воздухе призрачные символы и шагнул в открывшийся портал. Обещания следует выполнять...
***
Проследив, чтобы чересчур шустрая зверодракона и её массивный и спокойный, как гора, товарищ скрылись из виду, Стармайнд решил кое-что выяснить. Почему начальство не предупредило о туннелях под институтом на Хардоле? Слишком часто спецагент напарывался на обстоятельства, о которых Экспедиция знала наверняка, тем не менее, не выданные ему на инструктаже перед миссией. Могли посчитать информацию незначительной для охраны исследовательской экспедиции, но сам Стармайнд её незначительной не считал.
– Что, и правда к каждому дому есть подход из этой канализации? – Спросил он Изабеллу как самую осведомлённую.
– Наверное, не каждому, – она предположила, – но к нескольким точно.
– А как так получилось, если их строили задолго после создания туннелей? – Стармайнд опровергал. – Даже Храм уже не соединили с ними. А он, следуя вашим же повествованиям, древнее остальной наземной застройки.
– Думаю, о подземелье знали лишь некоторые архитекторы, – Иза выдвинула версию после раздумья, – драконы из экспедиции в том числе.
– Тогда, получается, возможно, кто-то успел сбежать через секретный выход от Ратисвета? – Понадеялся Пайро.
– И до сих пор не объявились на собраниях революционеров? – Стармайнд помахал крыльевым пальцем у виска. – Чего им бояться, когда характерники настолько компетентны, что до сих пор не раскопали всем местным известные подземные ходы?
– Ещё могут появиться... – Гренея потёрла глаза. – Ладно, давайте поедим и спать, завтра наверно тоже рано все встречаются.
***
– Где только вы нашли эту Инрью? – Любопытствовал Виран.
– Походили по городу, – пересказывала вкратце Гренея, – аккуратно поспрашивали, – многозначительный взгляд в сторону Стармайнда, – и она сама к нам подошла. Из её путаных историй мы выяснили, что она как раз подойдёт нам. Профессиональных сталкеров среди семуран нет, но опытные любители встречаются.
– Это не сталкер, – фыркнул Стармайнд, – это праздная гуляка. Любительница экстремального отдыха, лазающая по закрытым объектам. Настоящие сталкеры, будь то любители или профи, на первое место ставят технику безопасности. А если верить её рассказам про склеп, в который она полезла даже без верёвки и каски...
– Он маги, им всё это не нужно, – защитила Инрью дармана.
– Магия очень ненадёжная штука... – вздохнул Стармайнд, – стоит попасть в зону пранического стазиса, как все способности и чары валятся.
Гренея посмотрела на безопасника округлившимися глазами. А это он откуда знает?..
– Что, беру у тебя уроки прилежнее, чем твой непосредственный ученик? – Серебряный с ухмылочкой кивнул на Пайро. – Ты нам обоим все уши прожужжала оккультными науками. Они нам уже снятся... мне, по крайней мере.
– Кстати о снах... – Гренея зевнула, – расходимся на сегодня? А то проспите завтрашний слёт.
– Не проспим, – Стармайнд уверил, – их крики нас разбудят...
Пожелав спокойной ночи всем друзьям, Виран вернулся к себе в комнату. Ни пока так и не появлялась. Неужели придётся засыпать без неё? Опять мучиться кошмарами? Самое досадное – позвать её не получится при всём желании. Эх, придётся сегодня отдыхать от общества. Такое привычное одиночество...
Мохнатая лапка легла на плечо только когда он уже засыпал.
– Где же ты пропадала? – сонно выпытывал Виран.
– Лечилась в психдиспансере... – ответила Альдара.
Дракончик пулей соскочил с кровати и схватил со стола первый тяжёлый предмет, попавшийся под руку:
– Не подходи!!
– Я уже в твоих руках... – хаосистка разлеглась поперёк кровати и раскинула крылья.
Виран посмотрел на чёрную книгу, которую он держал, и отбросил её от себя, будто ненароком взял кусачку:
– Предупреждаю, я бегу к Стармайнду!
– С ним уже разбирается моя сестра-близняшка, – белоснежная приподняла голову.
– Тогда к Гренее! – Виран решительно направился к двери.
– С неё тоже... и со всеми в здании... во всём городе... – Альдара хвасталась с плохо скрываемым удовольствием, – с Иероном даже двое, с ним одна не справится.
Безумная встала с постели и медленно, вальяжно и грациозно стала подходить к Вирану.
– Слушай... – Альдара тряхнула и гривой и продолжила... продолжил огрубевшим мужским голосом: – а хочешь стать таким, как я?
Виран чуть не вышиб дверь, выпрыгивая в коридор:
– НИ-И-И!!! Спаси меня!!!
Альдар, утробно зарычав, побежал за ним. И врезался в мгновенно материализовавшуюся на её пути звёздную колдунью. Её изумрудные глаза горели ледяным огнём ненависти, и, казалось, могли испепелить на месте:
– Ты мне надоело, исчадие Хаоса.
Ниберу взмахнула лапой, воздух светился призрачно-мертвенным шлейфом по траектории её удара. Мощным и быстрым движением она разорвала белоснежному зверодракону шею до половины и мигом оказалась забрызгана чужой кровью. Альдар захрипел и упал на пол, быстро оказавшись в густой красной луже, беспорядочно перебирал лапами, а колдунья обернулась к дракончику: